Жанр: Любовные романы
Скандальное пари
...Региной решили, что должны
устраивать такие вечера почаще и приглашать всех ваших воспитанниц.
- Это была бы прекрасная традиция.
Девочки, окружив их, благодарили лорда Хаверли и Уиклиффа. Эмма сияла. За исключением небольших ошибок, они
вели себя прекрасно, и она может гордиться ими. Их успех был для нее главным, только это действительно имело значение.
- Я провожу вас. - Грей предложил Эмме руку. - Как вы оцениваете поведение Фредди на сегодняшнем вечере? -
тихо спросил герцог.
- Он наступил мне на ногу, но полагаю, это оттого, что мое присутствие его нервировало.
- Оно и меня нервировало.
- Вот уж никогда не поверю. - Неужели найдется кто-то, кому удастся заставить нервничать герцога Уиклиффа?
- Напрасно, Эмма.
Он склонился над ней, и в полутемном холле этот жест показался ей таким же интимным, как поцелуй.
- Грей.
Вздохнув, он выпрямился.
- Так как же насчет Фредди?
- Правила остаются неизменными. - Она взглянула на Джейн, шедшую впереди под руку с Элизабет. - Вряд ли он
планировал увезти ее прямо сегодня, но я не поручусь, что эта мысль не приходила ему в голову.
- Вы не сердитесь на меня за то, что я его пригласил?
Ей, конечно, хотелось бы сердиться, но вечер оставил такое приятное впечатление, что не стоило портить его
бесполезным спором.
- Нет, но попрошу вас в следующий раз предупредить меня.
- Обещаю, - согласился он.
Он был сегодня необычно мягок и обходителен, и тому - по ее предположению - могло быть несколько причин. Нет,
пожалуй, причина была всего одна. Эмме стало жарко. Если кто-нибудь узнает о полночном визите Грея, это погубит ее -
выражаясь и буквально, и фигурально.
Однако, когда Хоббс распахнул перед ними двери и они направились к ландо, Грей не сказал ничего такого, что хотя бы в
малейшей степени прозвучало неприлично. Он помог Изабель и девочкам сесть в ландо, похвалил каждую из них: одну - за
то, что хорошо танцевала, другую - что отлично держала себя, третью - что храбро согласилась быть партнершей лорда
Чарлза.
- Как вы думаете, он перестанет носить монокль? - спросила Лиззи.
- Сомневаюсь. Впрочем, вполне возможно, что в твоем присутствии не будет им пользоваться.
Эмма подождала, пока все расселись. Потом, опершись на руку Грея, села сама.
- Вы завтра будете давать урок?
Он слегка сжал ее пальцы и тут же отпустил их.
- Да. Так что скоро увидимся. - Он смотрел ей прямо в глаза.
О Господи!
- Спокойной ночи.
Экипаж уже отъехал от дома довольно далеко, а девочки все еще махали Грею. Эмма оглянулась всего один раз, в тот
момент, когда они поворачивали на основную дорогу. Герцог улыбался.
Грей еще долго не входил в дом, стоя на ступенях, пока шум колес окончательно не стих. Он предупредил Эмму о своих
планах на ближайшие часы, и она не возразила. Стало быть, она их одобряет.
- Ваша светлость? - Хоббс стоял в дверях.
- В чем дело?
- Вечер довольно прохладный. Я подумал, что вы захотите войти внутрь.
- Прохладный? Я что-то не заметил.
Один лишь взгляд Эммы так горячил ему кровь, что он, пожалуй, не ощутил бы холода даже суровой русской зимы.
Однако, вернувшись в гостиную, он сразу почувствовал холод совсем другого свойства.
- Леди Сильвия, чем могу быть полезен?
- Я совершенно не понимаю, что вас так привлекает, - взяв его под руку, сказала она своим обычным воркующим
голоском.
- Привлекает? - удивился Грей, избегая, однако, смотреть на Сильвию.
- Вы и эти девочки. Поверьте... я в полном недоумении. Почему вам захотелось провести с ними вечер?
- Я делаю это, чтобы выиграть пари. И поскольку часть моей задачи - предупредить моих учениц об опасностях и
ловушках, подстерегающих их в Лондоне, должен поблагодарить вас за ваше поведение сегодня вечером.
- А-а... - Она взглянула на него из-под длинных загнутых ресниц. - А я представляю собой опасность или ловушку?
- И то и другое. - Он снял ее руку со своей и пошел вверх по лестнице.
- Я тоже училась в пансионе для благородных девиц в Суссексе, но что-то не припоминаю, чтобы какой-нибудь герцог
ходил перед нами на задних лапках, - продолжала Сильвия, поднимаясь вслед за ним. - Наша директриса упала бы в
обморок, если бы какой-нибудь мужчина даже приблизился к нам. И я бы упала.
Продолжая идти, он бросил:
- К счастью, вы, кажется, полностью избавились от этого недуга.
- Разумеется. Теперь я предпочитаю не закрывать глаза и быть начеку.
Возможно, она также предпочитала не закрывать дверь спальни. Еще несколько недель назад это его заинтересовало бы,
но сегодня он не удостоил ее даже взглядом.
Тристан, дядя Деннис и Бламтон уже сидели в гостиной за бренди, сигарами и за разговорами об оттоптанных ногах. Грей
пожелал всем доброй ночи - на уме у него было совсем другое.
Сняв с себя вечерний костюм, он переоделся в простые темные брюки. Потом стал размышлять, надевать ли ему жилет:
чтобы избавиться от него, потребуются дополнительные усилия, а времени у него будет мало. Но если он кого-нибудь
встретит, то будет сразу заметно, что он одет неподобающим образом. Для аристократов в одежде приняты определенные
стандарты. Даже в Гемпшире.
Надев жилет и натянув сапоги, он подошел к двери своей спальни, но вдруг остановился. Слуги уже все ушли спать, но в
гостиной оставались еще трое мужчин. Впрочем, от них он сможет ускользнуть, но вот от Сильвии... Эта дамочка явно что-то
подозревает и наверняка уже вышла на охоту.
Что до него, то ему было наплевать на то, увидит ли она, как он выйдет из дома, но Эмма не вынесет сплетен и пересудов.
Задумчиво потерев подбородок, Грей подошел к окну. Если уж Элис сумела вылезти на карниз в своих юбках, сделать это в
сапогах ему будет совсем не трудно. Из открытого окна веяло прохладным ночным ветерком. Грей поставил одну ногу на
подоконник и высунулся наружу, и в этот момент кто-то постучал в дверь. На мгновение Грей замер. Если этот незваный
гость, заглянув в спальню, обнаружит, что там никого нет, ему придется по возвращении отвечать на довольно щекотливые
вопросы. Ругнувшись, Грей убрал ногу с подоконника и снял жилет. Если его не будут рассматривать слишком пристально,
может показаться, что он раздевается. Он откинул покрывало на кровати и направился к выходу.
- В чем дело? - спросил он, распахивая дверь.
На него, часто моргая, смотрел Фредди Мейберн.
- Я... я просто хотел поблагодарить вас за то, что вы меня пригласили.
Грей совершенно забыл о существовании Фредди.
- Не стоит благодарности. Спокойной ночи. - И Грей захлопнул дверь.
Но не успел он сделать и двух шагов к окну, как стук повторился. Пришлось снова открыть дверь.
-Да?
- После нашего разговора на прошлой неделе, - сказал Фредди, - я предположил, что вы поможете мне.
- Я пригласил вас на сегодняшний вечер.
- Но мне даже не удалось поговорить с Джейн.
Грей внимательно посмотрел на Фредди. Он едва знал этого парня, но такой тип мужчин был ему знаком. Эти мужчины
были похожи во всем. Фредди отличался от них разве что своей погоней за богатым приданым. В голове Грея все еще
звучали слова Эммы - она не понимала, как люди могут лгать, как они могут, говоря, что им нужно сердце женщины, на
самом деле лишь стремиться завладеть ее кошельком.
- А как Джейн относится к вам?
Фредди наморщил лоб.
- Конечно, она от меня без ума.
Грей с трудом сдерживался, чтобы не обернуться и не посмотреть на окно.
- Сегодня вы доказали, что вам можно верить, что вы человек слова. Послезавтра вы пошлете в академию записку,
адресованную мисс Эмме Гренвилл, с просьбой разрешить девушкам, которые сегодня присутствовали на званом вечере -
если они того захотят, - позавтракать с вами в Бейсингстоке.
Фредди хитро улыбнулся:
- Я начинаю понимать, почему у вас такая репутация, ваша светлость.
Грей вовсе не был уверен, что заслужил такую похвалу- если вообще считать это похвалой. Он умел соблазнить
женщину и делал это бессчетное число раз. Сказать несколько комплиментов, говорить то, что они хотели услышать,
подарить, в случае необходимости, какие-нибудь побрякушки - вот все, что требовалось, чтобы женщина легла к нему в
постель.
Но в данном случае проблема имела оборотную сторону. Во-первых, он знал Джейн, и, находясь в положении учителя и
общаясь с ней, считал своим долгом защитить ее. Второй проблемой была Эмма. Она была не просто женщиной,
благосклонности которой он добивался, а стала для него чем-то большим. Она чертовски сложная натура, и, чтобы завоевать
ее, надо понять, что ею движет. Если ему это не удастся, нечего надеяться на то, что она ответит ему взаимностью.
- Ваша светлость?
Грей тряхнул головой. Если он не перестанет мечтать об Эмме, у него не хватит времени, чтобы увидеть ее на самом деле.
-Да?
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Грей закрыл дверь на ключ и прислушался: Мейберн направлялся к лестнице. Он завтра решит, что делать с Джейн и
Фредди.
Еще раз проверив, заперта ли дверь, Грей снова надел жилет и вернулся к окну. Стена была неровной, рядом был
закреплен водосток, поэтому спуск занял считанные мгновения. Ступив на землю, Грей на минуту задумался. Самым
разумным было бы оседлать Корнуолла, но из-за того, что Фредди задержался с отъездом, конюхи еще не разошлись по
домам. Прогулка в две мили не очень-то улыбалась ему, особенно если учесть, что и обратно тоже придется возвращаться
пешком.
Ложиться спать? Исключено. Запах ее волос, прикосновение ее руки, звук ее голоса весь вечер сводили его с ума. Как он
только устоял и не затащил ее в пустую комнату и не раздел? Его удерживала единственная мысль: он заключит ее в объятия
еще до рассвета.
Грейдон решил, что несколько минут задержки стоят того, чтобы не идти четыре мили пешком. Ему нравились усердные
работники, но сегодня он был бы счастлив, если б все конюхи перепились и спали мертвым сном. Он принялся
прохаживаться по двору, пока свет в конюшне не потух. Тогда он проскользнул в ворота и, схватив все снаряжение, включая
седло, тихо вывел Корнуолла.
Садясь на коня, он оглянулся на дом. Окна гостиной выходили на противоположную сторону, а те, что смотрели на
конюшню, были темными. Но из предосторожности Грей сначала ехал шагом и, лишь когда дорога сделала поворот, пустил
Корнуолла галопом.
Луна была еще неполной, но хорошо освещала дорогу. Неожиданно впереди замаячила фигура Фредди верхом на лошади,
и Грей, проклиная все на свете, снова поехал шагом.
Когда он подъехал к увитым плющом стенам, окружавшим академию, то увидел, что во всех окнах уже темно. Он не
удивился: было уже за полночь и приличным девочкам давно пора спать. Эмма, впрочем, не была такой уж приличной, как
ей нравилось думать.
Привстав в седле, Грей подтянулся и перемахнул через стену. Не мешало бы Эмме завести сторожевых собак, чтобы они
охраняли сон ее подопечных, - уж очень легко пробраться на территорию академии. С другой стороны, он был рад, что,
пока бежал по освещенному луной двору, за ним по пятам не гналась разъяренная свора.
Входная дверь была заперта на ключ и засов, но третье по счету окно нижнего этажа, которое он попытался открыть,
оказалось незапертым. Грей проскользнул в классную комнату и затворил за собой окно: не хватало еще, чтобы ночной ветер
разметал тетради по всей комнате!
Он бесшумно пересек холл и стал подниматься на второй этаж. Нигде ни звука - это вселяло надежду. Эмма, должно
быть, знает, что он уже идет к ней. Слава Богу, никто из бдительных стражей не преградил ему дорогу, а тролль, верно, спал
там, где обычно.
Дверь в кабинет Эммы была закрыта, но не заперта. Грей вошел, и легкий запах лимона - ее запах - сразу привел его в
возбуждение. Без письменного стола кабинет выглядел как-то иначе, но в данный момент он был озабочен лишь тем, что
Эммы в кабинете не было.
- Эмма, - прошептал он у двери, ведущей в ее спальню.
Дверь открылась.
- Я подумывала о том, чтобы спать сегодня где-нибудь в другом месте, - тихо отозвалась она.
Ее каштановые волосы были рассыпаны по плечам. На ней не было халата - только ночная рубашка, и она была
босиком. Одной рукой она придерживала дверь.
- И почему же ты решила остаться здесь? - спросил он, еле сдерживаясь, чтобы не стиснуть ее в своих объятиях.
Эмма запрокинула голову, словно изучая его лицо, и у него пресеклось дыхание. Никогда еще ни одна женщина не влекла
его к себе так, как Эмма. Она протянула руку и положила ладонь ему на грудь.
- Я решила остаться, - пробормотала она, приникнув к нему, - из-за этого. - Приподнявшись, она поцеловала его в
губы.
Руки Грея, скользнув вниз, обхватили ее бедра, и он прижался к ним, наслаждаясь теплом и гибкостью ее тела.
- Теперь у меня нет письменного стола. - Эмма откинула голову, подставив поцелуям свою нежную шею.
Он ласкал ее кожу губами и языком, чувствуя, как бешено бьется жилка.
- Кровать вполне подойдет.
На этот раз Эмма знала, что надо делать. Пока он снимал камзол, она расстегнула жилет и развязала галстук.
- Тебе даже удалось не задушить меня. - Он снова ее поцеловал, позволив ее языку проникнуть внутрь.
- Я хорошая ученица, - ответила она, и ее теплые руки заскользили вверх по его груди.
- Вижу, вижу. - Ее руки уже двигались в обратном направлении- к пряжке ремня.- Готова к следующему уроку?
Ее руки уже были в самом низу, и она усмехнулась:
- Это ты готов.
Грейдон улыбнулся. Взяв Эмму за руку, он повернул ее спиной к себе.
- Все же есть кое-что, чего ты еще не знаешь, - сказал он, прижавшись к ней и одновременно спуская до талии ее
ночную сорочку.
- Так научи меня. - Она прижалась к нему всем телом, а он обхватил ладонями ее обнаженные груди.
Грей закрыл глаза, наслаждаясь тем, как реагировало ее тело, как твердели соски под его пальцами. Он хотел
удовлетворять ее, учить и добиться, чтобы она желала только его. Он хотел быть единственным мужчиной, которому было
бы разрешено так к ней прикасаться, единственным, кто, как сейчас, заставлял бы ее стонать от наслаждения.
Наконец он поднял ее на руки и отнес на кровать, потом лег рядом, не переставая целовать и ласкать. Эмма уперлась
ладонью ему в плечо, и он послушно перевернулся на спину. Эмма рывком сняла с него рубашку, наклонилась - при этом ее
волосы закрыли ему лицо - и провела языком по его соскам - так, как он делал с ней.
- Тебе нравится? - спросила она.
- Да. Мне нравится прикосновение твоих рук, твоих губ, - ответил Грей и просунул руку между их телами к тому месту,
которое было готово принять его - горячее и влажное.
Выгнув спину, Эмма прижалась к его пальцам.
- Погоди, - вырвалось у нее, - я хочу, чтобы тебе тоже было хорошо.
Она сползла вниз, стащила с него сапоги, а потом брюки. Прерывисто дыша, она принялась исследовать его тело. Когда
она начала нерешительно и нежно гладить его восставшую плоть, Грей стиснул зубы, стараясь сохранить над собой
контроль.
Но когда она дотронулась языком до кончика, он приподнялся на локтях и в изнеможении простонал:
- Эмма!
Она посмотрела на него из-под ресниц - директриса респектабельной школы в огне страсти.
- Мне это нравится, - прошептала она. Нежное дыхание, коснувшееся его горячей плоти, чуть не свело его с ума.
- Иди ко мне, - потребовал он, - я больше не могу сдерживаться.
С его помощью Эмма оседлала его бедра, а потом медленно опустилась, сотрясаясь от наслаждения.
Он снова приподнялся на локтях, чтобы поцеловать ее, но она толкнула его обратно и склонилась над ним.
- Покажи мне как, - выдохнула она.
Обхватив руками ее талию, он показал ей, как надо двигаться.
Она подчинилась заданному им ритму.
- Ты был прав насчет моих книг: они никогда бы меня этому не научили.
Ни ее книги, ни его собственный богатый опыт не подготовили его к встрече с Эммой. Она была единственной в своем
роде и поглотила его целиком, без остатка.
- Эмма, - только и мог он шептать.
- О, Грей! - Она стала двигаться все быстрее, потом, вздрогнув, упала ему на грудь.
Судорожно пытаясь сохранить контроль над собой хотя бы еще на несколько секунд, он приподнял ее, но она схватила
его за руки.
- Нет!
Грей со стоном откинул назад голову и рывком глубоко вошел в нее, кончая.
- Эмма, - сказал он, когда к нему вернулся дар речи. Ему не хватало дыхания, и он казался совершенно растерянным.
- Почему...
Она закрыла ему рот поцелуем.
- Потому что, - пробормотав это, она растянулась рядом с ним.
Вряд ли то был ответ образованной директрисы. Но если в ней бушуют те же эмоции, он готов принять его. Пока.
Глава 15
Потянувшись, Эмма открыла один глаз и встретила взгляд пары зеленых глаз. Странно, но она не испугалась и даже
ничуть не была удивлена, - наоборот, впервые в жизни почувствовала, что все в мире совершенно, все именно так, как
должно быть.
- Доброе утро.
Совершенство мира неожиданно рухнуло.
- Утро? - вскрикнула она, откинув одеяло. - Почему ты до сих пор здесь? Господи!
Грей сел и обхватил ее за талию. Он выглядел спокойным, даже веселым.
- Еще очень рано. Никто о нас ничего не знает, Эм.
Циферблат маленьких часов на столике рядом с кроватью был едва виден в предрассветной мгле. Это само по себе уже
было хорошим знаком.
- Четыре пятнадцать, - наконец различила она. - Я что, заснула?
- Угу.
- А ты?
- Нет. - Он провел рукой вниз по ее спине - такой теплой, такой знакомой.
- Разве ты не устал?
- Устал. - Грей, нагнувшись, поцеловал ее в плечо. Взглянув на нее, он вопросительно поднял бровь. - Ты хочешь
сказать, что мне пора уходить?
- Обслуживающий персонал встает в шесть.
Жаль, что она заснула, а он - нет. Она могла бы смотреть на него спящего и избежать его испытующего взгляда: будто
он точно знает, о чем она думает и что чувствует.
Грей взбил единственную подушку и, прислонив ее к изголовью, откинулся на нее. Тонкое одеяло сползло с его груди на
бедра.
- Тебе нужна кровать побольше, - сказал он, закинув руку за голову.
- Мне нравится моя кровать. - Ей хотелось стянуть одеяло пониже и продолжить изучение мужских органов, но тогда
он точно не уйдет до того, как их обнаружат.
- Но я свисаю с обоих концов, - пожаловался он, и в доказательство пошевелил голыми пальцами ног.
- Просто ты слишком большой.
- Ну спасибо. - Он тихо засмеялся. От этого смешка по всему телу Эммы пробежал озноб. Видимо, на него этот смех
тоже подействовал, потому что одеяло шевельнулось.
- Иди ко мне.
- Грей, мне надо поспать. У меня сегодня первый урок.
Он обнял ее так, что ей пришлось положить голову ему на грудь.
- У меня сегодня тоже с утра урок, - заявил он, перебирая пальцами пряди ее волос. - Спи. Я уйду вовремя.
Ах, какая сладкая истома во всем ее теле! Неудивительно, что даже те ее подруги, которые клялись, что ни за что не
выйдут замуж, потом признавались, что "это" им нравилось. Да, но она-то не замужем. Более того, она, как никто другой, в
данный момент совершенно не собирается замуж.
- Эм! Я что подумал.
Ее сердце вдруг забилось быстрее. Как бы хорошо он ни умел читать ее мысли, неужели...
- О чем ты подумал?
- Я собираюсь уступить.
Надо избавляться от фантазий, в которых герцоги женятся на школьных учительницах и после этого счастливо живутпоживают
в старинных замках.
- Уступить?
- Я имею в виду пари.
Эмма подняла голову и встретилась с его задумчивым серьезным взглядом.
- Почему?
- Потому что я не хочу закрывать Академию мисс Гренвилл.
Она, конечно, была тронута его решением, но, с другой стороны, несколько... раздосадована.
- Что ж, это хорошо. Ты стал немного более осведомленным в вопросах женского образования.
У Грея между бровями залегла складка.
- Я думал, ты будешь счастлива.
- А я счастлива. - Она села.
Он тоже сел.
- Нет. Ты не счастлива.
- Я правда счастлива. Просто... - "Заткнись, Эмма, - предупредила она себя. - Не испытывай судьбу". - Очень мило
с твоей стороны сказать мне это. Спасибо.
- Что? - Он все больше мрачнел.
- Принимая во внимание твое положение в обществе, сведения, полученные на твоих уроках, были до сего времени
весьма неожиданны, но полезны.
- Принимая во внимание мое положение, - повторил он, и в его голосе появились угрюмые нотки.
- Да, в этом отношении, надо признаться, у тебя отличные перспективы. Но неужели ты на самом деле думаешь, что
только потому, что ты мужчина, ты сможешь подготовить девушек к выходу в свет лучше, чем я?
- Ты считаешь, что я проиграю пари? - Грей искренне удивился.
- Ты уже проиграл. - Она выдержала его взгляд. - Ты только что сообщил об этом.
- Я изменил свое мнение.
Настала ее очередь хмуриться.
- Это нечестно.
Его улыбка была чувственна, как сам грех.
- И кому же ты собираешься об этом рассказать? - Он поцеловал ее в ямочку у основания шеи. - И как скажешь, в
какой именно момент услышала об этом? Ты могла бы по возможности попытаться быть хотя бы благодарной.
- Я думаю, ты должен уйти. - Почему приличным женщинам не позволено ударить мужчину? - Сейчас же. Что
касается меня, то, если бы ты не уступил, не было бы и продолжения этой ночью.
Все еще глядя на нее, он встал - высокий, красивый, нисколько не смущенный.
- Это ты сейчас так говоришь. Немного позже тебе будет трудно убедить себя в этом. - Он стал одеваться. - Я знаю
тебя, Эмма. Ты хотела меня. И сейчас хочешь.
Возможно, он был прав, но она определенно не хотела с ним соглашаться.
- Я уже объясняла тебе, Грей. Мне было любопытно. И благодаря тебе мне теперь не надо чувствовать себя жеманной
старой девой... - Она схватила ночную рубашку и натянула ее через голову. Черт бы его побрал, почему он ведет себя так
самодовольно? Да, она хотела потерять невинность, но ведь он тоже этого хотел. Так что нечего этим бахвалиться, будто
одержал над ней победу. - Ты не единственный мужчина в Гемпшире, - с усмешкой продолжила она. - Даже в Хаверли
- не единственный.
Грей так быстро бросился к кровати и схватил ее за плечи, что она не успела опомниться.
- Это совершенно другая игра, Эмма, - прорычал он, - и не надо со мной в нее играть.
- Значит, только тебе позволено вести подобную игру, Грей? - Она гордо вздернула подбородок, хотя вовсе не
чувствовала себя уверенно.
- Я ни с кем не играл в эти игры с тех пор, как встретил тебя. - Он отпустил ее и, прихватив камзол и сапоги,
направился к двери. Уже взявшись за ручку, он обернулся. - Между прочим, Мейберн собирается пригласить тебя и девочек
на ленч в ближайшие дни. Откажи ему.
Не дожидаясь ответа, он вышел из спальни. Спустя несколько минут дверь в ее кабинет открылась и закрылась опять.
Немного помедлив, Эмма села на край кровати. Что все это означало? Он ревнует или между ними все кончено? Или это
было обещание? Но что он мог обещать ей?
- Проклятие, - буркнула она.
Вряд ли она снова заснет, решила Эмма и, накинув халат, вошла в кабинет и зажгла все лампы. На месте сломанного
письменного стола посередине комнаты стоял небольшой столик, а на нем - ее доклад об управлении поместьем Хаверли.
Вздохнув, Эмма села за стол и перечитала доклад. Это в общем-то был предварительный проект, но вполне толковый,
хотя предусматривал необходимость небольших первоначальных вложений капитала и был схож - в некоторых пунктах - с
планом Грея.
По щеке Эммы скатилась непрошеная слеза. Надо было позволить ему уступить - ради академии. Разве имело значение
то, что ей нравилось это состязание интеллектов и не хотелось, чтобы он уезжал из Гемпшира?
Еще одна слеза упала на бумагу. Эмма нетерпеливым жестом стерла ее. Чего он добивался своими недомолвками? Хотел
дать ей понять, что она не может ему доверять, что он больше заботится о себе и своем спокойствии, и ни о чем другом. И уж
конечно, больше, чем о ней.
Погруженная в невеселые мысли, Эмма была молчалива и во время завтрака, и когда раздавала почту. Что поделать: она
не могла думать ни о ком другом, кроме этого глупого, бестолкового человека, тем более что герцог Уиклифф не был ни
глуп, ни бестолков.
- Эмма!
Изабель села напротив нее. В руке она держала вскрытое письмо, за ее спиной стояла бледная, испуганная Генриетта.
- В чем дело? - обеспокоенно воскликнула Эмма. Она была рада решать любую проблему, лишь бы отвлечься от
мыслей о Грейдоне Брэкенридже.
Француженка протянула ей листок:
- У нас катастрофа.
Тобиас, как всегда, стоял у ворот, когда ландо подъехало к академии. Грей и Тристан сидели друг напротив друга, но в
это утро виконт благоразумно отказался от всяких попыток завязать разговор.
- Ваша светлость, - сказал тролль еще более угрюмо, чем обычно. - Вас ожидают.
- В этом нет никаких сомнений, - пробурчал Тристан.
Когда Симмонс остановил ландо у входа, на ступенях их встречала только Лиззи. Девчушка подбежала к экипажу и
схватила Грея за руку прежде, чем он ступил на землю.
- У нас неприятности, - сказала она и потянула его за собой.
Дэр последовал за ними. У Грея сердце защемило от нехорошего предчувствия.
- Эмма здорова?
Проклятие, он не должен был сначала предлагать уступить ей первенство, а потом отказываться от своих слов - ведь он
прекрасно знал, что никогда не отнимет у нее академию.
- Ш-ш-ш. - Элизабет стала быстро подниматься по лестнице. - Я не могу здесь говорить. Но все очень плохо.
Может, Эмма беременна? Вчера он был неосторожен. Грей тряхнул головой, чтобы привести в порядок мысли. Нет, даже
если у нее будет ребенок, она не могла еще узнать об этом. Кроме того, это вовсе не было бы катастрофой, потому что тогда
он женился бы на ней.
Грей споткнулся и схватился за перила, чтобы не упасть. Жениться? Откуда выскочило это слово? Да, ему нравилось быть
с ней - за исключением тех случаев, когда он хотел слегка ее придушить. Да, у него перехватывало дыхание, стоило ему
представить ее в объятиях другого мужчины. Но когда все это привело его к мысли о женитьбе? Герцоги не женятся на
школьных учительницах. И потом... Он не попадется снова в эту лову...
- Поторопитесь, - прошептала Лиззи и, снова взяв его за руку, втащила в кабинет Эммы.
Эмма шагала по комнате, заложив руки за спину. Вид у нее был усталый и печальный, и это его вина. В тот же момент
Грей решил: это чертово
...Закладка в соц.сетях
