Жанр: Любовные романы
Поиграем в любовь?
...я живу одна, и порой скрип половиц —
единственный звук, который я слышу.
Но, по правде говоря, она слышала теперь не только отдаленный стук молотка.
В ее голове барабанили сомнения. Почему Энди Нилс продолжает оказывать ей
столько внимания? Их сделка давно завершена. Теперь у ее дверей толпятся
мужчины, которых она интересует. Энди осуществил свою миссию, и теперь ему
незачем приглашать ее на ужины. Теперь он мог бы спокойно развлекаться с
женщинами, которые до сих пор обивают порог ее магазина, разыскивая его. От
этой мысли она нахмурилась.
Энди заметил, что она пытается стащить с глаз шарфик.
— Подожди. Еще рано, — сказал он.
Она опустила руку и вдруг подумала, что еще совсем недавно он остановил бы
ее движение прикосновением, а не словами. Но теперь эти времена миновали.
Теперь они просто друзья, а не заговорщики, опаленные безумной страстью. И
скоро он уедет отсюда. Он уедет, как уезжал в конце каждого лета. Она снова
вспомнила высокого, стройного юношу с убийственной улыбкой, вспомнила его
галантность и вежливость даже в те минуты, когда его мать отчитывала его. В
те дни ей казалось, что он был ужасно одинок, и, может, из-за этого ее так
тянуло к нему. Ее и теперь тянет к нему...
Внезапно она осознала, что ее мысли движутся в неверном направлении. Энди
Нилс теперь совсем не одинок. Он живет в окружении женщин. Он преуспевает в
бизнесе. Он доволен своей жизнью. Наверняка из-за своей романтичности она
вообразила, что когда-то его душа тянулась к ней...
Эта мысль, как вспышка, озарила ее разум. Если она на пути, чтобы влюбиться
в него, то еще не поздно остановиться. Она должна выйти замуж за кого-то из
местных мужчин, а он должен вернуться к той жизни, которую выбрал для себя.
— Что-то не так? — услышала она его мягкий голос.
— Ничего. Просто я... принюхиваюсь, — ответила она, пытаясь
улыбнуться. — Ты ведь собираешься кормить меня, не так ли?
— Линн, неужели ты думаешь, что я смогу оставить тебя голодной? —
протянул он. — Это невозможно. Не забывай, что Нилсы занимаются
ресторанным бизнесом. Кроме того, я нашел нового шеф-повара. Так что
расслабься и приготовься, милая мисс Моррис.
Линн откинулась на спинку стула. Конечно, она теперь просто милая мисс
Моррис, подумала она, но тут же заставила себя прервать эти разрушительные
мысли.
В следующий момент она услышала щелчок, и откуда-то полилась чарующая музыка
Пахельбеля, сливаясь с шепотом волн, шелестом ветра и одинокими криками
чаек. Потом чиркнула спичка, и вскоре Линн вдохнула сладкую струю ванильных
благовоний.
— Отдыхай, — снова проговорил мягкий низкий голос Энди
Нилса. — Тебе нужен хороший отдых. У тебя была долгая и напряженная
рабочая неделя. Теперь отдыхай. Это самое важное для тебя теперь, Линн.
Его голос был таким теплым, что ей захотелось, чтобы он приблизился к ней.
Но он не сделал этого. Вскоре она услышала приглушенный шорох шагов по
траве, за которым последовал звон китайского фарфора. Аромат базилика и
тимьяна донесся до нее.
Она услышала, как Энди поблагодарил человека, принесшего им еду.
— Как ты смотришь на то, чтобы я покормил тебя? — спросил Энди.
Она почувствовала ком в горле.
— Я... я думаю, что это неплохая идея, — пробормотала она.
— Похоже, ты не доверяешь мне, — усмехнулся он. — Доверься.
Она кивнула и улыбнулась. А через несколько секунд почувствовала, как
кусочек чего-то ароматного, наколотого на вилку, коснулся ее губ. Она
приоткрыла губы и осторожно укусила. Ей показалось, что в этот момент
дыхание Энди, сидящего рядом с ней, стало глубже и чаще. Но тут она услышала
его абсолютно спокойный голос.
— Я тебя не смущаю?
Она прожевала кусочек сочного цыпленка, приготовленного в ароматной
подливке, и проглотила. Если бы рядом с ней был сейчас другой мужчина, она
наверняка была бы смущена. А еще ее наверняка не терзало бы это странное
чувство неудовлетворенности, с которым она никак не может справиться. Она
наслаждается запахами, звуками и вкусом и... лишена только одного — его
прикосновений...
Внезапно острое чувство отчаяния пронзило ее. Она жаждала его прикосновений.
Ей до безумия хотелось, чтобы он целовал ее, гладил пальцами ее щеку,
прижимал к своему горячему телу...
— Линн? — снова услышала она его слегка взволнованный
голос. — Я смущаю тебя?
— Нет, — ответила она, пытаясь подавить горечь. — Мне всегда
было легко с тобой, если не вспоминать первых встреч. Кстати, хочу заметить,
что для человека, который не часто кого-то кормит, у тебя это получается
довольно хорошо. Из тебя могла бы получиться хорошая мама, — со смехом
добавила она.
— Возьму это на заметку и добавлю к своему резюме, — рассмеялся он
в ответ.
— Энди?
— Да?
— Ты скоро уезжаешь?
Вопрос, казалось, ошарашил его. Повисло долгое молчание.
— Да, — наконец ответил он. — А почему ты спросила об этом?
— Потому что этот вечер похож на прощальный.
— Нет. У нас есть время, чтобы встретиться еще несколько раз.
Снова повисло молчание. И только торжественные звуки музыки и шелест волн
нарушали тишину.
Внезапно она почувствовала, как он взял ее под локоть и потянул, заставляя
встать. Как только она встала, он отпустил ее и, просунув ее руку себе под
локоть, куда-то повел.
Она следовала за ним слепо и доверчиво, как никогда ни за кем в жизни не
следовала.
Они продолжали идти по тропинке, и, наконец, глубоко вдохнув, она
почувствовала запах диких роз.
— Сад закончился, — взволнованно сказала она. — Ты закончил
прокладывать новые тропинки в саду.
— Да, — ответил он. — Скоро все закончится...
Фраза прозвучала роковым приговором. Сердце Линн снова заполонила грусть.
Скоро он закончит работы, и с ними закончится это странное, волнующее
приключение между нею и Энди Нилсом.
Наконец они остановились и, отпустив ее руку, он осторожно развязал узелок
шарфика у нее на затылке. Шарфик сполз с лица, и Линн на несколько секунд
ослепла от лучей заходящего солнца. Часто моргая, она стояла и ждала, пока
мир снова появится перед ее глазами. Наконец вдали показались горы, потом —
играющая волнами поверхность океана, затем она увидела буйные заросли диких
роз и мужчину, стоящего рядом с ней.
Энди не смотрел на нее. Он смотрел вдаль. Потом его взгляд упал на кусты роз
и, сорвав одну из них, он принялся тщательно отламывать от стебля колючки.
Она наблюдала за его длинными, гибкими пальцами. Наконец он повернулся к
ней, слегка поклонился, а потом, аккуратно отбросив назад прядь ее волос,
вложил цветок ей за ухо. Линн заметила на его лице грустную улыбку.
— А теперь, моя милая леди, поехали кататься, — сказал он и отошел
в сторону.
Линн подняла глаза и увидела у ограды сада легкий открытый экипаж, в который
была запряжена белая лошадь. Энди подал ей руку, и, потрясенная, она
позволила ему подвести себя к экипажу и усадить в него.
— Куда мы едем? — спросила она, когда он сел рядом с ней.
На его губах играла мягкая улыбка, а в глазах была темная, загадочная
глубина.
— Прокатиться по городу и его окрестностям. Но обещаю доставить тебя
домой, как только ты почувствуешь усталость, — сказал он.
Он сидел на небольшом расстоянии от нее и был воплощением галантности и
вежливости. Крикнув извозчику
Поехали!
, он спросил, удобно ли она сидит, а
потом откинулся на спинку сиденья. Экипаж тронулся, и Линн, обводя взглядом
поля, задумалась о том, что скоро Энди Нилс уедет отсюда. Это будет в
августе, когда поля будут золотиться от клевера, а в горах поспеет брусника.
Ей хотелось, чтобы он остался здесь до того времени, когда прилив нанесет
песка между островами и можно будет добраться пешком до острова Бар.
Но она знала, что это невозможно.
Ее внимание снова вернулось к нему, и она стала рассказывать все, что знала
о местах, мимо которых они проезжали. Он слушал ее, но при этом оставался
сдержанным и отстраненным. Ни страстных опаляющих взглядов, ни
прикосновений. Он продолжал сидеть на расстоянии от нее, и был просто
искренним собеседником.
Когда они въехали в город, он с улыбкой сказал:
— Знаешь, Линн, ты живешь в такой удивительной гармонии с этими краями.
Тебе подходит жить здесь. Ты сама похожа на тихую, милую бухту, которая
только изредка становится бурной и непредсказуемой. Я очень надеюсь на то,
что люди Слоанс Коув по-настоящему оценят тебя. Ты спокойная, очень
внимательная и проницательная. Ты заботливо относишься к людям, готова
помочь им. Ты заслуживаешь, чтобы тебя почитали, как королеву.
Она усмехнулась.
— Я такая хорошая? — спросила она с легкой насмешкой.
— Да, — твердо ответил он.
Он смотрел ей прямо в глаза, но его взгляд по-прежнему был только мягким и
добрым. Впервые за все их появления на публике он ни разу не прикоснулся к
ней, хотя прикасаться к женщине для Энди Нилса было так же естественно, как
улыбаться.
Подозрение закралось в ее ум. Она вспомнила, что ее братья с самого первого
появления Энди в ее магазине пытались заставить ее порвать с ним. Может,
Энди виделся с ее братьями? Иначе как объяснить его странное, несвойственное
ему поведение? Может, спросить его об этом? Но нет, наверняка он не скажет
ей правду. Чтобы выяснить это, она может завтра посетить своих братьев.
А сегодня ей хочется думать только об Энди Нилсе, как бы глупо и безнадежно
это ни было. Он с таким вниманием порой осматривал ее, что ей казалось,
будто он хочет запомнить каждое движение, каждый жест...
Наконец экипаж остановился перед цветочным магазином, и Линн удивленно
посмотрела на него. Магазины в городе были уже закрыты, и только в этом
цветочном магазине еще горел свет.
— Подожди, — сказал Энди, выскочив из экипажа.
В этот момент дверь магазина открылась, и навстречу Энди вышел мистер
Трентон с роскошным букетом в руке.
— Твой молодой человек, Линн, очень хорошо знает твой вкус, —
сказал он, протягивая ему букет. — Это редкость в наше время.
Линн улыбнулась и приняла из рук Энди цветы. Белые садовые розы очень
гармонично сочетались с дикими алыми розами, которые она так любила собирать
в юности. Среди роз скромно приютились желтые ирисы и бросались в глаза темно-
лиловые фиалки.
— Откуда ты знаешь, что это мои любимые цветы? — спросила Линн, с
трудом оторвав взгляд от букета.
— Если мужчина хочет подарить женщине цветы, он должен выбрать те,
которые ей могут понравиться, — ответил он, глянув сначала на нее, а
потом на мистера Трентона.
— Да, Линн, такой мужчина знает, как уважать женщину и как доставить ей
радость, — провозгласил мистер Трентон и направился обратно в магазин.
Энди сделал знак извозчику и снова сел рядом с ней. Экипаж двинулся по
улице. Лошади весело отстукивали подковами по асфальту дороги. Прохожие с
любопытством разглядывали экипаж и сидящих в нем Энди и Линн. Жители
городка, услышав стук подков, выглядывали из окон или появлялись на
балконах.
На углу Центральной улицы и улицы Берч экипаж снова остановился. Когда Энди
подал ей руку и помог выйти, она увидела, что перед рестораном
Горный вид
стоит столик. В эту же минуту из ресторана появился официант, неся на
подносе две чашки.
— Кофе и горячий шоколад, — сказал он и поставил чашки на столик.
Линн снова подозрительно покосилась на Энди. Откуда он знает, что она любит
горячий шоколад?
— Ты разговаривал с кем-то из моих близких? — спросила она, садясь
на отодвинутый Энди стул.
Он промолчал. Ее подозрения подтвердились, когда из ресторана появился
Джереми Флинч — лучший в городе скрипач — и стал играть ее любимую сонату
Баха. Линн обожала скрипичную музыку. Когда-то в юности она брала уроки
скрипки у Джереми, но это был ее личный секрет...
Энди уклончиво улыбнулся.
— Это не важно, — ответил он. — Главное, чтобы ты получила
удовольствие. Наслаждайся, Линн. Ты должна наслаждаться жизнью. И человек,
который хочет разделить жизнь с тобой, должен хорошо знать, что приносит
тебе радость и наслаждение.
Конечно, подумала она, отпивая шоколад. Именно такого мужчину она надеется
встретить. Но она хотела, чтобы ее мужчина был не только вежлив, заботлив и
внимателен. Она хотела, чтобы он был таким же страстным и необузданным,
каким был Энди Нилс во время их первых встреч. Его низкий, глубокий голос
снова взбудоражил ее чувственность. Она мучительно хотела его прикосновений.
Неужели он сегодня не поцелует ее?
Допив шоколад, она снова посмотрела на него.
— Спасибо. Спасибо за такой чудесный вечер, — тихо сказала она,
надеясь, что он сейчас встанет, подойдет к ней и, подняв ее со стула,
проведет пальцами по ее щеке и губам, поцелует ее...
Но он только заботливо посмотрел на нее.
— Уже поздно, милая, — сказал он. — Тебе пора домой.
Джентльмену не стоит допоздна удерживать леди, зная, что ей нужно утром рано
вставать на работу.
И все же раньше он делал это, с горечью подумала она. Но раньше для этого
была причина. Раньше они демонстрировали страсть, а теперь они просто
друзья, и теперь он не хочет больше целовать ее. Вот и все. Теперь между
ними снова пропасть, а по ее краям еще выросли высокие стены.
Линн на миг закрыла глаза, а потом медленно и глубоко вздохнула, пытаясь
подавить горечь. Он не должен видеть, что ей больно, не должен знать, чего
ей стоило провести с ним этот вечер.
Когда они приехали к ее дому и он проводил ее к двери, он неожиданно
наклонился и поцеловал ее в щеку. Она вспыхнула, чувствуя, как к горлу
подкатил комок.
— Я хочу, чтобы ты была счастлива, Линн, — сказал он
взволнованным, проникновенным голосом. — Я хочу знать, что ты
счастлива, перед тем как уеду отсюда.
Она онемела, растерялась и, неуклюже держа в руке букет, принялась другой
рукой рыться в сумочке. Отчаяние душило ее с такой силой, что ей хотелось
просто исчезнуть. Наконец, когда она нашла ключ, он взял его из ее дрожащей
руки, открыл дверь и только после того, как она вошла, повернулся и
направился к машине.
Она захлопнула дверь и прижалась к ней спиной, бессильно уронив руки. Потом
вспомнила о букете, как механическая кукла прошла в гостиную, взяла с полки
вазу и направилась в кухню. Наполнив вазу водой, она поставила в нее цветы и
вдруг очнулась. Запах роз, смешанный с запахом ирисов и фиалок, вскружил ей
голову. Она склонилась к цветам и, глубоко вдохнув их аромат, нежно
потерлась о них щекой. Ее глаза затуманили слезы.
Энди Нилс был очарователен сегодня. Он был изысканно галантен и обходителен.
Но он был другим. Он щедро одарил ее сегодня и оставил одну. Сегодня он был
великолепен, как никогда прежде, и вместе с тем он был хуже всех мужчин,
которых она когда-либо знала. Он оставил ее. Он не горел и не ласкал ее, и
теперь ей казалось, что даже скучный, пресный Даррел был гораздо лучше его.
Энди весь вечер ублажал ее, развлекал, осыпал комплиментами, но в его глазах
не было больше огня.
Что ж, это, наверное, потому, что он уезжает. И он решил расстаться с ней
вежливо и красиво, как того хотели ее братья. Наверняка это благодаря им
Энди вынужден был устроить ей такой пышный и отчужденный вечер. Иначе как
мог исчезнуть смеющийся, соблазнительный и страстный Энди Нилс?
С вазой в руках она направилась в спальню, поставила цветы на тумбочку у
кровати и легла.
Он просто не любит ее. Но она всегда это знала. Она знала, что он не сможет
полюбить ее. Но сегодня он не был тем Энди Нилсом, которого полюбила она.
Полюбила... Истина восстала в ее душе, обнаружив себя во всей своей силе.
Полюбила. И теперь это было не только романтическим увлечением робкой девочки-
подростка. Теперь это было мучительным томлением зрелой женщины, желанием
разделить с этим мужчиной огонь страсти. Связать с ним свою жизнь. И на этот
раз убежать от этой правды невозможно. Она не сможет больше притворяться,
что не любит его.
Ей хотелось знать, насколько другие могли видеть, что она переживает.
Насколько об этом могли догадаться ее братья. И если они догадались и
сказали ему об этом, то Энди теперь, возможно, чувствует себя виноватым.
Может, поэтому он и решил красиво отстраниться от нее, вежливо и заботливо
бросить?
С этим она согласиться не сможет. Она должна что-то предпринять. Она не
сможет ждать, прятаться и держать все в себе.
Вскочив с постели, Линн бросилась в гостиную и набрала номер телефона
Роберта.
— Роберт, привет! Я хочу поговорить с тобой и Томасом. Да,
сейчас, — отчеканила она. — Через пару минут приеду. Ждите.
Она положила трубку, схватила со стола ключи и вскоре захлопнула за собой
дверь.
10
Ее братья жили в квартале друг от друга, и к тому времени, когда Линн
приехала, уже ждали ее в гостиной.
— Линн, ты ведь приехала с хорошими новостями, правда? — спросил
Роберт, пытливо заглядывая ей в глаза. — Учти, дурных новостей в этот
час я выслушивать не готов.
— Это я приехала сюда за новостями, Роберт, — ответила она. —
Так что сама надеюсь, что они будут приятными.
Братья удивленно переглянулись.
— Итак, что же ты хочешь услышать? — спросил снова Роберт, жестом
предлагая ей сесть в кресло.
Она окинула их взглядом и села. Братья сели напротив нее.
— Я хочу знать, чего вы наговорили Энди Нилсу, — решительно
сказала она.
Томас нахмурил брови.
— А я бы хотел для начала узнать, чего наговорил тебе он, чтобы
заставить тебя примчаться к нам.
Она отрицательно покачала головой.
— Ничего. О вас ничего.
— Я слышал, что твой Энди сегодня устроил очередное грандиозное
шоу, — сказал Томас. — Тебе оно не понравилось?
— О, конечно, этот чудесный вечер понравился мне, — сказала
она. — Все было великолепно, на высоте. Только... только я почему-то не
чувствовала себя женщиной. — Она горько усмехнулась. — Энди Нилс
ни разу за весь вечер не прикоснулся ко мне...
На лице Томаса появилась усмешка.
— Итак, ты злишься, что Энди Нилс не прикоснулся к тебе сегодня, и
винишь в этом нас? — спросил он.
Она вздохнула, пытаясь успокоиться.
— Я просто хочу знать, что вы рассказали ему обо мне. Мне кажется, что
вы чем-то напугали его, рассказали ему что-то такое обо мне, что заставило
его вести себя, как...
— Как, сестренка? — мягко подтолкнул ее Роберт.
— Он обращался со мной как с королевой, — обиженно проговорила
она.
Братья переглянулись и усмехнулись.
— Полагаю, что это ужасно... — протянул Томас.
— Да, это ужасно, — согласилась она, не заметив иронии в словах
брата. — Энди всегда относился ко мне с уважением. Что правда, то
правда. Но сегодня... Сегодня все было чудесно, но чего-то не хватало. Мне
показалось, что это был не интимный вечер с мужчиной, а урок. Может, вы
знаете, что происходит?
Братья задумчиво молчали. Линн с выжиданием уставилась на них, но они
продолжали молчать.
— Не знаю, важно это или нет, но я хочу сказать вам, что люблю Энди
Нилса, — мужественно заявила она.
Роберт тихо выругался. Томас закусил губу и закачал головой.
— Но это безответная любовь, — продолжала она. — Энди не
любит меня, и в этом не его вина, что я полюбила его. Я даже не хотела,
чтобы он знал об этом. Но мне показалось, что вы об этом догадались и
сказали ему. Он очень чуткий, и это могло заставить его беспокоиться обо
мне. Итак, что вы рассказали ему?
Томас наклонился вперед, упираясь локтями в колени.
— Линн, мы ничего ему не говорили. Клянусь, — сказал он. — Но
мы знаем, что он виделся с Сандрой. Он пришел к ней за советом, потому что
решил, что мужчины, которым ты нравишься, недооценивают тебя и не относятся
к тебе так, как ты этого заслуживаешь. Мне кажется, что он решил показать им
на собственном примере, как они должны относиться к тебе.
Глаза Линн застелили слезы. Но она не понимала, почему плачет. Страдать
оттого, что мужчина желает ей добра, глупо. Более того, они с Энди пытались
повлиять на мужчин городка, подсказать им что-то и научить еще с самого
начала. Но тогда они обо всем договаривались. Теперь же он действовал один,
не посоветовавшись с ней. Это очень похоже на то, что пытались делать ее
братья.
Выходит, их вечер сегодня тоже был спектаклем, но теперь не для других, а
для нее. Что ж, теперь ясно, что он просто вознес ее на пьедестал, чтобы
показать другим, что им следует преклоняться перед ее идеальными качествами.
Но она не хочет быть идеалом, тем более для Энди Нилса. Она хочет быть
реальной для него.
Но это, конечно, тщетные мечты. Она не может надеяться на то, что он полюбит
ее. Но при этом он потратил на нее кучу времени. Он столько дал ей...
А что дала ему она? Ничего. Ровным счетом ничего. И это нечестно. Неужели он
не заслуживает получить то, от чего отказывался в последнее время? Вокруг
него крутились женщины, но он отвергал их, потому что хотел помочь ей.
Что ж, если Энди Нилс мог решить, что хорошо для нее, и сделал все
возможное, чтобы помочь ей получить это, то почему она не может сделать то
же самое для него?
Линн подняла голову и расправила плечи. Она приняла решение.
— Спасибо за то, что помогли мне прийти в себя, — сказала она
спокойно.
Роберт заглянул ей в глаза.
— Что-то мне не нравится блеск в твоих глазах, — заметил он.
— Это твое дело, — ответила она. — Но прошу, не вмешивайтесь
в мои дела.
Покинув своих остолбеневших от недоумения братьев, Линн села в машину и
направилась домой.
Энди Нилс — мастер устраивать шоу, подумала она. И ей нужно сыграть свою
роль не хуже...
— Нужно подыскать себе что-нибудь красное и обтягивающее, —
пробормотала она. — И короткую кожаную юбку.
Утром следующего дня, вскочив с постели чуть свет, она позвонила Сандре, и
сестра с радостью позволила ей порыться в своем гардеробе.
Когда в девять часов утра зазвонил телефон, Энди уже не спал, но продолжал
валяться в постели. Он думал о Линн Моррис и о том, что скоро ему придется
расстаться с ней...
С губ Энди сорвалось проклятие, и, резко откинув одеяло, он свесил с кровати
ноги.
Ему ужасно не хотелось отвечать на звонок. И только мысль о том, что может
звонить его брат, который собирается приехать, чтобы посмотреть, как идут
дела, заставила его снять трубку.
— Алло! Энди? — послышался в трубке милый, волнующий,
соблазнительный голос Линн Моррис.
— Да. Что-то случилось? — спросил он с тревогой.
На несколько секунд в трубке повисло молчание.
— Не совсем, — наконец ответила она. — Но мне нужно увидеться
с тобой. Я буду ждать тебя у входа в свой магазин.
— Милая, — начал было он, но связь уже оборвалась. — Черт,
похоже, опять кто-то из этих болванов беспокоит ее, — пробурчал
он. — Если она даже не может войти в магазин.
А что будет, когда он уедет? Кто будет помогать ей в таких случаях? Об этом
он просто не хотел сейчас думать. Сейчас ему нужно как можно скорее прийти
ей на помощь.
Через пару минут он уже мчался по городку, игнорируя огни перекрестков, лихо
сворачивая с улицы на улицу и благодаря небеса, что в такую рань на улицах
мало народу и совсем нет полиции. Наконец он выехал на Главную улицу и
издалека увидел, что перед магазином Линн стоит толпа.
Припарковав машину, он выпрыгнул из нее и врезался в толпу.
— Линн! — выкрикнул он.
Толпа расступилась, давая ему дорогу.
— Я здесь, Энди! — ответила она и помахала ему рукой.
Он увидел ее на площадке у магазина и обомлел. Это была не та Линн, которую
он знал. От той прежней Линн остался только мягкий голос и зеленые чарующие
глаза. Все остальное было незнакомым.
Он с усилием вздохнул, пытаясь побороть волнение при виде стройной фигурки,
на которой была коротенькая красная блузка без шлеек, держащаяся только на
соблазнительной груди. Кремовые обнаженные плечи, руки и живот
соблазнительно выделялись на кровавом
Закладка в соц.сетях
