Жанр: Любовные романы
Самый желанный мужчина
... что перевоспитывать отца бесполезно. Это все равно что желать
невозможного.
— Погоди-ка.
Гар оглянулся:
— Тебе что-нибудь нужно?
— Да. Хочу знать, что произошло сегодня вечером в Белль-Роуз. Как Луис
разделил наследство? И долго ли эта мисс Джоли Ройял намерена пробыть в
наших краях?
Гар сник. Он, конечно, мог отказаться отвечать, сославшись на
конфиденциальность информации о клиенте, но и он, и Роско, оба знали, что к
завтрашнему вечеру условия завещания Луиса станут известны всем в
Саммервиле.
— Луис поделил все поровну между Максом, Меллори и Джоли. Для Джорджетт
и Кларис он основал доверительные фонды, а Ивонн завещал сто тысяч долларов.
— Ну, теперь она еще больше обнаглеет! — заявил Роско. — Эта
выскочка и так всю жизнь воображала, что она лучше, чем есть на самом деле.
— О ком ты говоришь? — спросил Гар.
Роско с презрением выплюнул имя:
— Об Ивонн Картер!
— И откуда у тебя такие представления? Ивонн — славная женщина, и...
— Я знаю об этой кареглазой сучке больше, чем большинство из
вас. — Роско махнул рукой, как бы отмахиваясь оттемы. — Хватит об
этом. А как Луис распорядился Белль-Роуз?
— Завещал ее Джоли.
Роско присвистнул.
— Ну, теперь она задаст жару! Она вышвырнет их всех к чертовой матери
со всем барахлом. Всех, кроме Кларис.
— Она не может этого сделать. В завещании есть оговорка: Джорджетт,
Максу и Меллори разрешается оставаться в Белль-Роуз, сколько они пожелают.
Джоли не может их выгнать.
Роско рассмеялся:
— Провалиться мне на этом месте! Но кто его знает, может, это еще не
так уж плохо. Джоли не станет жить в одном доме с Джорджетт, так что она,
наверное, вернется в Атланту, где ей и место.
— А тебе-то какая разница, где живет Джоли?
Роско потер подбородок.
— Лично мне вообще никакой, но Макс — мой зять, и я не хочу, чтобы эта
девчонка создавала ему проблемы.
— Да, конечно.
Гар стал подниматься по лестнице, думая о том, почему отец хочет, чтобы
Джоли уехала из Саммервиля. В чем истинная причина? Его объяснению Гар не
поверил ни на минуту, Роско не испытывает никакой привязанности к Максу. Или
старик забыл, что когда Фелисия исчезла, он первый обвинил Макса в убийстве
жены?
Сидя за рулем желтого
корвета
, Ар-Джей свернул со скоростного шоссе на
проселочную дорогу, ведущую к реке. Пару недель назад, исследуя территорию
округа Десмонд, он присмотрел идеальное местечко для парковки. Он уже пару
раз им воспользовался и обнаружил, что женщинам эта старая площадка для
пикников кажется романтичной. И что у женщин за привычка делать вид, что
секс — это то же самое, что любовь и романтика? Конечно, Ар-Джей еще в
раннем возрасте усвоил, как использовать эту любовь женщин к романтике в
своих интересах. Лунный свет, нежная музыка, несколько удачно подобранных
слов — обычно это срабатывало. Просто удивительно, что стоит только сказать
женщине, что она прекрасна и что ты никогда Не испытывал ни к кому подобных
чувств, как она, не успеешь глазом моргнуть, уже готова раздвинуть ноги.
— Куда мы едем? — спросила Меллори.
— Разве ты никогда здесь не была? Неужели никто из парней не возил тебя на площадку возле реки?
— Я не встречаюсь с парнями в машине. Мои друзья водят меня в кино или
в ресторан или приходят к нам домой на ужин. А если мы хотим остаться
наедине, в Белль-Роуз полно мест, где можно уединиться.
Ар-Джей затормозил между двумя старыми потрескавшимися бетонными столиками
для пикника, стоящими по сторонам грунтовой дороги.
— Не думаю, что я был бы в Белль-Роуз желанным гостем.
— Почему ты так говоришь? Он пожал плечами:
— Как я понимаю, я не из тех парней, с которыми твои родственники
хотели бы, чтобы ты встречалась.
Меллори повернулась к Ар-Джею, ее лицо озарил лунный свет, и Ар-Джей
почувствовал напряжение в паху. До чего же хороша девчонка! Голубые глаза в
сочетании с черными волосами смотрятся как-то экзотично. Он расстегнул
ремень безопасности, наклонился к Меллори и отвел с ее лица прядь волос.
— Наверное, тебе все ребята говорят, что ты красавица.
Она кивнула.
— Папа говорил, что я его маленькая красивая куколка. — Меллори
сглотнула подступивши и к горлу ком, в глазах снова стали собираться слезы.
Ар-Джей мысленно чертыхнулся. Не для того он ее сюда привез, чтобы слушать
разговоры об отце. Он собирался утешать ее по-другому, таким способом, от
которого у него самого на лице бы появилась улыбка. Хороший секс всегда
помогает в любой неприятной ситуации, разве не так? Он же не эгоист какой-
нибудь, уж ок позаботится, чтобы она тоже получила удовольствие.
Ар-Джей вышел их машины, обошел вокруг багажника и открыл дверцу перед
Меллори.
— Твой старик был прав, ты куколка. Живая куколка.
Меллори улыбнулась, и Ар-Джея словно под дых ударили. Он отстегнул ремень
безопасности Меллори, взял ее за руки и потянул.
— Пошли, давай прогуляемся вдоль реки. Если хочешь поговорить, можем
поговорить, — предложил Ар-Джей, думая о том, что неплохо бы найти
пятачок, поросший густой травой, на который он сможет ее уложить и всласть
позаниматься любовью. — А если тебе нужно плечо, на котором можно
выплакаться, — он похлопал себя полевому плечу, — у меня такое
есть.
Одной рукой обняв ее за талию, другой Ар-Джей закрыл дверцу машины. Потом
притянул Меллори к себе так, что ее грудь оказалась прижатой к его груди.
Ар-Джей чувствовал, что она заглотнула приманку, ему остается только смотать
леску. Но медленно и осторожно. Маленькую неуверенную рыбку вроде Меллори
легко спугнуть. Ар-Джей нежно поцеловал ее в лоб — это была уловка, чтобы
она немного расслабилась, а еще чтобы она почувствовала первый физический
контакт с ним, и когда он позже поцелует ее в губы, она бы не опешила от
удивления.
Ар-Джей запрокинул голову и посмотрел в ночное небо.
— Ты только посмотри на луну, еще несколько дней, и будет полнолуние.
Меллори тоже посмотрела в небо.
— Когда я была маленькой, мы с папой выходили на улицу и изучали
звезды. Он знал, где какая звезда находится. Давно мы этим не
занимались. — Она крепко сжапа руку Ар-Джея. — Никто этого не
понимает. Я люблю маму, но... но не так, как любила папу. Он всегда обо мне
заботился, а мама сама нуждается в заботе.
Обнимая Меллори за талию, Ар-Джей легонько подтолкнул ее, и они медленно
пошли вперед. Пока они шли вдоль берега реки, Меллори все говорила и
говорила, изливая душу, а Ар-Джей старательно изображал из себя
внимательного слушателя. Он говорил себе, что его старания окупятся: позже
Меллори вспомнит, каким он был внимательным и заботливым.
— Макс просто не понимает, что я не могу быть такой же сильной, как
он, — продолжала Меллори. — Он мне все твердит, что мама нуждается
во мне и что мне нужно оставаться с ней и о ней заботиться. Но как я могу? Я
с ума схожу уже от того, что сижу с ней и слушаю, как она плачет и снова и
снова повторяет, что не знает, как она будет жить без папы. Блин, ведь она
мать, а я — ее ребенок, разве не она должна обо мне заботиться?
— Да, обычно так и бывает, — согласился Ар-Джей. — Но иногда,
когда дело касается матерей, нам приходится отдуваться.
Меллори помолчала, глядя на темную воду могучей Миссисипи.
— Никто и не может понять, что я чувствую, потеряв отца. Максу он ведь
не отец на самом деле, ты знаешь, он только мой отец.
— Я слышал, у тебя есть старшая сестра, — сказал Ар-Джей. —
Может, она понимает твои чувства?
Меллори резко отпрянула от него и освободилась из его объятий.
— Не называй ее моей сестрой. Джоли ненавидела папу за то, что он
женился на моей маме. А я ненавижу ее. И Макс тоже. Она, наверное, радуется,
что папа умер. — Меллори расплакалась.
Чисто инстинктивно, не думая о том, как завоевать расположение девушки, Ар-
Джей обнял ее и нежно погладил по спине.
— Ну поплачь, легче станет.
Он не мог припомнить другого случая, когда бы испытывал такие же
покровительственные чувства к другому человеку. Ему хотелось облегчить
страдания Меллори, забрать ее боль. Впервые в жизни Ар-Джей действительно
поставил чьи-то интересы выше своих собственных.
Пропади оно все пропадом! События развиваются совсем не так, как он
планировал.
Часы на каминной полке пробили десять раз, в маленьком коттедже Ивонн их бой
был слышен повсюду. Джоли поставила чемодан на стул, стоящий в углу гостевой
спальни. В маленькой комнатке было множество старинных вещей, некоторые из
них раньше принадлежали семье Десмонд. Изголовье металлической кровати
образовывало причудливое переплетение виноградной лозы с гроздьями, эта
кровать принадлежала прабабушке Джоли, когда та была еще девочкой. Стоял
здесь и высокий, отполированный до блеска комод красного дерева. И зеркало в
золоченой раме, в котором Джоли мельком увидела свое отражение.
Она сбросила туфли на высоком каблуке, задрала юбку и стала/снимать
колготки. Сняв колготки и отбросив их в сторону, начала расстегивать жакет.
В это время в дверь постучали, и послышался голос Ивонн:
— Джоли?
— Да?
— Я приготовила нам чай. Тебе принести в комнату, или ты выйдешь на
веранду и немного посидишь со мной?
В действительности Джоли больше всего хотелось лечь в кровать и заснуть, но
она понимала, что рано или поздно придется обсудить кое-что с Ивонн. Так
почему бы не покончить с этим делом прямо сейчас?
— Сейчас выйду.
Когда Джоли открыла дверь, то оказалось, что Ивонн уже вернулась в гостиную
и стоиту входной двери, держа в каждой руке по стакану чаю со льдом. Услышав
шаги Джоли, Ивонн повернулась к ней и улыбнулась.
— Давай выйдем, посидим снаружи. Там стало прохладнее и подул легкий
ветерок.
— Конечно, — согласилась Джоли.
Она взяла у Ивонн стакан и босиком вышла следом за ней на веранду.
— Может, сядешь на качели? — предложила Ивонн. Сама она села в кресло-
качалку. — Помню, в детстве ты очень любила мои качели.
Джоли устроилась на качелях. Едва она успела поднести стакан ко рту, как
увидела свет фар автомобиля, а затем с длинной подъездной дороги донесся и
гул мотора. Ивонн следила за приближающимся автомобилем с озабоченным
выражением лица, но когда перед ее домом остановился
феррари
, она
вздохнула и с улыбкой поднялась.
— Это Терон.
Ивонн поспешила к краю веранды, и к тому времени, когда ее сын вышел из
машины и пошел ей навстречу, успела уже спуститься на две ступеньки.
— Я тебя не ждала, — сказала она.
— Вот решил заглянуть и узнать, не сердишься ли ты, что я сегодня днем
не смог приехать в Белль-Роуз.
— Я не сержусь, — сказала Ивонн, — но разочарована. Кларис
все время спрашивала, где ты.
Терон посмотрел поверх плеча матери и заметил Джоли.
— Как вижу, не только у меня одного аллергия на Белль-Роуз.
Джоли поставила стакан на подоконник, встала с качелей и поспешила к Терону.
В детстве они дружили, Терон был для нее скорее старшим братом или любимым
кузеном, нежели сыном экономки. К тому времени, когда Гар Уэллс посоветовал
Терону держаться подальше от Джоли, Сэнди и Фелисии, они с Тероном уже и
сами осознали огромную разницу между ними, это была разница не только в
цвете кожи, но и в социальном положении в Саммервиле. После того как Терон
уехал на учебу в колледж, а Джоли отправили в школу-пансион, они больше не
поддерживали связь.
Джоли подошла к краю веранды, Терон поднялся ей навстречу и протянул руку.
Но Джоли, вместо того чтобы пожать ему руку, обняла его, побуждая ответить
тем же.
— Никогда не думал, что ты вернешься в Белль-Роуз, — сказал Терон,
держа ее руки в своих и окидывая Джоли взглядом. — Маленькая Джоли
Ройял стала совсем взрослой. И выглядит как настоящая Десмонд.
— Я и есть Десмонд, — напомнила Джоли.
— Наполовину Десмонд, наполовину Ройял. — Терон внимательно
всмотрелся в ее лицо. — Ты похожа на тетю Лизетт.
— Спасибо, она была очень красивая.
— Да, была.
Ивонн протянула Терону свой стакан с чаем.
— Вы оба садитесь, поговорите пока, а я сейчас вернусь. Приготовлю себе
еще стакан чаю и принесу печенье.
Терон от чая отказался:
— Спасибо, не надо.
— Ладно, но печенье я все равно принесу. Я уверена, Джоли не откажется
от печенья к чаю.
Как только мать ушла, Терон засмеялся:
— Она думает, мы снова дети. Отдает нам распоряжения и угощает чаем с
печеньем.
— Я рада, что ты приехал именно сейчас, — призналась Джоли. —
Сильно подозреваю, что Ивонн собиралась провести со мной очередную
душеспасительную беседу, которыми она так славится.
Отпустив руки Джоли, Терон последовал за ней на веранду и сел рядом с ней на
качели.
— Значит, я спас тебя от участи страшнее, чем смерть. Никто, я серьезно
говорю, действительно никто так не умеет делать внушения, как моя мама.
Иногда ей удается заставить меня почувствовать себя мелким-мелким, дюйма два
ростом.
— Возможно, ты можешь мне помочь. Она собирается уговаривать меня
помириться с этими людьми, которых папа привел в Белль-Роуз. Ивонн и тетя
Кларис хотят, чтобы я была паинькой и вела себя как настоящая леди.
Терон издал короткий смешок.
— Только не надо мне говорить, что Джоли Десмонд выросла не настоящей
леди.
— Я — леди в моем собственном понимании, — сказала Джоли. — Я
не настолько сильно озабочена светскими условностями, какими были озабочены
сестры Десмонд. А тетя Кларис и сейчас такой осталась. Я живу своей жизнью
так, как хочу, и ни перед кем не извиняюсь. И боюсь, я собираюсь нарушить
покой в здешних краях, чем вызову недовольство многих.
— Ты говоришь прямо как Терон. — Ивонн открыла сетчатую дверь и
вышла на веранду. — У моего сына такие же планы.
— Мама, только не начинай снова!
Джоли в упор посмотрела на Терона:
— И как же ты собираешься нарушать покой?
— Сначала ты ответь, что ты собираешься делать? Оспорить завещание
Луиса?
— Для начала.
— Боже, девочка, зачем тебе это делать? — ужаснулась Ивонн. —
Тебе досталась третья часть всего имущества и полностью Белль-Роуз. Тебе
этого мало? Сколько же тебе нужно?
— Ого! — Терон хлопнул себя по колену. — Говоришь, ты
получила Белль-Роуз? Бедная Джорджетт Деверо!
— К сожалению, — сказала Джоли, — я не могу заставить ее и ее
отпрысков освободить поместье. Папа включил в завещание пункт, по которому
они могут оставаться в Белль-Роуз столько, сколько пожелают.
— Тогда тебе нужен хороший адвокат, чтобы помочь найти способ обойти
это условие.
Джоли широко улыбнулась:
— Ты, случайно, не знаешь такого адвоката, который бы согласился
представлять мои интересы в суде?
— Прекратите эту ерунду немедленно! — Ивонн поставила на плетеный
столик небольшую тарелку с домашним печеньем, потом выпрямилась и сурово
посмотрела сначала на Джоли, потом на Терона. — Если вы двое устроите
заговор, из этого ничего хорошего не выйдет. — Она прищурилась и
посмотрела на Джоли: — Тебе бы следовало уважать волю отца в этом деле.
— Мой отец не уважал мои желания и уж точно не уважал память моей
матери, когда женился на Джорджетт, разве не так?
Ивонн грустно покачала головой:
— Помяните мое слово, если вы затеете это дело, ничего хорошего не
выйдет, будут одни неприятности.
— У меня такое чувство, — заметила Джоли, — что твоя мать
говорит не о твоем согласии представлять мои интересы в суде, а о чем-то
совсем другом. Признавайся, что за черное дело ты задумал?
— Кое-что, что, возможно, тебя расстроит, — ответил Терон. —
Я не хочу причинить боль маме, или тебе, или Кларис, но нам давно пора
узнать правду.
Джоли внутренне напряглась, приготовившись к худшему.
— Правду о чем?
Впрочем, она знала ответ еще до того, как Терон заговорил. Он имеет в виду
правду о прошлом, поняла она. О том дне, когда убили ее мать и тетю. О дне,
когда погиб Лемар Фукуа. О том дне, когда кто-то выстрелил Джоли в спину и
оставил ее умирать.
— Я намерен сделать все, что в моих силах, чтобы заново открыть
закрытое дело о бойне в Белль-Роуз. Я собираюсь доказать, что убийцей был не
мой дядя Лемар, а кто-то другой, а Лемар был тоже жертвой.
Джоли вдруг поняла, что к ее решению вернуться в Сам-мервиль приложила руку
сама судьба. Она колебалась, ехать на похороны отца или не ехать, а послать
вместо себя адвоката из Атланты, который будет представлять ее интересы. Нов
последнюю минуту что-то подтолкнуло ее все-таки поехать. Она двадцать лет
старалась оставить прошлое позади, стереть из памяти воспоминания о том
страшном дне, принять как данность, что она никогда больше не вспомнит
ничего нового о тех ужасных событиях. Но даже по прошествии всех этих лет
Джоли больше всего мучило то, чего она не знала.
— Я заключу с тобой сделку, — сказала Джоли. — Если ты мне
поможешь найти способ получить полный контроль над Белль-Роуз, я останусь в
Саммервиле и сделаю все, что смогу, чтобы помочь тебе доказать, что Лемар не
убивал маму и тетю Лизетт. Ты же знаешь, я всегда верила в его невиновность.
Терон задумался.
— Но ты понимаешь, что настоящий убийца может быть еще жив, возможно,
он живет в Саммервиле? Ему или ей не понравится, если мы возобновим
расследование дела, с которым, как он думал, уже покончено.
— Я понимаю, что ты хочешь сказать. Ты меня предупреждаешь, что
настоящий убийца может начать на нас охоту, в частности на меня.
— Ох, опасное дело вы затеваете, — с тревогой сказала Ивонн.
— Мама права, — заметил Терон. — Мы не только настроим против
себя весь город, людей, которые предпочитают не будить спящих собак, но,
возможно, мы будем рисковать нашими жизнями.
Джоли тем временем думала, хватит ли ей храбрости остаться в Саммервиле,
встретиться лицом к лицу с призраками прошлого, рисковать собственной
жизнью?
— Я понимаю, что это опасно, — сказала она.
— Ну, так мы заключаем сделку?
Терон всмотрелся в ее лицо, пытаясь прочесть на нем ответ. Джоли твердо
встретила его взгляд, полная решимости.
— Да, мой старый друг, считай, что сделку мы с тобой уже заключили. Так
с чего мы начинаем?
— Первым делом завтра утром тебе стоит переехать в Белль-Роуз, —
посоветовал он. — Переезжай, вступай во владение своим домом,
взбудоражь их слегка. Я поговорю с Гаром Уэллсом и возьму у него копию
завещания Луиса — так, на всякий случай. Однако я уже сейчас могу сказать,
что ты имеешь законное право делать все, что угодно, и с землей, и с
домом... и с жильцами. Кроме того, что ты не можешь их вышвырнуть.
При мысли о том, что она может превратить жизнь Джорджетт в ад, Джоли
испытала садистское ликование. Если она, как законная владелица, будет жить
в Белль-Роуз на правах хозяйки, это неизбежно расстроит всех обитателей
поместья.
— Ладно, значит, мой первый шаг — обретение контроля над Белль-Роуз. А
каков будет твой первый шаг к возобновлению расследования?
— Я уже проделал кое-какую предварительную работу. Завтра днем у меня
назначена встреча с шерифом и окружным прокурором, — сказал
Терон. — Если ты пойдешь со мной, одно твое присутствие будет иметь
большое значение для обоих.
— Сообщи мне время и место, и я подъеду.
Терон улыбнулся:
— Мисс Ройял, думаю, мы с вами составим грозную команду.
— Целиком и полностью с вами согласна, мистер Картер.
Они пожали друг другу руки, при этом Джоли боковым зрением заметила на лице
Ивонн выражение ужаса.
Глава 9
Джоли долго не спалось — в голове у нее вертелись картины сладкой мести,
заснуть ей удалось только за полночь. Перспектива переезда в Белль-Роуз —
пусть даже всего на несколько недель, самое большее, на месяц — вызывала у
нее смешанные чувства. Джоли надеялась, что если Терон к тому времени не
найдет законного способа выдворить из дома ее предков белую шваль, то ее
присутствие будет так их раздражать, что они уберутся сами. Она
представляла, как будет с величайшим удовольствием досаждать им тысячами
способов, и Джорджетт, без сомнения, с воплями сбежит из дома. Джоли
мысленно призывала себя к терпению:
Рим не сразу строился
, — и на то,
чтобы изгнать из дома паразитов, тоже нужно время и силы.
Джоли отправила в рот последний кусочек пончика с яблоками и изюмом и запила
его кофе. Она проспала дольше, чем собиралась, но зато избежала очередной
лекции Ивонн. Она ушла в половине седьмого в Белль-Роуз, но оставила Джоли
кофе, пончики и записку.
Прежде чем воплощать в жизнь планы, как изгнать из Белль-Роуз семью твоего
отца, хорошенько подумай. Я боюсь, что в конце концов пострадаешь именно ты,
и мне будет очень больно, если ты поймешь, что была не права, но поймешь это
слишком поздно
.
Дорогая, милая, всепрощающая Ивонн, как она похожа на тетю Кларис, —
подумала Джоли. — Она из тех людей, которые готовы пойти почти на все,
лишь бы только не доставлять никому неприятностей, сохранить мир
. Но на
этот раз мир достался бы Джоли и Терону слишком дорогой ценой. Джоли
надеялась, что совместными усилиями они с Тероном смогут достичь двух целей:
вернуть власть над Белль-Роуз последнему отпрыску рода Десмондов и доказать,
что в бойне в Белль-Роуз повинен не Лемар Фукуа, а кто-то другой.
Джоли положила свой чемодан в машину, села за руль и завела двигатель. Сунув
руку в сумочку, она на ощупь отыскала мобильник. Нажала кнопку быстрого
набора домашнего номера Черил и прижала телефон к уху, свободной рукой
переключая передачу. Черил ответила после пятого гудка, за это время Джоли
успела развернуться и выехать на дорогу, ведущую к Белль-Роуз.
— Алло?
— Хорошо, что я тебя застала до того, как ты ушла на работу, —
сказала Джоли.
— Джоли, это ты?
— Да. Слушай. Я не вернусь в Атланту сегодня, как планировала. Мне
придется застрять тут на несколько недель, и мне нужно, чтобы в мое
отсутствие ты управлялась со всеми делами.
— Что случилось?
— Да ничего особенного, просто возникло небольшое затруднение, и
потребуется некоторое время, чтобы его уладить.
Мощеная дорога сделала поворот, и в поле зрения показался торец особняка.
Снова оказавшись в Саммервиле, Джоли чувствовала себя как-то странно и как
будто не на своем месте. Но внезапно она обостренно ощутила, что все здесь
ей хорошо знакомо. Она возвращается домой. Въезжает в свой дом.
Действительно ли она готова отказаться, пусть даже только на время, от жизни
в Атланте, от друзей, от ежедневного общения в офисе, от непосредственного
руководства бизнесом, чтобы исправить несправедливость двадцатилетней
давности? Почему не оставить Джорджетт в покое, не дать ей жить в Белль-
Роуз? И какое имеет значение сейчас, через двадцать лет, что Лемара
подставили, несправедливо обвинили в убийстве? Не безумие ли вносить
сумятицу в собственную жизнь, чтобы превратить в кошмар жизнь мачехи?
Действительно ли она такая храбрая и готова считаться с возможностью, что
Лемар невиновен, а настоящий убийца разгуливает на свободе и сделает все,
чтобы остановить ее и Терона, не дать им возобновить расследование?
— Я организую себе офис на дому, как только смогу, — сказала
Джоли, — и буду работать из Белль-Роуз, пока... —
Пока не изгоню
Джорджетт из дома моей матери. Пока Терон не убедит окружного прокурора
открыть давно закрытое дело об убийстве
. — Надеюсь, я задержусь не
больше, чем на пару недель, но если потребуется, я готова остаться здесь на
месяц... или на два.
— Месяц или два?! — вскричала Черил, едва не срываясь на
визг. — Да что там такое происходит? Ты не хотела ехать домой даже на
похороны отца, а теперь говоришь, что въезжаешь в дом и будешь жит
...Закладка в соц.сетях
