Жанр: Любовные романы
Кандидат в мужья
... — приказала она себе.
Она хорошо провела вечер с Джеем — милым человеком, приятным собеседником. И
концерт ей понравился, пусть немного и усыплял. Джаз в исполнении
симфонического оркестра? Это прирученный джаз. С хорошими манерами. Совсем
как Джей. Нормальный парень, чтобы произвести впечатление на девушку,
приехал бы на свидание в спортивном автомобиле, а вот он выбрал дедушкин
кадиллак
. И теперь, вместо того чтобы поцеловать ее на прощание, торчит на
автостраде и ждет, пока кто-то приедет и оттащит его антикварную колымагу в
гараж. Бедный Джей...
И вновь она попыталась подумать о чем-то еще.
— Тревора, наверное, пришлось связывать. Он терпеть не может оставаться
у моей мамы.
— Он в порядке, — сказал Райли.
Она быстро повернулась к нему, успела заметить, как он сжал челюсти, должно
быть, сожалея, что вообще открыл рот.
— Откуда ты знаешь?
— Ну... — Наконец-то они съехали с автострады. — Видишь ли, я
должен признаться, что вечером заглянул к твоей матери.
У Келли отвисла челюсть. Судя по тону, Райли не видел ничего особенного в
том, что заглянул к ее матери на огонек.
— Зачем?
Он пожал плечами:
— Случайно оказался в том районе...
Ну-ну. Раньше Плейно не притягивал миллионеров.
— И когда ты там был?
И о чем он мог говорить с Лайнел?
Райли откашлялся.
— Если на то пошло, там меня и застал звонок Джея.
Келли схватилась за подлокотник, когда
БМВ
свернул на ее улицу, но Райли
вел автомобиль очень плавно. Этот разговор создал ощущение, что их занесло.
— И что ты делал в доме моей матери?
— Играл в
Крестословицу
.
Что ж, в это она как раз могла поверить.
— Райли, это нечто.
— Я знаю.
— Ты такой непоследовательный. Уж не знаю, то ли благодарить тебя, то
ли идти к судье и просить, чтобы он оградил меня от тебя.
Он рассмеялся:
— Просто у меня выдалось свободное время. Ты понимаешь... вечер, дома
никого.
Келли обдумала это объяснение. В последний раз, когда у нее выдался
свободный вечер (тот самый, когда она столкнулась с Райли в продуктовом
магазине), она тоже ощущала себя потерянной. Но по крайней мере она знала,
что и Тревор, и Тина к ней вернутся. А вот Райли каждый день приходилось
возвращаться в пустой дом.
Наверное, не стоило ей все так усложнять. Райли пытался стать ей только
другом. К сожалению, друзей-мужчин у нее никогда не было. В средней школе
она дружила с девочками, потом сразу начала встречаться с Риком. Рик озверел
бы от ревности, если б узнал, что она встречается с другими парнями, которые
всего лишь друзья. Он бы никогда не поверил, что такое возможно.
— И как вел себя Тревор? — из любопытства спросила она.
— Нормально, но ему ужасно не нравилась
Крестословица
. Правда, я
помог ему обыграть твою мать.
Келли рассмеялась:
— Должно быть, ты теперь его герой.
— Я не Кен Гриффи, но он пригласил меня на день рождения.
Келли сложила руки на груди и улыбнулась. Ну вот. Может, друзья-мужчины —
как раз то, что нужно. И ей, и Тревору.
Райли нахмурился, подъезжая к ее дому:
— Если хочешь, я отвезу тебя к матери, чтобы забрать детей.
Она покачала головой:
— Нет, высади меня здесь. Сегодня ради меня ты и так накрутил немало
миль.
Остановившись у ее дома, он посмотрел на нее своими синими глазами, и у
Келли сладко заныло сердце. Если он собирается просто высадить ее, то почему
повернул ключ зажигания и заглушил двигатель?
— Что ж... — Он улыбнулся, и на его щеке заиграла симпатичная
ямочка.
— Что ж! — Она приказала себе повернуться, открыть дверцу, но не
шевельнулась.
Салон автомобиля превратился в особый мир, где были только они двое. Она
чувствовала, как стучит, нет — грохочет, ее сердце, а во рту и горле стало
суше, чем в пустыне Гоби. Она не могла заставить себя даже повторить:
Что
ж!
Их как магнитом притягивало друг к другу. И как бы громко ее разум ни
кричал:
Нет, нет, нет!
— сердце скандировало:
Да, да, да
— и уверенно
брало верх.
Райли обнял ее, несколько резковато, но только по одной причине — не ожидал,
что она прильнет к нему так страстно. Сначала соприкоснулись их губы, потом
руки, наконец, тела. Она приподнялась на сиденье, он схватил ее за бедра и
дернул на себя. Грудью она ударилась о руль. Он дрожащими руками убрал
мешавший им подлокотник. Потребовалось какое-то время, прежде чем они нашли
более-менее удобное положение для поцелуев на переднем сиденье
БМВ
. На все
равно она зацепилась за краешек его сиденья, половина ее тела зависла над
пустотой, где находилась ручка коробки передач: Шея изогнулась, одна блестка
впилась в бедро. И тем не менее Келли ощущала себя на седьмом небе.
Она вспомнила кадры фильма про парашютистов, когда они покидали самолет, и
решила, что они испытывали те же чувства. Абсолютное блаженство. Келли не
знала, сколько времени они с Райли обнимались на переднем сиденье — час или
только минуту. Время не имело никакого значения, когда теплые губы Райли
прижимались к ее губам. Их тела тоже нашли возможность переплестись,
выказывая желание не останавливаться на одних только поцелуях. Все в Райли
казалось ей умопомрачительным. И как его большие руки пробегали по ее
плечам, спине, ягодицам. И как его чуть колющаяся щетиной челюсть
прижималась к ее подбородку. Как он предугадывал, чего она от него ждет в
каждый следующий момент, находил те самые части ее тела, которые более всего
жаждали его прикосновений.
Он обхватил ладонью ее грудь, и у Келли перехватило дыхание. В этот момент
она точно знала, что он будет идеальным любовником. Идеальным!
Секунды? Минуты? Она не могла сказать, как долго они целовались. А потом
Райли внезапно отпрянул от нее, и она рухнула с облаков на грешную землю.
Какое-то время приходила в себя, стараясь выровнять дыхание. Все ее тело
кричало от разочарования. Она не хотела открывать глаза, но открыла. Райли
нависал над ней, синие глаза светились страстью... и сожалением.
Она перебралась через ручку коробки передач на пассажирское сиденье. Глядя
прямо перед собой, привела в порядок платье, расправила юбку на коленях.
— Келли, извини.
Она смотрела в сторону.
— Это мне хороший урок. Если я позволяю тебе организовывать мою
светскую жизнь, даже покупать платье, конечно, ты ждешь чего-то взамен.
Он замотал головой:
— Нет, дело не в этом. Просто...
Повисла тяжелая тишина, не повисла — навалилась на Келли со всех сторон, и,
не выдержав, она повернула голову к Райли. От увиденного злость и
негодование сняло как рукой. В слабом свете уличных фонарей лицо его стало
чудовищно бледным, чуть ли не восковым. Выглядел Райли ужасно. Было ясно,
что он на грани обморока.
— Райли, что с тобой?
Он посмотрел на нее, и от муки, написанной на его лице, разрывалось сердце.
Взгляд был страдальческим. Теперь она поняла, что он хотел ей сказать с их
первой встречи, все его печали отразились на его лице.
Потом нашлись и слова. Хлынул целый поток слов. Слова, которые раньше она
так жаждала услышать, но теперь сожалела, что слышит их. Но не могла
остановить его, потому что понимала: он должен наконец-то выговориться.
— У меня были жена и дочь, Келли. Они умерли. Погибли в автомобильной
аварии. Это был... это был кошмар.
— Райли, тебе незачем...
Он ее не слышал или не хотел слышать.
— И что самое ужасное, я это увидел до того, как все случилось. Сидел в
своем кабинете и все увидел. Грохот переворачивающегося трейлера, скрежет
металла, когда трейлер по инерции тащило по асфальту. Удар, звон
разбивающихся стекол, вновь скрежет металла. Я чуть с ума не сошел. Тут же
позвонил Джоанне, но, конечно, опоздал. Они уже погибли.
Райли опустил голову, и Келли наклонилась было к нему, чтобы утешить. Но как
она могла помочь человеку, который жил с такими воспоминаниями? Набрав в
легкие побольше воздуха, попросила:
— Расскажи мне о них.
Он попытался сосредоточиться.
— Джоанна... Мы встретились в колледже. На историческом факультете в
Университете Техаса. Как-то раз она села рядом со мной и первой начала
говорить. Проболтала всю лекцию. — Он хмыкнул. — Я хотел
предложить ей заткнуться, но она была такая красивая... и продолжала
болтать. А я вдруг как со стороны услышал, что предлагаю ей встретиться
после занятий, и после этого мы стали лучшими друзьями. Ели вместе, спали,
путешествовали восемь лет. И ни разу я ни на кого не посмотрел. И Эбби...
Второй такой просто не могло быть. Я не могу забыть, как приходил домой
после работы, а она ждала меня у парадной двери, И от ее улыбки в холле
становилось светлее. У меня всегда были для нее маленькие шоколадные
батончики в кармане пиджака, и она, поцеловав меня, обязательно спрашивала:
"Милки уэй?
И после аварии я носил их в кармане не один месяц.
Он замолчал, глубоко вздохнул. Казалось, что Райли сейчас разрыдается. Но он
сдержался, хотя лучше ему от этого не стало. Келли и не пыталась вспомнить
образ девочки по фотографии в газете. Она словно воочию видела ее здесь и
сейчас, в этом автомобиле, в переполненных болью глазах Райли.
— Это невозможно выразить словами. Я не смогу даже описать их. Знаю
только, что наша семья была почти идеальной, насколько это возможно. Мы были
счастливы. Любили друг друга. Могли ни в чем себе не отказывать. — Он
шумно сглотнул слюну. — После смерти Джоанны и Эбби рухнул и мой мир.
То есть я продолжал жить, но жизнь для меня потеряла всякий смысл. Ничто
более не имело значения. Ни деньги, ни люди. Мне незачем было волноваться о
том, чтобы начать все сначала и сделать свою жизнь лучше, потому что у меня
и так все было самым лучшим. Лучшая жена. Лучшая дочь. Зачем пытаться
повторить неповторимое? Так что я просто существовал. Что-то делал, дружил с
Джеем. Создавал видимость, что решаю вопросы. Но все это как на автопилоте.
Он посмотрел на Келли, и ее сердце заухало в груди. На мгновение ей стало
трудно дышать.
— Потом я встретил тебя и внезапно понял, что люди имеют значение. И не
потому, что между нами что-то произошло. Мне понравился тот способ, каким ты
заставила меня взглянуть на себя. Ты как-то сразу стала мне небезразлична. И
потом твои дети... Ты знаешь, чего мне стоило войти в ваш дом и увидеть
Тину? Господи, она почти что ровесница Эбби! Но совсем другая. Настолько
другая, что на какое-то время я смог забыть про свою утрату и
сосредоточиться на проблемах маленькой девочки, которая мечтала о пианино, и
мальчика, которому недоставало отца, а также женщины, которая не привыкла,
чтобы о ней кто-то позаботился. Мне кажется, что сейчас я вроде бы готов
начать жить заново... но боюсь воспоминаний. Вдруг они не позволят мне
этого, тогда я разрушу и твою жизнь. И это ужасно...
Она покопалась в сумочке, достала бумажную салфетку.
Келли, конечно, хотела все это услышать... потому что, согласно
голливудскому стереотипу, она представляла себе, что Райли изложит ей все
свои проблемы, а потом все станет хорошо. Открыв ей сердце, он станет ближе
и понятнее. Но в данном конкретном случае исповедь дала обратный результат:
она лишь укрепила стену, которая их разделяла.
Она смотрела прямо перед собой, раздраженная, ненавидя себя за эгоизм. В
глубине души Келли хотела услышать от него, что прошлое наконец перечеркнуто
и теперь он устремляется в светлое будущее с ней и ее детьми. Но он по-
прежнему горевал о погибших жене и дочери. Так что встретились они в
неудачное время. И физическое влечение ничего не могло изменить. Жизнь редко
радует хеппи-эндами, во всяком случае — ее жизнь. Вот почему ей не следовало
отрываться от земли и грезить о несбыточном.
И все же она не могла отвергнуть Райли. Не верила, что жизнь этого человека
закончилась — взяла вот так и закончилась, когда ему нет еще и сорока.
— Ты должен надеяться, что когда-нибудь все изменится к лучшему.
Он посмотрел на нее:
— Келли, я так...
Она так яростно затрясла головой, что слова застряли у него в горле.
— Больше ничего не говори. Я понимаю. И я осталась бы с Джеем, если бы
хотела слышать извинения. — Она улыбнулась. — Спасибо, что подвез
меня.
Она вылезла из
БМВ
и торопливо зашагала по подъездной дорожке, забыв, что
заходить в дом ей вовсе не нужно: она же должна сесть в свою машину и ехать
за детьми. Но где-то глубоко в душе (в том уголке, где жили глупые, как у
Тины, фантазии) Келли надеялась, что Райли бросится за ней со словами, что
он понял, что она — та самая женщина, которая сможет изменить его жизнь к
лучшему.
Однако, приоткрыв занавеску, Келли увидела отъезжающий автомобиль Райли.
Разочарованная, она достала из сумочки ключи и направилась к своей
тойоте
.
Глава 13
— Так что она сказала?
Райли хмурился, прижимая к уху телефонную трубку. Он провел все утро, тупо
глядя на отчет о работе компании за второй квартал. Мысли о Келли не давали
сосредоточиться. Воспоминания о поцелуе в
БМВ
. О боли на ее лице, когда он
изливал ей душу. Как он мог полностью потерять контроль над собой? Не
следовало ему так с ней. Куда подевалась присущая ему сдержанность?
Поскольку он молчал, Джей решил уточнить вопрос:
— Ты понимаешь... пока ты вез ее домой, конечно же, в разговоре всплыло
мое имя, не так ли?
Напоминание об их совместной поездке вывело Райли из ступора.
— Да, конечно...
— Тогда как... — Райли без труда представил себе нервную улыбку
Джея. — Как я ей?
— Полагаю, очень даже неплохо, — солгал Райли. — Она сказала,
что хорошо провела вечер.
— Правда? — воскликнул Джей. — Мне вечер тоже понравился.
Ну... до того момента, как сломался автомобиль.
Райли воспользовался поводом сменить тему.
— А что случилось с
кадиллаком
? Надеюсь, ремонт обойдется недорого?
— Нет, механик говорит, что нужно лишь заменить коробку передач.
Только для таких, как Джей, замена коробки передач на раритетном автомобиле казалась сущим пустяком.
К сожалению, впервые в жизни Джей не хотел продолжать разговор о своем самом
любимом автомобиле.
— Так что еще ты можешь сказать о Келли? — вернулся он к более
интересующей его теме.
Что он мог сказать?
Я теряю из-за нее голову
, — услышал бы от него посторонний человек.
Но с Джеем он не мог позволить себе такую откровенность.
— Ты думаешь, я должен вновь ей позвонить?
Райли почувствовал, как стиснулись его челюсти, но понимал, что охватившее
его собственническое чувство совершенно неуместно.
— Думаю, на этот раз я торопиться не буду, — продолжал Джей, не
дождавшись ответа. — Пожалуй, позвоню ближе к вечеру.
— Хочешь взять паузу на двадцать четыре часа?
Джей замялся.
— На самом деле чуть больше двенадцати. Я позвонил ей ночью, когда
вернулся. Вернее, пытался позвонить. Она не сняла трубку, должно быть,
поехала за детьми.
Райли передернуло. Разумеется, поехала за детьми и не успела вернуться,
потому что провела добрых полчаса на переднем сиденье его автомобиля.
— Насчет нее ты оказался прав, Райли, — не успокаивался
Джей. — Еще один пример, что о человеке нельзя судить по первому
впечатлению.
Райли замер.
— В каком смысле?
— Видишь ли, после той встречи в ресторане
Отбивные от Уиггли
я
решил, что ее сестра интереснее, хотя Келли считает ее не очень умной. Рита
пустовата. Ты с ней встречался?
— С Ритой? Да, встречался.
— И?..
— Келли права.
Джей рассмеялся:
— А Келли такая забавная, правда? Знаешь, что она сказала, когда
автомобиль сломался?
Автомобилям положено ломаться в романтичном уединенном
месте, а не на Сентрал-экспрессвей
. Смешно, да?
Райли невесело хохотнул.
— Она, разумеется, шутила. Ты можешь в это не поверить, но я не думаю,
что она из тех, кто целуется на первом же свидании.
Райли не хотелось участвовать в этом разговоре.
— И она так легко поддерживает беседу. За обедом мы отлично провели
время.
— То есть ты действительно хочешь еще раз ей позвонить?
— Да, конечно. Мне она нравится. Она мне очень, очень нравится.
Это ж надо! Одно свидание, и Джей уже увлекся. О чем он думал, когда сводил
эту парочку?
А чего еще ты хотел? — полюбопытствовала его совесть. — Для
добрых самаритян это обычное дело
.
— Так ты думаешь, я поступаю правильно? — спросил Джей.
— В смысле?
— Хочу так быстро перезвонить Келли.
В душе Райли разыгралась настоящая буря. Раньше считал себя хорошим другом.
Во всяком случае, старался быть таковым. Но теперь все изменилось, потому
что ему хотелось ответить Джею:
Подожди неделю. Две. Нужно ли тебе
производить впечатление человека, которому не терпится вновь встретиться с
ней?
В таких вопросах Джей всегда следовал его советам, вероятно, не
отдавая себе отчета в том, что по части свиданий опыта у него было куда
больше, чем у Райли, который женился в двадцать четыре года.
— Будь ты на моем месте, что бы ты сделал? — не унимался Джей.
О Боже!
Райли прошиб пот. Наступал неотвратимый момент истины...
Прости меня! Как насчет коктейль-пати завтра в шесть
вечера?
Алехандро оценил цветы, прибывшие вместе с запиской, которую читала Келли, и
одобрительно кивнул:
— Высший класс!
Келли улыбнулась. Джей все еще извинялся за поломку автомобиля. Но цветы (огненно-
красные и желтые орхидеи)... это впечатляло.
— Похоже, партию вы разыгрываете правильно, — добавил Алехандро.
— Ничего я не разыгрываю.
Разве что создаю путаницу, — подумала она. — Бросаюсь на грудь
мужчине, у которого и так хлопот невпроворот. Потом обижаюсь, когда он
рассказывает мне историю, которую я уже знаю и должна принимать во внимание,
прежде чем перелезать через ручку коробки передач, чтобы целоваться с ним
.
Алехандро недоверчиво рассмеялся.
— Никакой стратегии у меня нет, — настаивала Келли. — Джей
всего лишь очень милый человек. Он пригласил меня на вечеринку.
— Корпоративную вечеринку?
Она нахмурилась:
— Нет... Не думаю, что он работает в какой-то фирме.
— А что он тогда делает?
Что он тогда делает? Хороший вопрос.
— Участвует во многих благотворительных акциях. И он вице-президент
семейного фонда. Наверное, это можно считать работой?
— То есть вы не спрашивали его, чем он занимается?
Келли пожала плечами:
— Нет.
Вообще-то она собиралась его спросить, но думала, что такой вопрос может его
обидеть. Жизнь ее вошла в такую странную фазу, когда ей приходилось думать о
чувствах мужчин, возможно, входивших в список пятисот самых богатых людей
страны по версии журнала
Форчун
.
И в тот самый момент, когда Алехандро пришлось заняться клиентом, который
хотел расплатиться за услуги салона, а Келли уже решила поставить на
последних событиях жирную точку, открылась дверь, и на пороге возникла Рита.
Учитывая время (утро после свидания Келли), не вызывало сомнений, что она
пришла, чтобы узнать самые последние новости.
— Ты выглядишь так, словно позаимствовала пижаму Тины, — пошутила
Келли, глядя на костюм Риты с персонажами телепрограммы
Улица Сезам
.
— Я иду на работу. В детское отделение, — ответила Рита. Она,
должно быть, спешила, потому что сразу взяла быка за рога: — Ну... как все
прошло?
— Отлично.
Такой ответ совершенно не устроил Риту.
— Отлично? Келли, в последний раз ты ходила на первое свидание с парнем
еще в школе.
Отлично
— это все, что ты можешь мне рассказать?
— Рассказывать нечего.
— А я слышала совсем другое. Мама сказала, что Райли вчера приезжал к
ней. Поздно вечером.
— А где была ты?
— Работала.
Келли это удивило.
— Вчера ты работала в вечернюю смену и уже утром снова идешь на работу?
Рита пожала плечами:
— Я стараюсь Заработать побольше денег. Ты понимаешь, расплатиться с
мамой... и на новую жизнь с Уэнделом.
Келли скрестила руки на груди, чтобы Рита не увидела кулак, которым ей
хотелось врезать Уэнделу в нос.
— И что думает Уэндел по поводу того, что ты столько работаешь?
— Он думает, это отлично! — ответила Рита. — Он в этом меня
поддерживает, Келли.
— Еще бы.
— Но ты не ответила на мой вопрос, — вернулась Рита к более
интересной теме. — Как прошел вчерашний вечер? Только не говори:
Отлично
. Меня это не устроит.
— Концерт был очень хорошим, но по дороге домой у нас сломался
автомобиль.
Рита захихикала:
— Сломался автомобиль! Да это самый древний трюк!
— Как и его автомобиль. Потом мы ждали самый неторопливый в мире
эвакуатор, так что Райли пришел на помощь и отвез меня домой.
От улыбки Риты не осталось и следа.
— Райли отвез тебя домой? — Келли кивнула, а Рита уставилась на
огромный букет рядом с кассовым аппаратом. — Так это цветы от Райли?
— Нет, от Джея.
Рита на какое-то время задумалась.
— Келли, твоя жизнь стала такой странной.
— Знаешь, я пришла к тому же выводу. Джей только что пригласил меня на
коктейль-пати завтра вечером.
— Хорошо! — Рита нахмурилась. — Полагаю, это хорошо. Коктейль-
пати? Я думала, такое бывает только в глянцевых журналах.
Келли рассмеялась:
— Я еще не решила, идти ли туда.
— Вот почему тебе прежде всего нужно разобраться с тем, что ты
наденешь. А уж потом будешь решать. Ты не можешь надеть то же платье, в
котором была на симфоническом концерте.
Опять проблемы с гардеробом: еще одна причина для того, чтобы не связываться
с богачами.
— Но это платье — лучшее из того, что у меня есть.
— Келли, нельзя. Он уже видел тебя в этом платье.
Алехандро, освободившись от клиента, оценивающе оглядел Риту:
— Келли, я не нанял бы консультантом по вопросам моды человека в
костюме с
Улицы Сезам
.
Рита закатила глаза:
— Это рабочий костюм. Детям он нравится.
На лице Алехандро читалось сомнение.
— Когда я был маленьким, мне нравилась учительница, которая ходила на
высоких каблуках и юбках выше колен. — Тут он широко улыбнулся: — Ты
похожа на нее, Рита.
Рита покраснела, и Келли вдруг осенило. Рита? Алехандро? Такие, как
Алехандро, Рите и нравились — молодые, смазливые. А он еще и волосы собирал
в конский хвост, что тоже нравилось Рите. Хотя девятнадцать лет — это уже
слишком. С другой стороны, любой парень лучше, чем Уэндел.
И Алехандро нравились женщины такой комплекции, как Рита.
Но едва у Келли затеплилась надежда, она увидела, что игривый момент между
ее сестрой и сотрудником миновал и оба выжидающе смотрят на нее.
— Извините, я пропустила вопрос...
— Я спросила, почему бы завтра нам не пойти по магазинам? —
повторила Рита таким тоном, что Келли поняла, что уже не в первый раз
пропускает заданный ей вопрос.
— Я не могу. У Тревора игра.
Да и денег у нее не было на платье для коктейль-пати.
Рита вздохнула:
— Ладно. Я просто хотела помочь тебе завоевать сердце Райли.
— Джея.
— Точно. — На лице Риты отразилось недоумение. — Ты
действительно отдаешь предпочтение пучеглазому и худосочному, а не красавцу?
Келли покраснела, вспомнив поцелуй в
БМВ
, и у нее защемило сердце.
— Красавец недоступен.
— Понятно. Если хочешь, чтобы завтра я посидела с детьми, я не против.
— Спасибо, Рита. Я тебе заплачу. — Она хотела внести свою лепту в
строительство их с Уэнделом гнездышка.
Рита отмахнулась:
— Перестань. И потом, я хочу еще раз взглянуть на этого Джея. Может, в
нем есть что-то такое, чего я не разглядела при нашей первой встрече. —
Она озорно улыбнулась. — Он хорошо целуется?
У Келли возникло ощущение, что все машины в салоне замерли в тот самый
момент, когда Рита задала этот вопрос. Они с Алехандро просто впились в
Келли взглядами.
Ей ничего не оставалось, кроме как изворачиваться. У Риты голова точно пошла
бы кругом, если бы она начала объя
...Закладка в соц.сетях
