Жанр: История
Детективы в тогах
...бужденно зашептал он.-Давайте спрячем Руфа в нашей
пещере. Вечером принесем ему одежду
раба. Он переоденется, и мы отведем его к реке. Я знаю одно место, где он сможет
переплыть на другой берег и стражники
на мосту его не заметят. Ему придется передвигаться по ночам, а днем прятаться,
пока он не достигнет нашего имения. Я
дам ему письмо к Саллу, управляющему, и попрошу его принять Руфа под свою опеку
в качестве раба - то есть, конечно,
как будто бы раба. Салл выполнит мою просьбу. Он настоящий друг. Я всегда
помогаю ему кормить свиней и доить коров.
Руфа не станут искать в деревне, и он сможет пожить там, пока тучи не рассеются.
- Замечательный план! - восхищенно одобрил Юлий.
Другие тоже присоединились к похвале. Но Муций резко оборвал их.
- Пошли! - скомандовал он. - Нужно найти Руфа, не откладывая.
Мальчики помчались напрямик через рощу к булыжному парапету,
перебравшись через который они оказались на
тихом бульваре. Пробежав немного по безлюдной тенистой улочке, они приблизились
к большому старомодному дому с
маленькими окошками. Это была вилла полководца Претония.
Муций постучал в дверь. Ему открыл белобородый раб, который сразу узнал
мальчишек.
- Как случилось, что вы не в школе? - спросил он с доброй улыбкой.
- У нас небольшие каникулы, - ответил Муций. - Учитель повредил себе
ногу.
Старый раб понимающе хмыкнул.
- И поэтому, я уверен, вы ужасно огорчены. - В его глазах сверкало
веселье. - А что привело вас сюда?
- Мы бы хотели повидать Руфа. У нас к нему важное дело.
- Гм, - промычал старик. - По-моему, Руф захворал. По крайней мере, я
его сегодня не видел. Посмотрите сами. Вы
знаете, где его комната. Входите.
- Захворал? - переспросил недоверчиво Муций.
Старый раб пожал плечами.
- Мне так кажется. Как бы там ни было, Руф не собирался сегодня в
школу, иначе он бы давно был на ногах.
Мальчики шагнули во внешний двор, сняли сандалии и прошли в полутемный,
скромно обставленный большой
зал. Они хорошо знали расположение комнат, так как мать Руфа, Ливия, была
радушной хозяйкой и любила, когда к ее сыну
приходили гости. Мальчикам она очень нравилась.
Комната Руфа была маленькой, темной, без окон и освещалась только
отверстием над дверью. Откинув занавеску,
закрывавшую дверной проем, мальчики вошли в комнату. Руф лежал на постели, но
тут же в панике сел.
- Что случилось? - смущенно спросил он и натянул повыше одеяло.
Странно, но волосы у него были совершенно мокрыми, как будто он только
что окунул голову в кадушку с водой.
- Что вы затеяли? Почему у вас такой странный вид? - обратился он к
одноклассникам.
- Ты должен бежать! - сказал Муций.
Руф побледнел.
- Бежать? Почему... зачем? - заикаясь, проговорил он.
- Брось. Сам знаешь, - ответил Публий мрачным голосом.
- Я ничего не знаю, - тихо промямлил Руф.
К нему шагнул Антоний и зашептал:
- Твоя жизнь в опасности. Из-за того, что ты размалевал стену храма.
Руф замотал головой в искреннем изумлении.
- Я намалевал что-то на стене храма? Вы, наверное, спятили? Что
намалевал? Какой стене?
- Не притворяйся! - сурово произнес Юлий. - Ты написал "Кай - болван"
на стене храма Минервы. Разве ты не
понимал, что храм посвящен императору?
Руф оглядел своих друзей в полной растерянности. Потом вдруг стал
ухмыляться.
- Вы просто хотите разыграть меня. Ха-ха, ничего не выйдет.
- Мы здесь не для того, чтобы шутить, - зло оборвал его Муций. - Дело
гораздо серьезнее. Быстро одевайся и
пошли.
И тут Руф потерял терпение.
- Оставьте меня в покое! - закричал он. - Клянусь, я никогда ничего не
писал ни на каких храмах. Это, должно
быть, кто-то другой. И если вы мне не верите, то тем хуже.
ПОЧЕРК
Мальчики были поражены. Им и в голову не приходило, что в конце концов
виновником может оказаться кто-то
другой.
- Поклянись! - потребовал Муций.
- Клянусь! - уверенно повторил Руф, подняв правую руку.
Муций обернулся и обвел своих друзей подозрительным взглядом.
- А что скажут остальные? - с угрозой произнес он.
- Это сделал конечно же не я, - злобно отозвался Публий. - Я и так
часто говорил Каю в лицо, что он болван. Зачем
бы я стал писать об этом на стене?
- Может, виноват кто-то из рабов Виниция? - предположил Антоний. - Кай
мог сыграть с ним злую шутку,
например подложить крапивы к нему в постель. В отместку раб написал на стене
храма: "Кай - болван".
- Где найдется в Риме раб настолько сумасшедший, чтобы осквернить храм?
- рассудил Юлий. - Это мы - болваны,
- медленно продолжал он, метнув на Руфа недоброжелательный взгляд. - Разве
Клавдия не говорила, что Кай сразу узнал
почерк Руфа?
- Ложь! - запротестовал Руф. - Как это мог быть мой почерк, если я
ничего не писал?
Муний нахмурился.
- Но Каю кажется, что он знает твой почерк очень хорошо.
Руф принужденно рассмеялся.
- Хорошая шутка. Кай слишком глуп, чтобы узнать чей-либо почерк. Ведь
он едва умеет читать.
Но друзья Руфа даже не улыбнулись. Они серьезно смотрели на него.
Больше шутить ему не хотелось. Руф замолк
и задумался. Наконец он с облегчением вздохнул.
- Я могу доказать, что это не мой почерк, - ликующе сказал он.
- Как? - спросил Муций.
- Дайте мне навощенную табличку! - распорядился Руф. - Я напишу: "Кай -
болван", и вы тут же увидите, что
каракули на храме не мои.
Простая и разумная мысль всем понравилась. Руф взял в руки стиль и
табличку и приготовился нацарапать
известные всем слова.
- Но ты должен писать, как всегда пишешь, - предупредил Юлий.
- И пиши такими же большими буквами, как вчера вечером в школе, -
указал Муций.
Руф кивнул. Он сидел скорчившись на кровати, наклонив голову набок, и
старательно выводил буквы. При этом он
то и дело нервно проводил кончиком языка по губам. Закончив трудиться над
образчиком своего почерка. Руф вручил
навощенную табличку Муцию.
- На! Вот как я пишу! - уверенно произнес он.
Мальчишки столпились позади Муция. И дружно уставились на табличку.
- Ну? - занервничал Руф. - Почему вы молчите?
- Хм, - промычал Муций, смущенно потирая нос.
- В точности как на стене храма, - решил Антоний, обладатель отличной
памяти.
- Нет, - возразил Флавий, - совсем не похоже.
- По правде говоря, я не помню, как выглядит надпись на храме, -
признался Муций.
-И я не помню, - подхватил Юлий.
- Давайте сейчас же проверим, - предложил Антоний, выхватив табличку из
рук Муция. - Я сбегаю к храму и
сравню оба почерка.
- Подожди, я с тобой, - сказал Публий. - Иначе, когда вернешься, будешь
рассказывать нам невероятные истории.
- Хорошая мысль, - одобрил Муций. - Но будьте осторожны, чтобы вас не
поймали возле храма, особенно с этой
табличкой в руках.
- Можешь на нас положиться, - заверил его Антоний и поспешил к двери, а
вслед за ним заторопился и Публий.
В комнатушке нависла неловкая тишина. Руф упрямо не смотрел на друзей;
он сидел, рассеянно разглядывая свои
ноги, торчащие из-под одеяла. Немного погодя мальчик неуверенно спросил:
- А почему сегодня никто не пошел в школу?
- Боги великие! - воскликнул Муций. - Мы чуть не забыли сказать тебе.
Ксантипп простил тебя.
Руф взглянул на друга, едва веря своим ушам.
- Ксантипп... простил меня? - промямлил он. - Значит, он не собирается
говорить с моей матерью?
- Нет, - успокоил его Юлий. - Ксантипп просто хотел хорошенько напугать
тебя.
Руф сидел совершенно ошеломленный.
- Если бы я только знал... - едва слышно прошептал он.
Ho никто не обратил внимания на его слова.
- После каникул ты сможешь вернуться в школу, - сообщил Флавий.
- Видишь ли, у нас у всех сейчас каникулы, - объяснил Юлий и принялся
пересказывать историю нападения на
Ксантиппа.
- Но кто же мог напасть на него? - удивленно спросил Руф, когда Юлий
закончил свой рассказ.
- В этом-то и загадка, - сказал Муций. - Но самое смешное, что ничего
не украли, не считая нескольких глупых
книжонок по математике и картинок. - И стал рассказывать Руфу о Клавдии и
угрозах ее отца.
Руф был потрясен, узнав, что сенатор хочет донести на него префекту.
- Но я не имею никакого отношения к этой проделке, - заикаясь,
проговорил он.
- Если это правда, мы пойдем к сенатору и так ему и заявим, - попытался
успокоить его Юлий, которому стало
жаль Руфа.
Все мальчики любили его: Руф был парнем что надо, всегда шутил и
придумывал интересные игры. Они услышали,
что возвращаются Антоний и Публий. Еще не успев дойти до двери, Антоний
прокричал:
- Почерк одинаковый! - Он вбежал в комнату, держа табличку в руке. - Я
оказался прав. Надпись на стене выглядит
точно так, как на этой табличке.
-Верно, - подтвердил Публий. - Ставлю золотой против одного сестерция ,
что это написал Руф.
- Честное слово, это не я! - закричал Руф с болью в голосе.
- Наверняка ты, - сказал Публий.
- Нет! - настаивал Руф на своем.
Вдруг его глаза округлились, как будто он нашел ответ и сам испугался
его:
- Мой почерк подделали!
- Что? Как? - потребовал разъяснений Муций.
- Кто-то скопировал мой почерк, - объявил во всеуслышание Руф.
- Но для чего? - поинтересовался Флавий.
- Чтобы люди подумали, что это сделал я, - ответил Руф, глядя в
пустоту, и в его глазах читались печаль,
покорность и испуг.
- Как ты думаешь, - пробурчал Юлий, - кто бы мог скопировать твой
почерк?
Руф замялся, но только на секунду. Затем он тихо проговорил:
- Откуда мне знать?
- Мы теряем драгоценное время, - решительно сказал Муций. - Ты должен
бежать. Мы уже придумали, где тебя
спрятать.
- Ни за что, - с горячностью заявил Руф. - Если я убегу, люди наверняка
подумают, что виновник - я. Даже мои
родители тогда этому поверят.
Тут у Муция лопнуло терпение.
- Ты просто сумасшедший! - напал он на Руфа. - Хочешь, чтобы тебе
отсекли руки? Или сбросили в Тибр?
Муций тут же пожалел о своей резкости, потому что Руф в полном отчаянии
закричал:
- Ты думаешь, я вру! Но я на самом деле не виноват!
Потом он отвернулся к стене и натянул одеяло до самых ушей. Мальчики
услышали приглушенные рыдания. Юлий
попытался успокоить своего товарища.
- Мы вовсе не думаем, что ты врешь. Но скопировать чей-то почерк очень
сложно. Мне когда-то отец говорил.
Обманщику пришлось бы очень долго изучать твой почерк, чтобы понять, как ты
выводишь буквы.
Руф резко подскочил на кровати.
- Табличка для письма! - вскричал он. - Та, что я повесил на стене в
классе. На ней было написано: "Кай - болван".
Никто не понял, куда он клонит.
- Ты говоришь загадками, как оракул, - заметил Публий.
- Тот, кто ворвался в школу, наверное, хотел украсть ту табличку, чтобы
подделать мой почерк, - объяснил Руф.
- Но ведь ничего не пропало, за исключением нескольких книг и картинок,
- напомнил Юлий.
Руф впал в отчаяние. Но тут Антоний запрыгал от волнения.
- Ого-го-го! - проголосил он. - А табличка-то пропала! Разве вы не
помните? Сегодня утром ее не было на стене.
Лица у всех просветлели.
- Нужно немедленно вернуться в школу, - распорядился Муций. - Если
табличку украли, то Руф прав; это всем
докажет, что его почерк подделан.
- Как это? - не понял Публий.
- Как это, как это? - передразнил его Муций. - Да просто иначе ни один
грабитель не стал бы утруждать себя тем,
чтобы выкрадывать табличку для письма.
- В этом что-то есть, - признал Публий.
- Быстро одевайся и пошли с нами, - велел Руфу Муций.
Но Руф почему-то смутился.
- Нет... я... хм... простужен, - запинаясь, проговорил он. И зашелся
кашлем.
- В общем, это даже лучше. Пусть пока не высовывается, - заметил Юлий.
- Хорошо, оставайся здесь, -решил Муций.-Мы скоро вернемся.
Мальчишки побросали в угол свои школьные пожитки и тут же отправились в
путь. Как только они ушли, Руф
поспешно заглянул под кровать. Вздохнув с облегчением, он снова откинулся на
подушку.
Ксантипп очень удивился, когда его ученики неожиданно вернулись. Он
сидел на кровати и читал; его правая нога
была обернута влажной тканью. В крошечной кухне хлопотала негритянка. Услышав
голоса мальчиков, она с
любопытством заглянула в комнату и приветливо заулыбалась во весь рот.
- Учитель больная, школа нет. - прокудахтала она. - Бедная человек,
очень больно, ох, ох! - Она закатила глаза,
выразив тем самым сочувствие, а затем вернулась к своим горшкам и сковородкам.
- Почему вы вернулись? - сурово спросил Ксантипп.
Муций попросил табличку Руфа.
- Какую табличку? - не понял Ксантипп.
- Ту, на которой написано: "Кай - болван".
Ксантипп моментально что-то заподозрил.
- Для чего она вам понадобилась?
- Руф хотел бы получить ее назад, чтобы стереть с нее надпись, - и
глазом не моргнув, соврал Муций. - Он
раскаивается.
По дороге в школу ребята решили не упоминать об осквернении храма в
разговоре с учителем, опасаясь, что он
вновь обратит свой гнев на Руфа.
- Так он раскаивается, говорите вы? - удовлетворенно переспросил
Ксантипп. - Давно пора. Табличка должна
лежать где-то в сундуке.
- Она больше не висит в классе? - притворно поинтересовался Юлий.
Просто ему захотелось узнать, почему
Ксантипп убрал табличку.
- Нет, - ответил Ксантипп. - Мне совсем не по душе, что по стенам моей
школы развешиваются подобные надписи
на всеобщее обозрение. Вчера вечером я убрал табличку в сундук, - вы должны были
заметить ее, когда делали уборку.
Мальчишки метнулись к сундуку и разворошили его содержимое сверху
донизу, но таблички там не было.
- Исчезла, - сообщил Муций, внутренне ликуя.
- В таком случае вы засунули ее куда-то, - рассердился Ксантипп. - Вот
что происходит, когда небрежно
относишься к делу.
Мальчики осмотрели все полки, наконец обыскали весь класс, но так и не
смогли найти табличку. Вернувшись к
подножию кровати учителя, Муций сделал торжественное заявление:
- Вор, который побывал здесь прошлой ночью, украл табличку Руфа.
- Странный предмет для воровства, - заметил раздраженно Ксантипп. -
Табличка и медяка не стоит.
Мальчики попрощались с учителем. Но, выходя из комнаты, Муций заметил
какой-то блестящий предмет под
шкафом.
Он наклонился и выудил его на свет.
- Посмотрите, что я нашел, - сказал он.
Это оказалась короткая и широкая золотая цепь с плоским диском на одном
конце и крючком на другом, Крючок
был явно с силой выпрямлен и загнут кверху. Муций поднес цепь Ксантиппу и
спросил:
- Это ваша?
- Нет, - ответил Ксантипп. С минуту он задумчиво рассматривал цепочку,
затем коротко рассмеялся. - Но я могу
сказать, кому она принадлежит.
- Кому? - в волнении спросили мальчишки, уже почти догадавшись об
ответе.
- Она принадлежит вору, - сказал Ксантипп.
ГОРОДСКИЕ НОВОСТИ
- Я вспомнил, как все произошло, - продолжал учитель. - Я попытался
схватить грабителя за горло, но вместо того
мои руки сомкнулись на каком-то металлическом предмете, который оторвался. Это,
скорее всего, и была цепь. Во время
борьбы она, наверное, отлетела под шкаф. - Ксантипп рассмотрел цепь поближе. -
Такие цепи пришивают на воротники
плащей как застежку. Взгляните, вот здесь диск был пришит к воротнику. В
дырочках застряло несколько шерстяных нитей.
На плаще, вероятно, был и второй диск, с петлей для крючка. Когда я рванул цепь,
крючок распрямился и выскользнул из
петли. Цепь, между прочим, прекрасной работы.
- А что это за смешные картинки? - спросил Антоний, проводя пальцем по
золотому диску.
- Тебе следует вымыть руки, - сделал ему выговор Ксантипп. - Эти знаки,
выгравированные на диске, - иероглифы.
Египетские фигурные письмена.
- Все, что нужно теперь сделать, - найти владельца цепи, и грабитель у
нас в кармане, - с надеждой проговорил
Муций.
- Смехотворно, - отрубил Ксантипп. - В Риме живет около полумиллиона
человек. Шанса найти плащ к этой
цепочке почти не существует. Нет, эта улика - ничтожна. Вот, возьмите цепь; она
ваша.
Обрадовавшись, Муций поблагодарил учителя и опустил цепь в карман.
Вошел слуга со стопкой влажных бинтов
для больной ноги Ксантиппа, и мальчиков отослали.
Пересекая Форум, ребята прошли мимо солнечных часов на трибуне ораторов
и увидели, что уже третий час дня.
- Нам нужно поторопиться, - сказал Юлий. - Руф, должно быть, ужасно
волнуется и ждет нас.
- Руф может подождать, - решил Муций. - А мы сначала должны повидать
Виниция.
- Почему Виниция? - удивились все.
- Чтобы удержать его от визита к префекту, - объяснил Муций. - Мы
скажем ему, что кто-то подделал почерк Руфа.
- Но он знает, что мы друзья Руфа, и может не поверить нам, - возразил
Публий.
Это замечание сразу умерило воодушевление ребят.
- Хм, - пробормотал Муций. - Я как-то не подумал об этом.
- А если сделать так, - выдвинул свое предложение Юлий. - Отнесем моему
отцу табличку, на которой Руф сегодня
утром сделал надпись по нашей просьбе. Пусть он посмотрит и сравнит ее с
надписью на храме. Так как мой отец - судья, он
тут же определит, что почерк был подделан, и напишет об этом письмо Виницию.
- А сколько на все это уйдет времени? - спросил Муций.
- Пару дней, - ответил Юлий упавшим голосом.
- Так долго! - воскликнул Муций.
- Отец как раз уехал в Помпеи, - объяснил Юлий. - Он должен судить
гладиаторские бои, которые там устроил.
- Мы не можем ждать столько времени, - решил Муций.
- Виниций тоже был судьей когда-то, - припомнил Флавий. - А что, если
дать сравнить почерк ему?
- Прекрасная мысль, - одобрил Муций, и Флавий засиял от гордости.
Публия тут же послали забрать у Руфа табличку, после чего он должен был
встретиться с остальными у дома
Виниция. Публий бегал быстрее всех, у него были длинные тонкие ноги, и поэтому
он всегда прибегал первым к финишу на
соревнованиях. Довольный таким ответственным поручением, мальчик помчался как
стрела.
Тем временем Форум, безлюдный еще несколько часов назад, забурлил,
заполнившись множеством людей со всех
боковых улиц. Толпа шумела и гудела, как во время состязаний колесниц в Большом
цирке . Горожане повсюду
собирались группами и обсуждали события, происшедшие за день, и легкий ветерок
поигрывал их тогами.
Особенно многочисленная толпа стояла перед внушительным зданием, в
котором разместился Национальный
архив. Из любопытства мальчишки решительно пробрались сквозь толпу в первые
ряды. Но их постигло разочарование.
Они ничего не увидели, кроме ежедневных новостей, которые только что вывесили
два чиновника, состоявшие при цензоре.
Последние новости были написаны аккуратным почерком, и люди, напиравшие
вперед, с интересом их читали. В
первых рядах находилось несколько хорошо одетых рабов-переписчиков,
принадлежавших богатым патрициям. Они с
невероятной скоростью переносили новости на свои восковые таблички, а их хозяева
с нетерпением ожидали у себя дома
эти рукописные бюллетени.
Антоний, Флавий и Юлий хотели тут же уйти: они надеялись увидеть нечто
более завлекательное, чем скучные
новости - каждый день одни и те же. Но Муций не двинулся с места и как
завороженный смотрел на рукописную газету.
- Здесь есть что-то о храме Минервы, - прошептал он своим товарищам.
- Где? - встревожился Флавий.
- Не так громко! - зашипел на него Муций. - Вот там. Внизу, посередине.
Заметка была небольшой, и Антоний, Юлий и Флавий не сразу заметили ее.
Затем с растущей тревогой они
прочитали следующее:
"Прошлой ночью храм Минервы на Эсквилине, воздвигнутый в честь
императора, был осквернен бесстыдной
рукой наглого мальчишки. На восточной стороне храма красной краской намалеваны
слова "Кай - болван". Этот нечестивый
акт, безусловно, явится причиной возмущения всех добропорядочных граждан Рима.
Властям давно пора принять
энергичные меры, чтобы покончить с подобными преступлениями среди нашей
современной молодежи. Напротив храма
находится дом Его Чести, сенатора Виниция. По всей видимости, оскорбление
адресовано сыну сенатора - Каю. Младший
Виниций учится в хорошо известной школе Ксанфа. Очевидно, виновником окажется
один из его одноклассников, с
которым Кай мог рассориться. Мы надеемся, что сенатор безотлагательно расспросит
своего сына, для того чтобы
обнаружить преступника и немедленно передать его в руки правосудия. Общественное
мнение не успокоится до тех пор,
пока этот юный хулиган не окажется за решеткой.
Почитатель императора".
СЕНАТОР ВИНИЦИЙ
Мальчики стали с опаской озираться, но, к счастью, никто не обращал на
них внимания.
- Если они догадаются, что мы из школы Ксанфа, нас разорвут на кусочки,
- напряженно произнес Антоний.
Флавий побледнел и постарался стать пониже ростом.
- Тихо идите за мной, - прошептал Муций и нарочито медленно направился
к мраморной лестнице. Беспечно
насвистывая, он начал подниматься по ступеням между колоннами. Остальные
последовали его примеру, но стоило им
добраться до верхней ступеньки, они тут же в панике бросились бежать вдоль
колоннады, а затем, перепрыгивая через три
ступеньки, спустились вниз и таким образом обошли Форум стороной. Но только
достигнув подножия Эсквилинского
холма, они почувствовали себя в безопасности и замедлили шаг.
- Вы заметили рабов, переписывающих новости? - спросил Антоний. - Еще
немного, и весь Рим узнает, что Кай -
болван.
- Наверное, там был и переписчик Виниция, - с беспокойством заметил
Флавий.
- Не сомневайся, - заверил его Муций. - Но мы должны увидеть Виниция
раньше, чем он.
Они снова принялись бежать. Перед виллой Виниция их ожидал Публий.
- Ты настоящий марафонец, - похвалил его Муций.
- Ерунда, я почти шагом передвигался, - ответил Публий, все еще не
отдышавшись.
- А что сказал Руф, когда узнал, что его табличку украли из школы? -
поинтересовался Юлий.
- Ничего, - ответил Публий. - Он крепко спал. Я даже не стал его
будить. Просто взял вторую табличку и смылся.
Муций потянул бронзовое кольцо, и дверь открыл огромный, похожий на
бывшего гладиатора, привратник.
- Что вам надо? - грубо спросил он.
- Мы должны поговорить с сенатором, - ответил Муций.
Привратник удивленно поднял брови.
- Да кто вы такие? - потребовал он ответа.
- Ученики из школы Ксанфа, - отозвался Муций.
На привратника это не произвело ни малейшего впечатления.
- Какой сюрприз! - с притворным восторгом воскликнул он. - Хозяин будет
польщен, я уверен. Он вам назначил
встречу?
- В этом не было необходимости, - сказал Муций. - Он нас знает. Мы
пришли по поводу Руфа.
- Руфа? Какого еще Руфа?
- Руф - наш товарищ, сын Марка Претония, - с достоинством пояснил
Муций.
Привратник задумчиво нахмурился.
- Марк Претоний? Марк Претоний... Ах, да... это не полководец, который
проиграл битву с галлами?
- Но Руф в этом не виноват, - возмутился Му-
- Уходите, малышня! - фыркнул привратник. Он уже захлопнуть дверь у них
перед носом, но тут в глубине двора
появилась Клавдия в сопровождении одной из своих наставниц. Муций немедленно
позвал ее:
- Клавдия! Клавдия! Он не хочет нас впустить.
Клавдия подбежала к двери и приказала привратнику пропустить ребят.
- Это мои друзья, - твердо произнесла она.
Привратник тут же переменился. Он торжественно распахнул двери,
проговорив: "С правой ноги, пожалуйста!",
чтобы отвратить несчастье от дома, если кто-нибудь войдет в него с левой ноги.
- Как хорошо, что вы пришли, - радостно приветствовала ребят Клавдия. -
Я ужасно скучала.
Теперь на ней была темно-розовая туника с вышитыми по краю цветами, а
на ногах - маленькие, изящные
шелковые сандалии для дома.
- Мне жаль, но у нас нет времени для игр, - с серьезным видом произнес
Муций. - Нам нужно немедленно
поговорить с твоим отцом. Мы теперь точно знаем, что это сделал не Руф.
- Ой, как чудесно! - Клавдия от восторга захлопала в ладоши. - Снимите
сандалии и проходите.
Мальчики быстро скинули обувь, торжествующе взглянули на привратника и
побежали за Клавдией. Она провела
их в большой внутренний двор, окруженный колоннами, и велела подождать.
- Я скажу отцу, что вы хотите видеть его, - пообещала она и исчезла за
занавеской на двери в дальнем углу двора.
Мальчики поправили складки своей одежды, критически оглядели друг друга
и удостоверились, что выглядят
вполне достойно для встречи с сенатором. Флавий подошел к фонтану в центре
двора, окунул ладони в воду и пригладил
волосы. Остальные последовали его примеру.
- Привет! - неожиданно раздалось сзади.
Мальчики обернулись и увидели, что между двумя колоннами стоит Кай и
смущенно улыбается.
- Ребята, чем вы здесь занимаетесь? - с наигранной веселостью
поинтересовался он.
Единственным ответом был враждебный взгляд. Кай криво ухмыльнулся.
- Разучились разговаривать? - спросил он. Но мальчики продолжали упрямо
молчать. Кай вспыхнул, злобно
прошипел: - Идиоты! - Потом пожал плечами, повернулся и ушел.
- Теперь он знает, как мы к нему относимся, - заметил Флавий.
- Мы еще с ним разберемся, - мрачно пообещал Муций.
- Пусть только подождет, пока мы затащим его в нашу пещеру, - заявил
Антоний. Он сунул одну ногу в фонтан, но
тут же выдернул ее из воды. - Ух, какая холодная!
Занавеска раздвинулась, появилась Клавдия и взволнованно позвала ребят:
- Идите сюда, отец ждет вас!
Мальчики пошли за ней гурьбой. Девочка привела их в огромную, роскошно
обставленную комнату. Пол был
устлан мягкими коврами, повсюду стояли широкие кушетки с пухлыми подушками.
Стены украшали картины, а с потолка
свисали дорогие светильники из александрийского стекла.
Клавдия указала на высокую двойную дверь между мраморными статуями.
- Отец там, в гимнастическом зале, - сказала она.
- Он в хорошем настроении? - поинтересовался Антоний.
- Не очень, - ответила Клавдия, сморщив носик. - Я говорила с ним
только через дверь, и он рычал, как медведь. Ну
что, боитесь?
- Ничуть, - отрезал Муций, но все же бросил на дверь обеспокоенный
взгляд.
- Смело входите, - продолжала Клавдия. - Он не укусит. В конце концов,
он вас знает.
Она уселась на кушетку, грациозно откинулась на подушки и ободряюще
улыбнулась. Муций еще раз одернул свою
тогу и распахнул двери.
Сенатор возлежал на широком мрамор
...Закладка в соц.сетях
