Жанр: Любовные романы
Дитя греха
...у и захлопнула дверь.
Черт! Проклятье!
Алексис досадливо сдвинул брови.
Как он мог так глупо себя повести? Как он допустил, чтобы она снова замкнулась, спряталась от него?
Мужчина с мрачным видом вернулся к столу и опустился на стул. Потом схватил
бутылку и плеснул в бокал щедрую порцию ликера.
Крепкий напиток с запахом лакрицы обжег его горло.
Как он мог совершить такой грубый промах, так по-дурацки сделать ей
предложение?
Ведь уже в тот момент, когда эти слова сорвались у него с языка, Алексис
понял, что допустил ужасную ошибку. Но он едва ли был способен мыслить
здраво...
А разве я когда-нибудь мыслил здраво, когда дело касалось Райанны Дэвьюс?
Нет, ни в первую ночь, когда ее красота совершенно ошеломила его, и ни
сегодня.
Весь вечер Алексису хотелось только одного: смотреть на нее...
Господи, ведь она так прекрасна!
Алексис уставился в темноту. Облака почти скрыли диск луны, и мужчина слышал
только мягкий шелест волн и звон цикад.
Я возжелал ее с самого первого момента, как только увидел.
И я снова безумно хочу ее.
Он почувствовал непривычное волнение. Его сердце пылало страстью к Райанне —
к женщине, которая ненавидит и избегает его.
Прищурившись, Алексис отставил рюмку.
Однажды он разбудил желание в Райанне Дэвьюс, заставил ее стать мягкой, как
воск, в его руках, и он добьется этого снова...
Но сделает это деликатно, очень деликатно. Он не допустит больше таких
глупых ошибок, как сегодня, и любой ценой добьется своей цели.
Слишком многое поставлено на карту.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
— Вот видите? Я же говорила, что доктор Паниотис будет доволен!
Райанна слабо улыбнулась. Она слышала шум вертолета, увозившего доктора
обратно на материк. Женщина понимала, что должна была обрадоваться
произошедшим изменениям к лучшему, как этого ожидала от нее мисс Томпсон.
Силы возвращались к Райанне, она чувствовала себя значительно крепче, да и
количество лекарств, которые она принимала, неуклонно снижалось.
Но на нее навалилась страшная депрессия. Всю ночь и утро Райанна ощущала
мрачную давящую тяжесть, которую не могла облегчить даже радостная болтовня
Ники. И женщина знала причину своей депрессии.
Алексис Петракис.
Он все еще думает о ней самое худшее, все еще хочет доказать, что она —
плохая, недостойная мать.
Райанна попыталась вызвать в себе злость — ту самую, что питала ее
сопротивление все это время, но у нее не получилось.
Вместо этого ей просто захотелось плакать.
— Вот, выпейте чайку, а потом будем одеваться.
Сегодня утром Райанну раздражала чрезмерная разговорчивость сиделки, однако
она хмуро кивнула. Кэрен увела Ники, а Алексис, очевидно, был в своем
кабинете. Она его еще не видела.
Вяло поблагодарив, Райанна взяла чашку зеленого чая, которую ей протянула
мисс Томпсон, сделала глоток и услышала за дверью шаги и приглушенные
голоса. Сначала раздалось какое-то царапанье и хихиканье, а потом очень
громкий стук.
Сиделка подошла к двери и распахнула ее.
В комнату вошел огромный букет цветов.
— Боже милостивый! — воскликнула мисс Томпсон. — Ходячие цветы! Что же будет дальше!
Из-за букета послышался ликующий детский смех.
— Это я! Это я! — закричал Ники и опустил цветы, чтобы показать
свое лицо. — Мамочка, мамочка! Это тебе! Папа сказал!
Ники подбежал к кровати и положил перевязанный пышной лентой букет на колени
Райанне.
Она перевела взгляд с цветов на сияющую мордашку сына, а потом — на высокую
фигуру, возникшую в дверях.
— Они тебе нравятся, мамочка? Правда? Их привез вертолет! Прямо из
города! Папа так сказал!
— Очень красивые, — ответила охваченная смущением Райанна. —
Спасибо!
Она наклонилась, чтобы поцеловать сынишку.
— Это от меня и от папы, — доложил Ники.
— Открытка от меня... — тихо сказал Алексис.
Райанна достала открытку, торчавшую из шикарного букета, и прочитала:
Пожалуйста, прости меня
.
Она подняла глаза на Алексиса и встретила его полный раскаяния взгляд.
Женщина поразилась до глубины души, потому что такого она и не надеялась
увидеть...
Никогда.
Дверь в спальню снова отворилась, и вошел Ставрос, с трудом удерживавший в
руках многочисленные пакеты и коробки. Мисс Томпсон бросилась к нему, чтобы
помочь.
— Мамочка! Мамочка! Это еще подарки! Очень много! Можно, я помогу тебе
их открыть? Пожалуйста! Ну, пожалуйста!
Ники подпрыгивал от возбуждения.
Райанна, по-прежнему пребывавшая в полном смятении, кивнула. Ники немедленно
схватил самую верхнюю коробку и сдернул с нее крышку.
— У, одежда, — протянул он с отвращением.
— Твоей маме должно понравиться, — произнес Алексис. — По
крайней мере, я надеюсь.
Он выразительно взглянул на женщину, а та молча пристально посмотрела на
него.
Ники азартно распаковывал все новые и новые коробки, пакеты и свертки. Вещи
явно были куплены в очень дорогих магазинах.
— Я поставлю цветы в воду, — объявила сиделка и, взяв у Райанны
огромный букет, вышла в коридор, потянув за собой Ставроса.
Райанна осталась наедине с Ники, с его отцом...
И с множеством шикарной пляжной одежды всех цветов радуги, созданной для
женщин из высшего общества, к которому принадлежал Алексис. Эти вещи
разительно отличалась от тех, что Райанна носила прежде.
Женщина ошеломленно следила за тем, как на ее кровати вырастает гора
купальников, разноцветных парео, шляп, легких платьев... Алексис с умилением
наблюдал за сыном и совсем с другим чувством — за Райанной.
— Тебе нравится? — спросил он ее. — Кэран подсказала, какой у
тебя размер, а я попросил стилиста, чтобы он все подобрал и упаковал. Но
если это не в твоем вкусе, можно поменять...
— Я не могу это принять, — резко сказала Райанна.
Алексис нахмурился.
— Почему?
— А ты как думаешь? — спросила Райанна.
Ники потянул ее за руку.
— Мамочка, тебе не нравится?
Детский голосок прозвучал тревожно, и Алексис попытался смягчить ситуацию.
— Твоя мама думает, что я не должен покупать ей одежду. Мне кажется,
это неправильно, да, малыш? Папы обязаны покупать мамам одежду и подарки и
разные другие вещи, правда?
Не вмешивай во все это Ники!
— хотела закричать Райанна, но было уже
слишком поздно — мальчик энергично закивал головой.
— Вот это мне нравится больше всего, — сказал он и схватил топ,
украшенный аппликацией. — Я люблю синий, — с завистью сказал он.
— Правда? Интересно...
Алексис нагнулся и достал два пакета, на которых не было фирменных знаков.
Вместо этого их украшали яркие фигурки животных.
— Загляни-ка сюда, — сказал Алексис, обращаясь к Ники.
Мальчик торопливо разорвал тесьму.
— Это мне! — объявил он, едва дыша от восторга, и вытащил шорты и
футболку своего размера. Шорты были ярко-синими, а футболка — в синюю и
белую полоску и с парусником на груди.
— У нас обоих теперь новая одежда! — с сияющими глазами он
повернулся к Райанне.
— Это вещи для отдыха, — сказал Алексис. — Они же вам нужны,
пока вы здесь отдыхаете...
Ну и хитрец, горько подумала Райанна.
Ники уже стащил с себя выгоревшую футболку, купленную на благотворительной
распродаже, и натягивал через голову новую, дорогую.
— Очень нарядно, — одобрительно сказал Алексис.
Малыш расплылся в довольной улыбке.
— Это самая лучшая одежда, которая у меня была! — объявил
он. — Правда, я нарядный, мамочка? Папа так сказал.
— Очень, — согласилась Райанна. — Почему бы тебе не пойти к Кэрен и не показаться ей?
Я тоже умею хитрить, мрачно подумала женщина.
Ники умчался, и Райанна повернулась к Алексису.
— Что это? — сердито спросила Райанна. — Еще одна проверка?
Тогда можешь забрать эти вещи и...
Алексис резко махнул рукой.
— Нет!
Потом более мягким тоном произнес:
— Я купил их для тебя, потому... потому что подумал, что они могут тебе
понравиться.
— Я не хочу ничего от тебя принимать!
Ее голос звенел, к щекам прилила кровь.
Алексис присел на ее кровать, и Райанна инстинктивно поджала ноги. Это было
огромное двуспальное ложе, но матрас прогнулся под его весом.
Алексис Петракис, сидящий на моей кровати... Женщина почувствовала, как у нее перехватило дыхание.
— Пожалуйста, не сторонись меня! — голос мужчины звучал
напряженно. — Райанна, послушай... я прошу всего несколько минут. Я не
должен был говорить то, что сказал прошлой ночью. Но поверь: я не собирался,
даю тебе слово, устраивать новую проверку. Я думал только о Ники. Не надо
торопиться с решениями, мальчик только-только начал привыкать к изменениям в
своей жизни!
Алексис поднялся.
— Я позову сиделку. Пожалуйста, прими эту одежду, Райанна. Думаю, Ники
расстроится, если ты не станешь ее надевать, и тоже не станет носить свои
новые вещи. А они ему нужны, Райанна... даже ты должна согласиться с этим!
Алексис вытащил из груды вещей сарафан кремового цвета.
— Он очень пойдет к твоим волосам, — мягко сказал мужчина.
Райанна почувствовала, как учащенно забилось ее сердце. Он так смотрел на
нее...
— Ты не будешь возражать, если я возьму Ники поплавать? — сменив
тему, поинтересовался Алексис. — Утром доставили новые игрушки для
бассейна, которым, уверен, он очень обрадуется.
— Ты не должен спрашивать моего разрешения, — тихо сказала
Райанна, чувствуя непонятное смятение. — Он обожает проводить с тобой
время.
— Для меня это тоже огромное удовольствие, — ответил Алексис, и
только глухой мог не услышать, с каким искренним чувством он это
произнес. — И я благодарен Богу за то, что по крайней мере с Ники я не
наделал ошибок. А вот с тобой... С тобой я поступил несправедливо, но
собираюсь это исправить... — он многозначительно посмотрел на
женщину. — Поверь.
Алексис вышел, а Райанна осталась одна, в полном замешательстве. Она
пыталась осмыслить то, что сейчас произошло.
Алексис Петракис был с ней приветлив?
Извинялся?
Просил ее поверить?
Ошеломленная, сбитая с толку, Райанна откинулась на подушки.
Могу ли я доверять ему? Неужели на этот раз я действительно могу ему доверять? Однако похоже, что в последующие несколько дней Алексис только и делал, что
отвечал на этот ее вопрос. Он был так приветлив — просто невероятно, и
казался совершенно другим человеком — улыбающимся, открытым,
непосредственным.
Сначала Райанна чувствовала себя неловко, напряженно, потому что все время
подсознательно ждала, что он вот-вот сбросит маску и снова станет прежним
Алексисом Петракисом.
Но этого не происходило.
Казалось, все те безобразные слова, которые Алексис бросал ей в лицо,
никогда не произносились и это вовсе не он обвинял ее во всех смертных
грехах.
Тяжелые воспоминания постепенно стирались из памяти Райанны, и однажды
неожиданно для себя женщина обнаружила, что произошло то, что прежде
казалось абсолютно невозможным: она начала доверять Алексису Петракису.
Но они по-прежнему редко бывали наедине — почти все время с ними был Ники.
Они вместе ели, путешествовали на шлюпке или моторной лодке, плавали в
бассейне, сидели на веранде, играли в настольные игры или в карты. Вечером
родители по очереди читали Ники сказки, и мальчик сладко засыпал после
очередного насыщенного приключениями счастливого дня.
Райанне стало гораздо проще общаться с Алексисом. Иногда она вдруг
чувствовала минутный страх и сомнение, но эти эмоции были лишь слабым
отголоском прежней враждебности. И все же Райанна не могла не помнить то,
как складывались еще совсем недавно их с Алексисом отношения.
Но... Алексис улыбался ей, и Райанна немедленно выкидывала из головы
неприятные мысли.
Жизнь цвела и баловала ее все новыми и новыми радостями, словно теплым южным
солнцем: женщина чувствовала себя так хорошо, как никогда прежде... А
главное — Ники с каждым днем становился все счастливее и увереннее, он
беззаветно обожал своего отца, и Алексис полюбил Ники всем сердцем.
Но тогда почему почти каждую ночь, когда женщина оставалась одна, ее
переполняла эта странная, болезненная тоска?
У меня есть Ники, а у него — Алексис... а Алексис — хороший отец, который
доверяет мне. У меня нет совершенно никаких причин для грусти.
Райанна снова и снова твердила эти слова как заклинание, но ничего не
помогало.
Каждый раз, когда Алексис одаривал ее улыбкой или когда они весело чему-то
смеялись вместе, у Райанны замирало сердце. Она втайне любовалась его
обнаженными мускулистыми ногами, длинными артистичными пальцами, широкими
плечами; затаив дыхание, смотрела, как капельки воды сверкают алмазами на
его мокром блестящем торсе, как ветер треплет его темные волосы, когда он
сидит за рулем моторной лодки...
Райанна с полнейшей безнадежностью осознавала, что не может противиться
невероятной сексуальной привлекательности этого мужчины.
Она была так же беспомощна, как в ту самую ночь, когда впервые увидела
Алексиса Петракиса.
Алексис кинул пляжный мяч сидящему на надувном дельфине Ники и украдкой
взглянул на Райанну, которая загорала в шезлонге возле бассейна. Мужчине
хотелось глядеть на нее, не отрываясь, но ему мешали два обстоятельства: во-
первых, тот факт, что Ники готовился отбить мяч, во-вторых, созерцание
Райанны в новом бело-золотом бикини, лишь слегка прикрывавшем ее изящное
загорелое тело, не могло привести сейчас ни к чему хорошему.
Красота этой женщины расцветала день ото дня, и страсть пожаром разгоралась
в сердце Алексиса. Но он должен был выждать и набраться терпения.
В конце концов, именно вследствие отсутствия самоконтроля он оказался в
нынешнем положении. Больше никаких ошибок! Алексис понимал, что лишь
выдержка позволит ему завоевать доверие Райанны, и тогда медленно, шаг за
шагом, он достигнет своей цели.
И эта цель вовсе не в том, чтобы Райанна снова оказалась в его постели.
Нет, перед Алексисом Петракисом стояла куда более важная задача.
Райанне давно пора было перебраться в тень, потому что безжалостное
полуденное солнце обжигало ей спину.
Ах, как приятно понежиться в шезлонге... Я пойду в дом чуть
позже... — Ты сгоришь.
Низкий голос звучал предостерегающе. Райанна попыталась справиться с
сонливостью, но не смогла. Ее так разморило, что она была не в состоянии и
пальцем пошевелить.
Неожиданно Райанна ощутила прикосновение к спине чего-то холодного и
вскрикнула.
— Лежи спокойно... — сказал Алексис, равномерно распределяя
солнцезащитный гель по ее спине, лопаткам, плечам, бедрам. Его сильные, но
ласковые руки втирали охлаждающий гель в каждый дюйм ее тела плавными,
ритмичными движениями.
Райанна лежала ничком, полностью отдавшись наслаждению. Ей надо было
остановить Алексиса, но она молчала.
— Все... Но больше никакого солнца!
Райанна обернулась, чтобы поблагодарить его, но только молча открыла рот.
Алексис сидел на корточках рядом с ее низким, разложенным в горизонтальное
положение шезлонгом. Его загорелое тело отливало золотом, плечи блестели, с
мокрых волос стекала вода... Он был так близко.
Так близко!..
Сердце Райанны бешено забилось, и она почувствовала, что ее бросает в жар.
Ей хотелось коснуться губ Алексиса, провести пальцем по его щеке,
подбородку...
Кровь пульсировала в жилах Райанны, окружающий мир перестал для нее
существовать. Время замедлилось — и остановилось. Все куда-то пропало,
растворилось в небытии, осталась только она сама, лежащая в лучах солнца,
вглядывающаяся в лицо Алексиса, в его глаза...
Его черные с золотыми крапинками глаза, в которых так легко утонуть...
— Алексис...
Приоткрытые губы Райанны жаждали поцелуя.
Она так сильно его хотела...
Так сильно!
Мужчина наклонился и окинул ее пристальным взглядом, горящим страстным
желанием.
Райанна зажмурилась в сладострастном ожидании...
Но поцелуя не последовало.
— Пора обедать, — как ни в чем не бывало сказал Алексис,
вставая. — Держи! — он бросил Райанне легкое, как паутинка,
парео. — Я пошел в душ.
Женщина услышала его удаляющиеся шаги, и ей показалось, что закатилось
солнце.
Она в отчаянии закрыла лицо руками.
Алексис подставил голову под струю ледяной' воды.
Господи, я же чуть не... Он не должен был натирать ей спину гелем.
Но... Ники находился в доме с Кэрен, а Райанна выглядела так
соблазнительно...
А он не хотел, чтобы она обгорела...
Еще один день. Столько я смогу продержаться. Должен.
Алексис выключил душ и обернулся полотенцем.
Несмотря ни на что, он был доволен собой — эпизод возле бассейна доказал
ему, что Райанна готова капитулировать. Его близость вызвала у Райанны
нежный чувственный стон, она смотрела на него, приоткрыв губы в ожидании
поцелуя...
Если бы я потерял над собой контроль и поцеловал ее... Смог бы я остановиться? Ответа не требовалось.
К тому времени, как Райанна вышла к обеденному столу, она уже полностью
взяла себя в руки.
Алексис четко и ясно дал ей понять: она — мать Ники, и только.
И то, что с ней сейчас происходит, не имеет значения — пускай с каждым днем
ей все труднее разобраться в своих чувствах, пусть сердце поет всякий раз,
когда Алексис ей улыбается...
Алексис приветлив с ней лишь ради Ники, он так прямо и заявил с самого
начала, чтобы не было никаких сомнений. Ради Ники он готов был терпеть ее
присутствие в жизни своего сына, даже когда считал ее наркоманкой и
авантюристкой. Ради Ники он пошел на это проклятое сближение, одновременно
подвергая ее все новым и новым проверкам...
Все только ради Ники.
Но разве я могу сетовать на то, что Ники является самым важным человеком в
жизни родного отца?
Алексис поставил на стол кофейную чашку и взглянул на сидящую напротив
Райанну.
К обеду та переоделась в кремовый сарафан с тонюсенькими бретельками,
великолепно сидевший на ее изящной стройной фигуре.
Алексис видел, что Райанна немного напряжена, но ведь и он сам не мог забыть
тот эпизод возле бассейна.
Время пошло. Завтра сиделка и няня покинут остров, а значит, уже вечером я смогу начать действовать.
Только бы Райанна ничего не заподозрила!
— Я предоставил временный отпуск мисс Томпсон и Кэрен, надеюсь, ты не
станешь возражать? Они поработали на совесть. Кэрен скучает по своему бой-
френду, оставшемуся в Англии, а сиделка призналась, что хотела бы осмотреть
достопримечательности Афин,
Райанна кивнула, неуверенно улыбнувшись. За обедом она постоянно ощущала
неловкость, даже несмотря на присутствие сына, его няни и мисс Томпсон, а
теперь, когда Кэрен увела протестующего Ники спать, а сиделка удалилась в
свою комнату, она чувствовала себя еще более скованно.
— Да, конечно, — Райанна постаралась придать голосу
небрежность. — Ты прав — они потрудились на совесть. А когда... когда
они уедут?
— Думаю, завтра. Они вернутся в Афины на вертолете, чтобы Кэрен могла
успеть на утренний лондонский рейс, а мисс Томпсон — начать осмотр
достопримечательностей. Мои сотрудники организуют для них билеты и
размещение в хорошем отеле — думаю, они это заслужили. Как считаешь?
— Да, безусловно, — искренне ответила Райанна. — Они
чудесные, — она взглянула на Алексиса. — Очень великодушно с твоей
стороны!
— А ты справишься без них? — заботливо поинтересовался
Алексис. — Не хочу, чтобы из-за их отсутствия тебе стало хуже.
Райанна почувствовала, что краснеет.
— Мне действительно больше не нужен уход. Я принимаю необходимые
лекарства и делаю упражнения каждое утро. И теперь, когда мне лучше, я снова
могу сама присматривать за Ники.
— Значит, ты хочешь, чтобы я уволил их? — Алексис вопросительно
поднял брови.
— Нет! — поспешно ответила Райанна. — Просто не хочу, чтобы
ты напрасно тратил деньги.
— Что ж, давай посмотрим, как будем справляться в их отсутствие.
В глубине темных глаз Алексиса промелькнули лукавые золотые искорки.
Без мисс Томпсон и Кэрен вилла казалась опустевшей. Ставрос и Мария были
заняты своими обычными делами, и создавалось впечатление, что на острове нет
никого, кроме Райанны, Ники и Алексиса.
Райанна испытывала по этому поводу противоречивые чувства, возможно, оттого,
что она не могла забыть эпизоду бассейна и мысли об этом постоянно крутились
в ее голове.
Все было бы гораздо проще, если бы Райанна воспринимала Алексиса только как
отца Ники. Тогда их связывала бы только любовь к ребенку и желание сделать
его существование беззаботным и счастливым.
Рядом с мамой и папой Ники уже находится под надежной защитой от всех
невзгод, а предложение Алексиса пожениться — очередная проверка, последняя
демонстрация его недоверия.
А если предположить, что это была не проверка?.. А если он действительно
имел в виду...
Нет! Глупости!
Нас с Алексисом разделяет так многое — национальность, финансовое положение,
происхождение...
И в любом случае, женитьба — нечто большее, чем создание видимости
нормальных отношений ради спокойствия ребенка...
Значительно большее.
Алексис сидел на веранде, потягивая холодное пиво. Он чувствовал, как
нарастает его напряжение. Сегодня он получит доказательство, в котором так
нуждается.
Доказательство, которое ему необходимо.
Мужчина услышал за спиной тихие шаги и обернулся.
Боже, да она выглядит ошеломляюще...
На Райанне была бирюзовая, расшитая серебром шифоновая блуза, длинные брюки
и легкий воздушный шарф. Свободно падающие волосы обрамляли ее нежное лицо.
Непреодолимое желание вспыхнуло в сердце Алексиса при виде этой прекрасной
женщины.
Не глядя на него, Райанна села в кресло напротив. Она казалась напряженной.
Что ж, это только к лучшему, подумал Алексис, пусть чувствует свою
уязвимость.
На веранду поднялся Ставрос с подносом, на котором стояла бутылка дорогого шампанского и два бокала.
— Прошу.
У Райанны округлились глаза.
— Шампанское? В честь чего?
— Будем праздновать, — ответил Алексис.
— Праздновать что?
Мужчина не ответил. Легкая улыбка заиграла на его губах. Он повернулся к
Ставросу и обратился к нему на греческом. Тот кивнул, открыл шампанское,
наполнил бокалы и удалился.
Райанна поднесла бокал к губам и ощутила приятный вкус холодной шипучей
жидкости.
Пять долгих лет назад, в ту ночь, которая навсегда изменила всю ее жизнь,
Алексис точно так же смотрел ей прямо в глаза, а она пила шампанское.
Как будто время повернулось вспять...
На веранду снова поднялся Ставрос — на этот раз с подносом, уставленным
тарелками с традиционными греческими деликатесами: оливками, долмой в
виноградных листьях, жаренными в масле крошечными сырными пирожками...
К тому времени, как Ставрос расставил все эти лакомства на столе, Райанна
пришла в себя и сама втянула Алексиса в непринужденную беседу — из числа
тех, которые они всегда вели, оставаясь наедине.
После того как они расправились с закуской, Ставрос принес основное блюдо —
нежную жареную баранину, которую Райанна запивала густым красным вином.
Женщина и сама удивлялось, как ей удалось на протяжении всего вечера вести
себя так уверенно и спокойно. Она смеялась, задавала вопросы, шутила... Вот
только боль в ее душе становилась все мучительнее.
На десерт им подали фруктовое мороженое и кофе: эспрессо для Райанны и кофе
по-гречески с коньяком для Алексиса.
Райанна неотрывно смотрела на сидящего напротив мужчину. Она невольно
любовалась его длинными пальцами, крепкой шеей, обрамленной распахнутым
воротником белоснежной рубашки... Ее очаровывала его улыбка, его длинные
черные ресницы и глубокие, сверкающие глаза.
Казалось, ее чувства к нему стали сильнее, чем когда-либо...
Даже сильнее, чем в ту ночь, пять лет назад.
— Пойдем на берег, — неожиданно предложил Алексис. — Звезды
сегодня особенно яркие.
Он встал и направился к лестнице, ведущей на пляж. Райанна неуверенно
шагнула следом за ним в кромешную темноту.
— Ты справишься? — спросил мужчина.
— Да, спасибо... — пробормотала Райанна.
У кромки воды Алексис остановился и, запрокинув голову, посмо
...Закладка в соц.сетях
