Жанр: Любовные романы
Бесценное сокровище
...сь Луису, лежавшему рядом с ней. Они только что кончили
заниматься любовью, хотя день уже был в разгаре.
Луис собирался взять выходной и уговаривал Софи последовать его примеру.
— Скажи мне, как подвигается работа у Лии.
— Хорошо, насколько я могу судить. Если кому-нибудь и надо хоть немного отдохнуть, так это ей.
— Ну а мы с тобой сможем на денек освободиться?
— Думаю, что сможем. — Софи оперлась на согнутый локоть и
вернулась к разговору о подруге. — Она по уши в долгах, но сейчас по
крайней мере у нее появилась возможность еще подержать Руфуса в больнице, и
это для нее действительно важно.
— Ты познакомилась с ее новым боссом?
Софи провела рукой по его плоскому гладкому животу. Луис поймал руку и
теперь рассеянно играл ее пальцами.
— Нет, пока не было случая.
— Похоже, ты без особой радости смотришь на ее перспективы.
Софи нахмурилась.
— Не в этом дело. Просто мне хочется надеяться, что у него нет на уме
ничего дурного, что он не собирается использовать Лию для какой-то аферы.
— Да ну, не беспокойся. Лия толковая деловая женщина. Неужели она не
распознает афериста?
— При других обстоятельствах я бы согласилась с тобой, но сейчас Руфус
так плох, что она не в состоянии ясно мыслить.
— В крайнем случае можно уволиться.
— И все-таки странно: не успели они познакомиться — а уже через пару
дней он ей говорит, чтобы она приступала к работе.
— Отсюда следует, что ты зря волнуешься.
— Может быть, но я точно знаю: если на языке так и крутится поговорка
Это слишком хорошо, чтобы быть правдой
, так непременно все кончается
плохо. И мистер Дэлтон Монтгомери в точности подходит под это правило.
Луис промолчал. Софи пристально вгляделась в его лицо. Оно было спокойным...
нет, пожалуй, скорее озабоченным. Это ее насторожило. Она чувствовала — что-
то не так; даже когда они занимались любовью, он отвечал на ее ласки скорее
механически, чем по велению страсти. Но она не беспокоилась... до этого
мгновения.
— Что-нибудь неладно, Луис?
Он моргнул:
— С чего ты решила?
— Брось, меня не обманешь. Я знаю тебя лучше, чем ты сам себя знаешь. Я
же вижу: что-то случилось.
— Сегодня я получил новую работу.
— Что ты сказал?
— Ты слышала. Сегодня я получил работу в больнице
Белвью
.
Софи вскочила на колени и издала вопль восхищения. Затем наклонилась к Луису
и стала осыпать поцелуями его лицо и грудь.
— Нет, — сказал он, отстраняя ее. — Не надо.
— Почему? У нас отличный повод для торжества. Почему у тебя такой
похоронный вид? Я просто в восторге от твоей новости! Слушай, ты же ведь
именно к этому стремился, правда?
— Да.
— Тогда в чем дело?
— Я получил результаты медицинского обследования.
Она засмеялась:
— Так что же они могли тебе такого сказать? Что тебе надо бы пару
килограммов веса прибавить?
— Нет. У меня обнаружено бесплодие.
Его слова прозвучали столь неожиданно и грубо, что Софи не в силах была даже
вздохнуть.
Уголки рта у Луиса опустились.
— Меня это просто подкосило. Там даже не стали бы рассматривать мою
кандидатуру, если бы я не прошел обследование. Нужно было сделать множество
анализов. — Он с трудом проглотил слюну, а потом досказал остальное: —
И я решил заодно сдать на анализ и сперму. Вот оно и выяснилось. А все из-за
того, что я перенес свинку не в младшем возрасте, а когда уже учился в
последнем классе.
Несколько мгновений оба молчали. Софи слышала его затрудненное дыхание. Ей
хотелось плакать, но не из-за себя. Она понимала, каково ему сейчас.
— Ну и что ж, что бесплодие, — сказала она наконец таким тоном,
как сказала бы
Подумаешь!
.
Луис стремительно поднялся и сел на край кровати.
— Черт возьми, как ты можешь быть такой... такой... — Он
взорвался. — Я даже слова подобрать не могу!
— Может быть, бездушной? Такое слово подойдет?
— Да, такое подойдет, — злобно бросил он.
Она прильнула к нему и положила голову ему на плечо.
— Потому что такая я и есть. Слушай, мне бы хотелось иметь детишек, и
тебе тоже. Я не спорю, очень горько, что у нас не может быть своих детей. Но
ведь в наши дни есть множество способов завести ребенка. Мы просто изменим
наши планы, вот и все.
Луис резко повернулся и широко открытыми глазами впился в лицо Софи.
— Ты хочешь сказать, что, несмотря на это, мы все-таки могли бы
пожениться?
Она легонько куснула его за плечо и усмехнулась:
— Возможно.
Луис повернулся, схватил ее в охапку и прижал к груди.
— Пока мне достаточно и этого обещания.
Глава 19
— Лия Фрейзер, разрешите представить вам моего помощника Тони Уотсона.
Лия улыбнулась и протянула руку. Тони ответил ей крепким рукопожатием и тоже
улыбнулся, отчего ямочки на его щеках стали более заметными. Ямочки были
неотразимы, а в глазах светилась доброта; чем-то он напомнил ей Руфуса.
— Здравствуйте, — сказала она мягко.
— Очень рад познакомиться с вами. — Улыбка Тони не исчезла, когда
он обратился к своему боссу. Одетый в джинсы и тенниску, тот пристроился на
краешке стола и качал ногой. — Ну, какие поручения на сегодня?
— Для начала, — сказал Дэлтон, — свяжись с комиссией по
игорному бизнесу и поинтересуйся, как идут дела с нашей лицензией. У нас до
сих пор нет этой чертовой бумаги.
Тони взглянул на Лию:
— Да ведь у нас масса времени в запасе. Правильно, миссис Фрейзер?
— Пожалуйста, зовите меня Лия.
— Но и тянуть нечего, — нетерпеливо продолжал Дэлтон. — Я
хочу, чтобы этот документ был у меня в руках, как только будет оформлен.
Только тогда наша деятельность окажется законной на все сто процентов.
— Как скажете, босс, — отозвался Тони, хитро подмигнув Лие. —
Вероятно, я не вернусь до вечера. Мне бы надо потолковать с несколькими инженерами-
электриками... главным образом для того, чтобы выяснить, кто из них сможет
развернуться побыстрее.
— У вас есть кто-нибудь на примете? — спросила Лия.
— Нет, а у вас?
— А у меня есть. В Галфпорте я знаю одну компанию — я с ней
сотрудничала, и, по-моему, там превосходно поставлено дело.
Она потянулась за записной книжкой, выписала название компании и передала
листок Тони.
Тони кивнул:
— Весьма признателен.
— Поговори с ними, — распорядился Дэлтон, соскользнув со стола.
— Считай, это уже исполнено, — заверил его Тони и вышел, бросив на прощание: — До встречи.
После его ухода наступило молчание. Лия пыталась не замечать ни присутствия
Дэлтона, ни — тем более — его мужской привлекательности, которую так
подчеркивала эта небрежная одежда. Очевидно, он только что принял душ: его
волосы были еще влажными и искрились, как утренняя роса в лучах солнца.
— Ну как, начнем работать? — спросила она, как ей самой казалось,
официально-чопорным тоном. По крайней мере она заставила себя думать о
делах.
Дэлтон внимательно посмотрел на нее, и губы у него дрогнули. Потом он жестом
указал на открытую дверь соседнего помещения.
— Ваш скромный офис, мэм, — объявил он с комической
торжественностью. — Я знаю, вам не терпится занять свое рабочее место.
— По правде говоря, так и есть.
Внутри этой клетушки стояли письменный стол и два стула. Единственное окно
украшала косо подвешенная штора неопределенного цвета. Лия нахмурилась.
— Этот колер напоминает то вещество, которое при простуде течет из
носа, верно?
— Какая тонкая аналогия, — заметила она.
Дэлтон засмеялся:
— Извините. Сначала говорю, а потом думаю. Но согласитесь...
— Вы правы. И форма, и цвет шторы ужасны, но я могу это пережить.
После того как она расположилась за столом, Дэлтон плюхнулся на второй стул.
— Ну как, изучили планы?
— Да, во всех подробностях. Здесь, в клубе, как будто все в порядке —
за исключением, может быть, канализации и электропроводки. Но этим уже
занимается Тони.
— Все идет к тому, что проводку придется полностью заменить. Зданию
десять лет, а за это время муниципальные требования по технике безопасности
стали намного жестче.
— Если уж говорить о жестких требованиях, — подхватила Лия, —
не забудьте о правилах пожарной безопасности. По этому ведомству требования
самые суровые, и им придается первостепенное значение.
— Тут и спорить не о чем. — Дэлтон покачал головой. — Пожар в
казино — такая штука, о которой и подумать страшно.
Лия вздрогнула, как от холода.
— Вполне согласна, и этого не должно случиться в... — Она
запнулась и отбросила назад волосы, спадавшие на лицо. — Я только что
сообразила, что у клуба и казино пока нет названия. Или вы что-нибудь
надумали?
Дэлтон ответил не сразу, и Лия видела, что он наблюдает за ней со странным
выражением в глазах. Может быть, она как-то необычно выглядит? Наверное, он
заметил ее бледность и апатичность?
Внезапный румянец залил ее лицо.
Последние несколько дней она вообще не заботилась о том, как выглядит.
Минувшая ночь была очень тяжелой. Ей позвонили из больницы. Сиделка
сообщила, что Руфус вышел из комы, но, как выяснилось, она ошиблась. Лия
бодрствовала у постели мужа несколько часов, и для сна у нее почти не
осталось времени.
Но каково бы ни было ее состояние после бессонной ночи, это не имело
значения, по крайней мере в том, что касалось Дэлтона. Она была наемным
работником; когда эта работа завершится, Лия скорее всего никогда больше с
ним не увидится.
— У вас усталый вид, — сказал он, словно прочитав ее мысли.
— Ночью меня вызвали в больницу, — неохотно призналась она.
— Простите, я не знал.
— Ничего.
— У вас трудная жизнь, правда?
Какая жизнь?
— хотелось ей закричать. Ее существование не превратилось в
выжженную, безрадостную пустыню только потому, что есть, во-первых, Коти, а
во-вторых, работа. Но посвящать в эти обстоятельства чужого человека она не
собиралась.
— Да, но судьба дала мне и много такого, за что следует быть
благодарной.
Дэлтон вздохнул и переменил тему:
— Вы спрашивали о названии. Я подумывал, не назвать ли клуб и казино
просто:
У Дэлтона
—
Дэлтонс-плейс
. Как по-вашему?
— Пожалуй, неплохо.
Дэлтонс-плейс
... Совсем неплохо.
— У меня и сомнений никаких нет. Когда мы закончим все работы, клуб и
казино дадут сто очков вперед всем конкурентам.
— От скромности вы не умрете.
— Нет-нет, не умру.
Его нахальство было поразительным, но по крайней мере помогало ей не так
остро ощущать его присутствие.
— Так что теперь имейте в виду это название, когда будете разрабатывать
декор.
— Вы хотите, чтобы во всем присутствовала одна сквозная тема? —
Переход к чисто деловым вопросам принес Лие огромное облегчение.
— Может быть — да, а может быть — нет. Но я для этого вас и нанял. Я
жду от вас таких идей, от которых у наших клиентов глаза на лоб полезут.
— С клубом будет легко, — сказала Лия, разворачивая масштабный
чертеж. — Здесь нет никаких конструктивных сложностей, и планировка
годится такая как есть.
— Хорошо. А идея моих апартаментов?
— Она не очень удачна, если вы все еще думаете сделать для этого
надстройку наверху.
— Я так и знал, что вы это скажете.
— Правда, мы можем выйти из положения так: установить в той угловой
комнате ванну и разобрать перегородку между двумя соседними кабинетами.
Дэлтон потер подбородок:
— Возможно, я повременю с этой затеей, пока не выяснится, как у нас с
деньгами.
Ничего не ответив на это, Лия заглянула в план парохода и снова подняла
глаза на Дэлтона. Он нахмурился:
— Только не говорите мне, что и тут есть проблемы.
— Проблем нет, но я настоятельно рекомендую камбуз перенести в другое
место, а здесь устроить кафе-экспресс.
У него отвисла челюсть.
— И это, по-вашему, не проблема?
— Ну разве что самая незначительная. Она решается сравнительно легко.
Кроме того, при казино такая большая кухня не нужна — ведь вы хотите, чтобы
посетители шли обедать в клуб. А в казино требуется место, где можно
перекусить на ходу, не отрываясь надолго от игры.
Дэлтон промолчал.
— Вижу, вы не в восторге. По-вашему, идея неудачная?
Он подался вперед. На его чеканном лице появилось выражение столь
неприкрытого чувственного желания, что, по всей вероятности, он сам не
сознавал, насколько оно красноречиво. Но
она-тo это
сознавала.
— Да что вы! По-моему, идея грандиозная. Действительно...
Зазвонил телефон, и Дэлтон прервал речь на полуслове. Он чертыхнулся, достал
из кармана миниатюрную трубку сотового телефона и отозвался.
Пока он слушал, вид у него становился все более хмурым. Потом он передал
трубку ей. На этот раз помрачнела Лия.
— Это ваша мать.
У Лии дрогнула рука.
— Мама, в чем дело? — спросила она испуганно.
— Коти жалуется, что живот болит, и зовет тебя.
Лия слышала растерянность в голосе матери.
— Дай ему трубку, я поговорю с ним.
— Он в спальне. Все время плачет.
— О Господи, — пробормотала Лия. — Ладно, пусть потерпит, я
сейчас приеду.
— Какие-нибудь неприятности?
Лия откинулась на спинку стула и потерла виски. Голова начинала болеть, а
сейчас это было совсем некстати.
— Коти плачет: у него живот разболелся.
— На вас поглядеть — так можно подумать, что вы ему не верите.
Лия вскинула голову. Неужели у нее все на лице написано? Или этот человек просто видит ее насквозь?
— Все может быть. Он ведь тоже почти не спал: мне пришлось разбудить
его среди ночи и отвезти к бабушке.
— Понимаю, для ребенка это тяжело. Так что поезжайте и заберите его.
— Вы не против?
— Я же сам вам предложил. Если у него ничего серьезного — везите его
сюда. Я покажу ему колесный пароход, это должно его взбодрить.
Лия остолбенела от изумления.
Дэлтон хмыкнул:
— Если у меня нет своих детей, это не значит, что я готов их всех
перетопить.
— Если вы уверены, что он не помешает...
— Уверен, уверен. Поезжайте.
Вот так-то — он это сделал. Он взял быка за рога. Он нашел способ
познакомиться с сыном. Внезапно Дэлтон вздрогнул. В эту дверь с минуты на
минуту войдет его сын. Его плоть и кровь.
Господи! Что он скажет этому мальчику? Он не знал, о чем можно беседовать с
малышами. Что, если Коти сразу невзлюбит его? Не имеет значения. Сейчас
требуются деньги, а не детские симпатии.
Стоп, Монтгомери, сказал он себе. Так было вначале, а теперь все по-другому.
Он не просто хотел видеть мальчика, которому они с Лией дали жизнь, —
он хотел, чтобы сын полюбил его... Кто бы мог поверить: Дэлтон Монтгомери
размяк!
С бьющимся сердцем он смотрел на дверь. И ждал.
Через пятнадцать минут вернулась Лия, ведя за собой улыбающегося Коти. Но
улыбаться он начал совсем недавно. Стоило ей войти в дом Джессики, сын тут
же перестал хныкать. Лия прекрасно понимала причину его капризов: то была
попытка привлечь ее внимание.
Первое ее побуждение — хорошенько отшлепать его — быстро улеглось. Причина
мнимой болезни была совершенно ясна. Сын скучал без Руфуса, да к тому же он
чувствовал, в какой тревоге пребывает она сама. Однако для порядка она
пожурила Коти за притворство и заставила его извиниться перед бабушкой.
А сейчас Коти, раскрыв рот, глазел по сторонам. Желание хорошенько
встряхнуть сына боролось в Лие с желанием крепко обнять его.
Когда они вошли в офис, Дэлтон стоял у окна.
— Мы вернулись, — робко сказала Лия.
Ей было неловко. Что ни говори, рабочий объект — не место для ребенка. Но
ведь Дэлтон сам предложил, чтобы она привела малыша.
Дэлтон обернулся. Его взгляд метнулся к Коти — и задержался на несколько
секунд, которые показались Лие очень долгими. Дело было не во
времени, — дело было в том,
как он смотрел на ее
сына.
Внезапно Дэлтон широко улыбнулся, отошел от окна, пересек кабинет и протянул
Коти руку:
— Привет!
Коти вопросительно взглянул на Лию.
— Поздоровайся, Коти, — ласково подтолкнула она его. — Это
мистер Монтгомери. Он здесь самый главный. — Она улыбнулась. — У
него даже есть настоящий пароход.
Лицо Коти оживилось, он сделал шаг вперед и вложил свою ладошку в руку
Дэлтона.
В этот момент Лия снова поймала себя на запретной мысли: как бы это
выглядело, если бы Дэлтон обнял ее, поддержал как друг и сказал ей, что все
наладится и будет хорошо.
Поскольку это маловероятно, она тряхнула головой. Тут Дэлтон выпустил руку
Коти, наклонился и тоном заговорщика спросил:
— Хочешь посмотреть колесный пароход?
— У-у! Еще как! — Коти и Дэлтон одновременно взглянули на Лию.
— Я не против, — разрешила она. — А я останусь здесь и
поработаю.
Она стояла неподвижно, пока высокий мужчина с маленьким мальчиком не
скрылись за дверью.
Если бы только Руфус... Нет, об этом нельзя думать. Но она ничего не могла с
собой поделать. Лия тосковала по мужу, и Коти не хватало отца... Она
сморгнула слезы, расправила плечи и проследовала в свой закуток.
Минут через двадцать послышался звук открывающейся двери. Лия едва успела
выйти из-за стола, как к ней стремглав бросился Коти. Лицо у него
разрумянилось, в глазах горел восторг.
— Мам, Дэлтон сказал, что...
— Для вас это мистер Монтгомери, молодой человек, — назидательно
перебила его Лия.
Коти смешался.
— Но... но он сказал, чтобы я звал его Дэлтон...
Лия подняла встревоженный взгляд на своего босса. Тот кивнул:
— Чистая правда.
— Что ж, если вы разрешили... — сказала она, но ее внимание уже
вновь было обращено на сына. — Ну как, понравился тебе пароход?
— Такой большущий! И Дэлтон сказал, что мне можно будет тут помочь ему
и малярам.
Лия покачала головой:
— Ох, не думаю.
— Почему? — возмущенно завопил Коти.
— Мы обо всем успеем договориться, времени будет достаточно, —
вмешался Дэлтон.
Коти оживился:
— Ладно.
Дэлтон перевел взгляд на Лию:
— Знаете что, давайте объявим конец рабочего дня. Забирайте Коти и
поезжайте домой.
— Вы действительно думаете, что это можно?
— Я всегда говорю то, что думаю. — Он помолчал и, глядя прямо ей в
глаза, добавил: — Вы скоро в этом убедитесь.
Лия взяла Коти за руку:
— Идем, ковбой.
Они уже были у самой двери, когда Дэлтон спросил:
— Вы не могли бы попросить кого-нибудь присмотреть за Коти?
Лия обернулась. Он стоял у стола, и в его темных глазах было что-то такое, чего она не могла понять.
— Когда? — спросила она.
— Сегодня вечером.
— Я... да, наверное, смогу.
— Прекрасно.
— Но что?.. Я... имею в виду... — Лия начала заикаться и готова
была возненавидеть себя за это. Но его просьба, как недозволенный прием,
выбила почву у нее из-под ног.
— Это нужно для дела. Мне необходимо показать вам, что мне нравится и
что не нравится в казино. Встретимся в
Счастливой семерке
в восемь
вечера. — Дэлтон не дождался подтверждения. — Или вас это не
устраивает?
— Нет-нет, меня все устраивает, — поспешила заверить его Лия.
— Тогда до встречи.
— И я с вами, ладно? — встрял Коти.
— Нет.
— Почему? — заныл Коти.
Лия схватила его за руку и потащила за собой в коридор.
— Ай, мама! Руку больно!
— Молчи, — прерывистым шепотом приказала она. — А то
схлопочешь у меня!
Лия ступила под душ и почувствовала, что к струйкам воды примешиваются
слезы. Она потерла лицо, словно хотела смыть горе.
Вернувшись из клуба, они с Коти поиграли на улице в пятнашки, пока жара и
москиты не загнали их в дом. Лия приготовила ужин и оставила сына под
присмотром Софи. Та с готовностью согласилась посидеть с ребенком, но Лия
чувствовала: подругу что-то гнетет. Спросить напрямую она не решилась, да на
это и не оставалось времени: надо было успеть заехать в больницу.
Лия просидела у постели Руфуса больше часа. Она протерла ему спину раствором
от пролежней, стараясь не молчать. Со всеми подробностями она рассказала
ему, как
отличился
Коти.
— Я чуть было не заткнула рот этому поросенку, — говорила она,
поглаживая безжизненную руку мужа. — Если бы ты это слышал! Я уж знаю,
что с ним надо держать ухо востро. — Она помолчала, в горле застрял
ком. — Он у нас взрослеет. Дорогой мой, как бы мне хотелось...
Лия не смогла договорить. Пока позволяло время, она сидела молча.
Сейчас, выйдя из-под душа, Лия постаралась взять себя в руки. Ей даже думать
не хотелось о том, чтобы идти в казино, однако она не имела права
отказываться. Более того, она должна была выглядеть полностью уверенной в
себе.
Ей вспомнились слова Софи, приехавшей посидеть с Коти:
— Ни о чем не думай, постарайся развеяться, ладно? Я все могу понять:
муж прикован к постели, тебя мучит совесть, но ведь жизнь продолжается.
Лия помрачнела:
— Я не имею права...
— Ничего подобного. Руфус бы тебя не осудил. Ты делаешь то, чего
требует твоя работа. Приходится думать о вашем с Коти будущем.
— Так-то оно так, но...
— Никаких
но
. Хоть поиграешь с
одноруким бандитом
.
Лия сморщила нос:
— Ну уж нет, здесь я пас.
— Что мне с тобой делать, Лия Фрейзер? Упрямая как черт.
— Да, есть немного.
Софи рассмеялась, но тут же погрустнела.
— Я знаю, сейчас не время, но когда у тебя появится свободная минутка,
мне надо будет задать тебе один вопрос.
Лия не ожидала такого поворота.
— Фу ты, мне даже сделалось страшно.
Софи ответила с вялой улыбкой:
— Ничего страшного здесь нет, но разговор серьезный.
Лия не понимала, к чему она клонит.
— Если это важно, давай поговорим прямо сейчас.
— Сейчас тебе некогда. Отложим на потом. В общем, это ерунда.
Нет, это не ерунда, думала Лия, устраиваясь за туалетным столиком. Дело
неладно: подругу явно что-то гложет. Но у нее уже не оставалось времени.
Через полчаса Лия была готова.
— Сойдет, — сказала она своему отражению в зеркале.
Очень даже неплохо, если учесть, что за последние дни она выплакала все
глаза.
Она выбрала для этого случая черное льняное платье, черные колготки и туфли
на высоком каблуке. В ушах покачивались серебряные серьги. Скромная
элегантность, решила Лия. Впрочем, это не имело никакого значения. Она всего
лишь отправлялась на деловую встречу.
Почему же она не находила себе места от волнения?
Спустились сумерки. Закатное небо окрасилось у горизонта неправдоподобным
сиреневым светом. Вдыхая морской бриз, Лия приближалась к зданию казино.
Двухъярусные ворота вели в мощеный внутренний дворик.
В
Счастливой семерке
яблоку негде было упасть. У столиков толпились
страждущие, которым не хватило места.
Лия хотела оглядеться, но глаза застилал густой табачный дым. Вокруг
грохотали аляповато разрисованные игральные автоматы. Посетители, словно
обезумев, заталкивали монеты в узкие щели.
Совсем рядом из одного автомата донеслась скрипучая мелодия, и на
металлический поднос извергся водопад двадцатипятицентовых монет. Женщина,
которой улыбнулась удача, издала ликующий крик. Лия порадовалась за нее, но,
приглядевшись, заметила, что пальцы этой женщины уже черны от металла.
Видимо, та провела в казино не один час, с содроганием подумала Лия.
— Ну, что скажете?
Лия вздрогнула, услышав негромкий хрипловатый голос.
— Я вас не заметила, — выдавила она.
Дэлтон рассмеялся:
—&
...Закладка в соц.сетях
