Жанр: Любовные романы
Дом на холмах Тосканы
...для меня сделал...
— Пожалуйста, не начинай опять. — Он помолчал, внимательно всматриваясь в
нее. — Джессами, когда я в самолете говорил о своей награде, неужели ты
правда подумала, что я хотел получить ее сегодня? Как расплату за билет на
самолет и медицинские счета твоей подруги?
— Нет! Такая мысль не приходила мне в голову... Я расстроилась сегодня
совсем по другой причине.
— Расскажи мне, — потребовал он.
— Это трудно выразить словами.
— Попробуй!
— Я действительно очень хотела поужинать с тобой в гостиничном ресторане, —
призналась она, краснея. — Мне приятно было сознавать, что все будут на нас
смотреть и понимать, что ты... что я... — Она осеклась и подняла на него
глаза.
— Что ты моя? — мягко спросил он.
Джесс побледнела, ее темные испуганные глаза стали огромными, встретив его
взгляд.
— Ты так обо мне думаешь?
— Да, — просто сказал он. — Я почувствовал это в тот момент, когда тебя
увидел. Я не знаю, как это объяснить.
— Мудрые мужчины и не пытаются это сделать, — хрипло пробормотала она.
Внезапно между ними повисло молчание.
— Это опасно, — оборвал ее Лоренцо, — ты была права. Нам надо было поужинать
в ресторане.
— Теперь я рада, что мы этого не сделали.
— Почему?
— Потому что иначе мы не смогли бы так поговорить, и, — добавила она, глядя
ему в глаза, — ты не смог бы целовать и ласкать меня так, как ты хочешь.
Лоренцо напрягся, словно готовая к прыжку пантера, и в какое-то мгновение
Джесс показалось, что он повалит ее на пол и начнет безудержно целовать. Но,
к ее великому разочарованию, он взял со столика тарелку и поставил перед
ней.
— Это торт из миндаля, лимона и рикотты, — сказал он хрипловатым голосом,
который никак не вязался с прозаичным смыслом слов. — Ты это любишь?
Джесс скептически посмотрела на кондитерское великолепие.
— Вообще-то да, но не сейчас. Я возьму его для Эмили. Она это любит. Может,
съешь немного сам?
— Нет, — воскликнул он, — ты прекрасно знаешь, что это не тот торт, который
я хочу. — От вспыхнувшего в его глазах огня у Джесс пересохли губы. — Я не
могу забыть ту ночь, Джессами. Может быть, мы с тобой больше не сможем
посидеть вот так. На
Villa Fortuna это будет трудно.
Джесс напряглась.
—
Villa Fortuna — это дом, в котором ты жил с Ренатой?
— Нет,
carissima, нет. — Он провел ее через комнату и
усадил рядом с собой на удобный мягкий диван. — Когда Рената умерла, я
продал дом, в котором мы жили.
Villa Fortuna — наше
семейное гнездо, в котором я рос вместе с Роберто и моей сестрой.
— Я не знала, что у тебя есть сестра. — Джесс выдохнула и облегченно
прижалась к нему. — Как ее зовут? Где она живет? Она замужем?
Он засмеялся и поцеловал ее в макушку.
— Изабелла — самая младшая у нас. Она замужем за адвокатом по имени Андреа
Моретти. У них двое маленьких сыновей, и они живут в Лукке. — Он повернул к
себе ее лицо. —
Allora, теперь твое любопытство
удовлетворено?
— Да, так гораздо лучше. А где ты жил все это время, Лоренцо?
— Я купил дом в Олтрано. Это в той стороне. — Он указал в сторону балкона. —
Тот дом стал тюрьмой для нас обоих.
— Ты поэтому не захотел задерживаться на балконе? Тебе трудно смотреть в ту
сторону?
— Нет, — он сжал ее руку, — я просто хотел побыстрее остаться наедине с
тобой,
amore.
Польщенная, Джесс поцеловала его в щеку.
— Бедная Рената, хотя в чем-то ей очень повезло.
— Повезло?
— В том, что она была твоей женой. Вряд ли другие мужчины в подобной
ситуации смогли бы долгое время воздерживаться от удовольствий.
Он покачал головой.
— Не приписывай мне добродетелей, которых у меня нет, Джессами.
— Что ты имеешь в виду?
— Я воздерживался, как ты выразилась, только потому, что мне так хотелось. В
ту ночь, когда Рената мне отказала, во мне что-то умерло. Может быть, моя
молодость, — добавил он, скривив губы в усмешке. — Когда я встретил тебя,
amore, те чувства, которые я считал умершими, вновь
охватили меня, и так долго сдерживаемые желания вырвались наружу. — Он
улыбнулся, видя ее удивленные глаза. — Я веду себя очень эмоционально, как
истинный итальянец, не так ли? Это шокирует тебя,
piccola?
— Нисколько. — То, что он назвал ее малышкой по-итальянски, всколыхнуло в
ней бурю эмоций. — Если хочешь знать правду, мне очень нравится, когда ты
становишься таким страстным и используешь итальянские слова. Это меня
возбуждает.
Лоренцо закрыл ей рот поцелуем, и она ответила с таким упоением, что они не
скоро смогли возобновить беседу. Он как будто занимался с ней любовью на
своем родном языке. Его мелодичная речь была столь же соблазнительна, как и
движения его нежных, уверенных рук. Его ласки обжигали ее сквозь платье,
заставляя самые потаенные места ее тела трепетать от неведомого наслаждения
и стремиться разделить его с Лоренцо.
После нескольких минут этой сладостной пытки Джесс захотела, чтобы Лоренцо
раздел ее, отнес в постель и показал наконец, каким прекрасным может быть
акт любви. Охваченная незнакомыми ей чувственными желаниями, Джесс
заплакала, и Лоренцо прижал ее к себе, стараясь утешить.
— Не плачь,
amore. Прости меня, если я испугал тебя.
— Ты не испугал меня, — с трудом выговорила она, — я не напугана, я
поражена. Я... я хочу тебя, Лоренцо. Ты сводишь меня с ума, со мной никогда
такого не было.
Он застонал.
— Не говори мне таких вещей,
carissima. — Он взял в
ладони ее лицо, и, когда их взгляды встретились, она прочла в его глазах
вопрос. — Что с тобой?
— Ты сказал, что заняться любовью на
Villa Fortunaбудет нелегко. Это из-за Эмили и сиделки?
Лоренцо с облегчением кивнул.
— Там еще есть Карла, которая для меня готовит, и ее муж Марио, мой
управляющий. А когда Изабелла узнает, что у меня гости, она тут же
примчится, чтобы познакомиться с тобой.
Джесс закусила губу.
— Твоей сестре не покажется странным, что ты пригласил меня к себе в дом?
Лоренцо некоторое время хранил молчание, глядя на их скрещенные руки.
— Она очень удивится, — наконец сказал он глухо. Его голос звучал более
неуверенно. — Потому что я никогда не приглашал туда женщин. — От его
взволнованного взгляда у нее перехватило дыхание. — Я не собирался говорить
тебе этого, не сегодня, во всяком случае. Я сказал себе, что надо иметь
терпение, но, боже мой, я так много времени потратил впустую! — Его объятия
стали крепче. — С того момента, как я тебя увидел, я понял, что ты нужна
мне. Но не для
relazione, не для любовной связи, а
навсегда. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Джессами.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Джесс молчала. Тишину нарушали только звуки ночной жизни Флоренции,
доносившиеся из открытых балконных дверей.
— Я слишком нетерпелив. — Лоренцо запустил руку в густые темные волосы. — Я
сглупил, мне надо было подождать.
— Нет, — быстро сказала Джесс и одарила его такой сияющей улыбкой, что его
глаза невольно зажглись в ответ, — я рада, что ты не смог подождать.
Он с такой силой сжал ее руки, что у нее затрещали кости.
— Ты правда так думаешь?
— Да.
— Ты хочешь сказать, что выйдешь за меня, Джессами?
— Да.
— Тогда скажи, что любишь меня!
— Конечно, я люблю тебя, — нервно проговорила она, — иначе этот разговор не
имел бы места.
Лоренцо вскочил на ноги, увлекая ее за собой. На его лице появилось строгое
выражение.
— Ты отдаешь себе отчет в том, что люди будут осуждать тебя за столь
поспешное решение?
— А тебе не все равно? — осведомилась она.
Он обхватил руками ее лицо.
— Меня заботишь только ты и то, что скажут твои родители. Нам надо с ними
переговорить.
— Не сейчас, — резко сказала Джесс. — Пока я не хочу никому об этом
рассказывать.
— Даже своей подруге?
— Эмили уже знает. — Джесс рассмеялась. — Что я люблю тебя, конечно. Я еще
никогда не была так безумно влюблена, и мне надо было с кем-то этим
поделиться.
—
Meraviglioso! — Его глаза загорелись триумфом. Джесс
послала ему выжидающий взгляд.
— Не знаю, как у вас в Италии, дорогой, но в моей стране принято обменяться
поцелуем, если предложение руки и сердца принято.
В его глазах вспыхнул огонь.
— Скажи еще раз
дорогой
!
— Сначала поцелуй меня.
Вместо этого Лоренцо подхватил ее на руки, и на какое-то мгновение Джесс
показалось, что он отнесет ее прямо в постель, но он опустился на софу и
усадил ее к себе на колени.
— Теперь,
amore, — его дыхание обожгло ей губы, — я
витаю в облаках.
— Если это сон, то он у нас общий, — прошептала она и с безудержным
восторгом ответила на его поцелуй. — Кто научил тебя так целоваться? —
спросила она прерывающимся голосом.
Он засмеялся и откинул у нее со лба блестящую прядку волос.
— Франческа.
— Кто это? — выпрямляясь, спросила Джесс. Лоренцо склонил ее голову себе на
плечо.
— Одна девушка, которую я знал задолго до женитьбы. Она была старше меня и
научила, что поцелуи и ласки так же важны, как и непосредственно акт любви.
Но, — с сожалением добавил он, — она никогда не позволяла мне ничего, кроме
поцелуев.
— Но ты хотел большего!
Улыбка сделала его намного моложе.
— Мужчины всегда хотят большего,
tesoro. — Он глубоко
вздохнул. — Теперь нам надо подумать о деле. Я знаю, что многого от тебя
требую. Ты действительно готова пожертвовать карьерой, чтобы жить здесь со
мной, Джессами?
— Да. — Джесс улыбнулась и пожала плечами. — Моя так называемая карьера
никогда не была для меня важна. Мне нравится моя теперешняя работа, но я
ненавижу мысль о том, что мне придется заниматься ею всю жизнь.
Лоренцо прижал ее теснее, а в его глазах засветилось облегчение.
— Значит, твоя работа в Лондоне не помешает нам быть вместе.
— Может, я смогу заняться чем-то здесь, во Флоренции, или...
— Или что?
— Или, может быть, у нас сразу появится ребенок. — Джесс остановила взгляд
на загорелой мускулистой шее Лоренцо и увидела, как напряглись у него мышцы
при этих словах.
— Ты хочешь ребенка? — недоверчиво переспросил он.
— Не просто ребенка, — поправила она, задыхаясь от волнения, — а твоего
ребенка.
Он прижал ее к себе, и на нее потоком обрушилась страстная итальянская речь.
— Я научу тебя итальянскому, — пообещал он между поцелуями, — я не могу
объясняться в любви по-английски.
— Ты прекрасно справляешься, — выдохнула она.
— Я могу гораздо лучше...
Внезапно между ними воцарилась тишина. Они уставились друг на друга
блестевшими от желания глазами. Лоренцо поднялся и подал ей руку.
— Я должен отвести тебя к подруге.
— Еще рано, — запротестовала Джесс.
— Неважно. — Он бросил на нее безумный взгляд. — Я так сильно хочу тебя,
amore, во мне горит такой огонь, такая жажда обладания
тобой, я не уверен, что смогу... о боже. — Он сделал глубокий успокаивающий
вдох. — Джессами, клянусь: ужин, вино — это были просто еда и питье, а не
средство затащить тебя в постель.
— Я знаю, — грустно сказала она и опустила голову ему на плечо. — Ты хочешь
сказать, что мы не будем заниматься любовью до свадьбы?
— Это зависит от твоего желания, любимая.
Она обняла его мускулистый торс и покачала головой, глядя ему в лицо.
— У меня одно желание. Я мечтаю заняться с тобой любовью как можно раньше,
даже если первая ночь не будет совершенной.
Он улыбнулся.
— Мы созданы друг для друга, Джессами. Как это может быть несовершенным?
— Я имею в виду, что к нашей первой брачной ночи все должно быть прекрасно,
— горячо сказала она.
Лоренцо с неистовой нежностью поцеловал ее, потом ослабил объятия, чтобы
заглянуть ей в глаза.
— Теперь ты согласилась быть моей, — прошептал он, — и очень скоро я покажу
тебе, какой может быть настоящая любовь. Но пока...
— Ты отведешь меня к Эмили, — сдалась она.
Он покачал головой и вновь усадил ее на низкую бархатную кушетку.
— Не сейчас. Анна может побыть с ней еще по крайней мере час. Сейчас особые
минуты в нашей жизни. Я хочу подержать тебя в объятиях.
Поцелуй Лоренцо был очень нежным. Его губы касались ее век, щек, подбородка,
а потом снова возвращались к губам. Он опустил ее на бархатные подушки и
коснулся груди, осторожно поглаживая сквозь тонкую облегающую ткань. Джесс
зачарованно смотрела на него, изнемогая от его нежных ласк. Его длинные
умелые пальцы скользнули за воротник платья, и от их прикосновения к
чувствительным соскам у нее перехватило дыхание.
Поцелуй стал глубже. Лоренцо опустился на нее, и Джесс охватила волна тепла,
когда она ощутила силу его возбуждения. Джесс завела руки за спину,
расстегнула молнию на платье, которое тут же соскользнуло с ее плеч. Лоренцо
шумно втянул в себя воздух, отбросил в сторону комок ткани телесного цвета и
склонился к ее груди. Она запустила руку в его густые волосы и прижала к
себе. Через мгновение Лоренцо сбросил рубашку и снова прижал ее к обнаженной
груди, осыпая голодными поцелуями.
На безумно долгую секунду Лоренцо поднял темную растрепанную голову, чтобы
заглянуть ей в глаза.
— Я так хочу тебя, Лоренцо! — выдохнула Джесс.
— Я хочу тебя больше! — Он закрыл глаза, потом выпрямился и поднял с пола
рубашку.
Джесс тоже встала и повернулась к нему спиной, чтобы застегнуть молнию на
платье, по ее щекам заструились слезы.
— Позволь мне! — Лоренцо нежно отвел ее руки, застегнул молнию и повернул ее
лицом к себе. — Ты плачешь, — с укором произнес он.
— Нет, — выдавила она и шмыгнула носом.
— Плакать не грешно, — успокоил он ее и наклонился, чтобы осушить ее слезы
поцелуями.
Этот поступок оказался для обоих роковым. Через секунду они сжимали друг
друга в объятиях, их губы слились в неистовом поцелуе, заставившем их забыть
обо всем на свете. Лоренцо поднял ее на ноги, вопросительно всматриваясь в
ее лицо. В глазах Джесс застыло такое явное желание, что Лоренцо, не
раздумывая, подхватил ее на руки и отнес в спальню, где опустил на залитую
лунным светом кровать.
— Ты уверена? — хрипло спросил он.
— Абсолютно, — прошептала она и сбросила с плеч платье.
Лоренцо опустился перед ней на колени и прижался лицом к шелковистой коже ее
живота.
— Я так люблю тебя, я весь как в огне. Не уверен, что смогу быть осторожным.
— А я и не хочу, чтобы ты был осторожным, — горячо возразила она. В уголках
ее глаз снова появились слезы. — Дорогой, я бы хотела...
— Чего же ты хочешь,
amore?
— Я бы хотела, чтобы у меня не было до тебя ни одного мужчины.
— Забудь прошлое. — Лоренцо стер ее слезы. — Мы с тобой, — горячо пообещал
он, — сполна насладимся друг другом.
Когда наконец последние препятствия между ними были преодолены и они лежали
обнаженные в объятиях друг друга, все тяжелые воспоминания оставили их.
Поцелуи и ласки Лоренцо были ненасытны, как и он сам. Джесс задыхалась, ее
тело содрогалось от восторга, она больше не могла выносить безумного
наслаждения, которое дарили ей руки и губы Лоренцо. Она издала хриплый
отчаянный стон, и Лоренцо поспешил соединиться с ней. Глаза Джесс
распахнулись, дыхание стало прерывистым, голова заметалась по подушке.
Наконец Джесс отчаянно впилась пальцами в его плечи, и их обоих захватила
волна восторга, вознесшая их на вершину страсти. Тело Джесс содрогнулось в
пароксизме наслаждения, и через секунду Лоренцо дал волю долго сдерживаемым
порывам.
Они еще долго держали друг друга в объятиях, прежде чем Лоренцо с неохотой
отодвинулся.
— Итак,
mi amore, как ты себя чувствуешь?
Джесс задумалась.
— Я испытываю чувство торжества, — решила она.
Он облегченно вздохнул и потерся щекой об ее лицо.
— Так что ты не убежишь, по своему обыкновению?
— Не уверена, что смогу даже пошевелиться.
— Я не хочу, чтобы ты двигалась, но мне пора отвести тебя к подруге.
— Жаль, что я не могу остаться.
Он быстро поцеловал ее.
— Когда мы поженимся, я буду держать тебя в объятиях всю ночь.
Джесс довольно вытянулась на постели при мысли об этом.
— Спасибо тебе за то, что ты подарил мне такое чудо.
— Ты благодаришь меня? — удивился он. — Это было так прекрасно, Джессами,
ощущать, как твое тело отвечает мне. Когда я привел тебя сюда, то не ожидал
ничего подобного.
— До встречи с тобой я никогда такого не испытывала, ни с кем. — Она глубоко
вздохнула. — Я все еще не могу поверить, что это происходит на самом деле,
дорогой.
Лоренцо энергично кивнул.
— Я знаю, малышка, я чувствую то же самое. — Он приподнялся на локте и
взглянул на нее. — Поверь, что я люблю тебя, Джессами Дисарт, — очень тихо
проговорил он.
— Я верю, — Джесс уверенно взглянула на него. — Я тоже люблю тебя, Лоренцо
Форли.
Лоренцо поднес к губам ее руку и поцеловал тот палец, на котором должно быть
кольцо.
— Пойдем,
carissima, нам пора.
— Если так надо, то пошли, но сначала мне надо умыться. — Джесс подавила
вздох сожаления.
Выйдя из ванной комнаты, Джесс предстала перед Лоренцо в освещенной мягким
светом лампы гостиной.
— Как я выгляжу? — обеспокоенно спросила она.
Он одобрительно улыбнулся.
— Тебя прямо съесть хочется, как сказала твоя подруга.
— Обними меня, — смущенно попросила она.
— Я бы с радостью держал тебя в объятиях всю мою жизнь. — Он прижал ее к
себе с такой силой, что ей пришлось встать на цыпочки и обнять его за талию,
чтобы удержать равновесие.
— Мне нужны твои объятия, чтобы поверить в реальность всего этого, —
прошептала она.
Лоренцо заглянул ей в глаза.
— Это не сказка, это жизнь, наша жизнь. — Его объятия стали крепче. —
Теперь, когда ты согласилась выйти за меня замуж, ты моя. Я никогда тебя не
отпущу.
Эмили очень хотела спать, поэтому она только спросила у Джесс, понравился ли
ей вечер. Когда Анна ушла в отведенную ей комнату, Джесс быстро приняла душ
и улеглась в постель, снова и снова вызывая в памяти недавние события, пока
наконец не заснула. Она проснулась на следующее утро, только когда сиделка
пришла проведать Эмили. Волшебные мгновения, которые она провела с Лоренцо,
были ее секретом, и при свете дня, несмотря на вчерашние прощальные слова
Лоренцо, трудно было поверить, что это не игра ее воображения.
Во время завтрака Джесс рассказала Эмили о замечательном ужине, не упомянув
о том, что они провели вечер вдвоем в квартире Лоренцо.
Благодаря стараниям Анны Эмили смогла вымыться и собраться задолго до
назначенного срока, но выглядела она все же усталой.
— Не беспокойся, Эм, — сказала Джесс, усаживая ее на стул возле открытых
балконных дверей, — думаю, что до виллы недалеко, а когда мы приедем, ты
сможешь сразу лечь в постель.
— Это первое, что она должна сделать по приезде, — твердо сказала Анна. —
Так приказал доктор Тости. Завтра, Эмили, вы сможете встать на более
продолжительное время.
— Как скажете, сестра, — согласилась больная так покорно, что стало ясно:
возможность лечь в постель на самом деле только и привлекала Эмили, хотя она
и пыталась это скрыть.
Через некоторое время за их вещами пришел портье, затем Джесс с Анной
проводили дрожащую Эмили до лифта.
— Я чувствую себя как новорожденный ягненок, — тяжело дыша, пожаловалась
Эмили и поморщилась, когда привычная уже боль пронзила ребра. Пока спускался
лифт, она с благодарностью прислонилась к Джесс.
— Тебе скоро станет лучше, — твердо сказала та, с тревогой стараясь поймать
взгляд Анны для поддержки.
Сиделка мягко улыбнулась.
— Несколько дней на свежем воздухе и отдых сделают свое дело.
Лоренцо ждал их в холле, на нем была будничная одежда, но он был так
неотразим, что Джесс захотелось броситься в его объятия на глазах у всех
служащих отеля, собравшихся здесь, чтобы проводить их.
—
Buon giorno! — улыбнулся он всем трем женщинам, но
быстрый взгляд, брошенный на Джесс, убедил ее в том, что он тоже едва
сдерживается. — Как вы себя сегодня чувствуете, мисс Эмили?
— Хорошо, — мужественно сказала она.
— На самом деле, Лоренцо, — вполголоса проговорила Джесс, — ей не сладко.
Далеко до машины?
— Нет, она у входа. — Он дал Анне кое-какие указания, потом, улыбнувшись
Эмили, извинился, подхватил ее на руки и, приказав Джесс следовать за ними,
направился вниз по лестнице, покрытой алым ковром. Он осторожно усадил Эмили
на заднее сиденье автомобиля рядом с Анной, открыл переднюю дверь для Джесс
и, попросив у дам прощения, вернулся в отель, чтобы поговорить с менеджером.
— С тобой все в порядке, дорогая? — Джесс обернулась и с тревогой посмотрела
на подругу.
— Конечно, не волнуйся. — Эмили храбро улыбнулась. — Как может быть иначе
при таком первоклассном обслуживании?
Лоренцо Форли не спеша выехал из Флоренции и после непродолжительной поездки
по автостраде свернул на боковую дорогу и снизил скорость, чтобы его
спутницы могли полюбоваться замечательными пейзажами.
Проехав еще несколько километров, Лоренцо свернул на узкую дорогу, одну из
проселочных дорог, пересекавших итальянские пригороды. Она была чуть шире
лесной тропинки и привела их на вершину одного из округлых холмов. Здесь
машина нырнула в просвет между кипарисами, и взору Джесс открылся дом,
меньше всего походивший на виллу, которую представляла себе девушка. Это
было вытянутое двухэтажное здание с коричневой черепичной крышей и белыми
ставнями. Утреннее солнце вызолотило камень, из которого были выложены
стены. В глубине виднелись хозяйственные постройки, а во внутреннем дворике,
вымощенном брусчаткой, стояли огромные глиняные горшки с геранью, столик и
несколько стульев, скрытые кипарисовой рощицей от горячего тосканского
солнца.
— Какая прелесть! — воскликнула Эмили.
—
Villa Fortuna, — объявил Лоренцо и вопросительно
взглянул на Джесс. — Как тебе?
— У меня нет слов, — горячо зашептала Джесс, — это просто райский уголок!
У дверей дома послышался шум, и на пороге появилась маленькая пухленькая
женщина, которая торопливо семенила к машине, приветствуя хозяина и его
гостей, а за ней шел худой темноволосый мужчина.
Лоренцо вышел из машины, широко улыбаясь им в ответ, и Джесс вдруг увидела
его с совершенно иной стороны. Это был человек, родившийся в этом доме, а
спешащая ему навстречу пара явно знала его с рождения. Он тепло поздоровался
с ними и представил Джесс.
— Это Карла, которая божественно готовит, — сказал он Джесс, — а это Марио,
который заботится обо всем остальном. — Он быстро перевел эти слова, чем
вызвал заразительный смех у женщины и польщенную улыбку у мужчины.
Джесс протянула руку.
—
Piacere, — сказала она, старательно выговаривая
итальянские звуки.
Ее попытка перейти на итальянский вызвала истинный восторг.
Лоренцо посадил Эмили на стул в тени.
—
La poverina! — с сочувствием произнесла Карла, а
потом вместе с Анной отправилась за напитками, пока Марио занимался багажом.
— Мы немного посидим здесь, — сказал Лоренцо, выдвигая для Джесс стул. —
Тебе не слишком жарко, Эмили?
— Нет, все отлично, — заверила она его. — И потом, здесь так приятно
обдувает ветерок.
— Мы, тосканцы, именно поэтому строим свои дома на вершинах холмов, —
пояснил он и повернулся к Джесс. — А как ты, Джессами?
Она обольстительно ему улыбнулась и откинулась на спинку стула.
— Я чувствую себя восхитительно. — Она протянула руку в сторону
открывавшегося пейзажа. — Я могла бы сидеть здесь целый день, просто
наслаждаясь этим сказочным видом.
— Мне приятно, что тебе понравился мой дом. — Он с улыбкой посмотрел на
Карлу, которая принесла поднос с кофе и свежими миндальными пирожными. —
Grazie, — поблагодарил он.
Карла улыбнулась гостям и вернулась обратно в дом.
— Анна раскладывает твои вещи, Эмили, — сообщил он девушке, — и говорит, что
...Закладка в соц.сетях
