Жанр: Любовные романы
Стервы большого города
...звонков. По доносившимся звукам она поняла, что он
не дома. Настроение у нее упало.
— Привет. — Он немного удивился. — Привет. Сегодня суббота.
— Я знаю, — сказала Нико. — У меня небольшое окно, и я
подумала, мы могли бы встретиться. Но ты как будто занят...
— Нет, — быстро ответил он. — В смысле да. Я на бранче...
— Ничего страшного. — Нико скрыла разочарование. — Увидимся
на следующей неделе.
— Подожди. — Он понизил голос. Послышался смех, звяканье столовых
приборов, потом все стихло. — Ты слушаешь? — спросил Кирби.
— Алло?
— Я ушел в туалет. Ты где?
— Еду в центр.
— Отлично, — отозвался Кирби.
И что это означает, в недоумении подумала Нико, они встретятся или нет?
Кирби всегда так туманно изъясняется, будто не ведает о том, что язык
предназначен и для сообщения конкретных фактов.
— Так мы встретимся?
— Да. Конечно. Почему бы и нет? — ответил Кирби. — Но не сию
секунду. Просто я жду, когда мне принесут яйца
бенедикт
.
Нико так и подмывало сказать, что час с ней более важен, чем какие-то яйца,
но промолчала.
— Так что мне делать? — осведомилась она.
— Приезжай сюда, я съем яйца, и мы поедем ко мне.
Нико представила, как сидит в кафешке, наблюдая за Кирби, поедающим яйца, а
его друзья пялятся на нее, гадая, какого черта она явилась и какие у Кирби
дела с женщиной, по возрасту почти годящейся ему в матери.
— Кирби, ты же знаешь, что я не могу приехать. — В голосе Нико
прозвучало отчаяние. И как молодым вообще удается о чем-нибудь договориться?
— Погоди... — Последовало несколько секунд молчания. —
Придумал, — наконец раздался голос Кирби. — Встретимся на улице.
Позвони перед тем, как подъедешь. Я, наверное, уже почти все съем. И мы
прогуляемся ко мне пешком...
План, конечно, рискованный, но, подумав о нескольких часах секса с Кирби,
Нико не устояла. Да и никого из соседей Кирби она не знает... Пожалуй, все
обойдется.
— Хорошо, — осторожно проговорила она. — Но, Кирби, когда я позвоню, сразу же выходи.
— Эй, я не дурак, — вкрадчиво прошептал он.
Нико отключила телефон и откинулась на сиденье. Сердце заколотилось при
мысли, что она увидит Кирби. Нико испытала облегчение, но вместе с тем
занервничала. А что, если кто-то заметит их на улице? А вдруг кто-нибудь
увидит, как она входит в его дом... с ним?
Он ест яйца, подумала Нико. Яйца
бенедикт
днем в субботу, на бранче. В
этом что-то настолько земное... Настолько обнадеживающе примитивное. Кирби —
молодой мужчина; молодые мужчины едят по выходным яйца. В отличие от мужчин,
подобных Сеймуру. Сеймур вел себя так, будто яйца какой-то яд. За последние
семь лет он, похоже, не съел ни одного яйца.
Такси свернуло на Вторую авеню. Нико находилась всего в двух кварталах от
дома Кирби. Может, подождать его в вестибюле? Но объяснить это будет еще
труднее, чем ожидание на улице.
Нико расплатилась с водителем и вышла из машины. Это в последний раз,
поклялась она себе.
— Привет, — сказала она, набрав его номер. — Я здесь. Стою
перед... — Нико подняла глаза, — ...магазином, который называется
Сэблз
.
— Я сейчас приду, — ответил он.
Нико поплотнее закуталась в пальто и, подняв меховой воротник, закрыла шею.
Она посмотрела в витрину. Этот магазинчик торговал икрой и копченой рыбой.
Попробуйте наш салат из омаров! — зазывал плакат в витрине. —
Лучший в Нью-Йорке!
Внутри толпились люди. Каждый раз, когда кто-то входил или выходил, звякал
колокольчик.
— Я ничего не могу с собой поделать, — прошептала Нико.
Она даже представляла, как прозвучит этот предлог при объяснении с Сеймуром,
если он узнает о ее измене.
Извини, дорогой, но он такой молодой и
красивый, и я просто ничего не могла с собой поделать. Женщины есть женщины,
ты же знаешь. Это в нас заложено от природы
. То же самое неубедительное
оправдание, к которому испокон веку прибегают мужчины. Нико никогда до конца
ему не верила, никогда не считала, что это может быть правдой. И вот теперь
начала понимать. Такое случается. Тебя захлестывает физическое желание, и ты
не в силах устоять перед ним, ибо оно подавляет разум. Нико хотелось только
одного — поскорее покончить с этим, пока кто-нибудь не узнал. А если никто
не знает, имеет ли это какое-то значение?
Она посмотрела вдоль улицы, надеясь увидеть Кирби. Где же он? Если через
пару минут не появится, ей придется уйти.
Это несправедливо, в отчаянии думала Нико. Ей так хотелось насладиться
хорошим сексом, прежде чем она умрет. Прежде чем станет такой старой, что
уже никто не воспылает к ней желанием...
Над дверью звякнул колокольчик.
— Нико? — прозвучал мужской голос.
Она застыла. Это было неизбежно, пронеслось у нее в голове. Теперь в любую
секунду подойдет Кирби, и все будет кончено.
Она обернулась:
— Здравствуй, Лайн. — Нико сделала вид, будто ничуть не удивилась
случайной встрече.
Какого черта он делает на Второй авеню?
— лихорадочно
подумала она. Лучше не спрашивать, иначе Лайн задаст ей тот же вопрос. И что
она ответит ему?
Встречаюсь с любовником
? Мозг лихорадочно
заработал. — Сегодня я снова видела тебя в
Пост
. — Нико
насмешливо, слегка обвиняюще улыбнулась.
— Неплохая фотография, а? — Лайн хлопнул ее по руке свернутой в
трубку газетой, как будто Нико была одним из его приятелей-мужчин.
Знает ли он, что они с Викторией лучшие подруги? Лучше не поднимать эту
тему. От страха заломило затылок. Кирби вот-вот подойдет...
— Я имела в виду статью про собачью площадку, — холодно сообщила
она.
Лицо Лайна застыло. Виктории Лайн показался
милым
, и он бывал таким, когда
хотел. Но Нико подозревала, что в основном этот человек притворяется. Лайн
Беннет — хладнокровный убийца, и его лучше не сердить.
— Газетчики сделали из мухи слона, — бросил он. — Я
протестовал против того, что люди не убирали дерьмо за своими собаками. А
город не хочет принимать соответствующий закон.
И зачем только она об этом заговорила? Нико напряженно улыбнулась. Теперь
Лайн разразится монологом о собачьем дерьме. Надо избавиться от него...
Она пожала плечами:
— В городе хаос.
Это сработало. Лайн снова похлопал ее по руке газетой.
— И будет только хуже.
Он повернулся, собираясь идти, и Нико с облегчением вздохнула.
— Пока, — бросил Лайн. Она помахала ему рукой.
Но тут он снова повернулся к ней.
— Да, кстати, о хаосе: что там происходит в
Сплатч
?
О нет! Он хочет поговорить серьезно. Если они начнут говорить серьезно, она
избавится от него только через две-три минуты. И к этому времени Кирби
наверняка подойдет.
— Надо нам с тобой как-нибудь пообедать, — пробормотала Нико,
словно это могло когда-нибудь случиться.
Лайн наживку не заглотил. Он лишь подошел ближе и присел перед Нико на
корточки, словно собираясь поболтать.
— Что ты думаешь о Селдене Роузе? — спросил он.
О Боже, надо как-то выпутываться. Вопрос Лайна требовал ответа, но еще
больше Нико встревожил интерес Лайна Беннета к Селдену Роузу. В голове
промелькнуло несколько возможных вариантов, включая мысль о том, что Лайн
полагает, будто Селден Роуз действительно может занять место Виктора
Мэтрика. От этой мысли Нико стало нехорошо, и она разозлилась.
Она повернула голову. К ним направлялся Кирби. Ему оставалось пройти меньше
пятисот футов...
Нико снова посмотрела на Лайна, словно и не видела Кирби. Сердце, казалось,
билось в горле. Она кашлянула, прижав ко рту затянутую в перчатку руку.
— Это зависит от того, что ты хочешь знать, Лайн, — сказала Нико.
— Просто любопытно, — ответил он. Она чувствовала приближение
Кирби. Ноги внезапно ослабли.
— Лайн! — воскликнул Кирби и ткнул Беннета в плечо.
Лайн обернулся, и раздражение на его лице сменилось чем-то похожим на
искреннюю мужскую радость.
— О, Кирби, приятель, — сказал Лайн, внезапно принимая манеру
поведения двадцатипятилетнего парня и поворачивая руку ладонью к Кирби. Тот
хлопнул по ней. Потом мужчины обнялись.
— Как дела, старик? — Кирби избегал смотреть на Нико. Та
изобразила терпеливое ожидание.
— Летишь в этом году на Сен-Бартс? — спросил у Кирби Лайн. Молодой
человек переступил с ноги на ногу, сунул руки в карманы твидового пальто и
потянул его вперед, обтягивая зад. Нико невольно бросила на него взгляд.
— Будет видно, — ответил Кирби. — Ты приглашаешь меня в этом
году на свою яхту?
Лайн явно не пожелал ответить ему, потому что повернулся к Нико.
— Ты знаком с Нико О'Нилли? — поинтересовался он.
Она посмотрела на Кирби самым холодным взглядом.
Пожалуйста, Кирби, —
взмолилась Нико, — не наделай сейчас глупостей
.
— Да-а?.. — протянул Кирби, нерешительно глядя на нее, словно не
помнил точно. — Кажется, мы разок встречались?
— Возможно, — небрежно отозвалась Нико, нарочно не протягивая ему
руки.
Лайн повернулся к Кирби, чтобы попрощаться, и Нико воспользовалась
возможностью смыться.
— Рада была повидаться, Лайн. — Она указала на рыбный
магазинчик. — Мне нужно...
— Ну конечно, — махнул рукой Лайн, — лучшие в городе цены на
икру.
Нико кивнула, как будто знала это, и открыла дверь. В лицо ей ударила струя
теплого пахучего воздуха. Звякнул колокольчик.
— Это подарок. — Нико протянула ему жестяную баночку с белужьей
икрой. — За то, что хорошо себя вел.
— Спасибо. — Кирби взял баночку и положил на стеклянный кофейный
столик. Они стояли в гостиной его квартиры. Кирби в конце концов отделался
от Лайна и пришел к себе, а Нико последовала за ним, переждав в магазине
пятнадцать минут. Кирби прижал ее к себе.
— Если бы я знал, что получу икру, солгав Лайну Беннету, то лгал бы
каждый день. — Он уткнулся в шею Нико.
— Я бы не хотела, чтобы это вошло у тебя в привычку, милый.
— А как насчет вот этой привычки? — Внезапно Кирби заставил ее
перегнуться через подлокотник дивана лицом вниз. Его руки нащупали молнию на
брюках Нико и расстегнули.
— Ты, кажется, плохая девочка? — Стянув с Нико брюки, он потер
ладонью ее голые ягодицы. — Тебе это понравилось? — спросил
Кирби. — Ты чуть не попалась. Ты очень плохая девочка...
И шлепнул ее. Нико вскрикнула от удивления и удовольствия. Кирби положил ее на пол и сам лег рядом.
— Нет, — слабо возразила она.
— Что — нет? — поинтересовался Кирби, снова шлепнув ее.
И на купленном с восьмидесятипроценткой скидкой и узором
под леопарда
ковре от Ральфа Лорена они занялись самым восхитительным сексом.
— Видишь? — потом сказал Кирби, сидя голый на диване. — Я же
говорил тебе, что могу играть.
5
В сексе, думала Нико, есть право собственности. Если ты владеешь своей
сексуальной жизнью, значит, владеешь миром.
Ну или хотя бы чувствуешь, что владеешь. Последние полтора месяца, с тех пор
как она начала скандальные отношения с Кирби, Нико ощущала себя на вершине
мира. Ее походка стала энергичной, замечания резкими. Она много смеялась и
шутила. Привела в порядок свое тело. В ней горело желание — и не только к
Кирби, но и жизни вообще.
Это начали замечать окружающие. Нико и в голову не пришло бы, что Кирби
Этвуд невольно способствует ее карьере.
Прошло около месяца с той субботы, когда они случайно встретились с Лайном
Беннетом. Нико чуть не попалась, но, как она и рассчитывала, Лайн не счел
это событие таким важным, чтобы рассказать о нем Виктории. Тем не менее
трепет едва не пойманной и чудом избежавшей поимки жертвы возбуждал, и Нико
становилась все смелее и смелее, тайком договариваясь с Кирби, чтобы он
появлялся на коктейлях и мероприятиях, где ей приходилось бывать почти
каждый вечер. На людях они только разговаривали, но то, что Кирби находился
там, наблюдал за ней и Нико могла украдкой поглядывать на него, превращало
потенциально скучный вечер в нечто весьма интересное. Нико нравилось ощущать
могущество, обретенное благодаря владению секретом, о котором никто не
подозревал. В декабре, передвигаясь по теплым, слишком обильно украшенным
комнатам, где проходила вечеринка, разговаривая о делах, просто болтая, Нико
всегда держалась на виду, чувствуя себя недоступной.
Во время рождественских каникул, проведенных в Аспене, она пережила
эмоциональное потрясение. Нико испытывала усталость, опустошенность и
одиночество, хотя им с Сеймуром и Катриной пришлось ютиться в маленьком
сьюте с двумя спальнями в отеле
Литтл Нелл
. Но едва они приземлились в
аэропорту Кеннеди, от легкой депрессии не осталось и следа. Бедняга Кирби
так и не попал на яхту к Лайну (Нико всегда удивляло, что он приятельствует
с Лайном, но такие красивые молодые люди, как Кирби, умеют заводить
знакомства) и поехал к родителям в Сент-Луис. Нико же встретилась с Кирби
только в первый четверг после Нового года — ей удалось ловко сократить ленч
и примчаться к нему домой. Первые десять минут Кирби дулся, вставляя новую
батарейку в телевизионный пульт и то и дело мрачно поглядывая на Нико.
Наконец ему удалось правильно вставить батарейку, и он включил телевизор.
— Итак, — проговорил он, изображая интерес к шоу Эллен Дедженерес, — ты спала с ним?
— С кем? — спросила Нико, думая о том, что, если у Кирби не
изменится настроение и он не перейдет к сексу, ей придется уйти ни с чем.
— Ты знаешь. — В голосе его звучали обвиняющие нотки. — С
мужем.
Он ревнует, — удивилась она. — Ревнует к Сеймуру!
Если бы Кирби
знал...
— Нет, не спала.
— Из-за меня?
— Да, милый, из-за тебя.
Не из-за него, но это не касается Кирби. Какая ирония, с насмешкой
размышляла Нико, что ее супружеские отношении с Сеймуром составляют гораздо
большую и более постыдную тайну, чем преступный роман с Кирби.
Последние три года у них с Сеймуром не было настоящих сексуальных отношений.
Часто много месяцев проходило вообще без секса, а когда они занимались им,
то понимали, что совершают это из чувства долга, а желание не имеет к этому
никакого отношения. Но это еще не все. Они почти не прикасались друг к
другу, не считая периодических сухих поцелуев в щеку или нечаянного касания
голых ног под одеялом. Сеймур всегда сжимал ее пальцы своими, а потом
отодвигался. Нико знала, им следовало бы поговорить об этом, но что-то в
поведении мужа не располагало к подобным откровенным беседам. Кроме того,
она знала, что он скажет:
Секс не очень меня интересует. Ты тут совершенно
ни при чем, но я не собираюсь изображать то, чего не чувствую
. Подозревая,
что выяснение тайн и мотивов, стоящих за отношением Сеймура к сексу (и к
сексу с ней), будет болезненным и разрушительным для их брака, Нико оставила
все как есть.
Поначалу она испытывала растерянность и обиду, но со временем, по мере того
как проходили месяцы, обнаружила, что ей не так уж этого и не хватает. Она
сказала себе, что проживет и без секса, особенно когда есть так много
другого, более важного. А затем появился Кирби...
Было половина одиннадцатого вечера, и Нико расположилась на заднем сиденье
лимузина, принадлежавшего компании
Сплатч Вернер
, который вез ее домой.
Стоял сырой холодный вечер — до этого прошел дождь и температура упала ниже
нуля, так что теперь улицы блестели в белом свете фонарей и витрин
магазинов. Нико поправила длинное темное платье, облегающее фигуру, и
поплотнее закуталась в норковую шубу. Она возвращалась с мероприятия по
сбору денег на образование, и Кирби там присутствовал. Конечно, он сидел не
за ее столиком — это было бы слишком рискованно. Но Сьюзен Эрроу, глава
пиара, выразила радость по поводу того, что заполучила Кирби за свой столик
— на подобных мероприятиях красивые молодые люди редкость. Знакомство Кирби
со Сьюзен Нико устроила еще в декабре, решив, что это поможет ему в
актерской карьере. Между Сьюзен и Кирби установились непринужденные
дружеские отношения. С того времени Кирби совершенно естественным образом
предложил Сьюзен приглашать его, если ей требовалось сопровождение. Таким
образом, Кирби сидел за соседним столиком, и никто не знал, что он здесь
благодаря Нико.
Она откинула голову на спинку сиденья. За весь вечер ей удалось поговорить с
Кирби два раза и всего по несколько секунд. Но дело не в этом. Нико
хотелось, чтобы любовник увидел ее во всем блеске — волосы уложены, на шее
ожерелье из бриллиантов и рубинов, которое она купила три года назад,
получив премию в полмиллиона долларов.
— Ты прекрасно выглядишь, — прошептал Кирби, когда Нико
поздоровалась с ним.
— Спасибо, — прошептала она в ответ, легко коснувшись его плеча.
Но ей хотелось, чтобы он увидел не только внешнюю оболочку. Нико желала,
чтобы Кирби понял, кто она в этом мире и как высоко поднялась. Нико мечтала,
чтобы он увидел ее здесь, увидел, как она сидит во главе стола рядом с
Виктором Мэтриком. А позднее — получает награду за свои усилия по сбору
средств для оборудования компьютерных классов в школах...
Нико ничуть не стыдилась того, что жаждет произвести впечатление на
любовника, тем более что не может поразить своего мужа, по крайней мере
таким образом. Сеймур отказывался посещать подобные мероприятия, говоря, что
ему неприятно выступать в роли мистера Нико О'Нилли. Поначалу это больно
ранило ее, но она пережила и это.
Нико поудобнее уселась на сиденье, наконец позволив себе во всей полноте
осознать значение сегодняшнего вечера. Сеймура там не было, но это не
страшно. Он все равно будет гордиться ею, особенно когда она расскажет, что
произошло за столом, где сидели Виктор Мэтрик и Майк Харнесс.
Нико весело прищурилась, глядя в тонированное окно на магазины,
возвышающиеся вдоль Пятой авеню, словно желтые айсберги. Позвонить, что ли,
Сеймуру и сообщить ему хорошую новость — о том, что сказал ей Виктор? Нет.
Водитель может услышать и посплетничать с другими. Никому нельзя доверять.
Нико видела, как гибли карьеры из-за хвастовства. Гораздо лучше сообщить об
этом Сеймуру с глазу на глаз. Он, быть может, разжег камин, и тогда она
снимет туфли и они обсудят случившееся.
Нико чуть заметно улыбнулась, вспомнив момент за торжественным ужином, когда
Виктор Мэтрик повернулся к ней и тихо сказал:
— Мне хотелось бы, чтобы в эти выходные вы с Сеймуром прилетели ко мне
на Сен-Бартс.
Она сразу же поняла, что это не светское приглашение, а встреча для
разработки тайной стратегии вдали от любопытных глаз, и на секунду замерла.
Нико посмотрела на Майка Харнесса. Тот засовывал в рот большой кусок хлеба
(пища на этих ужинах всегда была несъедобной) и казался раздраженным тем,
что сидел рядом с подружкой Селдена Роуза — привлекательной молодой женщиной
немного за тридцать. Майк, без сомнения, не считал ее сколько-нибудь важной.
И Нико подумала:
Майк, детка, тебя вот-вот вышвырнут пинком под зад
.
И сделать это собиралась именно она.
Мысль вызвала у нее тошноту и чувство глубокого удовлетворения одновременно.
Значит, Майк все же ходил к Виктору насчет встречи в
Хаккабис
, и, как
подозревала Нико, его очевидное предательство вызвало у Виктора отвращение.
Она приложила салфетку к губам и кивнула:
— Конечно, Виктор. Мы с удовольствием приедем.
Автомобиль свернул на Салливан-стрит, и, не дожидаясь, пока водитель откроет
ей дверцу, Нико вышла из машины. По крутым ступенькам с крыльца особняка
спускался невысокий мужчина в лыжной куртке и зимних ботинках. Его внимание
было целиком сосредоточено на трех маленьких таксах, которых он вел на
регулируемых поводках. С тех пор как три года назад Сеймур занялся
разведением такс (теперь он надеялся получить награду на Вестминстерской
выставке собак), он делал вид, что живет в городе как сельский сквайр,
отсюда и лыжные ботинки.
— Сеймур! — радостно позвала Нико. Сеймур поднял глаза и,
мгновение поколебавшись, подошел к ней.
— Как прошел ужин?
Нико наклонилась к собакам, радостно цеплявшим лапами подол ее платья. Когти
у них были крохотные и смыкались, как ножки паука. Нико взяла одну из такс
на руки.
— Здравствуй, Спайди. — Она поцеловала песика в макушку,
посмотрела на Сеймура и выждала несколько секунд, чтобы дать ему время
подготовиться к хорошей новости. — Думаю, Майка погонят.
— Прекрасно. — Глаза Сеймура расширились, и он одобрительно
кивнул.
— И... На эти выходные Виктор пригласил нас к себе в Сен-Бартс, —
торжествующе добавила она. Запахнулась в шубу и поднялась по ступенькам.
Особняк был пятиэтажный, с лифтом и садом позади дома. Четыре года назад они
купили его в ужасном состоянии за два с половиной миллиона долларов, вложили
в ремонт семьсот пятьдесят тысяч, и теперь он стоил более пяти миллионов.
Однако полуторамиллионная закладная, по которой приходилось выплачивать
пятнадцать тысяч в месяц, иногда казалась тяжелым бременем, тем более что
Сеймур не участвовал в этих платежах. Нико не упрекала его — муж внес свою
половину при покупке и расходах на ремонт и проделал большую часть работы.
Но когда Нико задумывалась об этом, мысль о таком большом долге, о выплатах
— месяц за месяцем — ужасала ее. А если ее уволят? Или у нее найдут рак?
Если рассудить, карьера всего лишь мгновение во времени. Тебе отпущено
десять, максимум пятнадцать лет, а затем твое время уходит, мир движется
вперед, оставляя тебя позади. Взять, к примеру, Майка...
Но в этот вечер, открывая дверь собственного дома, Нико была убеждена, что
все будет хорошо. С Майком, возможно, покончено. Но не с ней. Куй железо,
пока горячо. И если она получит место Майка (а она получит его), ей по
крайней мере несколько лет не придется беспокоиться о закладной и деньгах.
Нико вошла в прихожую, и снова ее охватило ликование, от которого даже
подташнивало.
Своей отделкой дом скорее напоминал сельское жилище Вермонта, чем нью-
йоркский особняк, — пол холла выложен кирпичом, в обшитые панелями
стены вбиты крючки, на которых висят пальто и шарфы. В воздухе витал еле
уловимый аромат пекущегося печенья, что не удивило Нико — в последнее время
Катрина увлеклась кулинарией и требовала, чтобы Сеймур водил ее по всем
четырехзвездочным ресторанам Манхэттена. Нико прошла по коридору. В доме
жила прислуга, супружеская пара — чете отвели две комнаты справа и ванную.
Миновав коридор, Нико оказалась в кухне открытой планировки. К задней стене
дома Сеймур пристроил оранжерею; он использовал ее и для других целей и
называл своей псарней. Нажав кнопку лифта, Нико поднялась на третий этаж.
Здесь располагались их с мужем спальня и ванная комната, а в задней части, с
видом на сад, кабинет Сеймура. Нико вошла в спальню и расстегнула молнию на
платье. Обычно в это время она уже спит, но тайное приглашение Виктора на
Сен-Бартс лишило ее покоя. Нико все еще видела красное лицо Майка,
искаженное раздражением. Интересно, он представляет, что с ним вот-вот
случится? Нико полагала, что нет. Такое всегда происходит неожиданно. Ты
предвидишь, даже обдумываешь подобную возможность, но, как правило,
отмахиваешься от нее. Именно на это они (в данном случае они — это она и
Виктор) и рассчитывают: на элемент внезапности.
Скинув платье, Нико небрежно бросила его на кресло. Ей стало не по себе из-
за Майка, но дело в том, что и с ней однажды произошло подобное. Нико
уволили, предательски и внезапно, десять лет назад, когда она была главным
редактором журнала
Блеск
... и к тому же беременна Катриной. За две недели
до этого ужасного события Нико тайком сходила на интервью в другой журнал
мод, с большим тиражом и более высокой зарплатой, претендуя на должность
главного редактора, и дум
...Закладка в соц.сетях
