Жанр: Любовные романы
Под крылом ангела
...Когда зрение Коры выделило очертания стоявшей на балконе фигуры, она
вздрогнула, потому что в голове ее неожиданно возникло:
Ку-клукс-клан
. В
следующее мгновение она сообразила, чем навеяно это понятие — устрашающим
образом человека в балахоне. Неизвестный посетитель тоже был облачен в
подобное одеяние, только черное, а не белое, но капюшон точно так же торчал
уголком вверх.
Однако как ни была напугана Кора, ее вскоре осенило: на незнакомце не давно
канувший в историю балахон куклуксклановца, а обыкновенный плащ-дождевик.
Эта мысль принесла облегчение, правда относительное и ненадолго: опасность
по-прежнему оставалась велика. Ведь в дождевике мог быть кто угодно —
грабитель, насильник, убийца.
Сейчас он ворвется сюда и тебе не помогут даже твои миллионы! —
язвительно заметил внутренний голос. Нужно было послушаться совета умных
людей и эвакуироваться отсюда.
Кора прикусила губу.
Дьявол же дернул меня здесь остаться! — пронеслось в ее мозгу. Вот к
чему приводит жажда приключений.
Просто неожиданно свалившиеся с неба капиталы вскружили тебе голову,
золотце, раздался в ее голове все тот же голос. Ты возомнила себя
всесильной, между тем как в действительности от тебя мало что зависит,
особенно в подобных ситуациях.
Тук-тук-тук!
Кора вздрогнула так, что едва не свалилась с кровати. Боже милостивый, опять! Ох, ну за что мне это?
Действительно, почему бы стоящему за балконной дверью человеку — будь то
мужчина или женщина — не удалиться? Пусть бы незваный гость повернулся,
перелез через балконную ограду, сел в свою лодочку — потому что иначе сейчас
невозможно передвигаться по деревне, разве что вплавь, саженками, — и
отправился бы восвояси!
Тук-тук-тук! — прозвучало вновь, на этот раз громче, чем прежде.
А может, это шериф? — подумала Кора, и в ее сердце вспыхнула надежда.
С того дня, как началось наводнение, шериф Рой Смитсон два раза наведывался
к ней. Собственно, не именно к ней, а просто проплывая мимо на моторном
катере, ведь его ответственность распространялась не только на деревню
Хэтсвилл, но и на две соседние, одна из которых находилась на другом берегу,
выше по течению. А так как балкон Коры выходил на реку — правда, сейчас река
была везде, вокруг всего коттеджа, — то шериф ненадолго причаливал к
нему, чтобы спросить как дела. Кора в свою очередь интересовалась новостями,
и, немного поболтав, они расставались. Шериф отправлялся дальше, а Кора
возвращалась к своим заботам.
Только шериф Рой Смитсон никогда не навещал Кору по ночам.
Не он это! — промчалось в ее мозгу. Кто-то чужой.
В этот момент из-за балконной двери донеслось:
— Эй, есть кто живой?
Кора замерла. Даже сердце словно остановилось — к счастью, лишь на миг.
Голоса она не узнала, и это послужило для нее дополнительным подтверждением
того, что к ней пробивается кто-то чужой. И этот кто-то — не женщина, потому
что прозвучавший со стороны балкона голос, несомненно, принадлежал мужчине.
— Эй! Отзовитесь! — раздалось вновь.
Больше всего Коре хотелось промолчать, притвориться, что ее здесь нет. И
она, несомненно, так и сделала бы, если бы не животные. Они находились
рядом, на втором этаже хозяйственной пристройки — первый этаж был
затоплен, — и завозились, услышав стук. Потом, пока тянулась пауза,
притихли. Но когда раздался голос, снова зашевелились, закудахтали куры и
заблеяла овца.
Сейчас еще закукарекает петух — и все, подумала Кора.
Что все, ей самой было неясно, она лишь осознавала, что промолчать и
переждать не удастся.
Придется отозваться, завертелось в ее голове. Обнаружить себя...
— Кто там? — наконец произнесла Кора в два приема, потому что ее
горло сдавило от волнения.
Ответа не последовало.
Несколько мгновений Кора недоуменно смотрела на силуэт чужака, потом
сообразила, что тот попросту не слышал вопроса, потому что она задала его
слишком тихо.
Пришлось повторить. Кашлянув, Кора предприняла новую попытку:
— Кто там?
— О, все-таки кто-то есть! — воскликнул незнакомец, как показалось
Коре, с облегчением.
Ее саму это почему-то рассердило.
— Кто вы и что вам нужно? — с плохо скрываемым раздражением
крикнула она.
— Не бойтесь меня, пожалуйста! — раздалось в ответ. — Мое имя
Джоэл Роджерс.
И что? — подумала Кора. Чужак назвал свое имя с такими интонациями,
будто оно всем известно. Кора поневоле задумалась, однако, как ни старалась,
не смогла припомнить человека по имени Джоэл Роджерс. Поэтому она просто
задала возникший у нее минуту назад вопрос:
— И что?
— Джоэл Роджерс, — повторил незваный гость.
— Я слышу, — сказала Кора. — Но я вас не знаю!
По-видимому, ее слова озадачили собеседника. Он умолк и как будто погрузился
в раздумья.
Что ты размышляешь?! — сверкнуло в мозгу Коры. Вылезай из моего
балкона, садись в лодку и дуй откуда приехал!
Не тут-то было.
— Ах да! — произнес чужак. — Все верно, мне так и говорили.
Ведь вы недавно в этих краях?
Кажется, он все-таки не убийца, подумала Кора. И, скорее всего, не
грабитель.
— Допустим. Что дальше?
— Так ведь это все объясняет! Если бы вы прожили в этих краях более-
менее продолжительное время, то знали бы, что я журналист.
— Хм... может, и знала бы. А какой вы журналист?
На балконе хохотнули, что было странно, учитывая обстоятельства.
— Смею надеяться, что журналист я хороший, — наконец заметил он.
— Да я не о том, — поморщилась Кора. — Где работаете,
спрашиваю. Журналист чего — газеты, радио, телевидения?
— Газеты.
Боже правый, я должна вытаскивать из него слова клещами? Кора вздохнула.
Мало мне забот, еще этого Джоэла Роджерса принесло на мою голову посреди
ночи!
— Какой газеты?
— А, вот что вас интересует. Газета называется
Саут-ньюз
.
— Никогда не слышала о такой.
— Ну, не знаю... Местная газета, кстати, и пользуется популярностью
среди здешних жителей.
Тут Кору вновь проняло. Ситуация показалась ей до невозможности абсурдной.
— Послушайте, вы нарочно приплыли в район стихийного бедствия, чтобы
посреди ночи развлекать меня рассказами о популярности какой-то никому не
известной газеты?
— Но она в самом деле очень даже... — извиняющимся тоном начал
было Джоэл Роджерс, однако Кора сердито прервала его:
— Ничего не очень! Посмотрите вокруг — вашу газетенку некому покупать.
А знаете почему? Потому что основная часть читателей эвакуирована. Остались
лишь единицы, но им, уверяю вас, не до чтения!
Она сама удивлялась, что ее так понесло. Произнося гневные фразы, Кора
словно слышала себя со стороны и собственная резкость казалась ей изрядно
преувеличенной. Хотя, наверное, это была реакция на испытанный несколько
минут назад страх. Сейчас он поутих, потому что повод вроде исчез. Конечно,
этот Джоэл Роджерс мог наврать о том, что является журналистом местной
газеты
Саут-ньюз
или как там он сказал... однако интуиция подсказывала
Коре, что она имеет дело с порядочным человеком.
И потом он сказал что-то такое, что никак не всплывало в памяти Коры, хотя
было произнесено всего минуту назад.
Она напрягла мозг, но вспомнить мешало чувство облегчения — возможно, пока
преждевременное. Через несколько мгновений в ее голове прояснилось.
— Постойте, вы что-то знаете обо мне?
Джоэл Роджерс ответил не сразу, но, хотя заминка была очень короткой, Кора
заметила ее.
— Почему вы так решили?
— Вы упомянули о том, что кто-то сообщил вам о моем недавнем появлении
в деревне.
— Э-э... да, так и есть.
— Кто это был?
— Шериф Рой Смитсон.
На этот раз ответ последовал незамедлительно, что, с точки зрения Коры, было
неплохо. По крайней мере Джоэл Роджерс знал шерифа.
Или только его имя, подсказал Коре внутренний голос. Которое может быть
известно кому угодно, скажем преступнику.
Почему я должна ожидать только плохого? — безмолвно возразила Кора
своему незримому собеседнику. Почему этот Джоэл Роджерс не может быть
журналистом?
С тем же успехом он может оказаться обыкновенным мародером.
В этот момент, словно подслушав ее внутренний монолог, по-прежнему маячивший
на балконе гость произнес:
— Вы позволите мне войти?
— Зачем? — с испугом спросила Кора.
— Не можем же мы и дальше беседовать через запертую дверь. Это, по
меньшей мере, неудобно. И потом, если хотите, я покажу вам свои документы.
Которые могут оказаться лишь предлогом, чтобы попасть внутрь, подумала Кора.
Притом самым легким способом, потому что дверь открою я сама.
— А зачем вам понадобилось входить в мой дом? — спросила она, даже
не пытаясь скрыть подозрительность.
— Но, посудите сами, не стоять же мне на вашем балконе до утра!
Логика в подобном замечании присутствовала, только какое отношение все это
имеет к Коре?
— Послушайте, вы хотя бы понимаете, что говорите? Неизвестно, кто вы и
откуда явились, всполошили меня среди ночи и вдобавок хотите зайти, так
сказать, на чашку чая!
— Гм, заманчивое предложение, от чая бы я не отказался.
Кора задохнулась от негодования.
— Ну знаете! Вы просто хам после этого!
— Нет, просто замерз в лодке, дождь моросит, сыро и все такое... а тут
вы о чае упомянули...
— Верно, но с чего вы взяли, что я вам его предлагаю?
— Мне показалось.
— Вот еще! — фыркнула Кора. — Я сказала это в насмешку. Разве вы шуток не понимаете?
— Хорошенькие шуточки в два часа ночи, под дождем, посреди затопленной
деревни! — Джоэл Роджерс пробормотал это вполголоса, однако Кора
услышала.
— Вас сюда никто не приглашал!
— Вот тут вы правы, не приглашали...
— Конечно, права... — начала она, однако выяснилось, что Джоэл Роджерс еще не все сказал.
— Не приглашали, а послали работать. Собирать материал обо всем, что
происходит в районе наводнения. А у вас, мисс Литтлби, нет сердца, если вы
способны шутить над усталым и промокшим путником.
— Ох-ох! Еще совестить меня вздумали... — взвилась было Кора, но
тут же осеклась. — Стоп! Как вы меня назвали? Повторите!
— Мисс Литтлби.
— Откуда вам известно мое имя? — требовательно спросила она,
пристально глядя на едва различимый за стеклом балконной двери силуэт.
— Разве это секрет?
Кора нахмурилась.
— Нет, но... мне интересно, откуда именно вы знаете, как меня зовут!
— По роду службы. Кроме всего прочего, мне поручено написать о вас
очерк.
7
В первую минуту Кора опешила, потом удивленно протянула:
— Обо мне? Зачем это? Что такого я сделала?
С балкона донесся смешок — похоже, Джоэл Роджерс все-таки еще не полностью
утратил чувство юмора.
— Что вас так рассмешило, не понимаю! — сердито воскликнула Кора.
— Извините, не хотел вас обидеть. Просто вы так выразились, будто речь
идет о каком-то преступлении.
— Рада, что ошиблась. Но в таком случае не сообщите ли, о чем идет
речь?
— Охотно, только... может, все-таки впустите меня? — вкрадчиво
произнес Джоэл Роджерс.
— Нет! — отрезала Кора. — Говорите так.
Тот вздохнул.
— Ладно, делать нечего. Дело касается приюта для животных, который вы
здесь организовали.
— Еще только собираюсь, — машинально поправила его Кора. Затем,
спохватившись, воскликнула: — Так вам и это известно?!
— Впустите меня, и я сообщу все, что о вас знаю.
Какой настырный! — усмехнулась Кора. Как настоящий журналист.
— А, мисс Литтлби? Пожалуйста, впустите!
Это уж слишком! — промчалось в ее мозгу.
— Сказала нет — значит нет! — вспылила она. — Убирайтесь! Я
не даю интервью посреди ночи.
— Куда же мне деваться? Кругом вода...
— Раньше нужно было думать! Почему вы не приплыли днем?
— Я так и планировал, — горячо произнес Джоэл Роджерс, — но
случилось непредвиденное. Видите ли, когда я садился в лодку, чтобы
направиться вверх по реке...
— Не продолжайте, — буркнула Кора. — Мне неинтересно, ни что
случилось с вами, ни с вашей лодкой или что вы там собирались сказать. Я
сама способна выдумать массу отговорок. Факт остается фактом: вы приплыли
сюда посреди ночи. Не самое подходящее время для разговоров о приюте, вы не
находите?
— Я...
— Проваливайте! — крикнула Кора.
Воцарилось молчание, потом с балкона донеслось:
— Не понимаю, как такой жестокий человек способен заботиться о
животных... — Последовал сокрушенный вздох.
Не слишком ли я на него напустилась? — вдруг подумала Кора.
Предосторожность — это хорошо, но как бы не угодить в другую историю. Если
этот парень в самом деле журналист, от него можно ожидать неприятностей.
Обидевшись на холодный прием, он может отомстить. Того и гляди напишет обо
мне какой-нибудь пасквиль, а потом начнутся разговоры — дескать, Кора
Литтлби не в состоянии нормально общаться с людьми, так можно ли после этого
подпускать ее к животным, да еще больным или просто нуждающимся в хорошем
обращении? А еще этот Джоэл Роджерс способен написать, что я не оказала ему
помощи во время стихийного бедствия, хотя это вполне было в моих силах. И
все, прощай хорошая репутация! После этого состоятельные люди даже
здороваться со мной не захотят, не то что участвовать в создании
благотворительного фонда для защиты животных.
Ну да, ну да, конечно! — прокатился в ее мозгу знакомый саркастический
хохоток. Вот ты и попалась на крючок! Тебе наговорили неизвестно чего, а ты
и уши развесила. Журналист, очерк, задание редакции... А если этот Джоэл
Роджерс все-таки замышляет что-то нехорошее? Об этом ты подумала? Впрочем,
есть неплохой способ проверить, действительно ли он тот, за кого себя
выдает. Давай, впускай его, золотце, и посмотрим, что произойдет дальше.
Если останешься в живых, вместе посмеемся над твоими страхами...
Кора похолодела. Что значит
если останешься в живых
?
С другой стороны, он впрямь может оказаться журналистом.
Вот незадача!
Что же делать? — лихорадочно думала Кора. Что же делать?
Ничего дельного на ум не шло. Ясно было лишь то, что впускать этого человека
нельзя, по крайней мере сейчас.
— Эй, слышите меня? — позвала она.
— Да?
Кора нервно облизнула губы.
— Знаете что? Я не возражаю против того, чтобы дать вам интервью... или
как там это у вас называется. Только не сейчас. Приезжайте днем, тогда и
побеседуем. Сами посудите, что путного я могу рассказать вам ночью!
Снова повисло молчание.
О чем он думает? — проплыло в голове Коры. Неужели что-то замышляет?
Спустя некоторое время Джоэл Роджерс произнес:
— Днем, говорите?
— Да, — с надеждой подтвердила Кора.
— Хорошо, допустим.
Ох, неужели удалось? — радостно подумала она. Но не успела облегченно
перевести дух, как Джоэл Роджерс добавил:
— А сейчас куда прикажете деваться?
— Ну... плывите обратно откуда прибыли.
И тут Джоэл Роджерс взорвался.
— Вы издеваетесь, что ли? Обратно! Надо же такое придумать! Вы хотя бы
представляете, о чем говорите? Я и сюда-то едва добрался, думал, отдохну, а
тут мне устроили прием, что врагу не пожелаешь! Плывите обратно. А вот не
поплыву! И точка. Делайте со мной что хотите!
Как будто я могу что-то сделать с таким здоровяком! — мрачно
усмехнулась Кора в темноте.
Сейчас ей даже было странно вспоминать, как она гадала, мужчина это или
женщина. Разумеется, мужчина.
— Ну не знаю... — протянула Кора. — Если не хотите уезжать,
устраивайте себе ночлег в собственной лодке.
— Вы решительно отказываетесь впустить меня в дом?
— Да.
— Даже если я покажу вам документы?
Она рассмеялась.
— Разве вы не знаете, что бумаги легко подделать?
— Ну тогда... позвоните шерифу, он подтвердит мою личность.
Улыбка завяла на губах Коры. Если бы у нее сохранилась возможность звонить,
она в первую очередь связалась бы не с шерифом, а с Лиз, своей сестрой. Та
знала, что Кора осталась в затопленной деревне, а родителям они договорились
ничего не сообщать, чтобы не тревожить понапрасну. После начала наводнения
примерно неделю Кора общались с Лиз по своему сотовому телефону, потом заряд
батарейки иссяк, а пополнить его было невозможно из-за отсутствия источника
питания — света в затопленной местности не было.
Так что позвонить шерифу, как советовал Джоэл Роджерс, Кора не могла.
— Я давно бы это сделала, еще когда ты постучал в дверь, —
медленно произнесла она, попутно спрашивая себя, стоило ли это говорить и
тем самым открывать карты.
— Что же тебе помешало?
Оба перешли на
ты
, даже не заметив этого.
— Не догадываешься?
Джоэл задумался.
— У тебя нет связи, верно?
— Молодец, угадал.
— Телефон скорее всего есть...
— Правильно.
— А зарядить его невозможно.
— Удивительная проницательность!
— М-да, об этом мне следовало бы догадаться раньше, — обронил
Джоэл. — Но теперь я в курсе твоих дел.
Интонация, с которой он произнес последнюю фразу, показалась Коре странной и
заставила напрячься.
— И что? — тревожно спросила она. — Это что-то меняет?
— Как тебе сказать... Собственно, почти ничего, потому что ты можешь
позвонить шерифу с моего мобильника.
— Ошибаешься, — сказала Кора. — Не могу.
— Почему? За время наводнения ты разучилась пользоваться техническими
устройствами?
— Нет, умник, не потому.
— За умника спасибо, но тем не менее я как-то не улавливаю хода твоих
мыслей.
— Это потому, что ты никогда не был женщиной, к которой посреди ночи
пытается вломиться такой здоровяк, как ты!
Фигура за стеклом пошевелилась.
— Золотце, разве так вламываются?! Если бы я захотел, давно оказался бы
у тебя, в тепле и добре.
— А, так ты оказываешь мне услугу тем, что не врываешься в мою
спальню? — Кора просто вскипела от негодования. Правда, осело оно так
же быстро, как взметнулось, потому что не та сейчас сложилась ситуация,
чтобы можно было позволить себе поддаться всплеску эмоций.
— Понимай как знаешь, — устало ответил Джоэл. — Так почему ты
не хочешь звонить шерифу с моего сотового телефона?
— Потому что для этого мне пришлось бы взять его у тебя, — гораздо
сдержаннее, чем минуту назад, произнесла Кора.
— Конечно, пришлось бы, не станешь ведь ты беседовать по телефону через
оконное стекло... Постой, ты все о том же, что ли?
— Разумеется, о том. Не открою дверь — и точка!
— Ну и упрямая ты, — вздохнул Джоэл. — Или... гм, как это я
не догадался...
Кора насторожилась.
— О чем?
— Что ты просто трусиха! — хохотнул Джоэл.
Как ни странно, в эту минуту в мозгу Коры промелькнула мысль, что у него
приятный голос. И что при иных обстоятельствах, услышав эти бархатистые
нотки, она непременно обратила бы внимание на человека, чьи голосовые связки
способны издавать такие притягательные звуки.
Ох, уже растаяла! — пробился сквозь ее размышления внутренний голос.
Как легко тебя купить! Скажи спасибо, что этот парень, скорее всего, не
грабитель и не убийца, а в самом деле тот, кем назвался, иначе с твоей
чувствительностью тебе пришлось бы худо. Если бы Джоэл оказался мерзавцем,
ты сейчас валялась бы на полу без сознания и хорошо, если при этом в тебе
еще теплилась бы жизнь...
Кора похолодела. Действительно, не слишком ли она расслабилась за время
странного ночного разговора? И не пора ли прекратить это глупое
препирательство?
— Пусть трусиха, если тебе нравится так думать, а мне все равно, —
решительно произнесла она. — К себе я тебя не пущу, даже не надейся, а
на ночлег устраивайся как хочешь. Если не желаешь укладываться в своей
лодке, дело твое. Но с балкона моего убирайся. Нечего там маячить, ты
мешаешь мне спать!
Некоторое время Джоэл молчал, словно раздумывая над тем, что делать дальше,
затем снова вздохнул.
— Вижу, спорить с тобой бессмысленно, а спать мне где-то надо. Только
не в лодке! — быстро добавил он. — Если не возражаешь, я устроюсь
на крыше... сарая или как там его назвать... Ведь эта пристройка сарай?
То, что подразумевал Джоэл, было техническим помещением, смежным с большим
хлевом, на втором этаже которого находились сейчас животные. И у этого
технического помещения незатопленной оставалась только плоская крыша. А
лодка, прежде хранившаяся внутри, сейчас покачивалась на волнах, привязанная
к деревяшке, собственноручно приколоченной Корой к одной из досок кровли.
Минутку подумав, Кора решила согласиться. Все равно Джоэл никуда не уедет.
Если же разрешить ему устроиться на крыше сарая, он хотя бы перестанет
проситься в спальню. А утром будет видно, что делать дальше.
— Хорошо, располагайся на крыше сарая...
— Благодарю, — насмешливо произнес Джоэл. — Почему-то я был
уверен, что рано или поздно в тебе проснется совесть.
— ...но только до рассвета! — уточнила Кора, пропустив колкость
мимо ушей.
— Что значит — до рассвета? Не забывай, мне предстоит написать о тебе
статью. Как же я это сделаю, не поговорив с тобой?
Статья...
Конечно, она не помешала бы в деле сбора средств для фонда защиты животных.
Основывая его, Кора специально заказывала статьи рекламного характера
газетам и журналам, выкладывая за это немалые суммы. А тут то же самое
предлагается бесплатно.
В конце концов, здоровый практицизм заставил Кору произнести:
— Ладно, утром вернемся к этому разговору. А теперь оставь меня в
покое, я спать хочу!
— Все-все, ухожу, — проворчал Джоэл.
Дальше Кора увидела, как темный силуэт в дождевике перекинул через балконную
ограду сначала одну ногу, потом вторую, вероятно перелезая в лодку. Затем
сквозь шелест мелкого бесконечного дождика донесся всплеск весла и мужская
фигура уплыла во мрак.
Наконец-то Кора смогла расслабиться. Но, даже откинувшись на подушку, она
продолжала прислушиваться к доносящимся извне звукам.
Лодка двинулась направо, огибая хлев и перемещаясь к сараю. Вернее, к его
плоской крыше, на которой вполне можно было расположиться на ночь. Несколько
раз лодка стукнулась бортом о стену хлева, словно специально для Коры
обозначая направление своего движения. Потом донесся еще один стук, более
отдаленный, означавший, что Джоэл причалил к крыше — скорее всего, в том
месте, где Кора прибила колышек, потому что больше не к чему было привязать
лодку.
Наконец зазвучали негромкие шаги по крыше. Это означало, что Джоэл
устраивает себе ночлег.
Кора облегченно вздохнула. Кажется, действительно можно успокоиться и
вздремнуть.
До рассвета еще часа три, успею выспаться, подумала она, поворачиваясь на бок и устраиваясь удобнее.
На крыше сарая некоторое время еще происходила возня, затем все стихло. По-
видимому, Джоэл тоже улегся.
Кора закрыла глаза, но через мгновение распахнула ресницы вновь и испуганно
замерла: что-то мягко плюхнулось на постель, у ног, потом двинулось вперед.
Нечто подобное приснилось однажды Коре в ночном кошмаре. Тогда она
подхватила простуду, лежала в постели с высокой температурой, периодически
впадая в забытье. Во время одного такого провала ей пригрезилось, что к ней
медленно крадется кто-то маленький, легкий, но очень страшный. Самым ужасным
было то, что Кора не могла даже посмотреть на приближающееся существо,
потому что ее веки вдруг странным образом отяжелели, как это может быть
только во сне.
Жуть того сновидения вспомнилась ей сейчас, когда кто-то невидимый в
кромешной тьме двигался к ней по постели.
Кора уже готова была закричать, и тут страшное существо... мяукнуло.
— Мьюз
...Закладка в соц.сетях
