Жанр: Любовные романы
Завтрак в постели
...привычку
вскрывать замки и уходить, когда ему заблагорассудится.
— Угу, — промычал Картер, — больше всего мне, однако,
нравится не уходить, а...
— ..входить, — договорила за него девушка. — Ах ты,
бесстыдник! — шутливо воскликнула она. — Ну и что было дальше?
— Хорошо. Так вот. Алисия уселась на кровать и немедленно залилась
слезами. Она призналась мне в ужасном, как она выразилась, проступке, и я
почувствовал себя отвратительным лицемером.
— Ты себе не представляешь, как я себя чувствовала, когда Алисия
рассказывала мне всю эту историю, добавив при этом, что такая строгая и
порядочная женщина, как я, в жизни бы так не поступила. А я-то! Спала тут с
ее собственным женихом! Ну почему все так переплелось?!
— Мы просто полюбили друг друга. Никто, ни один из нас, не предполагал,
что такое может случиться. — Он погладил ее затылок. — А потом
Алисия стала говорить мне, каким отличным отцом я мог бы стать для ее
сыновей, какие надежды на меня возлагали ее родители, как меня любил и
уважал Джим. Мочки твоих ушей напоминают бархатные лепестки.
Слоун рассмеялась — до того не вязалось его последнее предложение со всем,
что он только что говорил. Картер судорожно вздохнул:
— Нам придется опять отложить мой рассказ, если ты еще хоть раз
засмеешься.
— Почему?
— Потому что твои груди подрагивают от смеха как раз над тем местом,
которому в общем-то больше ничего и не надо, чтобы...
— Извини, — сказала Слоун, ничуть, впрочем, не раскаиваясь. —
Я тебя слушаю.
Мэдисон задышал чуть быстрее, но тем не менее продолжал повествование:
— Взяв ее за руки и глядя прямо в глаза, я спросил Алисию, любит ли она
меня.
— И она ответила?..
— Она ответила:
Да
.
Слоун приподнялась, чтобы посмотреть в лицо молодому человеку. Его глаза
демонически засверкали, и Картер провел пальцем по верхней губе девушки.
— Она сказала:
Да, но не так, как следует
. И когда я попросил Алисию
объяснить мне, что она имеет в виду, то она сообщила, что любит меня не так,
как жене следует любить мужа.
То есть недостаточно для того, чтобы спать с
тобой, — сказала мне твоя подруга. — Недостаточно для того, чтобы
не разговаривать с Маком по телефону, когда он звонит мне
. И тут, к ее
огромному удивлению, я схватил Алисию в объятия и поцеловал куда с большим
желанием, чем делал это до того мгновения, исключая, пожалуй, лишь тот
случай, когда ты нас застала... И тогда я сказал Алисии, что она
замечательная женщина и что Джим был отличным парнем, которому она, как
никто, подходила... Но она — не для меня.
Упершись подбородком в живот Картера, Слоун заглянула ему в глаза:
— А как ты объяснил все мальчикам? Они, наверное, были очень
расстроены?
— Да. Оба горько плакали.
— Ох, Картер, нет, только не это! — вскричала Слоун, забыв про то,
что он просил ее не двигаться.
— Да. Им была невыносима мысль о том, что они не будут жить возле
пляжа.
Уронив голову, девушка облегченно вздохнула. Мэдисон погладил ее по спине.
— Но когда я им сказал, что они могут приходить на пляж в любое время,
когда я не работаю, когда пообещал, что буду ходить с ними на каток и на
футбол да еще не буду скупиться на мороженое, они успокоились. Съев
предварительно по куску праздничного торта.
— Но им нужен отец! — воскликнула Слоун.
— Ну... — протянул Картер, — если ты настаиваешь, я, конечно, могу
вернуться к Алисии, упасть перед ней на колени и...
Девушка вытянула руки вперед и схватила Мэдисона за широкие плечи.
— Да, им нужен отец, но я не говорила, что этим отцом обязательно
должен стать ты.
— Стало быть, ты хочешь, чтобы я остался? Девушка посмотрела на него
прищуренными глазами и после долгой паузы произнесла:
— Я, пожалуй, об этом как следует подумаю.
Картер обнял ее, и они поменялись местами — теперь внизу оказалась Слоун.
— Да уж, подумай об этом на досуге, — прошептал он, прежде чем
впиться в ее рот страстным поцелуем...
— Картер, — спросила Слоун, облизнув пересохшие губы, — а ты
рассказал Алисии обо мне?
— М-м-м... — равнодушно проговорил он, обращая свое внимание на куда
более интересный предмет — нежный розовый сосок Слоун.
Девушка содрогнулась от чувства вины и стыда:
— И что ты ей сказал?
— Правду, — серьезно отвечал он, взглянув ей прямо в глаза. —
Я ей сказал, что не встречал красотки горячее тебя.
— Что-о-о?! — вскричала Слоун, отталкивая его и усаживаясь.
Мэдисон откатился в сторону, хватаясь за живот от душившего его смеха.
— Посмотрела бы ты сейчас на себя! — едва смог он выговорить.
— Это ужасно — то, что ты сказал, — раздраженно проговорила Слоун.
— Не будьте так строги, мисс Фэйрчайлд, — засмеялся Картер, снова
усаживая ее к себе на живот. — Приберегите вашу холодность и
сдержанность для постояльцев пансионата, но только не для меня. Это ведь я
сумел разглядеть необыкновенную женщину под вашей суровой маской. Завтра же
я сам проверю, чтобы эта маска была сожжена. — Мэдисон смачно поцеловал
Слоун, поглаживая ее спину...
— А в ответ тебе я скажу, — заявил Картер потом, после всего,
когда они вытянулись рядом, отдыхая, — что признался Алисии в том, что
мы стали с тобой весьма близкими друзьями и что в
Фэйрчайлд-Хаус
я
возвращаюсь для того, чтобы узнать, только ли моя помолвка сдерживала нас.
— И что же ты решил?
— Я решил, что сказал правду и больше не собираюсь сдерживаться.
— А Алисия? — улыбнулась Слоун. — Ей что, было наплевать?
— Думаю, у нее отличная интуиция, — усмехнулся Мэдисон. — Во
всяком случае, куда сильнее, чем мы могли предположить. Алисия склонила
голову набок и внимательно посмотрела на меня. А потом она заявила:
В этом
старом доме полно отличных спален, и им нужно найти более удачное
применение
. Я решил, что этими словами она меня ободрила. Во всяком случае,
твоя подруга рассмеялась, когда, сорвав с себя галстук, я спросил, кто же
отвезет меня в аэропорт.
Слоун теснее прижалась к Картеру.
— Я рада, — шепотом промолвила она. — Я бы не смогла быть
абсолютно счастливой, если бы она сама не отпустила тебя.
— Я тоже, — признался молодой человек.
— Что мы будем делать?
— Ты спрашиваешь о ближайшем будущем? Если да, то это просто нелепый
вопрос. — Он водил пальцем по ее соску.
— М-м-м... Да, — вздохнула девушка. — Точнее, нет. Я имела в
виду твой дом, твою работу и мой
Фэйрчайлд-Хаус
. Я не хочу бросать его,
Картер.
— Тебе и не придется. Я бы в жизни не попросил тебя об этом, к тому же
мне нравится этот старый дом. Но — обрати внимание, я говорю
но!
— здесь
будут большие перемены. У меня есть кое-какие деньги, и некоторая сумма
пойдет на то, чтобы ты наняла помощников. Кухарку, горничную, официантку...
— Но мне нравится готовить...
— Да ради Бога! Готовь себе сколько влезет, только не все время. Может,
мне захочется уложить тебя в постель посреди дня, а ты будешь в это время
печь профитроли? — Он чмокнул ее в кончик носа. — Я мог бы
работать прямо здесь, в этой комнате. Мы оба будем работать, если хочешь, но
временами будем и отдыхать. Я хочу путешествовать с тобой, хочу показать
тебе мир, хочу показать тебя...
— Ты правда гордишься мною? Мэдисон почувствовал, как напряглась Слоун,
задавая этот вопрос. Он понимал, сколько ей понадобилось решимости, чтобы
задать его. А ведь еще несколько недель назад подобной решимости у нее и в
помине не было. Наконец-то она смогла перешагнуть через себя, сумела
разуверить себя в том, что никому не нужна и не интересна. Картер любящими
глазами поглядел на девушку, и в его взгляде она увидела силу и поддержку,
которые и помогали ей обрести уверенность.
— Да, я горд тобой, поверь мне. Ты самая лучшая женщина из всех, кого я
когда-либо встречал. И ты всегда была такой, Слоун. Просто так уж
получилось, что тебя окружали люди, не сумевшие по достоинству оценить тебя.
— Я верю тебе, — сказала девушка, слегка дотрагиваясь до его
губ. — Верю, потому что ты помог мне. Я любима.
Прижав ее ладонь к своему рту. Картер прошептал вслед за ней:
— Да, дорогая. Да. Ты любима. Это мгновение было таким волнующим, что
они оба замолчали. Наконец он спросил:
— А что ты скажешь о моем домике на побережье?
— Он мне очень понравился, — ответила Слоун. — Это чудесный
дом.
— Стало быть, он тебе подойдет, когда ним надоест жить здесь и мы решим
пожить там. А если захотим, то наймем семейную пару, чтобы она следила за
Фэйрчайлд-Хаусом
во время наших отъездов.
Девушка задумалась:
— Пожалуй, нелегко найти людей, которым я смогла бы доверить мой
пансионат. Видишь ли, популярность
Фэйрчайлд-Хауса
— дело только моих рук.
— Конечно, — согласился Мэдисон. — Но, думаю, его репутация
не пострадает, если в нем поселится знаменитый писатель.
— И притом скромный знаменитый писатель.
— Само собой разумеется, — серьезно промолвил он. Затем его лицо
вновь озарила широкая улыбка, и Картер спросил:
— Ты родишь мне ребенка?
— Не тебе, а нам, — поправила его Слоун. Он прошептал ей в волосы
что-то ласковое, а затем спросил:
— А где шкатулка?
— Какая еще шкатулка?
— Ну да, шкатулка с твоего туалетного столика. Та самая, до которой ты
дотрагивалась с таким благоговением?
Слоун медленно высвободилась из его объятий и, обнаженная, направилась в
другой конец комнаты. Взяв шкатулку, она поставила ее перед ним. Не сводя с
нее глаз, Картер спустил ноги с кровати и сел. Отперев крошечным ключиком
замок, он поднял крышку. Даже не прочитав ни одной строки, он понял, что
перед ним.
— Но зачем? — недоуменно спросил он. — Ты же могла купить все
мои книги, если еще не сделала этого раньше.
Девушка убрала с его лица прядь упавших на глаза волос:
— Все могут покупать твои книги. А эти страницы — все, что у меня
оставалось. Никто не читал их и никогда не прочтет. Они принадлежат только
мне.
— Но, Слоун... Это же черновики, там все перечеркнуто...
Она покачала головой:
— И? важно, что там написано. Для меня это самая прекрасная история
любви. Настоящая поэзия.
И тут Мэдисон пробормотал нечто среднее между злобным ругательством и
молитвой. Прежде такое приводило ее в ужас, а теперь она стала относиться к
этому совершенно спокойно. А смысл? Впрочем, каждый мог услышать в его
словах то, что хотел. Во всяком случае, Слоун услыхала второе.
Отложив в сторону странички. Картер привлек ее к себе.
— Это ты — поэт. И поэзия заодно, — прошептал он.
Его руки ласкали ее нежное тело, изучая каждую клеточку, каждый изгиб
плавных линий.
— Ты нужна мне, Слоун, — сказал он, погладив губами ее
грудь. — Мне нужны твои похвалы, твои умные рассуждения о моих книгах.
Нужно твое понимание, когда все пойдет не совсем хорошо, и твоя поддержка,
когда что-то не будет клеиться. И мне нужна вся ты...
Слоун улыбнулась и приникла к Картеру всем телом, мелко вздрагивая. Его
кровь закипела. Мэдисон принялся ласкать губами ее грудь, и волна
возбуждения вновь унесла их в бурный океан страсти...
Позднее, когда их сердца стали понемногу успокаиваться, Картер прижал Слоун
к себе:
— Ты ведь сумеешь вдохновить меня на написание Великого Американского
Романа, не так ли?
— Почту это за честь!
— И ты сумеешь совладать со мной в то время, когда у меня будет дурное
настроение?
— Я постараюсь исправить твое настроение. — Картер с
благодарностью погладил ее плечо. — Ты прямо сейчас возьмешься за
работу?
— Нет, мне еще надо сделать две вещи.
— Какие же? — поинтересовалась Слоун.
— Для начала — провести медовый месяц в
Фэйрчайлд-Хаусе
.
Она приложила к своей щеке его ладонь:
— Что за вторая вещь?
— Изменить последние страницы
Спящей возлюбленной
. У романа будет
счастливый конец.
Закладка в соц.сетях
