Жанр: Любовные романы
Констанция книги 1-6.
...даже простое путешествие. Снова и снова - Америка...
- У вас есть для кого-нибудь из нас сообщение?
- Да.
- Для кого?
В ответ - молчание.
- Для графа де ла Мотта?
- Нет.
- Для графини де ла Мотт?
- Нет.
- Для Луизы де Андуйе?
- Нет.
- Для Ташеретты де Андуйе?
- Нет.
- Может быть... для меня?
- Да.
Кардинал умолк так надолго, что его соседка графиня де ла Мотт не
выдержала.
- Что же вы молчите, ваше преосвященство? Дух хочет говорить с вами.
Продолжайте и попросите его сказать то, что он
хочет сказать.
Кардинал вдруг заморгал как-то по-особенному часто и, судорожно сглотнув,
спросил:
- Это о моем будущем?
Ответ Калиостро немного успокоил его:
- Нет.
Каждому из сидевших за столом было видно, какое облегчение испытал при этом
кардинал де Роан. Он даже начал
улыбаться. Дабы его высокопреосвященство не отвлекался, госпожа де Сен-Жам
прошептала:
- Продолжайте, прошу вас. Продолжайте, пока дух Карла I здесь.
- Что вы хотите сказать? - окрепшим голосом спросил кардинал де Роан.
Калиостро замотал головой из стороны в сторону и чужим, холодным голосом
произнес:
- Мария...
Лицо де Роана потемнело.
- Похоже, что он вспоминает о вашем прошлом, - неуверенно протянула хозяйка
салона.
Великий капеллан Франции был одно время послом Людовика XV при Венском
дворе. Противоречие между Австрией и
Францией вскоре обострилось до такой степени, что австрийская императрица МарияТерезия
добилась отзыва кардинала де
Роана из Вены. Возможно, дух Карла I Стюарта поведал сейчас именно об этой
странице из биографии кардинала. А может
быть, он подразумевал что-то другое - но об этом было известно только самому де
Роану.
И, судя по всему, он никому не намеревался выдать эту тайну.
- У вас есть еще какое-нибудь сообщение? - торопливо спросил он.
- Да.
Этот ответ был неожиданностью не только для кардинала де Роана, но и для
всех остальных.
- Для кого же?
- Людовик.
Все начали недоуменно переглядываться.
- У вас есть сообщение для короля Людовика XVI? - переспросил кардинал де
Роан. - Вы хотите что-то сказать его
величеству?
В ответ молчание.
- Наверное, вы не правильно сформулировали вопрос, - подсказала графиня де
ла Мотт. - Спросите его как-нибудь по
другому.
Кардинал пожал плечами.
- Но как?
- Боже мои, - со злостью прошипела графиня де ла Мотт, - до чего же
беспомощны все мужчины. Каждый раз приходится
делать все самой. Спросите его, это сообщение о будущем короля?
Кардинал покорно повиновался.
В ответ послышалось короткое:
- Да.
Такого не ожидал никто из участников сеанса. Да, это была настоящая
сенсация и, судя по всему, завтра о ней узнает весь
Париж. Если, конечно, хозяйка салона не позаботится о сохранении
конфиденциальности. Все напряженно подались вперед. -
Дух короля Карла I Стюарта, мы просим вас сообщить нам, что ждет короля Людовика
XVI в будущем. Слово, произнесенное
после этого графом Калиостро, повергло всех в замешательство. Никто даже не
знал, что оно означает.
- Варенн...
Никто ничего не понял, но повторный вопрос остался без ответа. Граф
Калиостро резко дернулся, поднял голову и открыл
глаза. Госпожа де Сен-Жам посмотрела на него дикими глазами.
- Вы уже здесь? - бесхитростно спросила она. Калиостро вновь выглядел
уставшим - еще более уставшим, чем в начале
вечера. Констанция снова пожалела его. "Боже мой, как же тяжело ему приходится.
Эти духи отнюдь не бесплотны". Даже не
дожидаясь, пока Калиостро окончательно придет в себя, госпожа де Сен-Жам
набросилась на него с расспросами. - Скажите,
граф, что означали все эти слова?
Он непонимающе мотнул головой.
- Какие слова?
- Разве вы не слышали?
Калиостро взглянул на госпожу де Сен-Жам, как показалось Констанции, даже с
некоторой укоризной.
- Вы же знаете, что я не присутствую на собственных спиритических сеансах.
Мое тело служит лишь проводником воли
духа.
Тогда хозяйка салона принялась наперебой рассказывать ему о том, какие
предсказания они только что услышали.
Выслушав все это, Калиостро немного помолчал.
- Разумеется, кое-что я могу объяснить даже здесь, но для остального мне
потребуется время. Позвольте, я запишу все
слова, произнесенные духами. Значит, сегодня нас посещали дух кардинала Ришелье
и английского короля Карла Стюарта.
Итак, Луиза де Андуйе - Лондон, театр. Госпожа де Сен-Жам - Гимен. Граф де ла
Мотт - цепь. Графиня де ла Мотт - лилия.
Графиня де Бодуэн - Америка. Его высокопреосвященство кардинал де Роан - Мария.
И, наконец, король Людовик XVI -
Варенн.
Покрутив перед глазами листок с записями, Калиостро, наконец, произнес:
- Пожалуй, сейчас мне все ясно только с Луизой де Андуйе и графиней де
Бодуэн. Их ждут путешествия в Англию и
Америку. Это вне всякого сомнения. Возможно, они будут продиктованы семенными
обстоятельствами, возможно, чем-то
еще. Но в любом случае, вы, виконтесса, - он выразительно посмотрел на Луизу, -
и вы, графиня, - последовал взгляд на
Констанцию, - можете не бояться своего будущего. Если бы то, что вас ожидает,
было бы более мрачным, дух непременно
сказал бы об этом. А вот над пророчествами, касающимися остальных, мне
необходимо подумать. Господа, вы можете убрать
руки со стола, сеанс закончен.
Он первым поднялся из-за стола и, достав из подсвечника свечу, подошел к
камину. Вскоре в комнате горели все свечи. Все
сидели с бледными вытянутыми лицами и недоуменно смотрели друг на друга, не
зная, что сказать.
- А по-моему, все это не имеет особого смысла, - изобразив на лице некое
подобие улыбки, сказал господин Бомарше.
Госпожа де Сен-Жам обиженно взглянула на него.
- Вы говорите так, наверное, потому, что духи ничего не сказали
относительно вашей судьбы.
Бомарше пожал плечами.
- А если бы и сказали. Неужели вы думаете, что я немедленно стал бы ломать
голову над каким-нибудь словом. Нет, помоему,
все это просто бессмыслица. Цепь, лилия, театр, Америка.
Старая графиня де Андуйе недовольно пробурчала:
- С такими мыслями, господин Бомарше, вам не следовало приходить сюда.
К знаменитому писателю раньше всех вернулось обычное веселое расположение
духа.
- Да, наверное, вы правы. Я слишком скептически отношусь к подобным вещам.
Все это не для меня. Меня больше
интересует то, что происходит в реальной жизни с реальными людьми.
Граф Калиостро не вмешивался в этот разговор, предпочитая прохаживаться
вдоль стен, заложив руки за спину.
- Луиза, нам нужно серьезно обсудить все это, - сказала Ташеретта де
Андуйе.
Девушка была готова расплакаться прямо на глазах у всех присутствующих.
Несмотря на то, что господин Бомарше еще пытался шутить, чувствовалось, что
гости не расположены к этому.
- Простите, госпожа де Сен-Жам, - обратилась к хозяйке салона Констанция. -
Вы не могли бы узнать, который час?
Госпожа де Сен-Жам неожиданно резко отодвинула стул и вышла из комнаты.
Спустя несколько мгновений она вернулась.
- Два часа.
Констанция поднялась.
- Я очень сожалею, но мне пора идти. При моем нынешнем образе жизни это
слишком позднее время.
Хозяйка салона развела руками.
- Не смею задерживать. Хочу только поблагодарить вас, госпожа де Бодуэн за
то, что вы пришли в мой салон. Конечно, я не
баронесса де Сталь, и мы здесь не ведем разговоров по литературе и философии, но
ведь вы не станете отрицать, что
познакомились здесь с интересными людьми?
Констанция почтительно опустила голову.
- Да, разумеется, - тихо сказала она. - Главное, что это люди знатные.
Госпожа де Сен-Жам не уловила скрытой в голосе Констанции иронии, а
напротив, как все люди, лишенные чувства юмора,
подхватила эти слова:
- Да, да, конечно. У меня в салоне собираются только самые знатные и
влиятельные люди. Все они имеют вес при дворе.
На сей раз Констанция решила промолчать. Точнее, она уже собиралась уходить
и в ее планы отнюдь не входило затягивать
бессмысленный разговор.
- У вас есть слуга. Кажется, его фамилия Шаваньян. Распорядитесь,
пожалуйста, чтобы он проводил меня домой.
Быстро распрощавшись со всеми гостями, Констанция накинула плащ и в
сопровождении маленького гасконца, который
едва не спал на ходу, вернулась домой.
- Благодарю вас, месье Шаваньян, - сказала Констанция, когда ее привратник
Жан-Кристоф открыл дверь дома. - Вы можете
идти. Я надеюсь, что мы с вами еще увидимся.
Шаваньян снял шляпу и низко поклонился.
- Дай вам бог здоровья, ваша светлость. Не часто встретишь таких людей, как
вы. Надеюсь, вы не слишком жалеете о том,
что были сегодня в доме моей хозяйки.
- Нет, ну что вы, - успокоила его Констанция. - Это было очень даже
забавно.
Вслед за Констанцией дом госпожи де Сен-Жам покинули Луиза и Ташеретта де
Андуйе. Старуха была так озабочена
сообщением, полученным от духа кардинала Ришелье, что позабыла едва ли не обо
всем на свете. Слугам пришлось по
несколько раз возвращаться в дом за оставленными старой графиней вещами.
Наконец, карета с представительницами рода
Андуйе отбыла.
Вслед за ними ушел и господин де Лаваль, который напоследок без всякой тени
сомнений прихватил с собой бутылку
шампанского и на ходу сунул в рот виноградину. Уже из дверей прямо в плаще он
вернулся в салон, аккуратно собрал со стола,
на котором шла карточная игра, лежавшие на нем деньги и, весело насвистывая чтото,
удалился.
- Благодарю вас, госпожа де Сен-Жам. Сегодня у вас в салоне было невероятно
приятное общество, - попрощался он с
хозяйкой. - Господин Калиостро, если у вас будет нужда переброситься в картишки
с приятным собеседником, не стесняйтесь,
обращайтесь ко мне. Я готов пожертвовать любыми делами ради лишней партии в
"фараон".
Калиостро едва заметно наклонил голову.
- Благодарю вас. Думаю, что в этом не будет нужды.
- Ну что ж, как знаете. Всего хорошего. Веселого настроения господина
Бомарше у госпожи де Сен-Жам после
спиритического сеанса не разделял никто, а потому знаменитому писателю не было
особого смысла задерживаться на
Вандомской площади. На прощание Бомарше отпустил несколько шуток в адрес графа
Калиостро, а также поинтересовался его
дальнейшими планами. Итальянец неопределенно пожал плечами.
- Завтра у меня прием в салоне герцогини Манской, затем у графа Артуа, в
ближайшее время, возможно, меня пригласят в
Версаль.
- О, я чувствую, что вам очень хотелось бы этого, - едко заметил Бомарше. -
Но я не уверен в том, что у короля хватит
смелости общаться с духами. Нет, разумеется, если ее величество Мария-Антуанетта
прикажет, то его величество будет
общаться и с духами, и с вами, и даже с самым захудалым австрийским дворянином.
Но я не думаю, что это будет для него
полезным.
В ответ Калиостро предпочел промолчать.
- Желаю вам всего наилучшего, - с язвительной улыбкой поклонился Бомарше. -
Надеюсь, что запасы философского камня у
вас еще не иссякли. Какая жалость, что вам все время приходится менять его на
бессмысленные золотые безделушки.
Госпожа де Сен-Жам, поначалу присутствовавшая при разговоре, затем
неожиданно покраснела и удалилась.
Граф и графиня де ла Мотт тем временем стояли в дальнем углу салона, о чемто
споря и жестикулируя.
Кардинал де Роан, выражая явное нетерпение, едва-едва дождался, пока граф
Калиостро освободится. Подозрительно
оглянувшись по сторонам и убедившись в том, что их никто не подслушивает,
великий капеллан Франции взял графа
Калиостро под локоть и отвел в сторону.
- Я хотел бы сказать вам кое-что, граф... - неуверенно начал он. - Но не
знаю, стоит ли это делать.
Калиостро изобразил на лице живейшую заинтересованность.
- Разумеется, стоит. Я прекрасно понимаю, ваше высокопреосвященство, в
какой сложной ситуации вы находитесь. Обычно
люди вашего сана и положения сами являются духовниками. Но, в конце концов, ведь
кто-то должен исповедовать и вас.
Почему бы мне не осмелиться и не взять на себя такую роль? Можете не
сомневаться, я сохраню все ваши тайны. Правда, на
счет отпущения грехов мне будет труднее, но я надеюсь, что вы сможете найти
какой-либо выход.
Кардинал едва заметно побледнел.
- Нет... Да... Э-э...
Он замялся и, не зная, что сказать дальше, достал из-за пояса четки.
Калиостро терпеливо ждал. Наконец кардинал решился.
- Я хотел бы попросить вас, граф, не думать над смыслом того предсказания,
которое сделал для меня дух Карла Стюарта.
Калиостро наклонил голову.
- Вот как? Почему же?
Кардинал облизнул сохнущие губы.
- Дело в том... Дело в том, что я знаю... Мне известно это имя.
Калиостро кивнул.
- А я и не сомневаюсь в этом. Я уверен в том, что духи никогда не
ошибаются. К сожалению, большинство тех, с кем мне
приходится сталкиваться в салонах, подобных салону госпожи де Сен-Жам, увлечены
спиритизмом только потому, что таким
образом отдают дань моде. Большинство из них не верит тому, что вещают духи. Но
я, как человек, знакомый с тайнами
мироздания и обличенный возможностью общения с потусторонними силами, совершенно
уверен в истинности
происходящего. Так, значит, вы сказали, что вам знакомо это имя?
- Да.
Калиостро вел разговор осторожно, чтобы не спугнуть своего собеседника.
- Предположим, что вам известна некая Мария.
Кардинал неожиданно поднял голову.
- Она известна нам обоим.
На лице графа Калиостро появилось выражение глубочайшей заинтересованности.
- Вот как? Значит, вы, ваше высокопреосвященство, хотите доверить мне некую
тайну. Я вас правильно понял?
Кардинал молча кивнул.
- И тайна эта связана с некой Марией, - продолжил Калиостро. - Ну что ж, я
надеюсь, что смогу хоть чем-то помочь вам.
Голос кардинала задрожал.
- Да, да. Прошу вас, граф, помогите мне. Я не знаю, что делать. Это так...
тяжело. Я готов... Я готов на все. Лишь бы... Лишь
бы она обратила на меня внимание.
В глазах итальянского графа появились блуждающие огоньки.
- Значит, вы знакомы с ней и испытываете к ней... м-м... определенные
чувства, но она ничего не знает об этом.
Кардинал заискивающе улыбнулся.
- По-моему, она догадывается.
- Ах, вот как?
Похоже, что эта тема столь живо заинтересовала графа Калиостро, что он
мгновенно позабыл об усталости, тяжести общения
с духами и, руководствуясь одними только благими побуждениями, решил прийти на
помощь страдающему кардиналу.
- Итак, ее зовут Мария, - задумчиво произнес итальянец. - Как давно вы
знакомы?
- Семнадцать лет, - без раздумий ответил кардинал.
- И где же вы познакомились?
На сей раз де Роан замялся.
- Э-э, при дворе одной высокотитулованной особы.
- Хорошо, мы не будем уточнять, при каком дворе. Меня сейчас больше
интересуют ваши и ее чувства. Значит, вы
испытываете к ней... страсть?
Де Роан испуганно оглянулся. К счастью, граф и графиня де ла Мотт были
столь заняты друг другом, что не обращали
внимания на тихо разговаривавших Калиостро и де Роана. Госпожа де Сен-Жам попрежнему
отсутствовала в салоне.
- Вы хотите, чтобы она узнала о ваших чувствах? Хотите сделать это любой
ценой? - спросил Калиостро. Кардинал уверенно
кивнул.
- Да, меня не остановят никакие преграды. Если бы вы знали, милейший граф,
сколько денег уже истратил на то, чтобы
организовать тайную встречу с ней, но увы, - де Роан развел руками, - у меня
ничего не получилось. Но для начала я хотел бы
узнать о ее чувствах по отношению ко мне. Пока вас не было в Париже, граф я
думал, что дело мое безнадежно. Калиостро
неожиданно поднял руку.
- Простите, ваше высокопреосвященство, что перебиваю вас. Она замужем?
- Да.
- И эта дама высокого положения?
Глаза кардинала де Роана затуманились. Очевидно, он представил себе свою
возлюбленную и не смог совладать с чувствами.
- Да, она замужем, - едва слышно прошептал великий капеллан Франции. - Она
занимает такое высокое положение, что я
даже не смею и мечтать о ней.
Калиостро задумался.
- Ну что может быть выше, чем...
Он осекся.
- Нет, нет, этого не может быть. Прошу вас, ваше высокопреосвященство,
опровергните мои сомнения. Я только что
подумал об одной высокой особе, которая могла бы быть вашей возлюбленной. Но
это...
Повернувшись спиной к супружеской паре де ла Мотт, кардинал де Роан
покопался в складках мантии и достал медальон на
длинной цепочке. Это была тончайшая работа итальянских ювелиров, покрытая
инкрустацией и вензелем. Кардинал подошел
чуть поближе к подсвечнику, прикрепленному к стене, и, раскрыв медальон,
продемонстрировал графу Калиостро
находившийся внутри портрет. Это была королева Мария-Антуанетта.
Калиостро едва удержался от радостного восклицания. О такой удаче он не мог
и мечтать. Человек высочайшего положения,
великий капеллан Франции, кардинал, обращается к нему с просьбой оказать
содействие в амурных делах. А его возлюбленной
оказывается ни кто иная, как королева Франции. Да, это была неслыханная удача.
Нельзя упустить такой шанс. Только бы не
спугнуть эту важную птицу, только бы не спугнуть...
- Ваше высокопреосвященство, я глубоко преклоняюсь перед вашим чувством.
Калиостро церемонно поклонился.
- Сила вашей страсти и сила вашего терпения поистине достойны восхищения. К
сожалению, в моей жизни не было ничего
подобного. Я был так занят науками что больше ничто в этой жизни не занимало
меня. Кое о чем мне приходится сейчас
сожалеть. Но, поверьте, ваше чувство достойно восхищения. Как и чем я могу вам
помочь? Говорите, в моем лице вы нашли
друга, который постарается помочь вам всем, на что только способен. Начиналась
тонкая игра. И в ней, в этой игре, Калиостро
чувствовал себя как рыба в воде. Во-первых - не спугнуть, во-вторых - привлечь
на свою сторону союзников, в-третьих -
сделать крупную ставку, и, в-четвертых - выиграть.
- Простите меня, ваше высокопреосвященство, прежде чем мы продолжим наш
разговор, я хотел бы узнать только об одном
- известно ли кому-либо еще о тех чувствах, которые вы испытываете к м-м...
определенной даме?
Кардинал долго колебался, прежде чем ответить, но, наконец, он медленно
повернулся и сделал едва заметное движение
глазами в сторону супругов де ла Мотт. Калиостро понимающе кивнул.
- Ах, граф?
Кардинал молча покачал головой.
- Что, графиня? - недоверчиво спросил Калиостро. Утвердительный кивок
заставил его удивленно поднять брови.
- Графиня де ла Мотт ваша приятельница? Ах, да, Да, понимаю. Значит, граф
ничего не знает? Ну что ж, это уже кое-что.
Итак, простите, ваше высокопреосвященство, за то, что я отвлекся. Давайте
продолжим наш разговор. Вы делали какие-либо
попытки связаться с вашей дамой, кроме организации встреч - ну, я имею в виду
какие-либо послания, записки?
- Я отсылал ей несколько посланий, - ответил кардинал де Роан, - но не
получил ответа.
- А вы уверены в том, что они доходили до вашей дамы?
Кардинал задумался.
- Пожалуй, нет.
- И никаких посланий от нее вы также не получали?
Кардинал уверенно ответил:
- Не получал. Я знаю ее почерк и мне было бы просто разобраться во всем.
- А какую помощь вы ожидаете получить от меня, ваше высокопреосвященство?
Ведь вам известно, что я всего лишь
скромный служитель потусторонних сил?
Кардинал замялся.
- Ну... Я надеюсь, что с помощью потусторонних сил вы сможете связаться с
душой моей возлюбленной, а может быть, даже
как-то повлияете на нее. Я был бы бесконечно благодарен вам за это. Вы знаете,
что я богат и могу щедро оплатить все услуги.
Калиостро вскинул руки.
- Нет, что вы, что вы. Если я возьмусь за это, то буду помогать вам только
из чувства искреннего расположения к вам, ваше
высокопреосвященство. Вы - человек, которого я искренне уважаю и люблю. Я
непременно помогу вам, но боюсь, что в этом
деле без помощи друзей мне не обойтись. Как вы считаете, я могу посвятить коголибо
в нашу тайну?
На лице кардинала появился испуг.
- Ну, разве что графиню де ла Мотт. Но она и так знает об этом.
- А если ее муж узнает?
Кардинал поморщился, как от зубной боли.
- Мне бы этого не хотелось. Между нами говоря, граф де ла Мотт не слишком
порядочный человек, и я не уверен в том, что
он сможет сохранить мою тайну в секрете.
На челе графа Калиостро появилась печать озабоченности.
- Ваше высокопреосвященство, я хотел бы попросить у вас немного времени для
того, чтобы все как следует обдумать и
составить план действий. К сожалению поставленные вами условия заставляют меня
взяться за задачу в одиночку. Возможно,
я смогу рассчитывать на помощь графини де ла Мотт. Однако хорошо уже я то что
она является одной из фрейлин ее
величества королевы Марии-Антуанетты. Думаю, что с ее помощью мы сможем добиться
желаемого результата. Со своей
стороны, ваше высокопреосвященство, у меня будет к вам еще одна просьба.
К концу вечера кардинал начал нервничать еще сильнее.
- Какая? - беспокойно спросил он. Калиостро поспешил его успокоить:
- Я прошу вас больше никому не доверять свою тайну. Вполне достаточно того,
что о ней знают уже как минимум двое.
Если вы хотите, чтобы все сохранилось в секрете, нужно предпринять максимальные
меры предосторожности. Мое могущество
над силами сущего не безгранично. Разумеется, я приложу все силы и старания для
того, чтобы избежать ненужной огласки. Но
и вы с этого момента должны доверять только мне.
На лице кардинала отразились глубокие сомнения. Некоторое время он
раздумывал, а затем медленно произнес:
- Ну что ж, граф Калиостро, можете считать себя моим полноправным
представителем. Но только в том, что касается нашего
дела. Хочу еще раз повторить - вы получите щедрое вознаграждение уже в том
случае, если... интересующая меня дама ответит
на мои послания. Если же вам удастся нечто большее, то вы будете очень
обеспеченным человеком.
Калиостро едва заметно усмехнулся.
- Я и так отнюдь не беден, - заметен он. - Но, как верно заметил кто-то из
предыдущих французских королей, денег не
бывает слишком много. Кстати, в последнее время у меня возникли некоторые
проблемы с папским двором. Не могли бы вы
оказать мне содействие в разрешении некоторых щекотливых ситуаций?
На сей раз кардинал без колебаний согласился.
- Вы можете смело рассчитывать на мою помощь. Нашими отношениями с папским
двором ведает мой секретарь. В случае
каких-либо осложнений обращайтесь непосредственно к нему. Я подпишу любой
документ, составленный в вашу пользу.
Беседа закончилась в тот момент, когда граф и графиня де ла Мотт подошли к
графу Калиостро и его высокопреосвященству
кардиналу де Роану с тем, чтобы попрощаться.
- К сожалению, наша милейшая госпожа де Сен-Жам куда-то запропастилась, -
озабоченно произнес граф де ла Мотт. - А
нам не хотелось бы покидать ее гостеприимный салон, не поблагодарив хозяйку. Тем
не менее, поздний час заставляет нас
сделать это.
Калиостро задумчиво теребил подбородок.
- Боюсь, что госпожа де Сен-Жам сейчас пытается выяснить значение
предсказания, сделанного во время сегодняшнего
сеанса. Но вряд ли это удастся сделать кому-либо, кроме меня. Ее слуги вряд ли
помогут ей в этом деле. Тем не менее, я был
очень рад видеть вас на моем сеансе. Графиня де ла Мотт, вы просто
очаровательны. Граф, вам непременно следует беречь
жену, и следите за тем, чтобы рядом с ней было поменьше мужчин. Ее красота
способна толкнуть многих на безумство.
Граф де ла Мотт ошеломленно хлопал глазами, переводя взгляд с графа
Калиостро на собственную жену.
- Я благодарю вас за комплимент, - он развел руками, - но, право, не знаю,
что ответить. Моя супруга - женщина с
положением. Она служит ее величеству королеве, а это накладывает на нее
определенные обязательства. Ну, не могу же я, в
конце концов, запереть ее дома и закрыть все ставни.
Графиня де ла Мотт, особа куда более проницательная, чем ее муж, совсем поиному
поняла намек графа Калиостро.
- Я постараюсь быть поближе к королеве, милейший граф, - обратилась она к
итальянцу. - Думаю, что это убережет меня от
многих ненужных осложнений.
- Близость к королеве в наше время отнюдь не избавляет от хлопот, -
философски заметил Калиостро, - однако наверняка
делает их более приятными. Я надеюсь, в окружении ее величества нет мужчин?
Графиня де ла Мотт рассмеялась.
- Ну, от чего же? У ее несколько парикмахеров, камергеров, лакеев, кучеров.
- Этих можно не считать мужчинами, - обрадованно подхватил супруг графини.
- А вот что касается лиц более высокого
звания, то от них следует держаться подальше.
- Я надеюсь, вы не имеете в виду духовника королевы? - заметила графиня де
ла Мотт. - Он - лицо, обличенное самым
высоким положением при ее величестве.
Граф де ла Мотт, совершенно позабыв о присутствии рядом великого капеллана
Франции, человека, занимавшего в
духовной иерархии одно из самых высоких мест, засмеялся:
- Духовник столь же безобиден, сколь и дворцовый истопник. Ему просто
запрещено богом обращать внимание на женщин.
Он служит только нашему создателю. Церковь должна быть его единственной любовью.
Граф Калиостро, который с интересом следил за стоявшим напротив кардиналом
де Ровном, заметил, как его тускнеющие к
старости глаза блеснули яростным огнем. Да, кардинал де Роан отнюдь не был тем
религиозным пастырем, лишенным всяких
человеческих пороков и слабостей, каким должен быть человек его положения. Де
Роан ничем не отличался от своих
предшественников - Ришелье, Мазарини и других. Он был обычным человеком со всем
тем, что свойственно любому
мирянину. И теперь граф Калиостро знал об этом.
- Граф, - обратился Калиостро к де ла Мотту, - все-таки не забывайте о моем
совете. Ваша супруга - слишком драгоценный
дар небес, чтобы можно было не заботиться о нем.
Де ла Мотт, польщенный таким вниманием к жене, Даже не придал значения
некоторой назойливости, с которой Калиостро
отпускал комплименты в адрес графини. Что же касается ее самой, то она хранила
молчание, предпочитая делать собственные
выводы.
- Кстати, - добавил итальянец, - завтра я приглашен в Версаль. От имени ее
величества Марии-Антуанетты в мою честь
организуется вечер.
Намек был совершенно очевидным. Однако только граф де ла Мотт не понял, что
имелось в виду.
- Вы хотите сказать, что получили приглашение к ее величеству на
сегодняшний вечер? - уточнила графиня де ла Мотт. -
Ведь уже два часа ночи.
Калиостро улыбнулся.
- Да, разу
...Закладка в соц.сетях
