Жанр: Любовные романы
В полночный час
...вдруг почувствовала чье-то присутствие. Словно кто-то
дыхнул ей в спину, прошелестел, прошептал в темноте. Джордан не решилась
обернуться сразу, но когда обернулась, увидела Рагнора. Он сидел рядом и
смотрел на танцоров, но знал, что она заметила его появление.
— Совершенно непостижимая гибкость, не так ли? — прошептал он.
Джордан не заметила, чтобы он пошевелился или сменил позу, но ей показалось,
что он стал еще ближе. Она была уверена в том, что он обращался к ней одной.
Он говорил тихо, глубоким баритоном. Затылок обдало теплом, словно он ласкал
его своим дыханием.
— Возможности человеческого тела и ума продолжают потрясать, когда уже
все испробовано.
Внезапно взгляды их встретились, и ради того, чтобы продлить это мгновение,
Джордан принялась с ним спорить.
— Ничего сверхъестественного. Вероятно, они тренируются с детства, вот
и достигли такой потрясающей гибкости и слаженности.
Он лениво улыбнулся.
— В вас говорит практический ум. Но в том, что они создают с помощью
цвета и музыки... есть какая-то магия, не правда ли?
Он творил тепло, которое проникало в нее, распространялось по телу.
— Я бы сказала, что они великолепные исполнители, и освещение подобрано
удачно, и музыкальное сопровождение прекрасное.
— Значит, вы не чувствуете магии, эмоционального притяжения? — Он
не шевелился, но опять стал еще ближе.
— Естественно, я чувствую красоту.
— А вы действительно способны почувствовать красоту?
— Может, вы продолжите семантические игры с кем-нибудь другим? —
раздраженно ответила она. — Да, красоту можно почувствовать. Красоту
нежной души, красоту поступка.
Он снова смотрел на гимнастов, и на губах его играла все та же улыбка.
Она раздраженно вздохнула.
— А как насчет магии? — внезапно спросил он.
— Чувствую ли я магию? Нет, — прошептала она. Магия? Нет, скорее
дискомфорт от того, что он находился так близко. Дискомфорт от ощущения, что
он касается ее, при том, что каждое движение гимнастов было заряжено
эротизмом. Представление возбуждало. Очень возбуждало, но именно такого
воздействия и добивались танцоры. Джордан вдруг заметила, что многие в зале
обмахиваются веерами. Словно хлопают крылья. И шепчутся. Вкрадчивый шепот
пронесся по залу. И еще Джордан заметила, что мужчины склонили головы к
своим женам. Или любовницам. Или знакомым, с которыми повстречались здесь
же, только что, или просто к незнакомкам с лицами, закрытыми масками.
Если бы он прикоснулся к ней, инстинкт заставил бы ее склонить голову к нему
на плечо, положить руку ему на колено. Ей бы понравилось почувствовать его
пальцы у себя на затылке, нежно массирующие кожу. Касание тыльной стороны
ладони к щеке... Нет, больше! Его одежда, разбросанная по полу, ее рука у
него на груди...
В зале стало невыносимо жарко. Джордан поискала рукой бокал. Ей было все
равно, что пить. Подошла бы и вода, лишь бы она была холодной.
Он подал ей бокал. Она даже не заметила, как он оказался в его руке. Руки их
соприкоснулись на мгновение, но их касание обожгло ее, словно он сам огонь.
Одним глотком она выпила весь бокал. Голова страшно закружилась. Она была
готова упасть к нему в объятия, и ей стало все равно, что он о ней подумает.
Они смотрели глаза в глаза, и в его глазах она видела смех, уверенность,
глубину и холод бездны, которая манит, затягивает... Да!
Зажегся свет, и зал ожил, взорвавшись громом аплодисментов.
Джордан держала в руках пустой бокал из-под шампанского. Стул его стоял
совсем не так уж близко к ее стулу. За столом смеялись и разговаривали люди,
и Синди нежилась в объятиях Джареда. Он наклонился к ее уху и шептал ей что-
то такое, отчего глаза ее сверкали, а на губах играла улыбка.
Джордан вскочила со стула, напугав Рафаэля, сидевшего рядом с ней.
— Я увидела подругу, — солгала она. — Извините. Джордан
хотела подойти к бару и взять стакан воды, но на полпути ее остановила
женщина в костюме эпохи Возрождения. Джордан едва не вскрикнула от
неожиданности, но женщина заговорила, и недоразумение разъяснилось.
— Джордан, я — Тифф. Тифф Хенли! Я подумала, что это ты, когда увидела
твой костюм, но не решилась подойти — а вдруг не ты, ты же была в маске.
Просто классный прикид!
— Тифф, привет, как поживаешь? Ты тоже выглядишь великолепно. Красивый
костюм.
— Спасибо, костюм сделан на заказ. Но, честно говоря, рядом с твоим он
теряется. — Тифф быстро окинула Джордан взглядом. — Сидит как
влитой. Не иначе винил? Тебе, наверное, очень жарко?
— Невыносимо.
— Может, тебе стоит выйти на воздух? Попить чего-нибудь? Роберто, не
подашь воды синьорите?
Джордан посмотрела на того, к кому обратилась Тифф. Она должна была давно
заметить полицейского Роберто, того самого, что встретила в магазине. Он
протягивал ей пластиковый фужер с минеральной водой.
— Добрый вечер, — с улыбкой сказал он Джордан по-английски.
Она ответила на итальянском, принимая бокал.
— Может, вы хотите прогуляться? — предложил Роберто. —
Снаружи гораздо холоднее.
— Прохладнее, — поправила его Тифф с улыбкой.
— Не надо, спасибо, — запротестовала Джордан. — Зачем вам
уходить из зала...
— Я сам с удовольствием прогуляюсь, — перебил ее Роберто.
— Давайте, давайте, погуляйте! — замахала рукой Тифф, потянувшись
к бокалу шампанского. — Значит, завтра пьем кофе вместе?
— Конечно, — согласилась Джордан.
Роберто повел ее к выходу, пробираясь в лабиринте столов. Полная луна
светила уже высоко, желтым камнем зависнув над шатром. Старинные здания,
окаймлявшие площадь, отбрасывали тени, так что шатер казался единственным
островком света в море мрака. Должно быть, Роберто угадал ее мысли, понял,
что Джордан не хочет находиться в темноте, и повел ее к каменной скамье
посреди площади, туда, где было относительно светло, и зажег сигарету.
Джордан села, следуя его приглашающему жесту, Роберто остался стоять. Он
лишь поставил ногу на скамью и, опираясь локтем о колено, заговорил:
— Больше... нет проблем? Джордан покачала головой.
— Никаких.
— Я счастлив. Я люблю свой город. Венеция красива. Такого города нет
нигде в мире.
Джордан еще ничего не успела сказать в ответ, как Роберто кто-то окликнул.
Джордан обернулась на голос. Другой полицейский, знакомый ей по прошлой
ночи, шел к ним.
— Привет, Роберто! Привет, мисс Райли.
Казалось, коллега Роберто совершенно забыл о той неприязни, что испытывал к
Джордан во время прошлого их общения. Он поднял руку, давая понять, чтобы не
вставала, и, положив руки ей на плечи, по итальянскому обычаю расцеловал в
обе щеки. Джордан лишь кивнула в ответ.
Альфредо Манетти, так звали коллегу Роберто, что-то быстро сказал своему
приятелю. Джордан не поняла ни слова.
— Мисс Райли прекрасно проводит время, — ответил Роберто по-
английски.
— Я рад. Вам понравилось представление? — спросил у нее Альфредо.
— Понравилось. Ни крови, ни вспоротых животов.
— Артистический бал совсем не такой, как балы у графини. Приятное
развлечение для всех. Вы знаете, что бы там ни говорили, графиня тоже где-то
здесь. Она категорически отрицает то, что ей может быть весело с
простолюдинами, но в зале я видел библейскую Изабель в весьма красивом
костюме. Бьюсь об заклад, то была графиня.
— Вечеринка выдалась на славу, — проговорила Джордан и
встала. — Простите меня, но я хотела бы вернуться в зал. Праздник идет
к концу.
— Конечно, конечно. Джордан обратилась к Роберто:
— Спасибо за прогулку. На воздухе действительно гораздо прохладнее.
Джордан не стала ждать ответа и сразу пошла к шатру. Билетер уснул у входа.
Джордан прошла мимо него в зал. Ей пришлось двигаться против течения —
многие уже покидали зал. Кто-то из толпы схватил Джордан за руку. Она
вздрогнула.
— Джордан, я взяла твою маску, — уведомила ее Линн Мэллори. —
Все пошли танцевать, за столиком никого не осталось. Если тебе она больше не
будет нужна сегодня, я ее возьму с собой.
— Возьми, пожалуйста. Вы уже уходите?
— Да, завтра опять на работу. Карнавал продолжается.
Линн выглядела усталой, но счастливой.
Где все? Танцуют?
Наверное. Джаред и Синди ведут себя прямо как молодожены после того, как
насмотрелись на акробатов! Слава Богу, что потом выступали клоуны, а то нам,
тем, кто возвращается домой без пары, совсем было бы тяжко. Анна Мария... Я
думаю, что она уже ушла. Рафаэль, когда я видела его в последний раз,
танцевал еще с одной королевой. Они сравнивали свои наряды и драгоценности.
— Спасибо, Линн. Спокойной ночи.
— Увидимся завтра?
— Конечно. Завтра я пью кофе у Тифф, но где-нибудь ближе к вечеру
обязательно заскочу.
Линн весело помахала Джордан рукой на прощание и пошла к выходу. Джордан
продолжала путь к своему столику. Кто-то снова схватил ее за руку.
— Вы убежали от меня, — услышала она бархатный голос Рагнора.
Он снова был в костюме эпохи Реформации в Англии — пуританские строгие
черные бриджи, черная хлопчатобумажная рубашка и стеганый жилет. Волосы его
казались особенно светлыми на фоне черного одеяния, а льдисто-голубые глаза
горели так ярко, что вполне могли бы составить альтернативу освещению
танцевальной площадки. Плащ с капюшоном — непременный атрибут едва ли не
каждого карнавального костюма здесь, в Венеции, — дополнял его наряд.
— Вы убежали, — повторил он.
— Я не убегала. Я едва заживо не испеклась в своем костюме. Пришлось
выйти подышать.
Джордан только сейчас поняла, что он ведет ее к танцевальной площадке.
— Уже поздно...
— Вы снова хотите убежать?
Джордан сама не заметила, когда начала танцевать. Музыканты опять играли
свинг. Рагнор оказался неплохим танцором.
— Действительно, уже поздно...
— Я думаю, что вам следует спасаться бегством. Отправляйтесь домой.
— Да, я бы хотела вернуться в отель...
— Я имел в виду то, что сказал. Возвращайтесь домой. В Штаты. В свой
маленький уютный домик на юге.
Джордан недоуменно подняла бровь. Она только что сделала крутой поворот,
следуя ритму танца, и слегка задохнулась. Когда она вновь оказалась к нему
лицом, она громко бросила ему:
— Вы непростительно грубы.
— Боюсь, что ваше пребывание здесь приносит беду.
— Я приношу кому-то беду? Женщина, обладающая властью и влиянием,
устраивает у себя в доме отвратительное представление, а я создаю проблемы?
Вы защищаете графиню?
— Нет, нисколько. Но я думаю, что вы должны уехать. Я не могу
представить себе, как вы оказались там, где оказались, в то время как...
— Меня туда пригласили. Вот и все.
— Заметьте, многие из тех, кто был приглашен, в тот зал не попали.
— Откуда вы знаете, где я была? Вы же сказали, что вас там не было.
— О произошедшем говорит вся Венеция.
— Я в курсе. Но все в прошлом.
— В самом деле? За вами наблюдает полиция.
— Отлично. Я ничего предосудительного не делаю.
— Но вы разозлили графиню.
— Знаете ли, мне в самом деле на нее наплевать.
— А зря.
— Я американка. И мы не привыкли заискивать перед европейской знатью.
Он закрутил ее в танце. Прекрасный момент, чтобы выскользнуть и исчезнуть.
Но выскользнуть не удалось. Ладони его были крупными, а пальцы длинными. И в
руках чувствовалась пугающая сила. Он крепко держал ее, хотя, казалось,
совершенно не заметил того, что ей захотелось сбежать. Когда же наконец
закончится песня?
— Мне дали понять, — продолжала она разговор, — что вы не
любите графиню, но, очевидно, ее мнение так же важно для вас, как и для
многих других.
— Совершенно не важно, — с вызовом ответил Рагнор.
— Тогда я вас не понимаю, — пожала плечами Джордан.
— Вы просто должны уехать домой. Иначе вы навлечете на себя опасность.
— Отчего же? Графиня наймет киллеров? Она связана с преступным миром?
— Вы хотите узнать мое частное мнение? Да, связана.
Уверена, что здесь я в абсолютной безопасности. Как вы заметили, полиция
следует за мной по пятам.
— Я совсем не уверен в том, что вам стоит полагаться на полицию.
— Не хотите ли вы сказать, что полиция заодно с преступниками?
— Я никогда бы такого не сказал.
— Тогда о чем вы вообще говорите? — спросила она повышенным тоном.
— Что вы в опасности! Уезжайте домой!
— С какой стати я в опасности? Я...
— Потому что вы слабая.
Джордан все же перестала танцевать. Она просто встала посреди площадки. Она
не собиралась никуда бежать.
— Да, я невысокого роста и вес у меня не слишком велик, но, уверяю вас,
я вовсе не так немощна, как вам кажется.
— Насколько я понимаю, вы недавно пережили трагедию и страдаете...
— То, что я пережила, не повредило мой рассудок, смею заметить. Я была
обручена с полисменом, хорошим человеком;
его убили преступники из плоти и крови, люди, которых он уважал и которым
сочувствовал. Придавай он меньше значения ценности человеческой жизни,
сейчас он не оказался бы мертвым. Он был полицейским, не провидцем, не
мистиком. И он убит. Отсюда я могу заключить, что существуют на свете плохие
люди. Люди, а не монстры. Хотя и человеческие создания могут уподобляться
чудовищам. Я думаю, что полиция отнеслась к делу спустя рукава, что они
могли бы провести расследование более тщательно. Постараться вникнуть
серьезнее в обстоятельства того представления, что устроила графиня. По все
это не делает меня слабой!
— Вы в опасности из-за того, что настаиваете на происшествии,
случившемся у графини.
— Вероятно, мне следует просто забыть о нем?
— Вам просто надо ближайшим же рейсом отправляться домой. Вам следует
дать знать тем, кто разбирается в своем деле, о том, что здесь происходит.
— Так, значит, все-таки что-то происходит? Он раздраженно вздохнул,
почти зарычал.
— Ничего, что должно вас заботить.
— Простите меня...
Вы все равно ничего не можете сделать.
— А вы можете? — язвительно спросила она.
— Доверьтесь мне, мисс Райли, для вас будет лучше всего отправиться
домой. Вы недавно пережили потрясение...
— С того времени прошел год. Я не обезумела от горя.
— Возможно, вы стали подвержены кошмарам и страхам.
— Нет! Или да?
Манекены смотрят на нее глазами Стивена...
— Возвращайтесь домой! Пока не причинили большего вреда.
— Кому?
— Поезжайте домой!
Музыка прекратилась. Он уронил руки и пошел прочь, не сказав ни слова.
Ошеломленная его грубостью и злясь на себя за то, что не ушла первой,
Джордан смотрела ему вслед. Выйдя из транса, она поспешила к столику, где
сидели ее друзья.
Все уже разошлись. Через пару минут распорядитель бала объявил об окончании
вечера на нескольких языках. Джордан обвела взглядом зал, но ни Джареда, ни
Синди не увидела. Она еще немного подождала за столом. Не могли же Джаред и
Синди просто уйти, не взяв ее с собой. Джордан нетерпеливо забарабанила
пальцами по столу. Закончился последний медленный танец.
Под сводом шатра еще слышались смех и обрывки разговоров, но оркестр
перестал играть и даже те, кто после всего выпитого передвигался с трудом,
потянулись к выходу. Джордан поняла, что Синди и Джаред, решив, должно быть,
что она ушла со своими новыми друзьями из магазина Анны Марии, тоже ушли.
Джордан ничего не оставалось, как возвращаться в отель в одиночестве.
Она встала, поискала глазами Тифф или Роберто, но столик, за которым они
сидели, также был пуст.
Ну что ж, одной так одной.
Джордан пошла к выходу. Она знала, в каком направлении находится отель, и
решила, что не заблудится. К счастью, многие гости шли в ее сторону. Рыцарь
в полном вооружении едва на нее не упал. Джордан помогла ему принять
вертикальное положение, а он, в свою очередь, рассыпался перед ней в
извинениях. От него сильно пахло виски.
— Не хотите выпить стаканчик на сон грядущий? — предложил ей
рыцарь. — Давайте с нами.
Спасибо, но мне с утра на работу, — солгала она и ускорила шаг. Пройдя
через арку между двумя зданиями постройки пятнадцатого века, Джордан
прислушалась. Звон рыцарских доспехов стих.
Джордан дошла до развилки. Одна улица вела к мосту, другая, как казалось
Джордан, кружным путем выводила опять на площадь.
Венеция великолепна, красива, изобилует архитектурными памятниками мирового
значения. Но в темноте все дома похожи друг на друга как капли воды.
— Черт! — громко выругалась Джордан.
Что-то пролетело мимо ее уха, не жук, а что-то побольше. Джордан ясно
слышала шелест крыльев.
Летучая мышь? Волосы встали дыбом от страха.
Решено, через мост. По крайней мере там она окажется подальше от угрюмого и
мрачного дома справа от нее. Полуразрушенное здание с осыпающимся фасадом
наверняка стало приютом сотен летучих мышей.
Ни один магазин не работал. Джордан пристально вглядывалась в черные
витрины, гадая, проходила ли мимо них накануне. Если вернуться на площадь
Св. Марка, она сможет отыскать дорогу домой.
Если бы только встретить кого-то, кто указал бы ей, куда идти, но никого не
было.
Джордан увидела вывеску на здании и поспешила к ней. Стрелка указывала
влево. Конечно, имелась в виду не обязательно площадь, но и весь остров, но
надо же с чего-то начинать. Там опять повторится то же самое — петляющие
улочки, мосты, дворцы... Но вдруг взгляд зацепится за что-то знакомое.
Джордан шла по стрелке. Следуя указанному направлению, она вновь прошла под
аркой между двумя домами. Дома отбрасывали густые тени, закрывая лунный
свет. Но и сама луна превратилась в тусклый голубоватый диск — ее закрывали
тучи. Джордан хотела двинуться вперед, но замерла, остолбенев от ужаса. Тень
от одного из зданий, казалось, начала удлиняться, приближаясь к ней.
Что-то опять пролетело мимо, задев волосы. Джордан вскрикнула. Летучие мыши.
Теперь они уже касались ее. Она побежала, гонимая настоящим ужасом.
Отвратительные маленькие создания, напавшие на нее в ночи. Ничего страшного
— всего лишь летучие мыши, повторяла она себе.
Джордан остановилась, тряхнула головой, судорожно глотая воздух. Куда
бежать? Впереди чернела еще одна арка. Не та ли самая, через которую она
проходила в прошлый раз? Нет, не она.
И снова...
Крылья...
Они пролетали совсем близко, но не касались ее. Джордан инстинктивно
пригнулась.
Теперь она расслышала шелест крыльев. Или шепот? Или злобное шипение?
Казалось, звуки складываются в слова, но слов она разобрать не могла,
понимая лишь, что слышит угрозу. Джордан чувствовала, что опасность вполне
реальна.
В ужасе она побежала к арке. За ней она увидела еще один мост, поменьше. За
ним, таким маленьким, виднелся другой мост, побольше, и на нем Джордан
различила фигуру в плаще и маске доктора.
— Джаред! — окликнула она мужчину на мосту. Он стоял, поджидая ее.
— Джаред! — снова прокричала она. Еще ни разу в жизни она не была
так рада увидеть живого человека. Ей показалось, что он поманил ее, после
чего пошел дальше.
— Джаред, черт тебя побери!
Неужели он не мог ее подождать?
Джордан бегом пересекла мост, зацепилась носком сапога за камень мостовой и,
как ни старалась сохранить равновесие, не удержалась на ногах и упала. Кляня
на чем свет стоит свои сапоги на высоких каблуках, Джордан потерла
ушибленную ногу. Слава Богу, костюм цел. И только сейчас Джордан заметила,
что тень надвигается на нее, скользит, приближаясь, по земле.
Забыв о боли, Джордан бросилась бежать. Обернулась. Тень выросла из-под
земли — и то не была тень от какого-то дома или постройки. Тень обрела
форму, сгустилась. Превратилась в человека в плаще. Джордан бежала что есть
сил, стараясь отыскать улицу, которая вывела бы ее на тот, другой мост.
Теперь крылья хлопали возле самого лица, громко, угрожающе. Летучие мыши,
тени...
И вновь шипение. Трепет крыльев. Речь, которая не была речью. Шепот теней...
Джордан бежала что есть сил и внезапно выскочила на освещенную площадь.
Теперь она ясно видела улицу, ведущую к тому мосту, на котором стоял
человек. Теперь на мосту никого не видно.
— Джордан!
Она ясно слышала, как ее окликнули. Но голос ей совсем не знаком, он вообще
не был похож на человеческий голос. Словно крылья сотен существ забились в
унисон и трепет их крыльев родил звуки ее имени. Ветер подхватил звук, понес
его дальше, отбросил эхом от стен.
— Джордан!
Впереди маячила темная глыба моста. Он был там. Джаред. Или не Джаред, а
некто в костюме дотторе.
— Джаред, черт тебя дери!
Она слышала ужас в собственном голосе.
Джордан бросилась к мосту. Джаред уже перешел через него и провалился в
темень. Должно быть, свернул на какую-то темную улицу.
— Черт, Джаред, подожди!
Она снова побежала, приказав себе не оглядываться.
Но не смогла удержаться. Тени, судорожно извиваясь, отлеплялись от фасадов
домов и пускались за ней вдогонку. Еще немного, и они настигнут ее, накроют
собой, и тогда она сама станет тенью, частью темноты.
Джордан чуть не врезалась в стену. Улица привела ее в тупик. Она повернула
назад. Тени обступили ее со всех сторон. Она чувствовала себя загнанной в
угол. Она знала, что должна выбраться из тупика как можно скорее. Доводы
рассудка ничего не значили. Ее гнал страх.
Джордан метнулась в сторону проулка, едва успев уйти от неимоверно
вытянувшейся тени.
— Джордан! — прошелестело у нее в ушах. Трепет крыльев, шепот, а
теперь уже и зловещий лающий смех. Ни мужской, ни женский — голос из ада.
Хлопанье крыльев, смех, шепот.
Джордан резко остановилась. Тени плясали у фасадов домов прямо перед ней. В
их танце было что-то жутковато-красивое. Танец ночи. Джордан смотрела на них
как завороженная. Она пыталась урезонить себя, уверить в том, что тени не
могут жить своей жизнью. Не могут сами по себе устраивать танцы. Тени —
всего лишь порождения игры света. Шепот, шелест, шипение и жуткий смех —
всего лишь плод ее измученного страхом воображения. Игра воображения,
измотанного беспричинным страхом, и все!
Но тени обретали формы. Они походили на танцоров, а стены домов служили
экраном для их невероятного выступления.
Внезапно ей показалось, что кто-то тряхнул ее за плечо. И голос,
повелительный и жесткий, произнес у нее над ухом:
Иди!
Повинуясь то ли голосу извне, то ли зову инстинкта самосохранения, она
побежала вновь. Кто-то толкал ее, задавал направление. А за спиной волной
накатывали на нее шепоты и шорохи, присвисты и шипение.
Она все бежала и бежала.
Прямо перед ней выросла тень.
И Джордан врезалась в нее.
Она услышала отчаянное ругательство на итальянском. Старик, которого она
сбила, поднялся, тряся головой.
— Чертов карнавал, — пробурчал он, — и чертовы туристы!
Джордан не стала тратить время на извинения.
— Площадь Святого Марка! — задыхаясь, проговорила она. —
Пожалуйста!
Старик ткнул пальцем в сторону арки.
Джордан кивнула и поблагодарила его. Она снова пустилась бежать, но
заметила, что находится на улице, которая ведет прямо к отелю
Даниэль
, и
что она выходит на хорошо освещенный сквер прямо перед каналом Санта-Мария
делла Салуте.
Джордан выскочила на свет. Там, на широком тротуаре, служившем пристанью,
стояли люди. Не так много. Парочка, целующаяся под луной. Троица, ждущая
вапоретто. Работник ресторана, метущий улицу перед своим заведением.
Джордан остановилась, тяжело дыша. Чтобы прийти в норму здесь, на свету, ей
понадобилось всего несколько секунд.
Да, она заблудилась и запаниковала. Летучая мышь выпорхнула прямо на нее и
запуталась у нее в волосах. Она испугалась и бросилась бежать как идиотка.
Да, она споткнулась, упала и повредила ногу. Но костюм цел и сама она цела и
невредима.
Чертов Джаред! Что ему стоило подождать ее подольше! Джордан сказала себе,
что он просто не видел повода для беспокойства. Наверное, он просто не
понял, что она заблудилась.
Джордан оглянулась. Если тот старик все еще там, где она его встретила, надо
помахать ему в знак благодарности. Но старика уже
...Закладка в соц.сетях
