Жанр: Любовные романы
Трудный выбор
...а времени для
практических занятий. Будешь получать только пятерки.
— Серьезно? — улыбнулась она. Грант тем временем расстегнул
пуговицы ее рубашки и любовно поглаживал ее груди. Взяв одну грудь в ладонь,
он слегка приподнял ее и сомкнул губы вокруг темно-вишневого кружочка.
— Угу, — отозвался он, не отрывая губ.
Руки ее, скользнув вниз по его спине, остановились на обтянутых джинсами
бедрах. Поощряемый ею, Грант пристроился меж ее ног. Шелли попыталась
открыть застежку его джинсов.
— Грант?..
— Что, любовь моя?.. И тут же оба оцепенели — громко задребезжал
дверной звонок.
Грант прижался лбом к ее щеке и тяжело вздохнул. В дверь позвонили снова.
Грант виновато взглянул на Шелли.
— Не шевелись, — скомандовал он, вскочил с дивана и, на ходу
застегивая джинсы, направился к двери. Приоткрыв ее всего на несколько
сантиметров, нелюбезно спросил:
— Что такое?
Послышалось похотливое хихиканье, и в комнату вплыла Прю Циммерман.
— Вот как вы встречаете... друзей? Девица повернулась к ошарашенному
Гранту, не заметив Шелли, которая забилась в угол дивана, подтянув под себя
ноги. Рубашку она торопливо застегнула, хотя ткань на бедрах помялась более
чем красноречиво.
Грант застегнуть рубашку не успел, и Прю, нахально проведя пальцами по ее пустым петелькам, заявила:
— Я пришла попросить у вас какую-нибудь дополнительную литературу. Дело
в том, что я сдала экзамен хуже, чем рассчитывала.
От наглости этой девицы Шелли потеряла дар речи. Свитер мисс Циммерман был
слишком тесным; под ним свободно покоился внушительный бюст, сквозь его
ткань отчетливо проглядывали соски. Она плавно подошла поближе к Гранту и
склонила голову на манер, который, безусловно, считала неотразимым. Когда ее
ладонь скользнула под его распахнутую рубашку, ревность обуяла Шелли и она
гневно вскрикнула.
На мгновение раньше пальцы Гранта мертвой хваткой сомкнулись на запястье
девицы, и он резко отстранил ее руку.
Прю обернулась к Шелли и, встретившись с ее горящим взглядом, мгновенно
заметила ее облегченный наряд. Капризные губки мисс Циммерман изогнулись в
злобной ухмылке, глаза сузились.
— Мисс Циммерман, прошу вас впредь сюда не приходить и не звонить. Все
возникающие вопросы будьте любезны решать на занятиях. — Грант едва
сдерживался. Шелли была уверена: дай он себе волю — вцепился бы юной даме в
глотку.
— Ми-истер Чепмен, не говорите чепухи. Вы же знаете, зачем я пришла.
— В таком случае я нахожу ваше поведение не только бестактным, но и
оскорбительным. Нет нужды напоминать, что вы моя студентка, и не более того.
— Она тоже! — взвизгнула Прю, тыкая пальцем в Шелли, которая чуть
не бросилась на девицу, чтобы выцарапать ей глаза. Да что там — она бы с
радостью задушила ее за то, как она прикасалась к Гранту. — Она-то что
здесь делает раздетая, уютно устроившись на вашем диване?
— А это не ваше собачье дело, — раздраженно огрызнулся Грант и,
крепко ухватив девицу за плечо, подтолкнул к выходу. Одной рукой он
придержал дверь, а другой выпихнул Прю на улицу.
— Ну что ж, я позабочусь, чтобы ректор Мартин узнал, что вы спите со
своими студентками, — угрожающе процедила та, прежде чем Грант
захлопнул перед ее носом дверь и решительно щелкнул замком.
— Ты ей веришь? — воскликнул
Грант, взъерошивая и без того растрепанные волосы. — Я... Шелли?
Обернувшись, он увидел ее побледневшее и напряженное лицо. Всего несколько
секунд назад она кипела от злости, теперь же испытывала настоящий ужас.
— Что с тобой? — встревожился Грант.
Она с трудом сглотнула.
— Ничего, Грант. Отвези меня домой. — Она начала подниматься, но
его крепкие руки удержали ее.
— Посмотри на меня, — велел он, когда она попыталась отстраниться.
Почему? Почему ты хочешь, чтобы я отвез тебя домой? Почему, черт возьми?!
— Потому что... потому что... она права, Грант. Мне здесь не место.
Люди подумают...
— Плевать мне, что они подумают! — рявкнул он.
— А мне не плевать!
— Шелли... — Он так сжал ее плечи, что Шелли поморщилась. — Я
постиг одну простую истину: каким бы осмотрительным ты ни был, кто-нибудь
всегда найдет повод указать на тебя пальцем. Люди обожают осуждать других,
потому что это придает им уверенности в себе. Стараясь угодить всем, ничего
не добьешься. Это невозможно и бессмысленно. На каждый чих не
наздравствуешься. Достаточно быть довольным самим собой
— Нет, Грант. Я давным-давно усвоила, что есть правила, которые мы
обязаны соблюдать, нравятся они нам или нет. А мы с тобой нарушаем эти
правила. Двадцать семь лет своей жизни я их соблюдала. И теперь не в силах
измениться. — Призвав на помощь все свое самообладание, она взглянула
ему в глаза и произнесла: — Если ты не отвезешь меня на стоянку, чтобы я
смогла забрать машину, мне придется идти пешком.
Он выругался.
— Ладно. Иди наверх, переоденься. Через несколько минут они уже
выходили из дома. Грант запер дверь. Не обращая внимания на дождь, помог
Шелли сесть в
Датсун
и задним ходом вырулил с аллеи. — Моя машина на
стоянке за Хейвуд-холлом, — сориентировала его она, когда автомобиль
устремился в противоположную сторону. — Я голоден. И вообще, собирался
угостить тебя ужином. — Зачем? В качестве платы за услуги? Грант резко
дернул головой, и Шелли съежилась под его мечущим громы и молнии взглядом.
— Думай как хочешь.
Уж лучше бы он ее ударил. По крайней мере, тогда бы болела только щека.
Слезы застилали глаза в унисон с дождем, заливавшим ветровое стекло. Шелли
отвернулась, чтобы он не увидел, как подействовала на нее их словесная
перепалка, и гордо расправила плечи.
Грант отвез ее в пригородный ресторанчик, славящийся своими мясными блюдами.
Его незатейливый внешний вид отлично гармонировал с дождливым пейзажем.
— Надеюсь, ты любишь бифштексы.
— Иди к черту, — отозвалась она и, толкнув дверцу, побежала ко
входу в ресторан.
Если Грант непременно хочет соблюсти приличия и накормить ее ужином, —
отлично, лишь бы поскорее покончить с этим, а потом она вернется домой и
будет зализывать раны.
В два прыжка он очутился рядом с ней под навесом у порога и рывком распахнул
дверь; при виде его грозного лица у Шелли мурашки поползли по спине.
— Заходи, — скомандовал он. Одарив его неласковым взглядом, Шелли
повиновалась.
Официантка подвела их к столику у камина.
— Принести вам что-нибудь из бара? — поинтересовалась она.
— Нет. Да, — ответили они одновременно.
— Мне ничего, — категорически отрезала Шелли.
— Пиво, пожалуйста, — попросил Грант.
Шелли сосредоточенно изучала меню, пока официантка не вернулась с пивом для
Гранта, чтобы принять у них заказ.
— Шелли? — вежливо поинтересовался он.
— Мне только салат. С прованским маслом.
— Бифштекс она тоже будет. Средне прожаренный. С гарниром из жареной
картошки с приправой. А мне ростбиф с кровью, на гарнир тоже картофель. С
подливой. — Захлопнув меню, Грант вернул его смущенной официантке и с
вызовом посмотрел на Шелли.
Та лишь пожала плечами. Во время ужина она хранила молчание — на вопросы
Гранта вежливо отвечала, однако сама разговоров не затевала.
Едва они вновь сели в машину, Грант завел мотор и выехал на скользкое от
дождя шоссе. Его нарастающая злоба только разжигала ее собственную. Пылкий и
чуткий любовник минувшей ночи исчез без следа, на смену ему явился злой и
ожесточенный человек, которого она не знала.
Не доезжая нескольких кварталов до студенческого городка, он свернул на ее
улицу.
— Моя машина...
— Знаю. Возле Хейвуд-холла. Не хочу, чтобы ты ездила в такую погоду,
тем более на машине...
— Я сама могу о себе позаботиться!
— Не сомневаюсь! — рявкнул он в ответ. — Будь любезна,
доставь мне такое удовольствие, ладно? Возле ее дома он резко затормозил и,
прежде чем Шелли успела открыть дверцу, поймал ее за руку, коротко и властно
бросив:
— Сиди.
Шелли повиновалась. Грант обошел вокруг машины и распахнул перед ней дверцу.
— Спасибо за все, — тихо сказала она, после чего вставила ключ в
замок и повернула. — Не спеши, — заявил Грант, просунув ногу в
проем закрывающейся двери, и шагнул в дом. — Я не намерен пускать тебя
одну в пустой дом, где ты не ночевала, как бы хорошо ты о себе ни
заботилась. — С этими словами он захлопнул за собой дверь и зажег свет.
Грант тщательно осмотрел ее небольшой домик, пока сама Шелли стояла у входа,
с каждой минутой раздражаясь все больше. Когда он вернулся в комнату, явно
не спеша уходить, — более того, успев снять куртку и перебросив ее
через плечо, — она процедила:
— Спокойной ночи. Небрежно отшвырнув куртку в кресло, Грант лукаво
улыбнулся.
— Спокойной ночи обычно желают в спальне, Шелли. — Она так и
замерла в немом изумлении, а Грант тем временем подошел и привлек ее к себе,
одной рукой обхватив за талию. Другой же рукой он зарылся в ее волосы и
наклонился. — И обычно эти пожелания сопровождаются поцелуем.
— Нет... — только и успела вымолвить она, но он уже впился в ее губы.
То был грубый, безжалостный поцелуй. Шелли пыталась бороться, вырваться, но
тщетно: Грант легко подхватил ее на руки, отнес в спальню и бросил на
постель с такой силой, что у нее прервалось дыхание. Сам же тотчас
набросился на нее.
— Отпусти меня, — слезы гнева и отчаяния брызнули из ее глаз; она
безуспешно молотила кулачками по его груди.
— Ни в коем случае. — Одной рукой он сжал оба ее запястья, другой
между тем разобрался с пуговицами блузки и, уже во второй раз за двадцать
четыре часа, освободил ее грудь от кружевного лифчика. — Скажи, что
тебе это не нравится. Не хочешь? И не нужно. — Свободной рукой он стал
ласкать ее. Его прикосновения были нежными, резко контрастируя с железной
хваткой, сковавшей ее запястья.
— Нет, пожалуйста, не надо, — простонала она, ощутив вдруг отклик
своего неподвластного разуму тела. Голова ее металась по подушке, но битва
была проиграна, и Шелли это понимала. Сопротивлялась она отважно, но
неубедительно. Ее стоны протеста переросли в жалобное хныканье, когда язык
Гранта неторопливо исследовал ее грудь, кружа над сосками, словно бабочка.
При первых же признаках ее капитуляции он освободил ее руки, и Шелли
опустила пальцы в его волосах; теперь Шелли отчаянно боялась, что он вдруг
может уйти неожиданно.
— Шелли, Шелли... — выдохнул Грант и принялся стягивать с нее колготки,
проклиная их и свою неуклюжесть. Чтобы не пугать ее силой своего желания, он
пытался сдерживаться, но ее руки, судорожно вцепившиеся в его плечи,
отчаянно молили о ласке и любви. Он поцеловал ее в губы, а его нежные пальцы
между тем подтвердили то, что он и без того подозревал: Шелли была готова
принять его, влажная и податливая.
Торопливо освободившись от одежды, Грант помедлил несколько мгновений у
алькова ее женственности. Взял в ладони ее лицо и пытливо заглянул в глаза.
— Думаешь, я бы позволил этой глупой девке встать между нами? После
десяти лет, мучительных для нас обоих, по-твоему, я бы позволил кому-то или
чему-то вновь лишить нас этого счастья?
Она покачала головой, слезы любви струились по ее щекам и его ладоням.
— Я же говорил, что никогда не смогу тебя отпустить, — продолжал
Грант. — Но я уйду, если ты об этом попросишь. Прямо сейчас. Только
тебе придется самой попросить меня об этом.
Обняв Гранта за шею, она притянула его к себе. — Нет, Грант. Не уходи.
— А насчет ужина... Я вовсе не то имел в виду, когда говорил...
— Я тоже. Я сказала глупость.
— А я был груб. Если я тебя обидел...
— Нет, нет, — перебила его Шелли. — Но только люби меня
сейчас.
Он проник в нее, такой сильный и родной, заполняя пустоту ее истосковавшейся
души, которую только он мог излечить. Они достигли экстаза быстро и
одновременно. Когда/немного успокоившись, он смог заговорить, его первыми
словами были:
— Больше нас ничто не разлучит. И она поверила ему.
Шелли проснулась. Слыша у своего уха ровное дыхание Гранта, она поняла, что
тот крепко спит. Осторожно поднявшись, укрыла его одеялом, защищая от
утренней прохлады, и направилась к платяному шкафу.
Закутавшись в теплый халат, она тихонько спустилась на кухню, намереваясь
сварить кофе и отнести Гранту, когда тот проснется. Улыбаясь своим
воспоминаниям и предвкушая новые ласки и любовные игры, Шелли не сразу
сообразила, что в парадную дверь стучат. Недоумевая, кто бы это мог быть в
столь ранний час, она пошла открывать.
Глянув в маленькое боковое окошко, Шелли почувствовала, как к горлу
подкатывает тошнота.
— Дэрил, — прошептала она в ужасе.
Он постучал снова, на сей раз более решительно. Только чтобы положить конец
его настойчивому стуку, Шелли распахнула дверь.
Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга через порог. Шелли
была приятно удивлена своим полнейшим безразличием к бывшему мужу. Одно
время, после развода, при виде Дэрила ее сердце так и подскакивало в груди,
она смущалась, начинала нервничать. Да уж, когда-то он умел заставить ее
почувствовать себя полным ничтожеством. Но теперь уже нет.
В подтверждение своей вновь обретенной уверенности, Шелли выдержала паузу и
вынудила Дэрила заговорить первым.
— Здравствуй, Шелли. — Он был по-прежнему красив и молод, с
мальчишескими ямочками на щеках. — Я тебя разбудил?
— Да, — солгала она, проникаясь чувством превосходства при мысли,
что стоит в одном халате и не испытывает ни малейшего трепета перед Дэрилом,
который не в состоянии пробудить волнения в ее теле — и никогда не мог. Ох,
как же ей хотелось выпалить ему это в лицо, рассказать о его
несостоятельности, опозорить и унизить так, как унизил ее он, невозмутимо
сообщив, что не желает больше видеть ее в своей жизни.
— Можно войти?
Она пожала плечами и посторонилась. Дэрил стремительно прошел мимо нее, и
тут вдруг Шелли поняла, что он в ярости. Редко он расстраивался настолько,
что это становилось заметно.
Окинув беглым взглядом гостиную, он обернулся и, подбоченясь, — еще
один признак его гнева, — велел ей:
— Садись.
— Постою, — ответила Шелли и скрестила руки на груди.
Она совершенно не представляла, что привело его сюда в столь ранний час да
еще в воскресенье, но не собиралась подчиняться его приказам, как всегда
делала раньше. Единственное чувство, которое он в ней сейчас
пробудил, — это любопытство. Но она не доставит ему удовольствия и не
станет спрашивать, что ему нужно. Шелли холодно посмотрела на него.
Его подбородок напрягся, он заскрежетал зубами — от этой привычки он
несколько лет безуспешно пытался избавиться. Руки его непроизвольно сжались
в кулаки.
— Я желаю знать, черт возьми, чем ты тут занимаешься?
Поморгав с невинным видом, Шелли хмыкнула:
— Вообще-то я собиралась варить кофе.
— Не строй из себя дурочку. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Насчет
этого типчика, Чепмена. Ты с ним встречаешься?
Шелли даже удивилась, как ему удается произносить слова, не шевеля губами.
— Ну да, — просто ответила она, — два раза в неделю посещаю
лекции по политическим наукам.
— Не только! — прорычал Дэрил, давая волю своему гневу. —
Один мой знакомый видел вас вместе на футбольном матче, а позднее — на
приеме у ректора. По вечерам ты бываешь у Чепмена дома. Так чем же ты
занимаешься?
— Тебя это не касается, — спокойно заявила Шелли, откинув назад
голову с дерзостью, от которой Дэрил вмиг остолбенел — прежде ему такого
видеть не доводилось. Огонь, полыхавший в ее голубых глазах, тоже был ему
незнаком.
Когда он наконец пришел в себя, то прошипел:
— Черта с два не касается. Ты моя...
— Бывшая жена, доктор Робинс. Причем, если помните, бывшей стала именно
по вашей инициативе. Не знаю, что вас сюда привело, и знать не хочу, но тем
не менее вынуждена попросить вас удалиться.
Дэрил и ухом не повел. — Этот тип всегда был предметом твоих
вожделений, верно? — Он ухмыльнулся. — Ты, наверное, даже не
представляла, как часто произносила его имя. Бог мой, кто через семь, восемь
лет после окончания школы вспоминает бывших учителей? Но ты не забыла.
Мистер Чепмен то
,
Мистер Чепмен се
. Я-то думал, тебя пленила его
вашингтонская карьера, но теперь разобрался, что к чему. Я надеялся, что при
его сомнительной репутации твоя девичья влюбленность улетучится. Или же
гнусность, которую он сотворил с той девицей в Вашингтоне, сделала его в
твоих глазах еще более неотразимым?
Шелли не собиралась защищать Гранта перед этим клоуном. Повернувшись к нему
спиной, она подошла к двери и распахнула ее.
— Впредь не трудись меня навещать, Дэрил. Прощай.
Метнувшись через комнату, он закрыл дверь, схватил Шелли за плечи и грубо
встряхнул.
— Ты с ним спишь?
— Да, — торжествующе глядя на него, заявила она. — И
наслаждаюсь каждой минутой.
— Сучка! — взвизгнул Дэрил, и Шелли поняла, что смертельно
оскорбила его, уязвила его самолюбие. Этого он вынести не мог. — Да ты
соображаешь, каким посмешищем себя выставляешь? А? — И снова встряхнул
ее, но Шелли не дрогнула.
— Посмешищем я выставляю тебя, Дэрил, и именно это тебя так огорчило.
Что же сделал твой знакомый? Вернулся в город и рассказал всем, что твоя
бледная робкая жена больше не бледная и не робкая? И что ты ей больше не
нужен? Что с каждым часом своей жизни без тебя она становится счастливее,
чем за все пять лет, проведенные с тобой? Если так, он прав. —
Заткнись! — крикнул Дэрил. — Плевать мне, что ты творишь со своей
жизнью, но не позволю портить мою. Я сделал себе имя. Собираюсь жениться на
дочери главврача. Представляешь, что значит подобная партия для моей
карьеры? Но если твоя пошлая интрижка с этим профессором выплывет наружу,
все мои планы на будущее вылетят в трубу. Так что ты немедленно прекратишь
эти нелепые отношения. По крайней мере до тех пор, пока я не женюсь.
Она рассмеялась ему в лицо, чем привела в еще большую ярость.
— Твое имя, твоя женитьба, твоя карьера. По-твоему, меня это волнует?
— Тебя это никогда не волновало!
— Как же, очень волновало! Достаточно волновало, чтобы работать в поте
лица и содержать нас, пока ты заканчивал колледж. Достаточно, чтобы
штудировать для тебя книги и печатать твои нудные, бесконечные доклады. Но,
когда ты закончил третьим в списке лучших, разве ты поблагодарил меня,
наградил отпуском? Нет, ты отправился на три дня в Мехико в компании двух
однокурсников.
— Я заслужил отдых.
— Я тоже!
— Значит, нынешний спектакль с профессором ты затеяла, чтобы
расквитаться со мной за все несправедливости, в которых я перед тобой якобы
виноват?
Шелли недоверчиво покачала головой.
— Твой эгоизм не перестает меня изумлять, — со смехом сказала
она. — Я бы не стала тратить на тебя свои драгоценные силы. Дэрил
Робинс, мне совершенно безразлично, станешь ли ты самым известным врачом в
мире или сгоришь в аду. Ты удалил меня из своей жизни и лучшего подарка мне
сделать не мог. — А уж я-то как был рад! Подумать только, я принес в
жертву свою свободу, чтобы жениться на такой льдине, как ты. Поганую шутку
ты со мной сыграла, детка. Завела меня до такой степени, что я сдуру на тебе
женился, и тут же выяснил, что ты сделана из камня. Готов поспорить, твой
профессор пережил немалый шок, верно? Или же ты заранее предупредила его,
что заниматься с тобой любовью столь же увлекательно, как совокупляться с
трупом?
Шелли побледнела, но не успела она найти достойный отпор, как Дэрил был
отброшен от нее и прижат к стене. Рука Гранта буквально прибила шею Дэрила
подобно металлическому обручу.
Обнаженный по пояс, успевший только натянуть джинсы, Грант выглядел весьма
угрожающе. Взъерошенные волосы и небритый подбородок придавали ему еще
больше решительности. Глаза его буравили лицо Дэрила с первобытной жаждой
крови.
— Если ты еще хоть раз заговоришь с ней в подобном тоне, я безнадежно
испорчу твою чудесную улыбочку, в которую ты вложил столько денег, —
прорычал он.
Дэрил нервно сглотнул, но все же старался не отступать.
— Значит, добавите физическое насилие и побои ко всем своим прочим
преступлениям.
Грант расхохотался, но в его гневном взоре не было и тени веселья.
— Обо мне говори что хочешь. Можешь меня оскорблять, если тебе от этого
станет легче. Уж поверь, Робинс, на меня наскакивали птицы покрупнее и
достойнее тебя. Меня ты не заденешь. Но я охотно вышибу из тебя дух, если ты
только посмеешь обидеть или оскорбить Шелли.
— То, что я сказал, правда, — пискнул Дэрил.
— То, что ты сказал, чушь! Я не стану посвящать тебя в подробности
наших интимных отношений, но, уверяю тебя, это самые яркие впечатления моей
жизни. И когда ты будешь лежать на холодном и скучном ложе своего выгодного
брака, подумай-ка лучше о том, что ты потерял — попросту отбросил из-за
своего непомерно раздутого самомнения.
Теплая волна охватила Шелли — это не было смущение, вызванное словами
Гранта, это была благодарность и любовь. Она даже не заметила взгляда,
который Дэрил бросил в ее сторону. Он посмотрел на нее с неожиданным
интересом, она же не сводила глаз с Гранта.
— Значит, вы намерены продолжать свою пошлую интрижку? — угрюмо
заметил Дэрил.
— Нет, — ответил Грант.
Шелли похолодела, глаза ее округлились от страха. Не выпуская Дэрила, Грант
повернулся к ней:
— Никаких интрижек. Мы поженимся.
От изумления Шелли открыла рот, но не издала ни звука. Дэрил онемел. Грант вновь повернулся к нему.
— И я умнее тебя, Робинс. Я буду любить ее так, как тебе не хватило
мозгов. Я уважаю и ценю ее ум и честолюбие. Ее карьера будет не менее важна,
чем моя. Наш брак будет союзом равноправных. Я помогу ей забыть годы,
проведенные в роли твоей половой тряпки.
Грозно взглянув напоследок на Дэрила, Грант выпустил его.
— Убирайся отсюда. Испоганил нам утро.
Дэрил быстро пришел в себя и, одернув пальто, бросил надменный,
презрительный взгляд на Шелли.
— Поздравляю. — После чего совершил ошибку, повернувшись спиной к
Гранту.
— Эй, Робинс! — вкрадчиво окликнул его Грант. — Да? —
отозвался доктор, оборачиваясь к нему с воинственным видом.
— А это тебе за все те случаи, когда ты огорчал ее, а меня не было
рядом, чтобы разобраться. — С размаху Грант всадил кулак под дых
Дэрилу, звук при этом получился просто тошнотворный.
Прижав руки к животу, надменный доктор согнулся пополам. Грант схватил его
за воротник пальто, встряхнул и потащил к выходу. Выпихнув на крыльцо, Грант
брезгливо отпустил его, словно дохлую крысу. Захлопнув и закрыв дверь на
ключ, он повернулся к Шелли. Выражение его лица смягчилось, и, раскинув
руки, он подошел к ней. В следующий миг она уже была в его объятиях.
Грант с нежностью посмотрел ей в глаза.
— Пусть не было свечей и вина и я не стоял на коленях, но тем не менее
это предложение руки и сердца. Выходи за меня, Шелли, — прошептал он,
прижимая ее голову к своему плечу. Шелли крепко обняла его. Она закрыла
глаза, пытаясь отогнать ухмыляющуюся физиономию Дэрила, стереть из памяти
его оскорбительные слова, и дрожащим голосом ответила:
— Не знаю, Грант. Просто не знаю... Он уловил ее нерешительность, понял
ее нежелание вновь связывать себя обязательствами и негромко предложил:
— Поедем прогуляемся по лесу. В этой комнате все еще воняет Робинсом. А
на свежем воздухе, если повезет, ты поймешь, что ничто не
...Закладка в соц.сетях
