Жанр: Любовные романы
Дикая роза
...ть не
может, Роза, прежде чем лейтенант успел помешать ей, схватила со стола
пистолет и нажала на курок. Раздался оглушительный выстрел. Посыпалось
стекло. Роза удивленно положила пистолет на стол.
— Чего это он стреляет-то?..
Бледный, как мел, лейтенант, крикнул растерянным полицейским:
— В камеру ее!
Полицейские схватили Розу за руки. Но она подняла крик, что немедленно
требует телефонного разговора со своим адвокатом.
— Да какой у этой рожи адвокат может быть, господин лейтенант! —
рявкнул один из полицейских.
Но лейтенант был большой законник.
— Она меня чуть не прикончила. Но право на ее стороне, — сказал он
и пододвинул к Розе телефонный аппарат.
— Спасибо, шеф, — виновато улыбнулась она и набрала номер
Линаресов.
За окнами был Париж. Через балкон номера с Елисейских полей доносился шум
вечерней толпы. Федерико Роблес мог наслаждаться покоем, обеспеченным
дальностью расстояния и тайной своего местопребывания.
Международный звонок удивил его. Он решил, что звонит его секретарша,
единственный человек, осведомленный о его адресе.
Но это оказалась Дульсина.
— Как ты узнала, где я? — растерянно спросил он.
Но она не стала распространяться о своей беседе с его секретаршей и о том,
какой суммы стоило Дульсине заставить ее разговориться.
— Нам надо поговорить спокойно. Я наслышана о твоей связи с Кандидой.
Он начал оправдываться, крича в трубку, что обстоятельства были выше его,
что, не имея возможности тотчас поговорить с ней из-за ее поездки в Нью-
Йорк, он счел за благо покинуть на время Мексику, но он не заслуживает
сурового отношения с ее стороны.
Дульсина неожиданно согласилась:
— Конечно. В конце концов, ты мужчина, и она просто соблазнила тебя.
— Вот именно! — подхватил он. — Так оно и было! Ровным
голосом Дульсина продолжала:
— Я сообщу тебе то, что, возможно, успокоит тебя. Кандида случайно
упала с лестницы. С ней все в порядке. Но ребенка — у нее не будет.
Наверно, телефонистки международной линии Мехико — Париж никогда еще не
слышали такого облегченного мужского вздоха.
Дульсина спросила Роблеса, не собирается ли он возвращаться, учитысая новые
обстоятельства.
— Если ты готова понять меня... и простить...
— Как не простить соблазненного мужчину, — сказала она все тем же
ровным тоном.
— Но твои братья... Рикардо был очень груб со мной. У нее и на это был
ответ:
— В доме Линаресов порядки устанавливаю я.
— Но с твоей семьей будет непросто.
— Любовь никогда не бывает простой. Возвращайся, мы поженимся, и я
защищу тебя от любой напасти.
У него не осталось больше аргументов. И он согласился.
— Я всегда мечтал жениться на тебе. Но на каждом шагу встречал
препятствия... Я возвращаюсь с первым самолетом, Дульсина!
Он повесил трубку и, услышав шорох, повернул голову.
В дверях номера стояла тоненькая брюнетка в купальном костюме с мокрыми
волосами. Она только что вышла из ванной.
Это была любовница Федерико Роблеса Ирма Дельгадо.
— Ты женишься на ней? — недовольным тоном спросила она.
Селия, подошедшая на телефонный звонок Розы, по ее просьбе подозвала к
телефону Рохелио. Узнав, что произошло и где находится Роза, он обещал
тотчас приехать. Селии он велел передать Рикардо, что поехал выручать из
беды Розу Гарсиа.
А Роза в это время сидела в камере, слушая жалобы своей случайной соседки,
попавшей сюда за то, что взяла кое-что в супермаркете, не заплатив.
— А чем платить-то? Дети от голода ревут, а работы никакой... Первый
раз вот попробовала — и сразу попалась...
— Сколько у тебя ртов-то? — спросила Роза.
— Шесть. — Эстела, так звали товарку по камере, безнадежно махнула
рукой. — Старшему десять... Муж-то с другой удрал.
Роза сочувственно слушала ее.
— Знаешь, дай-ка мне свой адрес. Если меня выручат, я твоих детишек
навещу. А зашибу деньжат — так, может, куплю им что-нибудь...
Роза не зря надеялась на Рохелио. В эту минуту он уже находился в комнате
дежурного, и лейтенант говорил ему, что Роза Гарсиа совершила вооруженное
нападение на хозяина дома Нестора Паради.
— Это просто смешно, — сказал Рохелио. — Я мою свояченицу
хорошо знаю: она ни на кого напасть не способна. Тем более с оружием в
руках.
— Вот посмотрите, — лейтенант протянул ему пистолет. Рохелио
повертел его в руках.
— Это же игрушка! Она совершенно безопасна.
— Но сеньор Нестор Паради-то этого не знал, — сказал
лейтенант и рассмеялся. — А потом, видите эту разбитую лампу? Это ваша
дикая Роза выпалила в меня из моего пистолета, абсолютно, знаете ли,
настоящего. Спасибо не попала.
Лейтенант с улыбкой смотрел на растерянного Рохелио.
— Отведите-ка сеньора в камеру к задержанной, — сказал он
полицейскому.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ЛИЦЕНЦИАТА
Перед Нестором Паради стоял молодой человек сильного телосложения. Он легко
отодвинул хозяина от дверей и вошел в апартаменты сеньора Паради.
— Почему вы врываетесь, — начал было Нестор, но вошедший не стал
пускаться в долгие объяснения.
— Вы негодяй! — сразу же заявил он. — Моя жена пришла сюда по
вашему бесстыдному объявлению, и вы собирались обесчестить ее.
Нестор пытался оправдываться, лепетал какие-то неубедительные слова, но
посетитель был лаконичен и неумолим.
— Она защищалась, а вы выдали это за нападение на вас! Свое обвинение
вы немедленно возьмете назад!
— Но она грозила мне пистолетом!..
— Игрушечным.
— Но я же не знал этого!.. И потом она дала мне пинка...
— Я вам дам десять, если вы не возьмете назад вашу клевету. И пусть
меня посадят, после выходя я повторю все сначала!
Нестор невольно сделал шаг к двери. Но в это время в нее вошел еще один
молодой человек в кожаной куртке.
— Где Роза Гарсиа? — спросил он, обращаясь то ли к хозяину, то ли
к пришедшему раньше посетителю.
...За час до этого Эрнесто с цветами пришел к Розе, чтобы помириться с ней.
Томаса сказала ему, что Роза ушла договариваться о работе по объявлению, и
показала газету, где это объявление было напечатано. Эрнесто тут же записал
адрес и кинулся на указанную улицу. Он хорошо понимал, что может скрываться
за таким объявлением.
Нестор смотрел на нового незнакомца с испугом и недоумением. Сколько их еще
может быть, крепких молодых людей, спешащих заступиться за эту шалую Розу
Гарсиа, приходившую по объявлению с пистолетом в сумке?
Но и Рикардо приход Эрнесто не понравился.
— Я муж Розы, — сказал он на всякий случай, обращаясь к Эрнесто.
— Да, я знаю.
— Что вам от нее надо? Почему вы ею интересуетесь? Эрнесто холодно
взглянул на него:
— Насколько я понимаю, она уже не ваша жена, чтобы задавать такие
вопросы.
Нестор обрадовался было, что они занялись друг другом, но в это время
пришедший вторым спросил, кивнув на Нестора:
— А это кто? Уж не автор ли объявления?
И Нестор окончательно понял, что придется забирать свое заявление из
полиции. И чем раньше, тем для него, Нестора Паради, лучше.
Федерико не счел нужным скрывать от Ирмы своих новых планов.
— Да, я женюсь на Дульсине Линарес.
Ирма замотала мокрые волосы в тяжелый узел, закинула его за спину и резко
опустилась в кресло. Полы ее халата разошлись, и Роблес успел подумать: все-
таки очень красивые у нее колени.
Он был прав: ни у одной из сеньорит Линарес таких не было. Но Ирма не была
расположена к любовным радостям.
— Мы близки с тобой долгие годы, но ты ни разу не заговорил со мной о
женитьбе. Я устала побираться!.. Когда ты предложил мне лететь с тобой в
Париж, я полагала, что уж теперь-то мы всегда будем вместе.
— Будь разумной, Ирма. Ты же знаешь, что моя жизнь связана с Мексикой.
— Но я не та женщина, которая согласится делить мужчину с другой!
Роблес попытался взять ее за руку.
— Ну а если эта другая даст мне возможность стать мультимиллионером?
Кто от этого выиграет больше всех?
Он подождал ответа, но не дождался. И ответил сам:
— Ты!
Она смотрела на него с мрачным недоверием.
— Смотри, если ты задумал надсмеяться надо мной... Я долго терпела. И
мое терпение кончилось.
— Ты грозишь мне? — С полушутливой улыбкой он всплеснул руками.
— Возможно... — ответила она. Она не склонна была шутить.
Выходящую из автомобиля Кандиду встретила и проводила к подъезду Селия. У
входа Себастьян вручил Кандиде роскошный букет белых роз.
Из окна, скрытая шторой, за этим с иронической улыбкой наблюдала Дульсина,
не пожелавшая выйти встречать сестру.
Ее отсутствие заметила прежде всего Леонела. Она поднялась к Дульсине.
— Я понимаю, — сказала она, — между вами произошли страшные
вещи... Но все-таки она твоя сестра. Ты бы заглянула к ней.
— Я не хочу причинять ей новых страданий, — поджала губы
Дульсина. — Дело в том, что Федерико возвращается из Парижа, чтобы
жениться на мне.
Леонела покачала головой.
— Это безумие. Вся твоя семья против.
Но Дульсина смотрела на нее без тени уныния по этому поводу.
— Если бы ты знала, Леонела, как я люблю, когда у меня много
противников!
Выйдя от Дульсины, Леонела стала спускаться по лестнице в прихожую и
встретила Рикардо. Она сообщила ему новость о возвращении Роблеса и его
женитьбе на Дульсине.
— Каналья! Да как-он смеет! — взорвался Рикардо. — Это еще
один удар — Кандида не выдержит!
— Дульсина даже не заглянула к ней, — сказала Леонела.
— Ты не представляешь, какими махинациями у нас в доме занимался твой
управляющий. Моя сестра не может выйти замуж за уголовного преступника.
Хорхе обнаружил такое!..
— Пойди и скажи ей об этом. Но я надеюсь, что все пертурбации в этом
доме не помешают осуществлению нашей мечты?
— Это вещи, не связанные друг с другом... Но дом Линаресов рушится!..
Поднявшись к себе, Рикардо тотчас позвонил Хорхе.
Тот сообщил приятелю, что весь его офис занимается расследованием махинаций
лиценциата Роблеса и что размеры этих махинаций просто не укладываются в
голове.
— Итак, вы забираете обвинение? — спросил лейтенант Нестора.
Тот кивнул.
— Девушка сейчас же будет отпущена. Вы хотите видеть ее, сеньор
Линарес?
Неопределенно кивнув, Рикардо удалился. Ушел и Нестор. Привели Розу, и
лейтенант объявил ей, что она свободна.
— Ну вот, я же говорила, что меня надо отпустить, — сказала
Роза. — А все-таки почему вы меня отпускаете?
Лейтенант ответил, что сеньор Паради взял назад свое обвинение.
— А я ведь ему такого пинка дала, что он рылом все рюмки на столике
перебил, — задумчиво сообщила Роза.
— Чем вы хвастаетесь! — возмутился полицейский. — Ступайте
отсюда!
— Да что вы меня гоните? Мне поговорить с вами надо! И Роза рассказала
ему об Эстеле Гомес, которую, по ее мнению, следует отпустить.
— Ну, знаете! — закипел лейтенант. — Шли бы вы отсюда! Ваша
Эстела Гомес совершила кражу в супермаркете.
— Да у нее детишек целых шестеро! Как их кормить? Вот представьте: вас
с работы турнут, а у вас — шестеро.
— У меня трое, — устало сказал лейтенант.
— А вы женаты?
— Женат...
Тут только лейтенант вдруг сообразил, что его допрашивают в его собственном
кабинете, и стукнул кулаком по столу.
— Да какое вы имеете право!..
— Не сердитесь, — сказала Роза. — У вас лицо неженатого
человека.
Она забрала свои вещи и напоследок осведомившись, точно ли это ее оружие,
наставила на него свой игрушечный пистолет, нажала на курок, и из дула
выскочила лента с надписью
ПУМ!
. Лейтенант не выдержал и расхохотался.
Роза подарила ему образок Девы Гвадалупе и пообещала, что Дева поможет, если
ему будет трудно кормить своих троих детей.
С тем она и удалилась. Лейтенант еще долго улыбался ей вслед.
Рикардо решил, что будет говорить с Дульсиной, не повышая голоса и не выходя
из себя, что бы ему ни пришлось услышать.
Дульсина сидела в кресле, наводя лоск на свои ногти, и встретила его,
холодно кивнув на стул, стоящий около дверей.
— Нам надо серьезно поговорить. Леонела сказала мне, что возвращается
лиценциат Роблес. Честно говоря, я не поверил...
— Отчего же?
— И это правда, что он по-прежнему собирается жениться на тебе?
— Что тут странного? Я не замужем.
— Твой брак с ним невозможен. Дульсина сделала скучающее лицо.
— Опять будешь говорить о Кандиде? Это уже дело прошлое. Ребенка,
который помешал бы мне выйти замуж за Федерико, как ты знаешь, не будет.
Уловка не удалась...
Рикардо почувствовал, что ему все труднее сдерживать себя.
— Уловка?!
— Да, уловка на уровне твоей дикарки Розы.
— Роза тут ни при чем. Это дело нашей семьи и... и вора Роблеса.
Дульсина скорчила презрительную гримасу.
— Вот и ты пускаешься на уловки, чтобы предотвратить наш брак, который
дело решенное. Федерико Роблес — не вор.
Рикардо собрал всю свою волю, чтобы остаться спокойным:
— Я докажу тебе обратное.
— Ты подумал о том, как будет страдать Норма?
— А ты подумала о том, как страдаю я, принимая такое решение?
Пабло смотрел прямо в глаза матери, и в его взгляде она ясно видела боль. Он
сел в кресло, низко опустив голову и спрятав лицо в ладони. Мысленно он
видел сейчас дискотеку, куда они с Нормой ходили на днях, чувствовал на
своем плече ее горячую ласковую руку и с той же остротой, как тогда, ощущал
свою неспособность ответить на ее ласку.
— Я не люблю ее, мама. Бессмысленно морочить ей голову.
— Но что, если эта твоя любовь с первого взгляда к первой встречной —
фантазия, и только? Чтобы всерьез полюбить, надо знать человека. А ты с ней
едва знаком.
Пабло вдруг улыбнулся.
— Она мне сказала, что я для нее — мальчишка... Вот бы здорово было,
если бы мы с ней встретились!
Паулетта нахмурилась.
— Когда ты думаешь обо всем сказать Норме?
— Мама... мне кажется, у тебя это лучше бы получилось...
— И после таких слов ты считаешь себя мужчиной? Пабло смущенно опустил
голову.
Трудно было сказать, кто больше радовался возвращению Розы: матушка Томаса
или попугай Креспин.
Томаса, узнав о том, что Роза побывала в тюрьме, всплеснула руками:
— Кто же тебя оттуда вытащил?!
— Рохелио Линарес, — со смехом сказала Роза. — А что это за
цветы? Какие красивые!
Томаса рассказала о приходе Эрнесто и о том, как он, узнав об объявлении,
кинулся спасать ее.
— Молодец парень. Я тебе говорила: он кореш что надо! Когда Эрнесто
появился в доме, Роза встретила его радостно, обняла и стала благодарить.
— Надо же, ввязался в мое дело!
— А что мне оставалось делать, — пожал плечами Эрнесто.
— Тебе пришлось крупно поговорить с этим клоуном?
— Не успел. Твой муж меня опередил. Роза ошеломленно поглядела на него.
— Он там был?!
О возвращении Федерико Кандида узнала от Леопольдины, в силу своей натуры
старательно поддерживавшей напряжение в доме. Эта новость очень взволновала
Кандиду, до сих пор лежавшую в постели. Она решила, что откладывать разговор
с Роблесом нельзя. И вскоре в комнату Рикардо влетела встревоженная Селия и
сообщила, что сеньориты Кандиды в доме нет...
Федерико знал, что ему не удастся избежать объяснения с Кандидой. И все-
таки, когда она вошла в его кабинет, он почувствовал, что нервничает.
— Сядь, Кандида. Я знаю все, что произошло.
— Почему ты уехал? Решил спастись бегством?
— Разве я в чем-то виноват, чтобы спасаться бегством?
— А в том, что произошло между тобой и Дульсиной, нет твоей вины? Она
била меня и называла воровкой! Потому что я якобы краду тебя у нее.
— Глупость какая. За свои фантазии в ответе только сама Дульсина.
— Так значит ваши отношения с Дульсиной — это ее фантазия?
— Во всяком случае, она все сильно преувеличивает. В глазах Кандиды
появилась надежда.
— Но если между тобой и Дульсиной ничего нет, то почему бы тебе не
жениться на мне?
Федерико встал и нервно заходил по кабинету.
— Боже! Прошу тебя! Ну что за страсть у женщин: все время думать о том,
как бы им выйти замуж...
Кандида смотрела на него скорбным взором.
— Ты разбил мое сердце, Федерико... Он прервал ее жестом.
— Не надо драматизировать. Это... это неэлегантно! Твоя жизнь стала бы
очень трудной, если бы у тебя появился ребенок.
— Я хотела его!
— А я нет.
— Ты эгоист.
— Напротив. Я ценю тебя и рад, что ты свободна. Счастье наше было
недолгим, но полным. Любовь и не должна затягиваться и становиться скучной.
— Ты хочешь сказать, что наша любовь в прошлом? Федерико наминуту
остановился.
— Я бы сказал, в прошлом, о котором я всегда буду вспоминать с
нежностью.
Не сумев подавить рыдания, Кандида тяжело поднялась.
— Запомни, Федерико, многие женщины убивали мужчин и за гораздо меньшее
зло, причиненное им.
Он усмехнулся. И в это время в кабинет вошла Ирма.
— Прости, Федерико, я не знала, что ты занят. Роблес успокоил ее,
сказав, что сеньорита уже уходит.
Он представил их друг другу. Кандида, с подозрением оглядев Ирму, сказала:
— Лиценциат Роблес прав, я ухожу. И покинула кабинет.
Ирма поинтересовалась, что понадобилось здесь сестре Дульсины Линарес.
Федерико спокойно ответил, что он пока еще управляет делами этого семейства.
— А почему она плакала?
— Разве?.. Не заметил.
Но Ирма хорошо знала своего любовника.
— Если ты отрицаешь это, стало быть, тут все непросто, — сказала
она.
И Федерико понял, что и с этой стороны ему грозит опасность.
Не было покоя в доме Линаресов.
Как только Леонела узнала об исчезновении Кандиды, она нашла Рикардо и
высказала предположение, что до Кандиды дошли сведения о возвращении в
Мехико лиценциата Роблеса, и она наверняка помчалась к нему.
Рикардо нашел, что эта догадка не лишена основания.
— Я поехал к лиценциату, — решительно сказал он.
— А поцелуй? — потребовала награды за свою догадливость Леонела.
— Вот уж не время. — Рикардо направился к дверям. Леонела
насмешливо захохотала вслед:
— Ты уж не очень его бей!..
Дульсина тоже была встревожена, но другим — сообщением о телефонном
разговоре Рохелио с Розой, который удалось подслушать Леопольдине. Из этого
разговора Леопольдина поняла, что дикарка о чем-то хочет посоветоваться с
молодым сеньором Рохелио, а тот уж готов лететь к ней сломя голову.
— Ох, я предчувствую, что сеньор Рохелио, того и гляди, влюбится в
эту... Беда никогда не приходит одна.
Дульсина тут же направилась к Рохелио. Даже не пытаясь скрыть источник своей
осведомленности, она напрямую спросила брата:
— Зачем ты едешь к дикарке?
— Шпионаж у тебя поставлен на широкую ногу.
— Не надо меня оскорблять. Пока я отвечаю за этот дом и это семейство.
— Шли бы они к черту — и этот дом, и это семейство! Дульсина подошла к
нему и в упор уставилась на него:
— Скажи мне прямо: ты влюблен в дикарку? Рохелио вздохнул:
— Я был бы счастлив, если бы так было. Это одна из самых цельных
женщин. Я не знаю другой такой.
— Будь она проклята!
Закончив разговор этой энергичной репликой, Дульсина удалилась.
Федерико Роблесу тоже пришлось выдерживать трудное объяснение. Ирме не
давало покоя: почему Кандида Линарес вышла от лиценциата в слезах?
Он пытался объяснить Ирме, что у сеньориты Кандиды трудный момент в жизни,
что с ней произошел несчастный случай: она упала с лестницы, что при ее
чувствительности...
Ирма смотрела на него чуть прищурившись.
— Что это за повод для переживаний — падение с лестницы? Особенно если
все обошлось благополучно... Но ты сам рассказывал, что сестра третирует ее.
— Да. Все в доме Линаресов подвергаются произволу со стороны Дульсины.
— И это не мешает тебе жениться на ней?
— Это укрепит мое будущее. Твои капризы, Ирма...
— Это не капризы. Это любовь. И вот что я тебе скажу, милый: пока я
жива, ты не женишься на Дульсине Линарес.
Он встал и подошел к ней. Опустившись на подлокотник кресла, в котором она
сидела, он провел рукой по ее волосам.
— Разве ты хочешь разорить меня? Я хочу сознаться тебе: некоторые дела
семьи Линаресов я вел не совсем корректно. И если я не женюсь на ней, она
заставит меня платить по счетам.
Она резким движением сбросила его ладонь.
— А мне все равно. Я хочу встретиться с ней и рассказать ей о наших
взаимоотношениях.
— Так она тебе и поверила! — Федерико встал с подлокотника.
— У тебя плохая память. У меня — твои письма.
Она тоже встала и направилась к выходу. У дверей она обернулась:
— Прощай, любовь моя. Пока я жива, ты не женишься на Дульсине Линарес.
Она вышла. Только тогда он усмехнулся.
— Вот именно, пока ты жива, бедненькая...
Оглядывая новое жилище Розы, Рохелио, улыбаясь, слушал ее объяснения, почему
во всем она хочет советоваться именно с ним. По ее словам, причина
заключалась в том, что
из всех Линаресов ты — самый душка
.
Пожалуй, это был не очень большой комплимент, если учесть отношение Розы к
другим Линаресам. Но Рохелио знал, что она и в самом деле полностью доверяет
ему.
— Оказывается, этот твой никудышный братишка...
— Роза, не надо его оскорблять. Ты еще сифон в руки возьми! Она
рассмеялась.
— Ладно, не буду... Словом, он был у того расфуфыренного, которому я по
одному месту накостыляла. Можешь сказать мне, зачем он там оказался?
— Чтобы этот Нестор Паради забрал свое обвинение. Рикардо его тоже
вздул.
— А кто ему дал право за меня заступаться?
— А что же тебе, оставаться в полиции? Роза нахмурилась.
— Та-ак... Значит, меня освободили не потому, что я невиновата, а
потому что этот твой братец...
— Да, Роза, ты на свободе благодаря Рикардо. Глаза ее вспыхнули:
— Ну так скажи ему: пусть занимается своими делами!
— А знаешь, Роза, — сказал Рохелио, — именно сейчас вы могли
бы спасти свою любовь.
Она смотрела на него молча. И он не смог бы сказать, о чем она думала.
Не успел Федерико Роблес прийти в себя после напряженного разговора с Ирмой
Дельгадо, как дверь его кабинета снова распахнулась, и он увидел на пороге
совсем уж нежеланного гостя.
— Где Кандида? — спросил Рикардо, остановившись на пороге.
— Я только вернулся из Парижа и не успел повидаться с твоей
сестрой, — ответил лиценциат, застыв около стола в напряженной позе.
— Лжете! Ваша секретарша сказала, что она недавно ушла отсюда.
Рикардо приблизился к Роблесу. И тогда тот неожиданно выхватил из ящика
письменного стола пистолет и направил его на Линареса.
— На этот раз я принял меры предосторожности. Убирайся отсюда!
Рикардо спокойно усмехнулся.
— Да вы трус, Роблес, и никогда не выстрелите. Я уйду, потому что вы
мне противны, а вовсе не из страха. Но перед уходом хочу поставить вас в
известность: мои друзья, профессиональные юристы, изучили бумаги нашей
семьи, касающиеся дел, которыми вы занимались. И обнаружили много
интересного. Теперь они займутся соответствующими документами Леонелы.
Должен вам сказать, что у вас губа не дура, лиценциат! Еще чуть-чуть, и вас
можно будет упрятать в тюрьму.
С этими словами Рикардо Линарес вышел.
Роблес несколько минут сидел в кресле, приходя в себя. Затем он поднял
трубку и стал крутить диск, причем диск несколько раз срывался с его
дрожащего пальца.
К телефону подошла, как всегда, Леопольдина. Она позвала хозяйку, и Роблес
вышедшим из повиновения голосом попросил ее о срочном свидании. Дульсина
стала успокаивать его, не понимая, что случилось. Он твердил, что все
расск
...Закладка в соц.сетях
