Жанр: Любовные романы
Весы судьбы
... Нет, - бросил Гордон, круто развернулся и вышел.
Последнее, что прочла Агнес в его глазах, была ненависть.
6
До свадьбы оставался месяц, и Агнес решила в полной мере продемонстрировать
Гордону свои организаторские
способности, чтобы у того впредь не возникало желания обращаться к секретарше
или наемному дизайнеру.
Впрочем, помимо этого, она была рада возможности с головой уйти в дела,
чтобы как можно меньше времени оставалось
на раздумья о серьезности предстоящего ей шага.
Гордон позвонил ей и напомнил о том, что после свадьбы им обоим придется
поселиться в хозяйском крыле дома. Агнес
сухо сообщила ему, что давно уже занимается этим вопросом. Вооружившись идеями
Джейн, Агнес собрала в библиотеке
работников поместья, чтобы выяснить, насколько она может рассчитывать на
собственные силы.
Выяснилось, что прислуга, привыкшая за годы жизни в Спрингхолле браться за
любую работу, с энергией и желанием
возьмется за ремонт и сделает все, что велит им хозяйка.
После возвращения из Оксфорда Агнес трое суток просидела над эскизами
интерьеров, планом ремонтных работ и сметой
расходов. Позвонив в лондонские фирмы-поставщики, которые посоветовала ей Джейн,
она заказала по оптовой цене обои и
прочие строительные материалы. Часть заказов Агнес разместила прямо в поселке.
Так, миссис Тайлер, одна из немногих в
графстве все еще владевшая секретами ручного ткачества, взялась вместе с дочкой
и племянницей соткать и сшить шторы,
покрывала и чехлы для хозяйских комнат.
Ознакомившись с эскизами и фотографиями, отобранными Агнес из каталогов и
фотоальбомов, миссис Тайлер крепко
призадумалась, но через день позвонила в усадьбу и сообщила, что справится. У
Агнес после этого звонка словно крылья
выросли. После трех дней непрерывного труда и раздумий над планом реконструкции
она чувствовала себя выжатой, как
лимон, и даже немного упала духом, испугавшись грандиозности задачи, за которую
взялась, но теперь снова горела
оптимизмом.
"И в самом деле, - подумала она, - если я сдамся сейчас, что будет дальше?
Он же из меня веревки вить будет. Еще, чего
доброго, заберет от меня детей и заявит, что поручит их воспитание кому-то
другому, коль скоро я ничего не могу сделать
без посторонней помощи".
Агнес с удивлением открыла в себе бойцовский дух, о существовании которого
не подозревала. "Неужели все это - от
ответственности за ребенка, который не только еще не родился, но даже не зачат?"
- с иронией подумала она, заметив, что
способна часами бродить по галерее, всматриваться в лица предков на портретах и
гадать, на кого из них будет похож ее
будущий первенец.
Ее сын!.. Агнес бросило в дрожь от этих слов. В перерывах между звонками и
руководством ремонтом она мысленно
держала на руках младенца со смуглой, как у Гордона, кожей, ребенка, которого
она заочно любила уже за то, что он будет
похож на своего отца... Но она тут же осаживала себя. На кого бы ни был похож
сын, он вырастет Личностью с большой
буквы, а не бледной копией одного из своих родителей.
Через четыре дня после возвращения Агнес из Оксфорда в Спрингхолле уже
вовсю кипели работы. В четверг утром
наспех сколоченная ремонтная бригада из числа служащих поместья сдирала старые
обои в хозяйских покоях, вытаскивала
старую мебель, мыла окна, циклевала и покрывала лаком паркет.
Агнес буквально рвалась в бой, окончательно уверовав в то, что способна
отреставрировать усадьбу не хуже женщиныдизайнера,
с которой Гордон, по ее настоянию, расторг контракт.
Она наслаждалась долгожданной свободой действий. Избавленная от бремени
надвигающегося банкротства, Агнес обрела
возможность вложить накопленные за этот год средства в возрождение Спрингхолла.
Более всего ее радовало, что в случае
продажи сервиза она получит возможность покрыть часть расходов.
Пока бригада строителей трудилась на втором этаже, миссис Хокс под
руководством хозяйки колдовала над меню
свадебного стола. Изучив вдоль и поперек толстенные тома поваренных книг, часть
которых принадлежала еще
прапрабабушке Агнес, женщины составили список блюд, который мог бы удовлетворить
вкусы самых взыскательных и
капризных гостей.
К пятнице хозяйские комнаты были подготовлены к оформительским работам: со
стен ободраны старые, выцветшие обои,
с окон - пыльные шторы, с деревянных панелей удален потемневший и
растрескавшийся от времени лак. Комнаты стали
удивительно светлыми и просторными.
Из поселка периодически звонила миссис Тайлер и сообщала, как движется
работа над тканью для старинного балдахина,
- Агнес выбрала для нее нежный персиковый цвет в сочетании с парижской лазурью.
Стены предполагалось оклеить обоями
в тех же тонах.
Упрямство деда и тетушки Джулии, выступавших против всяких технических
новшеств, неожиданно обернулось
положительной стороной. Проконсультировавшись у специалистов, Агнес узнала, что
сантехника начала века снова вошла в
моду и пользуется бешеным спросом в антикварных магазинах и на аукционах. А
поскольку ванная была довольно большой,
оставалось только подвести горячую и холодную воду и заново обшить панелями
стены, чем сейчас и занимался плотник.
Для маленькой гостиной, входящей в хозяйские апартаменты, Агнес выбрала
более строгие обои - но тоже светлые,
пастельных тонов, с изящным, неброским узором.
Бродя по голым комнатам и глядя на мебель, сдвинутую к центру и закрытую
пыльными шторами, Агнес пыталась
представить, как все это будет выглядеть. Дело двигалось успешно, душа у нее
пела, и лишь изредка сердце ёкало от мысли:
вдруг что-нибудь да не получится? Но она тут же отгоняла от себя паническое
настроение, повторяя вновь и вновь, что
отступать уже поздно.
Для большой светлой гостиной на первом этаже, выходящей окнами на юг и
обставленной викторианской мебелью, Агнес
выбрала в качестве основного тона сочетание небесно-голубого и терракотового
оттенков и втайне надеялась, что Гордон
одобрит ее вкус.
На первом этаже требовали ремонта библиотека и столовая. Правда, по зрелом
размышлении, Агнес решила, что красивые
обои из китайского шелка можно и не менять - только чуть-чуть обновить. Еще
несколько комнат можно было пока оставить
в покое, - если все получится и ей удастся выполнить требования Гордона, можно
будет заняться их ремонтом попозже.
Она ждала жениха в пятницу вечером и весь день просидела как на иголках, но
после обеда он позвонил и сдержанно
сообщил, что на десять дней улетает в Японию для ведения срочных переговоров.
Агнес вздохнула - разочарованно и облегченно в одно и то же время. Конечно,
ей не терпелось показать Гордону плоды
своих трудов, но в то же время она страшно боялась ему не угодить. Как бы то ни
было, она получила отсрочку, и надо было
пользоваться этой возможностью.
Зато в субботу вдруг появилась ее сводная сестра, прибывшая в Спрингхолл с
очередным кавалером - застенчивым и, судя
по всему, богатым молодым человеком.
- Дорогая, - томно сказала Сьюзен, - к моему величайшему сожалению, я не
смогу быть подружкой на твоей свадьбе. Меня
не будет в Англии в это время, потому что мы с Лео собираемся на море, в Италию.
- Ты ничего не говорила о свадьбе сестры, - удивленно сказал ее приятель. -
Мы могли бы перенести поездку...
Сьюзен локтем двинула его в бок и очаровательно улыбнулась. Лео,
смутившись, умолк и потупился.
- Милый, пойди прогуляйся, - сладко пропела Сьюзен.
- У тебя на редкость милая сестра, - заметил молодой человек и, увидев
выражение лица своей подруги, добавил: - Я уже
вышел.
Оставшись наедине с Агнес, сестра без всяких предисловий заявила:
- Собственно, я приехала за небольшой ссудой.
- Эти вопросы решает Гордон, - сухо ответила Агнес.
- Да что ты, милочка! - приторно улыбнулась Сьюзен. - Я же в курсе того,
что ты свободно снимаешь деньги с его счета.
Что тебе стоит взять для меня каких-нибудь несколько тысяч фунтов.
Каких-нибудь несколько тысяч! Агнес, еще недавно считавшая каждый пенни,
была совершенно ошеломлена.
- Нет, - покачала она головой. - Это невозможно. Обращайся к Гордону и с
ним обо всем договаривайся.
- Послушай, дорогая, - прищурившись, сказала Сьюзен. - Не надо делать вид,
будто ты выходишь за Гордона по любви.
Наверняка он щедро заплатил за возможность получить в наследство имение и
графский титул. Не жадничай, поделись хотя
бы толикой со своей сестрой!
- Сьюзен, - стояла на своем Агнес, - я не считаю себя вправе распоряжаться
чужими деньгами. Приедет Гордон, с ним и
переговоришь.
- Я с ним уже все обговорила, - огрызнулась Сьюзен. - Так ты мне дашь
деньги или нет?
- Нет.
- Тогда в гробу я видала тебя и твою свадьбу.
И она ушла, оглушительно хлопнув дверью.
Агнес, как ни странно, ощутила некоторое облегчение от того, что их
отношения с сестрой наконец-то обрели
определенность. Смутное подозрение, что единственной причиной, заставлявшей
Сьюзен поддерживать с ней отношения,
была жажда денег, подтвердилось, и теперь Агнес, по крайней мере, точно знала,
что сестра - чужой для нее человек.
Гораздо больше ее беспокоило то, что и другие люди могли увидеть в их с
Гордоном браке сделку. И, хотя это была почти
правда, Агнес не желала, чтобы все об этом узнали. Как бы плохо ни относился к
ней этот человек, она его любила, а потому
мысль о том, что их союз навеки получит клеймо брака по расчету, была для нее
глубоко оскорбительна.
Впрочем, со стороны, вероятно, бросалось в глаза ее собственная
несостоятельность как невесты и будущей жены
Гордона. Да, она стала одеваться красиво и модно, но все равно не шла ни в какое
сравнение с его прежними подругами, и
это было очевидно.
Оставшееся до конца дня время она посвятила тому, что еще раз просмотрела и
подписала приглашения на свадьбу, лично
отнесла их на почту и вернулась домой.
Воздух был пропитан осенним морозцем, темные силуэты голых деревьев четко
вырисовывались на фоне заката. Около
почты стайка оживленно болтающих женщин обернулась при ее появлении. Агнес
хорошо их знала и в другое время не
придала бы их вниманию никакого особого значения, но сегодня, задетая за живое
намеками Сьюзен, она съежилась и
торопливо прошла мимо, ограничившись скупым приветствием.
В выходные от Гордона не было никаких известий, зато непрерывно звонили
люди, уже получившие приглашения, и
среди них - крестная Агнес. Ее муж, старый друг Тимоти, был лордом-наместником
графства. Женщины долго болтали,
уточняя детали предстоящей свадьбы. Леди Макферсон познакомилась с Гордоном во
время последней рождественской
вечеринки у Тимоти и поэтому была особенно оживлена.
- Я всегда подозревала, что он питает к тебе возвышенные чувства, - с
волнением в голосе произнесла она. - Слава Богу,
милая, что вы решили не откладывать свадьбу, это ни к чему хорошему не приводит.
Конечно, леди Макферсон предложила свои услуги, и, разумеется, Агнес с
благодарностью от них отказалась. Она любила
крестную, но та, как натура романтическая и увлекающаяся, смотрела на жизнь
сквозь розовые очки, и девушке не хотелось
целыми днями выслушивать ее высокопарные сентенции о любви навеки, свете
семейного очага и прочих правильных, но
бесконечно далеких от реальности вещах.
Она уже собиралась отправляться в постель, когда телефон зазвонил снова.
Агнес подняла трубку и услышала холодный
голос Гордона:
- Агнес, это ты?
- Гордон! - растерявшись от радости, воскликнула она. - Разве ты не в
Японии?
- Я и есть в Японии, - со смешком сказал он. - Просто позвонить отсюда не
составляет никакого труда. - И уже более
сдержанно поинтересовался: - Как дела с подготовкой к свадьбе?
Его изменившийся тон мгновенно остудил радость Агнес. "Дурочка! - с досадой
подумала она. - Обрадовалась внезапному
звонку. А он всего лишь проверяет, все ли ты правильно делаешь, чтобы при случае
упрекнуть в том, что ты не
воспользовалась помощью Лоры!"
- Все идет прекрасно, - деланно бодрым тоном сообщила она. - В пятницу я
выслала приглашения, и многие уже
позвонили и подтвердили, что приедут. Правда... - она запнулась, а потом
продолжила, - я не нашла в списке никого из твоих
родственников...
- Я уже говорил, - резко прервал ее Гордон, - что я иду своей дорогой, а
они - своей. Это их выбор, и я его уважаю.
- Но...
- Представь себе, как они будут чувствовать себя в обществе аристократов и
миллионеров, какой это будет стресс для них?
Нет, Агнес, надо быть милосердными...
-Я...
- Кстати, ты не еще передумала выходить за меня замуж?
Агнес удивилась и насторожилась.
- А ты решил, что я обязательно передумаю? - ответила она вопросом на
вопрос.
- Вообще-то, нет.
- Вот как? - с нервной усмешкой спросила девушка.
- Видишь ли, не в обычае Рокуэллов отказываться от данного ими слова.
- Ну, отчего же, - сказала она. - Сьюзен, например, отказалась быть моей
подружкой и вообще присутствовать на свадьбе.
- А она что, приезжала? - резко спросил Гордон. - И просила у тебя денег.
Ты ведь теперь богатая!..
- Я ей отказала...
- Тогда понятно, почему она не хочет приезжать на свадьбу. Нет, Тимоти был
трижды прав, подозревая, что его приемная
внучка никогда не станет истинным представителем фамилии Рокуэллов!..
- Она считает, что я выхожу замуж за деньги, а ты женишься на мне ради
титула и прав на Спрингхолл.
Воцарилось молчание.
- И что? - спросил наконец Гордон.
- Мне бы хотелось, чтобы после свадьбы никто не мог обвинить нас в том, что
мы женимся только ради корысти... Помоему,
мы должны сделать что-то, чтобы над нами и нашими детьми не висел призрак
брака по расчету.
Гордон молчал, и тишина становилась все более непереносимой. "О чем он
думает? - в панике спрашивала себя Агнес. -
Что собирается сказать? Неужели отвергнет ее предложение? Высмеет ее наивность?
Или все-таки согласится?
- Союз по любви? - рассмеялся Гордон. - Между мной и тобой? Ты
действительно полагаешь, что людей так просто
провести?
Агнес чуть не закричала от отчаяния и боли. Возможно, он был прав и, кроме
романтически настроенной крестной, никто
не поверит в то, что Гордон Стэмфорд способен влюбиться в серую, неинтересную и
скучную Агнес Рокуэлл. Но, даже если
так, он мог бы пощадить ее самолюбие, успокоить ее раненое сердце, пролить
бальзам на ее ущемленную гордость,
притвориться, что все у них получится!..
- Нет... - процедил сквозь зубы Гордон. - То, что ты предлагаешь, - просто
чушь!..
Агнес медленно опустила трубку на рычаг.
Последующие пять минут телефон властно и настойчиво звонил, но она просто
сидела, скрестив руки на коленях и глядя в
пустоту.
Единственный раз в жизни она о чем-то попросила его, и он не просто
отказал, но и выставил ее полной идиоткой. А все
потому, что она расслабилась, позволила себе поверить, будто между ними могут
быть какие-то неформальные, если не
любовные, то по крайней мере дружеские отношения.
Теперь она знала, что этого не может быть, - потому что этого не может быть
никогда!
Сон Агнес скорее походил на тревожный бред, и, когда она проснулась, сердце
болезненно колотилось, а в ноздри бил
запах свежей краски.
Мрачная, раздраженная, она ходила по дому, и все ей не нравилось. Она даже
огрызнулась на позвонившую ей днем
Джейн.
- Предсвадебная лихорадка, - рассмеялась подруга. - Ничего, это не
смертельно! Как подготовка к свадьбе?
- Не так уж плохо, - буркнула Агнес. - Графские апартаменты практически
готовы. Сегодня будем вешать новые шторы,
которые сшила миссис Тайлер, а в конце недели из Лондона должны привезти ковры.
- Замечательный магазин,
специализировавшийся на чистке антикварных ковров, ей, как всегда, помогла
открыть Джейн.
- С тобой все в порядке? - озабоченно спросила Джейн. - Я что-то тебя не
узнаю.
- Все нормально, - смягчив тон, ответила Агнес.
Разумеется, она не была и не могла быть в порядке! "Как я буду жить с
Гордоном, если один телефонный разговор с ним
начисто выбивает меня из колеи?" - подумала с отчаянием девушка.
- Между прочим, никогда не поздно передумать, - деловито заметила Джейн. -
В конце концов, на Спрингхолле и
графском титуле свет клином не сошелся!
Агнес прикусила губу. То, что предлагала Джейн, казалось выходом из
ситуации, и в какой-то момент она чуть было не
поддалась искушению, но тут же себя остановила.
- Не могу, Джейн! - срывающимся голосом сказала она. - Я связана словом - и
не только перед Гордоном, но и перед
дедом!
- Агнес, дурочка, хотя бы раз в жизни подумай о себе, - вздохнула подруга.
- Кстати сказать, вчера Майклу пришло в
голову, что ты могла бы взять банковский кредит под залог имения для выплаты
налога на наследство... Но дело даже не в
этом! Я беспокоюсь не за имение, а за тебя, Агнес! Зная тебя и немного
представляя себе Гордона, я боюсь, что вы способны
отравить друг другу жизнь.
- Способны, - скорбно признала Агнес. - Но если и так, что ж... По крайней
мере, мои дети не смогут упрекнуть меня в
том, что я лишила их того, что получила от предков.
Слишком поздно было поворачивать назад. Мосты к отступлению были сожжены. И
если бы даже Агнес попыталась
отказаться от своего слова, Гордон никогда бы не понял, что она сделала это из
любви к нему.
- Изумительно, миссис Тайлер! - воскликнула Агнес, когда после ланча они
вместе со швеей повесили на окна новые
шторы.
Яркие, сочные краски прямо-таки пылали на фоне новых светлых обоев. Для
этих комнат Агнес со всего дома собрала
самую ценную и лучше всего сохранившуюся антикварную мебель: любимое бабушкино
инкрустированное бюро стояло у
стены, напротив - тяжелый комод. Кровать была отполирована до блеска, а вместо
допотопного бугристого матраса,
которому, как подозревала Агнес, было не меньше полувека, она заказала новый.
Далее миссис Тайлер представила на общий суд огромное пуховое стеганое
одеяло, накидки на подушки и чехлы для
кресел.
- Покрывала для софы и шторы в гостиную тоже готовы, - сообщила она, - но я
подумала, что вам, мисс Рокуэлл,
захочется предварительно взглянуть на них. Может быть, потребуется что-то
переделать.
Тишина, воцарившаяся в доме после ухода команды строителей, практически
закончившей ремонт нижних комнат,
казалась немного пугающей. Агнес по-прежнему оставалась в комнате одна.
Выросшая в атмосфере суеты и шума, она вспомнила вдруг, как одиноко
чувствовала себя в родном доме. "Мой ребенок
никогда не узнает такого одиночества, - твердо пообещала она себе. - У него
будет семья, а не просто родственники, от
которых не добьешься ни понимания, ни ласки, ни слов любви!"
Семья... Да, именно об этом она мечтала. Иметь семью, родных, радоваться
возможности любить и быть любимой...
- Агнес!
Девушка вздрогнула. Голос Гордона? Но он в Японии и вернется не раньше чем
к концу недели.
Ущипнув себя за локоть, она обернулась и увидела стоящего в дверном проеме
Гордона Стэмфорда собственной
персоной.
- Миссис Хокс сказала, что ты здесь, - сказал он хмуро и двинулся к ней.
Агнес вспыхнула от радости, но тут же спохватилась и погасила сияние в
своих глазах.
- Да, - уклончиво ответила она. - Мы с миссис Тайлер только что закончили
развешивать шторы, и я смотрю, что
получилось.
- По-моему, просто замечательно, - похвалил Гордон, окинув взглядом
комнату.
- Действительно? - насторожилась Агнес.
- Можешь мне поверить, - пожал он плечами. - Но миссис Хокс сказала, что
последние рабочие ушли полтора часа назад...
Агнес изумленно заморгала.
- Полтора часа? - с недоверием в голосе переспросила она. - Неужели?
- Представь себе, - сказал он, и рука его как бы сама собой легла на ее
талию. - Мечтала о нашей жизни после свадьбы?
Покраснев, Агнес опустила голову и попыталась уйти, но он удержал ее.
- Ты куда-то спешишь? - спросил он хрипло.
Девушку охватила странная дрожь.
- Да, - солгала она. - Дел невпроворот.
- Нужно давать себе отдых, особенно после того, как ты добилась такого
блестящего результата, - вкрадчиво прошептал
Гордон. - Отделывая эту комнату, ты думала о том, что мы будем делить ее с тобой
на двоих?
Агнес снова вспыхнула и отвела взгляд. Гордон засмеялся низким, хриплым
смехом, от которого ей вдруг стало жарко. И
тут, словно со стороны, она услышала собственный, до неузнаваемости изменившийся
голос:
- Я не думала, что ты вернешься так скоро...
- Мне захотелось вернуться как можно скорее, и я, сумел сократить программу
переговоров.
- Все прошло успешно?
- Да.
- Когда ты прилетел?
- Сегодня днем.
- Устал?
- Немного... Агнес, я много думал над твоими словами, - негромко произнес
Гордон, - и решил, что ты права: мы должны
заставить окружающих поверить, что наш брак основан на любви.
Девушка изумленно вскинула голову. Ее робкая мольба была услышана?
Но Гордон, словно прочитав ее мысли, добавил:
- Существует такое понятие, как достоверность. Чтобы люди убедились в нашей
искренности, недостаточно слов.
Влюбленных всегда выдает некая интимность. Это проявляется в том, как они
глядят, прикасаются друг к другу, целуются...
Он привлек ее еще ближе, и Агнес замерла, ощутив жар и силу его большого,
сильного тела.
- Гордон! - попыталась протестовать она.
- Все в порядке, Агнес, - пробормотал он возле самых ее губ. - Я просто
хочу поцеловать тебя. В конце концов, мы с тобой
собираемся убедить весь мир в нашей любви, разве не так?
Он коснулся ее губ, и этот легкий, непритязательный поцелуй пронзил ее
насквозь.
- Агнес, - с тихим смешком прошептал он. - Не сжимай губы во время поцелуя,
иначе никто нам не поверит.
Его голос и теплое дыхание околдовывали девушку.
- Гордон! - еле слышно пролепетала она. - Мне нужно идти. Миссис Хокс
подумает...
- ...Что мы занимаемся любовью?
Агнес покраснела до корней волос, потому что она собиралась сказать
совершенно иное. Гордон взглянул на ее лицо и
усмехнулся.
- Твои глаза красноречивее всяких слов, - пробормотал он, отбрасывая со лба
прядь волос. - Удивительно! Я женюсь на
женщине, которая ни в состоянии скрыть свое отвращение ко мне.
- Но, Гордон, это неправда! - сорвалось у нее с языка.
- Неправда? - оживился он. - Тогда поцелуй меня по-настоящему, а не так,
как маленькая девочка целует противного
родственника.
Агнес, задрожав, закрыла глаза и ощутила тепло его дыхания у самых своих
губ. Она сжалась в комок, приготовившись к
тому, чтобы перенести это испытание и ничем себя не выдать.
Но ничего не произошло.
Ресницы ее вспорхнули вверх. Гордон смотрел на нее в упор.
- Ты неправильно поняла меня, Агнес, - сказал он тихо. - На этот раз твоя
очередь поцеловать меня.
Девушка побледнела.
- Бедняжка! - усмехнулся Гордон. - Сколько страха!
- А ты чего хотел? - попыталась отшутиться Агнес. ~ Откуда я знаю, вдруг ты
кусаешься?
- Торжественно заверяю тебя, что не кусался, не кусаюсь и никогда не буду
этого делать.
- И я должна этому поверить? - тянула время девушка.
Лицо Гордона помрачнело.
- Как еще убедить тебя? - спросил он глухо, и глаза его мрачно блеснули. -
Что мне остается? Силой доказать, что под
твоей ледяной надменностью скрывается неутоленная страсть?
Агнес задрожала всем телом, но не от страха или холода.
И в то же мгновение его губы пленили ее рот, на этот раз - жадно и
требовательно, познавая его вкус и форму,
наслаждаясь сладостью единения.
Все ее чувства ожили, тело заныло от наслаждения, от прежней сдержанности и
благоразумия не осталось и следа. Руки
Агнес сами собой взлетели вверх и обвились вокруг его могучих плеч, пальцы,
пробежав по груди, скользнули под пиджак.
Гордон напрягся и прижал ее к себе так крепко, что она ощутила его
возбуждение. По телу Агнес пробежал огонь, глаза
закрылись. Она таяла от его ласк, как снег под лучами майского солнца...
- Привет, Гордон!.. Так вы, значит, здесь?.. - как гром с ясного неба
раздался голос Лоры.
Агнес в панике отпрянула назад, а Гордон, помедлив, поправил волосы и
обернулся.
- Вы велели подготовить к отправке несколько писем. Я напечатала их и
решила показать вам. Вы предупредили меня, что
это срочное поручение, вот я и решила найти вас сама... Кстати, сегодня вечером
прием... Вас там ждут...
Она говорила, обращаясь к Гордону, но глаза ее были прикованы к чуть
припухшему рту Агнес.
"Никаких извинений по поводу того, что ворвалась без стука, - раздраженно
подумала Агнес, - никаких сомнений в
собственном праве нарушать наше уединение... Никакого сомнения в том, кто из нас
двоих обладает большей властью над
Гордоном..." Она вдруг поняла, что, высокомерно отказав секретарше в праве
руководить подготовкой свадьбы, она нажила
себе опасного врага.
Разумеется, они и без того не могли быть подругами, но Агнес, возможно,
следовало действовать чуть тоньше, не так
открыто демонстрируя свою ревность. Но, что сделано, то сделано, и теперь, когда
Лора открыто стала на тропу войны,
Агнес оставалось лишь гордо вздернуть подбородок и двинуться прочь, бросив через
плечо:
- Кажется, я здесь лишняя... Пойду помогу миссис Хокс еще раз просмотреть
свадебное меню.
- О! Комнаты отремонтированы! - воскликнула Лора, оглядевшись. - Гордон, вы
сами нашли дизайнера?
Агнес приостановилась, ожидая его реакции. Вообще-то, с ее стороны было
неразумно задерживаться. Она и без того
выдала себя сегодня, и теперь оставалось надеяться лишь на то, что Гордон спишет
ее пылкость на обычное сексуальное
томление, на голос тела, не имеющий ничего общего с чувствами.
Что ее изумило, так это страстность самого Гордона. Для мужчины с его
сексуальным опытом и искушенностью она
казалась, мягко говоря, необъяснимой. Агнес подумала, что он, возможно, просто
имитировал желание, дабы обмануть ее, и
от этой мысли ей стало не по себе.
Тем временем Гордон, забрав из рук секретарши бумаги, заметил:
- Ты недооцениваешь таланты моей невесты, Лора. Все, что ты видишь, сделано
ею и под ее руководством.
Девица поджала губки и, когда Агнес проходила мимо нее, прошипела:
- Надеюсь, мисс Рокуэлл, вам хватит ума не влюбляться в Гордона? Меньше
всего на свете он нуждается в любящей
женушке.
- Я ни в кого не собираюсь влюбляться! - парировала Агнес, охваченная
холодным бешенством, как вдруг заметила, что
Гордон, оторвавшись от бумаг, прислушивается к их сло
...Закладка в соц.сетях
