Жанр: Любовные романы
Твоя единственная любовь
...то уже жалеет
о своем отказе. Сейчас они с Ником могли бы сидеть и ужинать в каком-нибудь
дорогом ресторане. Однако и принимать его приглашение явно не следовало. По
многим причинам. Она не забыла, как он смотрел на Джулию вчера вечером.
Может быть, то, что она прочла в этом взгляде, и не было любовью, но это
совершенно точно не было безразличием. Пусть говорит что хочет, но его
чувство к бывшей жене сводного брата еще не до конца истлело. Ну да Бог с
ним. Кэсси без особого аппетита откусила свой сандвич, благоразумно решив,
что от Доминика Сеймура лучше держаться подальше. Поцелуй был неплох, если
уж быть честной до конца. Однако серьезные отношения с ним лишь усугубили бы
и без того сложное и запутанное положение дел.
На следующее утро, немало озадачив Кэсси, вдруг позвонил Руперт и пригласил
пообедать.
— Я решил не звонить слишком рано — вдруг ты еще спишь. Прости, но
вчера я был ужасно занят, — сказал он. — Приезжали мои родители
покупать подарки на Рождество. Когда они поехали домой, было уже поздно, а у
меня еще были кое-какие дела. Я заеду за тобой, ладно? Сходим куда-нибудь.
Нацарапав записку для Полли, которая по воскресеньям все утро валялась в
постели, Кэсси заварила чай. Волосы никак не хотели сохнуть и, включив фен
на полную мощность, она принялась мысленно перебирать свой гардероб. Надо
было одеться красиво и в то же время потеплее. Не хватало еще, чтобы Руперт
встретил ее посиневшей от холода да вдобавок с красным носом.
Когда он появился, одетый так, словно только что сошел с рекламного плаката,
Кэсси уже успела облачиться в черные бархатные брюки, рубашку и толстый
бежевый свитер, накинув сверху коричневое зимнее пальто. А под рубашку она
впервые в жизни надела расшитый кружевом корсаж, который ее никогда не
терявшая надежды мамочка положила под елку еще в прошлое Рождество.
— Ты потрясающе выглядишь, — воскликнул Руперт, сажая Кэсси в свой
сверкающий джип.
Они пообедали в довольно уютном кафе на берегу реки. Столик стоял прямо у
камина, зал был украшен мишурой и веточками падуба, вокруг царило веселье. И
все же что-то было не так. Руперт, как обычно, излучал обаяние и был очень
предупредителен, но, когда он придвинулся к Кэсси и взял ее за руку, девушка
вместо волнения ощутила неловкость.
— Знаешь, Кэсси, я хотел сказать тебе кое-что, — начал он, проникновенно глядя ей в глаза.
— Что именно? — Не иначе как вздумал за ней ухаживать! Тут она
вспомнила, что вплоть до пятницы любое подобное проявление с его стороны
было бы встречено ею с восторгом.
Сколько усилий и денег было потрачено только чтобы привлечь его внимание!
— Я страшно сожалею, но дело в том, Кэсси, что я все-таки не смогу
отвезти тебя в Глостершир на Рождество, — сокрушенно проговорил он.
У Кэсси словно камень с души свалился, и она одарила его ослепительной
улыбкой.
— Ничего страшного, — весело прощебетала она. — Поеду
поездом, как всегда.
Руперт просиял.
— Ты просто чудо! Другая девчонка сжила бы меня за такое со свету.
Женщина, а не девчонка, подумала про себя Кэсси.
Он снова взял ее за руку.
— Кэсси, когда ты вернешься после праздников?
— Двадцать седьмого. А что?
— Я подумал, мы могли бы сходить куда-нибудь под Новый год.
По какой-то совершенно необъяснимой причине Кэсси не ощутила ни малейшего
воодушевления.
— Вообще-то мы устраиваем дома маскарад. Если хочешь, приходи.
— Конечно, хочу! — просиял он.
После того, как Руперт отвез ее домой, Кэсси попила вместе с Полли чаю,
отказавшись, однако, от предложенных булочек.
— Объелась, — безучастно произнесла она.
— В чем дело? — осведомилась Полли. — Здорово повеселилась с этим милашкой Рупертом?
— Нет, — сердито бросила Кэсси. — Ты можешь помолчать? До
меня только что дошло: раз Руперт не сможет подвезти меня в Честлкомб, мне
придется тащиться туда с мешком подарков в переполненной электричке.
— Ты забыла отдать подарки отцу?
— Да мы же купили их после того, как он уехал.
— Мы? — встрепенулась Полли.
— Когда ты вчера ушла, я ходила за покупками с Ником Сеймуром. Он
только что вернулся из Саудовской Аварии и попросил помочь, — выпалила
Кэсси. — Почти все подарки — для Эмили и Элис, поэтому я и предложила
передать их от его имени.
— Конечно. Я бы тоже не стала ни в чем ему отказывать.
Кэсси скорчила недовольную гримасу.
— А теперь мне придется мучиться с ними.
— Если, — заметила Полли, — тебе вообще удастся купить билет.
Сейчас все места уже наверняка распроданы.
Кэсси вскочила и стремглав бросилась к телефону. С трудом дозвонившись в
кассу, она вернулась к Полли, печально кивнув головой.
— Если поеду завтра рано утром, тогда порядок. Но позже — никак. А я
смогу уйти из банка только вечером. Ничего не попишешь.
— А кто-нибудь из твоих коллег не может тебя подбросить? Никто туда не
едет?
Кэсси покачала головой.
— Один едет, — нехотя проговорила она, — но его я попрошу
только в последнюю очередь. И пока ты не начала пытать меня, признаюсь: да,
это Ник Сеймур.
От удивления Полли разинула рот.
— Что-то я волнуюсь за тебя, уж не заболела ли ты, Кэсс, —
выговорила она наконец. — Ты хочешь сказать, что тебе по пути с
красавцем разбойником и ты не попросишь тебя подвезти?
— На это есть причины, — надменно бросила Кэсси. — Мы друг
друга недолюбливаем.
— Если вам с Ником Сеймуром действительно по пути, набирай номер и будь
с ним понежнее.
Весь вечер Кэсси не знала, на что решиться. Еще утром она звонила домой, и
отец сказал, что машина сломалась буквально у самого порога. Ее отправили в
починку, и это означало, что отец никак не сможет приехать. Единственный
выход — попытаться нанять такси. Но был еще и другой вариант. Наконец после
того, как Полли прожужжала ей все уши, Кэсси сдалась и позвонила в Чизвик.
— Доминик Сеймур слушает, — ответил знакомый голос.
— Это я, Кэсси.
— Что ж, здравствуй, — ответил он, немного помолчав. — Честно
говоря, не ожидал.
— Если бы трубку снял Макс, я бы ни за что не стала говорить. От него
пока ничего слышно?
— Боюсь, что нет. Ты из-за этого звонишь?
— Нет...
— Из-за Элис? Что-нибудь стряслось?
— Да нет же, нет, конечно. Я еще утром говаривала с ней по телефону.
Она просто на седьмом небе. Только вот по папочке своему скучает.
— Отлично. Но тогда в чем дело, Кэсси? Я, разумеется, рад, но...
— Можно попросить тебя об одной услуге? — храбро начала она, но
тут же смущенно умолкла.
— Ну, говори же, — поторопил он.
— Эта гостиница, в которую ты едешь... она очень далеко от Честлкомба?
— А что?
— У меня неприятность. Человек, который должен был меня подвезти,
подвел. У папы сломалась машина, а все билеты на поезд уже распроданы.
Уехать можно только утром, но мне никак нельзя уйти из банка — у многих уже
отпуск. Да у меня еще твои подарки.
— Так ты хочешь, чтобы я тебя подвез?
Неужели до него только сейчас дошло?
— Если тебе неудобно — ничего страшного, — торопливо начала
она. — Вероятно, отец сможет приехать на маминой машине...
— Подожди, подожди, Кэсси. Я ведь не отказываюсь. Просто очень
удивился. Разумеется, я подвезу тебя. Когда ты собираешься ехать?
— Когда тебе удобно, — сказала она, изо всех стараясь говорить
поучтивее.
— Когда у тебя заканчивается рабочий день? Надеюсь, не слишком поздно.
Тебе ведь не хочется откладывать из-за этого поездку?
— Нет. Позвони, как только вернешься домой — и я сразу же поеду к тебе.
— Огромное спасибо, — смущенно проговорила она. — Кстати, а
что, если Макс вдруг вернется?
— Пусть делает, что ему заблагорассудится.
— Если он приедет до Рождества, наверняка мигом полетит за Элис и
заберет ее у нас, — горестно вздохнула Кэсси.
— Не заберет, — решительно отозвался Ник. — Я же пообещал
твоему отцу, что не позволю испортить малышке праздник.
ГЛАВА ПЯТАЯ
На следующий день Кэсси вернулась с работы позже, чем ожидала, и позвонила
Нику только после пяти.
— Прости, что так поздно, — выдохнула она, не успев еще
отдышаться. — Всю дорогу от метро бежала. На улице такая метель,
представляешь? Не часто такое бывает. Может, хоть раз в жизни у нас будет
снег на Рождество.
— Будем надеяться, нас не занесет прежде, чем я успею довезти тебя до
дома. Выезжаю прямо сейчас.
В честь праздника Кэсси надела на работу вязаный бежевый костюм: тунику,
длинную юбку по щиколотку с разрезом сбоку и коричневые кожаные сапоги.
Решив, что переодеваться не стоит, она лишь слегка поправила макияж. Затем,
положив на подушку каждой из своих соседок по подарку, собрала все свои
свертки, взяла чемоданы и побежала вниз. То и дело поглядывая на часы,
залпом выпила чашку кофе, накинула пальто и натянула берет. Тут как раз
раздался звонок.
— Привет, Кэсси, — сказал Ник. На нем был теплый свитер и зимняя
куртка, черную шевелюру уже успел припорошить снег.
— Как ты быстро. Кофе будешь? — спросила она, но Ник покачал
головой.
— Если ты готова, лучше поедем, пока снег не повалил сильнее.
— Значит, Макс так и не приехал? — спросила Кэсси, пока они
укладывали вещи в машину.
— Нет. Я уже обзвонил всех, кого только мог. Увы, безрезультатно. Если
честно, Кэсси, я уже места себе не нахожу.
— Думаю, и он тоже, если у него действительно что-то случилось.
Наверное, переживает из-за Элис.
На улице было полно машин, и всю дорогу до поворота Ник ехал молча. Наконец
они выехали из Лондона. Снегопад все усиливался.
— Еще до того, как я уехал в Аравию, — проговорил он, — Макс
сказал, что эта поездка в Гвинею будет последней. Ему предложили занять
кафедру антропологии в Кембридже, где он учился.
Кэсси восхищенно присвистнула.
— Неплохо... А как же Элис?
— Он пока не решил. Если ей нравится в нынешней школе, можно будет
оставить ее там. Или он заберет ее с собой в Кембридж, где она перейдет в
дневную школу.
— Наконец-то вспомнил, что он еще и отец.
— Но если он заберет ее, — с грустью добавила она, — мы с
мамой больше не сможем похищать ее иногда, чтобы съездить к Джулии.
— Да и я тоже буду редко с ней видеться. В последнее время мы с братом
стали больше общаться. И все же навряд ли он будет часто приглашать меня
погостить.
— Может, когда вернется, он все же передумает.
— Если вернется.
Они снова замолчали. Машины двигались из города сплошным потоком. Видимость
была на нуле.
— Господи, Ник, ведь это все из-за меня, — воскликнула Кэсси.
В ответ он лукаво улыбнулся и включил обогреватель.
— Вообще-то я не собирался выезжать до завтра, на случай, если Макс все-
таки решит вернуться. Но разве я мог отказать в помощи даме?
— Я могла бы попросить отца, чтобы он заехал на маминой машине, —
растерянно проговорила она.
— В такую погоду?
— Ты прав. В такую погоду вряд ли.
— Не расстраивайся. Может, завтра метель усилится, и тогда я вообще не
добрался бы до гостиницы.
— Да и сегодня это будет просто везение!
— Машина не подведет. Конечно, она не такая красивая, как у твоего
приятеля Руперта, но суровый климат ей нипочем. Не волнуйся, Кэсси. До дома
мы доберемся. Когда тебя ждут?
— Не раньше завтрашнего утра. Я не знала, когда мы сумеем добраться до
них, так что решила, пусть лучше это окажется сюрпризом.
— Вот и отлично. Значит, мы можем немного опоздать, волноваться они не
будут.
— Да я сама что-то нервничаю, — призналась она. Машина двигалась
теперь еле-еле. — На улице ужас что творится.
— Совсем не то что в пустыне, это уж точно, — Ник ободряюще
улыбнулся. — Но я умелый водитель, так что можешь мне довериться.
Когда машин немного поубавилось, Кэсси вздохнула с облегчением. Снег больше
не валил сплошной стеной, как раньше.
— Теперь сможем ехать немного быстрее, — обнадеживающе произнес
он.
— Лучше не торопись, — встревожилась Кэсси.
— Я же не собираюсь превышать скорость. Но и ползти как черепаха, тоже
уже ни к чему.
Кэсси это показалось не слишком убедительным, особенно когда обогнавшую их
машину вдруг занесло, и она едва не врезалась в заграждение. Заметив ее
испуг, Ник замедлил ход, время от времени обгоняя лишь грузовики,
преграждавшие путь.
— Скоро поворот? — с надеждой спросила Кэсси. — Прости, что я
такая трусиха, но я ненавижу скоростное шоссе.
— Сегодня я с тобой полностью солидарен. К сожалению, придется ехать по
этой дороге. Так будет лучше.
Вскоре они свернули на проселочную дорогу, очень извилистую и пролегавшую по
крутым холмам. Однако машин стало заметно меньше. Снег теперь повалил
сплошной стеной. Ветер с остервенением дул в ветровое стекло. И в довершение
всего холодный густой туман заволакивал все кругом плотной пеленой. Ник тихо
выругался, напряженно вглядываясь в снежную темень. Скорость снизилась почти
до нуля.
В какой-то момент особенно сильный порыв ветра вдруг словно приподнял на
мгновение снежную завесу, и фары высветили указатель, предупреждавший, что в
этом месте пасется племенное стадо.
— Отлично, — сказал Ник, выруливая к воротам фермы. — Мне
нужна небольшая передышка, Кэсси. Глаза болят.
— Неудивительно, — сочувственно произнесла она. — Зачем
только я оставила дома фляжку. Сейчас бы выпить чего-нибудь горячего.
Ник задумчиво посмотрел на придорожный знак.
— Мне казалось, будет лучше продвигаться вперед, нигде не задерживаясь.
Но раз уж мы остановились, пойдем-ка на ферму. Может, они сумеют нам помочь.
До Честлкомба еще ехать и ехать.
— Правильно, — обрадовалась Кэсси. — может, и погода хоть
немного наладится.
Ферма была большая, во дворе стояло несколько занесенных снегом машин,
однако сам дом был погружен во тьму. Сердце Кэсси в отчаянии сжалось. Но
стоило Нику постучать в дверь, как та тут же отворилась, в доме залаяли
собаки. Затаив дыхание, Кэсси вглядывалась в силуэт высокого мужчины.
Переговорив с хозяином, Ник вернулся к машине.
— Нам повезло, — радостно объявил он, открывая дверцу. —
Пошли.
Мужчина с улыбкой проводил их в дом. В прихожей висели праздничные гирлянды
и листья падуба, горела керосиновая лампа. Они последовали за ним в
небольшую, освещенную свечами, комнату, где в камине весело потрескивали
дрова.
— Меня зовут Тед Беннет, — представился хозяин.
Ник протянул руку.
— Мое имя Сеймур. Ник. А это Кэсси...
— Да вы окоченели от холода, — перебил фермер. — Сядьте,
погрейтесь у огня, пока я отнесу вашу одежду просохнуть. Жена сейчас на
кухне. Попрошу-ка ее заварить для вас чаю, а потом сообразим что-нибудь
поесть.
Они расположились рядом на диване, заботливо придвинутом поближе к камину.
— Знаешь, Кэсси, признаюсь честно, на шоссе было страшновато. Хорошо,
что у нас есть возможность передохнуть.
— Хорошо бы на улице немного прояснись.
— Да уж, хуже вряд ли будет!
Дверь отворилась, и на пороге появилась девочка-подросток в джинсах и
мешковатом свитере. Рыжие волосы были завязаны лентой с продетой через нее
веточкой падуба. Она с легкостью несла тяжелый поднос, словно он весил не
больше пушинки.
— Привет, я Теней, — жизнерадостно проговорила она. — Вот
принесла вам печенье, пока мама приготовит что-нибудь подкрепиться. Слава
Богу, у нас есть газовая плита. На улице ужас что творится. Вам повезло, что
добрались до нашей фермы. Папа говорит, вы ехали из Лондона?
— Да. Дорога очень опасная, мы здорово испугались, — улыбнулась
Кэсси. — Спасибо за закуску. Передай большое спасибо своей маме.
Теней весело тряхнула рыжими кудрями.
— Она сама к вам сейчас придет.
Каково же было удивление обоих, когда
мама
оказалась стройной темноволосой
женщиной в ладно скроенных джинсах и теплом вязаном свитере.
— Здравствуйте, я Грейс Беннет. Простите, что не зашла к вам раньше.
Значит, вас застал буран. Хорошо, что отыскали нас.
— Еще бы, — энергично кивнул Ник, протягивая ей руку. —
Надеюсь, мы не причиним вам лишних хлопот?
— Ну, что вы, нисколько. Мы привыкли к постояльцам.
— Чудесный дом, — улыбнулась Кэсси. — В каком веке его
построили?
— В семнадцатом, но к водопроводу это не относится, — весело
отозвалась хозяйка. — Ладно, теперь к делу. Как насчет пастушьего
пирога?
— Просто чудесно! — воскликнул Ник.
— Отлично. Он скоро поспеет. Там на столе лежат газеты и пачка
журналов. — С этими словами Грейс Беннет отправилась на кухню.
Ник окинул Кэсси неторопливым взглядом.
— Ты очень элегантно выглядишь. Всегда так одеваешься на работу?
— Да ты что! Просто сегодня мы отмечали Рождество. В обычные дни я
предпочитаю строгие костюмы. — Она вынула из прически шпильки. —
Эти волосы доводят меня до безумия. Они такие непокорные. — Она
пробежала пальцами по локонам, рассыпавшимся по плечам. — Мне всегда
хотелось иметь прямые гладкие волосы, как у Джулии.
— Глупости! — вдруг с чувством возразил он. — Некоторые
женщины оставляют в парикмахерских целые состояния, только бы иметь такую
гриву, как у тебя. — Протянув руку, он погладил светлую вьющуюся
прядь. — Я считаю, что главное украшение женщины — это
естественность. — Я уже говорил тебе, что ты сильно изменилась. Я помню
тебя еще подростком. Худая как тростинка, с мальчишеской стрижкой. А теперь
ты превратилась в настоящую женщину.
Она насмешливо взглянула на него.
— Надо же, какой тонкий ценитель.
Некоторое время они молчали, уткнувшись в газеты.
— Судя по прогнозам, Рождество и вправду обещает быть снежным, —
сказал наконец Ник.
— Жаль, что мы не успели доехать до дома.
— А мне потом предстоит еще добираться до гостиницы. Это к северу от
Вустера.
Кэсси испуганно подняла голову.
— Я не подумала, что ты делаешь из-за меня такой крюк.
— Если бы мне нужно было сразу в гостиницу, я поехал бы другой дорогой.
Господи, взволнованно подумала Кэсси, как же все запуталось!
— Не волнуйся, — Ник взял ее за руку. — Я же обещал, что
доставлю тебя домой, пусть и с задержками, но рано или поздно мы непременно
туда доберемся.
— Кстати, — задумчиво произнесла она. — Что, если Макс
вернется, пока ты отсутствуешь, и обнаружит, что дочери нет дома?
Ник крепче сжал ее руку.
— Я написал ему записку, что она у твоих родителей.
— Он это так просто не оставит!
— Возможно. Но я посоветовал ему не портить Элис праздник. Ни ей, ни
всем остальным. И если он любит свою дочь, он меня послушает. — В этот
момент появился Тед Беннет с подносом в руках, и Ник, улыбаясь, поднялся ему
навстречу.
— Грейс подумала, вам здесь будет уютнее. В столовой ужасный холод.
Вскоре благодарные гости за обе щеки уплетали душистый пастуший пирог,
покрытый хрустящей картофельно-сырной корочкой, посыпанный луком, с гарниром
из капусты и пастернака.
Грейс Беннет вошла с кофейником и целым блюдом сладких пирожков.
— Я испекла их только сегодня. Решила, что лучше будет угостить вас
пирожками, чем предлагать остатки нашего рисового пудинга. Мы его почти весь
съели.
Ник проворно поднялся, принимая у нее из рук поднос.
— Вы так добры, миссис Беннет. Обед был просто восхитительным. Огромное
вам спасибо.
Поблагодарив в свою очередь хозяйку, Кэсси не могла не заметить в ее глазах
тревогу.
— Что-то случилось? — спросила она.
— Боюсь, я принесла вам плохие новости. Нам только что позвонил
помощник Теда и сказал, что на дороге сплошные заносы. По счастью, этот
кудесник имеет управляться с нашей мини-электростанцией, но я сказала, чтобы
он и не думал ехать сегодня к нам. Так что электричества до утра не
предвидится. — Она сочувственно взглянула на них. — Вы куда-то
торопились?
— Нас не ждут до утра, — отозвался Ник, — так что все не так
уж плохо.
— Вот и славно. Переночуете у нас, а завтра дорогу наверняка
расчистят, — сказала миссис Беннет. — Летом у нас почти все время
живут постояльцы, да и зимой иногда тоже. Мои родители и родители мужа живут
сейчас у нас, поэтому мы разожгли в этой комнате камин, но на кухне тепло, и
они с удовольствием сидят там с детьми. Я всегда держу свободную комнату на
всякий случай. Когда соберетесь ложиться спать, я вас туда провожу.
Хозяйка удалилась, Ник и Кэсси смущенно молчали.
— Комната только одна, — безучастно вымолвила Кэсси.
— Я всегда могу потихоньку вернуться сюда и лечь на диване.
— Ты же не можешь всю ночь подтапливать камин, а батареи отключили. Ты
здесь окоченеешь.
Они переглянулись.
— Я не храплю, — сказал наконец Ник.
— Я знаю. Ты ведь уже спал у меня на диване. Я тебя тогда
разбудила. — Пожав плечами, Кэсси встала и налила в чашки кофе. —
Как-нибудь устроимся. Может, у них там две кровати.
— Или еще один диван, — отозвался Ник, старательно пряча улыбку.
— Тебя это забавляет, — сердито буркнула она, протягивая ему
чашку, — а мне не до смеха.
— По крайней мере моей вины здесь нет, это уж точно, — заметил
он. — Капризы погоды мне неподвластны.
Мысль о том, что им придется провести ночь в одной комнате, не давала Кэсси
покоя. Как, тут теперь расслабиться и отдохнуть? Поэтому она даже
обрадовалась, когда Ник ненадолго вышел, чтобы принести из машины вещи. Она
сменила отгоревшие свечи и подбросила поленьев в камин. Когда Ник вернулся,
зубы у него стучали от холода.
— Не поверишь, что там творится! Нам чертовски повезло, что мы
наткнулись на эту ферму.
Она помешала угли в очаге.
— Точно. Садись ближе к огню, погрейся.
— Эти Беннеты удивительно гостеприимны, — сказал Ник. — Когда
я выходил, то услышал доносившийся из комнаты смех. Сразу видно, очень
дружная семья.
У Кэсси защемило сердце, так хотелось поскорее оказаться дома, вместе со
своими родными. Хорошо еще, что она не предупредила их заранее. Иначе они бы
сейчас умирали от беспокойства. Неожиданно ее осенило.
— А у тебя есть мобильный?
— Есть. А что?
— Мне только сейчас пришло в голову. Мама ведь может позвонить, чтобы
узнать, когда я собираюсь приехать. А Полли, естественно, скажет, что я уже
в пути.
— Черт, ты права.
Миссис Ловелл была, как всегда, рада услышать дочь. Судя по всему, она
полагала, что та все еще в Лондоне, и Кэсси благоразумно рассудила, что
лучше будет ее в этом не разубеждать. Старательно избегая прямого ответа на
вопрос, когда же ее все-таки ждать, она расспросила об Эмили и Элис и
отключила телефон. Затем, следуя совету Ника, позвонила к себе.
— В чем дело? — осведомилась Полли.
— Если позвонит моя мама, скажи, что я в ванной, или придумай еще что-
нибудь и передай, что я перезвоню ей, а потом позвони мне по этому
номеру. — Ник шепотом продиктовал телефон, и Кэсси повторила его
сгоравшей от любопытства Полли.
— Что это ты затеяла, Кэсси Ловелл? Твой красавец разбойник, случаем,
не с тобой? Чей это телефон?
— Объ
...Закладка в соц.сетях
