Жанр: Любовные романы
Брак на пари
...ма вошла в комнату. - Я не хочу ехать с вами
кататься и вообще находиться в вашем обществе.
Эмма с трудом удержалась от резкой отповеди.
- Значит, вы хотите, чтобы о Колине ходили гнусные сплетни? - спокойно спросила она. - Вы хотите ему отомстить?
- Нет, ему я не желаю зла! - воскликнула леди Мэри. Ее голубые глаза метали молнии.
Эмма не стала ей объяснять, что она уже причинила Колину большое зло, обвинив в нарушении слова и инсценировав
попытку самоубийства.
- А помочь ему вы разве не хотите?
- Поэтому я и здесь, - мрачно проговорила леди Мэри. - Хотя каждая секунда, которую я буду вынуждена провести в
вашем обществе, будет испытанием для моих нервов и оскорблением для моего достоинства. - Она бросила на Эмму
гневный взгляд. - Я согласилась притвориться вашим другом, только чтобы помочь ему, - закончила она трагическим
тоном, - но на самом деле я никогда не стану вашим другом.
"Ну, и слава Богу!" - подумала Эмма. Но вслух только сказала:
- Договорились.
Они молчали всю дорогу до парка, в котором в это время собиралось на прогулку все высшее общество. Леди Мэри
хмурилась, отвернувшись от Эммы, а та смотрела в противоположную сторону. Оказывается, это гораздо труднее, чем она
предполагала. Ей больше всего хотелось взять свою спутницу за плечи, хорошенько ее встряхнуть и отвезти домой. Но ради
Колина Эмма была согласна на все.
- У нас ничего не получится, если вы не заставите себя улыбаться, - сказала она при въезде в парк.
Леди Мэри повернула к Эмме мрачную физиономию. Примерно такое же выражение было у сынишки Каролины Никки,
когда ему запретили лезть по колонне, украшавшей камин. Позади них послышался стук колес другой кареты. Эмма
оглянулась, и у нее упало сердце. Но тут леди Мэри выпрямилась, расправила плечи и улыбнулась.
Эмма была поражена. Улыбка преобразила кукольное лицо девушки, придав ему тепло и человечность. И Эмма подумала,
что под внешней маской избалованного ребенка, возможно, все-таки скрывается и что-то достойное.
- Так? - сквозь зубы спросила леди Мэри.
Искра интереса погасла в душе Эммы.
- Именно так, - резко ответила она, сама изображая улыбку, которая, как она опасалась, выглядела малоубедительной.
Их ландо катилось по аллеям парка, запруженным колясками, верховыми и группами гуляющих. Через несколько минут
они привлекли всеобщее внимание. Кругом стали перешептываться и кивать в их сторону.
- А он здесь будет? - не переставая улыбаться, спросила леди Мэри.
Эмма поняла, что она спрашивает про Колина.
- Нет, - ответила она.
- Вы, наверное, постарались сделать все, чтобы мы не встретились. Да так, пожалуй, и лучше. Наша встреча сегодня
утром была для меня очень тяжелым испытанием. - Сохраняя на лице приклеенную улыбку, леди Мэри тяжело вздохнула и
стиснула руки. - И я видела, что ему тоже было нелегко.
"Опять ломает комедию", - подумала Эмма. Как ей хотелось сказать этой паршивке, что Колин собирался выбросить ее
из дома.
- Ну почему он предпочел мне вас? - спросила леди Мэри. - Это просто невозможно понять.
Поскольку Эмма не собиралась отвечать на этот вопрос, она была благодарна старой графине с глазами-бусинками,
которая в эту минуту окликнула их из своей коляски и велела кучеру остановиться. Эмма испытала большое облегчение,
видя, что леди Мэри честно играет свою роль и подтверждает слова Эммы о том, что все эти слухи - глупые выдумки.
Графиня выслушала их с жадным интересом. Другое дело, поверила ли она нам, - подумала Эмма.
- Но Джейн, Элис и Элайзу нам так просто провести не удастся, - сказала леди Мэри, когда коляски графини отъехала
от них.
Эмма вспомнила, что так звали подруг леди Мэри, которым она послала свои прощальные письма.
- Да, - признала она. - Вам придется с ними поговорить.
- Я скажу им правду, - заявила леди Мэри, тряхнув головой.
- Вот и прекрасно, - согласилась Эмма. - Скажите им, что вы ошиблись относительно намерений Колина, что вы
приняли учтивость за любовь и не заметили, что он был так же учтив с другими юными леди, однако ни одна из них не
приняла это всерьез. Извинитесь за свое поведение и попросите своих подруг никому не говорить о ваших письмах.
- Но все было вовсе не так! - негодующе воскликнула леди Мэри.
- Не так?
Эмма устремила на нее решительный взгляд, как бы давая ей понять, что не отступит, и это, видимо, удивило девушку.
"Она вконец избалована, - подумала Эмма. - Привыкла получать все, что ей захочется. А тут не вышло. Интересно, когда
эта девица поймет, что у меня не менее твердый характер?" Тут Эмма увидела, что к ним направляются несколько верховых.
- Улыбнитесь, - нежно проговорила она.
Через секунду на них обрушился новый град вопросов. Так прошло больше часа. Эмму все это очень утомило, но она
считала, что дела идут неплохо. Ей казалось, что леди Мэри даже с удовольствием разыгрывает эту новую роль. Во всяком
случае, ей доставляло удовольствие всеобщее внимание. Эмма была уверена, что им удалось перекрыть поток сплетен, хотя
до полной победы было еще далеко.
Наконец-то можно направлять кучера к дому Морлендов, где она с наслаждением расстанется с леди Мэри. Но пока ландо
разворачивалось, откуда-то с края дороги раздался пронзительный голос:
- Эмма, душечка!
Эмма повернулась и с неудовольствием узрела Арабеллу Таррант, стоявшую под руку с графом Орсино.
- Как удачно, что мы встретились, - затрещала Арабелла, не дав Эмме сказать ни слова. - Мне что-то нехорошо, и я
надеялась увидеть кого-нибудь из знакомых, кто отвез бы меня домой.
Не дожидаясь ответа, она решительно подошла к их ландо и открыла дверцу. Орсино опустил для нее ступеньки прежде,
чем лакей успел слезть с запяток.
- Голова кружится, - сказала Арабелла, проворно забираясь в ландо. - На меня так действует жара.
Орсино тоже влез в экипаж и сел рядом с Арабеллой на переднее сиденье, нагло улыбаясь Эмме.
Что делать? Если вышвырнуть обоих из ландо, будет еще одна сцена и еще одна сплетня. Эмма вся кипела. Ее поймали в
западню. Она велела кучеру ехать, ограничившись резким замечанием:
- Сегодня вовсе не жарко.
- Для таких, как мы, южан, конечно, не жарко, - ответил Орсино, улыбаясь Эмме интимной улыбкой.
- Мне делается плохо, даже когда не очень жарко, - заявила Арабелла, всплескивая руками, отчего заколыхались
бледно-зеленые ленты, украшавшие ее пронзительно-желтого цвета платье. - Я тебя уже сто лет не видела, Эмма. Ты все
хорошеешь!
Это невинное высказывание было произнесено ядовито-елейным голосом.
Эмма поняла, что Арабелла заранее обдумала эту акцию вместе с Орсино из-за того, что по возвращении из Корнуолла
новобрачные ее полностью игнорировали. Правда, Колин послал ей значительную сумму денег, но Арабелла жаждала
другого: воспользовавшись его положением, проникнуть в высшее общество. И страшно бесилась, что ей в этом отказано.
Она хотела навредить Эмме и уже преуспела в этом. Эмма чуть ли не скрежетала зубами: она не желала представлять эту
парочку леди Мэри, но не знала, как этого избежать. Леди Мэри ошеломленно смотрела на кричаще безвкусное платье
Арабеллы. Орсино ни в коем случае нельзя знакомить с молодой, незамужней и очень богатой девушкой.
- К сожалению, до дома я вас довезти не смогу, - сказала Эмма Арабелле. - Нам нужно через десять минут быть на
Гровенор-сквер.
- Ничего подобного, - заявила леди Мэри, чувствуя, что может поживиться какой-то тайной. - Мама поехала к тете.
И тут Орсино взял инициативу в свои руки. Наклонившись вперед и приложив руку к груди, он сказал, обращаясь к леди
Мэри:
- Я граф Джулио Орсино. Из Италии.
- Правда? - спросила леди Мэри. - Папу возили и Италию, когда ему было шестнадцать лет. Ему там очень
понравилось. У нас в доме много итальянских картин.
- Видимо, у вашего отца хороший вкус, мисс...
- Я леди Мэри Дакр, - сказала девушка и протянула Орсино руку.
Эмма раздраженно прикусила губу. Глупая девчонка! Но ничего поделать уже было нельзя.
- А это - миссис Арабелла Таррант, - сказала она и увидела, как Мэри, услышав ее фамилию, заинтересованно
взглянула на Арабеллу.
Значит, она тоже слышала сплетни о ее покойном муже.
- Счастлив с вами познакомиться, - с широкой улыбкой сказал Орсино. - Но, видимо, я должен выразить вам
соболезнование? - сказал он, окинув взглядом ее траур.
- У меня умерла бабушка, - сообщила ему леди Мэри.
- Сочувствую вам.
Девушка кивнула:
- Да, мне очень ее не хватает. Но она не захотела бы, чтобы я в трауре сидела дома и оплакивала ее. Она предпочла бы,
чтобы я выезжала и отвлекалась от грустных мыслей.
- Разумеется, - глядя на нее маслеными глазами, согласился Орсино.
"Лучше бы ее действительно держали взаперти, - подумала Эмма. - Как я не догадалась, что Орсино не смирится с
отказом и придумает какую-нибудь месть".
- Я удивлен, что вы соглашаетесь терпеть такое обращение, - добавил Орсино.
Нельзя допустить его сближение с леди Мэри, - с отчаянием думала Эмма.
Она огляделась. Они подъезжали к воротам парка.
- Я хотел покататься в парке верхом, - продолжал Орсино, - но мне очень не повезло с лошадью.
- Вы взяли лошадь напрокат? - спросила леди Мэри.
Орсино покачал головой:
- Назвать ее лошадью - это значит нанести смертельное оскорбление всему лошадиному роду, всем этим
превосходным животным. Я вернул эту... тварь в конюшню. Но она успела укусить моего камердинера, слугу моей
домохозяйки и еще одного человека, кажется, угольщика. Высокого краснолицего детину. Тот грозился подать на меня за это
в суд.
Леди Мэри хихикнула.
- Мне посоветовали обратиться в другую конюшню, но я пока не набрался духу опробовать еще одну... английскую
лошадь.
- Ваши итальянские, конечно, гораздо лучше, - язвительно сказала Эмма.
- Скажем так - они лучше воспитаны.
- Так почему бы вам не вернуться в Италию и не ездить на этих благовоспитанных лошадях? - еще более решительно
спросила Эмма. Ее терпение было на исходе.
- Если бы только это было возможно, - с глубоким вздохом ответил граф Орсино. - Но война разорила мою семью: у
нас не осталось ни поместий, ни состояния. Разве это не прискорбно, когда знатное семейство оказывается на пороге
нищеты?
Эмма скривила губы. Сколько людей высказывали сомнение о праве Орсино носить аристократический титул! Сама она
не сомневалась, что у него никогда не было ни поместья, ни состояния. Он был игрок, шулер и бог его знает, что еще.
- Но война ведь кончилась, - невинным голосом сказала она. - Почему бы вам не вернуться домой и не попытаться
востребовать вашу собственность?
Граф покачал головой, но не стал объяснять, почему это невозможно.
- Как интересно! - воскликнула леди Мэри. - Как в романе.
"Да он все это и взял из какого-нибудь романа, - подумала Эмма. - Как бы избавиться от этого опасного человека?"
Она окинула окрестности отчаянным взглядом и увидела, что за воротами парка наемный экипаж выгружает пассажиров.
Она повернулась к лакею:
- Джон, задержи этот кабриолет!
Джон посмотрел на нее с удивлением, но послушно соскочил с запяток и побежал к наемному экипажу.
- Извини, Арабелла. Я уже говорила, что у меня назначена встреча. Придется тебе поехать домой вон в том экипаже.
Надеюсь, тебе скоро станет лучше. Тобиас, остановись, пожалуйста, здесь.
Кучер послушно остановил лошадей. Эмма молча смотрела на возмущенную Арабеллу и ухмыляющегося Орсино:
сходите, дескать. Тем ничего другого не оставалось делать. Арабелла начала было протестовать, но Орсино только
поклонился Эмме, признавая временное поражение, и помог Арабелле пересесть в кабриолет.
- Как грубо вы от них избавились, - сказала леди Мэри, когда ландо поехало дальше.
- Вам не следует знаться с этими людьми, - отозвалась Эмма.
- Почему?
Эмма не ответила на этот вопрос. Она была в большом расстройстве. Ей все время не везет. Каждый день возникает чтонибудь!
А Колину нужна жена, которая бы не осложняла его жизни. Все эти переполохи ему, того и гляди, осточертеют.
- Вам поклонился молодой человек, - сказала ей леди Мэри.
Эмма опасливо оглянулась и увидела Робина, ехавшего верхом на отличной гнедой лошади. Она облегченно помахала
ему рукой.
- Вы же говорили, что мы едем домой, - пожаловалась леди Мэри.
- Сейчас, - сказала Эмма. - Робин! - окликнула она брата.
Он поколебался несколько секунд, но потом подъехал к ландо и, сняв шляпу, без улыбки произнес: "Доброе утро". Робин
был все еще в большой обиде на сестру. После их последнего неудачного разговора в доме Сент-Моуров он решил, что она
ничем не лучше отца и тоже обращается с ним как с ребенком, а посему он не будет искать ее общества. Его разочарование в
ней усугубилось необходимостью искать где-то большую сумму денег. Ему пришлось обратиться к очень неприятному
ростовщику и, как выразился Джек, продать ему душу. Он и это поставил в вину Эмме, не ответил на письмо, которое она
ему послала, и больше не навещал ее.
- Робин, я так давно тебя не видела! - воскликнула Эмма.
Услышав в ее голосе искреннее чувство, леди Мэри насторожила уши и стала с интересом разглядывать Робина.
- Я был дьявольски занят, - ответил Робин. - Завалили приглашениями.
Он небрежно махнул рукой и изобразил на лице утомление от внимания света. Но тут же испортил впечатление, добавив:
- Да и не хотел обременять тебя своими делами.
- Ну, при чем тут обременять?
Эмма очень беспокоилась за Робина. При первой же встрече она бросилась ему на выручку, из чего и проистекли все
последующие события. Но он про это не знает, напомнила она себе.
- Можешь не волноваться, - так же небрежно продолжал Робин. - Я все сам уладил. Зря я к тебе и обращался.
- Ты о чем? - спросила Эмма.
Неужели опять проигрался? Какие еще у него могут быть затруднения? Она слишком хорошо знала, что случается с
молодым человеком, которого затягивает карточная игра.
- Робин, скажи...
Он только отмахнулся.
- Может, представишь меня своей спутнице? - спросил он таким тоном, словно сестра опять его как-то обидела.
Эмма только вздохнула: нет, он неисправим.
- Леди Мэри, это мой брат Робин Беллингем. Робин, познакомься - леди Мэри Дакр.
На лице леди Мэри отразилось разочарование: а она-то уже вообразила, что Эмма изменяет своему мужу с каким-то
юнцом.
- Очень рад... - начал было Робин. - Дакр? - повторил он. - Дакр? Та самая, что распространяет россказни про
Сент-Моура? С какой стати она оказалась у тебя в ландо?
- Робин! - одернула его Эмма. И оглянулась: нет ли кого-нибудь поблизости?
- Уж, во всяком случае, я здесь оказалась не по своей воле, - отрезала леди Мэри.
Робин не обратил на ее слова ни малейшего внимания.
- В клубе говорят, что она чокнутая. Фредди Бланкеншип рассказал мне...
- Фредди - ничтожество! - вскричала леди Мэри. - А вы - грубиян. Как вы можете говорить обо мне так, словно
меня тут нет?
Робин окинул ее таким взглядом, словно она была не очень интересным зверьком в зоопарке.
- Фредди говорит, что она чуть не сыграла такую же штуку с ним. Стала повсюду говорить, что он ухаживает за ней,
когда он всего-навсего несколько раз с ней танцевал.
Леди Мэри подавилась от возмущения и густо покраснела. Если бы взгляд мог убить, Робина уже не было бы в живых.
- Вы... вы... - От негодования она не находила слов.
- Фредди говорит, что она считает себя неотразимой.
- Скотина! - взорвалась леди Мэри, наконец-то обретя дар речи. - А вы еще хуже, чем Фредди. Такого грубияна я еще
не встречала.
- По крайней мере, не станете всем говорить, что я собирался на вас жениться, - бессердечно отозвался Робин.
- Вы? Да я не вышла бы за вас замуж, даже если бы вы были последним мужчиной на земле!
- Не волнуйтесь, вам никто и не предлагает.
Леди Мэри расплакалась.
- Робин! - укоризненно сказала Эмма.
- Да я и смотреть не стану на человека в таком жилете! - сквозь слезы проговорила леди Мэри.
- А чем это плох мои жилет? - воскликнул Робин, бросая самодовольный взгляд на свой попугайной расцветки жилет.
- Ничего безобразнее представить себе нельзя! - крикнула леди Мэри и опять уткнулась в платочек.
- Леди Мэри! - с упреком сказала Эмма.
- Вот ехидна! - возмущенно сказал ее брат. - Если хотите знать, это последний писк моды. Все, у кого есть вкус, от
него в восторге.
- Можно подумать, что его размалевал ребенок, добравшийся до тюбиков с краской, - сквозь слезы бросила леди Мэри.
Робин задохнулся от негодования:
- Подумать только, что по вине этой дуры Сент-Моур чуть не задушил человека в ресторане! Позорище! Таких надо
упрятывать в сумасшедший дом!
- Что, говоришь, сделал Колин? - воскликнула Эмма.
- Учинил скандал. Привлек всеобщее внимание. Подумать страшно! - Робин покачал головой. - Я бы на его месте
задушил эту особу. Толку больше было бы.
- Робин, о чем ты говоришь? - в полной растерянности спросила Эмма.
- Ну ладно, может, душить ее и не стоило бы, - продолжал Робин, развивая свою мысль. - Дам душить не положено.
Но душу из нее вытрясти стоило бы.
- Что случилось в клубе, Робин? - грозно спросила Эмма.
- А? Да вообще-то Стейн сам был виноват. Подошел к столику Сент-Моура и что-то ляпнул про эту идиотскую сплетню.
Ну а Сент-Моур схватил его за глотку. - В тоне Робина неодобрение мешалось с восхищением. - Говорят, что, не оттащи
его от Стейна двое его друзей, он задушил бы его на месте.
- Из-за меня? - с восторгом воскликнула леди Мэри, у которой таинственным образом высохли слезы.
- Нет. Говорят, что тот оскорбил Эмму. Кто это станет входить в такой раж из-за вас?
- Свинья! - сказала леди Мэри.
- Ведьма! - ответствовал Робин.
Эмма издала какой-то странный звук, который заставил противников посмотреть на нее.
Увидев отчаяние на лице сестры, Робин опомнился.
- Наверное, мне не надо было все это рассказывать, - с виноватым видом сказал Робин. - Конечно, не надо было.
Дамам про это знать ни к чему. Надеюсь, ты не скажешь Колину, что это я проболтался.
- Я расскажу! - заверила его леди Мэри.
Робин не удостоил ее даже взглядом.
"Значит, Колину уже досталось. Да еще перед друзьями! И даже ничего мне не сказал". - Эмма была в ужасе.
- Эмма, тебе что, плохо? - спросил Робин.
- Да нет.
Эмме хотелось поподробнее расспросить Робина про инцидент в клубе, но не могла же она это сделать в людном парке да
еще в присутствии леди Мэри, которая не пропускала ни одного слова. Она велела кучеру ехать домой.
- Приходи в гости, - сказала она Робину на прощание.
Тот махнул рукой, ничего не обещая. А Эмма имела удовольствие ехать в открытом ландо по улицам Лондона с
театрально рыдающей в носовой платочек леди Мэри.
- Перестаньте плакать! - сказала ей Эмма. - А то все, чего мы сегодня достигли, пойдет прахом.
- Но дело было совсем не так! - ответила леди Мэри.
- Конечно, нет, - утешала ее Эмма, не задумываясь, что та имела в виду под словом дело, и лишь желая остановить
поток слез.
- Фредди Бланкеншип не давал мне проходу. Присылал цветы. Возил меня кататься. В Олмеке танцевал со мной
помногу раз. Но когда мама сказала, что он, наверное, сделает мне предложение, я ему при первом удобном случае заявила,
что ни за что не выйду за него замуж.
Эмма уверяла ее, что все понимает, а сама оглядывала улицу: не видит ли их кто-нибудь из знакомых? Леди Мэри опять
громко всхлипнула.
- Он толстый как бочка и воображает, что знает все на свете, - сообщила она Эмме.
Та покачала головой с сочувственным видом, желая лишь одного - поскорее доехать до дома Морлендов.
- И он назвал меня накрахмаленной воображалой, которая считает, что ее никто не достоин. Но это неправда. Просто он
мне не нравился.
- Ну конечно, - сказала Эмма, которая была рада видеть, что у леди Мэри, кажется, иссякли слезы.
- Кроме того, мне кажется, что он только потому за мной ухаживал, что я дочь герцога.
- Видимо, он ужасный человек, - отозвалась Эмма.
- Ужасный. А теперь мстит мне, рассказывая дурацкие истории.
- Вроде тех, что вы рассказываете о Колине, - не удержалась Эмма.
- Ничего подобного! - крикнула леди Мэри и швырнула мокрый носовой платок на сиденье. - Я скажу маме, что хочу
уехать в поместье.
"Может, и правда так будет лучше? - подумала Эмма. - Я с таким трудом переношу эту девчонку, что надолго меня не
хватит. И ее лучше увезти подальше от Орсино. А если Колин устраивает скандалы в клубе, все мои старания, похоже,
напрасны". Но тут Эмма упрямо сжала губы. Их прогулка с леди Мэри не была напрасной. Многие из тех, которые с ними
сегодня разговаривали, усомнились в сплетне, которую распускают про Колина. Надо продолжать начатое дело.
- Если вы уедете, это будет равносильно признанию, что все сплетни справедливы, - сказала она леди Мэри. -
Неужели вы хотите доставить такое удовольствие Фредди?
- А что мне остается делать?
- Игнорируйте его. Поедем кататься еще раз, чтобы все знали, что вас не волнует его глупая болтовня.
Леди Мэри смотрела на нее покрасневшими глазами. Она вовсе не глупа, вдруг осознала Эмма.
- Вы просто заботитесь о Сент-Моуре, - сказала девушка. - До меня вам дела нет.
- Но вы же говорили, что тоже хотите ему помочь, - напомнила ей Эмма.
- До меня никому нет дела! - всхлипнула леди Мэри и опять потянулась за мокрым носовым платком.
К счастью, в эту минуту ландо остановилось перед особняком Морлендов.
Эмма зашла с Мэри в дом.
- Покажите свету, что вас эти сплетни не волнуют, это и вам пойдет на пользу. Если про Колина все неправда, то,
значит, и россказни Фредди - сплошные выдумки.
- Я его ненавижу! - вскричала леди Мэри.
- Ну конечно.
- Я ему покажу, как возводить на меня напраслину!
- Вот и отлично, - с одобрением сказала Эмма.
- Я всем расскажу, что он носит корсет. Я слышала, как он заскрипел, когда Фредди наклонился, чтобы поднять мой
веер.
- Может быть, не стоит... - начала Эмма.
Но у леди Мэри уже возникла новая идея.
- Мы отыщем его в парке, и я отвернусь, когда он мне поклонится!- с торжеством заявила она.
Эмма с трудом сдержала гримасу.
- Как удачно вы все придумали! - с сияющей улыбкой сказала леди Мэри. Она, казалось, совершенно забыла про свою
вражду к Эмме. - Одну меня на прогулку не отпускают, потому что у нас в доме траур.
- А вам не кажется, что...
- Фредди еще пожалеет, что наплел про меня небылиц, - удовлетворенно сказала леди Мэри.
Величественным жестом она протянула Эмме руку.
- До свидания, - весело сказала она, подхватила юбку и пошла вверх по лестнице.
Эмма вернулась в ландо. Она испытывала одновременно и облегчение, и тревогу. События развивались чересчур быстро
и не в том направлении, какое она хотела им придать.
Вернувшись домой, Эмма сразу спросила, где Колин, но он еще не приехал. Настоятельное желание поговорить с ним
мешало ей заняться чем-нибудь еще, и она ходила взад и вперед по гостиной, с каждой минутой все больше раздражаясь. Она
пыталась внушить ему, чтобы он поскорее вернулся, но внушения не действовали. Пришлось ей идти наверх и переодеваться
к ужину. В это время она услышала его голос в холле.
К ужину ее причесывала горничная, и Эмма знала, что с Колином будет Реддингс. Придется подождать до конца ужина,
решила она, изнывая от нетерпения...
- Ну, как покатались? - спросил ее Колин за ужином.
- Весьма оригинально.
- Мне тоже показалось, что леди Мэри - оригинальная девица.
- Это верно.
Эмма сделала над собой усилие и рассказала Колину о том, как прошла их прогулка. Колин страшно веселился, слушая
про перебранку между Робином и леди Мэри.
- У меня появилось желание познакомиться с этим Фредди Бланкеншипом, - сказал он.
- Это твое дело. Мне же остается только надеяться, что наша следующая прогулка не будет похожа на эту.
- Как, ты думаешь еще об одной прогулке с ней?
- Да, думаю.
- Ты действительно считаешь, что это необходимо?
Эмма посмотрела ему в глаза.
- А ты так не считаешь? - со значением спросила она.
Колин намека не понял.
- Ну что ж, поступай, как считаешь нужным, - сказал он.
- А у тебя по этому поводу нет никакого мнения? - жестко спросила Эмма. - Тебе не кажется, что сплетня
расползлась по всему городу?
- Мое слово пока что перевешивает выдумки какой-то девчонки.
- Вот как?
Колин, казалось, не заметил иронии в этих словах.
- Из этой истории вышла даже польза, - с улыбкой сказал он. - Ты расположила к себе мою мать.
- Что?
- Я ее сегодня встретил на Бонд-стрит, и, когда я посмел пожаловаться, что у меня в гостиной вдруг оказалась леди
Мэри, она горой встала на твою защиту.
- Ты шутишь?
- Отнюдь. Твои старания предотвратить скандал произвели на нее большое впечатление. Она мне даже сделала выговор:
как я смею критиковать такую смелую и находчивую женщину? И еще сказала, что я тебя недостоин.
- С чего бы это вдруг?
До сознания Колина вдруг дошли иронические интонации жены.
- Ты взяла ее штурмом, - ответил он. - В чем дело, Эмма?
- Со мной? Ни в чем.
- Тебя кто-то оскорбил? Ты поэтому спрашиваешь про сплетню?
- Не знаю, - резко ответила Эмма. - Тебе виднее.
Колин нахмурился. Но прежде чем он успел что-нибудь сказать, вошел лакей с подносом и стал раскладывать по тарелкам
жаркое. Когда они начали есть, Джон встал в углу на случай, если им что-нибудь понадобится, и разговор на интересующую
мужа и жену тему пришлось прекратить.
Они молча закончили трапезу.
- Куда пойдем - в библиотеку или в гостиную? - спросил Колин.
- В библиотеку, - решительно сказала Эмма.
Туда редко заглядывают слуги, и у них будет возможность поговорить. Они сели на диван перед камином. Колин
протянул к огню свои длинные ноги.
- Как приятно провести вечер дома, - сказал он. - Нам так редко это удается.
- Да. - Эмма повернулась к мужу. - Я хочу с тобой поговорить.
- Я это почувствовал, - сухо отозвался он.
- Почему ты мне не рассказал... - В дверь постучали. - Кто там? - резко спросила Эмма.
Вошел Ферек. У него в руках был поднос, на котором стояли графин с бренди и бокалы. Он лучезарно им улыбнулся и
поставил поднос на стол.
- А где Джон? - спросил Колин.
Ферек развел руками.
- К сожалению, он упал и ушиб колено, - ответил он. - Но я знал, что вы захотите бренди, милорд, и вот пр
...Закладка в соц.сетях
