Жанр: Любовные романы
Самый желанный мужчина
...и Джоли остались в кабинете одни, Макс присел на край стола
и скрестил руки на груди.
— Ну, и что дальше?
Джоли тихо вскипела.
Не дай ему тебя запугать, — приказала она
себе. — Не дай ему заметить, что ты разочарована и чувствуешь себя не в
своей тарелке
.
Резко развернувшись, она встала к нему лицом.
— Я еду за своими вещами в гостиницу и переночую у Ивонн.
Губы Макса дрогнули, как будто он собирался улыбнуться, но он не улыбнулся.
— А после сегодняшнего вечера?
— С какой стати я буду открывать свои стратегические планы врагу?
Она принужденно улыбнулась, и это усилие прибавило ей решимости. Макс
встретил ее взгляд.
— Как я понимаю, ты не видишь путей к компромиссу. Ты не хочешь...
— Принять условие, что твоей семье будет позволено остаться в Белль-
Роуз?
— Это наш дом в течение девятнадцати лет. Для Меллори это вообще
единственный дом, другого она не знает. Неужели ты действительно хочешь
вышвырнуть свою сестру из Белль-Роуз?
— Меллори — моя единокровная сестра, она родная мне только по крови,
это для тебя она сестра во всех смыслах, не для меня. Я ей ничего не должна.
Черт возьми, да я ее даже не знаю!
— И кто в этом виноват? — Макс встал с края стола. — Если бы
ты потрудилась когда-нибудь приехать домой, у тебя была бы возможность с ней
познакомиться. Но знаешь, еще не поздно это сделать. Возможно, от тебя
потребуются некоторые усилия, но Меллори неплохая девчонка. Только немного
избалованная, как все вы. Возможно, ты обнаружишь, что у вас довольно много
общего.
— Сомневаюсь. Ее мать — Клифтон. А моя была Десмонд.
Джоли бросила эту колкую реплику не задумываясь и уже через мгновение
пожалела, что не сдержалась: Меллори не виновата в том, кем была ее мать.
На щеке Макса напрягся мускул, на шее вздулась вена.
— Тебя не было в Саммервиле двадцать лет, но как только ты вернулась,
сразу стала прежней, типичной представительницей своей породы. Одной из
заносчивых, высокомерных Десмондов, которые считают себя лучше всех, —
прорычал он. — Ты хоть понимаешь, что тетя Кларис — единственный
человек в Округе Десмонд, который действительно носит имя Десмонд? Ваша
чистая порода быстро вымирает и уступает место более сильным, выносливым
дворнягам.
— Тем более жаль, — с презрением процедила, почти выплюнула Джоли.
Макс двинулся к ней, не сводя глаз с ее лица. Инстинкт приказывал Джоли
бежать, но упрямство заставило стоять на месте. Если он думает, что она его
боится... Может быть, она и в самом деле боится, но никогда ему этого не
покажет — не доставит ему такого удовольствия. Сердце Джоли забилось так
громко, что зашумело в ушах.
Макс остановился, когда между ними осталось всего несколько дюймов.
— Не играй со мной, мисс Джоли, а то как бы дело не кончилось тем, что
ты будешь валяться на спине и умолять о милосердии.
Джоли бросило в жар, словно у нее внутри разгорелся костер, мышцы
напряглись, нервы натянулись. Умеет Макс запугать! Было время, много лет
назад, когда от такой реплики она бы обратилась в бегство, но то была другая
Джоли, теперь ее не так легко запугать и она не убегает в страхе.
Джоли постучала указательным пальцем по груди Макса:
— Я бы на твоем месте не зарекалась, еще не известно, кто будет умолять
о милосердии.
Она убрала палец, но неожиданно Макс схватил ее запястье. Первым
инстинктивным порывом Джоли было попытаться освободиться, однако она
сдержалась. Вместо этого она склонила голову набок и придвинулась к Максу
еще ближе, так что ее губы едва не коснулись его подбородка. Все ее женские
инстинкты остро реагировали на мужественность Макса. Они стояли в кабинете
ее отца, их тела почти соприкасались, взгляды скрестились, как клинки в
смертельной схватке, и ни один из них не собирался отступать ни на дюйм. Как
два несгибаемых воина, бросающих друг другу вызов, каждый полон решимости
победить, они упрямо ждали, когда противник уступит. Джоли подумала, что
если Макс в ближайшие секунды не отведет взгляд, она закричит. Воздух между
ними едва не звенел от напряжения. А внутреннее напряжение Джоли достигло
такого накала, что, казалось, от малейшей провокации она взорвется,
разлетится на миллионы мелких осколков.
Неожиданное движение Макса спугнуло ее: он схватил ее сзади за шею. Джоли
содрогнулась, словно се никогда раньше не касался ни один мужчина, губы ее
приоткрылись в тихом вздохе.
Джоли не знала, кто шевельнулся первым, да и по большому счету это не имело
значения. Макс отпустил ее, и они отпрянули друг от друга, каждый держался
так, словно совершил какое-то ужасное преступление. Возможно, так оно и
было. На какую-то долю секунды Макс Деверо был очень близок к тому, чтобы
поцеловать Джоли. А она, помоги ей небо, ответила бы на его поцелуй.
Джоли отвернулась от Макса и вышла из кабинета, ей приходилось делать над
собой усилие, чтобы не выбежать, а выйти спокойно.
И не смей на него
оглядываться!
Макс не понимал, что же произошло между ними, но, что бы это ни было, оно
ему не понравилось. Джоли вот уже минут пять как ушла, а он все еще
чувствовал себя так, словно его оглушили, ударили прямо между глаз. Не
хватало еще, чтобы он счел привлекательной не кого-нибудь, а Джоли Ройял! Да
что там, привлекательной — соблазнительной! Или даже обольстительной. Макс
ругал себя: о чем он только думал, когда стал к ней прикасаться? Да если бы
он решил спрыгнуть с утеса в сто футов высотой, и то это было бы не намного
опаснее.
Ему захотелось ее поцеловать! Когда он схватил ее за шею, в нем проснулись
примитивные мужские инстинкты, самые примитивные — ему захотелось тут же
взять ее. В то же мгновение, когда он к ней прикоснулся, он понял, что
совершил гигантскую ошибку. Он понял это по ее глазам, в которых прочел
страсть и покорность. Если бы он ее поцеловал, она бы ответила на его
поцелуй.
В дверях кабинета возник Гарленд Уэллс:
— Почему ты все еще здесь? Сэнди только что подъехала, ты бы вышел,
поздоровался с ней, пока мы не уехали.
— Конечно.
Макс почесал подбородок. Когда он вышел в холл, Сэнди как раз входила в
парадную дверь. Она улыбнулась ему и по-дружески обняла.
— Мне очень жаль, что я не смогла прийти на прием, — сказала
Сэнди. — Меня вызвали к пациенту с прободением аппендикса, сложный был
случай, был риск, что пациент умрет. — Она выпустила Макса из объятий и
пожала ему руку, потом перевела взгляд на брата и снова на Макса. — Ну,
как все прошло?
— Луис сделал то, что считал правильным, — сказал Макс. — Он
позаботился обо всех. Но в результате привязал мою семью к Джоли до конца
наших дней.
— Вот как? — Сэнди посмотрела на брата. — Где Джоли?
— Ивонн повезла ее в город забрать машину и вещи, — ответил Гар.
— А потом она вернется и остановится в Белль-Роуз?
— Она переночует в доме Ивонн, — пояснил Макс. — А что она
будет делать завтра, мы можем только гадать.
Сэнди спросила:
— А ты мне не расскажешь, как именно Луис привязал твою семью к Джоли
и...
— Он завещал ей Белль-Роуз.
Макс сжал кулаки, жалея, что не может что-нибудь раздавить и таким образом
хотя бы отчасти сбросить напряжение.
— О Боже! — ахнула Сэнди. — Это означает, что вам всем
придется переехать?
Макс замотал головой:
— О нет, все не так просто. Луис завещал Джоли Белль-Роуз, но с
оговоркой, что маме, Меллори и мне будет позволено остаться здесь жить. А
все свое имущество он разделил поровну между Меллори, Джоли и мной.
По лестнице сбежала Меллори. Сбежала — и резко остановилась, увидев брата.
— Это что такое? Очередной юридический бэмс? Надеюсь, вы все
придумываете способ сделать так, чтобы нога Джоли больше никогда не ступала
в наш дом.
Макс осмотрел младшую сестру с головы до ног. Она сменила зеленый костюм на
джинсовые шорты и желтую футболку с выложенным стразами логотипом GRITS —
Девушки, выросшие на Юге
.
— Я думал, ты уже в постели, — сказал Макс.
— Я не могла заснуть, — сказала Меллори. — И можешь не
спрашивать, да, я дала маме снотворное и посидела с ней, пока она не уснула.
— Меллори, привет! — Сэнди помахала рукой. Меллори помахала в
ответ:
— Привет.
Когда Меллори проходила мимо Макса, он заметил в ее руке ключи от машины.
— Куда это ты собралась?
— Покататься. Надеюсь, возражений нет? Мне нужно на время сбежать,
поезжу вокруг, подышу свежим воздухом. Сбегу от... Хочу отвлечься от мыслей
о папиной смерти. И о том, в каком состоянии мама. И о том, как мне саму
себя жалко.
— Я бы предпочел, чтобы сегодня вечером ты никуда не уезжала, —
сказал Макс. — Уже десятый час и...
— Я поеду, если ты только мне ноги не свяжешь. Меллори посмотрела на
брата взглядом, говорившим:
И не пытайся меня остановить
.
— Ладно, езжай, только ненадолго, — согласился Макс. — Если к
одиннадцати не вернешься, я поеду тебя искать.
— Давай договоримся к двенадцати, ладно? Мне кажется, тебе есть еще о
чем подумать, кроме как о том, во сколько я вернусь домой. Наша дорогая
старшая сестрица небось строит планы, как нас уничтожить. — Проходя
мимо Гара, Меллори провела по его щеке кончиком пальца с ярко-розовым
ногтем. — А ты бы посидел над своими юридическими книгами, прежде чем
тебе придется иметь дело с каким-нибудь крутым адвокатом из Атланты,
которого наймет Джоли.
Меллори вышла через парадный вход на веранду, и вскоре Макс услышал, как ее
желтый
корвет
срывается с места и набирает скорость.
Ар-Джей пробыл в Саммервиле достаточно долго, чтобы выяснить, где находятся
злачные места этого города. Незаконная игра в покер. Петушиные бои. По
какому телефону позвонить, чтобы снять женщину на пару часов. Для парня
вроде него, который только что выиграл в карты две сотни баксов, у которого
встал член и который ищет, где бы разрядиться до того, как пройдет ночь, все
складывалось довольно неплохо. Вопрос лишь в том, чтобы найти подходящую
партнершу по танцам. Он предпочитал женщин с опытом, но не профессионалок.
Ар-Джей никогда в жизни не платил проститутке. В этом не было необходимости:
женщины обычно сами к нему слетались как мухи на мед.
Ар-Джей ехал по Мэйн-стрит, откинув верх своего джипа, ночной воздух трепал
его волосы и приятно холодил. Он чувствовал себя везунчиком. Чертовски
удачливым парнем. Ему двадцать три, он здоров и свободен как птица.
Вот теперь задача: где бы найти субботним вечером в Саммервиле симпатичную
девчонку? Потасканные шлюхи, которых часто встретишь в ночных клубах, его
сегодня не интересовали. Ему хотелось. какую-нибудь молоденькую штучку с
классной фигуркой и минимальным опытом, только бы знала, что делает. Чуть
впереди слева манили яркие огни
Дэйри-бара
на Ореховой улице. Кто знает,
подумал Ар-Джей, вдруг ему повезет, и. там сидит какая-нибудь симпатичная
дочка священника — сидит, потягивает вишневую колу и только о том и думает,
как бы какой-нибудь крутой парень устроил ей веселую ночку.
Ар-Джей свернул с Мэйн-стрит и поехал прямиком к излюбленному тусовочному
месту саммервильских подростков, одному из немногих заведений в городе,
которые открыты в субботу вечером. Он поставил джип на стоянку, выпрыгнул,
не открывая дверь, провел пятерней по волосам и неспешной походочкой
двинулся в
Дэйри-бар
. У стойки он заказал себе гамбургер, жареную картошку
и колу. Девушка, которая его обслуживала, игриво хихикала и вообще делала
все, чтобы привлечь его внимание, разве что не разделась догола и не сказала
открытым текстом:
Возьми меня, парень
. Он явно ее заинтересовал, но она
была не в его вкусе, худая и плоскогрудая. Рассудив, что безвредный флирт
поднимет девушке настроение, Ар-Джей ей подмигнул.
Не спеша, чтобы дать возможность женскому полу его рассмотреть, он нашел
свободную кабинку, поставил еду на стол и сел на место. Потягивая колу, он
небрежно оглядывал помещение. Уже три смазливые девчонки поглядывали на него
с интересом. Две блондинки и одна рыжая. Что бы сегодня выбрать: ваниль или
клубнику?
Ар-Джей мог сделать первый шаги выбрать одну из них, но он хотел девушку,
которая подошла бы к нему сама. Поэтому он стал ждать. Изображая равнодушие,
принялся за еду и мысленно поспорил сам с собой, что он еще не успеет доесть
гамбургер, как одна из девчонок подойдет познакомиться.
Ар-Джей увидел боковым зрением, что одна из блондинок — пышногрудая, с
татуировкой в виде сердечка на плече — направляется в его сторону.
— Привет, — прямо-таки промурлыкала она, садясь напротив Ар-
Джея. — Я — Джейми Гэмбрелл, ты, наверное, недавно в нашем городе? Я
тебя тут раньше не видела.
— Ну что ж, Джейми, здравствуй. — Ар-Джей одарил ее неотразимой
улыбкой из своего арсенала. — А я — Ар-Джей.
— Так ты кого-нибудь ждешь, типа, девушку свою? — спросила Джейми.
— Я большую часть времени нахожусь в одиночном плавании, — ответил
Ар-Джей. — Потому что тогда я волен знакомиться с новыми людьми. —
Он протянул руку через стол и взял руку Джейми. — Скажи, сколько тебе
лет?
Девушка засмеялась:
— Девятнадцать. Я могу это доказать. — Она порылась в расшитой
бисером сумочке, висевшей на длинном ремне у нее на плече, и достала
водительское удостоверение. — Вот, взгляни.
Ар-Джей проверил удостоверение. Обычно он без труда определял, когда
удостоверение личности фальшивое. Это выглядело как настоящее. Ну что же,
значит, мисс Большие Титьки — совершеннолетняя. Да, сегодня ему везет и
повезет еще больше.
Он бросил удостоверение девушке.
— Надеюсь, тут нет какого-нибудь деревенского громилы, который
предъявляет на тебя права?
— Был, — сказала Джейми, — но мы несколько недель назад
расстались.
— Ну что же, крошка, тогда как ты смотришь на то, чтобы со мной
прокатиться?
— Куда?
— Я завтра не работаю, — сказал Ар-Джей, — так что мы можем
поехать в Новый Орлеан и там неплохо провести время.
— В Новый Орлеан? Ты шутишь? Классно! Я бы с удовольствием, но если я
не вернусь домой к часу, отец будет искать меня с полицией.
— Ладно, Новый Орлеан отменяется. Тогда, может, Просто покатаемся, пока
не найдем местечко, где можно остановиться и полюбоваться луной?
— Годится. Если ты доставишь меня домой к часу.
— Без проблем.
Ар-Джей встал из-за стола, выбросил мусор и обнял Джейми за талию. Та
помахала рукой подругам, наблюдавшим за ней из другой кабинки.
— До скорого! — крикнула Джейми подругам и прижалась к Ар-Джею.
Они были на полпути к джипу, когда Ар-Джей вдруг увидел ее — Меллори Ройял.
Она сидела в канареечно-желтом
корвете
, смотрела на звезды, и по ее щекам
лились слезы. Прекрасная дама страдает, ей нужно сильное мужское плечо, на
котором можно выплакаться.
Помни, у нее есть старший брат, который уже предупредил тебя, чтобы ты
держался от нее подальше
.
Да, конечно. Когда это он боялся старших братьев, или отцов, или бойфрендов,
или даже мужей?
Но Макс Деверо не обычный старший брат
, — напомнил себе Ар-Джей.
Ар-Джей сам себя не понимал. Спятил он, что ли? У него уже есть девушка —
вот она, виснет на нем, готовая на все. Так какого черта он хочет рискнуть с
местной принцессой? Потому что любит рисковать, а Джейми — легкая добыча?
Ар-Джей встал как вкопанный и отцепил от себя Джейми.
— Я вижу одну мою подругу, похоже, я ей сейчас нужен. — Он
легонько подтолкнул Джейми обратно к
Дэйри-бару
. — Вот что, иди назад
к подружкам, мы с тобой в другой раз пересечемся.
— Как? — Джейми уставилась на него, озадаченная внезапной сменой
его настроения. — Ты хочешь сказать, что Меллори Ройял — твоя подружка?
— Да, мы с ней старые друзья.
— А мне казалось, ты говорил, что недавно в городе. Джейми
подбоченилась и сердито посмотрела на Ар-Джея.
— Я тут уже достаточно давно, чтобы успеть обзавестись несколькими
друзьями. — Ар-Джей шлепнул девушку по заду: — Ну иди. Я тебя позже
найду.
Джейми развернулась и пошла обратно, всем своим видом выражая недовольство.
Ар-Джей неторопливо подошел к
корвету
и остановился со стороны водителя.
— Компания не нужна, мисс Ройял?
Меллори ахнула. По ее удивленному выражению Ар-Джей понял, что она не
слышала, как он подошел.
— Мистер Саттон, это вы?
— Зовите меня Ар-Джей. — Он немного подался вперед, ровно
настолько, чтобы иметь возможность коснуться ее лица, и пальцами стер слезы
с ее щек. — Вы похожи наледи, которой именно сейчас нужен рядом друг.
Меллори глотнула. В уголках ее глаз уже скапливались новые слезы.
— Я не знаю, что мне нужно. Ар-Джей открыл дверцу машины:
— Пересаживайтесь на другое сиденье.
Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами, потом, не задавая
вопросов, пересела на место пассажира. Ар-Джей сел за руль, повернул ключ
зажигания, пристегнул ремень безопасности Меллори, потом свой.
— Я знаю, что вам нужно, — сказал он. — Вам нужен я.
Глава 8
Плезант-Хилл принадлежал семье Гарленда Уэллса на протяжении шести
поколений. Это был самый старый плантаторский дом в округе Десмонд, даже
старше, чем Белль-Роуз, его построили рабы в 1840 году. В детстве Гару
нравилось жить в этом доме, хотя иногда бывало стыдно, что он сын Роско
Уэллса. Нелегко иметь отца, которого презирает так много людей, и Гар с
Сэнди в детстве это очень чувствовали. И когда они выросли и повзрослели, их
политические и общественные взгляды, особенно взгляды Сэнди, очень сильно
стали отличаться от взглядов отца,
бывшего
белого расиста. После окончания
колледжа Сэнди больше никогда не жила дома. Гарленд же после юридического
факультета вернулся домой жить в фамильном особняке вместе с Роско, который
после замужества Фелисии чувствовал себя очень одиноко. Фелисия была любимым
ребенком Роско. Внешне она была так же красива, как ее мать, но во всем
остальном была настоящей папиной дочкой. Гар иногда с тревогой думал о том,
что в его венах течет дурная кровь, истоки которой уходят вглубь на
несколько поколений. Сэнди, казалось, каким-то образом избежала
генетического проклятия, а вот Фелисия не избежала. А насчет себя Гар не был
уверен. Хотя он не тешил себя иллюзией, что отец, старый расист, полностью
перевоспитался — это было так же невозможно, как отмыть леопарда от его
пятен, — Гару нравилось думать, что если в сердце отца и произошли какие-
то подлинные перемены к лучшему, то благодаря его влиянию. Гар считал себя
современным миссисипцем, человеком широких взглядов, способным принять как
факт саму необходимость перемен и понимающим, что прапранравнукам
рабовладельцев приходится сосуществовать с потомками рабов на равных. Это
обстоятельство — просто часть наследия прошлого, которое придется принять и
белым, и черным.
Сэнди остановилась в конце подъездной аллеи, но не стала заглушать двигатель
лексуса
. Гарленд отстегнул ремень безопасности и повернулся к сестре.
Сэнди была привлекательной — короткие каштановые волосы, темно-карие глаза,
гибкая фигурка, — но не была такой ослепительной красавицей, как
Фелисия. Однако то, чего Сэнди недобирала во внешности, она компенсировала
умом и темпераментом. Гар не сомневался, что младшая Уэллс оказалась гораздо
лучше своих брата и сестры. Про себя Гар думал, что он в общем-то вполне
приличный парень, но не обладает таким добрым сердцем, как Сэнди. А уж
Фелисия, упокой Господи ее душу, была первостатейной стервой.
— Зайдешь ненадолго? — спросил Гар.
— Нет, — пробурчала Сэнди.
— Не было бы ничего плохого в том, чтобы просто зайти и
поздороваться, — сказал Гар. — В конце концов, он твой отец. И он
не становится моложе.
— Гар, ты пускал эту тактику в ход уже миллион раз. Она не срабатывала
раньше, не сработает и сейчас. Я давно умыла руки и не общаюсь со старым
подлецом. Мне жаль, что ты с ним застрял, но это был твой выбор.
Гар кивнул, наклонился и поцеловал сестру в щеку. Уже открыв дверь и выйдя
из машины, он снова наклонился и заглянул в салон.
— У вас с Джоли есть кое-что общее: вы обе не способны прощать отцам их
грехи.
— Джоли всегда была умницей. — Уголки губ Сэнди чуть приподнялись,
это была еще не улыбка, но почти. — Жалко, что я не смогла с ней
поговорить после похорон. — Сэнди вздохнула. — Эх, помню, в
детстве мы с Джоли были очень близки, она была мне ближе, чем Фелисия. Она
была одной из лучших моих подруг.
— Если ты с ней сейчас начнешь водить дружбу, то приобретешь врага в
лице Макса. Тебе придется выбирать, на чьей ты стороне.
Сэнди кивнула:
— Я знаю.
— Неудачно мы влюбились, правда?
Гар захлопнул дверь. Сэнди поехала по подъездной аллее, а он стоял и
смотрел, как она поспешно уезжает. Он не завидовал младшей сестре. Поскольку
он адвокат Луиса Ройяла и Макса Деверо, то его выбор уже сделан за него. До
тех пор пока Гар не увидел Джоли снова, он сам не сознавал, как он жалеет,
что в этом деле будет не на ее стороне. Но Сэнди будет еще труднее сделать
выбор. Она все эти годы поддерживала с Джоли связь, несколько раз ездила к
ней в Атланту. Знал Гар и о чувствах Сэнди к Максу. Бедняжка была влюблена в
Макса всегда, сколько Гар себя помнил. Он никогда не забудет, как стойко она
восприняла известие, что Макс женится на Фелисии. Да она даже была на
свадьбе подружкой невесты!
Но чувство Сэнди к Максу не было взаимным и никогда не будет. Гар хорошо
понимал, насколько мучительной может быть любовь, особенно любовь
безответная. Иногда ему казалось, что все трое детей Уэллс были прокляты с
рождения.
Двустворчатая дверь парадного входа отворилась, и к свету фонарей,
расположенных по обеим сторонам от входа, прибавился свет, падающий из
холла. Гар глубоко вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на отца. На Роско
все еще были черные брюки и белая рубашка, в которых он присутствовал на
похоронах. Он кивнул в сторону быстро удаляющихся красных огоньков задних
фар
лексуса
.
— Я вижу, эта девчонка очень торопилась уехать, — заметил Роско.
Он прочистил горло и сплюнул в ближайший куст. — Если вспомнить, как ее
воспитывала мама, можно было бы ожидать, что ее хороших манер по крайней
мере хватит на то, чтобы зайти в дом и поинтересоваться, как я поживаю.
Гар уже давно усвоил, что на замечания отца в адрес Сэнди лучше не отвечать.
Он молча поднялся по ступеням и положил руку на плечо отца.
— Ты принял лекарство? — спросил Гар.
— Да, я принял все эти чертовы маленькие пилюли, которые Мэтти для меня
выложила. Клянусь, большей надоеды, чем она, на свете не сыскать. Я бы снова
ее уволил, но ведь от этого толку не будет. Ты опять возьмешь ее на работу,
как в прошлый раз, когда я ее уволил.
Гар твердой рукой направил отца к двери, они вошли в дом.
— Мэтти — хорошая, честная женщина, и она отлично делает свою работу.
Будеттрудно найти ей замену. Хорошие экономки не растут на деревьях.
— Когда я был мальчишкой, у таких семей, как наша, был большой выбор
черн... — Роско засмеялся. — Я много лет пытаюсь избавиться от
привычки употреблять это слово, даже в моем собственном доме. Не хочу, чтобы
оно вырвалось у меня в неподходящий момент. Это может стоить мне нескольких
черных избирателей. Так что я хотел сказать, когда я был мальчишкой, был
большой выбор негритянских женщин для домашней работы. У людей с деньгами
вроде нас обычно бывало в доме по четверо-пятеро слуг. А во времена моего
отца мужчина с его положением мог поиметь от них все, что пожелает. Гар
закрыл дверь и запер ее.
— Те времена давно прошли.
Роско шумно вздохнул:
— Да-а, как будто я сам не знаю.
— Ты сейчас идешь спать? — спросил Гар, направляясь к лестнице.
Он понимал,
...Закладка в соц.сетях
