Жанр: Любовные романы
В полночный час
...т. Она качалась на волнах удовольствия, забывшись, отключив
сознание, но графиня не оставляла ее в покое, она двигалась ниже, вдоль
бедра. Легкая боль как от укола, и снова величайшее наслаждение, и снова,
как говорят французы, маленькая смерть.
Нари ужинала не торопясь, с расстановкой.
Когда она насытилась, то откинулась на спину, глядя на смертельно белое тело
женщины на кровати.
Графиня встала, все еще глядя на останки с явным удовольствием.
Женщина умерла счастливой. Нари знала множество великолепных способов
сделать процесс принятия пищи праздником. Вены на горле что надо, а вот на
бедре — не очень. Хорошо бы кровь текла более плавно.
Откинув волосы Тифф со лба, графиня с удовольствием разглядывала тело,
которое принесло ей так много удовольствия, и рассмеялась — громко, от души.
Тифф с такой радостью приняла ее у себя.
— Бедняга Тиффани, ты так спешила навстречу своей кончине, верно,
детка?
Она потянулась — сыто потянулась, как уличная кошка, которой посчастливилось
вылакать целую миску молока спокойно и без драки — вылакать одной, ни с кем
не делясь, до самой капли.
Нари подошла к окну и выглянула на улицу. Теперь там царила ночь. Графиня
снова была полной жизни и сил. Великолепное ощущение!
После столь чудесной трапезы Нари с удивлением обнаружила, что во рту
остался привкус горечи. Нет, дело не во вкусе еды. Нари сжала кулаки и сжала
зубы. Она его ненавидела и пришла сюда, потому что...
Он оставил ее... голодной, такой голодной... Но голод она не могла утолить,
сколько ни пей. И тот факт, что соблазнить добычу, прежде чем утолить голод,
всегда так приятно, ничего не менял.
Графиня снова взглянула на Тифф. Что-то надо делать с останками. Какая
досада!
Она вновь выглянула в окно и нахмурилась. Сколько полиции! С чего бы?
У нее промелькнула мысль, что он мог бы разозлиться. Пировать нехорошо в
одиночку. И, быть может, она выбрала не ту жертву...
У него свое расписание.
Она покачала головой. Были времена, когда он легко забывал, что она такое.
А сейчас...
Сейчас она чувствовала сосущую пустоту внутри. Горечь, ненависть, жажду
возмездия.
Ну что тут скажешь: у нее свои цели. И, насытившись, она чувствовала себя
вполне в силе.
Она очень давно не чувствовала себя такой изумительно сильной.
Нари закрыла окно.
Ночь молода, сказала она себе.
Глава 8
В баре
У Гарри
, как всегда, полно народу.
Люди ждали, пока освободятся столики, толпились у стойки бара, стояли в
проходах.
Уже в дверях Джордан чуть не передумала. Сидеть негде, идти тоже некуда. Она
решила вернуться на улицу, не подходя к стойке бара, но ночь выдалась сырая
и промозглая. Джордан не захотела оставаться в номере, но торчать на холоде
тоже радости мало.
Джордан внезапно ощутила себя потерянной и никому не нужной, но жалеть себя
ей долго не пришлось. К ней шел швейцар. Она улыбнулась, решив, что
освободилось место и он хочет взять у нее пальто, но с некоторым запозданием
поняла, что он приветствует кого-то, кто стоял у нее за спиной.
— Добро пожаловать, синьор.
Джордан почувствовала чью-то руку у себя на плече. Испуганно оглянувшись,
она увидела Рагнора. Он приветствовал швейцара.
— Добрый вечер, мы с дамой хотели бы выпить.
Джордан увидела, что, разговаривая со швейцаром, Рагнор смотрит не на него,
а на пару у дальнего конца стойки. Мужчина и женщина встали, освободив два
места.
Проходите, проходите, — пригласил их швейцар.
Джордан огляделась. Она готова отказаться от места, в ресторане были и те,
кто пришел раньше их.
— Проходите, пожалуйста, — настаивал швейцар. — Столики для
остальных уже почти готовы.
Не успела Джордан сесть за стойку, как к ним подошел бармен. Джордан
заказала старый добрый
Южный
, Рагнор —
Дьюар
со льдом.
Джордан рассеянно помешивала коктейль соломинкой. Подняв глаза, она увидела,
что Рагнор смотрит на нее.
— Как вам все удается? — спросила она.
— Что именно?
— Обеспечить места в переполненном баре.
Рагнор пожал плечами.
— Кто-то уходит совсем, кто-то переходит в ресторанный зал.
— Удобное объяснение.
— Ну хорошо. Я знаю бармена и швейцара, но не волнуйтесь, очередь я
уважаю. Просто так совпало. А вы что решили? Что я загипнотизировал тех
людей взглядом?
Он явно забавлялся. Джордан чувствовала, что своим вопросом поставила себя в
дурацкое положение. И разозлилась. Решила занять оборонительную позицию.
— Вы шли за мной? — спросила она не слишком любезно. Похоже на то,
иначе получилось бы, что совпадений слишком много.
Он ответил не сразу. Джордан выдержала его оценивающий взгляд.
— В таком миниатюрном сосуде такая бездна самомнения. Джордан
почувствовала, как вспыхнули щеки.
— Я думала, что вы еще раз велите мне уехать из Венеции. — Джордан
смотрела прямо перед собой, помешивая соломинкой коктейль.
Зная, что он наблюдает за ней, она вдруг очень остро ощутила, насколько
открытое и облегающее на ней платье. Ее поразили его красивые руки —
широкие, сильные ладони, уверенные и властные, с длинными, гибкими пальцами.
У него отлично получилось бы сыграть роль викинга в каком-нибудь
историческом фильме из жизни варваров, но и костюм от Армани он носил так,
будто в нем родился.
— Так вы уезжаете из Венеции? — спросил он и повернулся на
табурете так, что колени их соприкоснулись.
— Разумеется.
— Но билетов на самолет у вас еще нет.
— Нет.
Она подумала, что он затеет с ней дискуссию, примется ее убеждать, но он
просто пожал плечами.
— Может, оно и к лучшему.
— Чтобы я осталась? Как мило с вашей стороны.
— Как вам
Даниэль
? — спросил он как бы невзначай.
— Замечательно. Вы там останавливались?
— Да, но довольно давно. Хотелось бы узнать, все ли там по-прежнему.
Может, я провожу вас домой и вы пригласите меня зайти?
— Вы всегда можете зайти туда и выпить кофе в холле. Он насмешливо
улыбнулся.
— Вы не разрешите проводить вас домой?
— Мы здесь встречаемся с Джаредом и его женой.
— И, похоже, с Анной Марией, Рафаэлем и Линн, — уточнил Рагнор.
С того места, где он сидел, повернувшись к ней лицом, Рагнор мог видеть
дверь. Джордан обернулась как раз в тот момент, когда в ресторан вошли
Джаред и Синди, а следом за ними и все остальные.
Яркие глаза Рафаэля округлились при виде Джордан.
— Дорогая!
Рафаэль, ловко лавируя в толпе, пошел к ней. Расцеловав Джордан в обе щеки,
он подал ей руку, помогая встать. Джордан покрутилась перед ним, хвастая
платьем.
— Просто восхитительно! Весьма аппетитно. Рагнор, а ты что скажешь?
— Боюсь, что так, — пробормотал Рагнор. Он тоже встал с табурета,
протянув руку Анне Марии. Линн подошла к нему, сияя от восторга. Последовали
традиционные поцелуи в обе щеки — стандартный обмен приветствиями. Синди,
кажется, тоже обрадовалась, увидев Рагнора, только Джаред держался немного
скованно. Он говорил вежливо и не протестовал, когда Анна Мария предложила
Рагнору присоединиться к ним за столом. В компании Джаред казался чужим, и
Джордан заметила, что во взгляде кузена, обращенном к ней, сквозила
подозрительность.
Она пожала плечами, давая Джареду понять, что пригласить Рагнора поужинать с ними не ее инициатива.
Подошел уже знакомый швейцар и сказал, что столик для них готов. Джордан
почувствовала руку Рагнора у себя на спине, он вел ее через толпу к столику
в одном из обеденных залов. И вновь Джордан почувствовала, что прикосновение
его пальцев к обнаженной спине вызывает незабываемые ощущения. Как ласка
огня, холодного огня. Не слишком уютно. В баре ей страшно хотелось
прислониться к нему, почувствовать щекой текстуру ткани его костюма,
вдохнуть пьянящий аромат его чисто выбритых щек. С тех пор как они вместе
наблюдали танец акробатов, чувственный запах, казалось, все еще стоял в
воздухе. Линн нашла бы для ее желаний более грубое определение. Но Джордан
не могла мыслить настолько грубо или честно. Голова у нее кружилась просто
от того, что он, прикоснувшись к ее спине кончиками пальцев, вел ее к
столику. Его руки были невероятно мужественными. Хотелось бы знать, каково
чувствовать, как они скользят по ее обнаженным плечам.
И по другим местам.
Хотелось бы знать, так ли широка и крепка его грудь, так ли она возбуждает,
когда он наг.
Она размышляла, каково бы было быть нагой рядом с ним, тереться телом о
тело. Интересно, так ли он силен, и ловок, и велик во всем остальном?
Он выдвинул для нее стул. Джордан села. Лицо ее стало пунцовым. Она вся
горела, даже дышать нормально уже не могла.
Может, он сядет куда-нибудь в другое место, не рядом с ней?
Нет, зря надеялась. Он сел по левую руку от нее, Линн — по правую.
Официант поставил перед ней ее бокал с остатками коктейля. Джордан взяла его
и сделала большой глоток. Подали меню, и Линн склонилась к ней, рассказывая
о каждом блюде. Джордан машинально кивала и что-то говорила в ответ, но что
именно — она и сама не вполне понимала. Джаред и Анна Мария разговаривали о
тех людях, которых Джаред пригласил на ее вечер, намеченный на завтра. Все
места уже расписаны, все формальности выполнены, но Анна Мария хотела знать
больше о тех, кто придет к ней на бал. Если нужно, можно изменить позиции,
чтобы люди, сидящие рядом, были интересны друг другу.
— Итак, куда ты сегодня ходила? — вдруг спросила у Джордан Синди.
— На кофе к Тифф.
— Красивый у нее дом? — спросил Рафаэль.
— Да, очень.
— Мрамор пола, говорят, добыт с руин античного Рима, — сообщила
Анна Мария.
— Вы весь день пили кофе? — не слишком любезно спросил Джаред.
Джордан не понравилась его резкость. Все разговоры за столом стихли, и
взгляды обратились к ней, словно она перед всеми присутствующими должна
держать отчет.
— Я выпила кофе, прошлась по магазинам, просто гуляла.
— Могла бы заскочить в магазин, — попеняла ей Линн.
— Я знала, что вы очень заняты, — ответила Джордан.
— Тифф хороша, верно, Джордан? — сменил тему Рафаэль.
— На самом деле Тифф просто хорошо оплачиваемая проститутка, —
сказал Джаред.
— Джаред! — воскликнула Синди.
— Разве нет? Она выходит замуж за богачей ради их денег. Разве не это называется проституцией?
— А как насчет старых и среднего возраста мужчин, которые бросают своих
тридцатилетних и более старших жен и отправляются в погоню за молоденькими
фигуристыми девчонками? — спросила в ответ Джордан, стараясь защитить
подругу. — Их как следует назвать? Мне Тифф нравится.
— Что вы думаете о миссис Тиффани Хенли, Рагнор? — спросила Синди.
Рагнор приподнял бровь.
— Полагаю, каждый имеет право на свои предпочтения. Но что я могу
сказать точно, она прямолинейна до грубости.
Линн захихикала.
— Ну, насчет вас она могла бы сказать куда больше.
— Она отличная женщина, иногда заходит слишком далеко, но старается
держаться в рамках, — пожав плечами, пояснил Рагнор. — Впрочем, я
ее не настолько хорошо знаю.
— Я видела вас сегодня с ней, — вдруг сообщила Джордан. Рагнор
развернулся к ней всем корпусом.
— В самом деле? И с какой точки вы меня видели?
С канала.
А что ты делала на канале? — нахмурившись, спросила Синди.
Я была не на канале, а на гондоле.
— Ты в одиночестве отправилась кататься на гондоле? — спросил
Джаред.
Он вновь задавал вопрос тем тоном, которым родители отчитывают нерадивых
отпрысков.
— А что, кататься на гондоле теперь опасно? — с улыбкой спросила
Джордан.
— На гондоле следует кататься с любовником, — заявил Рафаэль.
— На самом деле я оказалась на гондоле из-за тебя, Джаред. —
Джордан хотела бы не так остро ощущать на себе взгляд голубовато-серых глаз
Рагнора.
— Из-за меня?
— Вчера ночью я думала, что иду за тобой, но это, конечно, был не ты, а
другой человек, одетый в костюм дотторе.
— Это точно был мужчина? — спросил Рагнор.
— Полагаю, да.
— И какое отношение имеет вчерашнее приключение к твоему катанию на
гондоле из-за меня? — надувшись, спросил Джаред.
— Я подумала, что снова увидела того мужчину, и пошла за ним.
— Ты пошла следом за незнакомцем в костюме дотторе? — переспросила
Анна Мария.
— Какой идиотский поступок, — проговорил Джаред.
— Сейчас все ходят в костюмах, Джаред, — напомнила брату
Джордан. — И одни люди в костюмах ходят за другими людьми в костюмах,
чтобы сделать снимки. И так целыми днями.
— Каким образом мужчина в костюме связан с гондолой? — уточнила
Анна Мария, стараясь разрядить обстановку.
— Гондольер оказался моим знакомым. И он привез меня домой.
— Подожди, подожди. С каких пор у тебя в друзьях ходят
гондольеры? — не унимался Джаред.
— Джаред, у тебя много друзей, которых я не знаю, а у меня могут быть
друзья, которых не знаешь ты.
— В Венеции?
Да, в Венеции.
Итак... Что же хотела Тифф? — спросил у Рагнора Рафаэль. — Он мог
с тем же успехом спросить:
Ну как тебе эта пташка?
— Ах да. Она пригласила меня на вечеринку с коктейлями, которую она
собралась устроить перед балом у Анны Марии.
— Тифф Хенли устраивает вечеринку? — переспросила Синди.
— Она заверила меня в том, что вы туда идете, — произнес Рагнор.
— У меня не было возможности вам сказать о вечеринке, — быстро
вставила Джордан.
— Ты знала, что она устраивает вечеринку? — спросил у сестры
Джаред.
— Я узнала о ней только сегодня утром.
Официант с картой вин, который уже давно стоял неподалеку, деликатно
покашлял, обращая на себя внимание. Джаред извинился перед ним на
итальянском, и разговор перешел в другое русло: предстояло выбрать вино к
ужину.
— Я думаю, вы сами только что узнали о ней. Джаред вздрогнула. Рагнор
говорил ей на ухо, лаская дыханием щеку, и сам шепот его был как ласка.
— Я думаю, что огромное самомнение может помещаться и в больших
сосудах.
Голова его оставалась совсем близко к ее голове, а взгляд прожигал. Он стал
очень серьезным.
— Я вам не нравлюсь, мисс Райли?
— Да, — прошептала она.
— Почему?
— Возможно, потому, что вы оскорбляете меня при каждой встрече.
— Я даже не думал вас оскорблять.
— Разве не вы предположили, что в красном виниле я выгляжу как
проститутка.
Он слегка улыбнулся. Одними губами.
— Я мог бы извиниться, но вы ведь не дали настоящий ответ на мой
вопрос. Так почему вы меня не любите?
— Может, потому, что вы лжец, — услышала она свой ответ.
— О какой лжи вы говорите?
— Вы присутствовали на балу у графини, но отрицаете это.
Он сел прямо.
— Мы с ней совсем не друзья, и тут никакой лжи нет, уверяю вас.
Она могла бы поверить ему, но тут Рафаэль внезапно задал Рагнору вопрос:
— Рагнор, я видел вас с графиней на площади сегодня. Я, по крайней
мере, абсолютно уверен, что с вами разговаривала графиня. Ее лицо закрывала
маска, но походка, манера двигаться, жесты — все говорило о ней. Вы должны
со мной согласиться. Может, вы с ней уж не такие заклятые враги? —
Рафаэль весело подмигнул и поднял бокал. — Со стороны вы совсем на
врагов не были похожи.
— Мы с ней как солнце и луна, друг мой, — веско заметил Рагнор.
Все за столом смотрели только на него.
— Как ночь и день, — пробормотала Анна Мария. Джордан внезапно
встала и, проворчав, что должна удалиться в дамскую комнату, поспешила
прочь. В туалете, плеснув в лицо холодной воды, она уставилась на свое
отражение в зеркале.
— Поезжай домой, беги подальше от окружающего бедлама, пока не
спятила! — сказала она себе. Но чем очевиднее для нее становилась
необходимость бегства, тем сильнее ей хотелось остаться до конца и
посмотреть, что будет.
Рагнор лжец. Он встретился сегодня с Тифф, а потом с графиней. Но его
встречи не могли изменить того непреложного факта, что он заставлял ее
разрываться между враждебностью к нему и всеподавляющим желанием.
— Он хорошо сложен, — сообщила она своему отражению. —
Правильные, точеные черты лица, красивые сильные руки. Ты долго оставалась
одна. Ты год назад потеряла жениха. Ты человек, и ничто человеческое тебе не
чуждо. Только и всего.
Джордан вдруг поняла, что не одна в помещении. Какая-то женщина смотрела на
нее во все глаза.
— Простите, простите, — пролепетала женщина.
— Нет, вы меня простите, — сконфуженно извинилась Джордан и
выскользнула за дверь.
Отлично. Как будто в мире мало говорят о том, что все американцы сдвинутые.
Джордан налетела прямо на Рагнора. Он, наверное, пошел следом за ней и ждал,
пока она выйдет.
Я хочу, чтобы вы поняли: я ни в коей мере не являюсь другом графини.
Джордан покачала головой.
— С кем вы водите дружбу — исключительно ваше дело, мистер... Мистер...
— Джордан вскинула руки. — Я даже не знаю вашей фамилии.
— Важно, чтобы вы мне верили.
— С чего бы?
— Потому что в один прекрасный момент ваше доверие ко мне может решить
многое.
— Простите, но я и в лучшие времена привыкла не доверять незнакомым
людям.
Она смотрела на него в упор, он схватил ее за руку.
— Я не должен быть для вас таким уж незнакомцем.
— Поверьте мне, — с упором на последнем слове ответила Джордан,
выхватив руку, — вы для меня совершенно чужой.
Она рванулась прочь. Каким-то чудом он вновь оказался перед ней.
— Честно, Джордан, я сожалею, что оскорбил ваш виниловый костюм. Я не
хотел вас обидеть. Вы просто были слишком соблазнительны.
— Спасибо. Извините меня, — пробормотала она, и на сей раз он не
стал ее останавливать.
— Джордан! Я надеюсь, что тебе понравится то, что я для тебя
заказала, — заметила Линн, когда Джордан подошла к столу.
— Уверена, что понравится, — одобрила Джордан, садясь за стол.
Джордан обрадовалась, что у нее появилась возможность пообщаться с кем-то
еще, кроме Рагнора.
— И что мы будем есть? — жизнерадостно поинтересовалась Джордан.
— Отличный антипасто, вот он, на столе. Затем ригатони фунгетти —
макароны с грибами, оливковым маслом и чесноком, а потом сепию.
— А что такое сепия?
— Каракатица. Примерно то же самое, что осьминог или скат. Не может
быть, чтобы ты ни разу не видела это блюдо, ведь оно особенно популярно в
Венеции, — объяснила Линн.
Джордан почувствовала спазм в желудке. Конечно, она должна знать. Она читала
о нем в путеводителях, видела в меню. Джордан любила морепродукты — любые
морепродукты, которые не слишком похожи на морепродукты. Целая рыбина,
глядящая стеклянными глазами, — для нее, пожалуй, чересчур.
Или что-то по форме напоминающее осьминога. Она знала, что в Венеции любят
осьминогов. Наслаждаться любой едой, когда рядом на столе на тарелке лежит
каракатица с множеством щупальцев, Джордан не под силу.
Она надеялась, что улыбка не сошла с ее лица.
— Прекрасно! — выдавила она.
Джордан пыталась войти в курс разговора, который вели за столом. Рагнор
ответил на какое-то замечание Синди.
— Легенды всегда завораживают, и, что еще более интересно, они
сочетаются друг с другом. — Рагнор улыбнулся Синди. — Даже ангелы,
которые были низвергнуты с неба в иудаизме и христианстве, имеют немало
сходства с языческими римскими богами, ассирийскими божествами и
властителями севера Валгаллы у скандинавов.
— Ангелы в одной компании с языческими божествами? — скептически
переспросила Синди и улыбнулась официанту, принесшему макароны.
— Люцифер, прекрасный, светоносный, — падший ангел. Сатана был
ангелом.
— Вы хотите сказать, что Бог — легенда? — нахмурившись, спросила
Анна Мария.
Рагнор покачал головой:
— О нет. Я верю, что Бог есть. Я просто хочу сказать, что то, что мы
называем язычеством, не так сильно отличается у разных народов. Знания —
отличаются. Истории — отличаются, но в мире всегда действовала концепция
добра и зла, и смерть всегда оставалась великой тайной. Разные общества
пытались по-разному объяснить ее, но во всем мире и на протяжении всей
истории мира существовала вера в ад, в иной мир. Греки пересекали реку
Стикс. Ад всегда находился внизу, рай — наверху.
— Что доказывает, что люди всегда оставались людьми. Человеческая
природа не меняется, — заметила Линн.
— Мы все любим сверкание золота, — вставил Рафаэль.
— И мы все боимся чудовищ и представляем их одинаково, —
согласилась Анна Мария. — Большой волосатый человек — недостающее звено
— универсален. Большая Нога в США, саскуотч в Канаде, йети в Азии.
— Повсюду темнота и тени прячут зло! — объявил Рафаэль. Все
посмотрели на него. Он пожал плечами. — Истина! Во всем мире дети
одинаково боятся темноты.
— Темнота — то, что мы не можем разглядеть или понять, и она всегда
пугает.
Темнота и тени и то, что, кажется, движется в темноте, подумала Джордан. Она
принялась за макароны. Блюдо действительно оказалось вкусным. Она прикончит
макароны, потом покрутит на тарелке каракатицу и сделает вид, что она ей
тоже понравилась.
— Итак, Рагнор, на ваш взгляд, лох-несское чудовище существует? —
спросила Линн.
— Если и существует, я ни разу его не видел, — приятно рассмеялся
Рагнор. — Но кто знает? Было немало очевидцев, только вот ученым не
повезло выманить чудовище на берег для подробного изучения.
— Таких феноменов, как лох-несское чудовище, не существует, —
безапелляционно заявил Джаред.
Пришел официант и забрал пустые тарелки из-под макарон. Джаред морщился и
хмурился. Беседа, которую остальные находили приятной, его раздражала.
— Но многие легенды позже объяснила наука, — вымолвила
Синди. — Легенды о морских чудовищах не беспочвенны. Взять, к примеру,
гигантского ската или голубого кита. Они больше, чем динозавры! Но их
существование вполне укладывается в наше сознание.
— Мы видели голубых китов, их видели с тех пор, как человек стал
выходить в море, — вот твое доказательство, — язвительно заметил
Джаред.
— Но лично я никогда голубых китов не видела, — возразила
Синди. — Их видели другие люди, но другие люди видели и лох-несское
чудовище.
— Синди, — едва ли не прорычал Джаред, — но ты видела
фотографии голубых китов.
— Я смотрю канал
Дискавери
, и там я тоже видела съемки лох-несского
чудовища.
— Я думаю, что существование голубых китов более подтверждено
документально, — попыталась найти компромисс Линн.
Принесли тарелки с основным блюдом. Джордан посмотрела на свою тарелку,
заранее приготовив улыбку для Линн. Каракатицы там не было. На тарелке
красовался цыпленок в вине. Она подняла глаза и встретилась взглядом с
Рагнором. Он улыбался.
Каракатица была у него.
— Линн для меня ее заказала, — прошептала она. — Не надо
было...
— Все в порядке. Я ужинал и более причудливыми созданиями.
Линн не заметила подмены. Она продолжала говорить о легендах, далеких местах
и морских созданиях. К тому времени, как она повернулась к Джордан, тарелки
чудесным образом поменялись местами.
— Ну как тебе сепия?
— Испытание новым вкусом.
— Тебе не понравилось.
— Не уверена, что я бы попробовала ее снова, но...
— Но ты можешь сказать, что попробовала каракатицу, — закончила за
...Закладка в соц.сетях
