Жанр: Фантастика
Тайный город 07. Куколка последней надежды
...рубку и покачал головой. "Похоже, сотрудникам Ньюйоркского
отделения ФБР придется привыкать к новому шефу".
Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь
Москва, Ленинградский проспект,
8 сентября, воскресенье, 05.51
- Что с Яной? - озабоченно спросил Сантьяга.
- Эрлийцы говорят, все будет о'кей, - мрачно ответил Кортес. - Дня три, может, неделя. Ранение тяжелое, но
излечимое. - Наемник сделал маленький глоток вина и посмотрел на Артема: - Чемодан?
- Куколка осталась у американцев, - не обрадовал тот. - Я бы мог попытаться забрать ее, но пришлось бы
применить...
- Вы поступили абсолютно правильно, - заметил комиссар. - В сложившихся обстоятельствах я даже рад, что нам
не удалось изъять Куколку.
- Почему? - насторожился Кортес.
- Это позволит продолжить игру. - Сантьяга прошелся по толстому ковру, остановился, покачиваясь с носка на
пятку, и улыбнулся. - Теперь я окончательно понял цель Мехраба: он планировал выдать нам не запрещенный артефакт, а
всю цепочку. Всех, кто связан с производством Куколок. Продавцов, посредников, группу прикрытия, и... я надеюсь,
мастера.
- В том числе японцев? - подал голос Артем.
- Их в первую очередь. - Комиссар присел на краешек стола. - Я думаю, что именно из-за самураев Мехраб и затеял
столь заковыристую интригу.
- Он их испугался.
- И предпочел подставить вас.
- Но почему он испугался?
- Действительно, вопрос... - Сантьяга задумчиво поправил изысканный галстук. - Пожалуйста, расскажите о
самураях подробнее.
- Они были в самолете, - припомнил Артем. - И тот, что с мечом, и те, что остались в Шереметьеве.
- Скрылся главный?
- Да.
- Но перед этим он сумел произвести очень неплохое впечатление, - пробормотал комиссар. - Яна совсем недавно
стала магом, но ее сила колоссальна. Я лично занимался обучением вашего компаньона и могу с уверенностью заявить, что
в Тайном Городе найдется немного воинов, способных бросить ей вызов.
- И тут появляется японец.
- Совершенно верно: появляется японец и с легкостью отправляет Яну на больничную койку. - Сантьяга покачал
головой. - Допускаю, что у Мехраба был серьезный повод для беспокойства.
- Картина в целом ясна, - буркнул Кортес. - Дита выкрала Куколку у японцев, те организовали погоню и даже не
остановились перед поездкой в Тайный Город. Это говорит об уверенности.
- Или о самоуверенности.
- Будем исходить из худшего варианта. Тем более, что мы уже видели их способности. - Кортес скрипнул зубами. -
Мы знаем, что японец будет идти за артефактом... Кстати, как он может найти Куколку?
- Иногда мастер создает Куколку под конкретного пациента, в этом случае он использует образцы тканей больного.
Считается, что "именная" Куколка лучше.
- А разве в обычном случае лечение не всегда проходит идеально?
Комиссар развел руки:
- Я не знаю всех секретов изготовления Куколок. Рассказываю, что слышал.
- Значит, активизированная Куколка отзовется на генетический поиск, - пробормотал Кортес. - Так почему бы не
забрать артефакт? Пусть самурай приходит в Цитадель.
- Думаю, наш друг видит разницу между поездкой в Тайный Город и появлением в Цитадели, - проворчал Артем. -
Не факт, что он придет.
- Согласен, - поддержал молодого наемника комиссар. - Не хочу хвастаться, но я не верю, что японец, при всех
своих достоинствах, рискнет ворваться в штаб-квартиру Нави.
- Он предпочтет смыться.
- А если вспомнить, какие усилия были приложены для того, чтобы познакомить нас с ним, - улыбнулся Сантьяга,
- мне бы не хотелось, чтобы самурай покинул Тайный Город до разговора со мной.
- Но Куколка активизирована, - нахмурился Кортес. - Она проснется в течение нескольких часов, и тогда...
- Это еще один аргумент в пользу того, чтобы оставить пока артефакт у американцев, - протянул комиссар.
- В пользу? - Артем ошеломленно посмотрел на Сантьягу.
- Я предполагаю, - серьезно ответил нав, - что Куколка изначально предназначалась для кого-то из Тайного Города.
Не уверен, но предполагаю, что Куколка нужна здесь. И я хочу знать - кому. - Комиссар помолчал и тонко улыбнулся. - Но я
не хочу, чтобы Темный Двор занимался ее активизацией. Китайгородская конвенция жестко ограничивает мои
возможности, и я не желаю ссориться с Великими Домами из-за такой ерунды.
- А когда Куколка проснется, - тихо продолжил Кортес, - она, если повезет, сумеет самостоятельно привести себя в
рабочее состояние...
- И после этого появимся мы, - кивнул Сантьяга. - Одно дело активизировать запрещенный артефакт, и совсем
другое - найти активизированный запрещенный артефакт и воспользоваться им. Бедные американцы...
- А как быть с секретностью? - поинтересовался Артем. - Если американцы станут свидетелями активизации, у них
появится масса пищи для размышлений.
- Стать свидетелем и понимать, что ты видишь, - абсолютно разные вещи. Я допускаю, что американцы будут...
гм... несколько шокированы. Но они и без того достаточно увязли в этом деле. Службе утилизации предстоит серьезная
работа по нейтрализации ваших заокеанских соплеменников, и лишний эпизод не сделает погоды.
- А мы получим активизированную Куколку.
- Самую лучшую приманку для самурая.
- Но упускать из виду американцев не следует, - деловито бросил Кортес. Чувствовалось, что опытный наемник
оправился от произошедшего с Яной, и дело вновь поглотило все его мысли. - Я позвоню им часов в девять утра и
предложу встретиться.
- Как вы их найдете?
- Я знаю номер мобильного телефона Баддера.
- Замечательно! - Сантьяга поднялся со стола. - Господа, у вас есть время отдохнуть.
Посольство США
Москва, Большой Девятинский переулок,
8 сентября, воскресенье, 07.09
Выяснение отношений с русскими властями затянулось. Полицейские, таможенники и пограничники взяли
американцев в суровый оборот, требуя предоставить полную информацию о причинах инцидента в аэропорту. Шум
получился знатный, и русские были полны решимости выудить или вышибить информацию, неважно каким способом.
Левин отбивался, как мог, но когда в Шереметьево прибыли представитель японского посольства (правда, его присутствие
не заставило разговориться двух уцелевших соотечественников), заспанный заместитель министра иностранных дел России
и три улыбчивых блондина "неважно, из какой мы организации", Майкл не на шутку струхнул и поспешил подключить
тяжелую артиллерию - позвонил послу. Но все равно, участникам событий удалось вырваться из аэропорта лишь под утро.
- Скандал! - Злой, невыспавшийся посол яростно посмотрел на фэбээровцев. - Теперь вы можете объяснить, что,
черт побери, происходит?
Балдер и Галли переглянулись и уныло покачали головами.
- Что за дрянь вы везете?
- Статуэтку.
- Почему по дипломатическим каналам?
- А вы еще не поняли? - огрызнулся Вольф. Посол рухнул в свое кресло и мрачно, с ног до головы, оглядел стоящих
посреди кабинета агентов.
- Вы знали, что произойдет нападение?
- Мы не исключали этого.
- Японцы охотились за статуэткой?
- Да.
- Почему она так важна?
Фэбээровцы снова посмотрели друг на друга.
- Я задал вопрос!
- Мы не имеем права отвечать на него, - набрался духу Балдер.
- А кто имеет?
- Директор ФБР.
Посол раздраженно фыркнул и принялся копаться в ящике стола. Он созвонился с главным американским
расследователем еще по дороге в аэропорт, но, как ни старался, не смог узнать, что за статуэтку привезли в Москву его
агенты. Более того, сразу же после разговора с директором в Москву позвонил госсекретарь и в приказном порядке
потребовал прикрыть фэбээровцев, чего бы это ни стоило. И тоже - никаких объяснений. На памяти посла таких случаев
еще не было.
- Завтра... сегодня утром русские потребуют от меня объяснений, - хмуро проворчал посол. - Что я им скажу?
Балдер и Галли одновременно пожали плечами.
- Ладно, идите.
- Большое спасибо, сэр, - кивнул Вольф. - Вы позволите нам воспользоваться...
- Комнаты отдыха в вашем полном распоряжении.
- Благодарим вас.
- Я бы рекомендовал вам не выезжать из посольства в ближайшие два дня. Мне будет легче прикрывать вас на
американской земле.
- Это будет зависеть от инструкций, которые мы получим, сэр, - твердо ответил Балдер.
- Как же я устала! - Сана бросила свое тело на жалобно пискнувший диван и закрыла глаза. - Боже, как же я устала!
Я хочу есть, пить, я хочу горячую ванну, я хочу...
- Я слушаю, - Вольф взял зазвонившую трубку мобильного телефона.
- Специальный агент Балдер?
Никогда раньше Вольфу не доводилось слышать этот голос, но он мгновенно догадался, с кем говорит.
- Господин директор?
Галли вскочила на ноги.
- Вы уже знаете об отставке Гинзбурга?
- Нет...
- Самуэль больше не работает в ФБР. С этого момента ваше расследование находится под моим личным контролем.
Статуэтка у вас?
- Да, господин директор.
- А эти европейцы, из Ллойда?
- Мы расстались в аэропорту.
- Понятно. - Шеф ФБР помолчал. - Вы знаете о последних событиях в Нью-Йорке?
- Нет, сэр.
- Секретный центр ограблен, - сухо сообщил собеседник. - Мы потеряли монстра и все материалы по нему. Теперь
статуэтка - единственная ниточка, ведущая нас к разгадке этого дела.
Балдер сглотнул подступивший комок.
- Не будет ли разумным, сэр, скрыть ее...
- Не будет, - отрезал директор. - Сегодня я совещался с президентом и военными. Мы решили, что, спрятав
статуэтку, мы ничего не добьемся.
Логично, учитывая обстоятельства. Если монстры сумели ограбить секретный центр, им не составит труда забрать и
статуэтку, где бы ее ни прятали.
- Мы приняли решение продолжить активное расследование. Выйдите на связь с этими... из Ллойда. Пусть они
приведут вас к заказчику.
- Я все понял, сэр.
- Ну и дела! - Сана радостно швырнула в стену диванную подушку. - Гинзбург погорел! Я всегда говорила, что этот
расист добром не кончит! Теперь у нас есть шанс.
- Какой шанс? - устало осведомился Вольф.
- Мы расследуем это дело и станем национальными героями! Эта задница Гинзбург наверняка присвоил бы нашу
победу, а так... - Галли плюхнулась на диван и мечтательно прикрыла глаза. - Телевидение, газеты, благодарность от
президента... Мы будем богатыми и знаменитыми! Надо только найти этого заказчика!
- Да... всего лишь найти заказчика. - Вольф откинул крышку чемоданчика и ласково погладил каменную статуэтку.
- Странно.
- Что случилось?
- Да так, показалось... - Балдер задумчиво посмотрел на свои пальцы. - Мне показалось, что она теплая.
Гипермаркет "Рамстор"
Москва, Ленинградское шоссе,
8 сентября, воскресенье, 07.10
Тори был слишком хладнокровен и опытен, чтобы после всего случившегося бежать от аэропорта как можно
дальше. Зачем? В первую очередь беглецов губит паника, а уж потом сообразительность преследователей. Вакагасира не то
чтобы презирал русскую полицию, он с ней еще не сталкивался, но заочно был о ней невысокого мнения. Как, впрочем, и
обо всех остальных полициях мира. Тори был уверен, что ни один коп на свете не станет искать беглеца в нескольких
километрах от аэропорта, а потому спокойно заехал в круглосуточно работающий торговый центр и невозмутимо
отправился за покупками: на прощание Мицуки Наката снабдил вакагасиру кредитной карточкой крупного русского банка.
Тори купил новый костюм, рубашку, переоделся, отправив свою разорванную одежду в мусорное ведро, и расположился в
небольшом кафе, с любопытством разглядывая ранних покупателей центра. Малюсенький мобильный телефон Тори
предусмотрительно оставил на столе, он был уверен, что друг выйдет на связь в самое ближайшее время, и не ошибся:
звонок прозвучал, едва вакагасира приступил к кофе.
- Доброе утро.
- Доброе утро, - отозвался Тори.
- Во время нашего прошлого разговора мне следовало выразить благодарность за то, что вы лично занимаетесь
делом. Это придает уверенности.
- Серьезная проблема предполагает серьезное решение. Оябун высоко ценит наше сотрудничество, чтобы посылать
на помощь рядовых исполнителей.
- К сожалению, пока вы не сумели решить проблему.
- Все оказалось сложнее, чем предполагалось.
- Вы знаете, с кем сражались в Шереметьеве?
- Нет.
- Это был один из лучших боевых магов Тайного Города.
Тори понял, что результаты его боя вселили в собеседника надежду на благополучный исход операции, и
улыбнулся:
- В таком случае мне жаль Тайный Город.
- Но обольщаться не следует - есть более серьезные противники.
- Я прекрасно помню, для чего приехал в Москву. Мне нравится сражаться с нелюдями, но в первую очередь я
должен думать об обязательствах перед вами. Вы можете не беспокоиться, я выполню все, о чем мы договорились. Вы
будете в безопасности.
План, который предложил друг, не нравился вакагасире - на взгляд Тори, он был несколько сложен, но японец
понимал, что друг отчаянно не хочет быть уличенным в связи с кланом, а потому согласился выполнить все пожелания
партнера.
- Благодарю, - сухо отозвался собеседник.
- Вы сможете помочь мне в поисках Куколки?
- В камере хранения Курского вокзала вы найдете образцы тканей, которые использовались при ее изготовлении.
Как только Куколка проснется, вы сможете использовать их. Там же, в сумке, вы найдете адрес практикующего мага. Вы
придете к нему и попросите провести удаленный поиск по генетическому коду. Маг обнаружит две цели. Вы разберетесь,
какая из них вам нужна?
- Да, - поколебавшись, ответил Тори.
- Хорошо.
- А если в результате поиска обнаружится всего одна цель?
- Это будет означать, что Куколка еще спит. Тогда вам надо будет подождать несколько часов и повторить
операцию. По моим расчетам, она должна проснуться до полудня. Надеюсь на вас.
Тори положил трубку и вздохнул. Он скрыл от друга, что потерял много сил в борьбе с Яной. Слишком много сил.
Впрочем, эту проблему он обязан решить самостоятельно.
Москва, улица Миклухо-Маклая,
8 сентября, воскресенье, 07.52
Телефон зазвонил в тот самый момент, когда Артем поворачивал с Ленинского проспекта к себе, на МиклухоМаклая.
Особого настроения разговаривать молодой наемник не испытывал, но, скользнув взглядом по высветившемуся на
экране номеру, он нехотя взял трубку.
- Привет.
- Привет. - Олеся помолчала. - Давно прилетел?
- Не очень.
- Устал?
- Чуть-чуть.
- Едешь домой?
- Да.
Женщина снова выдержала паузу.
- Я прочитала в новостях "Тиградком" о перестрелке в Шереметьеве. Ты там был?
- Да, - коротко ответил Артем.
- Ты... ты цел?
- Да.
Снова пауза.
- Не хочешь об этом говорить?
- Мы едва не потеряли Яну, - буркнул наемник.
- Она выкарабкается?
- Эрлийцы говорят, что да.
- Обычно они не врут, - грустно пошутила Олеся. - Артем...
- Да?
- Мы можем увидеться?
Теперь помолчал наемник. Долго, слишком долго, так, что ответ стал очевиден сам собой.
- Завтра? - Артем постарался сделать свой тон максимально мягким.
- Значит, завтра...
Разговор закончился, когда автомобиль Артема остановился у подъезда. Несколько мгновений наемник задумчиво
смотрел на замолчавшую трубку, затем положил ее в карман и вышел на улицу.
Он знал, что хочет видеть ее, слышать ее голос, смотреть в ее ореховые глаза... Он знал, что эта красивая и умная
женщина глубоко проникла в его душу, даже глубже, чем хотелось... Он знал, что хочет чувствовать ее губы и нежную,
пахнущую ландышем кожу... И он знал, что его "завтра" означало "никогда".
Она предложила, он отказался...
Олеся сидела на широком подоконнике лестничной площадки, невидяще глядя на сонный утренний двор. В одной
руке она все еще держала мертвую трубку телефона, а другой при появлении Артема быстро смахнула с глаз слезы.
- Извини, я не могла ждать до завтра.
Наемник молча остановился рядом с женщиной, и легкий аромат ландыша защекотал ноздри.
- Я узнала о стрельбе в Шереметьеве, испугалась, приехала сюда... Только потом сообразила, что могла просто
позвонить. Что надо было просто позвонить. - Олеся жалко улыбнулась. - Я понимаю, ты не... Ты хороший, хороший... а я
просто не смогла уехать, не увидев тебя. Я уйду...
Их глаза встретились, и Артем притянул Олесю к себе.
Офис компании "Неприятные Ощущения"
Москва, улица Большая Лубянка,
8 сентября, воскресенье, 08.06
- Кортес, - устало протянул брат Ляпсус, - я тебя люблю и уважаю, но, если ты еще раз позвонишь в Обитель, я
попрошу Сантьягу тебя пристрелить.
- Можно подумать, ты сильно занят, - буркнул наемник.
- Я завтракаю, - строго ответил эрлиец. - Это очень важно.
- Что с Яной?
- По-прежнему спит, - сдался Ляпсус. - И проснется не раньше трех часов дня. Ты доволен?
- С ней все в порядке?
В ответ послышались короткие гудки.
Кортес бросил телефонную трубку на стол, потянулся и сделал большой глоток кофе. Девчонка спит и видит
хорошие сны. Хорошие, приятные сны - эрлийцы строго следили за тем, чтобы их пациентов ничего не беспокоило.
Операция прошла успешно...
- Никогда бы не подумал, что буду так трястись, - криво усмехнулся наемник. - Старею.
"Просто ты ее любишь".
- Не просто, а очень сильно.
Кортес вздохнул и посмотрел на монитор компьютера. Пора вернуться к делам.
Еще в молодости, во время службы в имперской военной разведке, наемнику вдолбили в голову незамысловатую
аксиому, в правильности которой он неоднократно убеждался: совпадений не бывает. И если его напарник неожиданно
знакомится с очаровательной Целительницей, а через пару дней на горизонте появляется сложный и запутанный контракт
на медицинскую тему, связь между этими событиями прямая. Так следует думать до тех пор, пока не будут получены
доказательства обратного.
Собирать данные на Олесю Кортес начал еще перед отъездом в Нью-Йорк и немедленно продолжил это занятие по
возвращении: последние часы он созванивался со своими информаторами, с известными сплетниками и жучками, для
которых не было тайн в Тайном Городе. Он снова перелопатил архивы "Тиградком" и теперь располагал подробным
жизнеописанием красавицы, начиная с весьма нежного возраста.
Старостина Олеся Александровна, тридцать два года, уроженка Ростова-на-Дону, потомственный Целитель. Ей
прочили даже не блестящее - великое будущее, и Олеся сполна оправдывала авансы. В двадцать лет Старостина окончила
институт, разумеется, с красным дипломом, в двадцать один год защитила кандидатскую, в двадцать два ее признали
эрлийцы и выдали суперлицензию Московской обители на любую медицинскую деятельность. Среди трех десятков
Целителей такой чести удостоились всего четверо, суперлицензия эрлийцев - показатель гигантского уважения и
колоссального мастерства. Суперлицензия, полученная в двадцать три года, - нонсенс. Олеся стала подлинным Целителем,
врачом, способным лечить кого угодно, невзирая на генетические различия. В двадцать четыре Старостина защитила
докторскую и стала профессором, ее работам рукоплещет весь мир, никто не сомневается, что двадцать шестой день
рожденья она отпразднует в ранге академика. Олесе предлагают открыть собственный центр, у нее своя кафедра, ведущие
мировые врачи считают за честь консультироваться у нее, начинают поговаривать о школе Старостиной. Еще один год
славы, а затем пять лет полной тишины. Пять лет забвения! Даже в базе данных Темного Двора не было ничего, что могло
бы пролить свет на этот период жизни Олеси. Пять лет Тайный Город ничего не знал о судьбе великой Целительницы.
Два года назад Старостина вернулась, но это была лишь бледная тень прежней Олеси. Ее работы были по-прежнему
интересны, но появлялись они крайне редко. Об Академии и речи не заходило. Собственный центр, правда, появился, но это
было стандартное коммерческое предприятие, выделяющееся на фоне аналогичных московских организаций лишь
невысокими ценами. Навыки никуда не делись, Олеся работала замечательно, но именно работала - она перестала
стремиться. Изменились даже сексуальные пристрастия - теперь Старостину видели исключительно в обществе женщин. В
Тайный Город вернулась совсем другая Олеся. Мнения информаторов разнились: перегорела, переоценила себя, зазналась,
переработалась и попала в психушку. Разброс версий показывал, что никто не знает об истинной подоплеке случившегося, и
это абсолютно не устраивало Кортеса. Он был уверен, что объяснения нынешнего поведения Олеси скрываются там, в этих
пяти годах, и твердо решил выяснить, что же произошло с суперцелителем Старостиной.
Наемник вернул на экран электронное письмо от одного из информаторов:
"...Олеся времен расцвета и Олеся сегодня - это лед и пламень, роза и кактус. В последние годы она ведет себя так,
словно потеряла душу..." Высокопарно, но, возможно, очень точно. Потеряла душу?
Кортес просмотрел список людей, которые чаще всего упоминались вместе с Олесей. Реваз Ираклиевич Кабаридзе и
Екатерина Федоровна Хвостова, два всемирно известных врача, заслуженный профессор и старейшина братства Целителей.
"Проще расколоть старуху, - решил наемник. - Она обязана знать, что произошло семь лет назад".
Муниципальный жилой дом
Москва, улица Донская,
8 сентября, воскресенье, 08.24
Только после третьего длинного звонка за дверью послышались тяжелые шаги, и старческим голос осведомился:
- Кто там?
- Извините, что без предупреждения. Екатерина Федоровна, - вежливо произнес Кладовщик, - но я обязательно
должен был к вам прийти. У меня есть очень важная информация.
- Какая?
- Это связано с Куколками. С Куколками Последней Надежды. Я думаю, она вас заинтересует.
Для самого убийцы это был бессмысленный набор звуков. Какие куклы? Для чего? Но инструкции, которые передал
заказчик, были весьма точны, и Кладовщик повторил их слово в слово.
- Почему вы пришли ко мне?
- Мне сказали, что я должен рассказать об этом вам. И никому более.
- Кто сказал?
Ответ на этот вопрос также содержался в инструкции.
- Мехраб.
- Проходите. - Старуха открыла дверь и посмотрела на убийцу. - Когда вы видели Мехраба?
- Не так давно. - Кладовщик уверенно прошел в коридор. - Вы одна?
- Да. - Екатерина Федоровна прикрыла дверь и прищурилась. - Когда вы видели Мехраба?
- Мехраб - это всего лишь пароль, - честно ответил убийца. - Мне сказали, что, услышав это имя, вы впустите меня
в квартиру.
Старуха сделала маленький шаг назад.
- Кто... кто вам сказал?
- Вы об этом узнаете, - серьезно кивнул Кладовщик. - Вы узнаете все, Екатерина Федоровна. И то, что произойдет
сейчас, и то, что случится чуть позже. Но прежде мне поручено напомнить вам об одной старой истории...
Старуха судорожно сжала кулаки.
Муниципальный жилой дом
Москва, улица Миклухо-Маклая,
8 сентября, воскресенье, 09.19
Возможно, это было частью холодно продуманного плана, дополнительным эпизодом в расчетливой цепи
воздействия, техническим актом, на который он поддался, как озабоченный юнец, как полубезумный мартовский кот.
Возможно. Но Артем не хотел думать об этом. Он не хотел думать, что ее глаза могли лгать. Что чувства, которые он
прочитал в них, - обман. И когда Артем целовал эти глаза, светлые волосы, когда его руки скользили по хрупким плечам
Олеси, он ощущал ответную страсть. Ощущал огонь, который пылал для него, ощущал дивную нежность его жаркого
пламени.
Артем подхватил Олесю на руки и бережно положил на постель. Он слышал, как стучит ее сердце, видел, как
дрожат пальцы, и нежно прикоснулся к подрагивающим губам.
- Как будто в первый раз, - прошептала Олеся. - Господи, как будто в первый раз. Я не могу поверить... Артем, я
люблю тебя...
- Не спеши...
- Нет, я не жду ответа... Не отвечай... Просто будь со мной.
Олеся, Олеся, Олеся...
От того, что она прочитала в глазах Артема, свет ее пылающих звезд стал еще ярче.
- Будь со мной, любимый.
Она тихонько вздохнула, ощутив на себе тяжесть мужчины, чуть вздрогнула, когда он мягко вошел в нее, закрыла
глаза и, обхватив тонкими руками шею Артема, блаженно улыбнулась.
- Знаешь, я давно не была с мужчиной. - Олеся нежно провела рукой по плечу Артема. - Даже забыла, как это
замечательно. А с тобой просто великолепно.
Артем погладил ее светлые волосы, его рука скользнула по тонкой шее Олеси, по груди. Пальцы нашли
сморщенный в тугую изюминку сосок и легко, очень легко приласкали его. Женщина улыбнулась и слегка приподнялась,
дразняще касаясь лобком напряженной плоти Артема.
- Я не думала, что это вообще случится.
- Почему?
Олеся медленно опустилась, вобрав в себя все желание Артема, и ее бедра сдавили тело любовника.
- Я хотела, но боялась...
Артем поднялся, обнял женщину, скользнул губами по ее груди, по шее.
- А теперь?
- Теперь я хочу умереть в твоих объятиях. Она склонила голову, и непослушные пряди зашекотали плечи Артема.
Он еще крепче прижал к себе Олесю.
- Ты же ненавидишь смерть.
- Теперь это неважно. Когда я с тобой, ничего не важно. - Она поцеловала глаза Артема, губы, обхватила руками
голову. - Люби меня, люби... и ничего не важно.
- Апельсиновый сок и тосты с джемом?
- Тебе помочь?
- Я справлюсь. - Он поцеловал ее в лоб и направился на кухню. - Никуда не уходи.
- Ни за что.
Телефон запищал, когда по маленькой квартире Артема растекся упоительный аромат кофе, и Олеся,
блаженствующая в постели, с большим трудом заставила себя дотянуться до трубки.
- Олеся?
- Доброе утро, Зина.
- Привет... - Подруга замялась. - Ты не дома?
- Нет.
- У него?
- Да.
- Я понимаю, так надо, - Зина вздохнула. - Но ничего не могу поделать...
Олеся улыбнулась и провела рукой по подушке Артема. Она чувствовала боль Зины, чувствовала ее ревность и
обиду, чувствовала, но... Но ей было все равно. Запах кофе, который готовил ей мужчина, его руки и его нежность, делали
переживания подруги далекими и бессмысленными. Сердце Олеси билось здесь.
- Мы увидимся сегодня?
- Как договаривались, ближе к вечеру.
- Хорошо. - Голос Зины стал тихим-тихим. - Я люблю тебя, Леся, очень люблю.
Цитадель, штаб-квартира Великого Дома Навь
Москва, Ленинградский проспект,
8 сентября, воскресенье, 09.35
- "Ласвегасы" сумели вычислить Куколку по излучению магической энергии, - сообщил вошедший в кабинет
Ортега. - На территории американского посольст
...Закладка в соц.сетях
