Жанр: Фантастика
Наследники чародея 2. Рыцарь ртуть
... и не внушил мне
желания! Никто не силен настолько, чтобы заставить меня силой отдать то, что я храню для
одного!
Будь уверен, я девственна, и любая из женщин, твоя или моя мать подтвердят это, если
потребуется!
Во взгляде сэра Хемпена впервые проступило сомнение.
- Верни меч!
- Уезжай, - ответила она, - когда скроешься из виду, я оставлю твой меч на опушке у
дуба. И когда меня здесь уже не будет, ты сможешь вернуться и забрать его.
- Ну нет, кто-нибудь может наткнуться на него до моего возвращения и украсть! Как я
тогда объясню потерю меча?
- А ты подумай лучше, как ты объяснишь, если я оставлю его у себя? - возразила ему
она.
Рыцарь залился краской не то смущения, не то стыда.
- Можешь вернуться за своим мечом или уехать без него, воля твоя, но здесь ты его
получишь только в ребра!
Сэр Хемпен хрипло рассмеялся.
- Глупая девка, как ты объяснишь мою смерть?
И опять отчаяние охватило ее, и вновь пришло вдохновение:
- А я и не стану ничего объяснять; когда найдут твое тело, кто сможет предполагать, что
тебя убила простая деревенская девушка?
Рыцарь густо покраснел и почти шепотом произнес:
- Большой дуб на опушке около леса.
- Когда ты скроешься из виду, - согласилась Джейн.
Сэр Хемпен бросил в сторону девушки последний то ли алчный, то ли гневный взгляд,
потом резко развернулся и пошел к лошади.
Джейн, не отрываясь, смотрела ему в след. Едва листва скрыла его спину, девушка
нырнула в тень кустов и только там позволила себе заплакать.
Он нашел свой меч, Джейн наблюдала за ним из-за кустов, и уехал, поднимая клубы пыли.
Девушка была уверена в том, что он попытается ей отомстить, но решила, что надо во что бы то
ни стало не давать ему такой возможности. Она перестала выходить по ночам и даже днем
ходила в сопровождении братьев.
Как жаль, что они были ей братьями.
Но как оказалось, отомстить можно и по-другому. Стали регулярно наведываться другие
молодые рыцари и пытаться флиртовать с ней, но делали это грубо и требовательно. Она всегда
резко обрывала их, но когда появился третий, Джейн поняла, что сэр Хемпен, сам не в силах
справиться с ней, решил опорочить ее, испортив репутацию. Она понимала, что должна
положить этому конец, и, как всегда, не желая вовлекать братьев в свои неприятности, при
появлении очередного молодого претендента беззаботно захлопала ресницами, рассмеялась и
велела ему подождать ее у большого дуба возле тропы для телег, в том месте, где она
углублялась в лес. А когда он появился, она еще раз доказала крепость своей дубинки, заставив
его, как и сэра Хемпена, возвращаться за мечом к дубу. Ей пришла в голову мысль, что так она
сможет собрать целую коллекцию оружия. Однако, понимая, что мечи слишком важны для
рыцарей, она не рисковала оставлять оружие у себя. Неизвестно, что сталось бы с ее родными,
если бы она была обвинена в колдовстве или еще в чем-нибудь.
Вернувшись домой, она застала мать и сестру в слезах, братья выглядели мрачно, и она
осознала, как мало у них, в сущности, есть.
Они проводили гроб с телом отца на кладбище, потом отвели мать домой. Много дней,
преодолевая горе, они пытались понять, чем прогневили Бога и почему он отнял у них отца. Эта
потеря глубоко ранила их, и Джейн была потрясена, поняв, что вся их жизнь держалась на нем.
Он, как скала, прикрывал всю семью от забот и проблем. Еще яснее она ощутила горечь через
месяц, когда сэр Данмор приказал троим ее братьям присоединиться к своему отряду. Именно в
этот момент потребовалось продемонстрировать силу на границе графства Лаэга. Солдаты
соседа графа несколько раз нарушали границу и грабили угодья и крестьян.
- Всех троих? - ошеломленно спросила мать. - Разве он не может оставить хоть
одного сына, чтобы он мог заботиться обо мне и о девочках?
- Граф Лаэг приказал сэру Данмору взять всех, - угрюмо ответил оруженосец. - Не
нам спрашивать его, почему.
- Конечно, нет, - согласилась мать, отводя взгляд.
Джейн поняла, почему граф Лаэг отдал этот приказ, и сердце ее упало. Она пыталась
уверить себя, что это глупо, и что она видит дурные замыслы там, где их нет, но так и не смогла
в это поверить. Она слышала, что граф Лаэг приметил ее во время недавнего посещения
деревни. Очевидно, она понравилась ему, и этот развратный старик, не пропускавший ни одной
красивой девушки в своем поместье, конечно же, пожелал ее в свою постель. Конечно, все дело
в этом. Вряд ли сэр Хемпен решился бы рассказать о ней сыну графа Лаэга или какому-нибудь
другому юному рыцарю. Другой рыцарь тоже скорее был бы смущен, и они не стали бы
говорить о ней. Но если это так, почему за ней приехал рыцарь с десятком солдат, а не один
оруженосец?
- - Мою дочь Джейн? - прошептала мать, держась за косяк, как будто верила, что
дверь защитит их. - Зачем их милости мря дочь?
- Прислуживать в его поместье, - рыцарь не решался встретиться с ней взглядом. - У
него есть жена и дочери, а им нужны служанки, красивые и расторопные.
Лицо матери посерело от дурных предчувствий, она слышала, каких услуг требует от
служанок граф Лаэг.
- Как он добр и великодушен! - Джейн продемонстрировала радость, которую совсем
не испытывала. - Мама, служанкам хорошо платят. Наверное, граф узнал о смерти нашего
отца и решил дать мне возможность немного заработать. Он понял, что нам нужны деньги. -
Но сама подумала, что граф действительно узнал о смерти отца, и с болью поняла, что только
присутствие отца и братьев спасало ее от старого развратника. Графу оказалось так легко от
всех избавиться. Ее охватила тревога.
Граф может отправить братьев в засаду на границе, и они все погибнут! Если он это
сделает, что будет, когда они вернутся домой? Мысленно она увидела окровавленные мечи и
приняла решение, что бы с ней ни произошло, братья не должны узнать об этом.
- Именно так скорее всего и будет, - успокоил ее рыцарь, который привел отряд.
Джейн удивленно посмотрела на него. Неужели он прочел ее мысли?
- Граф Лаэг заплатит тебе серебром, - заверил ее рыцарь.
Серебро, когда он намерен отнять у нее то, что дороже золота, дороже самой жизни, -
честь!
Но лицо матери разгладилось, она поверила в выдумку Джейн, потому что отчаянно
хотела верить, что никакая опасность не грозит ее красавице дочке.
- Конечно. Но ты должна прилично выглядеть, когда предстанешь перед графиней и ее
дочерьми, дорогая. Иди собирайся, а я попрошу Гертруду приготовить тебе еды в дорогу. -
Джейн могла бы возразить, что путь займет меньше дня и что у нее вообще нет аппетита, но
поняла, что матери нужно верить в невинность происходящего, что Джейн действительно рада
возможности послужить графине и ее дочерям. Поэтому она повернулась и побежала по
лестнице, изо всех сил делая вид, что ей весело. В своей комнате ей уже не надо было ничего
изображать и лицо ее стало мрачным. Горючие слезы обожгли глаза, но она, взяв себя в руки,
переоделась в дорожный костюм, взяла четыре платья и еще кое-что. В глубину тюка Джейн
спрятала кинжал, подаренный ей когда-то отцом. Затем, заставив себя выглядеть беззаботной,
присоединилась к солдатам. Они обращались с ней вежливо - то ли от сочувствия, то ли
опасались разгневать лорда, она не знала. Но испытывала в отношении их благодарность. Хотя
бы от них не приходилось отбиваться, и можно было спокойно обдумать, что делать дальше.
Она вся горела от ярости.
Кто такой этот граф Лаэг, чтобы она подчинялась его капризам, особенно таким? Победив
четверых молодых рыцарей, она потеряла уважение ко всем представителям мужского пола, в
своих желаниях и способах их достижения они были не лучше деревенских собак. Как воины,
они лучше, это верно, они умеют фехтовать, но все-таки не так хорошо, как сама Джейн. Они
ни в чем не превосходили ее. Нисколько не лучше деревенских болванов! Тогда по какому
праву они стали рыцарями? По какому праву этот развратный старик Лаэг стал ее лордом, а она
всего лишь простолюдинка?
Лишь только по праву рождения, точнее, по случайности.
Они нисколько не лучше Джейн и ее братьев, значит, только случайность позволила им
родиться рыцарями и леди, а она родилась у простого оруженосца и крестьянки. Если для того,
чтобы стать лордом, нужны быстрое лезвие и еще более быстрая мысль, она сама сможет стать
леди. Граф предложил ей серебро?
Что ж, но она ценит свою девственность дороже! Джейн молча поклялась себе, что лучше
примет смерть, чем ласки лорда. Она, конечно, понимала, что проще всего будет уйти через
спальню его милости, но сдаваться ему не собиралась.
Когда они достигли замка, прошли через боковой вход и поднялись по задней лестнице,
именно в спальню к лорду ее и отвели. Очевидно, никто не должен был знать о ее приезде,
кроме рыцаря и солдат, которые ее привезли. О, разумеется, она будет прислуживать графине и
ее дочерям, но после того, как граф позабавится с нею! В конце концов должен же быть у него
предлог, чтобы привезти ее в замок. Графиня же не должна видеть ее до того, как граф
натешится, иначе она может что-нибудь заподозрить. Джейн привели прямо в спальню графа и
велели смыть дорожную грязь. Ей даже оставили немного еды и целую бутылку вина. Дверь за
солдатом закрылась. Джейн презрительно посмотрела на бутылку. Она почти не сомневалась,
что бедные девушки, которых сюда приводили, напивались до бесчувствия, стараясь
приглушить страх и боль, но для того, что она замыслила, ей самой нужна ясная голова.
Она не хотела, чтобы граф Лаэг догадался об этом, а потому вылила полбутылки в ночной
горшок. Развязав тюк со своей одеждой, девушка достала кинжал. На постели лежало
роскошное платье, но белья не оказалось, поэтому она оставила свое.
Сбросив дорожный костюм и надев новое платье, Джейн спрятала под ним кинжал и стала
ждать. Солнце садилось, а Джейн все более мучили тревожные предчувствия, пока ею не
овладело ужасающее напряжение. Наконец дверь открылась, и вошел граф Лаэг, улыбаясь
сквозь редкую рыжую бороду пьяной и развратной улыбкой, обнажающей пеньки гнилых
зубов. Он подошел к девушке и положил руку ей на талию.
- Добро пожаловать, красавица!
Джейн заставила себя улыбнуться, хотя ей хотелось разорвать его зубами.
- Добрый вечер, милорд!
Он усмехнулся.
- Ведьму, о которой так много говорят, укротить, оказывается, легко. Мой капитан
доложил, что ты любишь серебро.
- Да, милорд, - с улыбкой ответила она.
- Ну, тогда давай посмотрим, много ли ты стоишь! - Он обнял ее так крепко, что она
удивилась, и впился в ее губы.
Испытывая отвращение, она заставила себя выдержать его поцелуй, потому что ей было
важно, чтобы его рот был занят и он не отвлекался. Одной рукой обняв его за шею, другой она
нащупала под платьем кинжал и вонзила его графу в грудь.
Он попытался было закричать, но она сильно сжала его за шею, и, прижав губы к его рту
еще сильнее, приглушила крик.
Его тело обмякло, потянуло ее вниз. Она разжала руки, позволив ему упасть на пол. Глядя
на распростертое тело и лужу крови, она не в силах была поверить, что он мертв. Она видела,
как стекленели его глаза. Джейн не испытывала ни малейших угрызений совести, он заслужил
насильственную смерть. Так и надо этому развратнику, растлителю девушек! В какой-то
момент она даже пожалела, что смерть его была такой быстрой. Двигаясь обдуманно и без
колебаний, она подняла кубок, теперь можно было позволить себе глоток вина. Вначале Джейн
просто прополоскала рот, сплюнув в ночной горшок, а затем немного отпила.
Потом неторопливо переоделась в дорожное платье, она была уверена, что никто не
посмеет помешать лорду в его наслаждениях, и поэтому до утра сюда никто не войдет.
Наконец, отвернувшись, чтобы не видеть крови, хлынувшей из раны, девушка решилась
вытащить кинжал из его груди, вытерла лезвие об одежду лорда, сунула за рукав и открыла
дверь. Стражники посмотрели на нее и насторожились, заметив, что она переоделась.
- Его милость требует еще вина, - сказала она пьяным голосом, подмигивая. Один из
стражников улыбнулся, успокоившись, и ушел.
- Ты что же это, все выпила и ничего не оставила графу? - удивился второй со смехом.
- Ага... - она тупо уставилась на алебарду, слушая, как удаляются шаги первого
стражника. - Зачем тебе это... эту...
- Алебарда? - подсказал стражник. - Чтобы защищать его милость, малышка.
- А как... ик, ты это делаешь? - спросила она, берясь за древко.
Он насмешливо ухмыльнулся и выпустил оружие из рук.
Пошатнувшись, Джейн отступила на шаг... и с молниеносной скоростью и безошибочной
точностью развернула алебарду.
Хрустнула кость, и, так ничего и не успевший сообразить, стражник упал.
Джейн быстро подхватила его, боясь, что зазвенит оружие, упав на каменный пол. Она с
трудом затащила тяжелую тушу в спальню графа и закрыла дверь. Связав стражника его же
собственным поясом, заткнула ему рот куском рубашки и прикрыла покрывалом. Она не
хотела, чтоб тот, очнувшись, увидел мертвое тело графа и раньше времени поднял шум. А так
он не будет сильно стараться звать на помощь. Подобрав тюк со своей одеждой, Джейн
подбежала к двери. Постояла, задумавшись, потом решила, что повесить могут и за кражу козы.
Если уж она обречена на казнь за убийство дворянина, не стоит бояться наказания за кражу
меча. Вернувшись к телу графа, она расстегнула пояс с мечом и надела его на себя. Потом уже
без лишних колебаний Джейн вышла из спальни, плотно закрыв за собой дверь. Повернув ключ
в большом старом замке, она спрятала его в своем тюке и пошла прочь.
Она знала, куда идти, не зря ее провели сюда тайно. И на этот раз ее не заметили. Она
спустилась по черной лестнице, миновав вход для прислуги, пока наконец не добралась до
задних ворот. Если кто-то ее и видел, то не обратил внимания - в том числе и стражник у
ворот, который даже не успел удивиться.
Просто неожиданно звезд на небе вдруг стало гораздо больше, и он погрузился в
глубокую тьму. Джейн вышла, неслышно прикрыв за собой ворота, и исчезла в ночи.
Глава пятая
- Итак, ты все еще девственница? - удивился Джеффри.
- Да, - прошептала Ртуть.
- Тем более я не трону тебя, хотя должен откровенно признаться, что желание мое почти
нестерпимо. Прошу тебя, помоги мне справиться с ним. Отвлеки, расскажи, что случилось
дальше.
Как ты сумела захватить все графство?
Ртуть долго смотрела на него, словно определяя, насколько велико его желание и
достаточно ли оно, чтобы удовлетворить ее жажду мести.
- Я выиграла немного времени, зная, что никто не решится войти в спальню графа до
утра, да и часового вряд ли найдут раньше. Его товарищ решит, что он отправился к девушке, и,
конечно, подождет некоторое время, прежде чем начнет его искать. Таким образом, у меня в
запасе было несколько часов, примерно до середины утра.
- Да, но потом за тобой должны были послать погоню, всадников с собаками, тебя ведь
искало полграфства, - , заметил Джеффри.
- Конечно, погоня была, - негромки ответила Ртуть, - и я знала, что так и будет. Но,
видишь ли, это и мое графство, и его поля и леса я знаю лучше любого лорда. Через час я уже
была в лесу и еще до рассвета надежно затерялась в нем. Просто забралась в дупло старого дуба
и переждала там, обдумывая планы на будущее. До того я думала только о бегстве.
- Не удивительно, - с натянутой улыбкой согласился Джеффри. - Поразительно, что
ты все заранее и так хорошо рассчитала. Мало у кого из мужчин хватило бы храбрости и ума
так все устроить. Я бы думал только о схватке.
- Благодарю тебя... - удивленно промолвила она. - Но разве был у меня выбор? -
вероятно, она сочла этот вопрос риторическим, потому что, не дожидаясь ответа, продолжала:
- Я знала, что меня ждут опасности, не такие ужасные, как люди графа, но все равно
серьезные. Я спряталась, лишь для того, чтобы немного отдохнуть, а когда проснулась, солнце
было уже высоко, сквозь листву пробивались сверкающие лучи, лес заполнился светом. Тогда я
и обдумала свои дальнейшие действия.
- Почему же собаки не взяли твой след?
Вместо ответа Ртуть улыбнулась ему.
- Конечно, - медленно проговорил Джеффри. - Ты прекрасно знаешь лес и знаешь,
как скрыть след.
- Гораздо лучше любого пса, уверяю тебя, и двуногого, и четвероногого. Умывшись
утром, я с удивлением обнаружила, что страшно хочу есть. С аппетитом съев то, что мать
приготовила мне в дорогу, я вернулась в свое дупло, чтобы еще раз как следует обдумать все и
приготовить план. Я понимала, что своим ночным поступком поставила себя вне закона,
потому что мертвый лорд - вполне достаточное основание, чтобы повесить дочь оруженосца.
И меня повесят, если поймают. Я беспокоилась за мать, братьев и сестер, боясь, что сын
графа, новый граф, попытается отомстить им за смерть отца. Но со всем сразу справиться я не
могла, сначала нужно было одержать победу в первой схватке.
- Здравые рассуждения, - кивнул головой Джеффри.
- Никакого плана вообще-то не было, - резко продолжала Ртуть. - Я исходила из того,
что меня убьют, если поймают, и, возможно, сначала подвергнут пыткам, и все равно потом
повесят. Или мне придется жить вне закона, где моя жизнь и жизнь того, кто захочет отобрать
ее у меня, равны.
- Глупец тот, кто этого пожелал бы, - вставил Джеффри.
- О! Я не сомневалась, что такие найдутся, - негромко ответила Ртуть. - Мир полон
дураков. Я думала о том, как справлюсь с ними, когда они придут, и радовалась, что прихватила
меч графа.
- И как скоро отыскали тебя джентльмены леса? - поинтересовался Джеффри.
- Не называй их так. Это были люди из навозной кучи, отходы человечества, худших я
не встречала. Они пришли в полдень, потому что лучше людей графа умеют выслеживать
добычу. Вернее, они сумели отыскать след, который я специально оставила для них - не с края
леса, а всего в нескольких сотнях футов от того места, где спряталась.
Джеффри кивнул.
- Так что ты сама выбрала место и время схватки, что ж, разумно, что было дальше?
- Это произошло на небольшой лесной полянке, в глубине леса, я стояла футах в
пятидесяти с южной стороны, скрытая кустами.
- Солнце стояло за тобой и било им в глаза, умно! - восхитился Джеффри.
- Именно так. Они были грязны и запущенны, настоящий сброд!
Разбойники остановились посреди поляны и удивленно переглядывались.
- Она должна быть где-то здесь, - прохрипел один.
- Она должна быть здесь, у тебя хорошие глаза, Мач, и мы все видели следы маленьких
башмаков. Она, без сомнений, пришла сюда, но куда исчезла?
- Может, орел унес, Бьюлин, - предположил кто-то из бандитов.
Бьюлин с медлительностью усталого человека небрежно ударил его по губам, и тот так же
небрежно увернулся, будто это происходило по несколько раз на дню и стало привычным.
- Умолкни, Толб, - прорычал Бьюлин, - она, может, и мала ростом, но не настолько
же, чтоб ее могла унести птица!
- Верно, спряталась где-нибудь, - предположил другой, - деревенские неплохо ходят
по лесу!
- Да, Ламберт, и она наверняка частенько браконьерствовала в родном лесу.
- Конечно, но только теперь она добыча, а не охотник. И здесь не ее махонький родной
лес!
- Все ж пойдем осторожнее, деревенский паренек сказал, что она убила графа.
- Чушь, - недоверчиво отмахнулся Бьюлин, - старик, небось, помер в приступе
удовольствия. Как сопливая деревенская девчонка может убить мужчину?
- Кинжалом, - сказала Джейн и вышла из-за куста.
Разбойники разом повернули головы и увидели ее. Вероятно, они ожидали увидеть
испуганную замарашку в изорванной в клочки одежонке, но перед ними стояла леди в хорошем
дорожном костюме, подрезанном у колен для удобства передвижения.
Мила, опрятна и явно красивее всех женщин, которых им приходилось встречать.
Бьюлин первым пришел в себя и ухмыльнулся, выдавив из себя:
- Ну что, милашка, ты поняла, что не можешь выжить в лесу без защиты мужчины?
- Нет, я более чем уверена, что проживу.
- Зачем же она тогда привела нас сюда? - удивленно спросил Ламберт.
- Молчи, кретин, думаешь, она скажет? И потом, по ней сразу видно, что мужчина ей
нужен не только для защиты, - зарычал на дружка Бьюлин.
Джейн поджала губы: "Ну почему мужчины считают, что чем привлекательней женщина,
тем больше она нуждается в мужской ласке?"
- Один мужчина не сможет защитить тебя, и ты правильно сделала, что нашла нас! Наша
шайка в этом лесу самая сильная, - сплюнул под ноги Бьюлин. - Похоже, ты умнее, чем
можно о тебе подумать!
Джейн надеялась, что он сказал правду, это сильно облегчило бы ее задачу.
- Мне кажется вполне разумным иметь поблизости такой отряд, но какова будет цена
защиты?
Кое-кто из разбойников ухмыльнулся, а остальные и вовсе оскорбительно заржали.
- А ты сама, как думаешь? - оживился один из них.
- Я могу готовить пищу и ухаживать за ранеными, - небрежно отозвалась девушка.
- Неплохо, - согласился Бьюлин, - а заодно и стелить нам постели...
- И спать в них, - осклабился один из разбойников.
- И это все? - Джейн невинно распахнула глаза.
- Ну, не все сразу, - снизошел Бьюлин, - просто каждую ночь постель будет другая...
- А зачем мне столько постелей? - продолжила разыгрывать дурочку Джейн.
- Не играй со мной! - не выдержал Бьюлин, - ты будешь спать со всеми по очереди!
Теперь Джейн позволила своему лицу налиться гневом, который испытывала на самом
деле.
- Спасибо, но мне это не подходит!
- Жаль, - отрезал Бьюлин, не пойдешь по доброй воле, тебя приведут силой, но в наших
постелях ты будешь, не сомневайся!
- Значит, у меня нет выбора?
- Почему же сразу "нет выбора", есть добровольно или насильственно, - противно
протянул Бьюлин.
Кто-то из шайки обидно захохотал, кажется, они предпочитали последнее.
- Вот и весь твой выбор! Это хорошо, что ты назвал свою цену, а я теперь, пожалуй,
назову свою!
- Я так и знал, что дело дойдет до торговли, - самодовольно отозвался Бьюлин, все
бабы одинаково любят денежки!
- Я люблю хорошую драку, а серебро мое всегда со мной, - сказала Джейн и вытащила
из-под платья меч графа Лаэрга.
Разбойники враз угомонились.
Бьюлин поднял руку:
- Лучше отдай эту игрушку, девушка, а то ненароком порежешься.
- А что, деревенские разве не рассказали вам, за что меня ищут графские собаки?
- За убийство графа, но я думаю, что это из-за того, что ты была слишком резвой для его
постели.
- Нет, - ледяным голосом проговорила девушка, - я убила его, - она взмахнула рукой
с мечом. - Этот меч принадлежал графу, но теперь, по праву победителя - он мой! - она
чуть переступила и приняла позу, которую узнал бы любой фехтовальщик, но перед ней стояли
разбойники, все как один из слишком буйных деревенских.
Бьюлин насупился:
- Какова же твоя цена?
- Твоя голова, - ответила девушка, начиная движение. Бьюлин отступил с криком и
поднял оружие, защищаясь от удара сверху, полностью открыв живот. Джейн извернулась и
вонзила в него кинжал. Бьюлин в ужасе смотрел на свой распоротый живот и на того, кто это
сделал. Он шевелил губами, но не мог выдавить из себя ни звука. Джейн представила, что он
собирался с нею сделать, и сомнения пропали, она с силой вонзила меч в его грудь, даря
быструю и милосердную смерть, которой он, впрочем, не заслуживал.
- Кто еще желает заполучить меня в постель? - спросила девушка.
Банда застыла от ужаса, глядя на бездыханное тело своего предводителя. Ледяной тон, с
которым она произнесла слова, привел их в чувство, и они подняли на нее полные ужаса глаза.
Она решительно и легко шагнула вперед, и разбойники, все, кроме Ламберта, отступили.
Ламберт стоял, боясь пошевелиться, потому что лезвие ее меча упиралось ему в горло.
- Ну что, убить вашего дружка? - дружелюбно спросила Джейн.
Разбойники переглядывались, и она видела по их взглядам, что они готовы разбежаться,
бросив приятеля на произвол судьбы. Но вот один из лучников набрался храбрости и начал
натягивать тетиву. Другой выбил лук у него из рук:
- Дурак, если ты выстрелишь, она убьет Ламберта.
- Почему, Стоутон? - недоумевал парень.
- Да потому, что одним идиотом станет меньше, - не выдержала Джейн, - я, даже
отходя, успею перерезать ему глотку.
Неужели вы настолько тупы, что не видите, вам даже вдесятером не устоять против меня?
Кое-кто начинал понимать, что она не шутит, и потихоньку двигался к краю поляны к
спасительным кустам.
- А ну-ка стойте, - остановил их Стоутон. - Чем меньше нас станет, тем сложнее нам
будет справляться с другими бандами. Мы должны держаться вместе, нас и так уже стало
меньше.
- Тем более что меньше стало на того, кто был с мозгами, - сказала Джейн.
Им, конечно, не слишком понравились ее слова, но спорить никто не решился.
- Пощади нашего товарища, госпожа, мы ведь не причинили тебе вреда.
- Причинили, но, может быть, я пожалею его, если он поклянется повиноваться мне. -
Она чуть надавила на меч, и по шее Ламберта потекла струйка крови; он напрягся, чувствуя
холодную сталь на своем горле.
- Что скажешь, Ламберт? - она чуть отвела меч в сторону, позволяя ему продышаться.
- Я буду тебе подчиняться, госпожа! Пощади меня, я вижу, что мы плохо обошлись с
тобой, ты достойная леди, прости нас!
- Я дочь оруженосца, и меня учили сражаться, - мрачно сказала Джейн и опустила
меч...
За спиной она почувствовала движение, отскочила в сторону и пригнулась. Тяжелая
дубинка просвистела мимо ее головы. Она попыталась ударить, но разбойник парировал ее удар
и нанес следующий с боку в голову. Она увернулась, высоко подпрыгнув, и удар пришелся по
поясу. Не обращая внимания на боль, она полоснула нападавшего кинжалом по руке. Рослый
разбойник завопил и выронил дубину из ослабевших пальцев. Словно не веря своим глазам, он
уставился на текущую из обрубка кровь.
Джейн добила его одним резким и быстрым ударом.
Она понимала, что сейчас не место и не время для жалости.
Именно поэтому она убила Бьюлина, не пытаясь сохранить ему жизнь, поэтому не
дрогнула и сейчас. Если она проявит хоть малейшие признаки слабости, бандиты сообразят
напасть все разом, и тогда ей конец. Действовать надо было быстро, безжалостно, не давая им
опомниться.
Выдернув меч из мертвого разбойника, она внимательно начала разглядыв
...Закладка в соц.сетях
