Жанр: Любовные романы
Дитя понедельника
...думаю, что твоя цель так близка, как тебе
кажется, — хмыкаю я. — Счастливо оставаться!
— А тебе счастливого пути, — роняет Лили, даже не поднявшись с
дивана, чтобы меня проводить. — Кстати, можешь оставить свой номер.
— Это еще зачем?
— Вдруг ты что-то забыла, я тогда звякну.
Я царапаю карандашом номер на листке бумаги и кладу на столик. Затем
подхватываю чемоданы и спускаюсь по лестнице к маме, которая ждет меня в
машине. Идея воспользоваться лифтом как-то не приходит мне в голову.
К счастью, обычно болтливая мама молчит все то время, пока мы едем по
городу. Она притворяется, что очень внимательно следит за дорогой, и я
признательна ей за это.
Я смотрю в окно, прижавшись лбом к стеклу. По щекам катятся слезы. Ощущение
такое, словно я потеряла что-то очень важное и бесконечно дорогое. Все мои
попытки сделать карьеру, мои друзья, моя первая и безответная любовь — все
остается позади.
Дома меня встречает отец. Он заваривает для меня ромашковый чай и готовит
тосты с мармеладом. Родители прибрали мою комнату и украсили ее несколькими
вазами с садовыми цветами. Когда я сажусь на свою постель, я испытываю
невероятное облегчение. Мама и папа ждали меня и ни в чем меня не винят.
Судя по всему, им наплевать, что мои амбициозные планы не реализовались. Они
рады моему возвращению.
Эта неожиданная поддержка придает мне сил. Я раскладываю вещи и выхожу в
гостиную. На сердце тоскливо, но по крайней мере теперь я знаю, что никто не
станет меня упрекать или лезть в душу. Я провожу вечер с родителями, болтая
о том о сем, но ни о чем в частности.
Потом я возвращаюсь в свою комнату и сажусь за сценарий. Наверное, Марк Суон
был прав. Я должна переписать и первый — теперь, перечитывая его, я вижу
кучу недочетов, которые требуют исправления. Что ж, не самое плохое занятие
для того, кто оставил прошлое позади.
Постепенно я заново привыкаю к своей прежней жизни. Я правлю старый сценарий
и одновременно пишу новый. Каждый день я хожу на прогулку по поселку вместе
с нашим старым псом Ровером. Это имя совершенно не подходит толстому, как
пивная бочка, да к тому же страдающему одышкой псу. Бедняга с трудом
передвигает лапами, но делает вид, что мое общество ему очень по душе.
Во время таких прогулок я стараюсь ни о чем не думать и не вспоминать.
Правда, мне все же не очень удается очистить голову от ненужных мыслей, и
нет-нет да и всплывет какая-нибудь. К примеру, я раздумываю по поводу
работы. Конечно, писать сценарии — это не так уж и плохо, но ведь это едва
ли можно назвать полноценной работой, если тебя еще не признали в
киноиндустрии. Я имею в виду, что это не приносит денег. А у меня уже нет
обеспеченного тыла в виде богатого и заботливого Чарлза. Мне нужно что-то
делать, куда-то двигаться, если я не хочу обнаружить себя лет в сорок в
своей старой спаленке в доме родителей, непризнанную, жалкую и ни к чему не
способную. Да в придачу еще с огромным комплексом неполноценности, который
будет терзать меня до восьмидесяти.
Я должна вернуться в Лондон. Я воспользуюсь советом, который не так давно
дала своей подружке Джанет: я займу у родителей денег и начну все сначала.
Было бы неплохо снять скромную квартирку где-нибудь возле метро и
приниматься за поиски работы.
Мне нужна работа, за которую платят деньги, пусть даже она не приносит
такого удовлетворения, как написание сценариев.
Жаль, что у меня нет собственной квартиры, как у Чарлза. Но с той зарплатой,
что я получала на прошлом месте работы, мне понадобилось бы не меньше
пятидесяти лет, чтобы купить сносную квартиру.
В общем, меня все чаще посещают невеселые мысли, которые подталкивают к
действию. Кроме того, я вспоминаю Марка Суона, хотя и запретила себе это
делать. Эти воспоминания терзают меня больше всего. Иногда становится так
больно, что трудно дышать. Суон подтолкнул меня к написанию сценария, но не
объяснил, как трудно мне будет пробиться наверх и быть замеченной. Никакой
Фрэнк Джалло не заинтересуется моей писаниной, если за моей спиной не будет
маячить образ сильного покровителя.
И все равно я пишу. Пишу, потому что нет сил остановиться. Возможно, меня
толкает вперед желание перемен, возможно, переворот, случившийся в моей
жизни, но я пишу словно одержимая. А может, все дело в том, что это
единственное, что у меня осталась. Единственная мечта...
— Анна, — встревоженно говорит мама, когда как-то днем я
возвращаюсь с прогулки. — Тебе звонили. Какая-то девушка оставила на
автоответчике сообщение. Она назвалась Джанет.
— Джанет! — радостно восклицаю я.
Здорово, что она позвонила. Может, собирается пригласить на свадьбу с Эдом?
Или нашла хорошую работу? Какие у нее, интересно, новости?
— Мне показалось, что она расстроена, — говорит мама.
У меня замирает сердце. Если мама говорит, что кто-то расстроен, это
означает, что человек находится на грани срыва. Моя мать не слишком
чувствительна к чужому настроению.
Я торопливо нажимаю кнопку автоответчика.
— Анна, — раздается всхлип Джанет. — Эд... он... бросил...
Лили... я... ы-ы-ы... — И звуки рыданий, такие отчаянные, что я закусываю
губу.
Бегу наверх и хватаю мобильный. Однако телефон Джанет отключен, поэтому я
набираю номер квартиры Лили.
— Кто это? — деловито спрашивает моя бывшая соседка.
— Привет, это Анна. Что произошло? Мне звонила Джанет, она плакала. Мне
нужно с ней поговорить, а ее номер не отвечает.
— А, такты из-за Джанет. — В голосе Лили еще больше льда, чем
обычно. — Тебе стоит позвонить ей на мобильный, здесь ее не застанешь,
она съехала.
— Но ведь квартира проплачена до конца месяца, — удивляюсь
я. — Почему она уехала так рано?
— Она очень торопилась. Я подумала, что это и к лучшему. Кстати, я
вернула ей часть денег, так что она не внакладе.
Подобная щедрость со стороны Лили подозрительна, и у меня появляется дурное
предчувствие.
— Лили, немедленно выкладывай, что произошло!
— Да ничего особого! Не моя вина, что Джанет такая собственница!
— Рассказывай, — настойчиво повторяю я.
— Она встречалась с Эдом всего четыре раза, а уже решила, что он ей
всецело принадлежит! — выпаливает Лили. — Она думала, что у них
все серьезно, дуреха! Надо же быть такой наивной!
— Эд ее бросил?
— Именно так. Он встретил другую, получше Джанет. А она-то думала, что
он на ней женится, ха!
Бедная Джанет! Она ведь искренне любила Эдварда, считала, что у них все
получится. Ей было плевать, есть у него деньги или нет, все равно, как он
выглядел и чем занимался.
Странный, однако, поступок со стороны Эдварда! Ведь он познакомил Джанет с
родителями, предлагал выплатить за нее по кредиту, найти работу и не
возражал против модельного бизнеса. Как он мог так просто ее бросить?
— А ты знакома с его новой пассией? — спрашиваю вслух.
— Конечно, знакома, — хмыкает Лили. — Это же я.
— Что?! — У меня отвисает челюсть. — Что ты сказала?!
— Ты все прекрасно слышала.
— Но ведь ты встречалась с Генри! Он тебе нравился. Я думала, что у вас
все получится.
— Генри мне не подходит. — Лили задорно смеется. — Анна, я же
тебе говорила, что у него нет ни пенни. К тому же он самовлюбленный и наглый
тип.
— Хочешь сказать, что он не стал терпеть твои выкрутасы? —
спрашиваю холодно, прикидывая, как поступить.
— Эдди совсем другой, — мечтательно тянет Лили. — Он понимает
и поддерживает меня, ни к чему не принуждает, ничего не требует. — Она
делает многозначительную паузу. — И он во много раз богаче Чарлза.
Господи, так и представляю, как все случилось. Добрый доверчивый Эд... едва
начинающие складываться отношения с Джанет... да я же видела, как он смотрел
на Лили! Черт, я должна была догадаться! Он глядел на нее, словно голодный
пес на ростбиф. Ведь Эдди совсем не знает Лили, ее скверной натуры,
отвратительного характера. Быть может, он даже забыл, как она отшила его при
первой встрече.
Он хотел ее, это было-видно невооруженным глазом.
— А как же Генри?
— А что Генри?
— Как он отнесся к твоему выбору?
— Вот уж не знаю. После той нашей ссоры он ни разу не позвонил, подлец!
Впрочем, это только к лучшему, — тотчас добавляет Лили, хотя я
отчетливо слышу горечь в ее тоне. — Правда, он о чем-то разговаривал с
Эдди. Кажется, они ругались.
— Ругались? Из-за тебя? Лили некоторое время молчит.
— Нет, из-за Джанет. Генри упрекал Эдди в черствости по отношению к
ней. Еще он сказал, что Эд пожалеет о своем поступке. Что мы оба пожалеем.
Но ведь это все неправда! Чушь, полная чушь!
— Ведь тебе не нравится Эдвард, Лили, — спокойно говорю я. —
Ты не хотела и не хочешь его. Тебя интересует только Генри.
— Он упустил свой шанс. Он сам во всем виноват!
— Как ты могла, Лили? За что ты так поступила с Джанет?
— Только не читай мне морали! Каждый борется за свое счастье, и тут все
средства хороши. Джанет едва знала Эдди, и он не принадлежал ей...
— Лили, у тебя серьезные проблемы, ты сама-то это понимаешь? Ладно, мне
пора.
— Тут остались некоторые твои вещи, — капризно говорит
Лили. — Когда ты их заберешь? Мне надоело, что они занимают место в
моей квартире! Возможно, я сдам всю свою квартиру. Мы с Эдом купим себе
домик в каком-нибудь шикарном районе Лондона, поэтому...
— Позже, — коротко бросаю я. — Пока.
Вешаю трубку и снова набираю номер Джанет. Отключен, словно она не хочет ни
с кем разговаривать. Взглянув на часы у кровати (два часа дня), пытаюсь
решить, что делать. Я так устала от проблем — не важно, своих или
чужих, — но они так и рвутся в мою жизнь.
Что ж, придется вмешаться.
Быстро собираю дорожную сумку, бросая в нее лишь самое необходимое.
— Мама! — кричу, перегнувшись через перила вниз. — Дашь мне
взаймы пятьдесят фунтов? Мне срочно нужно в Лондон.
Мне удается найти местечко в скоростном поезде, на вокзале я ловлю такси,
так что до квартиры Лили добираюсь довольно быстро. К счастью, она не успела
поменять замки, поэтому я беспрепятственно вхожу внутрь.
В квартире никого. Быстро принимаю душ, собираю оставшиеся вещи, которых
совсем немного (умещаются в пару пакетов). Затем звоню на новую квартиру
Джанет. На этот раз она берет трубку.
— Привет, — вяло реагирует она. — Как дела дома? — У нее
несчастный голос, такой тихий, словно она говорит в трубку через полотенце.
— Мне нужно с тобой встретиться, — сразу перехожу я к делу.
— Боже, Анна, я... я не могу. Может, в другой раз? Я... немного... не в
себе.
— У тебя нет выбора. Мне нужно где-то остановиться на недельку, пока я
не подыщу квартиру.
— Но ты, кажется, вернулась к родителям?
— Я не собиралась долго у них оставаться. Лондон зовет меня, и мне
нужна работа. Я без гроша, понимаешь?
Джанет тотчас собирается, это чувствуется по голосу — решать чужие проблемы
всегда легче, чем свои собственные. Она явно не ожидала, что я буду просить
поддержки, а не жалеть ее.
— Приезжай, конечно, — уже другим тоном говорит подруга. —
Правда, у меня только одна кровать, но есть спальный мешок.
— Прекрасно!
Я записываю адрес Джанет, снова вызываю такси и через полчаса уже звоню в
дверь ее квартиры в одной из блочных многоэтажек, коих так много на
окраинах.
Джанет открывает дверь и улыбается. Она осунулась и, кажется, еще больше
похудела. Ее гладкая оливковая кожа приобрела неухоженный вид, белки глаз
покрыты сеточкой сосудов, веки опухли, под глазами залегли тени. На Джанет
ее любимые белоснежные джинсы и красная маечка, но одежда висит на ней,
словно стала больше на целый размер. Почему-то мне кажется, что Джанет не
ела с того момента, как Эдвард ее бросил.
— Почему ты уехала из дома? — спрашивает она, впуская меня в
прихожую.
— Дольше я бы там не выдержала, — отвечаю я почти правду.
— Но почему бы тебе не обратиться к Чарлзу? Ведь вы же расстались
друзьями, и он будет рад помочь. Конечно, я тебе тоже рада, но ведь на Итон-
сквер гораздо больше места.
— Возможно, но мне не хочется просить его о помощи сейчас, когда он все
еще переживает по поводу нашего разрыва. К тому же мне нужна именно твоя
помощь. Я забыла у Лили кое-какие вещи, — на ходу придумываю я, —
и прошу тебя помочь их перевезти. Одна я не управлюсь. И вообще мне нужно
прикрытие. Лили меня раздражает.
— Только не это! Я не смогу переступить порог ее квартиры! Ни за
что! — твердо говорит Джанет. — И там может быть Эд.
— Эд?
— Да, Эд. — Ее губы начинают дрожать. — Он звонил сюда и на
мобильный...
— Правда? — воодушевляюсь я. — И что говорил?
— Я не снимала трубку. — Джанет торопливо вытаскивает из стоящей
на полке коробки пару салфеток и сморкается. — Я не желаю ничего
слышать! Он будет извиняться и говорить, что мы друг другу не подходим, что
он совершил ошибку, познакомив меня с родителями. Я не выдержу этого! А если
он предложит остаться друзьями, я... — Она начинает плакать. — Мне так
плохо!
— Но мне нужна твоя помощь! — умоляюще говорю я. — Знаешь,
мне бы хотелось получить обратно часть денег за квартиру. У меня сейчас
каждый пенни на счету! Прошу тебя, Джанет! Я сама позвоню Лили и обо всем
договорюсь, ты просто поедешь со мной и подождешь у двери. Лили не сможет
противиться нам, если нас будет двое.
— Ладно, — обреченно вздыхает Джанет.
— Мне очень нужны деньги. Очень-очень...
— Если бы ты только знала, чего мне стоит согласиться.
— Еще немного, и я не смогу позволить себе даже хлеб!
— А что, если там будет Эд?
— Я узнаю у Лили и не позволю вам пересечься. Послушай, без тебя я не
справлюсь. Только ты можешь засвидетельствовать, что я платила за месяц
вперед, других свидетелей у меня нет. Ты же знаешь Лили — она может сказать,
что в глаза не видела моего чека.
Джанет хмуро кивает. До чего же легко ее обмануть!
— Ладно, ладно. Только тебе придется подождать, пока я приведу себя в
норму. Мне не хочется, чтобы Лили видела меня зареванной.
Что ж, это мне только на руку. Я успею позвонить Лили.
— Привет, дорогуша, это я, — весело говорю в трубку, едва Джанет
уходит в ванную.
— Ты же, кажется, забрала вещи, — шипит Лили. — Чего еще тебе
нужно?
— И мне очень приятно тебя слышать.
— Немедленно прекрати! Чего ты хочешь?
— У меня остались твои ключи. Тебе они нужны или ты собираешься менять
замки?
— А, точно. Тогда приезжай, — смягчается Лили.
— А Эд с тобой?
— Да, — довольно отвечает Лили, затем настораживается: — А что?
В ванной шумно течет вода, так что Джанет меня не слышит. Нельзя, чтобы Лили
заранее узнала о ее визите.
— Просто мне приятно было бы с ним увидеться. Знаешь, я рада, что вы
вместе, — льстиво говорю Лили.
— Да? — В ее голосе по-прежнему подозрительность. — Неужели?
— Лили, ты же знаешь, что Эдди — кузен Чарлза. Они... довольно близки.
Так что нам придется часто видеться. Дело в том, что мы с Чарлзом решили
опять сойтись, — выдумываю я на ходу. — Раз мы с тобой станем
почти родней, нам нужно... соответствовать.
— Вот как? Что ж, это меняет дело. Не ожидала, что Чарлз тебя примет
назад. Тогда приезжай, пообщаемся.
— Я бы хотела пообщаться с вами обоими, — сладко говорю я. —
Приеду через полчаса. Кстати, возможно, со мной будет Чарли.
— Как здорово! Тогда мы вас ждем! Сходим все вместе в ресторан.
— Да, Доусоны и будущие Доусоны, — провозглашаю я как тост.
— Будущие Доусоны, — повторяет Лили, смакуя. — Ладно, мы вас
ждем. Чао!
Едва я успеваю повесить трубку, как из ванной выходит Джанет. Она слегка
подкрасилась и собрала волосы в хвост. Конечно, теперь, благодаря румянам и
маскирующему карандашу, ее лицо приобрело более здоровый цвет, но все равно
ей далеко до своего обычного свежего вида.
О себе сказать того же не могу. Я выскочила из дома, даже не подкрасившись.
Впрочем, сейчас речь не обо мне.
Мы едем на метро — ведь я же объявила себя банкротом. Выходим на одну
станцию раньше и идем пешком. Мне нужно время, чтобы убедить начавшую
сомневаться Джанет, что мне необходима ее поддержка.
— Ты не станешь звонить ей по домофону? — спрашивает Джанет уже у
подъезда.
— У меня же остались ключи, — напоминаю я. Слишком велик риск, что
все сорвется, так что никакая сила не заставит меня нажать кнопку домофона.
Интересно, как бы я выкрутилась, если бы у меня не оказалось ключа?
Мы выходим из лифта и нажимаем на звонок. Лили распахивает дверь и
столбенеет. Я впихиваю Джанет в квартиру.
— Какого черта ты притащила ее с собой? — шипит Лили, уставившись
на Джанет.
На Лили черное платье, на плечи накинут прозрачный черный шарфик. Почему-то
сейчас Лили напоминает мне колдунью, особенно с лицом, перекошенным злобой.
Эд сидит на диване в новом костюме от Хьюго Босс в стиле Эли Рота. Только на
Эдде шикарный пиджак и брюки сидят не лучше, чем на корове седло или на мне
— мини-юбка. Похоже, парню самому неудобно в этом костюме, хотя он и терпит.
Когда Эд и Джанет замечают друг друга, в глазах у обоих мелькает паника.
Джанет издает придушенный писк и пытается выскочить за дверь, но я прижимаю
ее плечом.
— В чем дело?! — орет Лили уже в голос. — Что происходит?!
— Выпусти меня! — пищит Джанет. — Анна, выпусти! Ты обманула
меня! Зачем тебе это?
— Никто и никуда не уходит, — твердо говорю я. — Эд, какого
черта ты творишь? — Бедняга подскакивает на месте. — Ты променял
Джанет на Лили, которой плевать на тебя и твои интересы. Ей нужны только
деньги, неужели ты не понимаешь?
— Умоляю, не надо! — Джанет начинает плакать навзрыд. Я знала, что
она будет реветь, и была готова к этому, но сердце все равно рвется из
груди, призывая утешать.
— Да как ты смеешь?! — взрывается Лили. — Я люблю Эда! И не
за его деньги, нет! За его... характер! За его... доброту! Убирайтесь отсюда
обе!
— Эд, ведь это неправда. — Я смотрю только на него, словно Лили и
не существует. — Ей было плевать на тебя, пока она считала тебя нищим.
Она отговаривала Джанет от свиданий с тобой, называла тебя жалким и
уродливым. Она презирала тебя, понимаешь? А Джанет оставалась верна себе,
потому что полюбила тебя и ничего не требовала взамен.
— Врешь! — взвизгивает Лили, прыгая около меня. По ее скрюченным
пальцам видно, что она готова вцепиться мне в лицо, но боится
связываться. — Она все врет, Эдди! Не верь ей!
— Как ты мог бросить ту, которая готова была ради тебя на все? Эд,
ответь мне!
Джанет сидит на корточках лицом к стене и ревет. Эд не выдерживает и
бросается ее утешать. Он опускается рядом и хватает ее за руки, пытаясь
повернуть к себе.
— Джанет, милая, ну не плачь... только не плачь, прошу тебя... —
бормочет он.
— Не трогай ее! Поплачет и успокоится, — взывает к нему Лили,
однако в голосе ее настоящий испуг.
— Прости, Лили. — Эд поднимает Джанет и привлекает к себе. —
Все, что было между мной и Лили, было неправильным. Я любил и люблю только
Джанет.
— Что ты сказал? Что ты только что сказал? — не веря своим ушам,
повторяет Лили.
— Джанет, милая, я пытался до тебя дозвониться, хотел тебя найти.
Мне... так стыдно, у меня очень гадко на душе. Я позволил себе увлечься
твоей подругой, совершил чудовищную ошибку, и мне нет прощения... — Эд
пытается заглянуть Джанет в глаза, но она прячет голову у него на
плече. — Когда ты застала нас целующимися... это было временное
затмение...
— Временное затмение? — всхлипывает Джанет.
— Да, да! Мы с ней разговаривали, и вдруг ее платье... оно как будто
соскользнуло вниз... я не устоял. Ты веришь мне, Джанет?
— Верю, — тотчас кивает она.
—
Платье как будто соскользнуло
, — повторяю я иронично, глядя на
Лили. — Какая странная случайность!
— Джанет, не верь ему, — растерянно говорит Лили. — Он... он
мне клялся в любви... он сказал, что никогда тебя не любил! — Найдя
наконец нужные слова, она приободряется. — Да, он так и сказал. Эдди
никогда не любил тебя!
— Лили, я считал тебя привлекательной, не скрою, — говорит Эд, не
глядя на Лили. — Привлекательной, и не более того. Но я слишком дорого
заплатил за это. Я никогда не хотел встречаться с тобой. Когда ты
набросилась на меня с поцелуями, мне было... неловко оттолкнуть тебя, а
потом все слишком запуталось. Мы с тобой совсем не пара, Лили. — Он с
нежностью смотрит на Джанет. — Знаешь, милая, мои старые джинсы и
рубаха нравились мне больше.
— Мне тоже они нравились, — кивает Джанет, не спуская с него глаз.
— Эти ужасные обноски! — визжит Лили, падая на диван. В глазах ее
слезы. — Да ты в них был похож на бродягу! Тебе нужна была такая, как
я, признайся. Ты хотел меня, Эд, ты вожделел меня!
— Это так, — признает он. — Я хотел тебя. Но, повторяю, я
дорого заплатил за свою ошибку. Я едва не потерял самое дорогое, что у меня
есть. — Эд нежно целует пальцы Джанет.
— Все ясно, — всхлипывает Лили. Черные потоки туши струятся по ее
щекам. — Что ж, Анна, надеюсь, теперь ты счастлива! Ты разрушила мою
жизнь.
— Ничего я не разрушила, — вздыхаю в ответ. — Твоя жизнь
только начинается, и она совсем не связана с Эдом. Тебе нужен Генри, как бы
ты ни пыталась это скрыть.
— Мне плевать на Генри!
— Это не так, Лили, ты же сама знаешь. Ты любишь его, хотя это чувство
для тебя ново. Оно пугает тебя. Ты по инерции продолжаешь искать богатых
мужчин, но ни один из них тебе не нравится. Ты недовольна своей жизнью и
свое недовольство вымещаешь на окружающих. Признайся, ты боишься будущего!
Когда Джанет лишилась работы, ты испугалась, что однажды это может произойти
и с тобой.
— Неправда! Замолчи!
— А ты ведь больше ничего не умеешь, но прекрасно знаешь, что, как
только поблекнет твоя красота, все твои шансы уплывут сквозь пальцы. Вот
почему ты цепляешься за мысль о браке по расчету. Ты хочешь успеть выйти
замуж раньше, чем будешь отброшена на обочину. Ты не веришь в себя, считая
своим единственным достоинством красоту. Единственным достоинством и
единственным товаром, который можно выгодно продать.
— Ты врешь! Ты все врешь! Я не хочу тебя слушать! — Теперь Лили
рыдает, у нее течет из носа, а она даже не замечает этого. Недавние рыдания
Джанет не идут ни в какое сравнение с этим вселенским потопом. Такое
ощущение, что в Лили открылись какие-то невидимые шлюзы. Мне еще ни разу не
приходилось видеть ее в подобном состоянии.
Я протягиваю ей пакетик с бумажными платочками. Эд тихо извиняется и выходит
из квартиры, давая нам возможность спокойно поговорить.
— Ты даже не представляешь, каково мне! — ревет Лили, размазывая
косметику по лицу. — Не знаешь, как трудно каждую секунду думать о том,
как ты выглядишь!
Я улыбаюсь.
— Уж кому-кому, а мне прекрасно известно, каково это, можешь поверить.
— Каждая прядь волос, каждая ресничка должны выглядеть идеально. Ни
единого прыщика! Ни одной морщинки! &mdas
...Закладка в соц.сетях
