Жанр: Фантастика
След кроманьонца 1. След кроманьонца
...не
заставляют! Смотри, какие вокруг погоды и природы!
Они плыли уже третий день, и после двух вполне благополучных ночевок Николай почти
успокоился и наконец поддался незатейливой магии пути.
В середине дня температура здесь поднимается, наверное, выше двадцати градусов,
высокая облачность то наползает, то рассасывается, ветер слабый. Русло постоянно
поворачивает, и, если брать по прямой линии, вряд ли лодки продвигаются вперед быстрее
пешехода. Местность вокруг равнинная, по берегам сплошные заросли каких-то высоких
кустов типа ольхи. Впрочем, местами попадаются деревья, похожие на чизении и тополя.
Никакой цивилизацией тут и не пахнет, но нельзя сказать, что нетронутая природа так и кишит
жизнью: плеснет крупная рыба, пролетят птицы, мелькнет какой-нибудь зверь на берегу -
север есть север... Странно другое: почему он, Николай Васильевич Турин, так хорошо и
спокойно (по большому счету!) чувствует себя здесь? Ему уже много лет, и, работая в геологии,
он еще в молодости до отвала наелся первобытной романтики. А вот поди ж ты! Цели
сомнительны, перспективы туманны, а его все несет и несет... Мало того, что забрался в
невероятную глухомань, так еще и в глухомань параллельного мира! И при этом лезет все
глубже и глубже!
А вся эта история с амулетом? Просто детский сад какой-то! Разве так заказы
оформляются? Ни сметы, ни сроков, ни четких взаимных обязательств - вообще ничего
конкретного! Деньги, правда, получены вполне реальные... Но, став покойником, ими
воспользоваться трудно. "Почему же мы так легко на это пошли? Ведь практически не
сопротивлялись, не торговались... Прямо, как говорится, бес попутал! Или это точный расчет
наших работодателей - предложить людям то, чем они и сами не прочь заняться? Во г Женьке,
например, явно не сиделось в мирном и освоенном пространстве".
- Слушай, Женя, а почему ты так обрадовался возможности смотаться из нашей
реальности? Кажется, приключений тебе и там хватало.
- Ну, как сказать... У вас же цивилизация, народу полно... Со всеми вытекающими
последствиями.
- Тебе было тесно и душно?
- Дело не в этом. Помнишь, посредник сказал, что по натуре я воин, а не солдат. Вот у
нас в Поселке все полноценные мужчины были такими, и здесь у всяких Оленей-Бизонов - то
же самое. А в твоем Мире воинов нет вообще.
- Это как же?
- А вот так! Ты представляешь разницу между воином и солдатом?
- Смутно...
- По-моему, она очень четкая: воин - это тот, КТО воюет, а солдат - это тот, КЕМ
воюют! Понимаешь?
- Почти. Воины в твоем понимании у нас все-таки есть: генералы, маршалы...
- И президент - главный из них? Может быть, это и так, но все остальные - солдаты.
Сколько бы ни показывали по телевизору всяких суперменов, все они действуют или по
приказу, или, по сути, являются разбойниками, которые нарушают ваши законы. У меня барьер,
психологическая несовместимость с вашей цивилизацией: защищать надо себя и своих друзей,
а все остальное может идти сам знаешь куда.
- М-да... А тебе не кажется, Женя, что наши друзья-Бизоны последнюю пару часов ведут
себя как-то странно? - спросил Николай, всей душой надеясь на отрицательный ответ. - Ведь
они, похоже, переговариваются жестами, только это почти незаметно.
- Они и стараются, чтобы было незаметно, - улыбнулся напарник. - И не надо их так
откровенно рассматривать, мы просто беззаботно болтаем на непонятном для них языке.
Хочешь еще о моей, так сказать, несовместимости с твоим миром? Тогда слушай и смотри на
меня. За Бизонами следи боковым зрением и не делай озабоченное лицо.
Это было уже давно - я тогда еще не перестал удивляться вашей жизни. Иду как-то
вечером по микрорайону. Подкатывают ребята - человек пять. Мне и сейчас в вашем мире на
глаз дают лет шестнадцать-семнадцать, а тогда я, наверное, лет на тринадцать-четырнадцать
выглядел. А эти явно старше, крупнее и сильнее, конечно. Ты, наверное, представляешь, как
такие наезды происходят: скучно ребятам, гормоны в крови бродят... Я на них смотрю и понять
не могу: здоровые парни, а прицепились к пацану-задохлику. Зачем? У нас в Поселке обидеть
слабого - это не грех, но и не подвиг же! Тут нечем хвастаться, хотя никто и не осудит. А эти
глумятся, друг перед другом выпендриваются: то да се, мол, деньги давай! Была у меня с собой
какая-то мелочь, даю и смотрю, что будет. А ничего: деньги забрали и дальше наезжают -
бить, значит, хотят! Я бы, может, и дернул бы стометровку от них, как ты советовал, но мне
интересно стало. Выбираю среди них главного (здоровый, гад!) и слегка ему пару раз по
корпусу - по лицу бить не стал, уж больно прыщей много. Потом выкручиваю руку за спину и
спрашиваю: "Ты зачем это?" И почти взрослый парень начинает скулить: "Дяденька, прости
засранца! Я больше не буду!" Ну, ладно, отпускаю - все равно, думаю, он уже в дерьме. И, в
качестве благодарности, чуть не получаю бутылкой по голове! Я много твоих лекций
прослушал на эту тему, но отказываюсь понимать, почему мне нельзя укладывать таких
мальчиков на асфальт с летальными повреждениями? Чтобы они, подонки, взрослыми не стали,
чтобы детей таких же не нарожали! Точнее, я не понимаю, почему ты мне это запрещаешь? Как
будто не знаешь, что в тюрьму я не пойду ни под каким видом, а жить до старости никому
обещаний не давал.
- Тяжело с тобой, - вздохнул Николай. - Интересно, почему Бизоны повернули в
маленькую протоку? До сих пор мы все время шли по самой большой воде.
- Наверное, скоро узнаем. Ты хорошо плаваешь?
- Прилично.
- А грести умеешь?
- С кормовым веслом я могу, но не более того. Ни маневра, ни скорости от меня ждать
не придется.
Напряжение росло, и болтать Николаю совсем расхотелось. Протока сузилась метров до
тридцати и плавной дугой загибалась влево; обзора нет ни вперед, ни назад, зато с любого
берега можно достать стрелой или копьем - прекрасные мишени! Две лодки, что были
впереди, сократили дистанцию и шли теперь почти вровень справа и слева. В каждой по три
человека: один гребет на корме, другой, стоя на колене, подрабатывает веслом на носу, а третий
сидит в середине с луком наготове.
- Женька, по-моему, тебе пора забрать карабин.
- Давай. И патроны. Если будем в воде, выбирайся на правый берег и двигайся вверх по
течению. Выплывешь в ботинках? Тогда расшнуруй, чтобы сразу сбросить. Только учти - с
лодкой нельзя расставаться до последней возможности. И улыбайся, Коля, улыбайся!
- Стараюсь. Может, забрать у него весло?
- Попробуй.
Придерживаясь за борта, Николай повернулся к гребцу:
- Тебя зовут Хмурое Утро, воин?
- Да.
- Далеко ли до границ земли, где охотится племя Кеты?
- Близко.
- Тогда слушай меня: сейчас ты положишь весло и займешь мое место.
- Нет!
Николай превратил свою улыбку в оскал:
- Ты сделаешь так, Хмурое Утро! Не заставляй воинов Евражки показывать свою
силу! - Он достал сигарету, прикурил, прикрыв ладонью огонек зажигалки, и выпустил дым
изо рта и носа. - Ты сядешь на мое место и приготовишь свой лук и стрелы. Делай так, или
умрешь!
Этот маневр явно не входил в планы воина-Бизона, но у него не хватило духу
сопротивляться. Оказавшись на корме, Николай немедленно пожалел, что затеял все это: весло
оказалось безобразно тяжелым, а лодка решительно не желала двигаться по прямой. Он боролся
минут десять, пытаясь вспомнить давно забытый навык: на себя вдоль борта, а потом вправо, на
себя - и вправо...
Когда это длинное кожаное корыто начало хоть немного слушаться, Николай обнаружил,
что протока кончается, и впереди что-то вроде глубокого переката с довольно быстрым
течением. Две лодки, шедшие почти рядом, теперь оказались далеко впереди, а задние, кажется,
продолжают держать дистанцию. Хмурое Утро ведет себя как-то странно: крутит
размалеванной головой и, похоже, не собирается готовить лук. "Или у него его нет? -
перепугался Николай. - Вчера же был: лежал вдоль борта прикрытый меховой рубахой, а
сегодня... Как же я не заметил?!"
- Где твой лук, Хмурое Утро?
Воин не ответил, и Николай пихнул ногой скомканную шкуру на дне: под ней не
оказалось не только лука и колчана со стрелами, но и боевого топора, с которым Хмурое Утро,
кажется, вообще никогда не расставался!
Лодку почти без помощи гребца вынесло в основное русло, и простор распахнулся во все
стороны. Николай глянул вперед и вверх...
- Что это?! - Он чуть не упустил весло, пытаясь показать: высоко в небе над долиной
сверкнул, отражая лучи солнца, какой-то предмет.
- И-и-и-ай-хо-о-о!!! - заорали воины на передних лодках.
- И-и-и-ай!! - подхватили те, что были сзади.
После этих воплей голос напарника прозвучал спокойно и тихо:
- Не туда смотришь, Коля.
Знакомый медик когда-то сказал, что у Женьки имеет место "повышенная острота
зрения". У Николаи такой аномалии не было, но и он разглядел, что темная полоса впереди -
не мыс и не изгиб берега, а целая толпа лодок, почти перегородившая русло. Они еще очень
далеко, но две лодки Бизонов, которые ушли вперед, теперь в два весла несутся назад. Николай
оглянулся: задние лодки тоже уходят!
- Куда?!! - заорал он и всем телом подался влево, почти повиснув над водой.
Женька успел сделать то же самое: деревянный каркас затрещал, заскрипели узлы
креплений, но их кожаная посудина, приняв полсотни литров воды, всё-таки выровнялась.
Хмурое Утро вынырнул метрах в десяти и без всплесков, не оглядываясь, поплыл наперерез
ближайшей лодке Бизонов. В точке встречи Кормовой гребец убрал весло и лег на дно. Хмурое
Утро ухватился за корму и одним рывком перебросил свое мускулистое тело с потеками краски
внутрь судии. Через мгновение он уже сидел в центре, а гребцы вновь работали веслами. Еще
через пару минут вся эскадра скрылась за изгибом протоки.
- Нам туда не надо, Коля.
- Мог бы не говорить - все и так ясно. Кажется мы наделали кучу ошибок.
- А как ты хотел? Мы же не персонажи Фенимора Купера.
- Ох-хо-хо... Этим тоже расскажем про Могучего Евражку?
- Расскажем, если они не начнут стрелять раньше, чем говорить. И, между прочим, еще
не факт, что они понимают язык Бизонов. Будешь осваивать их лингву... со стрелой в горле.
- Что мне в тебе нравится, Женя, так это твоя жизнерадостность и оптимизм!
- А мне - твои доверчивость и гуманизм! Съел?
- Да-а-а... Хоть бы волшебник какой прилетел "в голубом вертолете". Бывает же в
нормальных приключенческих романах.
- У нас роман не нормальный. А голубые волшебники - вон они, на тарелочке
болтаются. И на тебя в бинокль смотрят: не тот ли это ковбой, который так метко стреляет?
- Слушай, и правда висит что-то! Это точно тарелка? Мне не разглядеть!
- Тарелка, тарелка, не переживай!
- Может, они просто наблюдают, а? Что-то как-то... Вроде перебор получается по
сюжету!
- Они кино снимают про первобытных. Так что можешь не обращать внимания. Лучше
слушай меня: наше корыто качается от малейшего движения, а у них там только лодок,
наверное, десятка два - больше, чем у нас патронов!
- Это ты к чему?
- К тому, что отдача у карабина сильная, а промахиваться нельзя. Если будем общаться
на приличном расстоянии, старайся, чтобы я мог стрелять не с борта, а с носа прямо по курсу.
Понял? Не делай резких движений, а просто гаси, по возможности, качку. Когда меня
подстрелят, будешь воевать сам, но не забывай про отдачу, а то перевернешься после первого
же выстрела!
- А тебе не кажется, что этот летающий блин идет на снижение?
- Коля, забудь про блин!! У нас другие дела! Видишь переднюю лодку? Урода
размалеванного с луком видишь? Выруливай, выруливай с ними на одну линию, только плавно,
плавно... Не дай им встать к нам бортом, понял?
Он понял задуманный маневр, но выполнить его не успел: первая стрела вспорола воду, а
вторая косо пробила кожаный борт и застряла, зацепившись перьями стабилизатора. Грохнул
выстрел, и лучника снесло с носа передней лодки. На остальных что-то завопили, замахали
руками, гребцы начали разворачиваться, кто-то спрыгнул в воду, кто-то перевернулся.
Николай уже хотел поверить, что воины тотема Кеты испугались выстрела, но не успел...
От немыслимого грохота лодка завибрировала, по воде пошла зыбь. Казалось, барабанные
перепонки в ушах сейчас лопнут, а мозги превратятся в кисель. Разобрать в этом реве слова
было почти невозможно:
- ХАЙ!!! Я ВКЛЮЧИЛА ЕГО ИЛИ НЕТ?!! НИЧЕГО НЕ СЛЫШУ!!! ДА ПРОСНИСЬ
ЖЕ ТЫ!!!
Потом был удар, взрыв, землетрясение...
Верх - низ, вода - воздух...
Николай открыл глаза и стал грести туда, где было светлее. Ему повезло: это
действительно оказалась поверхность.
Он вынырнул, вдохнул воздух, опять ушел под воду и задрыгал ногами, пытаясь сбросить
ботинки. Ничего из этого не получилось, но он опять оказался на поверхности. Накатила еще
одна, уже небольшая волна, и все успокоилось.
Николай убрал с глаз мокрые волосы, увидел, что ближайший предмет на поверхности -
это дно лодки, и по-собачьи поплыл к нему. Лодка хоть и перевернулась, но тонуть, кажется, не
собиралась. С другой стороны от нее вынырнул Женька. Краска на его лице не смылась, но
изрядно размазалась.
- Ну вот, Коля, ты же хотел волшебника с вертолетом?
Метрах в двадцати от них над водой возвышался пологий холм из чего-то гладкого и
серебристого.
- Не сиди на металле - копчик простудишь!
- Он теплый.
- Теплый, теплый... Чуть не оглох! И все сигареты вдрызг! - пожаловался Николай и
матерно выругался.
- Подумаешь, беда какая! Я вот карабин утопил и не плачу.
- Слушай, а почему эта скороварка не качается? Она что, на дне стоит?
- Откуда я знаю? Может, она висит в искусственном гравитационном поле? Ты же у нас
главный любитель фантастики!
- Я читаю только ненаучную - мне про космические корабли и галактики не ин...
Он не успел закончить свое мудрое высказывание - то, на чем они сидели, без
предупреждения, без вибрации и гула стало медленно подниматься вверх. Женька молча
подошел к краю и спрыгнул в воду. Николай вздохнул и последовал за ним.
Когда челнок завис в полуметре над водой, Женька залез внутрь сам, ухватившись за край
люка. Потом они с Г'Хаем в четыре руки выдернули из воды Николая.
Зубы стучали отчаянно, но он все-таки выдавил:
- П-привет, Элл! Ты изображаешь топ-модель? А эт-то кто? Инопланетянин?
- Это Г'Хай - мой новый поклонник. Раздевайся, Коля, тут тепло.
...Не ругай весь мир в порыве отчаяния,
Сегодня твой разум размяк без наркотиков,
Тебя так манила эта возможность,
Но ты опять останешься здесь...
- Слушай, Г'Хай, а почему вы не возите сюда жратву для себя и все остальное?
- Ты говорил, Коля, что долго жил на севере своею мира и изучал камни. Ты там много
ел фруктов, которые растут на юге?
- Понятно. Тогда наливай: эта ваша амброзия вполне ничего...
...Вновь наступит холодный сезон,
И ветер станет хлестать замерзшей водой.
Будет поздно бежать из этого ада,
Даже если ты лишишься разума!..
- А почему ты не дал нам вчера досмотреть катаклизм до конца? Это же и правда как
всемирный потоп! И почему в твоей тарелке так много места - вы что, танцы тут устраиваете?
- У тебя еще много этих "почему", Коля? Лучше пей, а то время уходит.
- Чокаться будем? У нас такой обычай! А поч... Но ты же не отвечаешь!
- Зачем тебе смотреть на катаклизм чужого мира? С челнока снято почти все
оборудование - раньше здесь негде было повернуться.
- Как же ты доверил управление Эллане? Она нас чуть не пришибла этой кастрюлей! И
столько амброзии разлила, что ноги прилипают!
- Ничего, нам с тобой хватит, а они все равно не пьют. Я ее посадил за пульт и велел
ничего не трогать. А сам отрубился: двое суток не спал - возился с черным блоком. Ну, и
перебрал, конечно.
- Получилось с блоком?
- Нет. Почти - нет. Давай по половинке и...
...И холодный сезон, и твоя работа
Когда-нибудь кончатся,
Но ты можешь не дожить до этого,
И твое тело оставят здесь под камнями...
- А скажи мне, Г'Хай...
- Не-е-ет, это ты-ы мне скажи, Коля! Почему ты знаешь наши песни?
- Н-не знаю... но скажу! У меня есть эта, как ее... гипотеза! Сквозь миры и эти... века
которые... сквозь время, значит, торчат не только пр-редметы... неодушевленные.
Некоторые... которые настоящие... поэты разные, они, значит, тоже пронзают миры... и века!
Да!
- Пр-равильно! Надо по этому поводу вы-ыпить. А то у тебя из... яз...ык заплетается!
- Да, надо ср-р-рочна па-адкрепиться!
- Па-адкрепляемся и р-р-разбегаемся!
- И с-споем! Теперь дол... должен быть повтор первого куплета!
- А-абиза-ательно! Только ты - там, а я - здесь! Снимай ретранслятор-р!
Снаружи было пасмурно и промозгло. На небе низкие серые тучи без края и просвета.
Этот мир только что пережил катастрофу и еще не начал оправляться. Почти зима в середине
лета, а вместо зеленой степи бескрайнее кладбище: заломы, завалы, озера и лужи замерзшей
грязи. Северный океан далеко, и основные разрушения здесь пришлись на долины рек, почти не
затронув водоразделы: обвалилось и вышло из берегов все, что могло, а потом замерзло...
Только их сопка стоит нерушимо, уходя каменистыми склонами в белесое марево наверху.
Женька и Эллана вылезли как люди, а Николай просто вывалился из люка на камни. И
упал бы, если б его не подхватили. Г'Хай помахал рукой и захлопнул крышку.
- Что это вы так ужасно пели, Коля? Упираясь при этом друг в друга рогами? - ревниво
поинтересовалась Эллана.
- Не рогами, а ретрансляторами. Мы пели боевые песни нашей молодости!
Женька попытался пошутить:
- Теперь ты имеешь право говорить, что тебе не только медведь на ухо наступил, но и...
- Перестань! - возмутилась девушка. - Я не виновата: Хай показал мне кнопку,
которой звук снаружи включается, а как громкость правильно делать, ре объяснил! Ну, я
нажала, а оно как заорет!
Многотонная махина челнока на секунду зависла над камнями и резко пошла вверх, обдав
зрителей волной холодного воздуха. Серебристый корабль сначала превратился в черточку, а
потом и вовсе исчез в серых тучах. Николай стал рыться в нагрудном кармане, надеясь даже не
на сигарету, а хотя бы на обломок в две-три затяжки, но там была только труха. За его спиной
всхлипнула Эллана.
- Ты чего?
Она не ответила, и Николай продолжал смотреть на мрачную панораму. Прошло,
наверное, минут пять, и в небе на севере возникло сияние. Источник был настолько силен, что
кое-где свет пробил облака и высветил развороченную тундру. Это длилось всего мгновение, а
потом грохот слабым эхом прокатился по распадкам.
Эллана опять всхлипнула:
- Он не смог разобрать черный блок.
- Какой еще блок?
- Ну, такой... Который все взрывает. Они не должны оставлять свои машины.
- Так что же он?!
- Он смог только отсрочку. Чтобы не сразу.
Николай все-таки нашел обломок сигареты, пару раз затянулся и затушил
микроскопический бычок на камне.
- Терпите, ребята: мы собирались с ним спеть повтор первого куплета. Надеюсь,
Городницкий меня простит...
И он заревел в хмурую пустоту чужого мира:
...Со злой тоски не матерись -
Сегодня ты без спирта пьян.
На материк, на материк
Ушел последний караван!..
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
Глава 1. Исход
В тот день они случайно встретились на выходе из метро и решили прогуляться пешком,
благо погода позволяла. Вар-ка купил себе коробочку с соком, а Николай - банку пива.
- Послушай, Вар! Почему ты не сказал посреднику, что уже имел дело с этим амулетом в
родном мире?
- А зачем? Наши "заказчики" об этом наверняка знают. Неспроста они так уверены, что
мы обязательно встретимся с этими штучками в других реальностях. Между нами какая-то
связь.
- Блин горелый! Прямо мистика, да и только! Или расчет на то, что ты вернешься в свой
мир и во всем разберешься?
- Наверное, такое в принципе возможно.
- Ну да: если на границе твоей реальности не окажется большого временного скачка,
если ее вообще удастся найти.
- Я думаю, что, даже если тыкаться наугад, уж в родной-то мир попасть, в конце концов,
можно. Но скачок... Вернешься, а там прошли десятилетия.
- Или столетия!
- Не расстраивай меня, - вздохнул Вар-ка. - Оказавшись в далеком будущем своей
реальности, lee можно просто не узнать.
Николай подумал, что ему такое, пожалуй, не грозит, и решил сменить тему:
- Вот скажи мне, как профессионал, почему люди тысячи лет верят в волшебство, в
чудеса? Казалось бы, практический опыт давно должен был показать, что ничего такого не
бывает.
- Наоборот: практический опыт как раз показывает, что всякое бывает! Просто люди
разных времен и культур одно и то же явление могут воспринимать и как обыденность, и как
немыслимое отклонение от повседневной нормы. Солнце, к примеру, с неба не падает, хотя,
казалось бы, ни к чему оно не подвешено и ни на чем не лежит - чем не чудо?
- Значит, все дело в знаниях? Чем их больше, тем меньше пространства остается для
волшебства?
- Не думаю. Знания всегда односторонни, и место для чудес остается. В жизни упорно
встречается всякая чертовщина, которую иначе никак не объяснить!
- Даже тебе?!
- Конечно! Скажем, это ваше электричество - ну, явная магия! Или телевизор...
- Ты просто еще не совсем привык, - рассмеялся Николай. - Признаться, я тоже не до
конца понимаю, почему в проводах не кончаются электроны, но чудом это не считаю!
- Ну, а если у меня прямо сейчас вырастут рога на лбу или твое пиво превратится в воду?
- Ты говоришь так, словно это возможно!
- А что такого? Давай попробуем! В конце концов, какая тебе разница, что я изменю:
саму реальность или ощущение, через которое ты ее познаешь? Для тебя результат будет тем
же!
- Э, нет! Выпью я пару литров пива, думая, что это вода, и окосею!
- Ты уверен? - ухмыльнулся Вар-ка. - А вдруг не окосеешь? Если будешь полностью
уверен, что пьешь именно воду?
- Забавно! Хотя, был у меня когда-то знакомый, который йогой увлекался. Он говорил,
что ему пить не нужно: при желании он может вызвать у себя состояние опьянения
самовнушением - без всякой водки! Представляешь, какая экономия! Но это -
самовнушение, а ты-то, получается, на других влиять можешь?
- На самом деле - все могут, только...
- Во всем нужна сноровка, закалка, тренировка?
- Конечно! Меня же с детства натаскивали. Главное, я всегда был абсолютно уверен, что
в этом нет ничего особенного, что я это МОГУ. Понимаешь? С Женькой, между прочим,
примерно такая же история...
- А если я буду сопротивляться, у тебя все равно получится?
- Думаю, на тебя у меня сил хватит: тут главное сконцентрироваться и суметь
выплеснуть сразу достаточное количество... психоэнергии, жизненной силы - называй, как
хочешь. Ты же видел, как это происходит.
- Ага, видел! И знаю, что с тобой бывает после такого "выплеска".
- Конечно, - согласился Вар-ка, - иногда возникает перерасход. К примеру, в драке
нет смысла пугать противника до смерти, так как потом тебя самого придется...
Их беседу прервал прилично одетый молодой человек с сумкой в руке:
- Простите, пожалуйста, что беспокою! Извините... Такие обстоятельства... Не могли
бы вы дать мне немного денег? Понимаете, у меня в милиции отобрали и документы, и деньги,
а я в Сосново живу...
Пока Николай соображал, к какой категории уличных попрошаек отнести данную особь,
Вар-ка уже извлек из кармана деньги:
- Держи!
- Большое спасибо!
Некоторое время они шли молча. Потом Николай спросил:
- Ты чего это? Молодой парень не может проехаться на электричке без билета?!
Подумаешь, какая проблема! Я сам...
- Да соврал он и про милицию, и про Сосново!
- Зачем же ты дал ему денег?
- Ну... Как тебе сказать? Я не почувствовал в нем зла, и... ему действительно очень
нужны были деньги.
- А кому они не нужны? Что ж теперь, ходить и раздавать? Ты уверен, что он...
- Нет, Коля, не уверен. Но мне кажется, что лучше наделить сотню мерзавцев, чем
отказать одному хорошему человеку.
- Однако!
- Что поделаешь - мне так спокойнее. Может быть, это влияние того амулета, который
был у нашего шамана?
Снизу, по едва различимой тропинке между колючих кустов, медленно поднимался
человек. Вар-ка сейчас совсем не горел желанием общаться с туземцами и стал прикидывать,
куда бы перебраться на ночлег. Правда, лазить по кустам, да еще в темноте, которая вот-вот
наступит, хотелось еще меньше. Он остался на месте, но вытащил из крохотного костерка не
успевшие разгореться ветки - пускай тухнет, у него же целый карман трухи какого-то дерева,
что растет у "входа" в соседнюю вселенную, - эта дрянь горит лучше пороха и не отсыревает.
Что там за человечек лезет в гору на ночь глядя?
Вар-ка поднялся на ноги и стал всматриваться в просветы кустов: "Зря я, наверное, доел в
одиночку свою добычу - то ли кролика, то ли зайца. Можно было бы угостить мужика...
Впрочем, он, кажется, сам что-то несет. Уж не овцу ли маленькую? Или козу? Ну-ну..."
Он развалился на траве между камней и стал смотреть в вечернее небо чужого мира. Гора
тут в заоблачные выси не уходит, у нее широкое пологое основание, плавно переходящее в
каменистую полупустыню. Там, внизу, бродят стада овец и коз - пастухи их перегоняют от
колодца к колодцу. Люди передвигаются и перетаскивают грузы пешком или на животных,
похожих на ослов и лошадей из мира Николая. Вар-ка почувствовал, что потенциальный гость
перестал приближаться, и вновь всмотрелся в сумерки: человек копошился на склоне метрах в
пятидесяти ниже. "Чего это он? Надо бы подобраться поближе - интересно, я еще не
разучился ходить бесшумно?"
Пока Вар-ка играл в Чинганчгука среди кустов, человек успел соорудить из камней этакий
постамент, мало похожий на очаг. Тем не менее сверху он складывал дрова, за которыми лазил
в ближайшие заросли. Оказалось, что он действительно принес с собой связанного ягненка и
дырявый глиняный горшок с тлеющими углями. Пока шла заготовка дров, окончательно
стемнело, а потом посветлело - это, наверное, взошло местное ночное светило, которого
отсюда не видно.
Туземец, как с ходу определил Вар-ка, вряд ли был простым пастухом. Те ходили по пояс
голые и носили что-то вроде юбок, а этот был одет полностью: один кусок материи обернут
вокруг бедер и закреплен на поясе, а второй изображает рубашку с застежкой на плече. Шапки
на н
...Закладка в соц.сетях
