Жанр: Любовные романы
Путеводная звезда
...- Только не говори мне, что веришь в судьбу.
- А почему нет? Я верю, что некоторые люди созданы друг для друга. И если тебе посчастливилось найти такого человека,
нужно быть полным идиотом, чтобы упустить его.
В ту ночь в Мекхите она поверила в судьбу. Она обрела силу и уверенность в этом изменчивом мире. И огромное желание
быть с Гейбом. Теперь оно исполнилось.
- Не могу с тобой не согласиться. Ты действительно знаешь, как сделать женщину счастливой. - Она встала и пошла к
двери. - Сложи тарелки в раковину, я помою их утром. А сейчас у меня достаточно сил, чтобы не дать тебе скучать какое-то
время. - Она бросила на него суровый взгляд. - И не вздумай пить кофе.
- Ты опять не спал, - заметила Ронни, прогуливаясь на следующее утро с Гейбом по саду.
- Я немного вздремнул.
- Что-то не похоже. Мне кажется, ты говоришь это, чтобы я отстала от тебя.
- Возможно. Ты действительно можешь быть ужасно въедливой. - Он внимательно посмотрел на нее. - И удивительно
заботливой для женщины, которую интересует только мое тело.
- Да, мне хочется заботиться о тебе. - Она отвела взгляд. - Ты мне нравишься. Я не могла бы спать с человеком, который
мне не нравится.
- Надеюсь. - Он взял ее за руку. - Хотя я иногда замечаю некоторую бестолковость.
- Мы говорим о тебе.
- В связи с тобой. - Он остановился рядом с гамаком, натянутым между двумя деревьями. - Да здравствует связь! Я
никогда еще не занимался любовью в гамаке.
- Дело не в сексе. - Она повернулась к нему. - Скажи Дэну, чтобы он привез снотворное.
- Никаких таблеток. - Он сел в гамак и посадил ее рядом. - Послушай меня, Ронни. Я не буду принимать снотворное. Я
видел немало людей, которые начинали принимать таблетки, чтобы снять напряжение, а в результате оказывались в полной
зависимости от них.
Спорить не было смысла. Он все равно не изменит свое мнение. Ей придется найти другой способ. Она легла в гамак и
притянула его к себе-
- Ладно, оставим это. Так даже лучше. Я буду знать, что ты всегда готов к занятиям любовью.
- Тогда почему бы нам не попробовать сейчас, в гамаке?
- Не сейчас, позже. - Она свернулась калачиком и положила голову ему на плечо. - Мне нравится твой сад. Когда-нибудь у
меня тоже будет свой сад.
- Я подарю тебе этот.
- Это не то. Я думаю, чтобы это был по-настоящему твой сад, нужно его самой создавать, работать в нем, заботиться о
нем.
- Это касается не только сада.
- Согласна. То же самое и с фотографией. Нужно как следует подготовиться к каждому снимку, "вырастить" его. У меня
уже целый сад таких снимков. Почему ты хмуришься?
- Солнце слишком яркое. Я ненавижу яркий свет. - Он запнулся. - И что ты посадишь в своем саду?
Ронни застыла. Как же она сразу не поняла. Тогда, в заключении, яркий свет, как и темноту, использовали для пыток, не
давая пленным спать, изматывая их и ломая волю.
- И сколько это продолжалось?
Гейб не стал ей лгать.
- Первые шесть недель.
Шесть недель без сна.
- Ты ничего не сказал об этом на пресс-конференции.
- Это не так уж и важно.
- И позволил мне спать со светом тогда, у Фатимы. Неудивительно, что ты не смог заснуть. Почему ты мне не сказал?
- Я в любом случае не смог бы заснуть. А у тебя была своя проблема - страх темноты.
- Господи, ведь ты только спасся от этих извергов. Я бы смогла вынести темноту, ничего бы со мной не случилось, но тебе
нужно было доказывать, что ты сильный мужчина!
- Хватит плакать.
- Я не плачу.
- Тогда почему моя рубашка влажная? - Он ласково погладил ее по голове.
И снова он успокаивал ее, и снова она прячется у него на груди. Ронни вытерла мокрые щеки о его рубашку и положила
его голову к себе на грудь, так, чтобы на его глаза падала тень от деревьев.
- Я бы их убила.
- Забудем об этом. Я вот сейчас могу погибнуть. От твоей красоты. - Он коснулся губами ее груди. - Лучшей смерти и не
придумаешь.
Она немного ослабила свои объятия.
- Замолчи. Я не хочу, чтобы ты говорил.
- Слушаюсь и повинуюсь. На самом деле, после года лишений я не прочь понежиться в ласковых объятиях.
- Тогда лежи тихо и наслаждайся. - Она погладила его по волосам.
Тишину нарушало пенье птиц. Воздух был напоен запахом цветов. Ласковый ветер убаюкивал их. Ронни почувствовала,
как напряжение постепенно покидает его. Он задремал, потом погрузился в глубокий сон. Тяжесть его тела не давала
пошевелиться, но Ронни и не пыталась это сделать. Она боялась даже дышать. Неподвижно лежала в гамаке, пока не
наступили сумерки, а потом и совсем стемнело.
- Ронни.
Она открыла глаза и в свете луны увидела чей-то силуэт.
Дэн присел рядом с гамаком.
- Я стучал, но мне никто не открыл. Все в порядке?
- Все отлично, - ответил за нее Гейб. - Он потянулся и сел. - Похоже, я заснул. - Он повернулся к Ронни. - А ты - отличная
подушка.
- Лучше, чем снотворное?
- Гораздо. - Он наклонился и поцеловал ее в лоб. - Пошли, я попробую что-нибудь приготовить для Дэна.
- Идите, я приду через несколько минут. Я еще не совсем проснулась.
Он с любопытством посмотрел на нее, но ничего не сказал и пошел с Дэном к дому.
Ронни подождала, пока они дойдут до двери, потом попыталась встать. Боже, у нее все тело словно окоченело, а одна нога
затекла так, что на нее невозможно было наступить. После двух попыток ей удалось встать на обе ноги, но идти она не могла.
Пришлось прыгать по дорожке, волоча одну ногу за собой.
- Ты похожа на горбуна из "Собора Парижской Богоматери". - Гейб стоял на пороге и смотрел на нее. - Это из-за меня?
- Нет. Я сама виновата. Нужно было поменять положение.
- Но ты этого не сделала, чтобы не разбудить меня.
Она схватилась за дверной косяк. В затекшей ноге начались покалывания.
- А где Дэн?
- Я попросил его принести вещи из вертолета. - Он обнял ее за талию. - Нога затекла?
- Да, но сейчас уже лучше. Не нужно мне помогать.
- Но для меня это удовольствие. Обопрись на меня.
Она слегка облокотилась на него и вошла в гостиную.
- Не надо трястись надо мной.
- Не надо было тебе лежать в гамаке восемь часов в обнимку со мной. - Он прижал ее к себе. - Облокотись на меня
сильнее. Признать свою слабость не значит потерять независимость. Как только мы доберемся до кухни, ты сядешь и будешь
смотреть, как я готовлю. Если ты, конечно, не хочешь попробовать сама.
Они вошли на кухню, и Ронни заметила, как Гейб сощурился от яркого света.
- Эти лампы просто ослепительны, - сказала она.
- Что ты предлагаешь? Ужинать при свечах? - Он посадил ее на один из стульев. - Ради бога, я уже начинаю жалеть, что
проговорился.
- Давно надо было об этом сказать.
- О чем он должен был сказать тебе? - поинтересовался Дэн. - В этом семейном гнездышке уже появились секреты?
Ронни подмигнула Гейбу.
- Он должен был сказать мне, что замечательно готовит. Тогда у меня давно был бы повод вызволить его из Саид-Абабы.
Глава 8
Дэн доел жаркое и откинулся на спинку стула.
- Еда богов. Спасибо, Гейб, очень вкусно.
- Приятно, когда тебя ценят. - Гейб взглянул на Ронни. - Могу я предложить другу кофе?
- Да, но только сам пить не будешь. - Ронни подошла к холодильнику и достала бутылку молока. - Дэн, в следующий раз
привези, пожалуйста, нам кофе без кофеина. - Она налила стакан молока и протянула его Гейбу. - У Гейба проблемы со сном.
- Какая же ты зануда, - пробурчал Гейб, нехотя потягивая молоко.
- Занудой становишься от общения с таким, упрямым чурбаном, как ты.
Дэн рассмеялся.
- Боже, вы оба ведете себя так, будто женаты уже лет десять. Если бы Пилзнер мог вас сейчас слышать, он бы тут же
отправил вас домой.
Услышав знакомое имя, Ронни невольно сжалась. И тут она с удивлением поняла, что тот неприятный разговор с
Пилзнером состоялся всего лишь несколько часов назад. Ей казалось, что прошла вечность.
- А что слышно о Пилзнере? - поинтересовался Гейб.
Дэн с удивлением взглянул на него.
- Вы что, не смотрели "Новости"? Об этом говорили в каждом выпуске.
- Мы не включали телевизор. И что там было?
- Для вас ничего хорошего. - Дэн пожал плечами. - У Пилзнера репутация честного и правильного чиновника. Ему
доверяют. Он не совсем соответствует твоему образу бюрократа.
- Он патриот, а не бюрократ, - тихо заметила Ронни.
Не обращая на нее внимания, Гейб снова обратился к Дэну:
- А что слышно от Кораса?
- Он делает все возможное. Средства массовой информации на вашей стороне, общественное мнение, похоже, тоже. Надо
продолжать давить на них и сделать все возможное, чтобы подорвать позиции Пилзнера.
- Не надо, - сказала Ронни. - Оставьте его в покое.
- Но мы не можем оставить его в покое, - раздраженно ответил Гейб. - Он ведь ключевое звено.
- Мы не будем его использовать, - продолжала настаивать Ронни. - Никаких историй, никакого грязного белья. Не нужно
портить ему жизнь.
- Это он хочет испортить тебе жизнь, - возмутился Дэн. - Он пытается защитить себя и потому кричит о твоем прошлом на
каждом углу.
- Я это заслужила, а он нет.
Дэн посмотрел на Гейба:
- Ты - босс. Решай, что мне делать?
- Не надо, Гейб, - повторила Ронни.
Гейб открыл рот, чтобы возразить, но передумал.
- Пока подождем. - Он повернулся к Дэну: - Я свяжусь с тобой позже. Продолжай публиковать положительную
информацию. Побольше о свадьбе. И не забывай про Кораса. Он для нас сейчас главное.
Дэн кивнул и встал из-за стола.
- Я буду держать тебя в курсе. А теперь мне пора возвращаться в Марасеф.
- Ты можешь переночевать здесь, - предложила Ронни.
- И помешать вашей идиллии? Нет уж! - Он покачал головой. Потом обратился к Ронни: - Слушай, Пилзнер начал
довольно активную кампанию против тебя.
- Ты мне это уже говорил, - с улыбкой ответила Ронни.
- Я просто хочу, чтобы ты не наделала ошибок. Здесь ты в полной безопасности, но, как только ты покинешь Седихан, у
тебя могут возникнуть серьезные проблемы.
Из его слов следовало, что Седихан превратился для нее в тюрьму. И для Гейба тоже, если он останется с ней.
- Она никуда не торопится, - сказал Гейб. - Где еще ее будут так вкусно кормить?
Дэн рассмеялся, его лицо просветлело.
- Я и забыл, что ты на что-то годишься. Кстати, у Джона были какие-то деловые вопросы к тебе. Ничего, если он позвонит
сюда?
Гейб покачал головой:
- Я сам позвоню ему.
- Как скажешь.
Как только за Дэном закрылась дверь, Гейб накинулся на Ронни:
- Прекрати вставлять мне палки в колеса. Ты что, не хочешь, чтобы мы чего-нибудь добились?
- Ты даже не представляешь себе, как я этого хочу, - спокойно ответила Ронни.
- Тогда давай расправимся с Пилзнером, пока он не сделает этого с тобой.
- Но ты не стал бы трогать его, если бы не я. Он ведь один из немногих порядочных людей в Вашингтоне.
Гейб помрачнел.
- Опять твои идеалистические представления?
- Да, но что я могу с этим поделать? У меня ведь не было особого образования, пока я жила с Эваном. Мы постоянно
путешествовали, нигде подолгу не останавливались. Я черпала свои знания из газет и книг, которые случайно попадали в
руки. Моей самой любимой книгой был потрепанный том Американской истории для детей. В ней было полно всяких
рассказов о пилигримах и индейцах, о первом Дне благодарения и о Бетси Росс, которая сшила флаг. Я знаю, что половина
этих историй - выдумка, что они слишком слезливые и приторные, но я верила им. И, похоже, я до сих пор верю им.
Гейб улыбнулся:
- Похоже, что да. И дай бог, чтобы это тебе хоть чуть-чуть помогло.
- Может быть, бог мне действительно поможет. Если только мы не будем нападать на порядочного человека. Так что не
надо трогать Пилзнера.
- По-моему, ты делаешь ошибку.
- Но ты можешь исполнить мою просьбу?
- Ничего не обещаю. Я попробую найти другой способ, но не дам тебе жертвовать собой ради репутации Пилзнера.
Это единственное, чего она добилась от него. Но и этого было вполне достаточно. Гейбу не было смысла нападать на
Пилзнера, если Ронни не собиралась этим воспользоваться.
Она встала и начала собирать тарелки.
- Может быть, поищешь колоду карт, пока я помою посуду? По-моему, мы уже не сможем уснуть сегодня.
Неделю спустя Гейб застал Ронни на кухне за странным занятием. Она стояла под потолком на качающейся лестнице.
- Могу я узнать, что ты делаешь? - поинтересовался он.
- Я обертываю лампочки розовой бумагой. - Она с улыбкой посмотрела на него. - Правда, романтично?
- Ты хочешь, чтобы я возбуждался прямо на кухне?
- Однажды я смотрела передачу, которую вела врач-сексолог. Она сказала, что заниматься любовью хорошо в какихнибудь
оригинальных местах, например, на кухне. - Она начала спускаться вниз. - Вот я и решила подготовиться.
- Тогда почему ты отказалась заниматься любовью в гамаке? Что может быть оригинальнее?
- Давай попробуем еще раз, сегодня ночью, под луной. В полночь я начинаю выть.
- Правда? Это интересно. - Он с подозрением смотрел на розовую бумагу. - А ты не боишься, что она загорится, если
лампы слишком сильно нагреются?
- Мы будем следить. К тому же это ненадолго. Я позвоню Дэну и попрошу, чтобы в следующий раз он привез розовые
лампочки.
- А почему не красные лампочки?
- Я подумала, что красный свет будет смотреться немного сюрреалистично. А розовый - то, что надо.
- Это ты сама - что надо. - Он наклонился и поцеловал ее в губы. - Мне нравится, когда ты такая серьезная и
рассудительная. А что ты планируешь устроить в спальне?
- Ничего особенного. Кстати, о спальне. Я хочу, чтобы мы начали предохраняться.
- Что-то ты поздно спохватилась, - заметил Гейб, - учитывая, что мы всю неделю занимались любовью, как сумасшедшие.
- Лучше поздно, чем никогда. Я почему-то забыла об этом. Но ведь я не одна. Это и тебя касается.
- Я думал, что ты принимаешь таблетки. - Улыбка осветила его лицо. - Так, значит, может быть ребенок?
- Нет, - остановила его Ронни. - Даже не думай об этом!
Сама она, правда, только об этом и думала. Плохо представляя себя в роли матери, Ронни безумно хотела иметь ребенка
от Гейба.
- Не могу не думать. Мне хочется.
- Забудь. Если я забеременею, то...
Гейб застыл.
- Ты что, сделаешь аборт?
- Нет, разумеется, нет.
- Слава богу. Я испугался, что мне придется запереть тебя и никуда не выпускать, пока ты не согласишься оставить
ребенка.
- Хватит говорить об этом. Просто теперь мы будем предохраняться, хорошо?
- Я согласен. Я буду предохранять тебя. Эта роль меня вполне устраивает.
С каждым днем, с каждым часом они становились все ближе друг другу. А для Гейба было естественным заботиться и
охранять любого человека, которого он любил. Она была безумно счастлива, но Гейб, похоже, попал в ловушку,
приготовленную ею самой.
- Хватит хмуриться. - Он разгладил ей морщинку между бровями. - Я почти вижу, как твои мозги шевелятся под этими
золотистыми кудрями. Если ты не хочешь ребенка сейчас, я не против. Но знай, что я буду рад ребенку, когда бы он ни
появился.
- Спасибо, - ответила она немного хриплым голосом.
- Пожалуйста. - Гейб отвесил шутливый поклон. - Всегда готов тебе помочь.
- Знаю. - Она сжала его руку.
Дэн прилетел в Танадах на следующий день. Ронни выбежала к вертолету, чтобы встретить его.
- Ты что-то рано. Мы думали, что прилетишь к ужину. Ты привез лампочки?
Дэн был явно чем-то расстроен.
- Где Гейб? - спросил он.
- В кабинете. Он читает бумаги, которые ты ему привез в прошлый раз. - Она внимательно посмотрела на него. - Что
случилось? Что-то, связанное с Пилзнером?
Он ласково взял ее под руку и повел к дому.
- Я думаю, нам стоит подождать Гейба.
- Я здесь. - Гейб вышел на крыльцо. - В чем дело?
- Отец Ронни. Его ранили.
Быстро спустившись со ступенек, Гейб подошел к Ронни.
- Красный Декабрь?
Дэн покачал головой:
- Нет. Это случилось в Тамровии. Он продавал оружие какой-то группировке. Власти его поймали во время одного из
рейдов.
- В каком он состоянии?
- В тяжелом. - Дэн повернулся к Ронни: - Он вряд ли выживет. Я не могу даже выразить, насколько мне больно сообщать
тебе такие новости.
- Ты уверен? - с трудом проговорила Ронни.
Она не могла поверить в то, что с Эваном может что-то случиться, что он может умереть. Слишком легко ему все давалось
в жизни. Люди вокруг него могли страдать и гибнуть, но не он.
- У нас надежные источники, - сказал он. - Местные власти быстро опознали его. На этот раз он путешествовал с
ирландским паспортом под именем Роберта Реадона.
- Где он сейчас?
- Его отвезли в местный госпиталь, в Белсен.
- Ты сможешь отвезти меня туда?
Дэн взглянул на Гейба:
- Кому еще известна эта информация? - спросил Гейб.
- Пока только нам, но это может раскрыться в любой момент.
Гейб повернулся к Ронни:
- Могу я привести несколько сильных аргументов?
- Думаю, нет.
- Я все равно должен сделать это. - Он обнял ее. - Это очень опасный шаг, Ронни. Как только ты пересечешь границу
Седихана, ты станешь беззащитной перед Пилзнером.
- Неужели ты думаешь, что я не догадываюсь об этом.
- Ты ничем не обязана своему отцу. Он использовал тебя.
- Я тоже использовала его. Я использовала его контакты, когда ездила с ним во все горячие точки ради своих репортажей.
- Из-за него ты вела жизнь бродячей цыганки.
- Он делал для меня все, что было в его силах.
- Чтобы превратить тебя в преступницу. Ты ничем не обязана ему.
Ронни с грустью подумала, что Гейб прав. Эван, который никогда не верил ни в чувства, ни в обязательства, наверняка
тоже согласился бы с ним. Но она была другой, а ее чувство к Гейбу еще больше изменило ее отношение к отцу. Хотелось
узнать его поближе. И сейчас у нее, возможно, последний шанс.
- Я обязана ему за то, что случилось в Саид-Абабе, - тихо сказала она. - Он помог мне спасти тебя. Мне нужно видеть его,
Гейб. Я не могу допустить, чтобы он умер в одиночестве. - Она высвободилась из его объятий и повернулась к Дэну. - Ты
отвезешь меня или мне придется самой добираться?
- Мы отвезем тебя, - сказал Гейб. - Собирайся, а я пока обсужу с Дэном детали.
- Какие детали?
- У тебя же нет паспорта. Нам придется ехать в Тамровию нелегально.
Она устало покачала головой.
- Это мои проблемы. Мне не стоит вас втягивать.
- Тебе все равно не удастся отделаться от меня. - Гейб легонько подтолкнул ее к двери. - Поторопись. Чем скорее мы
выедем, тем раньше приедем на место.
Когда вертолет приземлился в нескольких милях от Белсена, их уже ждала машина с шофером, чтобы отвезти в больницу.
- Из-за меня ты тоже нарушаешь закон, - сказала Ронни, когда они сели в машину и направились в сторону города.
- Я не думаю, что меня депортируют за то, что я помогал своей жене увидеть умирающего отца. - Гейб сжал ее руку. -
Расслабься.
- Мне очень нужно попасть к нему.
- Я знаю, тебе наше путешествие кажется бесконечным, но мы уже почти на месте. Через пятнадцать минут будем в
больнице.
- Они меня пустят к нему?
- Я сказал Дэну, чтобы он предупредил заранее.
- Спасибо тебе. Извини, что причиняю столько хлопот. - Она помолчала. - Дело не в том, обязана я ему или нет. Он ведь
совсем один, Гейб. Он всегда был отшельником. Никого не подпускал к себе. Я прожила с ним восемнадцать лет, но и меня
он никогда не подпускал к себе. Он очень одинок.
- Из-за него и ты была очень одинока.
- Не думаю, что он виноват в этом. Некоторые люди просто не умеют жить иначе. Мне очень хотелось, чтобы он любил
меня, но он просто не умел этого делать. Как я, например, не умею готовить.
Гейб еще крепче сжал ее руку.
- Я все еще не могу поверить. Он думал, что с ним никогда ничего не случится. Он говорил, что у него девять жизней, -
добавила Ронни.
Они остановились у подъезда больницы. Выходя из машины, Гейб обернулся к Дэну.
- Поезжай к Гарри Спеллингу и устрой все, как я тебе говорил. Потом возвращайся назад в больницу.
Он помог Ронни выйти из машины и, взяв ее под руку, повел по коридору к лифту.
- Он в двенадцатой палате на седьмом этаже. Но сначала нам надо будет получить пропуск у дежурной сестры.
Через минуту они были на седьмом этаже. Полная темноволосая сестра посмотрела в список посетителей.
- Ваше имя есть в списке, но мне нужно ваше удостоверение личности.
- Как он? - спросила ее Ронни.
- Он без сознания. - Она протянула им документы. - Вам надо поговорить с доктором. Он будет здесь через час. Пойдемте,
я провожу вас. - Она встала и быстро пошла по коридору.
У двери их остановил охранник в форме, но сестра кивнула ему, и, посторонившись, он дал им войти. Палата была такой,
какими бывают все больничные палаты, - стерильной, строгой и абсолютно безликой. И запах в ней был обычный -
больничный. И только человек, лежащий на кровати, не был похож на обычного пациента. Эван явно не вписывался в эту
обстановку. Он не должен быть в больнице. У него ведь девять жизней.
- Эван? - прошептала Ронни. Взглянув на него, она поняла, что это правда - он умирает. Гейб тоже это видел. Он крепко
сжал ее за руку.
- Ты в порядке?
Ронни кивнула. Гейб взял единственное кресло в комнате и поставил его рядом с кроватью.
- Садись. Я принесу себе еще одно из дежурной комнаты.
- Нет, ты иди. Со мной все будет в порядке. - Она села, не сводя глаз с бледного лица Эвана. - Оставь меня, пожалуйста,
одну.
- Ты уверена?
- Он тебя никогда не знал. Ты для него - чужой человек. Он и так всю жизнь был окружен чужими людьми. - Она
замолчала, пытаясь справиться с дрожью в голосе. - Подожди меня в коридоре.
Гейб вышел.
Ронни всю ночь просидела у кровати отца, едва понимая, что происходит вокруг. Гейб приносил ей то подушку, то кофе, а
иногда просто стоял рядом, положив Руку ей на плечо.
В четыре часа утра он снова зашел в палату.
- Нас разоблачили. Коридор полон журналистов. - Он помолчал. - И Пилзнер здесь. Я не позволю им войти сюда, но ты
должна знать об этом. - Он посмотрел на безжизненное тело Эвана. - Он не подавал никаких признаков жизни?
Ронни покачала головой.
- Я говорил с доктором. Он сказал, что Эван может вообще не прийти в себя.
- Это неважно. Никто не знает, что чувствует человек, находящийся в коме. Может быть, он чувствует, что я здесь, с ним.
Гейб тихо вышел из комнаты.
Эван пришел в себя на рассвете. Его веки дрогнули, он медленно раскрыл глаза и посмотрел на Ронни.
- Как всегда, телячьи нежности?
- Ты всегда говорил, что это мой недостаток.
Он улыбнулся своей сардонической улыбкой, которую она так хорошо знала.
- Прибежала к умирающему. Я бы к тебе не помчался.
Она судорожно вздохнула.
- Я думаю по-другому.
Он внимательно смотрел на нее, и какое-то странное выражение появилось на его лице.
- Может быть...
Он снова потерял сознание и через несколько минут скончался.
Ронни не шевелясь сидела в кресле и смотрела на него.
- Ты бы пришел, Эван! - прошептала она. - Я знаю, что ты бы пришел.
Слезы, которые она так долго сдерживала, вдруг хлынули из глаз. Она встала и быстро пошла к двери.
Гейб.
Ей нужен был Гейб.
Гейб кинулся к ней навстречу, прижал к себе залитое слезами лицо.
- Он умер? - тихо спросил он.
- Несколько минут назад. Я никак не могу перестать плакать. Эван так ненавидел слезы. - Она подняла глаза и тут только
увидела, что коридор полон журналистов с камерами. Невдалеке мелькнул Пилзнер, а рядом с ним - охранник в форме.
- Господин Пилзнер, извините, что заставила вас ждать.
- Я безумно сожалею, что мне приходится беспокоить вас в такую тяжелую для вас минуту.
Он говорил искренне. Он действительно сочувствовал ей, но это не могло помешать ему сделать то, что, по его мнению,
было правильным.
Гейб протянул ей платок.
- Иди в туалет и умойся холодной водой. Тебе станет легче. Я пойду к дежурной сестре и договорюсь насчет похорон.
- Кремации, - поправила его Ронни. - Он ненавидел похороны.
- Я все сделаю и буду ждать тебя здесь. - Он повернулся к Пилзнеру: - Надеюсь, вы ничего не имеете против?
Пилзнер подозвал охранника:
- Подожди ее снаружи. И не подпускай к ней журналистов.
"Очень благородно с его стороны, - тупо подумала Ронни, войдя в туалет. - Наверное, он очень милый человек, когда дело
не касается его работы. Такой спокойный и любящий муж, который каждые выходные проводит с женой и детьми".
В туалете, слава богу, никого не было. Она прошла вдоль кабинок с полуоткрытыми дверьми и, остановившись у
раковины, посмотрела на свое отражение в зеркале. Выглядела она ужасно: всклокоченные волосы, красные распухшие
глаза. Ронни пустила холодную воду и уже собиралась умыться, как вдруг кто-то позвал ее.
- Ронни.
Она вздрогнула и резко повернулась. Из кабинки вышел мужчина.
-Дэн!
- Пошли скорее. У нас мало времени. - Он махнул рукой в сторону дубовой двери слева от раковин. - Эта дверь соединяет
женский туалет с мужским. Я сломал замок.
- Ты хочешь, чтобы я пошла в мужской туалет?
- Выход из него в другом конце коридора. - Он втолкнул ее внутрь и закрыл за собой дверь.
- Я понимаю, что ты в шоке, поэтому просто слушайся меня. Ладно?
Дэн осторожно выглянул в коридор.
- Пошли! - Они побежали к запасному выходу и по лестнице спустились на шестой этаж. - Отсюда поедем на лифте. Так
будет быстрее. Внизу ждет машина, которая отвезет нас к вертолету.
- Это ты все придумал?
- Гейб, конечно. Он не мог допустить, чтобы Пилзнер схватил тебя. А мне пришлось провести два жутких часа в той
кабине, пока ты не появилась.
Двери лифта открылись, и он быстро потащил Ронни к машине.
- Гейб рассчитал, что пройдет как минимум минут пятнадцать, пока они пошлют кого-нибудь проверить, что с тобой. - Он
взглянул на часы. - У нас еще десять минут, чтобы успеть выехать из города. Гейб будет удерживать Пилзнера как можно
дольше, а потом незаметно исчезнет. - Он посмотрел на ее бледное лицо. - Ты понимаешь, что я говорю?
Ронни кивнула.
- А как Гейб доберется до вертолета?
- В двух кварталах от больницы его ждет другая машина. - Он ласково улыбнулся Ронни. - Не волнуйся, мы все
предусмотрели. Ты не заметишь, как окажешься в Танадахе.
Гейб подъехал к вертолету вслед за ними через тридцать минут. Ронни облегченно вздохнула.
- Как все прошло? - спросил Дэн, как тол
...Закладка в соц.сетях
