Жанр: Любовные романы
После полуночи
...инктивно — из чувства страха,
охватившего ее, — внутренне сражается с ним, не желая выслушать до
конца. Ей не нравилось, что страх парализовал ее волю. И он же не дает ей
нормально осмыслить услышанное. А для того чтобы принять решение, необходимо
все обдумать как следует. Ради Джошуа. Ради того обещания, которое она дала
ему.
И Кейт, подчинилась:
— Хорошо. Чашку кофе я могу выпить с вами.
— Одна чашка кофе? — едко переспросила она, глядя на полную
тарелку еды, стоявшую перед Ноем. — Вы заказали чуть ли не половину
того, что перечислялось в меню.
— Я проголодался, — просто ответил Ной. — Потому что метался
весь вечер из одного угла своей комнаты в другой. Боялся разминуться с
вами. — Подцепив большой кусок яблочного пирога вилкой, он усмехнулся,
глядя на нее. — И потом, я не совсем обманщик. Себе-то вы заказали
именно чашку кофе, не так ли? — И Ной махнул официантке, подзывая ее к
столику. — А сейчас самое время заказать вторую.
— Вы всегда отличаетесь таким хорошим аппетитом?
Ной кивнул:
— Не стану врать. Люблю поесть.
— Уверена, что это никак не сказывается на вашей фигуре. Судя по всему,
вы относитесь к числу тех, кто и на грамм не поправляется при этом, —
взглянув на него, сухо заметила Кейт.
— А что, вас волнует ваш вес? — улыбнувшись, спросил Ной. —
Не похоже на то.
— Я вынуждена бегать каждый день, как борзая. Стоит мне хоть на секунду
отпустить вожжи, как я сразу же начну толстеть, как на дрожжах.
— Как интересно, — Ной повернулся к официантке, которая
остановилась перед их столиком. — Дороти, еще чашку кофе, пожалуйста,
и... — Он улыбнулся. — И еще одну порцию яблочного пирога.
Кейт поймала себя на том, что улыбается все то время, пока они ужинают.
Наверное, все женщины расцветали в присутствии Ноя. От него исходил почти
животный магнетизм. Неотразимое мужское обаяние. Те несколько слов, которые
он обронил, обращаясь к официантке, были сказаны таким тоном, словно она
была необыкновенно значимой для него женщиной. Единственной и неповторимой.
Заметив промелькнувшее на ее лице выражение, Ной вскинул брови:
— Что случилось?
— Ничего, — поморщилась Кейт, — просто думаю, даст нам Дороти
поговорить или по-прежнему постоянно будет крутиться рядом.
— Симпатичная женщина, — рассеянным тоном заметил Ной, глядя на
официантку, которая ставила кофе на поднос.
— Вы не собираетесь ответить на мой вопрос? — сказала Кейт.
— Допивайте свой кофе, — проговорил Ной, отправляя в рот последний
кусок пирога из своей прежней порции. — После этого и перейдем к делу.
— Нет уж. Сейчас.
Понимающе оглядев ее, Ной кивнул:
— Хорошо. Как я заметил, кофе вы больше не хотите. И вас уже перестало
трясти.
Кейт даже и не предполагала, что он видел, как дрожали ее руки.
— Немного замерзла.
— Не правда. Вы испугались. Поняли, что я говорю правду, что в моих
словах есть зерно, — и испугались. — Он отодвинул тарелку в
сторону и задумчиво заглянул в свою полупустую чашку. — Два года назад
я бросил курить. Но до сих пор после того, как поем, всякий раз хочется
сделать затяжку.
Кейт удивленно посмотрела на него:
— Вы — специалист по раку, и курили, несмотря на это?
— Глупо, да? Всякий раз давал зарок бросить с завтрашнего дня. —
Он чуть скривил губы. — Но завтра все начиналось по-прежнему. Два года
назад мой коллега случайно обнаружил у меня рак легких.
Глаза ее широко распахнулись:
— Я ничего не знала об этом.
— Зачем же мне было извещать всех о диагнозе? — Ной сделал еще
глоток. — Да не смотрите вы с таким сочувствием. Сейчас я уже
совершенно здоров. И мои легкие в полном порядке.
— Как я рада за вас, — искренне вздохнула она.
— И я тоже. Чаще всего за свою глупость людям приходится расплачиваться
намного дороже, — и снова улыбнулся. — Зато благодаря этому я
особенно научился ценить жизнь и ее маленькие радости. Хотя не думаю, что
эти качества мне следует приписывать исключительно болезни.
— Думаю, что нет, — машинально кивнула она, продолжая смотреть на
него во все глаза. Представить жизнерадостного Ноя Смита больным или
умирающим — на это у нее не хватало воображения.
Сидящий напротив нее собеседник выглядел таким беззаботным, таким
человечным. В нем и следа не осталось от агрессивности, что она заметила во
время той конференции. Кейт неожиданно для себя придвинула к нему тарелку с
пирогом и грубовато сказала:
— Доешьте. А то Дороти расстроится, что вам не понравилось.
— Ну вот. Мне уже удалось вызвать у вас материнское чувство. К
сожалению, этим я тоже обязан своей ужасной болезни. Судя по всему, вы очень
заботливая и любящая мать...
— Очень. Именно поэтому я и оказалась здесь.
— Ради благополучия Джошуа. — Покончив с пирогом, Ной откинулся на
спинку стула. — Почему-то всегда умирают чудесные ребята.
— Вы что, угрожаете мне? — вскинулась Кейт. Ной покачал головой:
— И в мыслях этого не было. Мне слишком дорога моя жизнь.
— Тогда какого черта вы...
— Еще раз пытаюсь обратить ваше внимание на то, что в Сиэтле погибло
девяносто семь человек. И еще двое здесь, в Дандридже.
— Но вы так и не сказали почему? Причина?
— RU-2, — снова проговорил Ной и поднял руку, когда она открыла
рот. — Я все прекрасно понимаю и как раз подхожу к самому главному.
Только хочу подготовить вас.
— Меня незачем подготавливать. Говорите. Что это за загадочный RU-2 и
какое он имеет отношение к Джошуа?
— Он может спасти его жизнь, — просто ответил Ной. — RU-2 —
уникальное средство, восстанавливающее иммунную систему. Я открыл лекарство,
которое подстегивает иммунную систему так, что она оказывается способной
отразить любую болезнь. Любую инфекцию.
Кейт недоверчиво посмотрела на него:
— Это невозможно, — прошептала она. — Для того чтобы
подобрать ключ к такого рода средству, потребуется по крайней мере еще лет
двадцать.
Ной пожал плечами:
— Значит, я успел обогнать всех. Шесть лет назад я работал в генной
лаборатории и вдруг обратил внимание на одну вещь, которая вызвала мой
интерес. Оставалось только наклониться и поднять то, что лежало у всех на
виду.
Может быть, имеет смысл идти не напрямик, а в обход
, — заметила как-
то Филис.
Кейт снова упрямо покачала головой:
— Это немыслимо.
— И тем не менее, — пожал плечами Ной. — Сначала я тоже не
мог поверить своим глазам. Четыре года ушли на проверку и перепроверку
результатов. Пока я не убедился, что попал в самую точку. — Он не
отводил взгляда от испытующе смотревшей прямо на него Кейт. — RU-2
работает именно таким образом. Ошибки нет.
— Это означает... — Перед ее внутренним взором распахнулись те
беспредельные возможности, которые давало новое средство... — что и болезнь
Альцгеймера, и СПИД, и рак... Вы абсолютно уверены в его универсальности?
Иммунная система способна оказывать сопротивление любой болезни?
— Если иммунная система не подорвана окончательно и если болезнь не
находится в самой последней стадии, RU-2 способен справиться с любым
заболеванием. В этом у меня нет ни малейших сомнений.
— Но это похоже на чудо.
Он слегка склонил голову:
— Святой Ной к вашим услугам.
— Не паясничайте. Вы в самом деле... волшебник.
— На самом деле я изобрел чрезвычайно опасную вещь. Сначала, конечно, я
был на седьмом небе от счастья. А потом наступило отрезвление. Но это уже
после того, как прошла эйфория. Только какое-то время спустя я понял, какой
дьявольский порошок у меня в руках. Подумайте сами, представьте, как все это
будет...
— Тут и думать нечего. Тысячи жизней будет спасено.
— К такому же выводу пришел и Огден. Миллионы долларов, которые он
получает на продаже лекарств, перестанут поступать к нему в карман. А
страховые компании? Финансовые столпы нашего общества? Одни из столпов,
скажем так, нашей финансовой стабильности. Как они воспримут сообщение о
том, что с болезнями покончено? А церковь? Сейчас ее служители могут прийти
к больному и сказать, что это наказание Божье и что он должен припасть к их
стопам, умоляя о прощении и посредничестве. Пошатнутся и утратят свое
могущество не только одни эти властные структуры... Продолжить список?
— Нет, хватит и этого. Я все поняла.
— Не торопитесь. Теперь попробуйте переварить сказанное.
— И Огден пошел на массовое убийство, чтобы предотвратить появление RU-
2 на рынке?
— Да.
— Вы уверены?
— За минуту до взрыва он позвонил мне и сообщил о том, что собирается
устроить фейерверк.
— Тогда он законченный мерзавец.
— Более чем.
Кейт немного помолчала, собираясь с мыслями:
— Но если ваше средство готово, зачем я была вам нужна?
— Не в прошедшем, а в настоящем времени. Вы и сейчас мне нужны.
— Зачем?
— Вы нашли ключ, который вскрывает оболочку гена. Мне кажется, что вы
уже подошли к завершению своей работы.
Кейт насторожилась:
— Откуда у вас эта уверенность?
— После вашей публикации в одном из медицинских журналов.
— Но это были чисто умозрительные рассуждения.
— Ерунда. По тону статьи чувствовалось, что вам удалось найти способ
отключить ген, который отвечает за систему доставки. Вы искали способ, каким
образом пробиться сквозь защитную оболочку, чтобы лекарство поступало строго
по назначению, не вызывая нежелательных реакции. В своей статье вы назвали
это средство Троянским конем, потому что оно проникает, не узнанным, сквозь
защитную оболочку гена и доставляет нужное средство до того, как перед ним
захлопываются ворота. Вы закончили работу?
Кейт хранила молчание.
— Да говорите же, черт побери. Неужели вы считаете, что я собираюсь
воспользоваться вашим открытием?
— Оно еще не запатентовано. — Кейт по привычке замолчала. Почти
инстинктивно. Откровенность Ноя требовала такой же предельной откровенности
и честности. — Но я стою на самом пороге.
— Сколько недель уйдет на завершение?
— Месяц или полтора. У меня есть возможность вести разработку только в
свободное от работы время.
— Значит, меньше месяца, если полностью посвятить себя работе.
— Не могу. Приходится отрабатывать свое жалованье.
Он подался вперед, напряженно глядя ей в глаза:
— Какой процент показали последние проверки?
— Восемьдесят семь процентов.
Ной хлопнул ладонью по столу:
— Фантастика!
Кейт почувствовала, как вспыхнула от гордости и как щеки ее зарумянились от
искреннего восхищения, которое прозвучало в его голосе.
— Но надо добиться девяноставосьмипроцентного попадания.
— Что?! — удивленно воскликнула Кейт.
— Надо, чтобы стрела попадала в самое яблочко. RU-2 действует как
ядерный взрыв.
— Я не собираюсь работать на вашу карьеру.
Он усмехнулся:
— И мне этого тоже не нужно. Но не кажется ли вам, что наступило время,
когда вам уже стало трудно работать в одиночку?
— Минуточку, — попросила Кейт. Темп, который задавал Ной, был
слишком стремительным для нее. — Каким образом вам удавалось получить
результаты воздействия вашего лекарства на организм, если у вас не было
вещества, подавляющего систему защиты?
— Мне кажется, что я смог вывести нужную формулу. При проверке на
животных это действовало превосходно. Ни сучка ни задоринки. Никаких
побочных действий. — Ной пожал плечами. — Но, к сожалению,
шимпанзе все-таки не люди.
— Боже! — в ужасе прошептала ошеломленная Кейт, по-своему поняв
его слова. — Вы опробовали RU-2 на людях?
— Только на одном-единственном, — он указал на свою грудь. —
Два года назад.
И тут до Кейт дошел смысл сказанного:
— Когда вы узнали, что неизлечимо больны?
— Все равно врачи дали мне не больше шести месяцев, — почти
оправдывающимся тоном проговорил Ной. — И я решил, что терять мне
нечего. — И слегка поморщился. — Но лекарство чуть не угробило
меня окончательно. Шок оказался очень мощным.
— И что помогло вам выйти из него?
— RU-2. Лекарство продолжало оказывать свое действие, несмотря ни на
что. Я выжил. Результат действия препарата налицо. — Он отпил еще
кофе. — Но, должен сказать, встряска оказалась не из легких. Это как
действие бомбы. В тот момент, когда он будет выставлен для всеобщего
пользования, на него обрушится огонь критики и обвинений. Поэтому действие
его должно быть намного мягче и безболезненнее. И безопаснее.
— Но моя формула и способ действия могут оказаться несовместимы с
действием RU-2?
Ной улыбнулся:
— Посмотрим. Это надо проверить, так ведь? Но времени на это уйдет
совсем немного. Меньше месяца вам, чтобы завершить работу. И еще один месяц
для меня, чтобы найти наиболее приемлемое сочетание с RU-2.
— Месяц? Да на такие вещи люди тратят годы.
— У нас нет возможности тратить на это годы, — улыбка сошла с его
лица. — Не исключено, что у нас и месяца-то нет. Огден непременно
пронюхает, что я остался жив. И снова пустит гончих по следу. Один из таких
охотников уже сел вам на хвост, более того, он уже осуществил первую попытку
убрать вас, которая сорвалась только из-за случайности. Значит, последует
еще одна, а потом еще одна. Пока он не добьется своего.
— Если только покушение было подстроено и в самом деле на меня. То, что
RU-2 может вызвать желание покончить с вами, — еще не значит, что это
имеет отношение и ко мне. Мы почти никак не связаны друг с другом. И я не
вижу доказательств того, что...
— Когда вы дождетесь подтверждения, вы будете уже мертвы.
Жесткость интонации подействовала на нее ошеломляюще:
— Что же мне в таком случае предпринять? Позвонить в полицию и сказать
им, что меня преследует убийца, нанятый...
— Вряд ли полицейские поверят в эту версию. И, к тому же, когда в дело
оказываются вовлечены столь могущественные компании, то и полиция может
оказаться бессильной, — прямо ответил Ной.
— Как это полиция может оказаться бессильной? — недоверчиво
переспросила Кейт. — Они всегда исполняют свои обязанности.
— До вас, конечно, дошли слухи о том, что компания
Джи и Си
терпит
финансовые трудности?
Она кивнула.
— Ничего подобного не было на самом деле. Наши дела шли наилучшим
образом. Но когда кто-то не жалеет денег для того, чтобы подпортить чью-то
репутацию и вызвать недоверие у тех, кто сотрудничает с этой
компанией, — им удается добиться желаемого.
— Но зачем им тратиться на это?
— Для того чтобы представить все дело так, будто я нуждался. После чего
они могли бы подстроить какую-нибудь мошенническую операцию, из которой мне
бы долго не удавалось выпутаться. И еще дольше мне бы пришлось отмывать свое
имя от грязи. И тоже без особенного успеха, поскольку они снова запустили бы
новую утку. Не будь взрыва, они могли подослать ко мне убийцу. Одним словом,
чтобы спасти себя, Огден пойдет на все. Если мой препарат появится на рынке,
Огден разорится. Нет, — покачал головой Ной. — Полицию вовлекать в
это дело нельзя. Ставка слишком высока, чтобы мы могли рисковать. Мы должны
справиться сами.
— Семь лет я прожила с полицейским и была свидетелем многих удачно
разработанных операций. Я знаю, как надежно работает их система.
— Неужели бывший муж ни разу не рассказывал вам о случаях подкупа?
— Рассказывал, конечно. В их рядах оказывались и такие грязные типы. Но
это не означает, что теперь я уже не могу доверять им.
— Постарайтесь понять и поверить тому, что я сказал вам.
Но Кейт не хотела и не могла поверить ему. Ной был совершенно посторонний
для нее человек, вываливший сразу на ее голову такую кучу страннейших
мыслей, идей, подозрений, что при всем своем желании она не в состоянии была
смириться. Но одновременно нельзя было и не прислушаться к сказанному.
Встряхнув головой, Кейт проговорила растерянно:
— Все это настолько неожиданно. И, простите, в таком количестве. Я
просто не в состоянии оценить все, как оно есть на самом деле.
— В таком случае позвольте я проделаю эту нехитрую операцию вместо
вас, — предложил Ной и осторожно взял ее руку в свою. — Я все
продумал и знаю, что делать, Кейт, как обезопасить вас и Джошуа.
— На то время, пока вы будете использовать меня для того, чтобы довести
ваш препарат до совершенства? — сухо уточнила она.
— Ну, конечно. А вы ждали, что я начну отрицать?
— Ничего я не ждала. У меня голова идет кругом от всего. — Вырвав
руку, она сунула ее в карман жакета. — Я хочу только, чтобы вы знали: я
не собираюсь доверять ни жизнь своего сына, ни свою собственную кому бы то
ни было.
— Послушайте, Кейт. Неужели не ясно, что единственная ваша возможность
сохранить свою жизнь: это помочь мне вывести RU-2 на орбиту. После того как
он появится на рынке, наша жизнь будет в полной безопасности. Но до того
Огден сделает все мыслимое и немыслимое, чтобы стереть нас в порошок... —
Ной замолчал, увидев выражение ее лица. — Мои доводы не убедили вас,
как я вижу. Ну что ж. Ступайте и подумайте о том, что я вам сказал. Если
передумаете, найдете меня в этом же самом мотеле. Я пробуду тут еще
несколько дней.
Кейт задумчиво кивнула и встала, направляясь к выходу.
Ной нахмурился:
— Что-то мне не очень по душе ваша идея ехать домой в одиночестве.
Почему вы не хотите, чтобы я проводил вас?
— Потому что не хочу, чтобы вы ехали следом, — покачала она
головой.
— Да, вот еще что...
Кейт оглянулась:
— Как выглядел мужчина, что сидел в машине?
— А зачем это вам? — спросила Кейт удивленным тоном.
— Мы должны знать наших врагов. У меня есть люди, которые могли бы
выяснить, кто он такой.
— У него длинные темные волосы, которые он завязывает хвостом на
затылке. Высокие скулы, серые глаза. Он похож... может быть, он индеец. А
может быть, и нет. — Кейт напряженно вспоминала, что она еще упустила.
Подумав, она добавила:
— На шее были намотаны то ли четки, то ли ожерелье. Не знаю, как это
теперь называется. Из машины он не выходил. Но у меня создалось впечатление,
что он не очень высокого роста.
— Надеюсь, я не забуду ничего из вашего описания. — Ной
помолчал. — Только об одном прошу вас, Кейт. Не обращайтесь в полицию.
Это может очень плохо кончиться для нас обоих.
— Я буду делать то, что сочту нужным, — резко ответила Кейт и,
запнувшись, продолжила уже чуть-чуть другим тоном:
— Но мне бы не хотелось причинить вам вред. Если сказанное вами и в
самом деле правда, — это означает, что вы сделали нечто беспримерное
для всех нас.
— Выходит, я могу надеяться, что это не обернется против меня?
Кейт покачала головой:
— Конечно. Что бы я ни предприняла, все это будет сделано только ради
того, чтобы помочь вам выбраться из этой ямы.
— Напрасно. У вас ничего не получится, — печально сказал он,
выразительно глядя ей в глаза. — Вы все еще не понимаете, как мне
кажется, что происходит. Нравится вам его или не нравится, но мы теперь
скованы одной цепью.
Наверно, он взял не правильный тон, думал Ной, глядя вслед уходящей Кейт.
Дверца машины хлопнула. До чего же ему хотелось догнать ее, взять за плечи и
встряхнуть как следует, заставить осмыслить сказанное им. А он как последний
болван продолжает сидеть на месте. Ной прекрасно представил состояние Кейт,
она никак не могла смириться с мыслью, что удар был направлен против нее. И
чем больше он будет ее убеждать, тем сильнее она будет сопротивляться.
Незачем пугать се, если он хочет, чтобы она встала на его сторону.
Ум Кейт остер, как шпага. И окончательное решение может принять только она
сама и более никто.
Нет, шпага — не самое подходящее сравнение. Когда она заговорила о сыне, у
нее сразу изменились и выражение лица, и голос. Он сразу стал мягче,
проникновеннее. Вот чем ему и следует воспользоваться. Это и есть та кнопка,
на которую надо нажимать. Ее самая уязвимая точка.
Нажимать?
Ной откинулся на спинку стула. Да. Ну и что тут такого? Он хочет
воспользоваться тем, что поможет ему заставить Кейт выполнить задуманное.
Как чистый и острый скальпель, он удалит все лишнее и доберется до истины.
Совсем недавно она сидела напротив него. Руки ее дрожали, а глаза оставались
ясными и твердыми. Она испугалась, но не потеряла головы от страха. А когда
чувствовала себя полностью обезоруженной, бросалась вперед, в атаку.
Удивительная женщина. Ему еще не доводилось встречать таких.
Черт побери, он обязан придумать, как уберечь ее. Вынув бумажник, Ной достал
несколько банкнот и поднялся. Пора возвращаться в мотель. Оттуда он позвонит
Тони. Наверное, к нему поступили новые сведения о жертвах взрыва на фабрике.
Вчера три человека находились в критическом состоянии.
— Ларс Франклин умер, — услышал он минут пятнадцать спустя, когда
набрал номер своего друга. — Клара Брукин и Джо Бейтс пока живы.
— Дерьмо! — Ной закрыл глаза, пытаясь пережить еще одну потерю. Он
помнил Ларса Франклина с самого детства. И ему страшно хотелось, чтобы
старик выжил. Несколько лет назад он принял дочь Ларса к себе в офис, и ее
имя тоже оказалось в списке погибших.
— Мне очень жаль, Ной. Я знаю, как он много значит для тебя.
— Они все очень много значили для меня, — безжизненным тоном
проговорил Ной. — Каждый из них.
— Я постоянно слежу за тем, как идет расчистка. Как мне связаться с
тобой в случае чего?
— Жди моего звонка.
— Неужели, черт тебя побери, ты не скажешь даже мне, где тебя искать?
— Отложим этот разговор. Я не уверен, что эта линия не прослушивается.
Включи завтра цифровую систему. Сквозь нее труднее пробиться.
— Зачем? Ты же понимаешь, что ни одна душа не знает про коттедж.
— Я уже предупреждал тебя, что Огден хочет уничтожить всех, кто имел
какое-либо отношение к RU-2. Он упоминал и про тебя. Держись в тени,
подальше от посторонних взглядов. Оставайся там, где ты есть. Хорошо?
— Не вижу, почему...
— Я вешаю трубку... — Ной нажал на рычажок, а потом медленно опустил на
него трубку.
Ларс Франклин. Ему казалось, большей боли и горечи, чем та, которую он
пережил после того, как отошел от шока, уже нельзя пережить. Значит, он
ошибался и в этом. Очевидно, это был не предел. И есть ли он?
Надо лечь в постель. Уснуть как можно быстрее. И не думать ни о чем.
Но он не мог лечь спать. Ему необходимо было что-то делать, чтобы не сойти с
ума от одолевавших его мыслей.
И он набрал номер Сета в Майами.
Запыхавшийся женский голос ответил:
— Алло?
— Позовите, пожалуйста, Сета.
— А это очень срочно? — не очень довольным тоном проговорила
женщина.
— Ной? — раздался в трубке голос Сета. — Сейчас не очень
удобное время.
— Я отниму у тебя ровно одну минуту. Объявился один из людей Огдена.
Кейт Денби видела его сегодня. Скажи, что тебе известно о нем.
— Как его зовут?
— Ты слишком многого хочешь. — И Ной повторил описание, данное
Кейт.
— Что-то очень знакомое. Дай мне немного пораскинуть мозгами. Вот-вот — и я ухвачусь за хвост.
— Мне это надо прямо сейчас.
— Пожар, что ли? Ты оторвал меня...
— Ах да! — перебив его, едко проговорил Ной. &mdas
...Закладка в соц.сетях
