Жанр: Любовные романы
Скандальное пари
...ными нашим воспитанницам.
Она впервые сделала ему подобный комплимент. Грей удивился, но Эмма, даже не взглянув на него, занялась обедом.
Неужели она вывела его из всеобъемлющей категории бесполезных мужчин? Нужно немедленно выяснить, так ли это на
самом деле.
- Благодарю вас, мисс Эмма, но ведь это признание уменьшает ваши шансы выиграть пари.
Наконец-то она подняла на него глаза!
- Я утверждала, что ваши взгляды были интересны, ваша светлость. Но не говорила, что они были полезны.
- Отлично сказано, Эмма, - ободрила ее леди Хаверли.
- Господи, - сказала Элис, обмахиваясь салфеткой. - Что будет с нашей цивилизацией, если учительнице позволено
говорить с герцогом в таком тоне.
- Я просто разъяснила свою точку зрения, мисс Босу-элл. В мои намерения не входило оскорбить его светлость.
Простите, если это прозвучало как оскорбление.
Как было бы хорошо, если бы все гости внезапно исчезли хоть на пять минут, чтобы Эмма смогла бы оскорблять его
наедине.
- Уверяю тебя, Элис, - лениво протянул Грей, - я умею постоять за себя. Кроме того, меня не оскорбили.
- А мы будем танцевать после обеда? - спросила Лиззи.
- Я думаю, для вас будет полезно попрактиковаться.
- Господи, - засмеялся дядя Деннис, - я уже сто лет не танцевал. Вот будет весело, да, Регина?
- Конечно! Я должна сказать, - добавила графиня, - как приятно, что наш дом снова полон гостей. В Хаверли
слишком, долго было тихо!
- Я очень рада, что мы смогли доставить вам удовольствие, - с благодарной улыбкой откликнулась Эмма. - Вы с
графом уже столько лет так много делаете для академии, что я счастлива хоть чем-то отплатить за вашу доброту.
- Вы могли бы заплатить ренту, - сказал Бламтон, откусывая бисквит с медом и облизывая губы.
Грей готов был придушить болтуна. Он пригласил Эмму не для того, чтобы напоминать ей, что они находятся по разные
стороны баррикад.
- Мисс Гренвилл платит за аренду, - вмешался Грей. - Придется ли ее пересматривать - покажет время.
- Какая разительная перемена! Несколько дней назад ты был вне себя, говоря об арендной плате академии. - Сильвия
наклонилась к Эмме, словно они были закадычные подруги. - Вы бы слышали его тогда. Он доказывал нам, что в академии
женщин учат лгать, обманывать и расставлять ловушки мужчинам с целью женить их на себе, и поэтому ее следует сжечь
дотла.
Похоже, придушить придется добрую половину гостей Хаверли еще до того, как вечер кончится.
- Сильвия, если ты хочешь...
Посуда на столе с грохотом подскочила.
- Он не мог такого сказать, - в ярости закричала Лиззи. - Это просто подлость! Зачем вам обязательно надо затевать
скандал?
Сильвия оторопела. Она явно не ожидала такого.
- Но, дорогая, почему бы вам не спросить его светлость, что он в действительности сказал о вашей школе?
Лиззи посмотрела на Грея. Ее круглые карие глаза молили: скажите, что Сильвия лжет. Если бы он мог!
- Элизабет, когда я приехал в Хаверли, я не...
- Мы все приехали в академию, чтобы научиться тому, чего не знали, - тихо сказала Эмма. - Хотелось бы надеяться,
что и его светлость чему-то научился.
На этот раз Эмма не отвела от него взгляда. Она, конечно, хотела успокоить Лиззи, но также дала ему возможность
продолжать работу в академии и тем самым попробовать выиграть пари - хотя в данный момент он об этом совершенно
забыл.
- Признаюсь, вы, мои дорогие ученицы, удивили меня. Но я полагаю, что мне удалось все же кое-чему вас научить.
Краска залила щеки Эммы. Он торжествует. Он дал ей понять, что считает ее своей лучшей ученицей и мечтает
продолжить обучение.
- Какие прекрасные речи! - воскликнул Бламтон.
В течение всего обеда Сильвия и Бламтон поочередно старались выпытать у Эммы, в чем заключается ее часть пари и как
у нее идут дела. Эмму не на шутку обеспокоило, что леди Сильвия настойчиво старалась выудить какие-нибудь сведения о
прошлом Эммы и подробности ее воспитания. Самые бестактные вопросы Эмме удавалось с легкостью отметать, но Грей,
наблюдавший за допросом, тем не менее чуть ли не скрежетал зубами.
- Знаешь, Сильвия, - вмешался он в разговор, когда его терпению пришел конец, - я никак не могу вспомнить, когда
ты начала питать нежные чувства к Тристану.
С лица Сильвии сбежала ее обычная безмятежная улыбка.
- Боюсь, что не понимаю, о чем ты говоришь, Уиклифф. Но тебе не кажется, что это мое личное дело?
- Да, разумеется, - согласился он, глядя ей прямо в глаза.
Тристан кашлянул. Выражение его лица осталось непроницаемым, лишь в глубине голубых глаз плясали веселые
искорки.
- Вся эта перепалка весьма занимательна, - сказал он, - но нельзя забывать, что до окончания соревнования и
определения победителя осталось всего две недели.
- Тогда, может быть, начнем танцы? - Грей встал из-за стола.
По той скорости, с которой Эмма и ее воспитанницы покинули столовую, Грей понял, что наконец-то сказал то, что
следовало. Когда Эмма прошла мимо Грея, от лимонного запаха ее волос у него пересохло во рту.
- Простите, Эмма, - тихо сказал он и, воспользовавшись тем, что в коридоре было не очень светло, взял ее за руку. -
Девочкам все это полезно, а вот вам - ни к чему.
- Для меня не было ничего нового, ваша светлость.
Он взглянул через ее плечо: девочки и мисс Сантер ушли вперед, а остальные гости еще не вышли из столовой.
- Я хочу поцеловать тебя, Эмма, - шепнул он. - Хочу прикоснуться к тебе, почувствовать тебя...
- Прекрати.
- Но ты ведь тоже хочешь меня, правда? Я уверен в этом!
- Я почти никогда не знаю, сержусь я на тебя или это... вожделение, - зарделась она.
- Вожделение, - повторил он, тихо засмеявшись. - Это чувство взаимно.
- Ты выглядишь таким довольным. Хотела бы я, чтобы по мне этого нельзя было сказать.
На пороге гостиной появилась Лиззи и схватила Эмму за руку:
- Идите скорее! Посмотрите!
Грею ничего не оставалось, как отпустить ее. Он не ожидал, что Эмма признается в таком чувстве, как вожделение. Что
женщины его хотят, не было для него новостью, но то, что об этом он услышал от Эммы Грснвилл, вызвало у него чувство...
торжества.
Оркестр переместился из гостиной в большой бальный зал. Хотя времени на украшение зала было немного, слуги
Хаверли и декораторы из Бейсингстока постарались на славу. Колонны были увиты серпантином и украшены бантами.
Воздушных шаров, конечно, могло быть и больше, но все запасы поместья были исчерпаны.
- Разве не великолепно? - Элизабет захлопала в ладоши.
- Очень красиво, - согласилась Эмма и отвела учениц в сторону. Повернувшись к Грею, она сказала: - Спасибо, ваша
светлость. Они запомнят этот вечер навсегда.
- Я тоже, - заявил Тристан. - Я и вообразить себе такого не мог. Неудивительно, что ты решил не жениться, Уиклифф,
поскольку прекрасно сам справляешься с обязанностями хозяйки дома.
Эмма метнула на Дэра вопросительный взгляд и подошла к девочкам.
Грей нахмурился. Она, конечно, когда-нибудь узнает о его прошлом, но будет лучше, если это произойдет не сегодня. А
еще лучше, когда его уже не будет в Гемпшире.
- Грей, можно пригласить вас на первый танец? - подбежала к нему Генриетта. За ее спиной Джейн прижала к губам
ладонь, чтобы не рассмеяться: она не ожидала от Генриетты такой смелости.
- Нет, нельзя, мисс Брендейл, - строго сказала Эмма. - Это проверка хороших манер и знания приличий. Вы должны
подождать, пока вас пригласят.
- Но здесь мало мужчин, - громко зашептала Генриетта.
- Боюсь, что так оказывается гораздо чаще, чем вы думаете, мисс Брендейл. - Тристан поклонился девушке. -
Поэтому всегда надо иметь в запасе еще один вариант. Могу я пригласить вас на этот танец?
Генриетта присела в реверансе.
- Да, можете, лорд Дэр. - Короткий взгляд на Грея. - Вы окажете мне честь.
Эмма мысленно поблагодарила Бога за Тристана. Даже если ему всего-навсего хотелось сохранить ее расположение, он
освободил Грея для первого танца. Решив, что это должен быть вальс, Грей направился к Эмме, но ее взгляд был устремлен
на Дэра. Она благодарно улыбалась ему за то, что он спас Генриетту из неловкого положения. Черт бы его побрал!
Мимо проскользнул Бламтон.
- Ты... девочка... как тебя зовут?
Лиззи встала на цыпочки.
- Элизабет Ньюкомб, лорд Чарлз, но вы можете называть меня Лиззи.
- Ты умеешь танцевать?
- И даже очень хорошо, милорд.
- Ну, тогда пойдем.
Лиззи надула губы.
- Я думаю, что вы должны попросить меня более вежливо.
Бламтон вытаращил глаза.
- Ну и ну!
- Лиззи, - тихо предупредила Эмма.
Девочка, скорчив гримасу, протянула Бламтону руку:
- Ладно. Но я не чувствую, что вы оказываете мне честь!
Кто-то дал знак музыкантам начинать, и они заиграли контрданс. Не желая отставать от Бламтона, Грей поклонился
Джейн:
- Не окажете ли мне честь, леди Джейн?
Сделав грациозный реверанс, она учтиво ответила:
- Я считаю это честью для себя, ваша светлость.
Дядя Деннис пошел танцевать с тетей Региной. Джулия, судя по всему, привыкшая к недостатку кавалеров, схватила за
руку Мэри и потянула ее в круг танцующих. Элис бросила взгляд на Эмму и, демонстративно повернувшись к ней спиной,
стала разговаривать с Сильвией.
Все воспитанницы танцевали очень хорошо. Грей был горд тем, как непринужденно они держались.
Эмма сидела в сторонке на стуле. Когда она не сваливала огульно в одну кучу его и остальных грубых мужчин Англии, то
была самой потрясающей женщиной из тех, кого он встречал. Возможно, он несколько ошибался, считая всех женщин
глупыми, легкомысленными, охотницами за мужьями, но у него на то были свои причины. А что у нее за причина для столь
неодобрительного отношения к мужскому полу?
Оказавшись возле оркестра - круг танцующих разомкнулся для следующей фигуры, - Грей приказал музыкантам:
- Следующий танец - вальс. - И, не дождавшись ответа, вернулся в круг и взял за руки Джейн.
- Вам следует пригласить мисс Эмму, - посоветовала ему Джейн, - а то она так и проскучает весь вечер.
- Неплохая идея, - ответил он, довольный своей хитростью. - Джейн, пожалуйста, ни о чем не спрашивайте, но у меня
будет для вас маленький сюрприз.
- Сюрприз? - Джейн очаровательно зарделась.
Грей засмеялся. Вечер проходит гладко, а самое интересное еще впереди. Сейчас он будет танцевать с Эммой Гренвилл.
И сегодня умрет, но получит ответ на кое-какие вопросы.
Глава 14
Если Элизабет, танцуя вальс, не перестанет неожиданно поворачиваться и добавлять замысловатые па, бедный лорд Чарлз
рискует сломать себе шею, поддерживая ее.
Глядя на них, Эмма едва скрывала улыбку. Лиззи, конечно, была слишком импульсивна, и энергия в ней била через край,
но, когда она начнет карьеру учительницы или гувернантки, ей уже не будет позволительно размахивать руками и вертеться
волчком. У каждого хотя бы раз в жизни должна быть возможность вести себя так, как хочется.
Когда танец закончился, Лиззи остановилась возле Эммы, чтобы отдышаться. Такое раскованное поведение было не в
пользу Грея, но девочка прекрасно понимала, что сегодня вечером никто не осудит герцога Уиклиффа.
- Вы меня видели? - Элизабет сделала еще один поворот вокруг себя.
- Видела, - сказала Эмма, поправляя рукав ее платья. - Постарайся никого не покалечить, дорогая. - Кто-то подошел
к ним сзади, и она сразу почувствовала кто. - Ваша светлость.
Грей склонился над ней: огромный золотисто-коричневый лев, заигрывающий с маленькими ягнятами академии.
- Могу я пригласить вас на танец, Эмма? - спросил он, протягивая ей руку.
- Нет, что вы! Это девочкам нужна практика, а не мне, ваша светлость. - Но Грей подметил, что она наблюдала за
каждым его шагом, когда он танцевал с Джейн, и отказ прозвучал малоубедительно.
- Я думал, вы учите их на собственном примере.
- Да, но...
- Так давайте покажем, как это делается!
Эмма в нерешительности посмотрела сначала на него, потом на раскрасневшиеся лица своих воспитанниц.
- Ладно.
Она надеялась, что это будет кадриль или снова контрданс и ей не придется оставаться подолгу в его объятиях. Даже
дотрагиваться до его рук было для нее пыткой. А уж если он ее обнимет...
Оркестр начал играть вальс. Эмме стало немного не по себе, когда Грей вывел ее на середину зала. Его рука крепко
обняла ее за талию, и она закрыла глаза.
- Не делайте этого, - шепнул он.
- Не делать чего?
- Не закрывайте глаза. А то я их поцелую.
Ее ресницы тут же взлетели вверх.
- Не смейте!
Он уверенно повел ее в танце.
- Попробую сдержаться, но вы, однако, должны знать, что...
- Пожалуйста, ведь вы пригласили меня танцевать не для того, чтобы говорить, как вам хочется прикасаться ко мне и
целовать.
Уголки его губ чуть дрогнули.
- Мы уже установили, что вы испытываете ко мне вожделение, поэтому я приберегу эту часть диалога до того времени,
когда мы будем одни.
От одного упоминания о том, что они могут остаться наедине, у Эммы чуть было не подогнулись колени.
- Вы что-нибудь рассказывали леди Сильвии? - Надо было срочно менять тему разговора. - О том, что... произошло?
- Вы имеете в виду тот вечер, когда я прокрался в академию и занимался любовью с директрисой?
- Грей, пожалуйста, - взмолилась Эмма.
Он слегка нахмурился:
- Нет, ни словом не обмолвился, даже и не собирался бы. Почему вы так решили?
- Она смотрит на меня как-то странно.
- Вы не из Лондона. Все, кто не имеет дома в Лондоне, кажутся ей странными.
- Нет, она смотрит как-то не так.
Во взгляде Грейдона появилось уже знакомое ей выражение любопытства и досады.
- Тогда что это был за взгляд? Или мы играем в шарады и я должен догадываться?
- Вы тоже заметили, иначе не осадили бы ее, когда она приставала ко мне с расспросами.
- А если мне самому нравится задавать вам вопросы?
- Я пытаюсь не делать поспешных выводов. Просто мне показалось, что она... кое-что знает. О нас. И это ей не нравится.
- Может быть, вы и правы, - сказал он более серьезным тоном. - Я это выясню.
Эмма так крепко стиснула его плечо, что ногти буквально вонзились в железные мускулы.
- Нет, прошу вас!
Несколько минут они вальсировали молча.
- Вот что, Эмма, - наконец сказал он, пристально глядя на нее. - Я буду осторожен, если вы мне кое-что расскажете.
У Эммы екнуло сердце. Хотя она всячески пыталась скрыть свои чувства, но на самом деле надеялась, что это "кое-что"
относится к его желанию снова быть с ней. Она жаждала взять еще несколько уроков у Грейдона Брэкенриджа - столько,
сколько раз им удастся быть вместе за те две недели, что он еще проведет в Гемпшире. Но она ни за что не даст ему понять,
как тоскует по нему, потому что знала, что нравится ему сильной и независимой. Она и себе нравилась именно такой.
- Что я должна рассказать вам? - осторожно спросила Эмма.
- Вы упомянули, что встречали таких людей и раньше. - Он кивнул в сторону гостей. - Но ведь не в академии? А где?
- В Лондоне. - Он видел, что она занервничала.
- А когда вы были в Лондоне? Я вас там не помню.
Если бы их пути пересеклись, его она уж точно запомнила бы.
- Лондон - большой город, ваша светлость. И я сомневаюсь, что вы меня заметили бы.
- Уж поверьте, заметил бы.
Эмма вдруг осознала, что слишком тесно прижимается к нему, и ей стало трудно дышать. К счастью, в вальсе это
допускается и никто на них не обратил внимания.
- Это случилось очень давно. Мне было всего двенадцать лет.
Лицо Грея помрачнело.
- Что это был за негодяй, который не пощадил двенадцатилетнюю девочку?
В его тоне появились угрожающие нотки.
- С этим все равно ничего нельзя было поделать.
- Мне так не кажется.
- Правда? И что бы вы сделали, ваша светлость?
- Я бы убил его.
Что-то в его тихом голосе подсказало ей, что он отнюдь не шутит. Не хотела бы она столкнуться с ним лицом к лицу,
окажись он по-настоящему разъярен.
- Он умер шесть лет назад. Так что спасибо за предложение, но...
- Кто это был?
- Это не важ...
- Кто это был? - повторил он еще тише.
- Мой дядя - двоюродный, на самом деле, - и все было не совсем так, как вы, очевидно, полагаете.
- Так расскажите.
- Хорошо, если это заставит вас прекратить расспросы. Он был кузеном моей матери. Когда умер мой отец, нам некуда
было идти, и дядя согласился принять нас. К тому времени мать уже была очень больна и через два месяца скончалась. Пока
она была жива, дядя был добр и заботлив. Не переставал обещать, что постарается устроить мне блестящий дебют в обществе
и обеспечить достаточным приданым, чтобы я могла сделать хорошую партию.
- И все это было ложью.
- Да. Через несколько дней после смерти матери я пошла погулять в сопровождении служанки. Когда я вернулась, дядя
стоял на пороге с сумкой, набитой моей одеждой. Он заявил, что не собирается быть благодетелем такой тощей девчонки,
как я, поскольку я слишком молода, чтобы предложить ему что-нибудь взамен. Он велел служанке зайти в дом, бросил мне
сумку и захлопнул дверь. - Эмма на секунду закрыла глаза. - До того момента я не понимала, что люди могут так
бессовестно лгать. Глупо, не правда ли? Но мне это и в голову не приходило.
- Что же было дальше?
- Не прошло и недели, как констебль арестовал меня за попрошайничество и бродяжничество, и я попала в работный
дом . Сестра моего отца, тетя Патриция, стала меня разыскивать и нашла только через полгода. До сих пор удивляюсь, как
ей это удалось. Она, видимо, потратила немало денег, чтобы, подкупив слуг, разузнать что-нибудь обо мне.
- Как его звали?
- Граф Росс. - От одного упоминания этого имени Эмма почувствовала во рту горечь, а руки ее сами сжались в кулаки.
- Росс. Я знал его, но не очень хорошо. Если это вас хоть сколько-нибудь утешит- ходили слухи, что он умер от
сифилиса.
- Я тоже об этом слышала. Не удивлюсь, если слух был верным.
- Работный дом, - прошептал Грей. Глаза его снова сверкнули гневом. - Не могу себе даже представить...
- Благодарите Бога за это.
- Вы поэтому так озабочены судьбой Элизабет? Не хотите, чтобы она оказалась там же?
- Меня волнует не только судьба Лиззи, хотя, должна признаться, к ней у меня особое отношение. Я хочу научить своих
девочек быть самостоятельными, дабы они не зависели от чьей-либо недоброй воли или, наоборот, расположения и могли
вести достойную жизнь.
Вальс закончился. Грей хотел бы продолжить беседу, но, пожалуй, она рассказала ему более чем достаточно.
Стоя рядом с Уиклиффом, Эмма подумала, что, как бы в данный момент он ей ни сочувствовал и как бы ни билось ее
сердце в его присутствии, таких черт характера, как высокомерие и заносчивость, у него не отнимешь. И если когда-нибудь в
общество просочится слух, что директриса Академии мисс Гренвилл провела полгода в работном доме, ей придется туда
вернуться.
Эмма ужаснулась своим мыслям. Что с ней случилось? Она не имеет права подозревать Уиклиффа в непорядочности.
- Я полагаю, Лиззи захочет потанцевать с вами, - сказала она, высвобождая руку.
- Эм, - негромко сказал Грейдон, - я восхищаюсь вами. И я даю вам слово, что никто ничего не узнает.
Эмма проглотила комок, неожиданно вставший в горле. Иногда в нем что-то просыпалось...
- Спасибо и за то, и за другое.
Неожиданно Хоббс громко постучал своим жезлом по полу. Все обернулись. Дворецкий был явно доволен тем, что
званый вечер проходит с соблюдением всех формальностей, даже если его дают в честь нескольких юных девиц.
- Эмма, - начал Грей, и вид у него вдруг стал неуверенным, так что она испугалась.
- Леди и джентльмены, разрешите...
- Не спешите с выводами.
-...представить мистера Фредерика Мейберна.
В зал с беззаботным видом вошел Фредди. Он был одет довольно скромно - во всяком случае, для него. Лишь
завязанный сложным узлом шейный платок выдавал в нем денди. В неброском сером камзоле и высоких сапогах он выглядел
аккуратно и строго, хотя и не так элегантно, как Грей.
Эмма чуть было не задохнулась от возмущения. Сердито обернувшись к Грею, она спросила:
- Что он здесь делает?
- Нам не хватало кавалеров для танцев, - пожал плечами Грей. - Поэтому я подумал, что он...
- Я не позволю ему ухаживать за Джейн или за кем-нибудь из девочек, - предупредила Эмма. - Мы не агентство по
поиску невест, а учебное заведение и должны заботиться о своей репутации. Никто из родителей не отпустил бы своих
дочерей в академию, зная, что поблизости околачиваются мужчины, готовые соблазнить их еще до их дебюта в обществе.
Грей шагнул мимо Эммы, чтобы приветствовать Фредди.
- Вот за это я бы не поручился, - бросил он на ходу.
Ну, это уж слишком.
- Вы холостяк, ваша светлость, - парировала она. - В данном случае, уверяю вас, ваше мнение не авторитетно. Эмма
решительно направилась к Мейберну.
Фредди, увидев ее, поспешно сделал шаг назад.
- Добрый вечер, мисс Эмма, - запинаясь, сказал он. От его самоуверенности не осталось и следа.
- Уходите, - сказала она, надвигаясь на Фредди.
- Но меня пригласили. - Отступая, он смотрел куда-то поверх ее плеча.
- Он не будет танцевать с Джейн, - услышала Эмма голос герцога, оказавшегося за ее спиной - и даже очень близко.
Она внезапно остановилась, чувствуя, что затевает скандал.
- И любезничать с ней тоже не будет, - заявила она.
- Не буду. - Фредди перестал пятиться и остановился на пороге. Дальше ему пришлось бы уже выйти из зала.
- И ни через кого не будет передавать для Джейн записок, - продолжала настаивать Эмма.
- Не буду.
Она обернулась к Грею:
- Дайте слово.
- Даю.
- Очень хорошо.
Эмма с удовольствием выставила бы Мейберна из Хаверли, но ей пришлось смириться с его присутствием. Она
прекрасно понимала причины, по которым он здесь очутился. Грей не раз предупреждал ее об опасностях внешнего мира и о
том, как плохо ее воспитанницы к ним подготовлены. Фредди представлял собой явную угрозу, но под пристальным
вниманием герцога, Изабель и ее самой был не так уж опасен, а для девочек это была неплохая практика.
Оркестранты, заметив, что инцидент улажен, заиграли кадриль. Джейн пригласил лорд Чарлз, хотя Эмма подозревала, что
тут решающую роль сыграл титул юной леди, а не благородное желание Бламтона защитить ее от ухаживаний Мейберна.
За спиной Эммы послышался шум шагов, и она обернулась. Это оказался Фредди.
- Мисс... Могри, разрешите пригласить вас на этот танец.
Эмма кивнула, и Мэри, сделав книксен, приняла его руку.
- Вы оказали мне честь, мистер Мейберн.
- Фредерик, если позволите.
- Видите? - Грей взял Эмму под локоть. - Все не так страшно, правда?
- Вы должны были предупредить меня, что пригласили Фредди.
- Я и не подозревал, что даже повесы боятся вас, мисс Эмма. В первый момент я подумал, что придется одолжить
Фредерику пару сухих штанов.
- Очень смешно! Неужели вы не понимаете, почему я возражала.
- Прекрасно понимаю. Но полагаю, что и вы догадываетесь, почему я пригласил его на этот вечер.
- Да, конечно.
Лиззи подпрыгивала на цыпочках, и у нее был такой вид, будто она вот-вот лопнет. Заметив это, Грей приподнял бровь,
лицо его оставалось строгим, но зеленые глаза смеялись.
- Хм. Я хотел пригласить тебя потанцевать, детка, но, по-моему, тебя вот-вот хватит удар.
Девчушка схватила Грея за рукав и вытащила его на середину зала к другим танцующим.
- Вы оказали мне честь. Давайте, Грей.
Эмма чуть было не подавилась от смеха. Когда Грей-дон Брэкенридж позволял себе забыть о своем высоком положении,
он оказывался живым, веселым человеком. И если он и дальше будет верен своему слову, она окажется в жуткой опасности:
еще больше полюбит его.
- Эмма, позвольте...
Это был виконт. Эмма, наклонившись к нему, почти беззвучно прошептала:
- Пригласите Джулию.
- Вы меня прервали - я как раз собирался пригласить Джулию на кадриль.
- О да, - сказала Джулия, вскочив.
- Джулия, твои манеры, - напомнила ей Эмма.
- У Лиззи тоже их нет.
- Лиззи всего двенадцать лет, а тебе - семнадцать.
- Вы правы, мисс Эмма. Благодарю вас, лорд Дэр. Вы делаете мне честь.
Лорд Хаверли пригласил мисс Босуэлл. Эмма усадила Генриетту на стул у стены.
- Тебе весело? - спросила она девушку.
- Да, очень. - Генриетта взглянула на леди Сильвию, которая пристально смотрела на них с противоположной стороны
зала. - Только мне кажется, что вон тем двоим дамам мы не нравимся.
- Возможно, так оно и есть. - Эмму тоже немного вывел из равновесия холодный прием, оказанный им Элис и леди
Сильвией. Всегда лучше быть честной, подумала она и возобновила разговор с Генриеттой: - Тебе не раз придется
столкнуться с высокомерным отношением со стороны аристократов. К сожалению, в обществе каждая незамужняя женщина
воспринимает другую незамужнюю женщину как свою соперницу. Поэтому ты должна привыкнуть к такому сорев...
- Соревнованию, - закончила Генриетта. - Да, Грей говорил нам об этом.
- Неужели? - Интересно. - И что же именно он сказал?
- Точно то же, что вы. Только добавил, что надо твердо стоять на ногах, потому что никогда не знаешь, не пытается ли
кто-либо - мужчина или женщина - сбить тебя с толку. - Она хихикнула. - Джулия решила, что он имел в виду, что
люди постараются нас затоптать. Мне пришлось ее убеждать, что он выразился фигурально.
Совсем не обязательно.
- Это хороший совет.
- Мы тоже так думаем, - кивнула Генриетта.
На следующую кадриль Фредерик пригласил Генриетту. Под бдительным оком Эммы он даже шагу не сделал, чтобы
приблизиться к Джейн. Однако Эмма ни на минуту не забывала, что он принял приглашение посетить Хаверли по однойединственной
причине - из-за Джейн.
Большие напольные часы внизу пробили полночь. Последний танец закончился, и Эмма, поблагодарив Бламтона,
который был ее партнером, начала аплодировать.
- Все было великолепно, - сказала она, - но думаю, нам пора возвращаться в академию.
Герцог кивнул:
- Я рад, что вы приехали к нам.
Это прозвучало так, будто касалось только ее. К счастью, Эмма была так разгорячена танцами, что никто не заметил, как
она еще больше покраснела.
- Мы благодарим вас зато, что пригласили нас. - Она повернулась к графу и с чувством пожала его руку. - И вам
спасибо, лорд Хаверли. Вы великодушный человек.
- Не стоит благодарности, Эмма. Я рад был доставить вам и девочкам удовольствие. Мы с
...Закладка в соц.сетях
