Жанр: Юмор
Новый друг комиссара Фухе
...Сорвиля?
Кляча приволокла трезвеющего комиссара к полковнику Фасту только под
утро. Полковник встретил его и с явным нетерпением вопросил:
- Виновен?
Фухе замотал головой, категорически отрицая виновность президентского
сына.
- А кто же документы похитил? - не отставал полковник.
- Как - кто? - удивился Фухе.- Капитан Сорвиль!
Новелла четвертая
ДИНАСТИЯ ФУХЕ
1. СЧАСТЛИВОЕ ПРИБЫТИЕ
Фухе обстоятельно доложил Конгу о выполненном щекотливом задании и
вытянулся в ожидании похвалы.
- Так, козлик,- произнес Конг задумчиво.- Значит, документы
государственной важности похитил капитан Сорвиль... Но в то же время он
невиновен, так как является родным сыном избранного вчера президента... Уж
не гнездится ли измена в самом президентском дворце?
Фухе поразился такому смелому образу мыслей и позволил себе спросить:
- Вы хотите сказать, господин Конг, что похищение документов было
инспирировано нашим нынешним президентом?
- Пока я еще ничего не хочу сказать,- раздраженно ответил Конг.- А тебе
вообще следует помолчать некоторое время... На-ка вот триста гульденов и
отправляйся в "Крот"!
Фухе зажал в кулаке гонорар и вприпрыжку бросился его пропивать.
А Конг еще некоторое время задумчиво разглядывал свою гантелю и
напряженно размышлял.
"А ведь разболтает, паршивец,- наконец решил он.- Знаю я его
скромность!... Не мешало бы заткнуть ему глотку по поводу этих
Сорвилей..." Он позвонил. В
кабинет вошел громила с огромной челюстью и остановился в ожидании
приказания.
- Вот что, Шпалера,- сказал Конг.- Иди сейчас в "Крот" и послушай, что
там будет провозглашать бывший комиссар Фухе. Придерись к любому его
скользкому высказыванию и арестуй. Мне нужно засадить этого кретина на
некоторое время. Только не рукоприкладствуй: он мне еще пригодится!
Шпалера низко поклонился, жуя бабл-гам, и, ощупывая в кармане наручники,
вышел.
Фухе пропивал уже вторую сотню, когда заметил за своим столиком громилу
с огромной челюстью, жадно поглощавшего пиво.
- Ты, наверное, из контрразведки? - спросил Фухе, чувствуя, что уже едва
ворочает языком.
Громила покрутил челюстями, подумал и отрицательно покачал головой.
- Не ври! - обиделся Фухе.- И не забывай: у меня интуиция. Думаешь, я не
понимаю, что Конгу нужно изолировать меня на пару недель? Уж он-то не
пройдет мимо, если унюхает какую-нибудь интригу!
Шпалера изумленно смотрел на великого Фухе и с тоской думал, что не
удастся выполнить задание шефа, а следовательно, получить очередной отпуск.
А Фухе разошелся не на шутку. Опорожнив подряд две кружки виски, он
почувствовал себя всемогущим, вскарабкался на стол, опираясь на челюсть
громилы, и произнес речь к превеликому удовольствию публики:
- Уважаемые граждане нашей великой, но нейтральной державы! Несмотря на
происки наших врагов, мы поддерживаем единство и сплоченность! Перед нами
открыты широкие горизонты новых достижений! Возьмемся же дружно!
Шпалера с тоской слушал патриотическую речь комиссара. Придраться, увы,
было не к чему... Тогда он с остервенением вцепился своими мощными вузами в
лодыжку комиссара.
- Граждане! - взвыл тот.- Посмотрите на этого агента реакции! Он желает,
чтобы я высказался в политическом смысле и поэтому кусает меня слоновьими
челюстями! Отпусти! Отпусти, дурак! И Конг твой дурак! И президент Сорвиль
дурак! Не боюсь я вас...- шепотом закончил Фухе, ужасаясь сказанному.
А Шпалера трясся от радости: неосторожные слова уже слетели с уст
комиссара при многочисленных свидетелях. Стащив челюстями комиссара со
стола, он щелкнул наручниками и поволок несчастного в контрразведку.
Конг уже давно поджидал своего агента с арестованным. Вызванные им члены
военного трибунала города, выпив все запасы начальника контрразведки,
затеяли преферанс и нетерпеливо посматривали на часы в предвкушении
веселого развлечения.
Шпалера втолкнул Фухе в кабинет и провозгласил, выплюнув жвачку:
- Вот. Говорил на президента дурак.
Конг потер руки, члены трибунала поспешили подвести итог преферанса и
расплатиться друг с другом, и началось судилище.
Против ожидания Фухе получил 15 суток не за нарушение общественного
порядка, а за оскорбление президента, да еще плюс 15 лет за разглашение
государственной тайны.
В городской тюрьме его встретил Дюмон, приятно улыбнулся и проговорил:
- Значит, соседями будем? Правда, недолго: мне через два года на пенсию,
а ты, сокол, говорят, на пятнадцать лет к нам собрался? Ну, милости просим,
со счастливым прибытием! А тюремщиком я к тебе Алекса приставлю, чтоб не
скучал, а то, знаешь, радио у нас нет, книги газеты не положены, девочек не
держим...
- Безобразие...- возмутился Фухе.- Раньше все это позволялось...
- И сейчас позволено,- пояснил Дюмон.- Но только уголовным. А ты у нас,
гусь, политический, тебе никак нельзя.
И комиссара поместили в чистую и уютную одиночку.
2. КРЫША НАД ГОЛОВОЙ
Вечером на дежурство по политическому отделению городской тюрьмы
заступил Габриэль Алекс.
Фухе долго взывал к своему другу из-за железной двери, но безуспешно:
разговаривать с заключенными тоже не полагалось. Тогда Фухе решил
объявить
голодовку. Он подпер дверь своей казенной железной кроватью, и когда Алекс
стал открывать ее, чтобы дать заключенному ужин, она не поддалась.
- И черт с тобой,- равнодушно произнес Алекс и сам слопал ужин.
Фухе с пустым желудком плюхнулся на кровать, но заснуть не смог: всю
ночь из центра города доносились какие-то взрывы, пулеметная стрельба и
скрежет гусениц. Впрочем, заключенного это мало интересовало. Под утро,
наконец, он заснул.
Разбудили его весьма грубо. Кровать, подпиравшая дверь, с визгом
отлетела к противоположной стене, а Фухе, грохоча вставными челюстями,
грюкнулся на пол.
В камеру вошли двое. При виде первого из них Фухе в ярости зачихал: это
был Конг. А вторым оказался старикашка Кальдер, преизвестнейший генерал,
который давно уже отметил свое девяностолетие.
- Вставай, гусь! - приказал Конг.- Хватит на полу валяться,
простудишься!
- Да-да, молодой человек, вставайте,- упрашивал Кальдер.- Простудитесь,
а вы нам, хе-хе, здоровеньким нужны.
Фухе встал и тупо уставился на гостей.
- Ну, вот и амнистия,- сказал Конг.- Можешь быть свободным, только
подпиши вот эту бумажку.
Конг протянул опешившему Фухе листок.
Фухе прочитал его и чуть не поперхнулся.
- Опять военный переворот? - наконец спросил он.
- Гражданский, молодой человек, гражданский, хе-хе! - возразил Кальдер и
показал на свой вполне штатский костюм, состоявший из потрепанных джинсов и
футболки.
- Быть не может! - не поверил Фухе.- Конг и Кальдер - и вдруг
гражданский переворот?
- А вы в окошечко свое, хе-хе, посмотрите,- предложил Кальдер.- Сами
убедитесь.
Фухе глянул через решетку. Действительно, все напоминало военный
переворот, но переворот все-таки был гражданский. Во дворе тюрьмы стоял
танк, на башне которого красовалась малая надпись: "Трактор"; по улице шли
молодчики с автоматами, но в шортах и кедах. Шли они строем и со знаменем и
с командиром впереди, но на знамени было написано: "Спортивная команда
имени Свободы", а командир, видимо, был тренером.
- Да,- согласился Фухе.- Но почему подписать манифест должен я?
- Когда мы свергли этого изменника Сорвиля,- объяснил Конг,- я сразу
предложил твою кандидатуру как самого популярного в народе человека.
Господин Кальдер уже стар, я чересчур жесток, а другие наши соратники
малоизвестны. Вот почему я и предложил тебя на пост главы временного
правительства вплоть до новых президентских выборов, которые мы проведем
через пару дней. Впрочем, президентом тоже будешь ты.
- Зачем же тогда нужно было сажать меня в тюрьму? - удивился Фухе.
- А это чтоб ты не отказался стать президентом,- ухмыльнулся Конг.
- А если я откажусь?
- Ну и будете сидеть здесь пятнадцать лет, хе-хе, и пятнадцать суток,-
вмешался Кальдер.
Фухе хоть и не очень понимал, что кругом происходит, но он понял одно:
его опять ставят под удар. Если переворот провалится, полетит не чья-то
голова, а его. Если же переворот будет удачным, его сделают послушной
марионеткой.
- Я лучше здесь посижу,- ответил он.
Кальдер и Конг от изумления открыли рты.
- Чего? - спросил Кальдер.- Вы предпочитаете гнить в тюрьме вместо того,
чтобы быть президентом?
- А здесь неплохо,- соврал Фухе,- кормят бесплатно, делать ничего не
надо, крыша над головой есть.
- Ах, так! - разъярился Конг.- Что ж, Дюмон тебе покажет, как
артачиться!
И посетители вышли,
3. ФУХЕ - ПРЕЗИДЕНТ
Дюмон не замедлил явиться.
- Ну, сокол,- сказал он.- Сегодня я свой гранатомет из ремонта возьму.
Охоту устроим.
- Не умею я охотиться! - огрызнулся Фухе.
- А тебе и не придется. Охотиться я буду. Из своего окна. А ты по двору
бегать будешь, в роли зайца. Так-то вот. Бумажку тут тебе Конг оставил и
сказал, что подписать ты должен. Так ты не тяни, подписывай, пока мой
гранатомет в мастерской Фухе гордо отвернулся, и Дюмон вышел.
Выбраться из тюрьмы было немыслимо. Окно было забрано крепкими стальными
прутьями, да и во дворе за окном расположилась вокруг трактора спортивная
команда. Железную дверь прогрызть комиссару было явно не по зубам.
- Алекс,- взмолился он.- Отпусти!
- Не могу,- ответил из-за двери верный друг.- Вы же знаете - у меня
жена, дочка... Я вас отпущу, а меня премии лишат. Не могу!
Фухе в отчаянии забегал по камере, поглядывая за окно. Через час во
дворе показался Дюмон, и Фухе с ужасом заметил за плечами начальника тюрьмы
гранатомет.
- Конец! - решил комиссар.- От этой штуки я в пыль превращусь! Лучше уж
на электрическом стуле!
Дверь распахнулась, и на пороге вырос Дюмон.
- Ну? - поинтересовался он.- Подписал?
Фухе молниеносно подмахнул свою подпись под манифестом и властным тоном
приказал:
- Я, глава временного правительства нашей великой, хоть и нейтральной
державы, назначаю на должность начальника городской тюрьмы Габриэля Алекса,
а ты, Дюмон, будешь исполнять обязанности тюремщика. Машину мне!
Фухе прибыл в контрразведку как раз в тот момент, когда Конг и Кадьдер
отчаялись найти более подходящую, чем бывший комиссар, кандидатуру в
президенты.
- А, козлик! - обрадовался Конг.- Решился-таки?
- Решился! - величественно заявил Фухе. - Не кури в кабинете! - заорал
он на опешившего Конга.
- Вот это наш, хе-хе, человек! - потер руки Кальдер.- А вы не курите,
Аксель, не надо, а то их превосходительство серчают, хе-хе...
Конг бросил сигарету в окно и произнес:
- Послезавтра выборы президента. Если мы поставили на Фухе, то он обязан
стать главой государства.
- А если избиратели не проголосуют? - засомневался новоиспеченный
премьер-министр.
- Проголосуют, хе-хе,- успокоил его Кальдер.- У нас средство есть.
- Какое средство?
- А вот мы из Института Биологии крысок зараженных выпустим, они и
разбегутся кто куда.
- Ну и что? - не понимал Фухе.
- А то, что крысиный яд мы уже скупили на корню, и получит яд только
тот, кто явится на избирательный участок и проголосует за вас, хе-хе.
- Так они ведь заразу разнесут!
- Не разнесут, хе-хе. Обычные белые крысы, хе-хе, а мы их объявим
отравленными. Так что, молодой человек, с вас причитается!
4. ФУХЕ - ИМПЕРАТОР
Через день Франц-Фердинанд Фухе стал президентом. Он быстро приступил к
проведению реформ, которые ему диктовали Конг и Кальдер. Президент
сформировал новый кабинет, где Конг стал министром внутренних дел, Кальдер
- военным министром, а остальные портфели разобрали активные сторонники
новой власти. По настоянию Фухе Алекс был назначен министром просвещения, а
Санчес, найденный пуделем Арчибальдом на помойке - министром иностранных
дел. Демократию потихоньку прижимали. Фухе даже предложил продавать
спиртные напитки с двух часов дня, но Конг объяснил ему, что пьяным народом
легче управлять, и в этом отношении все осталось по-прежнему. Все газеты
были закрыты, за исключением одной - "Гласа божьего", которая внушала
населению, что президент Фухе - наместник господень.
Одно лишь обстоятельство омрачало настроение представителей новой власти
- оппозиционное движение на окраинах страны. Все государственные
вооруженные силы пришлось бросить против мятежников, но это не помогало. Да
тут еще и в столице появились листовки, главным содержанием которых было:
"Долой узурпатора Фухе!" Фердинанд Фухе добился того, о чем мечтал всю
жизнь - он ничего не делал, кроме подписывания бумаг и выступлений по
телевидению, которые ему готовил Конг, зато много ел и пил, жил в полнейшей
роскоши.
Как-то Алекс в частном разговоре с президентом вспомнил, что когда-то
давно, еще в прошлом веке, президент Фракции Луи-Наполеон провозгласил себя
императором.
- А что для этого нужно? - сразу спросил Фухе.
- Не знаю,- пожал плечами Алекс,- по-моему корону купить надо.
- А где?
- Наверное, в той стране, где императоры были... Кстати, в Лувре должна
быть корона Карла Великого...
Фухе тут же вызвал министра иностранных дел Санчеса и отправил его с
официальным визитом во Францию.
Через три дня Санчес доложил:
- Золото и драгоценности, из которых сделана корона, стоят двадцать
тысяч франков...
- Всего-то?...- разочарованно протянул Фухе.
- Но как историческая ценность она стоит сто миллиардов франков,-
добавил Санчес.
- Сколько? - ужаснулся Фухе.- Да у нас и в казне столько нет! Где же их
взять?
- Может, новый налог учредить? - подсказал Алекс, пивший в углу пиво.
- Налог? А на что?
- Ну, например, на кошек и собак.
- Как это?
- А так. Кто держит у себя кошек, собак, попугаев и прочую живностъ,
пусть платит!
- Не получится! - вздохнул Фухе.- Общество охраны животных
воспротивится.
- Почему?
- Владельцы передушат своих любимцев,- объяснил Фухе.- А вот если на
мух? Есть в доме мухи или комары -
- плати! И чистоту наведем, и деньги соберем.
- Всего два миллиарда,- подсчитал Санчес.- И то если по десять гульденов
в месяц собирать.
- Маловато...- Фухе задумался.- А если продать что-нибудь?
- Ну, еще миллиард за эту мебель и обстановку...- развел руками Санчес.
Алекс допил пиво, встал, подошел к висевшей на стене карте своей великой
нейтральной державы и ткнул в нее грязным пальцем.
- Продайте территорию! - сказал он.
- Как я об этом не подумал? - воскликнул, вскочив, Фухе.- У нас же
миллионы квадратных миль! А что продать?
- Да вот хоть Цунамскую область с городом Самумом,- посоветовал Алекс.
Спустя неделю Фухе держал в руках корону Карла Великого. На голову
водрузить он ее не мог, так как корона была чересчур велика, но сердце
президента наполнилось гордостью.
- Итак, я первый представитель императорского дома Фухе, династии так
сказать! - радовался он.- И имя у меня такое же, как у наследника
австро-венгерского престола эрцгерцога Франца-Фердинанда, невинно убиенного
в Сараево в четырнадцатом. Алекс, брось ты свое пиво, пиши манифест о
провозглашения меня императором!
- Почему я? - спросил Алекс, не желавший расставаться с пивом.
- А кто у нас министр просвещения?
Алекс, кряхтя, сел за стол, но писать не стал. На улице послышались
выстрелы, взрывы и скрежет гусениц.
- Переворот! - в ужасе закричал Фухе.- Пиши скорей, тогда я их своей
императорской властью растопчу!
Но было поздно. В кабинет президента ворвались молодчики в пестром
одеянии.
"Оппозиционеры,- подумал Фухе.- Но как они попали в столицу?" Но тут
вслед за молодчиками появились спортсмены в кедах и с автоматами, а за ними
- подлые интриганы! - Кальдер в футболке и Конг с гантелей.
- Господин президент, вы арестованы! - торжественно произнес Конг, а
потом неофициально добавил.- Зачем Самум продал, дурак?
Новелла пятая
БРОСАЮЩИЙ ВЫЗОВ
1. ЗА СТАРУЮ ДРУЖБУ
После стремительного взлета император Фухе ощутил головокружительное
падение. Его снова водворили в ненавистную камеру городской тюрьмы и снова
мерзавец Дюмон стал проделывать свои гнусные шуточки с гранатометом.
Министра просвещения Габриэля Алекса и министра иностранных дел дона
Алонсо-МигеляХуана-Херардо Санчеса отвезли в психиатрическую лечебницу
излечивать манию величия.
А беднягу Фухе ждал судебный процесс, не суливший ему ничего приятного.
Правда, процесс связывал руки подлецу Дюмону, не осмеливавшемуся
по-своему
расправиться с его коронованной особой. Впрочем, судебное разбирательство
могло окончиться лишь одним: электрическим стулом.
Именно поэтому Фухе, спокойный и тихий от рождения, вдруг замыслил
противозаконную акцию - побег из места заключения.
Следователь вызывал Фухе на допросы крайне редко, и великий комиссар
решил воспользоваться этим обстоятельством для осуществления своего
замысла.
Нужно было только дождаться благоприятного момента.
Как ни странно, этот момент ему предоставил тот, кто должен был денно и
нощно караулить комиссара - сам начальник тюрьмы.
Дюмон умудрился налакаться огненной воды на собственном юбилее по поводу
пятидесятилетия работы блюстителем порядка. Придя в полное недоумение, он
ввалился в тюрьму, на радостях расшвырял охране все свои наличные деньги и
распустил ее до утра. Затем, кряхтя и звеня ключами, он двинулся в камеру
Фухе, не забыв прихватить с собой гранатомет.
Фухе встретил Дюмона достаточно враждебно, но тот вдруг сменил гнев на
милость.
- Пупсик ты мой,- слезливо промямлил Дюмон.- Скучаешь тут сам, а?
- Ступай прочь! - твердо произнес Фухе.
- Гонишь? Гонишь старого соратника? А кто тебя на работу в поголовную
полицию принимал? Хочешь, я тебе стаканчик налью?
Фухе не мог отказать себе в удовольствии прополоскать глотку: уж слишком
долго он прозябал в этой проклятой одиночке. Сверкнув глазами, он миролюбно
согласился:
- Ну, разве что за старую дружбу...
Тут же из-под длинного плаща Дюмона появилась бутылка коньяка. Фухе
сунул в руку начальника тюрьмы стакан и вздохнул:
- Лей!
Когда бутылку опорожнили, Дюмон начал было петь боевые песни, но вдруг
осекся и плюхнулся на койку заключенного Фухе.
- Мер-рзавец! - сказал Фухе.- Хоть бы ботинки снял!
Дверь была распахнута и манила свободой.
2. ОПАЛЬНЫЙ ИМПЕРАТОР
Ближайший аэродром был в пяти милях от тюрьмы. Фухе понимал, что в своей
великой, хоть и нейтральной державе он не сможет укрыться от бдительного
ока Конга. Нужно было бежать как можно дальше, желательно в Западное
полушарие. Для этого самолет нужен был обязательно военный, способный
быстро и удобно донести его до какого-нибудь Парагвая.
Зная, что недалеко от тюрьмы находится военная база ВВС США, Фухе
направился к ней, остановив на шоссе машину и вытряхнув из нее изумленного
владельца. Фухе знал также, что безалаберные американские техники не только
позволят ему сесть в самолет, но еще и горючего дадут на дорожку.
Прибыв к базе, Фухе стал размахивать руками, привлекая к себе внимание.
Сначала к нему подошел долговязый майор и уставился на него стекленными
глазами, затем подбежали еще несколько офицеров и нижних чинов. Наконец,
долговязый спросил:
- Фуке?
- Фуке, Фуке! - утвердительно замычал комиссар.
- Президент? - вновь спросил майор.
- Си, си, президенто! - обрадовался Фухе, почему-то забыв английскую
речь, которой он владел в совершенстве.- Фото! Фото!
Долговязый осклабился, кивнул сержанту, и тот исчез. Появился сержант
через минуту с фотоаппаратом и протянул его майору.
- Ми тебе чик! - по непонятной причине на ломаном языке проговорил
майор, собираясь фотографировать сенсацию.- Ти из призн? Тюрма? Бежаль?
- Си, си, призн! - закивал Фухе.- Ти мене чик, я твой птица - тю-тю! - И
комиссар замахал руками, показывая, как он полетит на самолете.
Долговязый понял, еще раз осклабился и заработал аппаратом. Прощелкав
всю пленку, он сделал жест в сторону новенького В-52.
- Тафай-тафай, френд, амиго!
- Вива американос! - заорал Фухе и вприпрыжку помчался к самолету.
"Так я и знал,- думал он на бегу,- что эти вояки за любую сенсацию
отдадут что угодно! А тут - собственноручная фотография опального
императора! Не устояли!"
3. КУБА ВО ФЛОРИДЕ
Но американские зрители были не только легкомысленными лоботрясами, но и
хвастливыми пустобрехами. В этом Фухе убедился через какой-нибудь час,
когда радиоприемник, источавший грохот группы "Моторхед", вдруг запричитал
на его родном языке о бегстве бывшего президента Фухе на американском
самолете.
"Все,- подумал беглец.- теперь-то уж Конг меня из-под земли достанет!
Куда теперь?" Решив не обременять свой мозг излишними рассуждениями, Фухе
завалился спать, задав автопилоту курс на Кубу, где, быть может, его примут
коммунисты и не выдадут кровожадному Конгу.
Будильник разбудил его как раз вовремя: прямо по курсу показалась земля.
Фухе оперативно зевнул и пошел на посадку.
Его несколько удивляло, почему кубинская противовоздушная оборона не
отреагировала на появление американского самолета, но он быстро успокоился.
"Говорил же Конг,- подумал он,- что у этих красных все не так. Может,
они меня живым взять хотят." Но удивление его вновь возросло, когда он,
опустившись на посадочную полосу, обнаружил, что приземлился прямо на
ракетную базу. И никто не обратил на него внимания!
Посреди базы стояла огромная ракета на каких-то слоновьих подпорках,
вокруг нее носились люди в комбинезонах.
-Вот это да! - ужаснулся Фухе.- У красных уже есть ракеты высотой в
Эмпайр Стэйт Билдинг!
Тем не менее он выбрался из самолета и двинулся к людям. И даже теперь
все равнодушно скользили по нему взглядом.
- Ничего не понимаю,- вслух размышлял Фухе.- На мне ведь американским
летный комбинезон... Неужели красные совсем рехнулись?
И вдруг он остолбенел. Прямо перед ним вилась отличная бетонная
автострада, а рядом с ней стоял вполне лаконичный указатель: "Канаверал.
Флорида".
- Так вот почему они не обратили на меня внимания! - взвизгнул он.- Я в
Штатах, а здесь до меня Конг доберется!
Однако быстро взяв себя в руки, он твердым шагом двинулся к гигантской
сигаре, на которой уже отчетливо вырисовывался звездно-полосатый рисунок
флага и белая надпись "Чзлленджер" - "Бросающий вызов".
- Кто кому еще бросит вызов,- бормотал Фухе.- Я вот Акселю Конгу покажу
Фердинанда Фухе! Пусть достает меня из-под земли!
Смешаться с толпой обслуживающего персонала ничего не стоило: у него был
такой же комбинезон, как и у всех окружающих.
- Ну что, запустим? - обратился он к одному из рабочих.
- Старт через три часа! - закричал тот.- Где Флойд? Ты вместо него, что
ли?
- Я! - не растерялся Фухе.
- Так давай в лифт, да поживее! - опять прикрикнул рабочий. Фухе быстро
скользнул в лифт. Что-то загудело, и он понесся вверх.
Когда кабина остановилась, Фухе выбрался из нее и сразу попал в мир
чудес. Да, побывать в космическом корабле ему еще не приходилось!
4. КОСМИЧЕСКАЯ ОДИССЕЯ
Нужно было где-то спрятаться, совершить полет с экипажем и героем
вернуться на Землю. Тогда уж Конг не решится покушаться на его жизнь и
свободу!
Металлическое яйцо приличных размеров показалось комиссару самым
подходящим местом.
"Кажется, это катапульта,- решил Фухе.- Отсижусь здесь до выхода на
орбиту. Авось, эта штука не выстрелит: видно, аварийная. Корабль-то
многоразового
использования!" Фухе влез в яйцо, бросился в кресло и тут же заснул.
Разбудил его толчок и дикая тяжесть. Комиссара тут же стошнило, он
открыл крышку яйца в поисках свежего воздуха и лицом к лицу столкнулся с
астронавтом в серебристом скафандре.
- А-ва-ва,- сказал астронавт, ступил шаг назад, споткнулся и грохнулся
головой о какие-то рычажки и кнопочки на черном пульте. Тут же катапульта
выплюнула яйцо, заставив комиссара, изрыгавшего остатки вчерашнего коньяка
и тюремного ужина, несколько раз проделать в воздухе путешествие от одной
стенки до другой.
Описав сложную траекторию, яйцо плюхнулось в какой-то водоем.
Фухе поспешил выбраться на волю и с ужасом отметил, что приводнился он в
тюремный бассейн, мимо которого бежал несколько часов назад на американскую
базу.
Выход был один - идти с повинной.
Фухе снял комбинезон и побрел через тюремный сад в свою камеру.
На его удивление Дюмон все еще спал на тюремной койке. Никого кругом не
было: видимо, охрана, отпущенная до утра, еще не соизволила явиться.
Вдруг заверещал телефон в кабинете начальника тюрьмы. Дюмон дернулся,
затем вскочил, выпрыгнул в коридор и помчался к кабинету.
- Да! - заорал он с похмелья.- Простите, господин Конг... Что? Фухе? Тут
он! Что? Американцы? Разве вы не знаете их правдивость? Как докажу? Фухе,
иди сюда, скажи господину Конгу, что ты здесь. Не надо? И так верите? Какой
"Чэлленджер"? Ах, космический корабль! Ну и черт с ним, взорвался так
взорвался!
И Дюмон в сердцах бросил трубку.
З марта 1986 * * *
Александр Гаврюшин
ОРХИДЕЯ
"Да, давно это было... И неправда...
Люди были отзывчивые, а собаки еще бегали... Но давно это было... И
неправда..."
Волосинка ноздри комиссара Фухе, почувствовав сырость, поежилась и
уперлась в хрящ, прилипнув к сопле. Спать на опушке леса в конце сентября,
подложив под голову пресс-папье и укрывшись папье-маше - дело не для
простых людей.
- Руки вверх! - заорал голос из-за куста.
- Стой! Кто идет?! - ответил второй голос.
Проснувшись, комиссар поднял пресс-папье, но, постепенно приходя в себя,
икнувши и чихнувши, высморкавшись в папье-маше и выпустив газы в атмосферу,
найдя свою непослушную волосинку и водворив ее на место в ноздре, он,
наконец, пришел в себя.
- Алекс! Как дела? - произнес комиссар, преодолев затруднения
логопедического характера.
- Ее нет! - ответил тот, что подошел, схватившись за ствол сосны. Сосна
накренилась.
Прошло около трех часов, прежде чем два друга смогли нормально обсудить
создавшееся положение.
- Откуда сторож взялся? - спросил Фухе.
- Да он же пистолет принес,- ответил Алекс.
- А где я его потерял? - почесав сморщившийся от напряжения мысли лоб,
опять вопросил Фухе.
- Он говорит, что возле оранжереи,- промычал Габриэль.
- А что я там вчера забыл? - не сглаживая чела прошептал комиссар.
- Вы взяли десять франков у ботаника Футре и обещали ему найти
похитителя его редкой орхидеи крип...
клип... грум... нет,
...Поділитися у соцмережах
