Жанр: Фантастика

Мир Номов 3. Крылья

сторінка №2

кое
прочее. А тут - ничего похожего... Прямо Мебельный отдел Универсального Магазина братьев
Арнольд, Лимитед.
- Нам нельзя здесь оставаться, - сказал Масклин. - Скоро весь салон заполнится людьми.
Вспомните, что сказал Талисман.
Они помогли Гердеру подняться на ноги и, поддерживая его с двух сторон, побежали под рядами
кресел. И тут Масклин понял, что между салоном самолета и Мебельным отделом Универсального
Магазина есть одно важное различие. Здесь очень мало мест, где можно укрыться. А в Магазине всегда
можно спрятаться за чем-нибудь или под чем-нибудь, втиснуться в какую-нибудь дыру...
Он уже слышал отдаленные звуки шагов. Но прежде чем показались первые пассажиры, они
юркнули за занавеску, в ту часть самолета, где не было кресел. Масклин прихватил с собой Талисман.
Звуки шагов раздавались уже совсем рядом. Повернув голову, всего в нескольких дюймах от себя
Масклин увидел человеческую ногу.
В металлической стене за их спиной виднелось отверстие, куда уходил толстый пучок проводов.
Протиснувшись туда, Ангало и Масклин втащили за собой и испуганного Гердера. Там было тесновато,
зато их не могли увидеть.
Но и сами они ничего не видели. Только, сбившись в кучку, ерзали впотьмах, пытаясь поудобнее
устроиться на проводах.
- Я чувствую себя лучше, - чуть погодя сказал Гердер.
Масклин кивнул.
Вокруг них было очень шумно. Откуда-то снизу доносилось металлическое позвякивание. В
салоне гулко бормотали людские голоса. Последовал сильный толчок.
- Талисман! - шепнул Масклин.
- Да?
- Что происходит?
- Самолет готовится к взлету.
- О!
- Он будет лететь по воздуху. Понимаешь, по воздуху!
Масклин слышал, как тяжело дышит Ангало.
Он постарался пристроиться между металлической стеной и пучком проводов и впился глазами во
тьму.
Все трое молчали.
Самолет медленно покатился.
Ничего особенного не случалось. Во всяком случае, какое-то время.
- Может, еще не поздно выпрыгнуть? - дрожащим от ужаса голосом спросил Гердер.
Но в тот же миг оглушительно взревели моторы. Корпус самолета пронизала не очень сильная
мерная дрожь.
На короткий миг воцарилось гнетущее безмолвие: так брошенный мяч, прежде чем упасть,
зависает в воздухе; затем какая-то могучая сила свалила их всех троих в барахтающуюся кучу. Пол
сильно, почти вертикально, накренился.
Цепляясь друг за друга, номы переглядывались и кричали.
Через минуту-другую они замолчали. Кричать явно не имело никакого смысла. К тому же они
совсем выдохлись.
Пол медленно вернулся в горизонтальное положение и больше не выказывал намерения
превратиться в вертикальную стену.
Масклин столкнул ногу Ангало со своей шеи.
- Кажется, мы уже летим, - сказал он.
- Так это был взлет? - слабым голосом спросил Ангало. - С земли это выглядит куда более
эффектно.
- Все целы?
Гердер выпрямился.
- Я весь в синяках. - И так как ничто не может изменить природу нома, отряхнувшись, он
добавил: - Где бы нам раздобыть съестного?
О еде-то они и не подумали. Масклин повернулся и посмотрел в тоннель, куда уходили провода.
- Может, обойдемся без еды? - нерешительно предположил он. - Сколько времени занимает
полет до Флориды, Талисман?
- Командир корабля только что объявил: полет продлится шесть часов сорок пять минут [Для
нома это составляет два с половиной дня. (Примеч. автора.)], - ответил Талисман.
- Но мы же умрем с голоду, - сказал Гердер.
- Может, тут водится какая-нибудь дичь? - с надеждой спросил Ангало.
- Вряд ли, - ответил Масклин. - В таких местах мышей обычно не бывает.
- Но ведь люди-то будут есть, - сказал Гердер. - Себя они никогда не обижают.
- Я так и знал, что ты это скажешь, - произнес Ангало.
- Так подсказывает простой здравый смысл.
- Хотелось бы поглядеть в иллюминатор, - мечтательно сказал Ангало. - Представляю себе, с
какой быстротой мы мчимся. Деревья, столбы и дома, наверно, так и мелькают; только увидел - и
мимо!
- Послушайте, - обратился к ним Масклин, чувствуя, что страсти начинают разгораться. -
Надо немножко обождать. Успокоиться. Отдохнуть. А потом поищем чего-нибудь съедобного.
Они снова присели. По крайней мере, тут-то тепло и сухо. В былые времена, когда Масклин жил в
норе, он частенько страдал от холода и сырости и теперь пользовался любым удобным случаем, чтобы
поспать в тепле и сухости.
Он задремал.

Итак, они в полете. В воздухе.

Можно предположить, что сотни номов живут в самолетах, точно так же как они живут в
Универсальном Магазине. Прячутся себе где-нибудь под ковром, в то время как самолет летает по
разным местам, обозначенным на единственной карте, которую удалось найти номам. Карта находилась
в карманной записной книжке, ив напечатанных на ней названиях и словах была какая-то магия:
Африка, Австралия, Китай, Эквадор, Отпечатано в Гонконге, Исландия...
Возможно, эти номы ни разу не выглядывали из иллюминаторов. Возможно, они даже не знали,
что летают по воздуху.
"Уж не это ли имела в виду Гримма, когда рассказывала о лягушках, живущих в цветке?" -
подумалось Масклину. Она вычитала это в какой-то книжке. Ведь можно всю жизнь провести в какомнибудь
крохотном местечке и думать, что это и есть весь мир. Жаль, что, разговаривая с ней, он был зол
и не пожелал ее внимательно выслушать.
Но сейчас-то он не в цветке - в самолете.

Лягушка подвела нескольких лягушат к самому краю цветка.
И все они выпучили глаза на длинную ветку. На ней было много цветов, целые дюжины, но
лягушки не умеют считать и не могут определить разницу между одним цветком и многими.
Они видели только много отдельных цветов.
И пучили глаза. Уж что-что, а пучить глаза все лягушки умеют.
Но вот думать они, к сожалению, не умеют. Было бы, конечно, замечательно, если бы лягушата
могли долго и упорно думать о новом цветке, о жизни в старом цветке, если бы они чувствовали
необходимость обследовать окружающий мир, который гораздо больше, чем лужица, окаймленная
лепестками... Но лягушки, увы, не умеют думать.
По правде сказать, у них была лишь одна мысль: ". - . - . мипмип. - . - . мипмип. - . - .
мипмип. - . - .".
Но все же обуревавшее их чувство было слишком велико, чтобы вместиться в один цветок.
Медленно, осторожно, без всякой уверенности они одна за другой переползли на ветку.

Талисман вежливо подал голос, чтобы привлечь внимание своих спутников.
- Может, вам интересно знать, - произнес он, - что мы только что преодолели звуковой
барьер.
Масклин устало повернулся к своим спутникам.
- Признавайтесь, - сказал он, - кто из вас сломал этот барьер?
- Не смотри на меня, - махнул рукой Ангало. - Я даже не знаю, где он, этот барьер.
Масклин подполз к краю отверстия и выглянул.
Перед ним стояли человеческие ноги. По-видимому, женские. Женщины, как правило, носят менее
практичные туфли.
О людях обычно можно очень многое узнать по их обуви. И взгляд нома редко поднимается выше.
А если поднимается, то видит где-то высоко вверху только пару ноздрей, и то снизу.
Масклин принюхался.
- Пахнет едой, - сказал он.
- Какой? - заинтересовался Ангало.
- Не важно, какой, - сказал Гердер, отталкивая его. - Какая бы ни была, я все съем.
- Назад! - резко крикнул Масклин, передавая Талисман в руки Ангало. - Я сам пойду. Не
пускай его никуда, Ангало!
Он подбежал к занавеске и спрятался за ней. Через несколько секунд из-за нее выглянул его
прищуренный глаз.
Здесь, видимо, был кухонный отсек. Бортпроводницы доставали из ниши в стене подносы с едой.
Номы обладают более острым обонянием, чем лисы; у Масклипа чуть не потекли слюнки. Надо
откровенно признать, охотиться и выращивать овощи - дело, конечно, нужное, но то, что добываешь
сам, своими руками, не идет ни в какое сравнение с тем, что едят люди.
Одна из бортпроводниц поставила последний поднос на тележку и покатила ее мимо Масклина.
Колеса были почти вровень с его головой.
Масклин вылетел из своего укрытия и, вспрыгнув на нижнюю полку тележки, спрятался среди
бутылок. Он знал, что это дурацкая затея. Но не мог больше торчать в этой проклятой дыре в компании
с парой идиотов.
Ряды и ряды ботинок и туфель. Черные, коричневые. Со шнурками, на резинках. А некоторые
даже сами по себе, в стороне от вытащенных из них ног.
Тележка продвинулась чуть вперед.
Ряды и ряды ног. Некоторые прикрыты юбками, но большинство в брюках.
Масклин поднял глаза. Номы редко видят сидящих людей.
Ряды и ряды туловищ, увенчанных головами, с обращенными вперед лицами.
Ряды и ряды...
Масклин присел на корточки среди бутылок.
За ним наблюдал Внук Ричард.
Лицо то самое, что он видел на портрете. Ну конечно же, это он! Маленькая бородка,
улыбающийся зубастый рот. И как будто вытесанные из какого-то сверкающего мрамора волосы.
Тридцатидевятилетний Внук Ричард.

Лицо отвернулось. "Он не мог меня видеть, - успокоил себя Масклин. - Заметить меня среди
бутылок - дело очень нелегкое.
Что, интересно, скажет Гердер, когда я расскажу ему о том, кого увидел?
Просто с ума сойдет!
Нет, лучше всего промолчать. Самое разумное. У нас и так с лихвой причин для беспокойства.
Подумать только, ему целых тридцать девять лет. Этот Внук Ричард почти наполовину так же
стар, как Универсальный Магазин. А магазинные номы утверждают, будто Магазин стар как мир. Я
знаю, это неправда, но...

Интересно, каково это - жить почти целую вечность?"
Шмыгая среди бутылок, Масклин нашел несколько пакетов с какими-то неровной формы
шариками, чуть меньше, чем его кулак. Провертел ножом дырку в бумажном пакете и вытащил один
шарик.
Это был орешек, соленый арахис. Ну что ж, лиха беда начало.
Масклин уже схватил пакет, когда к полке, где он стоял, протянулась рука.
Рука была так близко, что он мог бы до нее дотронуться.
Рука была так близко, что могла бы притронуться к нему.
Крашенные алым лаком ногти медленно сомкнулись на другом пакете с орехами и унесли его.
Только позднее Масклин осознал, что женщина, раздававшая еду, не могла его видеть. Она просто
нагнулась и протянула руку к полке, где, как она знала, лежали орехи. Она и не подозревала о том, что
среди орехов притаился ном.
Но все это он сообразил потом. А в тот миг, когда человеческая рука почти коснулась его волос,
его охватил безудержный страх. Разбежавшись, Масклин спрыгнул с тележки, перекатился по ковру и
юркнул под ближайшее кресло.
Но ждать, пока восстановится дыхание, он не стал. Опыт научил его: останавливаться, чтобы
отдышаться, опасно, не успеешь оглянуться - и ты уже попался. Он бежал от кресла к креслу, ловко
лавируя между гигантскими ногами, сброшенными ботинками и туфлями, газетами и сумками. Бежал со
скоростью, необычной даже для номов, превратившись в маленькое смутное пятнышко. Добежав до
отверстия за занавеской, он, не останавливаясь, прыгнул в него.

- Орешек? - сказал Ангало. - На троих? Да тут и на один укус не хватит.
- Что же ты предлагаешь? - с горечью спросил Масклин. - Подойти к этой женщине, что
раздает еду, и сказать, что тут в дыре прячутся три голодных человечка?
Ангало вытаращил на него глаза. К этому времени Масклин уже успел отдышаться, но его лицо
было все еще багрового цвета.
- А почему бы и не попытаться? - сказал Ангало.
- Что?
- Представь себе, что ты человек. Ожидал бы ты увидеть номов в самолете?
- Нет, конечно...
- Бьюсь об заклад, ты бы просто глаза вытаращил, если бы вдруг их увидел!
- Уж не хочешь ли ты предложить, чтобы мы показались людям? - встревожился Гердер. - Ты
же знаешь, мы никогда этого не делали.
- Я чуть было не попался сейчас, - сказал Масклин. - И у меня нет никакой охоты рисковать
вновь.
- Стало быть, ты предпочитаешь умереть с голоду? На одном орехе мы недолго протянем.
Гердер жадно уставился на кусочек ореха в руке. Само собой, в Универсальном Магазине номам
доводилось есть орехи. Во время Рождественской ярмарки Продовольственный отдел просто ломился
от еды, которой обычно не бывает в другие времена года. Орехи тогда шли у номов на десерт. Как
закуска перед обедом орехи, конечно, тоже недурны. Но ведь нужен и сам обед.
- И как мы поступим? - устало спросил он.

Одна из бортпроводниц снимала подносы с полки, когда что-то шевельнулось над ней. Медленно
подняв голову, она увидела маленького черного человечка.
Он затыкал крошечными мизинцами свои ушки, угрожающе махал всеми остальными пальцами и
высовывал язычок.
- Тррррр! - вопил Гердер.
Поднос с грохотом упал на пол. Женщина издала протяжный крик, оглушительный, точно сирена
в тумане, поднесла руки ко рту и попятилась. Затем медленно, как спиленное дерево перед падением,
повернулась и выбежала за занавеску.
Когда женщина вернулась с другой проводницей, человечек уже исчез.
А с ним и большая часть еды.

- Не помню, когда я в последний раз лакомился копченой лососинкой, - блаженно облизываясь,
сказал Гердер.
Ангало, давясь, пробормотал что-то невнятное.
- Разве воспитанному ному пристало так есть лососину? - сурово произнес Гердер. - Разве
пристало засовывать в рот кусок целиком и откусывать, что не влезло? Что подумали бы другие, если
бы увидели тебя?
- Ждеш-шь... нннет... других, - промямлил Ангало с набитым ртом. - Только... ты... и...
Машклин.
Масклин надрезал пакет с молоком; пакет был высотой почти с него самого.
- Неплохо, - сказал Гердер. - Натуральные продукты из пакетов и консервов. Уж с них-то не
надо счищать грязь, как приходилось делать в каменоломне. К тому же здесь уютно и тепло. Лучший
способ путешествовать. Никто из вас не хочет этой, с позволения сказать, - он неуверенно ткнул в
блюдо, - еды?
Масклин и Ангало покачали головами.
На блюде лежало что-то сверкающе-розовое и зыбкое, с вишенкой сверху; и, странное дело, оно
вызывало к себе непреодолимое отвращение; казалось, даже после недельной голодовки вы не
польстились бы на него.
- И как оно на вкус? - поинтересовался Масклин, когда Гердер набрал в горсть неведомого
кушанья и отправил его в рот.
- Розовое [Такие странные блюда, зыбкие на вид и розовые на вкус, подают почему-то во всех
самолетах. Почему - никто не знает. Может быть, на то есть какие-нибудь религиозные причины.
(Примеч. автора.)], - ответил Гердер.

- Кто-нибудь хочет еще орех? - спросил Ангало, ухмыляясь. - Нет? Так что, выбросить его?
- Нет, - сказал Масклин. А когда они на него оглянулись, добавил: - Извини. Я думаю, ты не
должен так поступать. Хорошую еду нельзя выбрасывать, это расточительство.
- Это просто безнравственно, - решительно поддержал его Гердер.
- Ммм! Не знаю, безнравственно или нет, - сказал Масклин, - но, во всяком случае, глупо.
Убери это в свой пакет. Кто знает, может, еще понадобится.
Ангало потянулся и зевнул.
- Хорошо бы умыться.
- Не вижу воды, - сказал Масклин. - Возможно, тут и есть где-нибудь раковина, но я не знаю,
где ее искать. Наверное, в уборной.
- Что до уборной... - начал Ангало.
- То она с другого конца трубы, - сказал Гердер.
- И держись подальше от проводов, - предупредил кубик.
Ангало озадаченно кивнул и уполз во тьму.
Гердер тоже зевнул и потянулся.
- Надеюсь, эти женщины не будут нас искать, - сказал он.
- Не думаю, - ответил Масклин. - Когда мы жили в Снаружном мире, еще до переселения в
Магазин, мы иногда сталкивались с людьми, но даже если они и видели нас, то не верили своим глазам.
Они никогда не установили бы этих странных статуэток в садах, если бы видели настоящего нома.
Гердер вытащил из-под рясы портрет Внука Ричарда. Даже в тусклом освещении Масклин узнал
человека, сидевшего в кресле. Конечно, газетная фотография была помята и состояла из сотен
крохотных точек, и все же сходство было разительное.
- Может, он где-нибудь здесь, среди пассажиров? - задумчиво предположил Гердер.
- Вполне вероятно, вполне вероятно, - уныло согласился Масклин. - Но послушай, Гердер...
Возможно, Ангало заходит слишком далеко в своих предположениях, но, может статься, он прав.
Возможно, Внук Ричард - обычный человек. Можно допустить, что люди и в самом деле построили
Универсальный Магазин для людей. А твои предки поселились там, потому что это теплое и сухое
помещение. И...
- Не желаю тебя слушать, - перебил Гердер. - Не надо уверять меня, будто мы такие же
существа, как крысы или мыши. Мы - единственные в своем роде.
- Талисман утверждает, что мы прибыли из какого-то далекого места, Гердер, - кротко сказал
Масклин.
Аббат сложил портрет.
- Может, и так. А может, и нет, - ответил он. - Какая разница?
- А вот Ангало считает, что разница есть. Если, конечно, это правда.
- Не вижу никакой разницы. Правда бывает разная. - Гердер пожал плечами. - Я могу сказать,
что ты - только плоть, кровь, кости и волосы, и это будет правдой. Или могу сказать, что в твоей
голове есть нечто, что останется жить после твоей смерти, и это тоже будет правдой. Спроси у
Талисмана.
На грани кубика замелькали цветные точки.
- Никогда не задавал ему таких вопросов, - сказал Масклин с ошарашенным видом.
- Почему? А я бы начал именно с этого.
- Он, вероятно, скажет: "Не поддается расчетам" или "Нехватка входных данных". Так он
обычно отвечает, когда чего-то не знает, но не хочет признаться.
Талисман ничего не ответил. Световые точки сплелись в другой узор.
- Талисман? - повторил Масклин.
- Я принимаю сообщения.
- Любимое его занятие, когда ему нечего делать и он мается от скуки, - сказал Масклин
Гердеру. - Сидит и перехватывает какие-то невидимые сообщения, которые носятся в воздухе.
Послушай же, Талисман. Это важно. Мы хотим...
Световые точки замелькали в другом порядке. Многие покраснели.
- Талисман! Мы...
Талисман издал какой-то щелкающий звук, который заменял ему прокашливание.
- В кабине пилота замечен ном.
- Послушай, Талисман, мы... Что?!
- Повторяю: в кабине пилота замечен ном.
Масклин всполошенно оглянулся.
- Ангало?
- Более чем вероятно, - ответил Талисман.

Глава 3


ПАССАЖИРЫ, большие, похожие на номов существа.
Многие тратят уйму времени, путешествуя из одного места в
другое, что довольно-таки странно, потому что там, куда они
направляются, обычно переизбыток людей.
Смотри также статьи: животные, интеллект, эволюция
и заварной крем.
Из "Научной энциклопедии для пытливого молодого
нома" Ангало де Галантерейя

Масклин и Гердер полезли по проводам через трубу, где их голоса звучали особенно гулко.
- То-то он так долго задержался.
- Тебе не следовало отпускать его одного. Ты же знаешь, его хлебом не корми, только дай
поуправлять всякими машинами.
- Это я, по-твоему, не должен был отпускать его одного?

- У него начисто отсутствует чувство благоразумия... Куда сейчас?
В свое время Ангало высказал предположение, что самолет начинен внутри проводами и трубами.
Предположение было недалеко от истины. Номы с трудом протискивались через узкое, в
многочисленных переплетениях проводов пространство под полом.
- Я уже слишком стар для таких подвигов. В жизни каждого нома наступает время, когда ему
больше не следует ползать во всяких закрытых проходах этих ужасных летающих машин.
- И часто ты этим занимался?
- С меня и одного раза много.
- Приближаемся, - предупредил Талисман.
- Мы не должны были показываться людям на глаза. Это возмездие, - заявил Гердер.
- И чье же это возмездие?
- Что ты хочешь сказать?
- Кто-то же должен стоять за этим возмездием.
- Не обязательно. Просто возмездие.
Масклин остановился.
- А теперь куда, Талисман?
- В сообщении, предназначенном людям - раздатчикам пищи, говорилось, что в кабине экипажа
замечено странное маленькое существо, - сказал Талисман. - Мы в кабине экипажа. Здесь множество
компьютеров.
- И они с тобой разговаривают?
- Чуть-чуть. Они совсем как маленькие дети. Предпочитают слушать, - самодовольно произнес
Талисман. - У них не хватает интеллекта.
- Так что же нам делать? - спросил Гердер.
- Мы должны прийти ему на... - Масклин заколебался, прежде чем выговорил это слово, -
выручку.
Хорошее, драматичное слово. Произносить его было так приятно. По вот беда, на пятки этому
словцу наступало другое, более простое и не очень приятное: "Как?"
- Не думаю, чтобы они причинили ему какой-нибудь вред, - сказал он, стараясь убедить себя,
что Ангало в безопасности. - Ну, может, куда-нибудь посадят. Нам надо найти удобное местечко,
откуда мы сможем наблюдать за тем, что происходит. - И он беспомощно поглядел на провода и
причудливо вырезанные куски металла перед ними.
- Лучше я пойду первым, - деловым тоном предложил Гердер.
- Почему?
- Ты, вероятно, очень хорошо ориентируешься и бегаешь по открытой местности, - сказал
аббат, протискиваясь мимо него. - Но в Универсальном Магазине мы научились ловко обходить все
препятствия.
Он потер руки.
- Вот так, - сказал он, схватил провод и проскользнул в дыру, даже не замеченную Масклином.
- Я научился пролезать сквозь все дыры еще мальчишкой, - заметил он. - Чего мы только тогда не
вытворяли!
- Да?
- Я думаю, нам надо вот сюда. Смотри не зацепись за провода. Да, славные были деньки. Мы
носились вверх и вниз по лифтовым шахтам, залезали в телефонный коммутатор...
- Помнится мне, ты всегда говорил, что в наши дни дети слишком много резвятся и озорничают?
- О да, детская преступность растет, - сурово произнес Гердер. - Но мы-то только веселились.
Попробуем вот здесь.
Они пролезли между двумя теплыми металлическими стенами. Впереди забрезжил свет. Масклин
и Гердер легли и поползли вперед.

Кабина была необычной формы, величиной не больше кабины грузовика. Места в ней едва
хватало, чтобы пилоты могли управлять самолетом.
И чего только здесь не было!
Стены и потолок почти сплошь покрыты сигнальными лампочками, переключателями, шкалами
приборов и рычагами. "Будь с нами Доркас, - подумал Масклин, - его бы отсюда и силой было не
утащить. Где-то здесь должен быть Ангало; мы должны увести его с собой".
На полу стояли двое мужчин на коленях. Рядом с ними, во весь рост, раздатчица еды. Слышалось
какое-то невнятное мычание и ворчание.
- Они разговаривают на своем человеческом языке, - прошептал Масклин. - Жаль, я его не
понимаю.
- Постой, - сказал Талисман.
- Ты можешь понимать человеческую речь?
- Конечно. Она ничем не отличается от языка номов, только гораздо замедленнее.
- Что? Что? Ты же никогда мне этого не говорил! Никогда!
- Есть миллионы вещей, которых я никогда тебе не говорил. Так что же ты хочешь знать для
начала?
- Для начала хочу знать, о чем они беседуют. Ну, пожалуйста.
- Один из людей только что сказал: "Это, вероятно, мышь или что-то в этом роде". А другой
возразил: "Покажи мне мышь, одетую как человек, и я соглашусь с тобой". - "Это была не мышь, -
подтвердила раздатчица. - Мышь не могла бы бросить в меня малиной!"
- Что такое малина?
- Маленький красный плод растения "рубус идеус", - пояснил Талисман.
Масклин повернулся к Гердеру.
- Уж не ты ли пульнул в нее ягодой?
- Я? Послушай, будь у меня ягода, я бы ее съел.
- Один из людей только что сказал: "Я оглянулся и вижу - он стоит и таращится в
иллюминатор!" - продолжал Талисман.

- Это Ангало, ясное дело! - воскликнул Гердер.
- А другой сказал: "Он где-то здесь, за панелью, и никуда от нас не денется".
- Он хочет вынуть кусок перегородки, - сказал Масклин. - Нет, он сунул руку внутрь.
Человек что-то промычал.
- Человек сказал: "Он тяпнул меня. Этот дьяволенок тяпнул меня", - как ни в чем не бывало
продолжал переводить Талисман.
- Ну конечно, это же Ангало, - сказал Гердер. - Весь в отца. Никогда не сдается, даже если
загнан в угол.
- Но они не представляют себе, кого хотят поймать, - поспешно сказал Масклин. - Они видели
его, но он успел убежать. Об этом они и спорят. Они не могут поверить в существование номов. Если
мы сможем вытащить его оттуда, прежде чем его поймают, они наверняка останутся в уверенности,
будто видели всего лишь мышь.
- Я полагаю, мы могли бы пробраться туда между стенами, - сказал Гердер. - Но это заняло бы
слишком много времени.
Масклин в отчаянии осмотрел всю кабину. Кроме тех троих, которые пытались поймать Ангало, в
кабине были еще двое людей. Вероятно, пилоты.
- Просто не знаю, что делать, - сказал он. - Может, у тебя есть какая-нибудь идея, Талисман?
- Идей у меня бесчисленное множество.
- Ты не мог бы помочь нам спасти Ангало?
- Да.
- Помоги же.
- Да.
Спустя секунду они услышали негромкие сигналы тревоги. Замерцали лампочки. Пилоты с
криком наклонились вперед и стали нажимать кнопки переключателей.
- Что происходит? - спросил Масклин.
- Люди, вероятно, удивляются, что машина вышла из-под их контроля.
- В самом деле? И кто же ею управляет?
По глади черного кубика заструились световые волны.
- Я.

Одна из лягушек соскользнула с ветки и шлепнулась на мягкий лиственный полог далеко внизу.
Таким маленьким легким созданьям падение с высоты нипочем, поэтому вполне вероятно, что лягушка
уцелела и начала в лесном мире новую жизнь, какой не вела еще ни одна древесная лягушка.
Остальные поползли вперед.

Масклин помог Гердеру пробраться через еще один тоннель с проводами. Над головами у них
раздавались топот и ворчание испуганных людей.
- Похоже, они очень встревожены, - сказал Гердер.
- Зато теперь у них нет времени искать что-то похожее на мышь.
- Но это же не мышь - Ангало!
- Потом они все будут думать, будто это мышь. Люди обычно отметают от себя неприятные
мысли.
- Но ведь и номы поступают точно так же, - сказал Гердер.
Масклин посмотрел на черный кубик, который держал под мышкой.
- Ты и в самом деле пилотируешь "Конкорд"? - спросил он.
- Да.
- А я думал, для этого надо поворачивать руль, переключать передачи и все такое.
- Все это делают машины. Люди только нажимают кнопки и вращают ручки, все остальное
делают машины.
- А что же тогда делаешь ты?
- Я, - сказал Талисман, - пилотирую самолет.
Масклин прислушался к сдержанному реву моторов.
- Это трудно? - спросил он.
- Само по себе - нет. Но вмешательство людей затрудняет управление.
- Нам нужно как можно быстрее отыскать Ангало, - сказал Гердер. - Пошли.
Они углубились в другой тоннель с проводами.
- Они должны благо

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.