Жанр: Любовные романы
На краю света
...вершившееся наконец чудо Эмма боялась поверить!
— Впервые услышав ваш голос, я немного растерялась, — не поднимая
головы, сказала девушка. — Мне показалось, что в моих отношениях с Гаем
что-то не так. А что касается Рамона, то он мне абсолютно не нужен. Его
наигранные ухаживания мне были просто противны. А вот вы каждым своим словом
или взглядом приводили меня в трепет. Я желала вам счастья в браке с
Леонорой де Корня только потому, что вы этого хотели. Когда она выбрала
Рамона, я вас пожалела. Даже несмотря на вашу любовь к ней, я продолжала вас
любить...
Трайтон нежно взял девушку за подбородок и, приподняв ей голову, с обожанием
посмотрел в ее глаза.
— Скажи это еще раз, — попросил он. — Скажи:
Я люблю тебя
,
и после этого я объясню, почему никогда не любил Леонору!
— Я люблю тебя, — послушно повторила Эмма. — Но если ты любил
меня, то почему собирался жениться на сеньоре?
— Нет! — вскинув голову, воскликнул Трайтон. — Я прекрасно
знал, что любви между мной и Леонорой нет и быть не может. А в тот момент,
когда я тебя впервые увидел, сразу понял, что на ней я никогда не женюсь.
Леонора хотела выйти за меня только по расчету, а меня это вполне
устраивало...
Он замолчал и, улыбаясь, посмотрел на Эмму.
— Самое главное мы друг другу уже сказали, и давай не будем говорить о
пустяках, — продолжил Марк. — Смотри, дорогая, ты же насквозь
промокла. С волос твоих капает вода. Итак, еще один поцелуй. После этого я
заталкиваю тебя в свою машину и отвожу на ночь в Ксоен.
— В Ксоен? — переспросила Эмма и, вспомнив, где слышала это
название, вздрогнула.
— А почему бы нет? — чмокнув ее в лоб, произнес Трайтон. — В
Танжер после твоей аварии мы вряд ли проедем. А в Ксоене я поселю тебя в
отеле. Ну что, едем?
— А ты? Ты тоже остановишься в отеле?
— Не волнуйся. Мне есть у кого остановиться. Усадив Эмму в свою машину,
Трайтон подошел к ее маленькому автомобилю и вытолкал его на обочину дороги.
Когда он сел за руль своей машины, заметил вдруг, что Эмма напряжена. Он
понял ее состояние и, вместо того чтобы продолжить разговор о своей любви,
стал расспрашивать ее о том, куда она ездила и как произошла эта авария.
Эмма рассказала ему, что отвозила Аишу к родителям в Гехлу и что из-за
сумерек поздно заметила опасный поворот.
— Да, после дождя дорога стала очень опасной, — подтвердил
Марк. — Местами ее так размыло, что можно сорваться в пропасть. Но
дорога на Ксоен в прекрасном состоянии. За последние две недели я ездил по
ней четыре раза!
— Четыре раза? — тихим эхом отозвалась Эмма.
— Да. В Ксоене живет мой приятель Габриэло Сильвес. Он художник, и я
решил на свадьбу подарить Пилар парочку его акварелей. В какой бы части
света она ни жила, ей будет приятно на них смотреть и вспоминать Танжер. Я
уже сделал ему заказ, но совсем забыл, что
завтра
для него самое любимое
слово!
Лицо у Эммы мгновенно просветлело.
— Так ты из-за картин так часто, ездил в Ксоен? — спросила она.
— Да. Чтобы поторопить Габриэло. Сегодня мне наконец-то удалось забрать
у него картины. Поэтому, когда он снова меня увидит, будет сильно удивлен.
Но у него, на мое счастье, всегда есть где переночевать. Кстати, у сеньоры
Сильвес для тебя найдется халат и все остальное... — Марк с улыбкой
посмотрел на Эмму. — Ты счастлива, любовь моя? — спросил
он. — После того как ты едва не погибла, тебя не страшит перспектива
переночевать в горной берлоге?
Когда-нибудь я расскажу, как ты, сам того не подозревая, заставлял меня
страдать
, — подумала девушка.
— Нет, не страшит, — ответила она. — Ну а каким будет твое
следующее предложение?
— Следующее? Не убегать от меня. Если ты станешь моей женой, я тебе
этого сделать не позволю.
— Если я стану твоей женой? Марк... — Эмма впервые назвала его по
имени, — почему ты так долго молчал? Почему ты даже не намекнул мне о
своих чувствах?
— Это было нелегко. При первой нашей встрече я ощутил потребность
оберегать тебя от всех невзгод. Как только для этого появлялась возможность,
я, как ты сама знаешь, не упускал ее.
— Да, верно, — согласилась она.
— Но я был уверен, что ты по-прежнему любишь Тренча, поэтому о своих
чувствах тебе не говорил. Когда же мне показалось, что ты о нем забыла, я
хотел открыться тебе. Помнишь наш обед в ресторане
Эль-Минзах
и твое
пренебрежительное отношение ко мне? И я не смог тебе признаться. Мне
показалось, что ты была увлечена Галатасом.
Эмма с досады легонько прикусила губу.
— Ты ничего тогда не понял. Да, ты предложил подвезти нас, —
сказала она. — Но Пилар боялась, что Леонора увидит меня в твоей
машине. Ты даже не представляешь, каким деспотом она была для несчастного
ребенка!
— Нет, я это знал, поэтому так часто приезжал к ним на виллу. После
того как ты появилась в их доме, я понял, что теперь Пилар в надежных руках.
И все же продолжал постоянно бывать там. Только для того, чтобы увидеть
тебя!
— Но Леонора сказала мне, что вы помолвлены!
— Нет, мы не были помолвлены. Но были близки к тому. И причем совсем
друг друга не любя. Леонора — красивая женщина и очень расчетливая. Мне,
никогда сильно не любившему, брак с ней казался идеальным.
— Марк, ты в самом деле никогда по-настоящему не влюблялся?
— Как-то, в один июльский день, я понял, что чувства, которые я когда-
либо испытывал, любовью назвать нельзя. А что касается моего отношения к
Леоноре, я вскоре понял, что, будь Галатас богатым, она бы ушла к нему.
— Так ты знал, что любовь у них взаимная?
— Тогда я об этом только подозревал. Но вскоре у меня появились тому
подтверждения. Однажды я приехал на виллу раньше времени и увидел их обоих
на балконе спальни Леоноры...
— Это было тем вечером, когда дул восточный ветер? Так, значит, ты их
видел. И ты слышал их разговор?
— Да. Он только подтвердил то, о чем я догадывался. Неужели ты думаешь,
что после этого я женился бы на ней? Но... — Трайтон вдруг замолчал и,
удивленно вскинув брови, продолжил: — Откуда ты знаешь, когда это было? Да,
в тот вечер дул восточный ветер...
— Я тоже слышала их разговор, — призналась Эмма. — Когда я
увидела тебя в саду, то страшно испугалась. Я боялась, что ты их подслушал.
А на следующий день они где-то встречались.
— Мне и это было известно. Именно поэтому я тогда и приехал. Я знал,
что в тот вечер Леонора на свидании с Галатасом, а Пилар лежит в постели, и
поэтому мы с тобой можем поговорить наедине.
— Так ты тогда приехал именно ко мне?
— Ну конечно! Разве я не предупредил Касима, чтобы он ждал нас на ужин?
— О! Теперь понятно, почему он смог угостить нас пастеллой. Ведь на
приготовление ее уходит несколько часов. Марк, но почему в тот вечер ты мне
не признался?
— Я хотел это сделать. Даже поцеловал тебя, но ты на мой поцелуй не
ответила.
— Я боялась показать, что люблю тебя.
— А я решил, что в тот момент ты сравнивала меня с Галатасом.
— Но если ты уже знал, что он влюблен в Леонору... На этот раз Трайтон
повернулся к девушке всем корпусом.
— Дорогая, ты, как никто другой, должна знать, что любовь бывает и без
взаимности, сказал он. — Я видел, как Галатас за тобой ухаживал, и
понимал, что это несерьезно. Но я думал, что его внимание тебе приятно. А
вот на балу я своих чувств сдержать не сумел. Помнишь, как я буквально отнял
у тебя букет?
Эмма засмеялась:
— А мы с Пилар подумали, что ты сделал это в отместку Леоноре!
Марк невольно провел рукой по своей щеке.
— По испанским обычаям, удар Леоноры означал, что она порывает со
мной, — проворчал он. — Но больший удар по самолюбию я получил,
когда решил, что тебе нужны и Тренч, и Галатас. Жутко глупо, но, увидев тебя
в объятиях испанца, я стал себя презирать. Да, презирать. За то, что люблю
тебя. Но потом я понял, что любимого человека надо воспринимать таким, какой
он есть!
Эмма помотала головой.
— Нет, я бы не хотела, чтобы ты меня любил и одновременно
презирал, — сказала она, и тут на ее губах заиграла улыбка. — Не
знаю, поверишь ли ты мне, но Рамон всего лишь отблагодарил меня за то, что я
ему дала денег на такси. Он очень спешил сообщить Леоноре о полученном им
наследстве.
— Так Галатас расплатился с таксистом твоими деньгами! —
воскликнул Трайтон. — Вот это новоявленный миллионер! И сколько же ты
ему дала?
— Сто песет. Рамон до того, как приехать, судя по всему, обошел
несколько баров, там хорошенько выпил, затем взял такси. Пока он был на
вилле, машина его ждала у ворот. А деньги он мне вернул на следующий день.
Но и тогда Рамон был сильно... навеселе и ограничился тем, что поцеловал мне
руку.
Марк просиял.
— Боже, какой я все-таки дурак! — смеясь, воскликнул он. —
Это же была только шутка, а я на нее клюнул! Эмма, радость моя, нам надо
вместе над ней посмеяться!
Эмма с нежностью посмотрела на Трайтона и тоже засмеялась.
Когда они достигли древней крепости Ксоена, примостившейся у подножия горы
Бени-Хассан, было совсем темно. Первые европейцы обосновались в этом городке
всего сорок лет назад.
Приехав в отель, Марк первым делом позвонил своему другу, художнику. Эмма
слышала, как в разговоре он назвал ее невестой.
А дождь к тому времени уже прекратился, и на темном небе вновь засверкали
звезды.
После ужина Трайтон и Эмма сидели на крытой террасе современного отеля и
слушали, как шумит протекавшая неподалеку река. Водой из нее орошались сады
Ксоена. Внизу в темноте мерцали огни небольшого городка.
Еще до ужина Трайтон позвонил на виллу
Мирадор
и сообщил, где они
находятся. Однако о том, что между ними произошло, он умолчал. В ресторане
они обсуждали свои планы.
Естественно, Эмма должна была вернуться на виллу и несколько дней до свадьбы
побыть с Пилар. Но потом — и эту идею поддержал Марк — Эмма отбудет в
Гибралтар и некоторое время поживет у супругов Маргон.
— Так, может быть, мы там и поженимся? — спросил Марк.
— Поженимся? О нет. Я так долго в Гибралтаре не пробуду!
— Но, насколько мне известно, брачная церемония длится не более
получаса.
Эмма покраснела.
— Но я не это имела в виду! — смеясь, ответила она.
— А на заключение брачного контракта уходит не более трех дней.
— И об этом я не подумала. Просто я не хочу выходить замуж в такой
спешке. К тому, что я стану твоей женой, мне нужно еще привыкнуть.
— В таком случае я использую все свое влияние и попрошу твоих знакомых
никуда тебя не отпускать до тех пор, пока ты к этому не привыкнешь. А
сбежать тебе из Гибралтара я не дам. Это уж точно. Я буду летать к тебе
каждый день.
— Как? Из Танжера?
— А ты как думаешь? Быть владельцем авиакомпании и отказывать себе в
удовольствии каждый день видеть самую чудесную девушку на свете?
Эмма рассмеялась.
— О, Марк, я совсем забыла, что есть такая авиакомпания, как
Маритайм-
Эр
, — сказала она. — Хорошо, я полечу в Гибралтар и попрошу
Mapгонов приютить меня.
Правда, они писали, что жить у них я смогу столько, сколько пожелаю. Но
выйти замуж мне все же хотелось бы в Танжере. Этот город мне особенно дорог.
Ведь именно там, на краю света, ко мне пришла большая любовь... Девушка
немного помолчала, а потом продолжила:
— Марк, я должна тебя кое о чем спросить. Это для меня очень важно. Ты
наверняка знал, что после свадьбы Пилар я должна вернуться в Англию. Скажи,
если бы мы сегодня случайно не встретились, ты позволил бы мне уехать?
Трайтон взял Эмму за плечи и вместе с ней поднялся. Притянув девушку к себе,
он заглянул ей в глаза и произнес:
— Нет, этого я бы не сделал. Самолюбие и страх мешали мне, но я твердо
решил, что на свадьбе Пилар я во всем тебе признаюсь. Тогда я думал, что ты
отвергнешь меня. И все равно мне очень хотелось, чтобы ты знала, что я тебя
очень люблю.
Марк обнял Эмму и крепко прижал к своей груди. Она чувствовала, как сильно
бьется его сердце. Затем он зарылся лицом в ее волосы и сбивчиво зашептал о
том, как велика его любовь, о том, как он благодарен судьбе за их встречу, и
о том, как он страдал, ревнуя ее к другим.
Обнявшись, они стояли молча. Каждый думал о своем. Эмма вспоминала о долгом
и трудном пути, в конце которого она обрела настоящую любовь.
После дождя воздух был напоен ароматами цветов. Черное небо Африки, раньше
казавшееся девушке зловещим и чужим, теперь стало ей родным. Как и этот не
отмеченный ни на одной карте маленький городок Ксоен.
Прижавшись к Марку, Эмма подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Что случилось? — с тревогой спросил он.
— Ничего, — улыбнулась девушка. — Просто хотела убедиться,
что это не сон. Что ты рядом...
— Я всегда буду рядом с тобой, — шепнул Марк.
Закладка в соц.сетях
