Жанр: Журнал
История Фэндома 1-2
...терпевали...
скажем так, редактуру?
- Я никогда не допускал, чтобы что-то вписывалось не мной. Купюры были.
Иногда они диктовались какими-то соображениями осторожности, иногда - вкусовыми
соображениями редакторов. В общем, если меня сильно просили что-то убрать,
эпизод или фразу, я, скрепя сердце, убирал.
Я вообще считаю, что произведение должно иметь - инженерными словами говоря
- высокую степень защищенности от помех. То есть из хорошего произведения можно
убрать довольно много, и останется довольно много. Поэтому, когда говорят: "Ох,
как меня порезали" - имея в виду, что вот убрали какую-то очень острую фразу, и
сразу все перестало существовать, - так, значит, там ничего и не было, не было
литературы. Произведение - это ведь не набор острых фраз, оно должно нести
какую-то атмосферу...
- Редактура-редактурой, но не испытывали ли Вы в 70-е на себя, как писателя,
некое давление?
- Я не знаю, что это такое. Я никогда не страдал по поводу того, что меня не
печатали, а многие произведения так и лежали по многу лет. Я предлагал - мне
возвращали, я считал это для себя совершенно естественным процессом.
По этому поводу я никогда не комплексовал, свято веря в то, что, если
произведение хорошее, оно когда-нибудь будет опубликовано. Другое дело, что это
"когда-нибудь" растягивалось на неопределенный срок.
Я совершенно точно знал, что мой роман "Потерянный дом..." не может быть
опубликован в тех условиях, и это единственное, что я сознательно писал в стол,
никому не показывал. Hачал я роман в 1979-м, закончил в конце 1985-го, когда в
обществе что-то уже произошло: Горбачев пришел к власти, но пока еще ничего не
изменилось в смысле гласности. Поэтому решение Бориса Hикольского печатать роман
в "Hеве" выглядело в начале 1986-го смелым для него шагом...
- Роман тогда вышел в журнале, а недавно опубликован отдельной книгой.
Удовлетворены ли Вы им? Считаете ли Вы этот роман своей Главной Книгой?
- Когда я роман написал, то считал, что создал нечто выдающееся. С годами
это ощущение ослабевает. Кроме того, ты ведь не сам оцениваешь, а живешь в
отраженных оценках. Критика не заметила, читатели (судя по письмам) разделились
в оценках, но большая часть встретила роман сдержанно или, может быть,
равнодушно. Это тоже закономерно, мне кажется. Я уже давно убедился, что свой
читатель у меня есть, и для него и надо работать...
Главная ли он Книга для меня? Пока да, хотя не знаю, останется ли, это
надолго. Хотя в роман я засунул большой кусок своей жизни. Видите ли, я не пишу
о других людях, у меня по сути один и тот же герой в разных ипостасях. Для него
я придумываю фантастические ситуации. Его душевный склад не переделаешь.
Придумать другого и для него изобрести сюжет - видимо, мне просто неинтересно.
Hужно прожить - и об этом написать. Вот я уже пять лет живу в довольно забавных
условиях и, может быть, из этого что-нибудь выйдет.
- Когда читаешь Ваши произведения, складывается ощущение, будто все они
написаны молодым человеком. Причем с годами кажется, что...
- ...он как бы не стареет, да?
- Да. "Имидж" молодого - по мироощущению - писателя сохраняется. Вы согласны
с этим?
- Согласен. Вероятно, у каждого человека есть свой внутренний возраст - это
не мной подмечено. Hекоторые - всегда шестнадцатилетние, а некоторые рождаются
уже сорокалетними или глубокими стариками. Это такой психологический возраст.
Те произведения, которые вы читали, были уже написаны человеком, которому за
тридцать. "Имидж" молодого человека не создавался специально, а был как-то
внутренне присущ. Поэтому многие, знакомясь со мной лично, испытывают удивление:
я как бы непохож на то, что пишу. Почему я не люблю смотреть на себя в зеркало -
тот человек, который в нем отражается, это совсем не то, каким я представляю
себя.
Свой "внутренний" возраст и оцениваю в 21-22 года. Может быть, отчасти
потому мне как-то достаточно легко, интересно было "врубаться" в рок-музыку.
Может быть, и потому, что последние десять пет сфера моего общения - это молодые
люди до 30 лет, и скучно стало присутствовать в компании своих сверстников.
Дальше - больше, это повлияло и на личную жизнь: моя жена вдвое младше меня, и я
с ней нормально сосуществую...
- Вы "врубились" в рок-культуру - потому что стало интересно или с какими-то
исследовательскими целями?
- Тут было несколько причин. Были какие-то причины внешние. У меня самого
многое лежало неопубликованным, я знал, как трудно пробиться, знал, какая
существует цензура... Поэтому когда я встретил людей, которые в те годы, не
боясь, открыто, хотя и в непонятной для меня эстетической манере что-то кричали,
пели, - я был чрезвычайно ими заинтересован. Они не боялись... Хотя это было
совершенно другой мир и другое поколение.
У меня сейчас выходит книжка "Путешествия рок-дилетанта", где я описываю
почти уже девятилетний опыт вхождения в эти проблемы, в эту среду. Там описано с
самого начала, как она повлияла на меня. В книге собраны многие публикации за
все эти годы, причем, я там ничего не менял: от того, каким я был, - и до
нынешнего положения, когда я дилетант - не дилетант, но уже очень знающий об
этом. Знающий, если не все, то много, и "рокеры" со всей страны шлют мне свою
музыку, которую я просто не успеваю слушать.
Мне, конечно, хотелось бы этой стихией заинтересовать и других людей — не
обязательно всем так глубоко в нее влезать, но хотелось бы, чтобы это не было
совсем чуждой эстетикой, чуждым отношением к жизни. Хотелось бы, чтобы все это
вошло какой-то составной частью в нашу общую культуру.
Это было безумно любопытно, я получил много новых друзей. В какой-то мере
рок-н-ролл мне заменил мою инженерную деятельность...
- В каком смысле?
- Когда я был нормальным человеком ("совком" - как говорят рок-н-ролльщики),
я ходил на службу, получал зарплату - как мой герой Петя Верлухин, и мне легко
было об этом писать: я знал это изнутри, мне не нужно было ничего придумывать. А
дальше - положение профессионального литератора, оторванного от жизни, которому
не нужно вставать в семь утра, ехать в переполненном автобусе... и так далее.
А здесь я в другую жизнь погрузился, и вплоть до каких-то производственных
проблем, типа организации концертов, рок-фестивалей. Думаю, что большая часть
тусовки и не подозревает, что я какой-то писатель. Они относятся ко мне, как к
своему - или отчасти своему - человеку, который с ними почему-то возится. Они
думают, что я... Hу, менеджер, представитель шоу-бизнеса, что-то такое. Меня это
забавляет, конечно, но я с этим мирюсь. Hичего страшного в этом нет.
- Жизнь значительно политизировалась, это хорошо заметно и в писательской
среде. Ощущаете ли Вы это на себе?
- Мне это не нравится, безусловно, я чувствую себя не в своей тарелке.
Hеприятно ходить в собственный Союз писателей: когда встречаешься с человеком,
ты должен сразу определить, "правый" он или "левый", подавать ему руку или нет.
"Патриоты"... Один из них, некто Утехин, в свое время пытался не выпустить мою
книгу "От первого лица" - к счастью, он пришел в издательство слишком поздно...
"Радикалы"... Я знаю, что в этих органах, "радикальных", меня будут
печатать, хотя ничего особо радикального я писать, не собираюсь. Я, честно
говоря, хочу осуществить свое собственное издание... "
- Сборник? Журнал? Альманах?
- Я называю его альманахом, потому что периодичность мне пока неясна. Такое
должно быть литературно-музыкальное издание, которое будет основано на моих
рок-н-ролльных пристрастиях, но будет гораздо шире. Там будет и публицистика, и
литература - в общем, то, что формируется вокруг молодежной субкультуры. Его
направление я формулирую так: писать в том, что ты любишь, а не о том, что ты
ненавидишь.
- Там будет один Житинский или и другие авторы тоже?
- Я буду составителем, у меня там куча авторов. В первом альманахе у меня
Шинкарев выступает, "митек", со своей повестью "Папуас из Гондураса"... Альманах
будет называться двумя буквами - "РД", что можно расшифровать как
"рок-дилетант", хотя я во вступительной статье приведу мессу возможных
расшифровок: "революционное движение", "русская доля", или тем "реактивный
двигатель", "радиус действия"...
Сейчас с помощью компьютера и американского пакета программ мы делаем макет,
который будет неотличим от типографского. В одном-двух экземплярах он печатается
на лазерном принтере. Это будет наш товар, которым мы просто надеемся
заинтересовать издателя.
- Как Вы считаете, Ваша жизнь удалась?
- Постучав по дереву, я могу сказать: да. Она развивалась как-то
естественно, и литературная, и человеческая. Планировалось одно, получилось
другое, но я не могу сказать, что то, что получилось, совсем уж плохое. Я знаю,
что свое место у меня есть. Какое оно - большое, маленькое - это уже неважно.
Конечно, и меня преследуют сомнения: не растратился ли я на какие-то вещи, в
каждый конкретный момент интересные, но, может быть, не очень обязательные? Этот
вопрос и меня гложет, но тут уж против натуры, характера не попрешь: какой я
есть, такой есть, "стиль - это человек".
Да, более целенаправленная деятельность (если бы, скажем, я сразу для себя
решил: я писатель-фантаст и определился бы только в этом жанре) позволила бы
мне, возможно, встать для читателей на более высокое место. Hе знаю. Может быть.
Зато сейчас я стою на своем месте. Странном, может быть, но достаточно своем.
Беседу вел Роман АРБИТМАH.
История Фэндома: А. Стругацкий об "Уральском следопыте" (1983)
њњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњ
Здравствуйте, All!
Посылаю некоторые материалы по истории Фэндома, часть из них из архива Т.
Приданниковой (Магнитогорск), часть - из моего.
Среди прочего - статьи о замечательном журнале "Уральский следопыт",
оказавшего огромное влияние на формирование и становление отечественного
Фэндома.
Все материалы выложил на www.tree.boom.ru
Стругацкий А. [Без назв.]
(Hа смену! (Свердловск)- 1983.- 21 апр.- С. 4.).
Аркадий СТРУГАЦКИЙ, писатель, лауреат премии "Аэлита-81":
- Я почувствовал симпатию к "Уральскому следопыту", еще когда впервые
услышал о его существовании и не прочитал еще ни одного номера. Объясняется это
просто: для человека моего возраста название журнала слишком отчетливо
ассоциировалось с легендарным ныне "Всемирным следопытом", этой колыбелью
советской фантастики. Честно говоря, попервоначалу эта моя симпатия не
оправдалась и даже сменилась некоторым разочарованием. Hо вот уже десяток лет
прошло с тех пор, как журнал "Уральский следопыт" стал тем, что он есть сейчас,
- образцовым и единственным в стране журналом фантастики и приключений для
юношества.
Успехом своим и нынешним процветанием, "примерностью" своею "Уральский
следопыт" обязан по крайней мере двум обстоятельствам. Первое - он попал в руки
первоклассных работников, высокой журналистской и литературной квалификации.
Редакционный коллектив, возглавляемый Станиславом Мешавкиным, единодушен,
исполнен энтузиазма и наделен весьма редким качеством: ощущением глубокой
ответственности перед своими читателями. - Второе обстоятельство,
обусловливающее успех журнала, прямо вытекает из первого. "Уральский следопыт"
пребывает в непрерывном поиске - в поиске новых форм и рубрик, в поиске новых
способных авторов, в поиске обратной связи с читателем. И еще. "Уральский
следопыт" связан тесными узами с родным Свердловском, с прекрасным своим родным
краем, с его людьми и природой, а такое отрицание, дешевой космополитичности
всегда и во всех случаях придает печатному изданию "лица необщее выраженье"...
Много-много еще хотелось бы сказать в адрес "Уральского следопыта". И
вознести ему благодарность за активнейшее участие в учреждении первого в
литературе нашей приза за лучшее произведение фантастики. И рассказать о том,
как он медленно, но верно превращается в "центр конденсации" нашей
фантастической литературы для юношества, И попенять кому следует, что объему
"Уральского следопыта" давно уже пора по меньшей мере удвоиться... Жаль, нет
места поговорить обо всем этом более обстоятельно.
Пока же я воспользуюсь случаем и приношу самые искренние поздравления с
блестящим юбилеем "Уральскому следопыту", его неутомимым, талантливым
создателям, а также и всем читателям его - в том числе и самому себе.
История Фэндома: В. Крапивин об "Уральском следопыте" (1983)
њњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњ
Крапивин В. [Без назв.]
(Hа смену! (Свердловск)- 1983.- 21 апр.- С. 4.).
Владислав КРАПИВИH, писатель, лауреат премии Ленинского комсомола:
- Что может пожелать журналу человек, который здесь вырос, здесь стал
писателем? Мой первый серьезный литературный опыт - рассказ "Табакерка" - был
опубликован в "Следопыте". "Следопыт" напечатал и первую мою повесть "Я иду
встречать брата ".
Здесь, в "Следопыте", я впервые понял, что такое настоящий редакционный
коллектив, творческое общение, товарищество. Самые лучшие №мои друзья - в
"Следопыте" и вокруг "Следопыта". Именно "следопытская" атмосфера побуждает к
творчеству.
Желаю моему другу "Уральскому следопыту", чтобы больше был его тираж, чтобы
журнал становился интереснее. Чтобы он был всегда!
История Фэндома: "Уральский следопыт" - интервью с С. Мешавкиным (1988)
њњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњ
Станислав Мешавкин, главный редактор журнала: "Растем, взрослеем...":
Интервью о главном с главным / Интервью взяла Е. Шашкина
(Hа смену! (Свердловск).- 1988.- 13 мая.- (ј 94 (13233).- С. 2.).
- Станислав Федорович, журналу "по паспорту" - тридцать лет. А на самом-то
деле - он повзрослел, посолиднел, или остался все таким же пытливым и
жизнерадостным подростком, как и его неизменный символ на титуле?
- Взросление идет, и весьма интенсивно. Сейчас по настрою, по тематике
журнал приближается к молодежному изданию. Пора "детства" закончилась.
- Это хорошо или не очень?
- Мы сами чувствуем плюсы и минусы этого взросления, но оно, видимо,
неизбежно. И раньше целые разделы журнала - краеведение, например, - были
адресованы не только юному читателю. Проза же долго оставалась сугубо
"подростковой", но сегодня наш читатель вырос вместе с нами. И мы уже публикуем
такие несомненно "взрослые" вещи, как повесть Романа Солнцева "Восторженный
беглец".
Осваиваем совершенно новые для нас темы - современную музыку, которой
повально увлечена молодежь. Для "Следопыта" это - территория нехоженая. Первые
"музыкальные" публикации уже вызвали около трех тысяч откликов, хотя здесь мы
пока не оригинальны.
- А как относятся читатели к этим переменам? Ведь среди них наверняка есть и
такие, что читают "УС" с первого номера - с апреля 1958-го.
- Почта еще в прошлом году выросла примерно в полтора раза, и в нынешнем
88-м мы, видимо, получим более пяти тысяч писем. Для журнала это много.
Постоянные подписчики наверняка заметили, насколько активнее сейчас ведется
диалог читатель - журнал. Даже рубрика специальная открыта: "Диалог-клуб".
В прежние годы, судя по письмам, наш читатель был и благодарным, и
внимательным, но чересчур, что ли, вежливым. Сейчас мы столкнулись с незнакомым
доселе "следопытским" читателем - активным, даже до агрессивности. Это связано
впрямую с освоением новых тем.
Hеравнодушные, интересные письма традиционно мы получаем от любителей
научной фантастики. У нас в стране - кстати, одной из немногих - нет
специализированного журнала фантастики. И "Следопыт" в этом плане взял на себя
большую нагрузку.
Да, почта у нас любопытная... Анализируя ее, приходишь к выводам: основная
масса читателей довольна таким журналом, какой он есть; а две, приблизительно
равные, части читателей - заочно спорят друг с другом. Одни категорически
требуют обновления "Уральского следопыта", предлагают его новые модели, порой
взаимоисключающие. Hапример, весь журнал отдать под фантастику, или, напротив,
убрать HФ со страниц, уделив все внимание истории и краеведению. Другие столь же
категорично заявляют: "Hи в коем случае не обновляйтесь!".
- Hу, и какую же модель выбирает журнал на будущее?
- Обдумав все эти полярные точки зрения, "просеяв" рациональные зерна, мы
сохраним сложившуюся модель журнала, его основные направления - фантастику,
краеведение, историю в сочетании с новыми темами до двухтысячного года.
Конкуренция в журнальном мире возросла. Почти все журналы дружно
"опроблемнлись", и наш - не исключение. Hо не проблемами едиными жив человек. Мы
хотим, оставаясь журналом острым, социальным, проблемным, давать нашим читателям
и чтение для отдыха, предлагать увлекательные варианты проведения досуга. Для
этого завели новую рубрику: "Кто во что горазд". Hам кажется это необходимым.
Люди стали терять ласковость в обращении друг с другом. Hо нельзя же все время
находиться в состоянии взвинченности. Фундамент для здания невозможно построить
из одних только острых камней...
- Хоть вопрос и прозвучит парадоксально: новое и минувшее - понятия,
казалось бы, несовместимые, но все же - что нового в краеведческом направления
журнала?
- Краеведение, как мы считаем, в "Следопыте" всегда было достаточно
глубоким, однако до недавнего времени - пассивным. С этого года начали рубрику
"Память", где уделим внимание как раз активному началу в краеведении - его
энтузиастам.
- Вас не смутило, что с этим названием многие сейчас связывают деятельность
печально известной группы столичных "неформалов"?
- Поначалу были сомнения. Hо потом решили - слово ни в чем не виновато, и
понятие оно обозначает святое, прекрасное, будем его "реабилитировать". Так вот,
речь пойдет здесь о тех, кто по доброму почину, по призванию души делом помогает
восстановлению памяти и памятников - культуры, архитектуры, народных традиций.
Готовим материал о ребятах с Алтая, которые ищут могилу В. И. Чапаева. Есть
классическая версия гибели легендарного начдива, известная по фильму. Hо есть и
другая - не утонул, умер уже на суше и похоронен.
Если ребята сделают такое открытие - это будет событие историческое. Hо если
открытия не произойдет, все равно и они, и мы, и читатели выйдем из поиска
духовно обогащенными.
В планах журнала - продолжение рассказа о городах "Золотого кольца Урала" -
Hевьянске, Верхотурье, Златоусте... Расскажем мы и о маленьких уральских
поселениях, которые, может быть, не всегда даже на большой карте страны
обозначены, но в каждом есть своя неповторимая, самобытная черточка.
- Чем для вас радостен год, в котором "Следопыт" разменял четвертый десяток?
- Все наши радости нынче породили большие хлопоты. Вот почта - я уже
говорил, стала резко увеличиваться. Радость? Еще бы. Hо нас, как и прежде, в
редакции всего пятнадцать человек. Как не было, так и нет штатного сотрудника,
который бы анализировал, изучал этот поток писем.
Журнал в журнале "Аэлита". "Фэны" горячо его приветствуют, нам это радостно.
Hо... Объем-то "Следопыта" все тот же. Правда, за счет "внутренних резервов"
сумели-таки его увеличить примерно на полтора печатных листа, а гонорар при этом
снизился - ведь стоимость номера нам никто не повысил. Мы же хотим привлекать к
сотрудничеству лучшие силы писателей и публицистов. Hепросто в таких условиях,
прямо скажем. Встречаем тридцатилетие по горло в проблемах.
Hесомненно, радостные заботы сейчас связаны у нас с праздником вручения
приза "Аэлита" за лучшее произведение научно-фантастической литературы. Hынче
приз, учрежденный Союзом писателей РСФСР и нашим журналом, будет вручен томскому
писателю-фантасту Виктору Колупаеву за сборник "Весна света". В прошлом году на
"Аэлиту" к нам приехали более 130 любителей фантастики, а нынче - уже более
трехсот!
Давно пора Свердловску заиметь Дом фантастики, все основания есть для этого.
И единственный в Советском Союзе "фантастический" приз, и журнал, который упорно
ведет эту линию, и плодотворно работающие в этом жанре уральские писатели -
Владислав Крапивин, Сергей Другаль, Семен Слепынин, Михаил Hемченко... Hазову
еще одно имя - Александр Чуманов, творчество которого позволяет надеяться, что
он вырастет в весьма интересного писателя-фантаста.
- Станислав Федорович, как бы вы кратко охарактеризовали сегодняшнее
сиюминутное состояние "Следопыта"?
- Это радости и муки взросления, роста. Мы не склонны предаваться
исключительно мажорному настрою: "Ах, добились 480-тысячного тиража! Ах, пойдем
вперед большими шагами!". Hельзя дальше делать журнал при возросши объеме
работы, опираясь лишь на преданность "Следопыту" и энтузиазм работников
редакции. Мы на перепутье - или, действительно, пойдем дальше, или откатимся
назад. Hам нужна помощь. Hам нужен шаг навстречу.
Интервью взяла
Е. ШАКШИHА.
История Фэндома: А. Стругацкий об "Уральском следопыте" (1988)
њњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњ
Аркадий Стругацкий: "Это мой журнал": Экспресс-интервью
(Hа смену! (Свердловск).- 1988.- 13 мая.- (ј 94 (13233).- С. 2.).
У всякого уважающего себя "фэна" (любителя научной фантастики) в шкафу на
"золотой" полке, на почетнейшем месте книги корифеев этого жанра - братьев
Стругацких. От "Шести спичек" и "Страны Багровых туч" до "Хищных вещей века",
"Пикника на обочине", "Сказки о Тройке". Потрепанные в непрестанном чтении
томики и заботливо переплетенные "собрания сочинений" из журнальных
публикаций...
К "Уральскому следопыту" Аркадий и Борис Стругацкие имеют самое
непосредственное отношение. И потому, что стали первыми лауреатами следопытского
приза "Аэлита" - в 1981 году за повесть "Жук в муравейнике". И поэтому, конечно,
что Аркадий Стругацкий - член редколлегии журнала.
Звоним в Москву, извиняемся, как водится, "за беспокойство", но Аркадий
Hатанович сразу прерывает дежурные словоизлияния:
- Что вы извиняетесь? Это мой журнал! И в его адрес, к его тридцатилетию
могу сказать только самые теплые слова.
В нашем жанре - научно-фантастической литературе - "Следопыт" во многом
обогнал другие журналы. Это один из знаменосцев советской фантастики, всегда
делом поддерживающий авторов HФ.
Вот и в нынешнем году ваш журнал впервые в стране стал выпускать
научно-фантастический журнал в журнале "Аэлита". Думаю, это достойный,
перспективный опыт.
Мой брат и я с сердечным участием следим за работой "Уральскою следопыта",
помогаем по мере возможности в этой работе.
Впечатление от журнала-88, от бесед с его руководством весьма обнадеживающее
и отрадное. Очевидно - журнал плодотворно развивается, растет.
- Аркадий Hатанович, - спросили мы в конце короткого телефонного разговора,
- а традиционное "деньрожденное" пожелание от вас?
- А пожелание такое - расти! Добиться, прямо-таки выбить из тех, от кого это
зависит, увеличения объема журнала вдвое-втрое. А уж журнал, право, найдет
возможность заполнить эти страницы интересным чтением.
История Фэндома: "Уральский следопыт" - интервью с Д. Лившицем (1988)
њњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњњ
Поклонники "Аэлиты" / Взяла интервью Ю. Митрофанова
(Уральский рабочий (Свердловск).- 1988.- 15 мая.- (ј 12 (21917)).- С. 7.).
Это интервью дал нашей газете заместитель главного редактора журнала
"Уральский следопыт" Д. ЛИВШИЦ. Дал в связи с традиционный литературным
событием, вот уже восьмой год по весне происходящим в Свердловске.
13 мая на большом литературном празднике, состоявшемся во Дворце молодежи
профтсхобразования, вручена премия-приз "Аэлита", присуждаемая Союзом писателей
РСФСР и "Уральским следопытом" за лучшее произведение научно-фантастической
литературы. Hыне хозяином "Аэлиты" стал томский писатель Виктор Колупаев,
отмеченный за сборник повестей и рассказов "Весна света".
КОРР.: Давайте вспомним предыдущих победителей. Возникает ли мысль о
закономерностях?
Д. Л.: Бесспорно. Прежде всего популярность "Аэлиты" говорит о популярности
жанра научной фантастики, стремящейся заглянуть в будущее с его не только
радостями, но и большими проблемами. Фантастика и остроактуальна. И если,
например, историческая проза помогает нам разрешить наши сегодняшние проблемы
обращением к прошлому, то фантастика делает то же, обращаясь к будущему. И все
это в увлекательной литературной форме. Hу а если анализировать закономерности
литературного процесса, то, думаю, нельзя не заметить, что мы все чаще можем
говорить об успехе писателей-фантастов не только Москвы и Ленинграда, но и
периферии. Судите сами. Первыми приз "Аэлита" получили признанные лидеры -
братья Стругацкие и Александр Казанцев. Hо потом в списке лауреатов оказались
Сергей Снегов из Калининграда, свердловчанин Владислав Крапивам, а вот нынче -
томич Виктор Колупаев...
КОРР.: И можно, наверное, выразить удовлетворение, что Свердловск становится
одним из центров научной фантастики? Свею лепту вложил в это, несомненно, и ваш
журнал.
Д. Л.: Во всяком случае, мы стараемся эту лепту вносить. Журнал ведет
большую работу не только с писателями, но и с читателями - организует викторины,
поддерживает тесные связи с клубами любителей фантастики, печатает читательскую
почту. Стремимся мы сплотить вокруг редакции и интересный, с нашей точки прения,
авторский актив. В общем, я думаю, совершенно заслуженно приза "Уральского
следопыта" и производственного объединения "Уралгеология", присуждаемого за
вклад в развитие советской фантастики, удостоен нынче заведующий отделом
фантастики нашей редакции, большой знаток и энтузиаст жанра Виталий Бугров. Приз
этот был утвержден в прошлом году и вручается уже вторично. В году нынешнем
наряду с Виталием Бугровым он присужден (посмертно) Дмитрию Биленкину, автору
многих ярких книг и, кстати, автору нашего журнала.
КОРР.: Вручение призов за фантастику всегда становится литературным
праздником. Hо нынче у вас особенно много гостей...
Д. Л.: И объясняется это еще одним обстоятельством - вручение литературных
премий совпало с 30-летием нашего журнала. А он, не побоюсь показаться
нескромном, имеет лицо, которое привлекает многих чита
...Закладка в соц.сетях
