Жанр: Фантастика
Легенда о велесе
... из окна на узкий каменный парапет, он отчаянно вертел
головой, напрягая все чувства в надежде заметить хоть какое-то движение.
Ящер плавно соскользнул к нему по стене. Его огромная тень шевельнулась в поле
зрения Перуна, привлекая внимание.
- Случилась беда, - уверенно изрек зверь.
- Велес, - только и смог вымолвить Перун. - Он был здесь... и похитил ее...
- Садись. - Плоская голова придвинулась к нему. Одним прыжком Перун перебрался на
затылок зверя, и тот оторвался от стены, не тратя времени, чтобы выровняться.
Толкнувшись, он взмыл вверх, поднимаясь над замком, и тут же резко спланировал вниз,
описывая круг у самой земли. Его светящиеся в темноте глаза обшаривали каждый
камень, каждую трещину в скалах. Похититель не должен был далеко уйти со своей
добычей, он где-то здесь. Настроившись, Ящер ловил тепло, исходящее от двух тел, но
горы были холодны и мертвы. И нигде не было даже следов Велеса.
- Он должен быть где-то здесь! - вскипел Перун после третьего крута. - Он не должен
успеть вырваться! Не улетел же он по воздуху!
Мысль Ящера тут же кругами устремилась в стороны, ощупью изучая пространство
вокруг, проникала внутрь спящего замка и в подземелья. Нигде никакого движения, нигде
нет и следа присутствия чужака. Поднявшись выше, вровень с крепостной стеной, он
сделал еще один круг.
- Хватит топтаться на месте! - не выдержал Перун. - Лети вперед!
- Куда? - отозвался Ящер. Голос его звучал невозмутимо, хотя в сознании все
смешалось. - Должен признаться, я ничего не понимаю. - Он отвел глаза даже мне! Я
ничего не чувствую, словно он прошел сквозь пространство!
- Он украл мою жену! Это ему даром не пройдет! Я отомщу ему!
- Согласен, но сначала его надобно отыскать!
- И мы сделаем это сейчас же!
Перун с силой грохнул по голове Ящера, и тот, решив не спорить, опять отправился в
облет замка, описывая все большие круги в надежде, что наткнется на след Велеса.
Когда Велес перебросил Диву через плечо, она принялась отчаянно отбиваться,
стараясь выскользнуть из его рук. Не обращая внимания на ее сопротивление и крики,
похититель выскочил из окна и помчался в темноту, куда глаза глядят.
Страх придал Диве силы. Она забилась в руках похитителя, грозя свалиться с его плеча,
и он перехватил ее двумя руками так, что у нее потемнело в глазах. Силы покинули ее, и
Дива лишилась чувств, успев заметить лишь провал бездны, в которую спрыгнул ее враг.
...Она долго не приходила в себя - сказывались страх и усталость. Но наконец мрак
небытия отступил - словно волны черного ледяного океана разомкнулись, вытолкнув ее на
поверхность, к свету и теплу.
Еще не открывая глаз, Дива вспомнила все, что с нею случилось. Ночной бой, страх,
боль, Велес - все смешалось в ее сознании. Последнее, что она помнила, было падение в
бездну.
Но сейчас все было позади. Она лежала в тепле, на мягких шкурах. Неподалеку
потрескивал огонь, а поодаль глухо завывал ветер. Почему-то было так сладко слушать
вой непогоды сейчас, здесь.
Дива даже улыбнулась, и тотчас рядом кто-то пошевелился. Хозяин этих мест
придвинулся ближе, склоняясь над нею. Он боялся дотронуться до нее, причинить боль -
это было слышно в его тяжком дыхании. Он мягко дотронулся до ее щеки, и Дива открыла
глаза.
Только что она готова была поверить, что все случившееся с нею - страшный сон. Но
нет,
это была самая настоящая явь. Она лежала на низком массивном ложе, заботливо укрытая
шкурами медведей. Над ее головой смыкались грубо сработанные стены лесной заимки,
сложенные из толстых бревен с низким потолком. Темноту разгонял огонь в каменном
очаге, а над нею склонялся Велес. Взглянув на его рога, в его раскосые блестящие глаза,
Дива снова почувствовала дурноту. Превозмогая слабость, она рванулась прочь, как
раненое животное. Ужас схватил ее за горло. Парализованная страхом, она только
моргала.
- Успокойся, - первым нарушил молчание Велес и дотронулся до ее руки. - Ты еще
слишком слаба.
Его прикосновение заставило женщину передернуться от отвращения. Она
попробовала отодвинуться, но Велес притянул ее назад.
- Лежи смирно, - строго приказал он. - Ты чуть не потеряла ребенка. Не двигайся, если
хочешь его сохранить.
Но Дива и так уже начала чувствовать тянущую боль, поднимающуюся снизу. Мысль о
ребенке заставила ее оцепенеть, а Велес вдруг бережно погладил ее по голове.
- Через день-два ты будешь совсем здорова, - тихо пообещал он. - Только не губи себя.
Понимая, что женщине тяжело видеть его так близко от себя, Велес перебрался к огню.
Там на углях стоял закопченный горшок. Хозяин занялся им, совершенно забыв о гостье.
Дива мужественно боролась с приступами боли и слабости, но соблазнительный дух,
поднимавшийся от горшка, заставил ее забыть о недомогании.
- Где я? - решилась спросить она.
- У меня, - отозвался Велес, не повернув головы. - Это мой дом... Прости, что пока не
могу предложить тебе ничего получше,
- От тебя я не приму ничего, - ответила Дива,
- Я в самом деле не готов был к похищению. - Велес, казалось, не слышал ее слов. -
Если бы я решился на это заранее, я бы позаботился о более удобном доме... Правда, тогда
он не был бы настолько безопасен, но какое это имеет значение, когда в нем ты!
Он повернулся к Диве от очага. Свет огня падал на его морду сбоку, и Дива ясно
увидела свежую рану у него на лбу - свидетельство недавнего боя. Кровь запеклась горкой,
пряди гривы прилипли к ране. Это напомнило Диве о том, что случилось, и она
приподнялась на ложе.
- Немедленно доставь меня назад!
Велес опять пропустил ее слова мимо ушей. Перелив часть варева из горшка в миску,
он из-под старой, но чистой тряпицы достал добрый ломоть хлеба и ложку и поднес все
это Диве.
- Ешь, - сказал он. - Тебе надо восстанавливать силы после болезни!
Дива ожгла его взглядом, в котором смешались гнев и презрение. Она холодно
посмотрела на явно самодельную утварь.
- Как ты низко пал! - прошептала она. - Ты же был лордом! И был равен моему отцу и
Сваргу! И что теперь?
- Я здесь потому, что любил и люблю тебя, - спокойно отозвался Велес. - И я пойду на
все - лишь бы ты жила! А сейчас успокойся и поешь - тебе надо поскорее восстановить
силы.
- Ты немедленно вернешь меня назад, к Перуну, - ответила Дива, - если так любишь,
как говоришь.
- Нет, - сказал Велес, - ты не выйдешь отсюда по крайней мере еще несколько дней. -
Он повернулся к остолбеневшей от возмущения Диве и объяснил: - Ты здесь уже два дня.
Все это время ты не приходила в себя. И сейчас еще слишком слаба.
Забыв о боли, Дива села, спустив ноги на пол. Ей показалось, что она ослышалась.
- Как - два дня? - прошептала она. - Целых два дня?.. Да как ты посмел? Как ты мог!.. А
мои дети? А мой супруг? Ты о них подумал? Да там же все с ума сходят! А Перун? Ты его
не знаешь! Он же теперь... Он убьет меня! Что ты наделал!.. А ну отправь меня назад,
чудовище!
Дива сорвалась на крик и разрыдалась, повторяя без конца "чудовище" и "ненавижу".
Велес вдруг вскочил. Его огромная уродливая тень взметнулась, закрыв весь потолок и
половину дома. Во тьме глаза вспыхнули огнем, и Дива отпрянула, завизжав. Велес
шагнул к ней, и этого оказалось достаточно, чтобы женщина упала на ложе. С ужасом
глядя из-под руки на своего похитителя, Дива вдруг поняла, что он может сделать с нею
все, что захочет - ударить, убить, сделать своей женой насильно: для этого Велес и
похитил ее.
- Рано или поздно ты поймешь: для тебя быть здесь - лучшее, что ты можешь пожелать,
- тихо произнес он.
- Нет! - изо всех сил закричала Дива. - Нет!
Велес сжал кулаки.
- Успокойся, - решительно приказал он и, резко повернувшись, вышел, прежде чем
Дива выкрикнула ему вслед хоть слово.
Женщина осталась одна. После вспышки гнева боль снова сковала ее, заставив
ненадолго взять себя в руки и подумать о ребенке. Она сидела неподвижно, пока внутри
все не успокоилось. Страх за свою участь уступил место страху за своих детей - как они
там без нее? Не сделает ли Перун им чего-нибудь дурного? Ведь выходит, что они - дети
Велеса, по крайней мере четверо младших, зачатые после отъезда Сварожича в Дикие
Леса. А может, все-таки нет?
Дива сидела одна еще очень долго, пока ее внимание снова не привлекло угощение,
оставленное Велесом. Едва она придвинула миску к себе, как почувствовала, что
проголодалась. Еда успела остыть, а хлеб слегка зачерствел, но Дива не заметила этого.
Поев, она снова задумалась о судьбе своих детей и своей собственной, но огонь в очаге
догорал, понемногу впуская в дом ночной мрак. Вместе с сытостью подкатывала
усталость. Велес не собирался нарушать уединения пленницы. Дива свернулась
калачиком на краю ложа с намерением дождаться его возвращения, чтобы опять
потребовать отправить ее домой, но не заметила, как уснула.
Когда она проснулась, было позднее утро.
Лучи солнца проникали в дом сквозь небольшие окошки. Светлые пятна лежали на
сухих камышах, густым слоем устилавших пол. Дверь была плотно прикрыта, в очаге
оставались лишь холодные угли.
Дом был пуст - судя по всему, Велес больше не приходил сюда, оставив пленницу в
покое.
Дива села, натянув на плечи шкуру, которой только что укрывалась. В доме царила
мертвая тишина, снаружи долетал шум леса - голоса поздних птах, шорох падающей
листвы. Издалека донесся рев какого-то зверя. Некоторое время женщина
прислушивалась, надеясь уловить хоть один звук, говоривший о том, что ее похититель
поблизости - ведь он провел снаружи всю ночь - но все было напрасно. Выходило, что она
одна в лесу на целые версты.
Будь она помоложе, Дива, не раздумывая, стала бы готовиться к побегу, но сейчас к
ней вернулась вчерашняя слабость. Усмехнувшись мысли о побеге, она осторожно дошла
до двери и толкнула ее.
Дверь оказалась не запертой, и Дива тихонько вышла. Остановившись на пороге, она
оглядела густой дремучий лес, заросший мелколистным кустарником так, что не было
видно ни малейшего просвета. Вековые деревья смыкали кроны над массивной крышей
невысокой избушки. В листве были заметны первые просветы - начинался листопад - и в
них проникали солнечные лучи. Один из лучей упал на лицо Дивы, и женщина
улыбнулась его теплу.
Правее заросли были гуще. Судя по всему, там был склон, а внизу бежала речка.
Притворив за собой дверь, Дива прошла туда и поняла, куда девался Велес.
Он сидел на склоне над рекой, и сквозь кусты виднелась его широкая спина. Грозные
рога смотрели вверх, как обугленные пожаром сучья. Подтянув колени к груди,
изгнанник, не отрываясь, смотрел на лениво ползущую меж крутых берегов реку. По
темной воде куда-то плыли опавшие листья, кусты клонились к самой поверхности. Трава
вокруг Велеса была примята - тут он лежал, дожидаясь утра.
Велес так глубоко задумался - или же бесконечно доверял ей - что не обернулся на
подошедшую женщину.
Дива старалась идти как можно тише, раздвигая кусты. Почти бесшумно ей удалось
подобраться на расстояние нескольких шагов, но тут мужество покинуло пленницу, и она
остановилась.
Велес медленно выпрямился, устраиваясь поудобнее.
- Это мое любимое место, - вдруг сказал - он, и Дива поняла, что он прекрасно слышал
ее приближение. - Я часто сижу здесь. В той стороне, - он махнул рукой куда-то вниз по
течению, - эта река впадает в другую реку, а та течет на юг, в места, где живут они...
- Кто - они? - почему-то спросила Дива.
- Люди, - вздохнул Велес. - Те, кого обычно называют смертными дикарями... Я много
времени провел с ними после того, как Перун сбросил меня с Пекленских гор. Я повидал
все племена, что живут в той стороне, и в каждом находил друзей... Но время для них
течет не так, как для нас. Мы говорим - "год", а у них успевает смениться два-три
поколения. Измеряя жизнь их годами, я прожил, по их счету, больше, чем все Сварожичи,
вместе взятые... Конечно, они боялись моего долголетия - им казалось, что я бессмертен.
Меня называли богом, но я уходил сразу, как только мне начинали поклоняться и
приносить жертвы... Знаешь, они добры и доверчивы, как дети... Странный и
удивительный народ, не такой, как в других частях света. Мне кажется, они в родстве с
нами - то есть с вами: лица их девушек и женщин чертами так похожи на лица наших
женщин... И наречие - ты бы поняла многих из них с полуслова!.. Они звали меня Волосом
и считали, что я приношу богатство. Знаешь, - Велес вдруг привстал, словно увидел что-то
на том берегу, - а ведь кое-кто из нашего народа живет там...
Велес говорил тихим голосом, словно беседовал сам с собой. Он ничего не спрашивал,
ничего не просил - просто рассказывал, и Дива вдруг почувствовала, что больше не боится
его. Она осторожно подошла еще ближе.
- А Родомысл, - решилась она наконец перебить его, - ты ничего не слышал о
Родомысле?.. Перун сказал, что он взял себе жену из простых смертных и ушел в
восточные леса...
Велес впервые оглянулся на женщину.
- Он основал город на междуречье - великой Ра и Йоки, как ее называют местные
племена, - объяснил он. - В самом сердце болот. Сейчас, правда, городов там уже
несколько - Хитеж, Резня, Чарград... Я видел его...
- Родомысла? - Дива придвинулась вплотную и, забывшись, потормошила Велеса за
плечо. - Как он?
- Слишком стар, чтобы казаться твоим братом. - Велес не смотрел в ее сторону, но рука
женщины по-прежнему лежала на его плече. - Сейчас он больше похож на твоего деда...
Его потомков уже можно называть народом - так их много... Знаешь, - Велес вдруг
просиял, словно только что увидел Диву, - я не говорил, но если бы мы с тобой явились
туда, он был бы только рад! Он ведь тоже почти изгнанник, только по доброй воле. И он
тоже никого не видел из своей родни, как и я... Впрочем, я, с тех пор как покинул
восточные леса и поселился здесь, видел кое-кого - тебя, детей, Перуна... Поедем со мной
туда! - Он развернулся к Диве, напугав ее резким движением, - Будешь жить где
пожелаешь, хоть подле брата, хоть в ином городе! Ты права - здесь тебе не место. Так я
предложу тебе почти княжескую жизнь - ты же знаешь, как я к тебе отношусь!
Велес выпрямился, стоя перед Дивой на коленях. Женщина попятилась, отталкивая
его.
- А мои дети? - возразила она.
- Они будут с нами! - воскликнул Велес. - С тобой! Разве я могу разлучить вас?
- Я люблю Перуна, - отрезала Дива. - А ты обманул меня и его!
- А любит ли он тебя? Я не спрашиваю, любит ли он тебя так, как я - просто любит ли
он? Способен ли понять и простить? Может ли дать тебе счастье?
Дива отпрянула, прижавшись к дереву.
- Он мой муж, - прошептала она, закрывая глаза, - и отец моего ребенка!.. А ты? Что ты
понимаешь в любви и преданности? Ты всегда поступал так, как хотелось тебе. Ты когданибудь
думал о других? Ты желал только наслаждений и мести - и ты их получил, разбив
мою жизнь и мою семью. Ты готов уничтожить все, что мешает тебе. Настанет день, когда
и я стану для тебя помехой - и ты расправишься со мной, а может быть, и с детьми...
Верни меня домой, прошу тебя!
Велес не двинулся с места, выслушав эту отповедь и не пытаясь возразить. Потом
встал, отступил назад.
- Ты еще слишком слаба, - тихо ответил он, - Тебе нельзя волноваться, иначе потеряешь
ребенка. Вспомни, как ты перенесла эту дорогу. Подожди. Я хочу, чтобы ты и младенец
окрепли для долгого пути!
Дива неверяще распахнула глаза, но Велес молча обошел женщину и направился прочь.
Она долго стояла над водой, погрузившись в раздумья. Когда же, решившись, вернулась
в дом, там вовсю хозяйничал Велес. На огне очага опять кипел горшок. Поприветствовав
женщину взглядом, Велес заботливо усадил ее у стола, предупредив, что надо немного
подождать.
Терпеливо сидя на лавке, Дива при свете дня окинула пристальным взглядом скромное
убранство одинокого домика и поняла, что ей очень хочется остаться здесь - навести
порядок.
Осень стояла в тот год неожиданно теплая и долгая. Лишь изредка шли небольшие
дожди - чаще небо было чистое, весенне-голубое, щедро дарившее земле тепло. Лето
словно решило задержаться здесь подольше - чтобы обитателям одинокой избушки
жилось как можно лучше.
Дива жила, сама не понимая, кто она - гостья или пленница. Велес берег ее, как
последнюю на свете женщину, терпеливо сносил порой ее упреки, не гнушался приняться
за женскую работу, если это было нужно. Но одновременно он следил за Дивой, не
позволяя отлучаться далеко без его ведома, и постоянно сопровождал ее во время
прогулок по лесу, наблюдая за каждым ее шагом.
Поначалу Дива боялась его - помня его страсть, она все ждала, что однажды он
воспользуется их уединением и возьмет ее силой. Но Велес не прикасался к ней. Сам
установив границы, за которые нельзя переступать, он медленно приручал к себе Диву. Не
раз и не два ловила она на себе его тревожный взгляд, полный тоски и нежности. Он был
ласков и предупредителен с нею, но одна мысль о том, что где-то там остались без нее
дети, что у нее есть муж, отец ребенка, которого она носила, и что он рыщет по свету в
поисках своей жены, мучаясь от горя и ревности, одна мысль о том, что она станет
преступницей, воспылав нежными чувствами к своему похитителю, приводила Диву в
трепет.
А младенец рос во чреве, и Велес уже начинал прислушиваться к его шевелению,
ожидая появления ребенка на свет. Вспоминая, как когда-то он точно так же прикасался
ладонью к ее животу, мысленно разговаривая с сыновьями, Дива все сильнее начинала
тосковать о них. Миновало уже три месяца, подступала зима.
В ту ночь Велес почувствовал тревогу. Вскочив, он бросился от порога, где спал, к ее
ложу. Дива лежала, свернувшись в комочек, и беззвучно давилась слезами. Бережно, как
ребенка, Велес поднял Диву и обнял.
- Малыш, да? - молвил он осторожно. Дива покачала головой.
- Я не могу больше, - простонала она. - Я хочу домой. Отпусти меня!
- Если ты тоскуешь о сыновьях, - начал было Велес, - то я...
- Нет! - Дива выпрямилась. - Я хочу к Перуну. Я и так запятнала себя. Я должна
вернуться сама, иначе всем будет хуже - ему, тебе, детям. Отпусти меня, если я и вправду
что-нибудь для тебя значу. Пойми, это мой долг. Что бы ни случилось, мы никогда не
будем вместе. Перун мой муж, он не отпустит меня, но даже если он и согласится, я сама
не уйду от отца своих детей.
- Это мои дети, - напомнил Велес.
- Не все! Ты совершил преступление, зачав их, но ты совершаешь новое, разлучая меня
с теми, кого я люблю...
- Меня ты никогда не полюбишь, - мрачнея, перебил Велес.
- Пойми, ты не такой, как все! Ты хочешь слишком многого и пойдешь на все, лишь бы
получить свое... Тебя, наверное, сможет полюбить какая-нибудь женщина, та, которая
ждет тебя, единственного, но мое сердце занято. И я не верю, что ты любил меня когданибудь...
- Дива!
- Да, - женщина освободилась от его объятий, села на постели, отвернувшись, - ты не
такой, как все. Всю жизнь ты чувствовал это и хотел, чтобы различие исчезло. Многие
смотрели на тебя как на ошибку природы, в том числе и женщины, которых ты знал до
меня. Две-три неудачи - и ты озлобился на них и на всех женщин в мире. А тут
подвернулась я. И ты не мог упустить такого случая.
- Ты не права, - Велес с трудом сдерживался.
- Уверен?.. Хоть раз в жизни посмотри правде в глаза! Вспомни, я же не предавала
тебя, не давала тебе надежды. Ты был мне всего лишь другом, братом, но не более!.. Я
тебя не виню - ты не был избалован вниманием женщин и мою дружбу принял за любовь.
Желаемое ты принял за действительное. Может, это и хорошо - твоя сила, твой пыл - но
это не для меня. Где-то на земле есть та, что назначена тебе - твоя единственная, она все
поймет, все примет, все простит...
- Будто это правда, - прошептал Велес дрогнувшим голосом.
Дива круто обернулась к нему, заглядывая в его потемневшие глаза.
- Она твоя судьба, - воскликнула она, - а значит, вы обязательно встретитесь! А я
должна идти навстречу своей судьбе... Может, там меня ждет гибель, но это мой путь.
Никто не должен мешать кому бы то ни было сделать выбор, пусть ошибочный, но свой!
Ищи свою судьбу, а меня... отпусти. Так будет лучше...
Велес взял женщину за плечи. Дива отвела взгляд, обнимая округлившийся живот.
- О, если бы твои слова были правдой, - прошептал изгнанник и замолчал.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Несколько дней Велес не разговаривал с Дивой, с головой уйдя в свои мысли, но в
день, когда выпал первый снег, он откуда-то привел коня и коротко кивнул пленнице:
"Собирайся!"
Дива не осмелилась перечить - взгляд Велеса был такой мрачный, словно он готовился
умереть. Оказавшись в его объятьях на луке седла, она зажмурила глаза, вверяясь судьбе.
Конь понесся через чащу, вламывался в кусты, прыгал по камням, как горный баран.
Каждую минуту Дива ждала, что он споткнется и все трое упадут в пропасть или в
ледяную воду горной реки. Но все окончилось благополучно, и Дива не поверила
собственным глазам, когда вокруг вдруг замелькали знакомые места, а потом с вершины
сопки ей открылся каменистый утес над морем, на котором высился замок патриарха
Сварга.
Велес на миг сдержал коня, давая Диве возможность осмотреться.
- Узнаешь? - спросил он. Дива только кивнула.
- Последняя просьба. - Велес посмотрел в сторону замка. - Ты позволишь мне увидеть
их?.. Когда-нибудь, при случае... один раз...
Дива обернулась на своего похитителя, не веря своим ушам.
- О Велес, - только и смогла вымолвить она, - какой ты добрый...
Сторожа на стенах не поверили своим глазам, когда узнали подъезжающего всадника и
его спутницу. Вообще-то Велеса многие из них не знали точно и потому не думали, что он
решился появиться здесь в открытую, да еще вместе со своей жертвой. Поэтому перед
всадником сразу же открыли ворота, позволив беспрепятственно въехать в замок, и только
гонец поспешил оповестить Перуна о возвращении его жены.
Сварожич явился этой ночью перед самой полуночью, залетев ненадолго - вызнать, не
объявились ли следы похитителя и его жертвы. С рассветом он хотел возобновить поиски
и сейчас собирался в дорогу. Услышав, что рогатый всадник, очень похожий на Велеса,
привез Диву, он выскочил во двор.
Это действительно было так. Сторожа топтались у распахнутых ворот, отовсюду
выглядывали жители замка, Ящер с гребня стены внимательно разглядывал гостей, а по
опустевшему двору не спеша ехал Велес, бережно придерживая Диву. Он с любопытством
осматривал замок, который при свете дня последний раз видел, много лет назад. Ящер,
разлегшийся на стене и сверкающий оттуда глазами, вызвал его интерес. Несколько
секунд огромный зверь и изгнанник пристально смотрели друг другу в глаза. Потом Ящер
отвлекся, заметив что-то позади гостя, и Велес обернулся.
На крыльце замер Перун. Он был уже готов для дальней дороги - в доспехах, при
полном вооружении. Вытаращив глаза, Перун смотрел на старого врага, но его удивление
уступило место ярости, когда он увидел Диву.
Встретившись взглядом с полыхавшими ненавистью глазами Перуна, Велес ничуть не
смутился. Одним прыжком он спешился и осторожно помог сойти женщине, поддерживая
ее.
Перун покачнулся, опираясь на копье. Перед глазами у него все поплыло, когда он
увидел, что идущая к нему женщина беременна. Опираясь на руку Велеса, Дива свободной
рукой оберегала начавшее расти чрево. Она смотрела прямо в глаза Перуну, лицо ее с
каждым шагом светлело, и Сварожича понемногу начало трясти от бешенства. При одной
мысли о том, что невесть сколько человек увидят эту встречу, у него помутилось в
сознании, и он не разобрал, что сказал Велес.
Тот с первого взгляда догадался, о чем думал Сварожич, и, остановившись, отступил от
женщины.
- Не кори своей жены, Перун Сварожич, - молвил он, - она была верна тебе. Коли
хочешь мести - меня одного карай! Люблю я ее и не хочу, чтоб ей было причинено зло.
Гордись своей женой, я же от нее отрекаюсь и до конца жизни больше не посмотрю на
нее...
Дива ахнула и оглянулась на него. Перун же, расслышавший только последние слова
Велеса, вздрогнул, приходя в себя, и окинул пару тяжелым взглядом, задержавшись на
фигуре Дивы.
- Никак, опять тяжела? - подал он голос. Дива опустила глаза, прикрывая руками чрево.
- Уже четыре месяца, - шепотом ответила она. - Пятый...
- С привеском вернул! - воскликнул Перун. - Потешился - и в сторону! Ты - муж, ты и
корми, а я чист! Так, что ль?
Поудобнее перехватив копье, он бросился с крыльца на Велеса.
- Да ты что! - Дива метнулась к мужу. - Твое это дитя! Твое!
- Пошла прочь, потаскуха! - Не останавливаясь, Перун оттолкнул жену так, что она едва
не упала. - Чем ты ее прельстил, урод?
Велес не дрогнул, глядя на Сварожича.
- Выслушай меня... - начал было он.
- Ты все сказал! - обрубил Перун.
- Велес, беги! - отчаянно закричала Дива.
Оба соперника вздрогнули от ее крика, но Перун, которому это восклицание придало
сил, тут же бросился в бой. Не смущаясь тем, что его противник безоружен, он налетел на
него, готовый с маху поразить незащищенную грудь Велеса.
Тот увернулся в самый последний момент. Краем глаза он увидел Диву, оседающую на
землю с белым от ужаса лицом. Она любила Перуна, у нее под сердцем был его ребенок,
старшие близнецы могли быть тоже его детьми...
Эти мысли молнией пронеслись в голове Велеса, и он сделал рывок. Перун так и не
понял, что произошло, но копье, только что нацеленное в грудь врагу, вдруг ожило и
вырвалось из руки, отлетев на несколько шагов. Обезоружив противника, Велес кинулся к
коню.
- Закрыть ворота! - закричал Перун. - Ящер, ко мне! В один миг Велес был в седле, но
тут же понял, что опоздал. Сторожа сообразили все раньше и уже опустили решетку,
закрывая путь к отступлению. А сверху уже расправил крылья Ящер. Его горящие глаза
неотступно следили за пришельцем, когти напряглись - зверь готовился схватить его.
И все-таки оставался еще один путь - тот, каким Велес всегда приходил к Диве и каким
он унес ее. О нем никто не знал. И Велес кинулся наперерез снижающемуся Ящеру,
торопясь проскочить к стене в Девичьей башне.
Огромные когти Ящера щелкнули впустую - зверь промахнулся. Увернувшись от
хвоста, Велес помчался наверх, стремясь достичь
...Закладка в соц.сетях
