Жанр: Фантастика
Чародей 9. Напарник чародея
...рак?
- Да. Не стоит это делать и троюродным. О, не пойми меня превратно. Такие браки
иногда случаются и не обязательно приводят к плохим результатам. Но если двоюродные
братья и сестры вступают в брак в течение трех-четырех поколений, скорее всего возникнут
проблемы.
Корделия спросила:
- О каких проблемах ты говоришь?
- Все, о чем ты можешь подумать, Корделия.
Краем глаза Род видел, что Грегори слушает, широко раскрыв глаза.
- Всевозможные врожденные недостатки и пороки развития. Некоторые
обнаруживаются только гораздо позже, но возможно все: от отсутствия конечностей или
больного сердца до слабой способности к выздоровлению, так называемое увеличение
иммунного дефицита. Такой ребенок может быть абсолютно нормальным во всех отношениях,
но если он сломает ногу, она никогда не срастется и не будет расти вместе с ним.
- Как ужасно!
- Но проблемы, о которых мы говорим в связи с вашим предком, это проблемы
мышления.
Корделия подняла голову, она начала понимать. С ослепительной улыбкой повернулась к
Фессу.
- Такие, как поведение грубияна?
- Ну, и это тоже, - согласился Фесс, - хотя в случае с Рутвеном, боюсь, скорее всего
очевидны другие последствия инбридинга.
- Он говорит об ослаблении интеллекта, - объяснил Род. - Не всегда это бывает, но
когда проявляется, это очень плохо.
Заговорил Магнус:
- Значит ли это, что потомки наследуют все эти пороки?
- О, вы-то, наши дети, в безопасности - благодаря маме.
- Да, ради этого я и вышла за тебя замуж.
- Ну, конечно, с твоей стороны тоже бывали случаи кровосмешения, - добавил Род,
взглянув на свое семейство - собрание эсперов, - но у тебя хватило здравого смысла выйти
замуж за меня. Я хочу сказать, что ты выпечена из другого генетического теста, нежели я.
- Ты хорошо сформулировал.
- Спасибо. Конечно, твой замес гораздо богаче: вас несколько тысяч. А добрые граждане
Максимы все происходят от немногих общих предков и старательно заключали взаимные браки
в течение пятисот лет.
- В таком случае у них у всех должны были проявляться последствия инбридинга, -
заявила Корделия.
- Действительно, даже если это проявлялось в отдельных случаях уродства. Или не
отдельных, когда речь идет о моих соотечественницах, - Род кашлянул в кулак.
- Но ведь это не относится ко всем д'Армандам?
- К счастью, полностью проявилось только в случае с Рутвеном, - согласился Фесс. -
Но его сыновья, как я уже говорил, были в целом нормальны и развивали свои художественные
наклонности. Хотя должен признать, что у них был не очень высокий уровень интеллекта,
- Это не так уж важно, - Род покачал головой. - Главное - моральные качества. Не
всем дано быть гениями, - он увидел, каким задумчивым стал взгляд Грегори, и понял, что
слова его попали в цель.
- А их дети? - подталкивала Корделия.
- Они были благородными во всех смыслах этого слова, Корделия, - безапелляционно
сказал Фесс, - и больше всех других ваших предков заслужили этот почетный титул. Среди
ваших предков есть очень умные, есть и простоватые, но большинство просто нормальные. Ваш
дед, например, был настоящим джентльменом и просто очень хорошим человеком, умным и
чувствительным, к тому же был очень ответственным и глубоко любил жену и детей. Служить
ему было для меня честью.
- Он и правда был таким совершенством? - Джефри казался удивленным.
- Да.
- Тогда неудивительно, что наш отец настоящий мужчина, - Магнус с блестящими
глазами повернулся к Роду. - Или дело просто в том, что ты вырос в замке?
- Я не вырос в замке.
Дети удивленно смотрели на него.
Потом Грегори откашлялся и сказал:
- Мы считали, что ты вырос в замке д'Арманд, о котором нам столько рассказывал.
Род с улыбкой покачал головой.
- Нет, дети. Ваш дед был вторым сыном тогдашнего графа, а я его второй сын.
- Старший сын графа наследует титул, - объяснил Фесс, - а вместе с ним и замок.
- Но они были виконты, - поправил Грегори. - Ты сам так говорил, Фесс.
- Да, Грегори, но третий лорд д'Арманд настолько превзошел своего деда и оказал такие
услуги Максиме во взаимоотношениях с Землей, что был произведен в графы. Поэтому ваш дед
смог получить титул виконта и треть семейного поместья.
- Так где же ты вырос, папа? - спросила Корделия.
- Мы выросли в Гранже, дорогая. Это всего лишь большой дом, но достаточно
просторный для моих родителей, моего брата и сестры. И, конечно, для меня.
- Ваш отец немного приуменьшает, - утешил Фесс детей. - В доме было двадцать две
комнаты, в основном очень просторные.
- И все же это не замок, - Корделия была явно разочарована.
- О, его вполне хватало для нашего семейства, - Род потянулся. - Более чем хватало
- но только потому, что дедушка жил с нами.
- Твой отец? - спросил Магнус. - Он не был виконтом?
- Нет, мой дед, - подчеркнул Род.
- То есть сам граф, - Джефри явно запутался. - А почему он жил в меньшем доме?
- Он казался ему более подходящим, - объяснил Род.
- Ваш отец опять приуменьшает, - заверил детей Фесс. - Инбридинг и рецессивные
гены посчитались сполна с моим хозяином, как только ему исполнилось семьдесят три года...
- А также осознание того факта, что ему никогда не уйти с Максимы, - напомнил
Род. - Он наконец признался в этом самому себе.
- Это всего лишь предположение, Род, граничащее с клеветой, - заявил Фесс.
- Это предположение основано на его постоянных советах сбежать из дома, как только я
достигну совершеннолетия.
- Да, он сожалел о своем решении в юности остаться дома и заняться семейным
бизнесом, - признал Фесс, - хотя это только входило в его понятие ответственности перед
родом. В конце концов он ведь был наследником.
- И как это сожаление отразилось на нем? - спросил Магнус.
- Он стал... немного глуповат, - ответил Фесс. Грегори склонил голову набок.
- Ты хочешь сказать, что он спятил?
- Большинство сказали бы так, - подтвердил Фесс. - Судя по его словам, он не
воспринимал окружающее как реальность и ушел в фантастический мир собственного
воображения. Часами говорил о благородных королях и прекрасных девах, о колдунах и
драконах. Сам он считал себя летописцем при королевском дворе в некоей фантастической
стране.
- Но с ним было очень забавно, - быстро добавил Род.
- Конечно, если только он не принимал тебя за чудовище, - заметил Фесс. Род пожал
плечами.
- Даже в таком случае он сохранял здравый смысл. В конце концов, герцогиня
Мальказская и в самом деле была старой драконшей.
- А что он с ней сделал? - спросил Джефри, широко раскрывая глаза.
- Да ничего. Он никому не причинял вреда, главным образом потому, что Фесс
постоянно находился с ним рядом. Поэтому его наследник и отдал нам Фесса вместе с
Гранжем.
- Говорилось также о "старомодности" графа в мелочах повседневного быта и
учитывалось мнение его жены, что в доме только мебель должна быть старинной, - мрачно
добавил Фесс.
- Что относилось в такой же степени к тебе, как к дедушке, - быстро сказал Род. - И
мне кажется, ты с тех пор сотни раз опроверг слова насчет "старомодности". Как только вы
переселились к нам, ты очень успешно начал успокаивать дедушку.
- Я всего лишь относился к нему с должным уважением, Род.
- Ага, и излагал все на том же архаическом жаргоне, которым пользовался и он, - Род
снова повернулся к детям. - Что касается меня, то я считал это интересной игрой. Сколько мне
тогда было? Шесть? Поэтому если он говорил, что куст - это людоед, я рад был с ним
согласиться.
- Значит, тебе нравилось его общество?
- О, да, - мягко промурлыкал Род. - Всегда.
- А что за фантастическая страна, в которую он играл?
- Королевство Гранкларт, - Род вздохнул, вспоминая годы детства, которые стали
волшебными благодаря старику. - Я часами сидел рядом с ним и слушал.
- Ну, каждый раз не больше получаса, - поправил Фесс, - но в детском восприятии
это, конечно, бесконечно долго.
- Долго? Да его рассказы никогда не кончались, - Род снова повернулся к детям. - Он
сочинял замечательные сказки. После его смерти они стали бестселлерами.
- После? - спросила Корделия. - А почему не при жизни?
- Он их не печатал, - объяснил Фесс. - В этом отношении он был очень настойчив.
Уверяю вас, это вполне совместимо с его манией. Он писал ради величия двора Гранкларта, а
не для собственной славы.
- Сумасшедший, как Болванщик, - вздохнул Род, - но замечательный старик, -
казалось, Верховный Чародей заглядывает в иное пространство, в годы своего детства. - Я
часто сидел на полу кабинета, с упоением слушая его рассказы об удивительных приключениях
рыцаря Бабраса и его поисках Радужного Кристалла. Потом, став взрослым, я узнал, что когда
робот-нянька уводил меня, дед возвращался к своим рассказам и редактировал их. Слушать его
было удивительно интересно.
- А что это за Радужный Кристалл? - спросил Грегори.
- В его сказках это была своего рода универсальная отмычка. Кристалл соединял в себе
все типы волшебства, чтобы противостоять злому колдуну Маумейну.
Он улыбнулся детям.
- Конечно, в реальном мире это была просто большая прозрачная призма в центре
люстры моей матери, но мне больше нравилось, как говорил о ней дедушка.
- Ух ты, - выдохнула Корделия. - А когда мы сможем прочесть его книги?
- Как только отыщу экземпляр, дорогая. К несчастью, я оставил их все в тридцати
световых годах отсюда.
Фесс молчал, но Грегори задумчиво посмотрел на него.
- Ну почему он не дожил до нас? - воскликнула Корделия.
- Я уверен, он хотел бы, - вздохнул Род, - но его ждали в другом месте. Надеюсь,
после вознесения старик переместился в столь любезный его сердцу Гранкларт. После его
смерти граф разрешил нам оставаться в Гранже, но дом без дедушки неожиданно опустел. И к
тому же вскоре мне стало ясно, что мой старший брат Ричард унаследует дом после смерти
отца.
Магнус нахмурился.
- А что унаследовал ты?
- Ничего, - Род печально улыбнулся. - На мою долю ничего не осталось. Все дома
разобрали мои двоюродные братья. Семейные земли тоже - если можно голые скалы назвать
землями. Конечно, отец оставил мне денег, много денег: он немало вложил в семейное дело и
мудро и предусмотрительно распорядился доходами, так что под конец он нажил значительное
собственное состояние. Но это все.
- У тебя был выбор, Род, - напомнил Фесс. - Ты мог занять видную должность в
"Автоматы д'Арманд, Лимитед" и, несомненно, справился бы с нею.
- Да, но все равно оставался бы бедным родственником, как бы искусно это ни
маскировалось. - Род скорчил гримасу. - К тому же Максима... стала столь скучна!
- Правда? - Магнус оживился. - А чем она была скучна?
Род краем глаза глянул на Фесса. Магнус уловил его взгляд и повернулся к роботу.
- Расскажи, Фесс.
- Мы уже говорили об этом, - строго сказал Фесс. - Я не выдам тайн твоего отца.
Род мысленно сделал быструю переоценку. Им с Фессом очень успешно удалось отвлечь
детей от мрачной обстановки. Он сравнил достоинства дальнейшего отвлечения своих
отпрысков с перспективой того, что их мысли вернутся к замку и к тому, что его населяет, и
принял решение.
- Ладно, расскажи им! - он расслабленно откинулся на спину. - В конце концов, в
моем прошлом нет ничего постыдного. Немного смущает, конечно, но не стыдно.
- Как хочешь, Род, - Фесс вздохнул, и Род устроился поудобнее. Однако по мере того,
как продолжался рассказ, уши его все больше краснели.
Глава восьмая
- Послушай, Фесс, называй меня просто Род, когда мы наедине.
- Не могу, сэр хозяин босс, - к этому времени Фесс выглядел значительно лучше: он
прошел через две замены тела и капитальный ремонт. Корпус робота сверкал металлическим
блеском, и руки и ноги у него стали гораздо толще. Они уже не напоминали суставчатые трубы,
как те, с которыми он явился на Максиму. Им пришлось стать такими: они превратились в
хранилище многочисленных инструментов, приспособлений и запасных частей. Торс его тоже
увеличился, в нем находился теперь более крупный компьютерный мозг, а голова
соответственно уменьшилась и приобрела вполне человеческую форму и черты. Теперь это был
настоящий металлический андроид, хотя и с несколько бочкообразной грудью. - Я не могу
изменять систему обращений, - объяснил он терпеливо, - если только не прикажет хозяин.
- А папа этого не сделает, потому что слишком уважает своих предков, - Род покачал
головой и продолжил разбирать вещи во вращающемся шкафу. - Еще одна причина, почему
мне не терпится убраться с этого захолустного планетоида.
- Не могу понять причины твоей одержимости отъездом, молодой хозяин.
- Да, конечно, если бы удалось отправиться в колледж на Землю, как мой кузен Руперт,
может, я не был бы таким дерганым. Но если безвылазно сидишь здесь, на Максиме, и колледж
приходит к тебе на дом через коммуникационный экран, а единственное место, где ты уже
побывал, - Церера, у тебя непременно разовьется тайное желание посмотреть и другие места,
самому взглянуть на то, что ты изучаешь.
- Такое желание соответствует моим знаниям о молодых особях мужского пола,
представляющих ваш вид, Род. Но если ты хочешь оставить дом, почему бы не спросить
разрешения отца?
- О, послушай, Фесс. Если бы он мог отправить меня в колледж на Земле, он бы это
сделал!
- Я имел в виду не финансовую поддержку, а моральную.
- Он этого не одобрит, Фесс. Он решит, что я спятил - отправляюсь неизвестно куда на
бродячем торговце. И еще он будет очень беспокоиться.
- Мне кажется, ты недооцениваешь своего отца, босс хозяин сахиб.
- Ты шутишь? Во-первых, ему самому даже не приходило в голову покинуть Максиму,
когда он был молод, и совсем другое дело - знать, что тебе запрещают это!
- Ты не можешь знать, какие мысли одолевали твоего отца в молодости, хозяин босс
раджа.
- Фесс, ты ведь помнишь: дедушка каждые несколько недель говорил мне, что как
только вырасту, я должен улететь с Максимы?
- Ты должен принять во внимание, что твой дед больше не обладал здравым рассудком,
молодой эфенди.
- Да, и теперь я знаю, что свело его с ума! Каждый раз, говоря мне, что я должен улететь,
он напоминал, что такой же совет давал папе.
- У твоего отца было слишком большое чувство ответственности, чтобы поступить так
эгоистично, молодой хозяин батюшка.
- А по-моему, это чувство не больно-то мешало ему спокойно жить дома как до, так и
после того, как дед спятил. Он ведь весь остаток жизни провел тут, на задворках имения,
заботился о дедушке и о нас и безнадежно ждал: может, что-то случится с дядей Деспаром и с
кузеном Рупертом. Но с ними ничего не случалось.
- Да не случится с ними ничего дурного! Но пример самопожертвования отца должен
служить тебе прекрасным образцом, молодой хозяин баас!
- О, абсолютно прекрасный. И я собираюсь сделать все, чтобы со мной такого не
повторилось! Торговец с Марса уже пришел, и капитан говорит, что им не помешают лишние
руки. В полночь они уходят с орбиты, направляясь к Тритону. И я отправляюсь с ними!
Позаботься, чтобы мой багаж доставили в космопорт к одиннадцати часам, Фесс.
- Как прикажешь, очень молодой хозяин, - Фесс вздохнул. - Но тем временем
остается вопрос о сегодняшнем бале. Если тебя там не будет, возникнут вопросы.
- Да я сам знаю! Куда, ты думаешь, я собираюсь? К тому же если я пойду на бал, никто
не будет меня ждать дома раньше полуночи... Ага, вот она, - из угла шкафа Род извлек
кружевную рубашку. Набросил поверх трикотажной майки. - Ух ты! Мне нравятся выходные
костюмы, но в этом году с ними очень уж переусердствовали.
- Ты выглядишь элегантно, молодой хозяин босс.
- Для элегантности требуются большие чемоданы, Фесс, а я беру с собой немного
багажа. Как бы мне хотелось не ходить на этот бал!
Робот издал поток белого шума, который у него является эквивалентом вздоха.
- Ты можешь победить скуку, напомнив себе, что, вероятно, это твой последний бал,
Род. Но у некоторых молодых леди удивительные сердца...
- А также унылый вид и лица, как вареная картошка. Нет, я не справедлив, вычеркни
"вареная".
- Но ведь их фигуры вызывают твой интерес.
- Да кто сейчас разгладит у них фигуру под тем, что они столько на себя навешивают?
Наверное, это даже к лучшему, - Род содрогнулся. - Не говоря уже об их интеллекте. Я хочу
сказать, что инбридинг сказывается на девицах уже очень заметно.
Робот не стал упоминать, что сам Род может стать примером последствий инбридинга.
Это не совсем справедливо и к тому же было бы просто холостым выстрелом.
- Должен посоветовать тебе соблюдать вежливость, молодой хозяин сахиб. Нет причины
вымещать свое раздражение на молодых леди.
- Да, ты прав, - Род вздохнул. - Не их вина, что они так непривлекательны или что я
неудачник, который не может остепениться, растить семью, ходить на работу, бродяга, который
ищет приключения! Возбуждение! Независимость! - глаза его заблестели. - Вот жизнь для
меня - подальше от своих сородичей! Не быть ни с кем связанным! Абсолютный
индивидуализм! Надежда только на самого себя! - он снова вздохнул со счастливой улыбкой,
потом покачал головой и повернулся, позволяя роботу вставить запонки в рукава. - Собери
мои вещи, Фесс.
Не успел Род появиться на балу, как на него навалилась дикая скука, как он, впрочем, и
ожидал. Не в том дело, что ему не нравились накрахмаленный воротник и раздвоенные фалды
фрака; напротив, костюм делал его чуть выше и добавлял упругости походке. Он чувствовал
себя персонажем из пьесы девятнадцатого столетия в этом белом галстуке и с фалдами.
И не атмосфера, царившая на бале, его отталкивала. Род всегда имел склонность к
фантастическому, как будто ему не исполнился двадцать один год и он не перерос игры
"Представим себе..." Он очень удачно играл в любительском театральном обществе Максимы и
состоял в оперной ассоциации Максимы. Нет, если говорить об исполнении роли
великосветского денди, то тут он был в своей тарелке.
И репертуар его вполне удовлетворял несмотря на то, что танцы были подобраны
слишком спокойные: Роду нравились вальс и даже менуэт: они очень соответствовали роли.
Нет, все дело было в обществе. Просто в зале не оказалось ни одного человека, с кем ему
интересно было бы поговорить, и определенно ни одной привлекательной молодой женщины.
- О, как мне нравится ваш костюм! - прочирикала леди Матильда Болвил.
- Я счастлив, - пробормотал Род, Лучше бы ей понравился обладатель сего костюма,
ибо все мужчины в зале были одеты в аналогичные фраки и смокинги. - А ваше платье просто
очаровательно, - он галантно не стал объяснять, кого оно может очаровать.
- Спасибо, - она застенчиво полуотвернулась, опустив ресницы и напомнив Роду
телевизионный клип с коровой, который показал ему учитель, когда Роду было десять лет.
Но она явно загоняла его в угол, пытаясь заставить пригласить на танец, и ему ничего не
оставалось, как сделать это. Вздохнув про себя, он набрался мужества и предложил:
- Потанцуем?
Она расцвела в улыбке.
- С радостью!
И они погрузились в вихрь кринолинов и фраков.
Но когда танец кончился, Матильда продолжала крепко держать Рода за руку с явным
намерением монополизировать его на весь вечер.
- Пообедаем вместе, Родни!
- Ну, гм, я сейчас на диете...
- Ах, вот вы где, Родни! - к ним подплыла, как галеон на всех парусах, леди Малхерн,
хозяйка бала. - Как бы нехорошо поступаете: остаетесь только с Матильдой, а ведь вы должны
перетанцевать со всеми девушками! Вы ведь знакомы с леди Дженин?
Вопрос чисто риторический: на Максиме все знают друг друга. На астероиде проживало
около трехсот тысяч человек, но ровесников Рода из них насчитывалось всего несколько тысяч.
- Добрый день, миледи, - Род поклонился, довольный тем, что хоть на какое-то время
избавился от Матильды.
- Рада нашей встрече, сэр, - Дженин склонилась в реверансе, демонстрируя золотистый
цвет кожи плеч - результат смешения всех земных рас. Такой же, как у большинства жителей
Максимы. У самого Рода кожа была значительно светлее нормы, несмотря на хороший загар.
Однако и в других отношениях у него явно проявлялись атавистические черты.
- Сейчас объявят новый танец, - заметил он. - Вы уже слышали гавот?
- О, как он мне нравится! Попрыгаем?
Эти слова прозвучали бы свежо, если бы Род не слышал их совсем недавно в той
исторической телевизионной пьесе, которая вернула к жизни гавот. Он повернулся, чтобы
извиниться перед Матильдой, но леди Малхерн уже сделала это за него:
- Не нужно быть эгоистичной, Тильди... Нет, Родни, будьте хорошим мальчиком, идите...
У нас так мало подходящих холостяков, что девушки должны делиться добычей...
Матильда надула губы, а Род повел Дженин на гавот.
- Только подумать: все это пришло к нам из нашумевшей пьесы, - говорила Дженин,
попрыгивая и раскачиваясь. - Вам понравился Хамлиш Хофернунг в роли Людовика XV?
- Он оправдал свое прозвище Попрыгунчик Хам, это уж точно, - про себя Род
вздохнул. Теперь предстояло минут десять обсуждать последние похождения звезд
трехмерного телевидения. Само собой сериалы - не единственное, что интересовало Дженин:
просто это было единственное, о чем она хоть что-то знала. Но у нее, по крайней мере, не
отнять умения рассуждать, вернее, повторять рассуждения, которые она услышала от актеров и
искусствоведов.
Обед прошел еще более скучно. Род очень рано научился механически улыбаться в ответ
на реплики: он с братом тренировался в этом перед зеркалом и потому считался хорошим
собеседником. Он превосходно овладел умением вести мозговую деятельность на двух уровнях:
лобные доли занимались чем-то интересным, в то время как центры речи и слуха действовали
автоматически, слух воспринимал нужные слова, а речь воспроизводила соответствующие
реплики: "Правда?", "Не может быть!", "Подумать только!"
Возможны были также "Гм" и "Да" или "Нет" и даже "Я не согласен". Но последнее
требовало некоторого объяснения и могло привести к настоящему участию в разговоре.
На обеде он оказался соседом леди Элоизы - на редкость некрасивой девушки, хотя
мозги у нее имелись, и она была способна даже прокомментировать дневные новости. Но по
какому-то странному совпадению с другой стороны его соседкой оказалась леди Морвена, а
напротив сидела леди Летиция. В результате пришлось одновременно участвовать в трех
разговорах: ни одна из девушек не дожидалась, пока кончит говорить соперница. Все они
мололи чепуху одновременно. Ему пришлось на самом деле слушать, что они говорят, а это уже
было совсем неинтересно. К тому же он был не в форме. Род не знал, почему они не
разговаривают с другими своими соседями: может, потому, что эти джентльмены вдвое старше
девушек. Но перспективы у них в качестве потенциальных женихов были гораздо лучше, чем у
Рода: ведь иметь деньги лучше, чем не иметь.
Это невольно приводило к заключению, что Род не относится к тем молодым людям, за
которых хотели бы выйти замуж эти девушки (вернее, за кого собирались их выдать мамы), но
зато с ним хочется танцевать и флиртовать.
Но почему так?
Дело совсем не во внешности.
Может, в разговорах. В отчаянной попытке отвлечь внимание он повернулся к маркизу
Мсимангу, спутнику Летиции.
- Я слышал, вы создали нового робота, милорд.
- Ну, конечно, - Хьюго крайне удивился: кто-то первым заговорил с ним. - В нем еще
много недостатков, но, кажется, он будет работать.
Род немного помолчал, чтобы дать девушкам возможность принять участие в разговоре,
но все они выглядели так, словно только что надкусили лимонную дольку, случайно попавшую
в рот из собственного чая.
- А что это за робот?
- Специализированное устройство для ведения домашнего хозяйства. Делает все
необходимое: готовит, чистит, стирает пыль, подбирает разбросанное...
Род нахмурился.
- Да, но это все обычные способности. А что он может нового?
- О, он может готовить тосты. Для любителей свежеподжаренного хлеба. У него в груди
имеются две вертикальных прорези, и он готовит тосты прямо у вашей кровати.
- Поразительное новшество, - пробормотал Род, представив себе, как он лежит в
постели и в лицо ему выстреливают два тоста. - Действительно, разбудит утром лучше
всякого будильника.
Леди Морвена картинно повернулась к нему и напустила на свое невыразительное личико
гримаску удивления.
- Вы слышали! Леди Мишель везде рассказывает о новой карточной игре с Земли! - она
ослепительно улыбнулась Роду. - Знаете, в нее играют без калькулятора в руке.
Род всегда удивлялся, зачем нужны калькуляторы в игре в бридж или канасту. Впрочем,
сам он никогда не относился к картам настолько серьезно, чтобы следить за новинками
приложения теории игр.
- Правда? И как же в нее играют?
- О, цель игры - сравнять карты по достоинству, - заговорила леди Летиция, к явному
удивлению и неудовольствию Морвены - ведь это была ее тема!
Но Морвена тут же вернула себе инициативу:
- Да, нужно просто спросить игрока слева: "У вас есть восьмерки?" или что-нибудь
аналогичное, и если у него есть, он должен отдать вам.
- Очень сложно, - отозвался Род. - А если таковых нет?
- Тогда говорят: "Отправляйся на рыбалку!" И вы опрашиваете остальных игроков.
- Это очень забавно, - добавила леди Элоиза, довольная тем, что может принять
участие в разговоре. - Можно совсем не думать о картах и все внимание уделить игре.
- Как пьеса, в которой совсем простые действующие лица?
- О, вы видели последнюю роль Нотти Алент? - бросилась в бой Летиция. - Разве она
не великолепна в образе леди Карстейрз?
- И в каком же ветхом доме она оказывается гувернанткой! - воскликнула Морвена. -
Какое падение для бедняжки: прирожденная леди, а со смертью отца лишается всех денег.
В уголке ее глаза блеснула слеза. Все остальные леди замолчали, наверное, размышляя об
ужасной перспективе самим зарабатывать себе на жизнь.
Род откашлялся, уверенный в том, что подобная участь собравшимся на балу не грозит.
- Ваше платье поразительно, Летиция. Не думаю, чтобы мне приходилось видеть
подобный фасон.
- Благодарю! - Летиция вспыхнула от удовольствия, а Морвена проворковала:
- Она первой попала к мэтру Вальдесу!
- Правда, Тиция, мне кажется, вы проявили излишнюю разворотливость, - подбросила
шпильку Элоиза
...Закладка в соц.сетях
