Жанр: Мемуары
Скрытый космос
...б очередном наборе космонавтов. Просил его определить
специальности и профессиональные требования к ученым - кандидатам в космонавты.
Келдыш выделил академика Сисакяна в состав мандатной комиссии по отбору
космонавтов. От Госкомитета по вооружению в состав этой комиссии Тюлин выделил
Румянцева. В комиссии будут также представители всех видов Вооруженных Сил, КГБ и
Главного политического управления. Я думаю, что комиссия начнет работу в марте и
закончит ее в августе текущего года. Если будут затруднения с отбором кандидатов, то мы
пойдем на то, чтобы в этом году набрать только 20 слушателей, а еще 20 наберем в 1966
году.
29 января.
Утром был мороз до -26 градусов. Это хорошо, будем надеяться, что мороз задержит
эпидемию гриппа. Очень много заболеваний в Москве, а особенно тяжелая обстановка -
в Ленинграде и Баку. Там много смертельных случаев, въезд и выезд в эти города
запрещен.
Косыгин во главе правительственной делегации 4 февраля едет во Вьетнам. Все наши
летчики-космонавты - Герои труда Вьетнама. Вершинин, который входит в состав
делегации, приказал подготовить подарки от имени космонавтов лидерам Вьетнама.
Пришлось срочно мобилизовать возможности ТАСС, АПН и службы ремонта ВВС.
Готовим альбомы, модели ракет, фото и многое другое.
Вчера в ТБК-60 провели первое испытание шлюза. Пустой (без людей) шлюз "подняли"
на высоту 35 километров, опробовали наполнение его воздухом, открытие люков, их
закрытие и вновь наполнение воздухом. Вся автоматика управления шлюзовой камерой
работает хорошо, герметичность шлюза и люков вполне удовлетворительна. Сегодня в 11
часов начнутся испытания шлюза с людьми. Генерал Кузнецов доложил по телефону, что
на испытаниях будут Цыбин, Ивановский, Финогенов, Пушко и специалисты из ЦПК.
30 января.
Вчера был на испытаниях в ТБК-60, на которых присутствовало около 60 представителей
науки и промышленности: Тюлин, Бурназян, Ивановский, Цыбин, Финогенов, Северин и
другие. Два испытателя в скафандрах на "высоте 15 километров" должны были пройти
через шлюз корабля "Выход". Эксперимент закончился неудачно: испытатель вошел в
шлюз, но закрыть люк корабля не смог из-за конструктивных недостатков люка. Кроме
того, обнаружилась ненадежность работы "Веги" (аппаратура регистрации состояния
космонавта). Первый недостаток будет быстро устранен, а с "Вегой" придется повозиться.
Эта аппаратура создавалась для регистрации физиологических функций космонавта в
полете в спокойном состоянии (в кресле), а при выходе из космического корабля она в
любой момент может отказать.
Во второй половине дня вместе с Ивановским были в ЦПК. Ивановский пытался убедить
нас, что центрифуга ЦФ-16 не нужна для подготовки космонавтов, а крайне необходима
для исследовательских работ института Минздрава. Космонавты Комаров и Терешкова
при поддержке руководства ЦПК доказывали обратное. Ивановский давно понял, что ЦФ16
очень нужна нам, но он обещал Королеву, Келдышу и Бурназяну поддержать их точку
зрения и добиться передачи ЦФ-16 в Минздрав. В такой обстановке ему невозможно
официально высказаться в поддержку нашей позиции. Из-за ведомственных споров мы
уже потеряли больше года, а дальнейшие проволочки могут и совсем "зарезать" создание
центрифуги.
Февраль
2 февраля.
В ЦПК провел вчера большое совещание со всеми космонавтами и руководящим составом
Центра. После моего вступительного слова короткие доклады сделали Береговой и
Николаев, затем выступили 17 космонавтов. Тема докладов и выступлений одна - как
лучше и полезнее для дела организовать и спланировать работу космонавтов и ЦПК. В
результате обмена мнениями я приказал генералу Кузнецову в недельный срок
подготовить план работы по 7 тематическим направлениям:
1. Боевое применение космических средств (разведка, перехват, ударные действия).
2. Космическая навигация.
3. Средства жизнеобеспечения и спасения космонавта.
4. Радиотелеметрические устройства.
5. Научные орбитальные станции.
6. Облет Луны.
7. Экспедиция на Луну.
Потом я добавил еще одну тему: "Невесомость". Все космонавты и специалисты Центра
будут распределены по группам в соответствии с избранным направлением работы. В
каждой из таких групп будет старший группы и научный руководитель темы. Каждая
группа будет систематически работать в соответствующих институтах и ОКБ с задачей -
глубоко знать все аспекты исследуемой проблемы, формировать позиции ЦПК по
конкретным вопросам и отстаивать их перед конструкторами и учеными.
Вечером я доложил Главкому о намечаемых нами мерах по улучшению планирования
работы космонавтов. Вершинин согласился с нами, но предупредил: "Не нажимайте на
Луну". Он сказал, что на последнем заседании коллегии МО маршал Малиновский заявил
буквально следующее: "Мы не можем и не будем заниматься сверхмощными
космическими носителями и полетами на Луну, пускай этими делами занимается
Академия наук..." Я ответил Вершинину, что это высказывание Малиновского не ново и
что оно характерно для его позиции в космических делах, но нам тем не менее
необходимо резко активизировать участие организаций ВВС в освоении Луны. Вершинин
при мне переговорил по телефону с маршалом Крыловым, они договорились вместе
защищать перед Малиновским необходимость наращивать усилия военных в космосе.
Вершинин и Крылов поручили мне подготовить от их имени письмо министру с
обоснованием активизации космической деятельности МО.
3 февраля.
Весь вчерашний день провел на аэродроме Чкаловская. В ТБК-60 "поднимали" двух
испытателей на высоту 37 километров. На испытании были Королев, Пономарев, Цыбин,
Алексеев, Микоян, Пушко, Кузнецов, космонавты и другие специалисты (всего человек
60). После "подъема" на высоту 37 километров испытатели заполнили шлюз воздухом,
уравняли давление в корабле и шлюзе и открыли люк корабля. Второй пилот вышел в
шлюз, люк корабля закрыли, стравили воздух из шлюза и открыли наружный люк. Во
время проведения этих операций пульс у второго пилота был в пределах 90-108 ударов в
минуту. Потом испытатели закрыли люк шлюза, наддули его воздухом, уравняли давление
между кораблем и шлюзом и открыли люк корабля, после чего второй пилот вернулся на
свое место. Эксперимент продолжался более двух часов. Королев остался доволен ходом
испытаний и еще раз подтвердил их большую ценность.
Полеты на Ту-104 с выходом космонавтов из корабля в условиях невесомости и несколько
испытаний и тренировок в ТБК-60 показали огромную сложность и опасность
предстоящего космического полета. Это будет очень трудный полет, но он широко
распахнет двери в космос. После первого успешного выхода в открытый космос сборка на
орбите и выход на поверхность планет станут более реальным делом. Стыковка кораблей
на орбите и сборка конструкций орбитальных станций не потребуют сложнейшей
автоматизации - в значительной мере их можно будет доверить человеку. Успех этого
полета неизмеримо повысит роль человека в проведении космических исследований; он
докажет, что в космосе, как и на Земле, человек есть и будет самой совершенной
"машиной" и руководителем машин.
Вчера в разговоре с Королевым я, Пономарев и космонавты пытались убедить Сергея
Павловича не чинить нам препятствий в споре о принадлежности центрифуги ЦФ-16.
Королев остался недоволен нашей настойчивостью и заявил: "ЦФ-16 для подготовки
космонавтов не нужна, она очень нужна промышленности и институту Минздрава. Я за
то, чтобы ВВС объединяли космос, но я прошу не мешать и нам, а сейчас вы нам мешаете.
Вторая ЦФ-16 будет вашей". Для меня стало совершенно ясно, что Королев пытается
создать в промышленности все необходимое для подготовки к космическим полетам не
только техники, но и людей. Он стремится развязать себе руки и не зависеть от военных
при испытательных полетах. Он уже не раз заявлял мне: "Зря я связал себя с ВВС, я буду в
испытательные полеты посылать своих космонавтов-испытателей". Эта позиция Королева
с точки зрения государственных интересов обороны страны совершенно неприемлема. В
стране уже есть хорошо зарекомендовавший себя Центр подготовки космонавтов, его
нужно укреплять и расширять, а не пытаться создавать "курсы по подготовке
космонавтов".
Комаров, Феоктистов и Егоров выступали вчера с докладами в Генштабе. Феоктистов
заявил, что в полете все члены экипажа чувствовали себя одинаково хорошо и что на
подготовку космонавтов к полету достаточно 3-4 месяца. Оба эти заявления ошибочны.
Нам хорошо известно, что работоспособность Комарова была значительно выше, чем у
Егорова и Феоктистова.
4 февраля.
Вчера был в ОКБ-1. С Королевым договорились о плане дальнейших работ в ТБК-60 и о
тренировке космонавтов. Решили, что пуск технологического корабля можно провести в
середине февраля, а полет космонавтов - в конце февраля или начале марта. Во всяком
случае, космонавты будут полностью готовы к полету 20 февраля. "Подъем" космонавтов
в ТБК-60 на высоту 37 километров запланировали на 6-8 февраля. Если представится
возможность, то до отъезда на полигон проведем еще один "подъем" космонавтов.
Испытания в ТБК-60 показали, что, в основном, шлюз, скафандр и другое оборудование
корабля "Выход" к полету готовы. Требуется доработка прибора "Вега" (регистрация
пульса и частоты дыхания) и шлемофона космонавта. У "Веги" сползают датчики и
прекращается выдача сигналов, а в шлемофоне напряжение доходит до 26 вольт, в то
время как предел допустимого напряжения только 12 вольт. Во время одного из
испытаний в ТБК-60 испытателя ударило током: цепь 23-вольтового напряжения была
плохо заизолирована и находилась в условиях повышенной влажности.
Проводятся еще несколько доработок оборудования корабля, все они будут закончены до
10 февраля.
Сегодня утром маршал Вершинин в составе правительственной делегации, возглавляемой
Косыгиным, улетел во Вьетнам. Американцы "завязли" в войне во Вьетнаме, они давят на
Северный Вьетнам, а мы пытаемся припугнуть США. Кроме того, эта поездка бесспорно
рассчитана и на выяснение наших отношений с Китаем. Пролетая через Китай, Косыгин
встретится с Мао Цзе-дуном и попытается восстановить наши дружественные контакты.
5 февраля.
Детально рассмотрел единую инструкцию экипажу корабля "Выход" (он же "Восход-2",
или 3КД). Название корабля для печати еще не определилось, в различных документах его
называют по-разному, но мне кажется, что название "Выход" наиболее кратко и удачно
выражает главную цель предстоящего полета. Ранее космонавтам давалось более 10
инструкций по их деятельности в полете: по управлению кораблем вручную, по
использованию средств связи, по действиям в аварийной ситуации и т.д. Для
предстоящего полета все инструкции объединены в один документ. Особенно подробно
изложен раздел: "Действия экипажа по обеспечению выхода из корабля второго
космонавта в космическое пространство".
Со вчерашнего дня оба экипажа корабля "Выход" проходят тренировки в барокамерах. На
8 февраля назначен "подъем" Беляева и Леонова на высоту 37 километров. После полетов
на Ту-104 в условиях невесомости, тренировка в ТБК-60 и самая сложная, и наиболее
необходимая. Большинство тренировок космонавтов, проводимых на земле и в воздухе,
значительно тяжелее тех нагрузок, которые им придется испытать в космосе. Но мы
обучаем космонавтов по суворовскому принципу: "Тяжело в ученье - легче в бою".
Сегодня у меня были писатель Рябчиков и работник Мосфильма Макаров. Я утвердил
план киносъемок, согласно которому снимать будут в основном Беляева и Леонова. Мы
задумали подготовить интересную кинокартину о полете корабля "Выход". Создать
шестой по счету интересный фильм на космическую тему и избежать в нем повторений
очень трудно. Многие трудности могли бы отпасть, если бы удалось подсократить число
перестраховщиков, а их очень много. Есть указания Главкома, министра обороны и
секретарей ЦК об ограничении допуска людей к космической тематике, и те же
руководители требуют быстро создавать хорошие кинофильмы после каждого
космического полета. Делать фильм после полета и трудно, и долго, а проводить съемки
до полета - значит идти на риск нежелательных разглашений. Но другого выхода нет.
Придется уже сейчас проводить съемки, все материалы сделать секретными, ограничить
круг допускаемых к ним лиц, и только после полета определять, что из этих материалов
можно показать широкой публике.
Звонил Тюлин, просил чтобы завтра на заседание Госкомиссии приехали только Руденко,
я и один-два специалиста. Пришлось резко сократить список участников (я намеревался
вызвать 17 человек).
6 февраля.
Провели первое заседание Госкомиссии по ходу подготовки полета "Восхода-2".
Комиссия заслушала доклады Королева, Цыбина, Северина и других разработчиков
систем. Принято решение признать подготовку кораблей и носителей, в основном,
законченной и наметить пуск с манекенами на 14-16 февраля, а пуск с экипажем - на
25-27 февраля.
Я доложил Госкомиссии о полной готовности к предстоящему полету двух экипажей и
авиационных средств поиска, отметив при этом, что надежность поиска "Восхода-2"
меньше, чем "Зенитов" и "Востоков", из-за недостаточной отработки радиосистем
кораблей серии "Восход". На "Востоках" в стренгах парашюта были установлены
антенны КВ - и УКВ-станций (П-57), что давало возможность пеленговать корабль еще
при спуске как наземными КВ-пеленгаторами ( "Круги"), так и самолетными средствами.
На "Восходе" радиостанция П-57 не установлена, и пеленгация объекта на УКВ возможна
только через 8-10 минут после посадки корабля. При этом в большинстве испытаний
отстреливаемая антенна попадала под нижнюю полусферу спускаемого аппарата и не
работала. Королева не устроило мое заявление о ненадежности средств поиска корабля и
он произнес маловразумительную речь, пытаясь затушевать недостатки "Восхода": "Нам,
наверное, надо расти и не считать, что если было на корабле пять станций, а стало три, то
от этого вся система стала менее надежной... Одна станция может быть надежнее пяти..."
Забыл Королев только об одном: на "Восходе" установлены те же самые станции, что и на
"Востоке", но их меньше и работают они в худших условиях.
Келдыш в своем выступлении высказал пожелание уточнить температурные,
электростатические, радиационные и другие условия, в которых окажется космонавт при
выходе в полный вакуум. Пожелание правильное, но президенту Академии наук нужно
было бы подумать об этом месяцев на шесть раньше. Имеющиеся в нашем распоряжении
данные не дают повода думать, что аппаратура и человек могут не справиться с работой
за бортом космического корабля.
Звонил А.Н.Туполев. Старик вторично ходатайствовал за Бендерова. Я сказал Андрею
Николаевичу, что в ближайшие годы людей старше 30 лет в космонавты брать не будем, а
Бендерову уже почти сорок.
8 февраля.
Провели тренировку Беляева и Леонова в ТБК-60. "Подъем" на 37 километров прошел
хорошо, но опять не работал прибор "Вега". Все заверения Волынкина и Карпова о том,
что "Вега" будет работать, оказались "липой". На эту тренировку я пригласил генерала
Бабийчука, и он сам убедился в плохой работе его подчиненных. Институт авиационной и
космической медицины плохо работал по подготовке пилотируемого полета на "Восходе2",
руководство института не только не проявляет инициативы, но даже не выполняет
своих планов и торжественных обещаний. Я уговорил Главкома подписать приказ о
наказании Волынкина и Карпова.
Получил от Королева план изготовления в 1965 году пяти кораблей "Восход" и проект
плана их использования. Три корабля будут изготовлены до октября и могут быть
использованы уже в этом году. На этот год запланированы: полет корабля с животными
продолжительностью 30 суток, полет двухместного корабля (летчик и врач)
продолжительностью 15 суток и полет двухместного корабля (летчик и ученый) для
проведения эксперимента с искусственной тяжестью. Два других корабля будут готовы к
октябрю для полетов по программе "Выход" в марте 1966 года. Я не успел еще подробно
изучить эти предложения, но, в основном, они вполне приемлемы. Нужно будет уточнить
задачи полетов, требуемое оборудование кораблей и состав экипажей. Сегодня я вызвал
подполковника Лазарева и капитана Сорокина и приказал им с 10 февраля приступить к
подготовке к космическому полету. Они были дублерами Егорова и имеют реальные
шансы рассчитывать на участие в одном из очередных полетов в качестве врача. Королев
будет возражать против этих кандидатур, но сейчас у нас больше оснований бороться за
них.
Были у меня Рябчиков и Макаров. Я утвердил им план киносъемок по двум сценариям: по
первому сценарию они снимают Беляева, Леонова, Заикина и Хрунова, а по второму -
Звездный городок. Наш Звездный будет полностью готов к съемкам через 2-3 года, но и
сейчас здесь многое представляет большой интерес - все зависит от изобретательности
Рябчикова и искусства кинооператоров.
9 февраля.
На заседании Госкомиссии рассматривали в предварительном порядке состав экипажей
для корабля "Восход-2". Присутствовали: Зверев, Тюлин, Королев, Руденко, Правецкий,
Мрыкин, Керимов, я, Кузнецов, Беляев, Леонов, Заикин и Хрунов. Доклад о готовности
космонавтов и о предлагаемом от имени ВВС составе экипажей сделал маршал Руденко.
Маршал предложил назначить: командиром корабля - подполковника Павла Ивановича
Беляева, вторым пилотом (выходящим в космос) - Алексея Архиповича Леонова,
дублером командира - Дмитрия Алексеевича Заикина, дублером второго пилота -
Евгения Васильевича Хрунова. Последние трое имеют воинское звание "майор". Все
четверо учатся на третьем курсе Академии имени Жуковского, все начали подготовку к
космическим полетам одновременно с Гагариным. Члены Госкомиссии заслушали
короткие доклады космонавтов о готовности к полету, задали им несколько вопросов и
единогласно приняли предложение ВВС. После заседания Госкомиссии я провел с
космонавтами разбор вчерашнего "полета" в ТБК, дал указания о заключительных
тренировках и о проведении предполетного медицинского освидетельствования. Ребята
держатся хорошо, особенно мне нравятся Леонов и Хрунов.
Сегодня в 17 часов кандидаты на полет будут утверждаться у заместителя председателя
Совета Министров СССР Л.В.Смирнова. Ничего нового на этом очередном заседании не
произойдет, оно носит чисто формальный характер. Завтра в 9:00 на самолете Ил-18 я
вылетаю в Тюра-Там, со мной летят 19 военных и 30 гражданских товарищей. Экипаж
"Восхода-2" пока не вылетает на полигон, летит только один космонавт - В.М.Комаров.
Предстоящая на старте работа по подготовке и пуску технологического "Восхода-2" с
манекенами должна дать окончательную оценку нашей готовности к полету с выходом
космонавта за борт космического корабля. Работа по подготовке техники и космонавтов к
предстоящему полету проделана огромная. Все трудились больше и продуктивнее, чем
при подготовке предыдущих полетов. Сейчас у всех больше уверенности в успехе, чем
перед стартом экипажа Комарова, но тем не менее для успешного осуществления полета
нужно еще очень много работать. Малейшая ошибка одного человека может сорвать полет
или привести к тяжелому происшествию. Мы обязаны выработать такую технологию
подготовки и проведения полета, которая должна исключить случайные ошибки. Поэтому
очень важно, чтобы уже в технологическом пуске участвовали инженеры, врачи,
космонавты, руководители подготовки космонавтов и руководители полета.
С 17 до 19 часов просидели на заседании у Л.В.Смирнова. Кроме четверки космонавтов
присутствовали Зверев, Калмыков, Пашков, Тюлин, Королев, Крылов, Руденко, Керимов,
Карпов, Карась, Кузнецов, Северин, Ткачев, Воронин, Быков, Богомолов и другие.
Королев, Северин и Руденко доложили, что все готово для пуска космического корабля
"Восход-2". Проведена очень большая исследовательская и испытательная работа по
технике, созданы новые уникальные скафандры, шлюз, кислородный прибор КП-55 и
другие системы. Проведены сложнейшие тренировки космонавтов в условиях
невесомости, в барокамерах и на других стендах. Тюлин и Королев очень резко
высказались в адрес А.Ф.Богомолова по поводу частых отказов его систем. Алексей
Федорович неудачно оправдывался и получил внушительную отповедь от Смирнова. В
заключение Смирнов предложил Госкомиссии еще раз разобрать "богомоловские огрехи"
и, если нужно, отменить полет из-за неуверенности в надежности телеметрических
систем и официально доложить об этом правительству.
10 февраля. Борт самолета Ил-18 - Ташкент.
Взлетели в 9:00 и взяли курс на полигон. Облачная погода, земля не просматривается,
самолет часто заходит в облака, изредка проглядывает белесое Солнце. На подлете к
Тюра-Таму получили сообщение, что там очень плохая погода, - пришлось лететь в
Ташкент. Произвели посадку на ташкентском аэродроме ГВФ. Идет дождь, снег
"прячется" только в тени и по оврагам. Погода в Тюра-Таме по прежнему плохая. Нам
предлагают из Ташкента лететь на одном Ил-14 и двух Ли-2. Обсудив обстановку, мы
решили вечером выехать на полигон поездом.
Заезжал в авиагородок, заглянул в штаб Воздушной армии, заходил на КП и в свой бывший
кабинет. Грустно вспоминать далекое прошлое, но приятно встретить сослуживцев, с
которыми работал перед войной и в 1957-1958 годы.
11 февраля.
Давно не ездил поездом. Тягуче медленно идет время... Хорошо, что едем ночью: можно
выспаться...
На станции Тюра-Там нас встретили с машинами и автобусами. Здесь значительно
холоднее, чем в Ташкенте, много снега, температура -10 градусов. Все промышленники
уехали на 2-ю площадку, а я, Кузнецов, Комаров и другие офицеры ВВС разместились на
17-й площадке в доме космонавтов. После шумных октябрьских дней прошлого года дом
всю зиму был закрыт и лишь сейчас он вновь ожил. Разговаривал с Москвой: доложил
Руденко о нашем прибытии на место, а он сообщил, что вчерашний "подъем" в ТБК-60
Заикина и Хрунова на 37 километров прошел хорошо и "Вега", наконец, заработала, но на
пульте командира все же не было индикации параметров дыхания второго пилота.
Восемь часов вечера. Все уехали на ужин и в кино, и я остался один. Идеально тихо, даже
дежурный внизу не подает признаков жизни. Везде темно, где-то испортилась
электропроводка; у меня на столе колеблется пламя обычной свечи - давно я не
пользовался таким освещением. Через окно моей комнаты я вижу огни большого города.
Это чисто военный город, он быстро растет - за последние пять лет в нем появились
сотни новых домов, по масштабам строительства, количеству жителей и потребляемой
энергии он не уступает областным городам, а по своей значимости гораздо выше их - это
наш самый мощный ракетный и космический центр.
12 февраля. Борт самолета Ил-14 - Москва.
Я, Кузнецов, Комаров, Крышкевич и Хлебников на самолете Королева летим в Москву.
Сегодня около десяти утра мы приехали на вторую площадку и зашли в МИК. Там была
полнейшая тишина. Военные занимались политучебой, гражданские отсыпались по
гостиницам. Около "Восхода-2" и технологического корабля не было ни души.
Подполковник Беляев - начальник космической команды полигона - доложил, что
Е.В.Шабаров проводит очередное совещание. Через несколько минут появился и сам
Евгений Васильевич. Он сообщил, что кроме уже известных нам неполадок и задержек,
появилась новая - отказ второго комплекта "Трала". Придется вновь разбирать корабль,
а на его сборку и полную проверку потребуется 7-8 дней. Пуск технологического корабля
возможен теперь не раньше 22-23 февраля, а полет "Восхода-2" отодвигается на март.
Королев находится пока еще в Москве, а Богомолов (главный виновник задержки) - во
Львове. В такой обстановке не было надобности почти целую неделю впустую торчать на
полигоне, и я решил вернуться в Москву, оставив здесь группу врачей и инженеров.
Самолет, на котором мы летим, привез из Львова новые комплекты "Трала". Поужинали
мы в Пензе, угощал нас В.М.Комаров: он обыграл нас в преферанс и по законам
преферансистов должен был угощать всех игравших. Выиграл Комаров 5 рублей, а
заплатил за ужин - 14. В 22 часа наш самолет сел на аэродроме Внуково, а через час я
был уже дома.
13 февраля.
Сегодня ровно 31 год со дня гибели "Челюскина" и 20 лет со дня освобождения
Будапешта - обе эти даты памятны для меня.
Несколько раз был у Руденко. Он подписал приказ о плохом отношении к работе по теме
"Выход" руководства ИАКМ. При мне генерал Бабийчук доложил маршалу итоги
обследования в госпитале летавших космонавтов. Никаких последствий космических
полетов не обнаружено, но из-за нарушений режима дня, питания и физподготовки у
некоторых космонавтов имеются небольшие отклонения от нормы. Гагарин и Попович
прибавили в весе (4 и 5 килограммов), Быковский за год после полета 7 раз болел (грипп,
простуды и т.п.).
15 февраля. Москва - борт самолета Ил-14 - Тюра-Там.
Вчера весь день провел на даче. Ходил с Олей на лыжах. Температура была около нуля,
снег очень сильно прилипал к лыжам. На обратном пути Оля еле шла, несколько раз
очищал ее лыжи от снега, но это почти не помогало...
В 12 часов по московскому времени я, Кузнецов, Комаров, Крышкевич и Хлебников на
Ил-14 вылетели на полигон. Нас посадили в Актюбинске и заставили полностью
дозаправиться горючим, так как в Тюра-Таме к нашему прилету ожидался туман. К
счастью, прогноз не оправдался, и в 23:00 по местному времени мы уже были на десятой
площадке полигона.
16 февраля. Тюра-Там.
Разместился в прежней "своей" квартире в нулевом квартале. На семнадцатой площадке
шумновато, да и мое присутствие там сковывает моих подчиненных.
С 10 часов С.П.Королев проводил техническое совещание по отказам телевизионной и
радиокомандной аппаратуры. Присутствовали Тюлин, Керимов, Правецкий,
представители львовского завода. А.Ф.Богомолов в своих неоднократных высказываниях
так и не нашел удачных формулировок предложений для выхода из сложной ситуации.
Положение у Богомолова трудное - слишком много отказов "Тралов", в ряде случаев
причины их неясны, велика вероятность новых отказов. Королев делал вид, что хочет
помочь Богомолову разобраться в недостатках его работы как Главного конструктора, но
своими окриками и угрозами только накалял обстанов
...Поділитися у соцмережах
