Жанр: Любовные романы
Дом на холмах Тосканы
...ьше
не хочешь его видеть. Что произошло?
— О, Лео, ты же знаешь, как у меня с мужчинами, — уныло ответила Джесс. — У меня всегда все не так.
— Гмм. — Леони добавила молока в дымящиеся чашки и подала одну Джесс. — Кейт
уверила меня, что вы жутко влюблены друг в друга.
Джесс нахмурилась.
— Мы слишком мало знаем друг друга.
— Какая разница? Я поняла, что влюбилась в Джона, как только увидела его.
— Это другое.
— Почему?
— Джон честный человек.
— А Лоренцо разве нет? — Леони нахмурилась. — Странно. Роберто, а он не
позволит никому дурачить себя, очень его уважает.
— Я не хочу говорить об этом, — грустно сказала Джесс, потом снова
стремительно вылетела из комнаты. Какое это было мучение на пустой желудок.
Когда она вернулась в комнату, Леони вопросительно посмотрела на нее своими
темными глазами.
— Слушай, дорогуша, ты случайно не в том же положении, что и я?
Джесс вспыхнула.
— Нет, — удрученно сказала она и разрыдалась.
Леони обняла ее и дала ей возможность выплакаться. Наконец Джесс взяла себя
в руки и села, яростно вытирая глаза.
— Скажу тебе по секрету, я думала, что беременна, — неохотно сообщила она, —
но сегодня обнаружила, что это не так.
— Но ты бы этого хотела!
— Даже если бы это было так, — закричала Джесс, — я бы ему не сказала.
—
Он
— это, конечно, Лоренцо Форли?
— Конечно.
— Вот и разгадка. Тебя тошнит, потому что у тебя разбито сердце.
— Точно. — Джесс состроила гримасу. — Я не могу есть, не могу спать,
ненавижу свою работу. Если это любовь, то будь она проклята!
Леони сочувственно улыбнулась.
— Я знаю, что ты чувствуешь. Я сама прошла через это. Так что же он
натворил, что повергло тебя в такое состояние?
— Он мне солгал, Лео.
Леони уставилась на нее в недоумении.
— И это все? А ты разве никогда никому не врала?
— Ни разу о таких серьезных вещах, как он.
Леони вздохнула, потом поднялась, услышав дверной звонок.
— Это Джон.
К облегчению Джесс, Джон не выполнил своей угрозы и не купил рыбы с
картошкой. Вместо этого он принес упаковку минеральной воды и уговорил ее
съесть что-нибудь, прежде чем ее снова вырвет. Потом Лео, понимая, что
сестра хочет побыть одна, начала прощаться.
— Джесс, мы сегодня ужинаем с моими родителями, — сказал Джон на прощание, —
но мы едем во Фрайерз-Вуд завтра вечером.
— Тогда увидимся завтра, — сказала Джесс, храбро улыбаясь.
Леони обняла сестру, потом отбросила влажную прядь у нее со лба.
— Подумай над моими словами, — сказала она и кивнула в сторону телефона, —
позвони ему.
— Кому это? — спросил Джон.
— Расскажу по дороге домой, — пообещала Леони, потом улыбнулась сестре. — А
завтра мы тебе расскажем про Францию.
Джесс закусила губу.
— Прости! Я забыла спросить, как вы провели медовый месяц. — Она попыталась
улыбнуться. — Хотя и так видно — вы оба прекрасно выглядите.
Оставшись одна, Джесс уставилась на телефон, размышляя, стоит ли ей
последовать совету Леони. Но звонок раздался прежде, чем она приняла
решение. К ее разочарованию, это оказалась Эмили, которая сообщила, что
утром возвращается в Англию и останется у матери, пока доктор не позволит ей
вернуться на работу.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Джесс.
— Все еще слаба, но уже гораздо лучше. Я безмерно благодарна Лоренцо, —
добавила Эмили нарочно, — за то, что он привез меня лечиться в такое
замечательное место. И за то, что он пригласил мою маму. Для нее это был
чудесный подарок.
Джесс попыталась бороться с собой, но у нее ничего не вышло.
— Ты видела его? — спросила она сиплым голосом.
— Конечно, видела. Он выглядит ужасно.
— Понятно, на чьей ты стороне, — горько сказала Джесс.
— О каких сторонах ты говоришь? Я просто хочу видеть вас обоих счастливыми,
как раньше. Во всяком случае, — быстро продолжила Эмили, — ради бога, не
сиди все выходные в четырех стенах с кислой миной на лице, Джесс.
— Конечно, не буду! Утром я уезжаю домой во Фрайерз-Вуд.
После разговора с Эмили Джесс решила позвонить Лоренцо и объясниться. Приняв
такое мудрое решение, она немедленно захотела есть. Поджарив себе несколько
тостов, Джесс улеглась в постель с чашкой чая — не звонить же на пустой
желудок. Перекусив, она сразу заснула. На следующее утро Джесс проснулась
так поздно, что ей надо было немедленно мчаться в Стейвли, если она
рассчитывала успеть во Фрайерз-Вуд к ланчу. Звонок Лоренцо пришлось
отложить.
Погода окончательно испортилась. Пока она мчалась по шоссе, то и дело
принимался дождь, что значительно замедляло продвижение.
Дверь дома распахнулась в ту минуту, как Джесс подъехала к террасе, и все
четверо Дисартов выбежали с громкими криками ей навстречу. За ними мчалась
собака. Джесс почувствовала, что оживает.
— Адам все еще в Эдинбурге, — сообщила миссис Дисарт за ланчем. — Миссис
Бриггс придет позже, чтобы убраться в ванных комнатах и помочь с ужином. Ты
можешь отдохнуть пока в спальне Адама над конюшней, Джесс!
— Отличная мысль! — весело улыбнулась Джесс. Она положила себе на тарелку
небольшую порцию куриного салата.
— Ты похудела, — посетовал отец, который уже успел хорошенько ее
рассмотреть. — Ты что, ничего не ела в Италии?
— Конечно, ела. Еда там была замечательной, но я была очень занята на работе
с тех пор, как приехала. — Джесс приклеила к лицу улыбку. — Мне удалось
сбросить лишние килограммы.
— Ты перестаралась, — с непосредственной прямотой проговорила Кейт.
— Как тебе понравилось дома у Лоренцо? — возбужденно спросила Фенни.
— Очень понравилось, — ровным тоном ответила Джесс, нарушая внезапно
воцарившуюся неловкую тишину. — Там очень красиво. Дом находится за городом.
Эмили, оказавшись в этом месте, сразу пошла на поправку.
— Как Эмили? — быстро спросила Френсис, чтобы Фенни больше не задавала
лишних вопросов.
— Ей гораздо лучше. Сейчас она уже должна быть дома, сегодня утром они с
мамой прилетели.
После напряжения ланча, во время которого Джесс постоянно приходилось
изображать веселость, она с радостью уединилась в комнате над конюшней.
Комната Адама была обставлена по его вкусу: медная кровать и золотисто-
оранжевые стены. Все это показалось сейчас Джесс чуть ли не раем.
Провожавшая ее Кейт поставила сумку Джесс на пол и вытащила оттуда домашнюю
одежду.
— Раздевайся и быстро ложись в постель, — сказала она. — Я возьму твою сумку
и повешу вещи в твоей комнате. Мама поставила в холодильник внизу молоко и
кое-какую еду, так что можешь взять себе что-нибудь, когда встанешь. А мы
постараемся быть тактичными и не будем расспрашивать, почему ты выглядишь
так...
— Отвратительно?
— Я хотела сказать, такой хрупкой, — сказала Кейт с озабоченным видом.
— Это уже лучше. Раньше меня никто не называл хрупкой, — с усмешкой добавила
Джесс. — Как ты сдала экзамены?
— Думаю, что нормально.
— Что на самом деле означает блестяще, мисс Гениальность.
Кейт скривилась и скрестила пальцы.
— Пожалуйста, не сглазь!
Оставшись одна, Джесс решила позвонить Лоренцо позже и растянулась на
большой кровати.
Когда она проснулась, в окна хлестал дождь. С некоторых пор момент
пробуждения был для нее мучительным. Джесс продолжала лежать, мучаясь и
подбирая слова, которые она скажет Лоренцо, когда позвонит ему. Если она ему
позвонит.
Джесс внезапно прислушалась. В доме кто-то был.
— Это ты, Кейт? — позвала она. Она выбралась из кровати и, облачившись в
банный халат Адама, стала спускаться вниз, зевая. — Сделай мне чашечку кофе.
— Она перегнулась через перила на лестничной площадке и долгое мгновение не
могла оторвать взгляда от осунувшегося, изможденного лица Лоренцо. Волосы у
него были влажными, а глаза пронзали ее насквозь.
— Прости, если разбудил тебя, Джессами. Кейт настаивала, чтобы я подождал,
пока ты проснешься, — сказал он. На сей раз в его речи отчетливее, чем
обычно, звучал акцент.
— Но... как ты здесь оказался? — с трудом выговорила Джесс.
— Я прилетел в Англию вчера вечером и остановился в Честертоне. — Лоренцо
запустил руку в мокрую шевелюру, его потухшие покрасневшие глаза не
отрывались от ее лица. — Пожалуйста, оденься и спустись вниз. Я хочу
поговорить с тобой, Джессами. А потом... — он остановился, и его губы
скривились, — потом, если ты не захочешь оставаться в моей компании, я
вернусь во Флоренцию.
Джесс долго смотрела на него, потом кивнула.
— Дай мне пять минут.
—
Grazie, — безразлично сказал он и отвернулся.
Джесс молниеносно облачилась в блеклую розовую футболку и мягкие после
многочисленных стирок джинсы и спустилась в гостиную. Лоренцо стоял перед
камином. Он был одет очень просто — в голубую рубашку и почти такие же, как
у нее, джинсы, хотя, конечно, они были куплены в гораздо более дорогом
магазине. Как обычно, на нем были красивые кожаные туфли, а на спинке стула
висел мокрый пиджак.
— Ты выглядишь усталой, Джессами, — спокойно сказал он.
— И ты тоже.
Он кивнул.
— Я почти не спал с тех пор, как ты уехала. А уж после того, как получил
твое письмо, и подавно.
Она отвернулась, все еще не в силах сказать ему правду.
— Ты, наверное, замерз. Приготовить тебе кофе?
—
Grazie.
Джесс пошла на кухню, налила воды в чайник, Лоренцо вошел за ней и молча
наблюдал, как она кладет растворимый кофе в чашки и добавляет молоко и
сахар.
— Откуда ты узнал, что я во Фрайерз-Вуд? — тихо спросила она.
— Я позвонил твоим родителям, когда приехал.
Она удивленно взглянула на него.
— Они мне ничего не сказали!
Он согласно кивнул.
— Я просил их об этом. Я боялся, что если ты узнаешь, то не захочешь со мной
разговаривать. — Он прервал свою речь, но Джесс продолжала молча смотреть на
него. — Джессами, — сказал он наконец, — я не мог понять, почему ты так
переменилась ко мне, но теперь я узнал причину.
Ну вот! Уже не было необходимости ни в чем его обвинять. Да ей и не хотелось
делать это теперь, когда они встретились.
— Что именно ты узнал? — резко спросила Джесс.
— Я узнал, что моя сестра рассказала тебе, при каких обстоятельствах умерла
Рената, — пояснил Лоренцо.
Джесс протянула ему кофе, потом прошла обратно в комнату. Лоренцо последовал
за ней, подождал, пока Джесс забьется в угол дивана, и сел на другой его
конец, уставившись в пустой камин. Молчание между ними стало таким
напряженным, что Джесс больше не могла этого выносить.
— Если бы все шло своим чередом и Изабелла мне ничего бы не говорила, —
осторожно начала она, — ты вообще собирался когда-нибудь сказать мне правду?
— Да, хотя на самом деле это не мой секрет. — Лоренцо поставил чашку на
маленький столик рядом с диваном. — Я никогда не лгал тебе, Джессами.
— Что значит
никогда не лгал
? — осведомилась она. — Ты сказал, что никогда
не был Ренате настоящим мужем, но она умерла в родах.
Лоренцо стиснул зубы.
— Это правда. Мне все сочувствовали, все соболезновали. Меня от этого начало
тошнить.
Глаза у Джесс сузились.
— Было бы странно, если бы при таких обстоятельствах тебе никто не посочувствовал бы. Разве не так?
— Ни Роберто, ни Изабелла не знают правды. Я до сих пор никому об этом не
рассказывал. — Он встретился с ней взглядом. — Я не был отцом ребенка
Ренаты.
— Лоренцо! — Джесс в ужасе уставилась на него и схватила его за руку. — Ты
хочешь сказать, что у нее был любовник?
Лоренцо взглянул на ее руку, сжимавшую его ладонь.
— Я думал, что ты больше никогда не прикоснешься ко мне, — неуверенно сказал
он.
Хваленое самообладание Джесс, которое ей с трудом удавалось поддерживать
после возвращения из Италии, покинуло ее. Слезы заструились у нее по лицу.
Лоренцо обнял ее и прижал к себе.
—
Piagni! — приказал он, опуская ее голову себе на
плечо, и Джесс подчинилась, позволив горячим соленым слезам смыть горечь
разлуки.
— Прости, — прошептала она. — За последнюю неделю я плакала больше, чем за
всю жизнь. — Она улыбнулась ему и снова начала плакать, заметив слезинку на
густых ресницах Лоренцо.
— Со мной творилось нечто ужасное, — резко сказал он. — Я даже начал жалеть
о том, что мы встретились.
Джесс попыталась улыбнуться.
— До этого я не доходила, но...
— Но что,
amore? — прошептал он.
— Но если бы мы никогда больше не встретились, я никогда бы не пожалела, что
провела с тобой ночь, Лоренцо.
— Слышать это от тебя... — Он резко выдохнул. — Ты же знаешь, что мне стоит
только раз дотронуться до тебя, как я снова захочу заняться с тобой любовью.
Но я здесь не для этого.
— Если ты не хочешь рассказывать мне о Ренате, то не надо, — быстро сказала
Джесс. — Теперь, когда я знаю правду, мы можем никогда не говорить об этом.
Лоренцо энергично покачал головой.
— Я поклялся ей, что никому не выдам ее тайну, но мне очень нужно поговорить
с тобой, Джессами. Между нами не должно быть секретов, carissima. -Он
глубоко вздохнул. — Когда Рената была вынуждена мне все рассказать, она с
ума сходила от стыда и говорила совершенно бессвязно.
— Я понимаю. — Внезапно чего-то испугавшись, Джесс вскинула на него глаза. —
Только не говори, что ее изнасиловали.
— Боже мой, нет, — быстро сказал Лоренцо, — все было не так. — Его губы
скривились. — Хотя я думаю, что она предпочла бы изнасилование, чтобы не
чувствовать себя виноватой.
Он начал свой рассказ. Рената часто подолгу оставалась в доме своих
родителей возле Перуджи. Лоренцо был ей благодарен за возможность побыть
одному в Олтарно, а Рената месяцами с удовольствием жила дома с овдовевшей
матерью. Когда мать умерла, Рената унаследовала дом и стала проводить там
еще больше времени.
Как-то летом, когда домработница была в отпуске, Рената осталась в доме
одна. Началась гроза, которой Рената всегда боялась. Садовник только что
ушел, и поэтому, когда в дверь позвонили, она подумала, что он вернулся
переждать дождь. Она открыла дверь, но на пороге стоял промокший молодой
человек с рюкзаком, он попросился переждать шторм.
— В этом месте истерика Ренаты достигла предела, — без выражения сказал
Лоренцо. — В конце концов я узнал, что это был иностранный турист, молодой и
очень красивый, с золотыми, как у ангела, волосами. К счастью, он немного
говорил по-итальянски. Рената лингвистом не была, но они вполне смогли
общаться. Шторм усилился, и он остался ночевать. Она принесла ему еды и
вина. — Губы у Лоренцо скривились. — Она даже дала ему сухую одежду, которую
я однажды оставил там. — Лоренцо пожал плечами. — Кроме того, Рената
сказала, что в тот раз ее впервые физически потянуло к мужчине...
— Странно, если учесть, что она была замужем за тобой, — горячо сказала
Джесс, сжимая его руку. — Она была просто дурой!
— Спасибо,
carissima, ты тешишь мое самолюбие. —
Лоренцо одарил ее лукавой улыбкой. — Так вот, в ту ночь молния ударила в
дерево в саду. Рената закричала, незнакомец побежал проверить, в чем дело,
ну а об остальном можно догадаться.
— Как ты все это пережил, когда она тебе рассказала? — сочувственно спросила
Джесс.
Лоренцо картинно передернул плечами.
— Я не настолько хорошо знаю английский, чтобы описать это. Мне было все
равно, что она завела любовника, но я проклинал мужчину, наутро спокойно
продолжившего свой путь, даже не думая о женщине, которая практически всю
последующую жизнь провела на коленях в покаянии. Рената восприняла
беременность как наказание за грех. Это должно звучать драматично, но она
была очень верующей. Она чувствовала себя такой виноватой, что потеряла
всякое желание жить. — Рука Лоренцо напряглась. — Она не ела, не пила и все
дни проводила в молитве. Конец был неизбежен. Роды начались намного раньше
срока, она умерла вместе с ребенком.
Джесс содрогнулась и прижалась к Лоренцо.
— Я вела себя очень глупо, — горько сказала она.
Он поднял к себе ее лицо.
— Глупо, но почему?
— Потому что я не доверилась тебе. — Глаза у нее сверкали из-под влажных
ресниц. — Мне надо было сразу спросить у тебя. — Она робко улыбнулась. — Я
была так разочарована, Лоренцо. Ты для меня был особенным, не только потому,
что я безумно люблю тебя, но и потому, что ты вел себя как святой в
отношении Ренаты...
— Я никогда не был святым, — горячо сказал он и ближе притянул ее к себе. —
Но я никогда не лгал тебе, Джессами. И никогда не буду. Sempre la verita, я
пообещал, и я сдержу свое слово.
Джесс обвила руками его шею и страстно поцеловала. В ответ Лоренцо сделал
то, о чем она мечтала все эти долгие невыносимые дни разлуки с ним. Наконец
он слегка отодвинул ее от себя, тяжело дыша.
— Когда ты оставила меня, я страдал еще по одной причине.
— Почему?
Лоренцо взял в ладони ее лицо.
— Я так хотел тебя, что не принял меры предосторожности. Я боялся, что ты
можешь ждать моего ребенка и не сказать мне об этом.
Она покачала головой.
— Это не так.
Он тяжело вздохнул.
— Я очень надеялся, что это окажется так.
Джесс слегка улыбнулась.
— Я тоже.
Ответная улыбка Лоренцо так преобразила его лицо, что Джесс была потрясена.
— Ты имеешь в виду?..
Она кивнула.
— Когда у меня было время подумать, я поняла, что, даже если бы ты не был
принцем из моей сказки, а простым смертным, я бы все равно любила тебя,
Лоренцо. Как и все женщины семейства Дисарт, я однолюбка. — Ее улыбка
поблекла. — Я расстроилась, когда узнала, что не беременна.
На этот раз английский подвел Лоренцо. Слова, которые он наговорил Джесс,
смог бы объяснить только переводчик. Наконец оба с неохотой согласились, что
пора возвращаться в дом.
— Прежде всего, — сказал Лоренцо, — я хочу обратиться к твоим родителям. Как
ты думаешь, они согласятся выдать свою дочь за меня?
Вечером приехали молодожены, и Леони восхищенно зааплодировала, увидев
Лоренцо рядом с Джесс. Семья собралась за столом, чтобы отведать ужин,
который Кейт помогала матери готовить целый день.
Фенни в своем волшебном платье подружки невесты, которой разрешили остаться
на ужин, засыпала Лоренцо вопросами о его доме. Потом она перекинулась на
Джона и стала расспрашивать, когда должен родиться ребенок.
— Фенелла! — в смятении воскликнула Френсис.
— У людей всегда рождаются дети, когда они женятся, — невинно заметила
Фенни. — Мне так сказала моя подруга Лора.
— Тогда, конечно, это правда, — сказал Том Дисарт, посмеиваясь, и с
извиняющимся видом улыбнулся Джону. — Прости.
— Ничего, — сказала Леони, обменявшись взглядом со своей веселой сестричкой.
— Вообще-то, мы подумываем преподнести вам такой подарок к Рождеству.
Джесс почувствовала, как Лоренцо сжал ей руку под столом, и улыбнулась своим
мыслям.
Кейт удивленно взглянула на вспыхнувшую невесту.
— На какое Рождество? — осведомилась она.
— На это, — самодовольно сказал Джон.
Фенни разочарованно нахмурилась.
— Как долго ждать.
Все засмеялись.
— Ты знала? — спросил Лоренцо у Джесс.
Она кивнула.
— Ты тоже должен быть за это благодарен.
— Я? — удивился он.
— Если бы Лео не призналась мне во всем, я бы не помчалась в тот вечер в
Пеннингтон, чтобы забрать ее сережки.
— Тогда ты права, — с жаром сказал Лоренцо, — я очень ей благодарен.
После ужина, когда все сидели за столом с чашками кофе, Том Дисарт открыл
две бутылки шампанского, и они с Джоном наполнили бокалы. Глава семейства
поднял руку, призывая к тишине, и улыбнулся, глядя на обращенные к нему
вопросительные взгляды.
— Мне кажется, что сегодня вечер объявлений! Думаю, все обрадуются, узнав,
что сегодня днем Лоренцо попросил у меня руки Джесс. Конечно, они и без нас
все решили, но нам с Френсис было приятно дать им свое благословение. — Он
поднял свой бокал. — За Джесс и Лоренцо.
После череды поцелуев и поздравлений Лоренцо Форли произнес ответную речь.
Его лицо светилось таким счастьем и гордостью, что Джесс ощутила прилив
нежной любви.
Позже, когда все собрались в гостиной, Лео, поцеловав Джона, уселась рядом с
Джесс и Лоренцо на диван.
— Я единственный человек в семье, кто знает о твоем прошлом, Лоренцо, —
вполголоса проговорила она, — и уверена, что на этот раз ты будешь счастлив.
— Я не мог ошибиться в Джессами, — уверенно сказал он. — Когда я встретил
твою сестру, моя жизнь изменилась.
— К лучшему, надеюсь, — с улыбкой поддразнила его Джесс.
Лоренцо поцеловал ее, не обращая внимания на устремленные на них взгляды.
— Как я не раз говорил тебе, ты моя награда!
Закладка в соц.сетях
