Жанр: Фантастика
Избранник
...ешительно прошел в квартиру. -
Сейчас я его прищучу!"
- Чего надо? - враждебно уставился на него Бобик.
- Дурью интересуюсь, - внимательно заглянул ему в зрачки Сашка.
В прихожей горел свет, и он уже видел: зрачки у пацана в норме. Бобик сглотнул:
- Не по адресу.
- Хватит, Боб! - сморщилась Марго. - Уж мне-то лапшу не вешай! Ты лучше скажи,
чего нового в городе есть.
- Нового? - Бобик то ли не въезжал, то ли делал вид, что не въезжает.
- Только ты Дюймовочку из себя не строй, Боб, - вышел на передний план и надежно
прикрыл дверь за собой Сашка. Теперь он был абсолютно уверен в своем превосходстве.
- А я и не строю, - недобро улыбнулся Боб, и Сашка растерялся. - Так ты говоришь,
тебе дурь нужна?
- Я спросил, что есть нового, - настороженно поправил его Сашка.
- Тогда проходи. Сам увидишь.
Бобик исчез в соседней комнате, и Сашка, секунду поколебавшись, как был, в ботинках
прошел следом.
Прямо перед ним стояли два мента, мужик в драном свитере и насмерть перепуганная
тетка.
"Оп-паньки! - успел подумать Сашка. - Это я, кажется, попал! Надо Марго вытолк..."
- К стене! - ухватил его за ворот один из ментов, и Сашка с ужасом узнал в нем все
того же капитана Шитова. - К стене, я сказал!
Сашка на деревянных ногах повернулся к стене, привычно поднял руки вверх и упер их в
стену. "Вот я попал! Ну, попал!"
- И ты, Маргарита, сюда иди! Не стой на проходе!
В комнату вошла Марго.
- Мордой не верти! - ткнули Сашку в бок. - Ноги в стороны!
Сашка поставил ноги на ширину плеч.
- Шире!
Сашка поставил шире.
- Еще шире!
Мент быстро нащупал в кармане Сашкиной куртки портмоне и удовлетворенно хмыкнул.
- Ну вот, на ловца и зверь бежит... товарищи понятые, прошу подойти.
Дальше все шло как по расписанию. Сашкину личность сверили с фотографией на
паспорте, тщательно занесли в протокол все изъятое имущество и начали расспрашивать о цели
прихода. И вот с этим получились непонятки.
- Ну и что ты мне лапшу вешаешь, Никитин? - криво улыбнулся Шитов. - Как это,
просто поговорить?
- Да, только поговорить, - глотнул Сашка. - Вы же знаете, что я на подписке! Какой
дурак станет в моем положении дергаться?
- Эт-точно, - со странной интонацией произнес капитан. - А почему тогда с такими
деньгами пришел?
- На всякий случай. Я всегда с собой деньги ношу.
- Так, понятые, прошу вашего внимания. Вы слышали, что сказал молодой человек в
коридоре?
- Слышали, - испуганно подтвердили понятые.
- Напомните...
- Он спросил, что нового, - глотнул мужик в драном свитере.
- А еще?
- Ну, эта... - вмешалась тетка. - Дурью интересуюсь... кажется, так.
- Ну, вот и всё, Никитин. Те же деяния, предусмотренные частью второй, но
совершенные неоднократно. От пяти до десяти. Забирай его, Серега. Наш клиент.
Что-то пыталась вставить в его защиту Марго, но ее одернули, и Сашке завернули руки за
спину, надели наручники и в полусогнутом состоянии вывели из квартиры.
Попасть глупее, чем он, было невозможно. Их с Бобиком быстро довезли до горотдела, но
только Бобика сразу отправили в "обезьянник", а Сашку, не теряя времени, принялись
допрашивать.
- Ну что, Никитин, колоться будем? - с веселой враждебностью поинтересовался
Шитов.
- Не употребляю, - в тон ему враждебно высмеял двусмысленность ментовского сленга
Сашка и попытался уложить стянутые наручниками кисти поудобнее.
Капитан помрачнел.
- Ты у меня дошутишься, Никитин, - с угрозой произнес он. - Весь свой "червонец"
будешь на нарах прикалываться.
Он пододвинул к себе несколько листков бумаги, закурил и уставился на задержанного
тяжелым, испытующим взглядом.
- Значит, так. Давай с самого начала. Зачем пришел, что хотел купить, в каком
количестве и для кого...
Сашка понимал, что реально против него ничего нет. Если не считать, конечно,
подкинутой ранее анаши. А потому односложно отвечал на вопросы, не вдаваясь в подробности
и уж тем более не называя имен.
Шитов и сам не настаивал на некоторых деталях, например на том, кто именно привел
Сашку к Бобику. с их обоюдного молчаливого согласия предполагалось, что Никитин А. И.
нашел нужную квартиру исключительно Божьим наущением. Но вот всё остальное его живо
интересовало, и только с обвинительной позиции.
- Итак. Ты пришел покупать наркотики.
- Это неправда, - мотнул головой Сашка.
- Не свисти, Никитин, - усмехнулся Шитов. - Всё слышали, свидетели в том числе,
как ты сказал: интересуюсь дурью. Значит, тебя интересовал наркотик. Какой именно?
- Конкретно - никакой, - закусил губу Сашка.
- Тебе что, уже всё равно, чем ширяться? Ладно, так и запишем: Никитин А. И. показал,
что его устраивало любое наркосодержащее вещество.
- Я этого не говорил.
- Как это не говорил? Ты же только что сказал, что тебе было без разницы, что брать!
- Я сказал: "Конкретно - никакой", - внятно напомнил Сашка.
- Так и я о том же! - хмыкнул Шитов. - Переходим к следующему пункту. Сколько ты
хотел взять?
- Я не употребляю наркотики, - покачал головой Сашка.
- Тогда для кого брал? Кто послал?! Фамилия, имя, место жительства.
Сашка стиснул зубы. Всё, что бы он ни сказал, мгновенно перетасовывалось и в нужной
композиции так же мгновенно заносилось в протокол.
- Я сразу предупреждаю: я этого не подпишу. - Шитов откинулся на спинку стула и
окинул его оценивающим взглядом.
- Две недели в СИЗО, и подпишешь. Ну... может быть, две с половиной.
Сашка тоскливо глянул вниз, на холодно посверкивающие на его запястьях наручники, и
упрямо поджал губы:
- Не имеете права.
- Имею. Налицо рецидив. Прокуратура возражать не будет.
У Сашки потемнело в глазах. После этой подкинутой ему анаши его визит к Бобику
вполне могли расценить и как рецидив. Причем вне зависимости от того, что там покажет
дядька.
- Послушайте, капитан, - выдохнул он. - Вы прекрасно знаете, что анашу мне
подкинули. Я даже думаю, что вы сами в этом участвовали.
- И поэтому ты пошел к гражданину Свешникову, - понимающе закивал Шитов. -
Чтобы еще себе приключений на ж... насобирать.
- Вот только не надо из меня идиота делать! - Сашка уже заводился. - Да не поэтому я
к Бобику пошел! Ну ладно, я здесь всего ничего! Но вы же профессионал! Вы что, не видите,
что в городе творится?!
- А что в городе творится? - заинтересованно пододвинулся Шитов. - Ну-ка, ну-ка...
расскажи. Анаши остро не хватает?
- Какая анаша?! - возмутился Сашка. - Что вы зациклились на этой анаше?! Тут
покруче наркота гуляет, а вам и горя мало!
Шитов непонимающе поднял брови:
- Что-то я не пойму, Никитин, чего ты добиваешься?
- А вы что, хотите сказать, что ничего не замечаете?! - язвительно покривился
Сашка. - Я, новый человек в городе, и то вижу, а вы - ни сном, ни духом?! Так?
Шитов растерянно заморгал:
- Ну-ка, давай сначала, Никитин. Чего я должен знать?
- А то! Глаза у всех как полтинники! Реакции - вообще отпад! Меня один такой чуть на
лапшу не порезал! Галлюцинируют на ходу... И вы хотите сказать, что вам это ни о чем не
говорит?!
- А тебе, значит, говорит? - диковато глянул на него Шитов. - И о чем?
Сашка присмотрелся. Он не мог в это поверить, но похоже, что Шитов и впрямь ни о чем
таком не ведал.
- На мой взгляд, в городе гуляет новый наркотик, - пожал он плечами. - Но только это
не героин и уж тем более не анаша. Что-то покруче: ЛСД, мескалин, трептамин... я не
специалист... точнее не скажу.
Шитов замер и некоторое время сидел совершенно молча, тупо уставясь в пространство
перед собой. А потом глуповато заржал:
- Ну, ты даешь! Го-го-го! Разное я слыхал! Го-го-го! Но такое!
- А что здесь смешного? - возмутился Сашка. - То, что вы до сих пор не в курсе? Так
это не смешно. Вам плакать надо!
- Ну ладно, хватит! - в последний раз гыгыкнул Шитов. - Повеселились, и будет.
Итак, на чем мы остановились?
"Тупик! - понял Сашка. - Не выскочить!" Дверь кабинета дрогнула, и Сашка повернул
голову и замер. В проеме стоял... сам Федор Иванович Бугров.
- Ну, как дела? - искоса глянув на Сашку, поинтересовался он.
- Запирается, товарищ подполковник, - пряча улыбку, привстал капитан.
- Сиди-сиди, - махнул рукой Федор Иванович, секунду нерешительно потоптался и
развернулся, чтобы уйти.
Кровь ударила Сашке в лицо, и он вдруг остро осознал, что единственный его шанс
соскочить - это вырваться за рамки служебного протокола - чем бы это ни кончилось. И
тогда он демонстративно громко вздохнул и, прижимая скованные кисти к животу, с деланной
вальяжностью откинулся на спинку стула.
- Интересные у вас подчиненные, Федор Иванович, - громко и как бы размышляя
вслух, произнес он вслед выходящему в дверь подполковнику. - С логикой просто катастрофа.
Наверное, в вас пошли...
Федор Иванович замешкался, медленно развернулся, и Сашка увидел, как брови
начальника горотдела изумленно поползли вверх.
- Как это?
Он явно еще не успел осмыслить сказанное.
- А справедливость у вас у всех какая-то избирательная, - ядовито усмехнулся
Сашка. - Пока вместе с дядей Женей на рыбалку ездили да водку жрали, так никаких проблем.
А как не по нраву пришелся, так вы готовы всех Никитиных до седьмого колена истребить?
Федор Иванович побагровел.
- Я сначала даже подумал, это из-за плохой памяти... - нагло проронил Сашка.
- Ты чего несешь, сопляк? - сжал пудовые кулаки Федор Иванович.
- Ну... не хочется вам помнить, кто вас в начальники горотдела подпихнул, - холодея от
ужаса, нес полную околесицу Сашка, - вот и сменилась милость... на гнев.
Начальник горотдела двинулся на него, как айсберг на дохлую шлюпку. Сашка поймал
себя на том, что рефлекторно вжимает голову в плечи, и понял, что сейчас-то и произойдет
самое страшное.
Но Бог его зачем-то сохранил. Федор Иванович подошел, с трудом перевел дух и, явно
удерживая себя от немедленной расправы над этим щенком, медленно повернулся к капитану:
- Что на него есть конкретно? Кроме анаши...
- Работаем, Федор Иванович, - снова приподнялся из-за стола ошарашенный капитан.
- Я спросил, что на него есть конкретно! - с упором на "конкретно", яростно повторил
начальник горотдела.
- Ну... это... - пытался угадать волю начальства Шитов.
- Что конкретно, я спросил! - заорал подполковник.
Глаза капитана забегали: он просто не успевал сообразить...
- Да то же, что и на дядю Женю, - удивляясь тому, что еще жив, тихо сказал Сашка. -
Острое желание посадить.
Подполковник резко развернулся, и Сашка понял, что ему конец.
- За мной! - мотнул головой в сторону двери начальник горотдела.
Сашка, словно загипнотизированный, поднялся со стула и почувствовал, что ноги его не
держат. Кинул взгляд на пунцового от невысказанных эмоций капитана, затем на уходящего в
сторону двери подполковника и медленно тронулся вслед.
Шитов догнал Сашку только у лестницы. Остановил, быстро расстегнул наручники и
бросил их дежурному:
- Саттарову отдашь. Это его браслеты.
Затем, видя, что начальник горотдела уже почти поднялся на второй этаж, крепко ухватил
"наркодилера" за плечо и, толкая его перед собой, старательно доставил в приемную.
- Вперед. И поменьше выпендривайся.
"Сто пудов - он полномочия превысил. Вот и сдрейфил..." - подумал Сашка, кивнул
немолодой секретарше и шагнул через порог огромного пустого кабинета.
- Садись! - дыша гневом, приказал начальник горотдела.
Сашка огляделся и присел на один из длинного ряда стульев у стены. Странное дело, но
последние слова Шитова изрядно его успокоили.
Федор Иванович сунул руки в карманы и, тяжело дыша, заходил из угла в угол. Сашка
ждал.
- Ты чего язык распускаешь, щенок? - резко остановился он напротив. - Что ты
вообще об этом знаешь?!
- Я...
- Молчать!
Сашка с деланным равнодушием пожал плечами и начал демонстративно растирать
затекшие запястья.
Бугров кинул в него испепеляющий взгляд, яростно крякнул и снова заходил по кабинету.
- Водку, видишь ли, мы пили... - ненавидяще буркнул он. - Сопляк! Мне еще не
хватало, чтоб всякие щенки учили!
В дверь постучали, и в кабинет заглянул рыжий коренастый крепыш в голубом
камуфляже:
- Разрешите?
- Что там еще?! - разъярился Бугров. Крепыш простецки развел руками:
- Все в сборе. Как вы и сказали.
Подполковник яростно пыхнул и глянул на Сашку. Он явно разрывался между
необходимостью заниматься служебными делами и желанием высказать этому щенку все, что
он о нем думает. Но время шло, и служебный долг помаленьку одерживал верх.
- Ладно, я сейчас, - раздраженно отмахнулся он. - Хотя... без толку это! Всё равно там
никого не будет...
Сашка ждал.
- Иди за мной, - жестко приказал ему Бугров и направился к двери. - Щас и проверим,
как вы, Никитины, за слова отвечаете!
Сашка хлопнул глазами: это прозвучало как угроза, и похоже было, что ему с минуты на
минуту предъявят за каждое неосторожно сказанное слово.
Федор Иванович провел его на задний двор горотдела и ткнул пальцем в новенький уазик:
- В машину!
Сашка молча пошел вниз по ступенькам.
- Виктор! Караоглу! - рявкнул начальник милиции, и из машины выскочил
перепуганный водитель. - Присмотри за ним!
Сашка подошел к уазику и с трудом засунул непослушное тело внутрь.
- Чего это с Бугром? - настороженно поинтересовался шофер, закурил сам и предложил
угощаться Сашке.
Он явно не мог предположить, что начальник горотдела посадит к себе в машину
"верблюда", обвиненного по статье двести двадцать восемь, часть вторая.
- Да вот, - нервно усмехнулся Сашка, - вчера дядьку замели, а сегодня меня.
- Дядьку? - не понял, но уже насторожился шофер.
- Ну да, Евгения Севастьяновича, - неохотно пояснил Сашка. - Никитина. Знаете
такого?
- Чего? - моргнул Караоглу да так и замер с пачкой в руках. - Ты чего несешь? Кто
это Евгения Севастьяновича замел? Я его лично два часа назад домой отвез!
Сашка похолодел.
- Как это - лично? - с трудом выдавил он.
- Вот так, - пожал плечами шофер. - Эту ночь они, правда, в кабинете у Бугра
просидели, но утром, как сказали, что мэра не будет, я его и отвез...
На крыльцо, окруженный группой офицеров, стремительно вышел Федор Иванович. Он
отдал подчиненным какое-то распоряжение и подошел к машине.
- Давай сразу в балок, а там и остальных подождем, - скомандовал он.
Водитель повернул ключ зажигания, и Сашка придвинулся вперед, так чтобы Бугров его
слышал.
- Извините меня, Федор Иванович... - с трудом проговорил он. - Я думал, что вы дядю
Женю... того... посадили ни за что. Ну, и меня... Вот и понесло.
- Индюк тоже думал, - холодно отрезал милиционер. - А с вами, господа Никитины, я
еще не разобрался. Рано радуешься.
Сашка растерялся. С одной стороны, дядя Женя дома, живой и здоровый, да и сам он не в
камере сидит, но с другой... Что-то здесь было не так!
- Если бы не его слово, хрен бы он у меня сегодня вышел, - покачал головой Бугров.
- Разве вы не видите, что это нормальный мужик? - тихо спросил Сашка.
- Щас проверим, какой он нормальный, - с угрозой произнес подполковник и вдруг
резко повернулся к Сашке: - Да в том-то и беда, что нормальный был мужик! Специалист
первоклассный! Люди уважали! Мог бы еще работать и работать - здоровье позволяет! Нет,
ему всё мало! Бросил всё! Занялся какой-то галиматьей! И себе голову морочит, и людям! Да
еще и с криминалом связался!
Уазик уже промчался по неширокой улице через центр, и впереди показались черные от
времени дома городской окраины.
- Да и ты хорош! - буркнул Федор Иванович; он уже помаленьку отходил. - На тебе
статья висит, а ты за Маргаритой по всяким Бобикам ходишь! Ей-то он хоть одноклассник
бывший, а тебя-то зачем туда понесло?
- К Бобику? - механически спросил Сашка, понимая, что Марго сделала всё, чтобы
отмазать его перед отцом.
- Нет! На выставку достижений народного хозяйства! - зло отозвался милиционер.
- Я просто подумал, что меня подставили из-за нового наркотика...
Федор Иванович снова развернулся к Сашке лицом:
- Чего-чего?
- Я ведь к Бобику только из-за этого пошел, - волнуясь, пояснил Сашка. - Я и Шитову
то же самое сказал...
Он принялся объяснять и сразу увидел, что с милицейской точки зрения это все чересчур
заумно. Бугров крякал, качал головой и всё время вставлял свои довольно язвительные
замечания. Он и на дух не принимал ту идею, что в его маленький, далекий от морских портов
и финансовых бирж городок мог попасть такой экзотический продукт, как ЛСД. А уж про
мескалин, псилоцибин или триптамин и про возможность использовать эти средства для
сверхглубоких медитативных состояний, в том числе и в рамках изолированных сект, он даже и
не слышал. Этого не было в его суровых и до предела конкретных милицейских буднях, а
значит, этого не было вообще.
- Я вот смотрел, - безостановочно тарахтел Сашка, - у некоторых реакции были
ненормальные, как после травки... Но это совершенно точно не она!
- Конечно, не травка! - отрезал Федор Иванович. - Это дурость человеческая! Я и
Нелке то же самое сказал. Так разве она слышит?! Как же! Духовность ей подавай! Я для нее,
видите ли, малодуховный! Хорош, Витек! Здесь останови.
Он или не понял, что ему только что сказали, или не захотел понять.
Машина встала, и Сашка глянул в окошко. Они находились на самом краю города, а
впереди красовалась чудовищных размеров помойка. Федор Иванович вышел из машины.
- Саттаров! Башлыков! Ко мне! - скомандовал он, и к нему споро подбежали
выскочившие из машины офицеры.
- Все здесь?
- Все... - нестройным хором откликнулись подчиненные.
- А то чтоб не вышло мне как в прошлый раз! - грозно напомнил что-то давнее и явно
очень и очень стыдное начальник горотдела.
- Ну что-о вы, Федор Иванович, - смущенно затянули менты.
- Тогда вперед! - завершил "инструктаж" подполковник.
Он сказал еще несколько фраз и стремительно двинулся к машине.
- А куда это мы? - на ходу поинтересовался Сашка, но водитель только досадливо
поморщился.
Бугров запрыгнул в машину:
- Вперед, Витек!
Уазик сорвался с места и помчался по грязной ухабистой улице.
- Ну, Женька! - досадливо крякнул подполковник. - Ну, блин, впарил мне хренотень!
Ну не дай бог там пусто!
Сашка оторопел. Он знал только одного Женьку - дядю Женю. Но что за "хренотень" он
"впарил" начальнику горотдела, не понимал.
Машина встала около невысокого двухэтажного барака. Из уазиков повыскакивали и
рассыпались менты, двое сержантов стремительно отвадили нескольких случайно оказавшихся
неподалеку зевак, и вся группа скрылась за черной покосившейся дверью подъезда. Бугров
сидел в уазике и, расслабленно наблюдая за развитием событий, переговаривался с кем-то по
рации.
Внезапно раздался странный треск, затем пять или шесть выстрелов, ухнуло выпавшее на
улицу стекло, и Сашка прильнул к боковому стеклу. В окне второго этажа стоял голый по пояс,
татуированный до самой шеи мужик с короткоствольным автоматом в руках.
- Падлы! - заорал мужик. - Мусора поганые!
- Йо-ка-лэ... - оторопел Бугров. - Не может быть!!!
И тут же раздалась автоматная очередь.
- "Жилетку" давай! - крикнул Сашке мгновенно согнувшийся в три погибели Бугров.
Сашка непонимающе завертел головой.
- Бронежилет, грю, подай!!! - страшно заорал подполковник. - И не высовывайся, на
хрен!
Сашка поискал глазами и сообразил, что прикрытый куском брезента сверток на сиденье
рядом с ним, скорее всего, и есть бронежилет. Он откинул брезент, ухватился за рубчатый
"броник" обеими руками, с усилием поднял его и протянул Бугрову.
- Твою мать! - заорал Бугров и вывалился в дверцу, на ходу натягивая непослушную
бронированную конструкцию. - Всем назад!
- Падлы! - заорал татуированный и выпустил очередь в сторону машины.
Тренькнули по металлу пули, и Сашка с шофером дружно охнули и вжались мордами в
сиденья. Послышалась еще пара очередей, еще и еще, и вдруг все стихло.
И тут же послышался многоэтажный бугровский мат.
- Вашу в... ж... мать! - орал Федор Иванович. - Вы чего наделали, недоумки?!
Сашка осторожно глянул через лобовое стекло. В окне второго этажа барака было пусто.
Он перевел взгляд на беснующегося неподалеку Бугрова, затем на шофера - и вдруг заметил
белое пятно на земле прямо под окном. В груди похолодело.
- Во, блин! - скрипнул зубами водитель, стремительно распахнул дверцу и выскочил
наружу. - Опять, зараза, по машине! Ну что за жизнь?!
Сашка медленно вышел следом и, оглянувшись по сторонам, подошел ближе к
сгрудившимся ментам. Татуированный лежал под окном, уткнувшись лицом в грязь и раскинув
тощие бледные руки в стороны, а из рваных отверстий на темно-синих куполах огромного, на
всю спину, храма медленно сочилась бурая кровь.
Уже стекшиеся к командиру офицеры на ходу начали виновато горбиться и втягивать
головы в плечи.
- Это же Крапленый! - чуть не плакал начальник горотдела. - Какая тварь его
замочила?! Вы что, не могли поаккуратней его уронить?! Чтоб живой был?!
- Кто ж знал, что это Крапленый? - растерянно шмыгнул носом кто-то из ментов.
- А гляделки вам на что?! Только на блядей пялиться горазды!
Федор Иванович был вне себя. Похоже, этот синий от татуировки человек представлял
для ментов какую-то особую промысловую ценность и его, как редкого зверя, следовало
добывать с величайшим вниманием и только живьем.
- Башлыкова ко мне! - жестко распорядился Федор Иванович и начал стаскивать
бронежилет. - Держи, Караоглу! И пацана домой отвези!
Водитель кивнул, принял бронежилет, и они побрели назад, к машине, слушая, как за их
спинами начинается жуткий начальственный разнос.
- Кто он? - поинтересовался Сашка.
- Крапленый, что ли? - недовольно буркнул шофер.
- Ага...
- Да так, беспределыцик местный. Бугор за ним давно охотился.
- И че теперь?
- А че теперь? - невесело вторил водитель. - Теперь всё: труп он и есть труп. С него
взятки гладки!
Караоглу подбросил его к самому подъезду, и Сашка побрел по ступенькам на второй
этаж. Минувшие сутки выдались настолько сумасшедшими, что он как никогда ясно осознал,
насколько права оказалась мать с этими своими снами. Сюда ехать не стоило.
Дядьки дома не оказалось, и Сашка хлопнул холодильником, но почувствовал, что
невероятно пропотел, преодолел мгновенно проснувшийся голод и побрел в душ. И только
здесь, глянув на шкафчик с туалетными принадлежностями, понял, что следует сделать. Потому
что, если это всё-таки наркотик, он должен быть где-то здесь.
Сашка тщательно просмотрел содержимое шкафчика, затем вышел на кухню и дотошно
перетряхнул аптечку, затем планомерно обыскал спальню и зал, но везде было пусто. Кое-какие
медикаменты имелись, но это были преимущественно витамины, глюконат да активированный
уголь. Даже не смешно.
Зазвонил телефон, и он, думая, что это дядька, кинулся снимать трубку. Но это оказалась
мать.
- Как вы там, Сашенька?
- Ничего, ма, нормально, - автоматически соврал он, отгоняя от себя нахлынувшие
"картинки" хождения на сопку, стояния у стены с завернутыми назад руками и трупа с
простреленными куполами на спине.
- Мне опять сон приснился, - вздохнула мать. - Что там у вас происходит?
- Ну... мелкие неприятности имеются! - фальшиво рассмеялся он. - Но пока все
тьфу-тьфу!..
- Ты уж береги себя, сынок, - встревоженно попросила мать. - А еще лучше
возвращайся. А?
"Я бы вернулся... - подумал он. - Если б не чертова подписка!"
- Я подумаю. Но мы еще на станцию не ходили, начальник в область уехал.
- Подумай, Сашенька, подумай...
Они сказали друг другу еще несколько на первый взгляд ничего не значащих, но
совершенно необходимых близким людям фраз, и Сашка положил трубку. И тут же услышал,
как открывается входная дверь. Он обернулся: в прихожей стоял дядя Женя.
- Что, Катя звонила? - вместо приветствия спросил он и включил свет.
Еще вчера смотревшийся молодцом, дядька выглядел сегодня уставшим и невероятно
постаревшим.
- Ага, - кивнул он. - Мама.
- Беспокоится... - покачал головой дядька и обессиленно осел на пуфик. - И ты
беспокоишься... я вижу.
- Есть немного, - глотнул Сашка.
- Не бойся, - произнес дядька и начал стаскивать ботинки. - И наркотики больше не
ищи, не позорься... Нет у меня в доме никаких наркотиков.
Сашка похолодел.
- Не веришь? - усмехнулся дядька, с усилием встал с пуфика, повесил куртку, подошел
ближе к свету, под самый плафон, и закатал рукава рубашки. - Смотри.
Сашка невольно отвел глаза.
- Нет, ты посмотри.
Сашка глянул. Вены, конечно же, были совершенно чистые.
- И "колес" я не принимаю. Как ты уже мог убедиться.
Сашка покраснел.
- Так что ты, Сашок, с выводами не торопись, а то попадешь в дурацкое положение, не
хуже, чем Федор Иванович.
В голове у Сашки мелькнул сложный ряд ассоциаций, и он, преодолевая смущение,
спросил то, что должен был спросить:
- А как там... со мной?
- Нормально с тобой, - усмехнулся дядька. - Я же тебе говорил, что разведу.
- Ты что, уже договорился?! - охнул Сашка.
- Поменялся, - мрачно отозвался дядька. Сашка представил, как дядька идет на суд
вместо него, и в груди у него екнуло.
- На что?
- Да... так... на беспределыцика одного. Гнусная личность. Федька давно его
отлавливал...
У Сашки все опустилось, а перед глазами замаячили синие, разорванные выходными
отверстиями от пуль купола.
- А как... а как ты его... откуда?
- Откуда узнал, где он залег? Да оттуда же, откуда знаю, что ты квартиру мою только что
обыскивал. Сила...
Сашка сглотнул. Бред умножался и принимал законченные и неопровержимые с
атеистической точки зрения формы. А его свободу только что выменяли на смерть совершенно
неизвестного ему человека.
Он забрался в ванну и долго лежал в горячей воде, тщетно надеясь, что это поможет.
Обычно вода смывала с него все. Но сегодня что-то помогало слабо. И когда он вышел,
квартира снова была полна болезненных юнцов и подвижных, возбужденных женщин,
бородачей с отсутствующими глазами и девиц с таким выражением лица, словно они только и
ждут, что их вот-вот ударят.
За окнами быстро темнело, и Сашка снова вспомнил, что так и не поел, поджарил себе
яичницу, а затем вышел в зал и переместился на ковер. Сегодня бы ему небольшая духовная
помощь не помешала. Но ничего такого не происходило: ни исцелений, ни трансовых
состояний. Народ обсу
...Закладка в соц.сетях
