Жанр: Юмор
Дживз 1-6
...тый невропатолог. Откуда ты его знаешь?
День был жаркий, но меня прошиб холодный пот.
- В течение одной или двух недель я был обручён с его дочерью, - дрожащим
голосом сказал я. - Мне удалось отвертеться от брачных уз в последнюю
секунду, и воспоминания об этом кошмаре до сих пор мучают меня по ночам.
- Разве у него есть дочь? - рассеянно спросил Биффи.
- Есть. Сейчас я расскажу тебе...
- Прости, старина, но мне некогда, - Биффи встал из-за столика. - Мне
надо вернуться в отель и уложить вещи, не то я опоздаю на поезд.
Как вам это понравится? А ведь только что он целый час плакался мне в
жилетку! Чем старше я становлюсь, тем больше убеждаюсь, что принцип "живи
сам и давай жить другим" постепенно исчезает из нашего сознания. Ну и ладно.
Я посадил Биффи в такси и отправился на ленч к художнику.
Со дня нашей встречи прошло не более десяти дней, когда однажды утром,
наслаждаясь чаем и тостами, я чуть было не получил разрыв сердца. Дживз
принёс мне "Таймс", положил газету на столик рядом с кроватью и не торопясь
пошёл к двери, а я начал лениво перелистывать страницы, чтобы просмотреть
спортивную хронику, когда один заголовок бросился мне в глаза:
ПРЕДСТОЯЩИЕ БРАКОСОЧЕТАНИЯ
М-р Ч. Э. Биффен и мисс Глоссоп
Помолвка объявлена между Чарлзом Эдвином Биффеном, единственным сыном
покойного м-ра Э. Ч. Биффена и миссис Биффен, II Пэнслоу Сквер, Мэйфер, и
Гонорией Глоссоп, единственной дочерью сэра Родерика Глоссопа и леди
Глоссоп, 66 Харлоу Стрит, В.
- Великие небеса! - воскликнул я.
- Сэр? - сказал Дживз, оборачиваясь.
- Дживз, ты помнишь мисс Глоссоп?
- Отчётливо, сэр.
- Она обручилась с мистером Биффеном!
- Вот как, сэр? - сказал Дживз и выскользнул за дверь.
Должен признаться, его поведение меня изумило и потрясло. Я даже не
подозревал, что этот малый может оказаться таким бесчувственным. Уж кто-кто,
а он прекрасно знал Гонорию Глоссоп.
Я снова перечитал заметку, и у меня возникло какое-то странное ощущение.
Не знаю, приходилось ли вам читать когда-нибудь в газете, что ваш приятель
женится на девушке, от брака с которой вам с невероятным трудом удалось
отвертеться в последнюю секунду. Это ощущение... мне трудно передать его
словами, но, к примеру, допустим, вы идёте по джунглям с другом своего
детства и на вас нападает тигр, ягуар или ещё кто-нибудь, а вы, естественно,
тут же взлетаете на дерево и, глядя вниз, видите, как этого самого друга
детства хватают и волокут в кусты. Само собой, вы перво-наперво испытаете
чувство огромного облегчения, а потом уже повздыхаете над своим погибшим
другом. Примерно такое ощущение я и испытывал. Я был неизмеримо счастлив,
что избавился от Гонории, но в то же время сочувствовал Биффи, который ничем
не заслужил такой доли. Я отхлебнул чай и предался грустным размышлениям.
Наверное, в мире найдётся много парней - сильных, мужественных, с
волевыми подбородками и сверкающими глазами, - которые с удовольствием
женятся на этой заразе по имени Глоссоп и будут счастливы, но Биффи не
принадлежал к их числу. Дело в том, что Гонория была здоровой энергичной
девушкой с мускулами боксёра второго полусреднего веса, а смеялась она так,
что, закрыв глаза, можно было себе представить, как кавалерийский эскадрон
скачет по железнодорожному мосту. Когда я думаю, что кому-то придётся всю
жизнь сидеть с этим существом за одним столом во время завтраков, мне
становится жутковато. К тому же она была ужас какой умной. Короче, Гонория
относилась к тем девушкам, которые сначала загоняют тебя до полусмерти на
теннисном корте и на поле для гольфа, а потом как ни в чём не бывало
усядутся обедать, ожидая, что ты будешь развлекать их беседами о Фрейде.
Если б моя помолвка продлилась лишнюю неделю, у её отца объявился бы ещё
один пациент, - а Биффи мало чем от меня отличался. Он тоже любил тишину,
покой и мирную жизнь. Я был потрясён, нет, честное слово, потрясён.
И, как я уже говорил, больше всего меня потрясло поведение Дживза. В эту
минуту он как раз вновь скользнул в спальню, и я дал ему ещё один шанс
доказать мне, что он не бесчувственный чурбан.
- Ты хорошо расслышал имя, Дживз? - спросил я. - Мистер Биффен собирается
жениться на Гонории Глоссоп, дочери старикана, у которого голова яйцом и
кудри вместо бровей.
- Да, сэр. Какой костюм приготовить вам сегодня утром?
Заметьте, так говорил человек, который напрягал каждую клеточку своего
мозга, чтобы вытащить меня из беды, когда я был обручён с Гонорией Глоссоп.
Непонятно.
- Голубой с красной искрой, - холодно сказал я. Я намеренно говорил сухо,
чтобы он видел, как я в нём разочаровался.
Примерно через неделю я вернулся в Лондон, и только успел расположиться в
своей старой квартире, как ко мне ворвался Биффи. Одного взгляда на него
было достаточно: я сразу понял, что его старая рана стала кровоточить. Малый
выглядел совсем скверно. На его лице словно застыло растерянное идиотское
выражение, которое я часто видел в зеркале для бритья, когда был помолвлен с
Гонорией Глоссоп. Однако, не желая соваться не в своё дело, я пожал ему руку
со всей теплотой, на которую был способен.
- Ну-ну, молодой человек, - шутливо произнёс я. - Прими мои поздравления.
- Спасибо, - сказал Биффи безжизненным голосом. Наступила тишина.
- Берти, - нарушил он молчание, продолжавшееся минуты три.
- Слушаю тебя, старичок.
- Это правда...
- Что?
- Нет, ничего, - сказал Биффи, и мы опять замолчали.
Через полторы минуты он вновь заговорил:
- Берти.
- Я здесь, старина. Что стряслось?
- Послушай, Берти, это правда, что когда-то ты был помолвлен с Гонорией
Глоссоп?
- Правда.
Биффи кашлянул.
- Как тебе удалось... я хочу сказать, по какой причине расстроилась ваша
помолвка?
- Мне помог Дживз. Он придумал блестящий план.
- Прежде чем уйти, - задумчиво сказал Биффи, - я хотел бы перекинуться с
Дживзом парой слов.
Я решил до конца прояснить ситуацию.
- Биффи, старый плут, - спросил я, - скажи мне, как мужчина мужчине, ты
хочешь расторгнуть помолвку?
- Берти, старый дурень, - лихорадочно произнёс Биффи, - между нами,
мальчиками, говоря - хочу!
- Тогда, прах его побери, зачем ты обручался?
- Не знаю. А ты?
- Я... так получилось.
- У меня тоже так получилось. Сам знаешь, как бывает, когда сердце навек
разбито. Тобой овладевает апатия. Ты становишься рассеянным и забываешь об
осторожности, а в результате не успеваешь оглянуться, как попадаешься на
крючок. Я не знаю, как это произошло, старина, но факт остается фактом, я
помолвлен. И ты должен сказать мне, как надо действовать.
- Ты имеешь в виду, чтобы выкрутиться?
- Вот именно. Я не хочу оскорблять ничьих чувств, Берти, но будь я
проклят, если женюсь. Первый день и половину второго мне ещё казалось, что я
выдержу, но сейчас... ты помнишь, как она смеётся?
- Да.
- Ну вот. К тому же от неё не отвязаться. Так и липнет со своими
нравоучениями...
- Я знаю, старина.
- Вот и отлично. Так что ты посоветуешь? Какой такой блестящий план
придумал Дживз?
- Видишь ли, сэр Родерик, который был, есть и будет психоманом, сколько
ни называй его невропатологом, обнаружил, что в моей семье наблюдались
случаи ненормальности. Ничего страшного. Просто один мой дядя держал в
спальне кроликов. Старикан Родерик решил проверить, здоров я или нет, и
напросился ко мне на ленч. Он ушел, твёрдо уверенный в том, что у меня
окончательно поехала крыша, а подстроил всё это Дживз.
- Понятно, - задумчиво сказал Биффи. - К сожалению, в моей семье не было
ненормальных.
- Никого?
Я просто не поверил своим ушам. Не могло такого быть, чтобы бестолковщина
не передалась Биффи по наследству.
- Никого, - печально ответил он. - Мне всегда не везло, Берти. Кстати,
старикан напросился ко мне завтра на ленч. Теперь мне понятно почему. А я
никогда не находился в более здравом уме, чем сейчас.
Я задумался. При мысли о том, что мне снова придётся встретиться с сэром
Родериком, у меня мурашки побежали по спине; но когда появляется возможность
помочь другу в беде, мы, Вустеры, не считаемся с собой.
- Послушай, Биффи, я тебе вот что скажу. Я закачусь к тебе на этот твой
ленч. Очень даже может быть, старикан, увидев, что я твой друг, наложит
запрет на брачный союз, и дело с концом!
- Что-то в этом есть, - сказал Биффи, просияв. - Ужасно благородно с
твоей стороны, Берти.
- Пустяки, - небрежно бросил я. - А тем временем я проконсультируюсь с
Дживзом. Обо всём ему расскажу и спрошу у него совета. Пока ещё он меня не
подводил.
Биффи ушёл от меня в явно приподнятом настроении, а я отправился на
кухню.
- Дживз, - сказал я, - мне опять нужна твоя помощь. Я только что
разговаривал с мистером Биффеном на очень неприятную тему.
- Вот как, сэр?
- Дело вот в чём, - со вздохом произнёс я и всё ему рассказал. Чудно, но
с первого слова я почувствовал, что Дживз как бы превратился в ледяную
глыбу. Я часто прошу его решать то одну, то другую мою проблему, и он всегда
хлопочет, выражает сочувствие и подаёт гениальные идеи, но сегодня его
словно подменили.
- Боюсь, сэр, - сказал он, когда я закончил свой рассказ, - я не имею
права вмешиваться в личные дела, касающиеся...
- Да брось ты!
- Нет, сэр. Я не могу позволить себе такой вольности.
- Дживз, - спросил я малого прямо в лоб, - сознайся, что ты имеешь против
бедняги Биффи?
- Я, сэр?
- Да, ты.
- Уверяю вас, сэр!
- Ну, как хочешь. Я, конечно, не могу заставить тебя шевелить мозгами,
чтобы помочь ближнему. Но учти, я сейчас пойду в гостиную, сяду в кресло и
буду думать. Ты будешь очень глупо выглядеть, когда узнаешь, что я спас
Биффи без твоей помощи. Ты будешь выглядеть исключительно глупо, должен тебе
сказать.
- Да, сэр. Подать вам бренди с содовой, сэр?
- Нет! Принеси мне кофе. Крепкий чёрный кофе! И если ко мне придут, я
занят и никого не принимаю.
Примерно через час я дёрнул за шнурок звонка.
- Дживз, - высокомерно произнёс я.
- Да, сэр?
- Будь любезен, позвони мистеру Биффену по телефону и скажи, что мистер
Вустер его приветствует и просит передать, что дело в шляпе.
Когда на следующее утро я неторопливо шёл к Биффи, настроение у меня было
приподнятое. Как правило, блестящие идеи, осеняющие тебя вечером, почему-то
кажутся нелепыми и глупыми с утра, но на сей раз этого не произошло. После
завтрака я обмозговал мысль, пришедшую мне в голову накануне, и не нашёл в
ней ни одного изъяна. Всё должно было пройти без сучка и без задоринки.
А теперь я расскажу, что произошло несколько дней назад. Гарольду, сыну
моей тёти Эмилии, исполнилось шесть лет, и, будучи поставлен перед
необходимостью сделать ему какой-нибудь подарок, я зашёл по дороге в детский
магазин и купил одну забавную вещицу, способную доставить ребёнку
удовольствие и одновременно развить его умственные способности. Это был
букет с искусно запрятанной в него резиновой грушей, которая при нажатии
выплёскивала полторы пинты чистой колодезной воды в физиономию каждому, кто
сдуру решил бы понюхать цветочки. Я был убеждён, что такой подарок не может
не понравиться любознательному шестилетнему мальчику, и поэтому схватил его,
не раздумывая.
На моё несчастье, Гарольда завалили подарками столь дорогими и шикарными,
что у меня не хватило духу отдать ему вещицу, разорившую меня на одиннадцать
с половиной пенсов. Демонстрируя редкое присутствие ума - когда это
необходимо, мы, Вустеры, соображаем мгновенно, - я заменил визитку дяди
Джеймса, лежавшую в игрушечном аэроплане, на свою, так что букет с грушей
остался у меня. Сейчас пришло время пустить его в ход.
- Ну? - взволнованно спросил Биффи, как только я зашёл к нему в столовую.
У бедняги был тошнотворно-зёленый цвет лица, и вообще выглядел он хуже
некуда. Я прекрасно понимал его состояние, потому что чувствовал себя точно
так же, когда ждал к ленчу сэра Родерика. Как, пропади оно пропадом, люди с
больными нервами могут с ним разговаривать, я просто не понимаю, и тем не
менее у старикана была самая большая практика в Лондоне. Дня не проходит,
чтобы он не напяливал на кого-нибудь смирительную рубашку. В силу своей
профессии сэр Родерик держит за психов всех и каждого, поэтому я не
сомневался, что стоит Биффи в нужный момент нажать на грушу, как его тут же
объявят безнадёжно помешанным, или как там это называется.
Итак, я потрепал бедолагу по плечу и сказал:
- Всё в порядке, старина!
- Что говорит Дживз? - нетерпеливо спросил Биффи.
- Дживз ничего не говорит.
- Но ведь ты сказал, что всё в порядке.
- Дорогой мой, Дживз не единственный мыслитель в доме Вустеров. Я обдумал
твою небольшую проблему, и должен тебе сообщить, что держу ситуацию под
контролем.
- Ты? - спросил Биффи.
Его тон мне безусловно не понравился. Я всегда считал, что лучше один раз
продемонстрировать, чем тысячу раз объяснить, поэтому я сунул букет ему под
нос.
- Ты любишь цветы, Биффи?
- А?
- Понюхай.
Бедный дурачок покорно наклонился, и я нажал на грушу согласно
инструкции.
Я всегда радуюсь, когда мои затраты себя оправдывают. Заплати я за
игрушку не одиннадцать с половиной пенсов, а вдвое больше, это всё равно
было бы дёшево. Реклама на коробке утверждала, что "эффект неописуемо
забавен", и я могу присягнуть, что так оно и есть. Бедняга Биффи подскочил
на три фута и при падении вдребезги расколошматил маленький столик.
- Вот оно! - воскликнул я.
Несколько секунд старина Биффи бормотал что-то невнятное, затем довольно
горячо выразил всё, что обо мне думал.
- Успокойся, мой мальчик, - сказал я, когда он на мгновение умолк, чтобы
перевести дыхание. - Я вовсе не хотел подшутить над тобой от нечего делать.
Это была демонстрация. Налей воды в грушу, Биффи, возьми букет, дай понюхать
его сэру Родерику и, с моего благословения, сожми пальцы покрепче.
Гарантирую, ты никогда не станешь членом его семьи.
Биффи уставился на меня.
- Ты предлагаешь мне облить водой сэра Родерика?
- Точно. Облей его с ног до головы. Облей его так, как никогда и никого
не обливал до сих пор.
- Но... Он всё ещё смотрел на меня испуганным остекленевшим взглядом,
когда раздался звонок в дверь.
- Великий боже! - вскричал Биффи, задрожав как осиновый лист. - Поговори
с ним, пока я переоденусь.
Я едва успел налить воду в резиновую грушу и положить букет на стол рядом
с прибором Биффи, как в столовую вошёл сэр Родерик. В тот момент я пытался
прислонить к стене обломки маленького столика, и старикан весёлым голосом
сказал мне в спину:
- Добрый день. Надеюсь, я не... мистер Вустер!
Должен честно признаться, мне стало немного не по себе. Всё-таки в
старикане есть нечто такое, что может вселить ужас в самое храброе сердце.
Если на свете существует тип, чьё имя вызывает у людей дрожь в коленках, так
это сэр Родерик Глоссоп. Он обладатель огромной лысой головы, потому что все
волосы, отпущенные ему природой, выросли у него на бровях, а его глаза
пронзают, как два смертоносных луча.
- Здравствуйте! Здравствуйте! Здравствуйте! - сказал я, с трудом
превозмогая желание сделать шаг назад и сигануть из окна. - Тыщу лет, тыщу
зим, что?
- Тем не менее я отчётливо вас помню, мистер Вустер.
- Спасибо! Спасибо! Старина Биффи пригласил меня на ленч. Втроём веселее,
знаете ли.
- Вы дружите с Чарлзом Биффеном?
- О, конечно. С самого детства. Друзья до гроба, и всё такое.
Старикан с шумом втянул в себя воздух, и я увидел, что акции Биффи упали
на несколько пунктов; затем он посмотрел на пол, усеянный обломками столика
и спросил:
- Что случилось?
- О, ничего серьёзного, - объяснил я. - Со стариной Биффи случился то ли
припадок, то ли приступ, и он расколошматил стол.
- Припадок!
- Или приступ.
- Он подвержен припадкам?
Я не успел ответить, потому что в столовую торопливо вошёл Биффи. Он
забыл причесаться, и вид у него был несколько дикий. Я заметил, что старикан
подозрительно на него покосился. Что ж, предварительная работа, на мой
взгляд, была проведена удовлетворительно, и я не сомневался, что после
нажатия на резиновую грушу успех будет полным. Камердинер Биффи вошел с
блюдами, и мы уселись за стол.
В первые минуты у меня создалось такое впечатление, что наша трапеза
пройдёт в полном молчании. Биффи, гостеприимный хозяин, вместо того, чтобы
затеять светский разговор, изредка икал, пережёвывая пищу, а когда я пытался
что-нибудь сказать, сэр Родерик пронзал меня своим взглядом, и я тут же
закрывал рот. К счастью, на второе нам подали фрикасе из цыплячьих лапок,
приготовленных настолько отменно, что старикан, умяв полную тарелку,
попросил добавки и немного подобрел.
- Можно сказать, Чарльз, - произнёс он чуть ли не приветливо, - я пришёл
к вам сегодня с определённой миссией. Да, с миссией. Цыплёнок просто
превосходен.
- Я рад, что он вам нравится, - пробормотал Биффи.
- Исключительно вкусный, - сказал сэр Родерик, отправляя в рот очередную
порцию. - Да, как я уже говорил, с миссией. Вы, молодые люди, живёте в самом
центре метрополии, равной которой нет в мире, и, как мне доподлинно
известно, совсем не интересуетесь её чудесами. Я мог бы заключить пари, если
бы был азартным игроком (которым я не являюсь), на крупную сумму денег, что
вы никогда не осматривали даже такой исторический памятник, как
Вестминстерское аббатство. Я прав?
Биффи пробормотал, что как раз на днях собирался его осмотреть.
- И в лондонском Тауэре вы, конечно, тоже никогда не были?
Нет, в лондонском Тауэре он тоже никогда не был.
- А сейчас, в эту самую минуту, не более чем в двадцати минутах езды на
кэбе от Гайд-парка, проводится исключительно интересная общеобразовательная
выставка образцов как живой, так и неживой материи, собранных со всех
уголков империи и имеющих необычайно важное историческое значение. Я говорю
о Британской Королевской Выставке в Уэмбли.
- Вчера мне рассказали анекдот об Уэмбли, - вставил я, чтобы повеселить
компанию.- Может, слышали? Один тип подходит к другому типу, глухому, как
пень, и спрашивает: "Это Уэмбли?" "Что?" - говорит глухой. "Это Уэмбли?" -
спрашивает тип. "Что?" - говорит глухой. "Это Уэмбли?" - спрашивает тип.
"Нет, девица", - говорит глухой. Ха, ха, ха, вы поняли, в чем тут дело,
что?
Весёлый смех замер у меня на губах. Старикан вроде как шевельнул бровью в
мою сторону, дав понять, что с Бертрамом ему всё ясно. Я не встречал второго
такого человека, у которого так ловко получалось заставить своего ближнего
почувствовать себя ненужным хламом.
- Вы уже посетили Уэмбли, Чарльз? - спросил сэр Родерик. - Нет? Так я и
предполагал. По-моему, я уже говорил, что пришёл к вам с определенной
миссией. Так вот, Гонория хочет, чтобы я сводил вас на выставку. Она
считает, это расширит ваш кругозор, и должен признаться, я с ней вполне
солидарен. Мы поедем в Уэмбли сразу после ланча.
Биффи бросил на меня умоляющий взгляд.
- Ты ведь присоединишься к нам, Берти?
В его глазах отражалась такая смертельная мука, что я колебался не более
секунды. К тому же я чувствовал, что, если резиновая груша оправдает мои
ожидания, наша экспедиция не состоится.
- Спасибо, старина. С удовольствием.
- Мне кажется, мы не должны злоупотреблять великодушием мистера Вустера,
- сказал старикан, надуваясь как индюк.
- О, ничего страшного, - сказал я. - Мне давно хотелось прогуляться по
старой доброй выставке. Я быстренько сбегаю домой, переоденусь и заеду за
вами на машине.
Воцарилось молчание. Биффи не мог произнести ни слова от счастья, что ему
не придётся целый день торчать вдвоём со старикашкой, а сэр Родерик молчал,
чтобы выказать своё неудовольствие. А затем он увидел рядом с тарелкой Биффи
букет.
- Ах, цветы! - воскликнул он. - Мышиный горошек, если не ошибаюсь.
Прекрасное растение: и глаз радует, и пахнет сладостно.
Я многозначительно посмотрел на Биффи. В глазах у него появился
лихорадочный блеск.
- Вы любите цветы, сэр Родерик? - ломающимся голосом спросил он.
- Необычайно люблю.
- Понюхайте эти.
Старикан сунул нос в букет и втянул в себя воздух. Я видел, как пальцы
Биффи медленно сомкнулись на резиновой груше. Я зажмурился и уцепился за
край стола изо всех сил.
- Какой приятный аромат, - услышал я голос сэра Родерика. - Очень нежный
и душистый.
Я открыл глаза. Белый как мел Биффи сидел, откинувшись на спинку стула, а
букет лежал на прежнем месте рядом с тарелкой. Мне всё стало ясно. В самый
критический момент, когда его счастье зависело от одного нажатия пальцев, а
на карту была поставлена вся дальнейшая жизнь, Биффи, это мягкотелое
беспозвоночное, попросту струсил. Мой превосходный план лопнул, как мыльный
пузырь.
Когда я вернулся домой, Дживз возился с геранью в длинном узком ящике,
стоявшем на подоконнике в гостиной.
- Цветы придают комнате совсем другой вид, сэр,- довольным голосом
произнёс он, оглядывая растения отеческим взглядом.
- Не говори мне о цветах, - сказал я. - Дживз, теперь я знаю, как
чувствует себя генерал, который разработал гениальный, научно обоснованный
план, а солдаты не выполнили его в последнюю минуту.
- Вот как, сэр?
- Да. - Я вздохнул и рассказал ему всё, что произошло. Он слушал меня
очень внимательно.
- Мистер Биффен весьма легкомысленный и непостоянный молодой джентльмен,
- прокомментировал он мой рассказ. - Вам потребуются мои услуги сегодня
днём, сэр?
- Нет. Я уезжаю в Уэмбли. Зашёл домой, чтобы переодеться и взять машину.
Подбери мне какую-нибудь прочную одежду, Дживз, - мало ли что в толпе может
случиться, - а затем позвони в гараж.
- Слушаюсь, сэр. Мне кажется, вам следует надеть серую шевиотовую
пиджачную пару. Осмелюсь ли я попросить довезти меня на машине, сэр? Дело в
том, что сегодня я тоже собирался посетить выставку.
- А? Ну конечно.
- Благодарю вас, сэр.
Я быстро переоделся, и мы заехали за Биффи, который уселся вместе с сэром
Родериком на заднее сиденье. Дживз сел рядом со мной. У Биффи было такое
выражение лица, что мне от всей души стало жалко беднягу, и я в последний
раз попытался усовестить Дживза.
- Послушай, Дживз, - сказал я, - честное слово, ты меня здорово
разочаровал.
- Мне очень жаль, сэр.
- Тем не менее я разочарован. Разрази меня гром, я в тебе разочаровался
дальше некуда, Дживз. Мне кажется, ты должен был пошевелить мозгами и помочь
мистеру Биффену выпутаться из этой передряги. Ты видел его лицо?
- Да, сэр.
- Ну и как?
- Простите, сэр, но я могу лишь сказать, что мистер Биффен сам виноват в
том, что взял на себя брачные обязательства, которые ему тяжело выполнить.
- Ты несёшь какую-то чушь, Дживз. Ты не хуже меня знаешь, что Гонория
Глоссоп - наказание божье. С тем же успехом можно сказать, что пострадавший
сам виноват в том, что его переехал автомобиль.
- Да, сэр.
- Вот именно. Кроме того, несчастный осёл был не в том состоянии, чтобы
оказать мисс Глоссоп достойное сопротивление. Он потерял единственную
девушку, которую любил, а ты сам понимаешь, как это действует на любого
мужчину.
- А что случилось, сэр?
- Насколько мне известно, мистер Биффен влюбился в какую-то девушку на
пароходе, и они расстались в таможне, договорившись встретиться на следующее
утро в гостинице. Ну, ты знаешь Биффи. Он через раз забывает своё
собственное имя. У него начисто вылетело из головы название отеля, где она
остановилась, а адреса он не записал. Бедняга всё это время жил как во сне,
а когда проснулся, внезапно обнаружил, что обручён с Гонорией Глоссоп.
- Всего этого я не знал, сэр.
- По-моему, кроме меня об этом никто не знал. Биффи рассказал мне эту
историю, когда мы были в Париже.
- Мне кажется, ему следовало навести о ней справки, сэр.
- Я сказал ему то же самое. Но он забыл, как её зовут.
- Непостижимо, сэр.
- Это я тоже сказал. Но факт остаётся фактом. Он помнил лишь её имя -
Мэйбл. Сам понимаешь, не мог же он рыскать по всему Нью-Йорку в поисках
девушки по имени Мэйбл, что?
- Это было бы затруднительно, сэр.
- Ну, вот видишь.
- Да, сэр.
В это время мы попали в поток машин, и мне пришлось применить всё своё
искусство, чтобы из него выбраться, поэтому я не стал продолжать разговор с
Дживзом. К тому же мы приехали в Уэмбли, и, отыскав место стоянки, я
остановил машину.
Мы вышли, и Дживз, по своему обыкновению, сразу куда-то исчез, а сэр
Родерик тут же взялся быть нашим гидом и решительно зашагал к Промышленному
Павильону. Мы с Биффи плелись следом. Знаете, по правде говоря, я не знаток
и не любитель разного рода выставок. Большое количество граждан отбивает у
меня всякую охоту смотреть на экспонаты, и когда меня толкают со всех
сторон, мне через полчаса начинает казаться, что я хожу по раскалённым
углям. Что же касается балагана, в котором я тогда оказался, ничего
заслуживающего внимания там, с моей точки зрения, не было. Нет, нет, я не
спорю, несомненно, миллионы людей визжат от восторга и приходят в
возбуждение при виде чучела ежа-рыбы под стеклянным колпаком или зерна из
Западной Австралии, но Бертрам к их числу не относится. Да, Бертрам не из их
числа, можете мне поверить.
К тому времени, как мы закончили осмотр типичной деревни Золотого Берега
и направились к Индустриальному Павильону, все признаки указывали на то, что
скоро я потихоньку улизну и отправлюсь в бар "Упрямая Лошадь", расположенный
в секторе Вест-Индии. Сэр Родерик д
...Поділитися у соцмережах
