Жанр: Юмор
Новый друг комиссара Фухе
...востоку,
развернул ее, одел парашют и скомандовал: "С богом!"
- А база? - удивился Санчес.
- От базы через несколько минут ничего не останется: я положил самолет
на курс снижения прямо в координаты острова,- объяснил комиссар и повторил:
- С богом!
7. ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ
- Вот так встреча! - воскликнул человек в длинном плаще, сидевший на
корме катера.- Никак Фухе?
- Аксель? - не менее удивился Фухе, которого только что подобрали с
поверхности океана, где он болтался в резиновой лодке.- Понял все-таки, что
база возле Акапулько?
- Ты-то до нее хоть не добрался? - забеспокоился Конг.
- Не успел.
- Ну и хорошо, что но успел. А кто это с тобой? Алекс? Не узнал, не
узнал... А это что еще за рожа бандитская?
- А он и есть бандит, зовут дон Санчес.
- Не слыхал, не слыхал,- засокрушался Конг. - Сегодня он бандит, завтра
министр... Э! Да что там говорить?
Все мы бандиты...
Так рассуждал Конг, пока Фухе и его спутники приходили в себя после
путешествия по воздуху.
- Значит, до базы вы не добрались? - радовался Конг.- Ну и слава богу, а
то ты мог бы и взорвать ее, а вместе с ней и ядерное могущество нашей
великой, хоть и нейтральной державы... Ничего, сейчас мы наведем на базе
порядок!
- Как? - поинтересовался Фухе.
- А вон за нами идут вертолеты войск ООН. Парагвай не сможет не
подчиниться нормам международного права.
- Знаешь, Аксель,- заискивающе сказал Фухе,- давай лучше повернем к
берегу или на вертолет переберемся...
- Что еще такое? - всполошился Конг.
- Ничего, просто через пару минут так тряхнет, что и косточек наших со
дна не выловят...
- Ах ты, тараканья кровь! - выругался Конг, но не мешкая дал сигнал
одному из вертолетов снизиться.
Когда катер несся по волнам уже без экипажа, а вертолеты рубили
лопастями воздух в направлении Калифорнии, мощный сноп света, грохот и
высокий дымный гриб отметили то место, где нашли свое последнее пристанище
души пассажиров рейса Асунсьон-Сан-Паулу.
А еще через насколько минут сотрясение тверди земной произвело страшные
разрушения в Акапулько, Мехико и других мексиканских городах.
Новелла вторая
ГОЛОВА РАМЗЕСА
1. СДЕЛКА С ДЬЯВОЛОМ
Парагвайско-мексиканская эпопея комиссара Фухе, столь много ему
обещавшая, закончилась тем не менее весьма плачевно. Едва бело-голубой
вертолет приземлился на спецаэродроме войск ООН в Калифорнии, как Конг
вытащил из лайнера упиравшегося комиссара и дружески проговорил:
- Ну вот, слышал, дурак, что по радио сказали? Мало того, что ты
уничтожил значительную часть ядерных запасов нашей великой, но нейтральной
державы, так ты еще и пол-Мехико разрушил. А что, отправлю-ка я тебя к де
ла Мадриду, пусть он с тобой разбирается...
- Это в Испанию? - недоуменно спросил Фухе.
- Дурак! Де ла Мадрид - это мексиканский президент...
- Ой, не надо! - неожиданно заскулил Фухе.- Он же меня угробит!
- Правильно, угробит,- согласился Конг.- Ты сам этого заслуживаешь. Вот
и Алекса твоего туда же!
- А можно одного Алекса? - спросил Фухе.
- Ну уж нет. Его только как дополнение к тебе!
- Аксель - взмолился комиссар.- Никто, кроме тебя, не знает, что это мы
рванули базу возле Акапулько...
- И что ты хочешь этим сказать?
- Может, ты по старой дружбе?...
Конг задумался.
- Ладно, живи,- согласился он наконец.- Но чтоб ближайшим самолетом
летел домой! Явишься к Лардоку и напишешь рапорт о случившемся. А в
министерстве потусторонних дел мы его под сукно спрячем. И будешь ты,
суслик, делать то, что я тебе прикажу, а иначе - сукно тонкое, порваться
может... Как бы тогда тебе не пришлось вспоминать счастливые дни в
Гваделупе...
- Но Аксель...
- Что еще?
- Я ведь действовал неофициально...
- Что, отпуск испросил у придурка Лардока?
- Отпуск...
- Хм... Тебе же хуже! Отправлю к де ла Мадриду.
- А может, расписочку? - пытался выйти из положения Фухе.
- Какую расписочку? Ты же писать не умеешь!
- Умею! - гордо ответил комиссар.- Научился.
Конг вновь задумался.
- Ну что ж, пиши,- сказал он,- диктую: "Я, Франц-Фердинанд Фухе,
признаюсь в разглашении государственной тайны, взяточничестве,
казнокрадстве и уничтожении ядерных запасов своей великой нейтральной
державы. Пусть казнит меня мой народ по законам моей страны.
- Но за это же - вышка! - взвыл Фухе.
- Конечно,- согласился Конг,- значит, будешь сговорчивым. Подпишись.
Когда Фухе подписал свой смертный приговор, Конг аккуратно сложил
бумажку и сунул ее в своя бумажник.
- Стало быть, гусь,- произнес он,- как говорится, душой и телом?
- Так точно, господин Конг! - вяло отрапортовал Фухе.- Душу продал, как
черту...
- Ну-ну,- успокоил его Конг.- Я-то пострашнее черта! А теперь бери
Алекса и Санчеса - и к Лардоку: он тоже тебе чертей даст!
Фухе торопливо затрусил искать своих верных друзей, думая про себя:
"Да-да, как же, осмелится мне Лардок чертей давать!" Как ни странно, ни
Санчеса, ни Алекса нигде не оказалось.
2. ЧЕРНЫЕ ДНИ
Но Лардок не только осмелился дать комиссару чертей, но и использовал
появившийся у него шанс вытурить великого Фухе с работы. Опасаясь черной
мести комиссара, он не сообщил куда следует о его деяниях и спас от очень
крупных неприятностей. Но он демонстративно порвал свой приказ о
предоставлении Фухе отпуска и уволил его за прогул.
Фухе не боялся ничего, но он боялся безработицы. Когда на его запрос
гваделупская контрразведка ответила, что вакантной должности швейцара у них
нет, для него настали черные дни. А вот на эти-то черные дни у бывшего
комиссара ничего не оставалось. Мерзавец Феликс, его сын-самозванец,
обобрал его до нитки, и последние месяцы Фухе жил на одну лишь зарплату.
Лишившись ее, он лишился всего.
Вяло брел Фухе в управление поголовной полиции за справкой о том, что
ему полагается на шесть недель пособие по безработице. Даже за квартиру
заплатить уже было нечем, и наутро нужно было вынести под открытое небо все
свои небогатые пожитки...
- Привет, Фред! - проскрипел кто-то рядом.
Фухе, занятый мрачными думами, даже не заметил, что он уже поднялся на
второй этаж управления и стоит перед уборщицей Мадлен.
- А-а, Мад...- протянул он.- Как дела?
- И не говори, Фред! Ты пока в отпуске был, я тут твоим отделом
заведовала. Ну и работка у вас! Пришлось и с пистолетом побегать! Да ты
не унывай,-
сказала она, видя удрученную физиономию бывшего сослуживца.- Пойдем-ка,
позавтракаем! Небось не ел еще сегодня?
- И вчера тоже...- вздохнул Фухе.
- Неужто так плохи дела? Квартира-то хоть цела?
- Завтра выпроваживают.
- Батюшки! - возмутилась Мадлен.- И пенсии не назначили?
- Ха, пенсии! Хоть бы пособие по безработице выпросить...
Мадлен плюхнула в ведро грязную половую тряпку ржавую от крови и
кивнула:
- Вишь, как новый заведующий твоего отдела, щенок Пункс орудует?
- В мое время крови больше было,- возразил Фухе.
- Да, были времена,- мечтательно промолвила Мадлен.- Только маялась я
тогда! То к тебе, то к де Билу, то к Конгу беги кровищу оттирать... Знаешь
что? Комнатка у меня невелика, да и в подвале, а перебирайся-ка ты ко мне
проживать!
Фухе обалдел от такого предложения. Как - он, грозный Фухе, будет жить у
простой уборщицы? Но, вспомнив о своих мрачных перспективах и немного
поразмыслив в баре "Крот" на свои последние гульдены, он вынужден был
согласиться.
Тем более, что ни Санчеса, ни Алекса пока нигде не было.
3. НЕОЖИДАННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
Теперь Фухе вставал рано, когда Мадлен собиралась на работу, читал
единственную газету, которую она выписывала,- "Глас божий" - и шел на биржу
труда искать любую работу. Но месяц шел за месяцем, работы не было и даже
Конг забыл о его существовании за полной ненадобностью.
Наконец, все это ему осточертело.
"Пойду на биржу последний раз,- подумал он как-то при пробуждении.- И
пусть работа катится к дьяволу, пойду нищенствовать!" Он лениво потянулся,
выпил чашку морковного кофе, заботливо оставленного Мадлен, и глянул в
"Глас божий". Отбросив всю чепуху о промысле господнем, он вдруг наткнулся
на статейку явно не клерикального характера, в которой между прочим
говорилось: "А вот мумия великого завоевателя Усериара Сотепенры,
известного в истории под именем Рамзеса Второго, изрядно одряхлела за три
тысячелетия. Каирский музей, где хранится бесценная реликвия, обратился к
парижскому Лувру с просьбой оказать помощь в реставрации тела Рамзеса. В
настоящее время фараон завоеватель находится на пути к Парижу." "Да,-
подумал Фухе.- А где этот Каир? В Конго кажется? Ого! Каир где, а Париж -
вон где! Так его и стибрить могут!" Размышляя, он оделся и вышел на улицу.
Погода никак не радовала, и Фухе тоскливо разглядывал то лиловые облака,
то свои когда-то грозные, а ныне, как и их хозяин, просящие каши башмаки.
У биржи, как всегда, толпился народ. Вчера Фухе по рассеянности встал не
в ту очередь, и ему предложили быть нянькой при годовалом ребенке, от чего
он, конечно, с негодованием отказался. Сегодня он решил быть повнимательнее
и искать то, что ему нужно. Впрочем, он сам мало себе представлял, что ему
нужно. Вдруг ктото тронул его за плечо. Комиссар обернулся. Перед ним стоял
незнакомый человек пожилого возраста, прилично одетый, и жестом предлагал
ему отойти в сторонку. Они отошли.
- Вы - господин Фухе? - спросил незнакомец, приветливо улыбнувшись.
- Ну? - ответил Фухе.
- Не хотели бы вы возглавить частное сыскное агенство? - поинтересовался
незнакомец.- Если возражений с вашей стороны не будет, прошу в машину. Мы
поедем на место и сразу договоримся об условиях.
Фухе только энергично замотал головой в знак согласия.
Ни Санчеса, ни Алекса так нигде пока и не было.
4. ЛЕОНАРД
Комиссара долго возили по пригородам и наконец доставили в высокий
особняк на восточной окраине. Учтивый незнакомец провел Фухе в обширный зал
и усадил в кресло, предложив "Синюю птицу".
Благодарный комиссар заранее решился на все условия.
- Итак, господин...- начал он.
- Минутку, милый Фухе,- прервал его хозяин.- Сначала немного
воспоминания. Вы помните злосчастного Леонарда, который, судя по вашей
интуиции, сорок
лет назад совершил убийство?
- Кажется, что-то припоминаю...
- А кого он убил?
- Да мне тогда этого и не сообщили. Сказали: "произошло убийство", ну и
черт с ним!
- А Леонарда вы когда-нибудь видели?
- Зачем? Прочитал просто как-то вывеску - я тогда как раз читать учился
- "Леонард. Торговля заячьим пухом", и все!
- А Леонард, который не совершал никакого убийства, чудом избежал
виселицы. Потом, правда, он не одного отправил на тот свет. Но не в этом
дело. Леонард - это я!
- А я - Фердинанд,- и он протянул Леонарду руку для закрепления
знакомства.
- Ты, видно, совсем свихнулся от безработицы,- мягко пожурил комиссара
хозяин.- Я ведь привез тебя сюда для того, чтобы умертвить.
- Но я совсем этого не хочу,- возразил комиссар и попросил еще одну
сигарету.
- За твою наглость тебя стоило бы ликвидировать сейчас же,- промолвил
Леонард.- Да есть тут у меня одна задумка... Как ни крути, но ты, голубок,
человек великий. А я, надо сказать, собираю коллекцию голов великих людей.
Есть у меня и президенты, и министры, и знаменитые мафиози. Даже
Наполеон есть, правда, только череп. Недавно купил я и голову папы Иоанна
Павла Второго...
- Так он же еще живой! - не выдержал Фухе.
- Так и ты еще живой,- невозмутимо ответил Леонард и предложил ему новую
сигарету.- Но через неделю ты почиешь в бозе. А когда-нибудь и святого отца
господь приберет... Да! Похвастаюсь тебе: даже головушка Рамзеса Второго у
меня имеется!..
- Спер-таки! - воскликнул комиссар.- Так я и думал: не доехать фараону
до Парижа!
- И правильно думал. Сейчас голову реставрирует один оч-чень хороший
мастер, мое недавнее приобретение; ну, а все остальное от Рамзеса, видимо,
восстанавливает Лувр. И учти, как только мой мастер со своим ассистентом
привезут башку фараона,- тут и тебе конец. Эх, треснуть бы тебя раньше, да
мастер только свежими занимается! Ничего, посидишь в подвале, с ангелочками
пообщаешься, душу свою приготовишь к отбытию, а там и мастер поспеет. А
когда-нибудь я и мастера... Тоже личность уникальная... Хочешь сигарету?
Фухе гордо отказался, и его увели в подвал.
Ни Санчеса, ни Алекса все еще не было.
5. УЗНИК
Первое, что делает каждый узник,- это осматривает свое узилище.
В подвале, куда отвели Фухе, было достаточно темно, но он все же смог
рассмотреть, что его камера сложена из огромных монолитов, ни сокрушить, ни
расшатать которые без артиллерии было немыслимо. Заперли его, правда, за
обыкновенной деревянной дверью, но слоновьей толщины. По всей видимости
никто его не сторожил, так как в час трапезы комиссар слышал шаги кормильца
издалека. Правда, кормили отвратительно - свежим свиным салом, терпеть
которое Фухе никогда не мог да и теперь не намеревался.
- Эй, держиморда! - крикнул он однажды тюремщику.- А кроме сала Леонард
ничего не ест?
- Леонард сейчас трескають вустриц,- высокомерно ответил кормилец,- А
тебе сало положено, чтоб ты жирней был для операции отделения твоей головы
от твоего туловища.
С тем он и откланялся, а голодный комиссар положил еще один кусок сала
на пирамиду из таких же кусков. Его одолевала зеленая тоска от вынужденного
одиночества. Но скоро появилось и общество - сначала одна молоденькая
крыса, а затем целый выводок крыс, вероятно, ее родственников и знакомых.
Фухе сутки ломал голову над тем, как они проникли в подвал, почуяв запах
сала, и пришел к выводу, что их не иначе, как бог послал. Однако от сала он
избавился.
На третий день заключения комиссар вдруг вспомнил, что когда-то он
слушал по радио чтение рассказа "Колодец и маятник", в котором человек,
привязанный к скамье кожаными ремнями, спасся от смерти, привлекши к себе
крыс, перегрызших путы. Почему бы и мне не попробовать, подумал он. И
теперь все сало он стал тратить на смазку двери. Но мерзкие животные и не
думали грызть дерево, а преспокойно слизывали ценный для них продукт.
И вот наступил последний день. Фухе так отощал, что съел все-таки
завтрак и обед. Настало время думать. Не выбраться отсюда сегодня - значит
пополнить коллекцию Леонарда.
"Зато красоваться буду рядом с самим фараоном",- утешал себя комиссар.
Проклятые крысы! Не получив сала, съеденного комиссаром, они принялись
за одежду и за него самого, время от времени больно покусывая его за ноги.
На один из таких выпадов Фухе ответил им тем же, укусив молоденькую
симпатичную крыску за заднюю лапу. Лапа оказалась неплохой на вкус, и Фухе
сжевал крыску полностью, а затем принялся и за остальных.
И тут ему в голову пришла гениальная мысль. Если крысы не желают грызть
дверь, то почему бы ему самому не сделать это? Тем более, что зубы у
комиссара были железные... Хоть и на вставных челюстях.
Дыру, достаточную для того, чтобы в нее протиснулось его отощавшее тело,
Фухе прогрыз к утру. Осторожно высунув наружу голову, он осмотрелся и не
нашел ничего опасного в той обстановке, которая царила в зале. Он вылез,
быстро прошел через зал и вдруг бросился за портьеру: послышались голоса.
- Да,- говорил Леонард,- он вполне свеж, кормили его по-царски -
курятиной и шампанским с устрицами.
"То ли врет, собака,- подумал Фухе,- то ли этой курятиной мой держиморда
закусывал мое же шампанское."
- Сюда, сюда,- говорил меж тем Леонард,- в этот зал, дорогой мастер.
В зал вошли трое. Они сразу прошли к двери в подвал, и Фухе внезапно
услышал разочарованное восклицание, а затем звук упавшего тела. Выглянув
из-за портьеры, он увидел лежавшего в обмороке Леонарда и двух человек,
склонившихся над бандитом. Это, видимо, были мастер с ассистентом.
- Алекс? - вдруг закричал Фухе.- И Санчес?
6. ГОЛОВА ЛЕОНАРДА
- Да, комиссар,- говорил Алекс, препарируя голову Леонарда,- мы с
Санчесом сразу решили еще в Калифорнии, что дело плохо, и пока Конг
наслаждался беседой с вами, мы драпанули. А денег-то у нас ни гроша.
Пришлось нам подзаработать, засушивая головы вождей племени юта, они как
раз вышли на тропу войны за свои права. Много их там полегло... Но платили
исправно, долларами. Потом двинули мы в Европу, тут на нас Леонард и вышел
со своим Рамзесом. Ну, думаем, если он голову фараона отпилил, значит Фухе
обязательно ее искать будет. Ну и решили мы с этой головой потянуть, чтобы
вы до Леонарда добраться успели. Вы и успели...
- Это еще кто до кого добрался,- кисло улыбнулся Фухе. Закурив, он
добавил.- А коллекцию эту, дорогой Алекс, передадим в Лувр. Кроме головы
Рамзеса, конечно. Пусть у меня в каморке повисит. Если бы не она, не
выбраться мне отсюда...
Тут на улице послышались топот, выстрелы, отчаянная ругань, и в зал
ворвались суровые парни в длинных плащах.
- Вот он! - закричали они разом, указывая на Фухе.
На их крик в зал вошел полковник Конг.
- Ага, гусь, живой! - обрадовался он, увидев Фухе.- А я уж думал, что не
успею! Чертовски непонятно ты исчез. Еле докопался, где тебя искать.
Расписку не зарыл? Нет? Так что ж ты, скотина, помирать собрался?
- А я и не собирался,- с достоинством ответил комиссар.- А вы Леонарда
искали?
- Тебя, кретин! Нужен нам этот Леонард! Мы контрразведка, а не ваша
поголовная полиция. Ну, готовься к моему заданию!
- Всегда готов,- ответил Фухе и оглянулся. Ни Санчаса, ни Алекса уже не
оказалось.
Новелла третья
ПЛОДЫ ВОСПИТАНИЯ
1. ДОНОС
Конг недолго посвящал бывшего комиссара Фухе в суть дела.
- Значит, так, козлик,- сказал он.- Расследовать будешь государственное
преступление в Первом Драгунском полку.
- Где? - не понял комиссар.- В драконском?
- Кретин! В драгунском. Это дяди на лошадках с пиками и саблями. Понял?
- А разве до сих пор сохранились такие войска?
- Ты фильм про Наполеона смотрел? Кто, по-твоему, играл в нем роль
кавалерии? Наш Первый Драгунский.
Слушай дальше. Ординарец дивизионного командира капитана Сорвиля...
- Это что, нашего кандидата в президенты?
- Какой же ты дурак! Его сына. Так вот, ординарец нацарапал нам в
контрразведку, что его капитан во время одного из маршей мотнулся на ту
сторону, за границу, и вернулся через час. А еще через полчаса стало
известно, что из походного сейфа полковника Фаста исчезли документы
государственной важности. Ты понимаешь?
- Конечно! Государственная измена.
- Вот-вот. Твоя задача: прибыть в полк и выяснить, виновен Сорвиль или
нет.
- Так это же просто! - удивился Фухе.- Привезите его к себе и дайте в
лапы своим костоломам. Он сам признается.
- А если он не виновен? - возразил Конг.
- У вас он в любом случае признается.
- Ну и дурак же ты, Фред! Сопоставь: Сорвиль-старший вдруг становится
президентом, а его сынок в это время вкушает райские плоды в моих
застеночках. Будет ли Аксель Конг после этого на свободе? Теперь понял?
Тебе нужно найти твердые доказательства его виновности или невиновности.
Фухе понял, что его подставляют под удар. Если капитан виновен, а
Сорвиль-старший не станет президентом, то лавры достанутся Конгу; если же
Сорвиль станет президентом, а Фухе арестует его сынишку, кому на голову все
шишки упадут?
- Кстати, ты сам-то за кого проголосовал?
- Да я ж, господин Конг, в подвале сидел!
- Ну и ладненько! Нечего тебе по избирательным участкам шляться. Вот,
бери полномочия - и в полк, сразу дуй к Фасту. Ну, а там по обстановке.
2. УМЫСЕЛ ИЛИ ХАЛАТНОСТЬ?
Квартира Фаста находилась в небольшом симпатичном домишке из двенадцати
комнат. Кругом торчали какието фруктовые деревья и воняло конским навозом.
Денщик сообщил комиссару, что полковник у себя в гостиной беседует с
Торвальдом. На вопрос Фухе, кто такой Торвальд, денщик ответить не
соизволил и только указал пальцем на дверь в гостиную.
То, что увидел там Фухе, озадачило его.
В двух широченных креслах восседали два породистых коня с явно
выраженными лошадиными мордами. Один из них был прикрыт попоной, на другом
красовался мундир с полковничьими эполетами.
"Насколько я понимаю,- подумал Фухе,- один из них - Торвальд, другой -
Фаст. Но который? Наверное, полковник все-таки в мундире!" И он сделал шаг
к коню в эполетах.
Конь вскочил и бросился к комиссару с протянутой рукой. Теперь Фухе
понял, что его догадка была правильной
- это и был полковник Фаст с непомерно лошадиной физиономией.
"Конг мог бы и предупредить,- вяло подумал Фухе.- Так же и ошибиться
можно!"
- Милый Фухе! - щебетал меж тем Фаст.- Как я рад вас видеть живым, а не
на фотоснимках в газете!
Пока Фухе поудобнее усаживался в кресле, с которого успели согнать
Торвальда, полковник не уставал расхваливать свой полк, особенно офицеров
вообще и капитана Сорвиля в частности. По всему видно было, что
проголосовал он за капитанского отца.
- Да, дорогой Фухе! - продолжал щебетать полковник, хоть комиссару и
казалось, что он ржет.- У меня все молодцы, как на подбор! Вы смотрели
фильм про Наполеона? Так вот, это они там снимались!
- В роли лошадей? - не удержался Фухе, но Фаст пропустил его реплику
мимо ушей.
- Однако, что же вас привело к нам? - спросил наконец полковник.- Какой
счастливой случайности обязаны мы вашему визиту да еще с полномочиями из
контрразведки?
- Видите ли, господин полковник,- ответил Фухе, затягиваясь "Синей
птицей",- я бы хотел поговорить с ординарцем капитана Сорвиля, а затем с
самим капитаном.
- А что случилось? - полюбопытствовал Фаст.
- Государственная измена!
- Это вы о секретном пакете, пропавшем невесть куда? Так при чем здесь
Сорвиль?
- Его ординарец сообщил Конгу, что капитан переходил границу во время
марша. Вы знали об этом?
- Нет, но... Какая чушь! Мой офицер - государственный преступник?
Нет-нет, дорогой Фухе, этого не может быть!
- Вот я и приехал разобраться. Вы можете ручаться за любого офицера?
- Конечно! Не то, что с умыслом, а даже по халатности никто из них не
допустил бы пропажи секретных документов. Да они даже карты никогда не
теряют!
- Топографические?
- Игральные. Так что увольте...- и Фаст развел руками.
- Но как же вы объясните пропажу документов государственной важности?
- Да, наверное, одна из моих случайных любовниц похитила с целью наживы.
А может, она и шпионкой была.
- Ну вот! - обрадовался Фухе.- Значит, халатность в полку все-таки
имеется!
- Так ведь это же среди меня, а не среди моих офицеров!
- Хорош пример! Что ж, придется арестовать вас!
- Да вы что! Я ведь сам поднял тревогу по поводу этой пропажи! Давайте
уж лучше беседуйте с капитаном и его ординарцем. Эй, Грек, позови Люсьена,
ординарца господина капитана!
3. ЗЫБКИЕ ПОКАЗАНИЯ
Явился Люсьен, протирая пьяные от сна глаза. Он тупо уставился на
штатского господина в клетчатом пиджаке и вдруг все понял.
- Вы из контрразведки? - сразу спросил он, забыв отдать честь
полковнику.- По моему доносу?
Фухе моментально взял быка за рога.
- Ты сам видел, как капитан Сорвиль мотался на ту сторону? - начал он
допрос.
- Не сам, но...
- Вот видите, дорогой Фухе! - воскликнул Фаст.- Я же говорил, что это
клевета!
- Но,- продолжал Люсьен,- это видела его любовница Сюзи. А она и моя
любовница тоже. От нее-то я все и узнал об этом. А когда пропали документы,
я сразу понял, что это дело рук моего капитана...
- А как могла Сюзи это видеть?
- Да она ездила вместе с капитаном. Она днем его любовница, а ночью моя.
Она и рассказала мне все.
- Что-то очень зыбкие показания,- пробормотал Фухе.- Ладно, иди.
Послушаем теперь капитана Сорвиля.
Капитан категорически отрицал свою вину, поездку к вероятному
противнику, и комиссару не оставалось ничего более, как самостоятельно
взяться за выяснение этого дела.
- Вы не будете настолько любезны, чтобы дать мне машину на пару часов? -
попросил он полковника.
- Увы! - развел тот руками.- Мы ведь кавалерия...
- Но коня хоть дадите?
- Пожалуйста! Вам какого?
- А разве они чем-нибудь отличаются? - удивился Фухе.
- Конечно! Есть с норовом, а есть и покладистые...
- Вот-вот,- согласился Фухе.- Мне как раз этакого покладистого. Да, и
скажите Грегу, пусть он меня на него посадит и научит, как управлять, где
там какие педали...
Грег учил комиссара недолго, поскольку педалей было всего две: левое и
правое стремя.
- Возвращайтесь к вечеру! - крикнул ему Фаст.- Будет известен результат
президентских выборов!
4. НЕВИНОВЕН
Фухе знал, что делает. Он был не менее известен в соседней нейтральной,
хоть и не великой державе, чем и у себя дома. Везде его знали и кое-где
любили. Он решил поступить просто: самому поехать за границу и спросить у
пограничников, передавал ли кто-нибудь им секретные документы, а если
передавал, то кто. Правда, ехать ему пришлось долго: конь хоть и был
покладистым, но почему-то все время путал правое направление с левым и
постоянно останавливался пощипать травку. Наконец, впереди показались
полосатые столбы.
- Стой, кто идет? - вдруг услышал комиссар.
Перед ним стоял молодчик с автоматом и собакой на поводке.
- Ты что, не видишь, что идет конь? - спросил Фухе.
- А ты? - не унимался пограничник.
- А я еду. И вообще, вот мои документы, я из контрразведки, и ты обязан
мне подчиняться.
Молодчик ознакомился с полномочиями комиссара, держа их вверх ногами, и
пропустил его на ту сторону.
На той стороне его встретили с восторгом, напоили местным вином, сразу
сообщили, кто, когда и при каких обстоятельствах передал их нейтральной,
хоть и не великой державе секретные документы великой, хоть и нейтральной
державы, а затем посадили на коня. Правда, это был не тот красавец-жеребец,
на котором он сюда приехал, а какая-то облезлая кляча, но Фухе посмотрел на
это сквозь пальцы, так как был пьян и окрылен успехом.
"Ну, Сорвиль, держись у меня!",- думал Фухе.
Когда он только собирался дать коню пяток, его задержал начальник
заставы.
- Милый Фухе, а не хотели бы вы узнать, кто стал вашим президентом? -
спросил он.- Только что по радио сообщили.
- Интересно, интересно,- заплетающимся языком ответил Фухе, хотя сейчас
его интересовала только теплая постель.
- Избрали Сорвиля,- удовлетворил его любопытство начальник заставы.
- Ну да, ну да...- пробормотал Фухе.- Как так
...Поділитися у соцмережах
