Жанр: Фантастика
Тайный город 04. Все оттенки черного
...стюм, тяжелый мотоциклетный шлем, перчатки, она вошла в тень
арки и горестно ухватилась за стену.
Черный "Харлей" беспомощно валялся на земле, задрав колеса, а рядом с
ним лежала одежда Лазаря. ПУСТАЯ
ОДЕЖДА!
Шарлотта закусила губу, встала на колени и, всхлипнув, взяла в руки
кожаную куртку. На ее колени посыпался
серый прах - все, что осталось от епископа Гангрела.
- Лазарь...
Масаны не умеют плакать, они умеют только страдать, и горечь, которая
скрутила Шарлотту, была сильнее Жажды.
Она вскинула вверх руки, и тоскливый вой убитого горем вампира огласил
просыпающуюся Москву, заставив
жителей окрестных домов испуганно попрыгать из кроватей.
Анна. Астрахань, около четырех лет назад
Полуденное солнце беспощадно выжигало ровную, как бильярдный стол,
приволжскую степь. Его жестокие лучи
неумолимым дождем стегали землю, спекая ее в твердый камень, обжигали узкую
асфальтовую дорогу, черной лентой
рассекающую степь, и с особой жестокостью пронзали стоящий на обочине старенький
фургон "Газель". Творения
человеческих рук - пустынная дорога и сломанный автомобиль - вызывали у солнца
наибольшее отвращение. Асфальт
плакал смолой, а металлический кузов фургона был раскален так, что его
пассажирам казалось, что если "Газель" постоит
под этим жестоким пеклом еще хотя бы час, то попросту расплавится, растечется
лавой по горячей сковороде асфальтовой
дороги, не выдержав жестоких лучей пылающей на небе звезды, и лишит своих
пассажиров последней надежды на
спасение.
- Дерьмо! - Зорич яростно захлопнул капот "Газели" и изо всех сил пнул
ногой передний бампер фургона. -
Проклятая железяка!
Пот градом стекал по могучему телу старика, и его распахнутую рубашку
можно было выжимать. Зорич вытащил
из кармана штанов грязноватый платок, вытер лысую голову, поправил свои странные
очки и тоскливо глядел пустынную
дорогу.
Никого.
- Ты сможешь починить машину? - Анна, на которой был надет лишь узкий
белый купальник, сидела на складном
стульчике в тени "Газели". - Я больше не выдержу здесь.
Девушка плохо переносила жару. Последний час, пока Зорич возился с
заглохшим двигателем, Анна пыталась
высмотреть на небе хотя бы одно облако, одну тучку, из которой мог бы пролиться
пусть даже кратковременный, редкий
дождик, но тщетно. Небо было беспощадно чистым, а воздух неподвижным. Природа
словно бы задалась целью истребить
путешественников.
Из фургона послышался плач Стеши.
- Что ей надо?
- Ей жарко, - пожала плечами девушка.
- Так дай ей воды!
Плач усилился. Анна медленно, как сомнамбула, поднялась на ноги и пошла
к дверям в фургон:
- Ей очень плохо.
- Я знаю! - Зорич снова открыл капот "Газели". - Я знаю, я стараюсь.
Нагревшийся двигатель приветливо полыхнул в лицо старика жаром. Плач
Стеши затих.
- Почему мы уехали из города? - Анна подошла к распахнутому капоту,
держа в руке полупустую бутылку воды.
Последнюю бутылку.
- Я проиграл, - коротко ответил Зорич.
- Я так и подумала, - Анна сделала большой глоток. Вода отдавала
пластмассой. - Но ведь ты и раньше проигрывал,
а мы никогда не убегали. Тебе верят.
- Не в этом дело. - Старик вытер руки о масляную тряпку. - У меня есть
деньги, чтобы расплатиться. Им нужна ты.
Анна сделала еще два глотка, безжизненно глядя на враждебно чистое
небо, и только потом до нее дошло:
- Ты что, играл на меня?
- Не будь дурой, - грубо ответил Зорич. - Я играл на деньги. Я проиграл
почти все, что у нас было, а когда хотел
расплатиться, Калмык потребовал тебя.
Калмык. Девушка задохнулась от отвращения. Толстый бандит, с маленькими
блестящими глазками, лепешками
губ и короткими пальцами. Анна видела его всего пару раз, мельком, и даже
странно, что он обратил на нее внимание. Хотя
нет. Девушка вспомнила последний день турнира, Калмык пялился на нее весь вечер.
- Он не имел права требовать меня, - тихо сказала Анна. - Почему ты не
пошел к Рустаму?
- Калмык силен, - непроницаемые стекла очков уставились в лицо девушки.
- Рустам не будет связываться с ним
из-за нас.
- Ты сделал ему хорошие деньги.
- Не настолько хорошие, чтобы начинать войну.
Анна закусила губу:
- То есть ты никак не заплатил Калмыку за проигрыш?
- Никак, - подтвердил старик.
- Они будут искать нас везде.
Из фургона снова донесся плач Стеши.
- Успокой ее, - буркнул Зорич, возвращаясь к двигателю.
Сначала это были лишь две неясные точки на горизонте. Две маленькие,
едва различимые точки на широкой
раскаленной груди приволжского простора. Первым их заметил Зорич, когда в
очередной раз отошел от раскрытого капота,
чтобы попить воды. Он долго смотрел на стремительно приближающиеся машины, затем
сделал маленький глоток,
медленно закрыл бутылку, обошел фургон и посмотрел на сидящую девушку:
- Нас нашли.
Ответом ему был обреченный взмах длинных ресниц. Старик вздохнул,
подошел к ящику с инструментом и
вытащил монтировку.
- Если ты будешь сопротивляться, - тихо сказала Анна, - они убьют тебя.
- Все равно.
Безнадежно. В фургоне, словно предчувствуя опасность, заплакала Стеша.
- А что будет с ней? - Анна тоскливо прислушалась к сестре.
- В лучшем случае ее пристрелят, в худшем бросят подыхать здесь, -
негромко сказал Зорич и жестко добавил: - На
такой жаре она вряд ли дотянет до вечера.
На длинных ресницах Анны заблестели слезы:
- Пусть они заберут меня, Зорич. Спаси себя и ее.
Старик присел перед Анной на корточки и нежно провел рукой по щеке
девушки:
- Я никому тебя не отдам, моя красавица. Я лучше умру.
Его очки были непроницаемо черны, но четко очерченные губы растянулись
в грустной улыбке.
- Зорич!
Рядом с фургоном взвизгнули тормоза.
Они приехали на двух джипах. Восемь человек. Очень злых, из-за того что
им пришлось проделать длинный путь
по раскаленной степи. Очень злых из-за того, что кто-то посмел не подчиниться их
приказу. Просто очень злых.
- Не любишь платить по счетам, Зорич? - Голос у Калмыка был тонкий,
пронзительный. Толстый бандит выбрался
из прохладной, кондиционированной машины на раскаленный противень дороги и сразу
же тяжело задышал. - Нехорошо
так поступать. Или теперь новые понятия?
Отбойщики, окружившие "Газель", дружно заулыбались шутке босса.
- Давай договоримся, Калмык, - хмуро попросил старик.
Он спрятал монтировку под рубашку и стоял перед бандитами с пустыми
руками.
- Мы уже договорились вчера, - захихикал толстяк. - Теперь я буду
пытаться развеять свое плохое настроение.
Поганое настроение, я тебе скажу. И все из-за тебя.
- Мне плевать на твое настроение!
- Калмык, не слушай его! - Анна вышла из-за спины Зорича. - Забери
меня, только оставь отца в покое!
- Ты посмотри, как девка тебя хочет, босс! - заржал один из отбойщиков
и крепко схватил Анну за руку. - Даже
разделась заранее!
Бандиты захохотали, поглядывая на аппетитные формы девушки, едва
прикрытые белым купальником.
- У тебя хороший вкус, Калмык!
- Ишь, какую цыпочку приметил!
Толстяк самодовольно усмехнулся:
- Девку в машину, а старику настучать по рогам для начала.
Зорич выхватил монтировку и резко ударил по голове ближайшего
отбойщика. Анна вскрикнула, когда кровь
бандита брызнула ей в лицо. Отбойщик замертво упал на дорогу.
- Тварь...!
Бандиты дружно, как собаки на медведя, бросились на старика. Его
длинные, сильные руки умело разбрасывали
нападавших, тяжелые кулаки крушили челюсти, монтировка ломала кости, но силы
были неравны. Удар по ногам сзади
швырнул старика на колени, металлический кастет врезался в затылок, и Зорич
ничком упал на раскаленный асфальт. Кто-то
отбросил вывалившуюся из ослабевших пальцев монтировку, кто-то навалился на
плечи и профессионально скрутил руки,
кто-то злобно ударил ногой по почкам, потом по голове. Уже теряя сознание,
старик расслышал дикий визг Анны,
отчаянный, пронзительный плач Стеши и тонкий смех Калмыка.
Когда Зорича подняли на ноги, его лицо представляло собой страшную
окровавленную маску. Единственное, что
оставалось целым, были его странные черные очки. Озверевшие бандиты едва не
забили старика до смерти, и только
небрежный окрик Калмыка заставил их остановиться.
- У профессиональных игроков тяжелая жизнь, - резюмировал толстяк,
разглядывая жертву. - Скажи, Зорич, а ты
умеешь делать что-нибудь еще? Или всю жизнь шары гонял?
- Зачем тебе? - с трудом прошептал старик.
- Потому что я решил, чем ты сможешь заплатить за свою наглость, -
холодно сказал Калмык, раскуривая сигарету.
- Я отрежу тебе кисти.
- Нет! - завыла Анна.
Девушка попыталась вывернуться, броситься к Зоричу, закрыть его своим
телом, но ее крепко держали.
- Ножовку сюда!
Один из бандитов с ехидной улыбкой открыл дверцу джипа.
- Калмык, пожалуйста, не надо! - У Анны потоком хлынули слезы.
В фургоне голосила Стеша.
- Сколько же здесь баб, - поморщился Калмык.
- Будь ты проклят, - негромко сказал Зорич.
- Но прежде, - толстяк ласково провел рукой по блестящему полотну
ножовки. - Перед тем как я отрежу тебе руки,
ты увидишь, как мы позабавимся с твоей дочерью.
- Не смей! - Рот старика перекосился, он рванулся вперед и, получив
удар по голове, рухнул на колени.
- Зорич!
- Анна!!
Раскаленный асфальт дороги обжег спину девушки.
Она почувствовала, как грубые руки срывают с нее лифчик, трусики, мнут
грудь, раздвигают ноги...
- Не трогайте ее!
- Смотри, урод! - Калмык склонился над извивающейся Анной. - Смотри,
как ей нравится!
- Не трогайте ее! - С разбитых губ Зорича капала кровь, надрывалась
Стеша, бандиты ухмылялись, глядя, как
Калмык расстегивает брюки.
И в черных глазах Анны полыхнул зловещий огонь. Первой жертвой стал
бандит, державший ее за руки. Отбойщик
не успел осознать, в какой момент тонкие девичьи предплечья приобрели
необычайную, змеиную гибкость, словно бы
кости Анны расплавились на горячем асфальте. Удлинившиеся, превратившиеся в
щупальца руки девушки обвились
вокруг бандита и с невероятной силой отшвырнули его в сторону.
- Что за... - В маленьких глазках Калмыка мелькнул испуг.
Анна резко села. Теперь ее руки заканчивались когтистыми лапами, уши
прижались к голове, а за полными, яркокрасными
губами мелькнули длинные клыки.
- Ты хотел моего тела, тварь?
Острые как бритва когти резанули Калмыка по горлу и на Анну потоком
хлынула кровь.
- У нее нож! - Бандитам было трудно придумать другое объяснение.
Стоящий на коленях Зорич поднял голову, и его окровавленный рот
исказился в довольной усмешке.
Один успел выстрелить, но за мгновение до этого тело Анны покрыла
прочная стальная чешуя, и
девятимиллиметровая пуля отскочила, вызвав целый фонтан искр. А в следующий миг
когти девушки вспороли живот
стрелявшего. Крики и предсмертные хрипы безумным коктейлем смешивались с кровью
и плотью. Ужасный монстр
метался между бандитами, разрывая их в клочья. Анна рычала, Стеша горестно
кричала в фургоне, и только Зорич смеялся.
Смеялся весело, от души. Смеялся так, что даже его непроницаемо черные очки,
казалось, ожили и радостно блестели, глядя
на происходящую вокруг бойню.
- Я ведь не хотела. - Анна в ужасе уставилась на разорванные тела
бандитов. - Зорич, я не хотела.
Ее упругое смуглое тело было вымазано чужой кровью. Девушка провела
рукой по бедру, по груди, несколько
секунд смотрела на липкую ладонь, а затем резко согнулась пополам - ее вырвало.
- Все будет хорошо. - Старик набросил на обнаженную Анну рубашку и
нежно прижал ее к себе. - Ты поступила
правильно, моя родная. Ты поступила абсолютно правильно.
- Но я убила их, - девушку била крупная дрожь. На рубашке выступили
кровавые пятна.
- Такова жизнь, моя родная. Они все против нас. Весь мир против нас.
Все норовят отнять у нас самое дорогое.
Самое ценное.
Сильные руки Зорича крепко сжимали девушку, ласковый голос был очень
убедительным, и Анна, прижавшись к
широкой груди старика, потихоньку успокоилась.
- Победа достается сильным, а сильный человек обязан быть жестоким. Это
аксиома силы, аксиома победы.
- Я не хочу быть жестокой.
- Тогда ты умрешь. - Зорич ласково поднял подбородок девушки, и ее
глаза встретились с черными стеклами очков.
- Твоя жестокость спасла жизнь всем нам: мне, Стеше, тебе. Что толку от силы,
которую не применяешь? - Он поднес
окровавленный палец к ее рту. - Попробуй вкус крови, Анна, вкус победы. Я знаю,
о чем говорю, попробуй.
Солоноватая жидкость смочила ярко-красные губы девушки.
- Кровь - это победа?
- Да, моя хорошая, моя любимая.
Он готов был умереть ради нее. Анна улыбнулась и еще теснее прижалась к
могучей груди старика:
- Зорич, любимый, я победила.
Вкус крови на губах опьянял, глухие удары сердца тяжелым молотом
проникали в сердце.
"Сильный человек должен быть жестоким. Жестокость побеждает".
В фургоне плакала Стеша.
Зоричу удалось починить "Газель" минут через десять.
Анна помогла старику перетащить растерзанные тела бандитов в джипы,
помогла выпотрошить их карманы и
обыскать машины. Затем, повинуясь его приказу, она облила джипы бензином,
подожгла их и долго смотрела на пламя,
яростно раздувая ноздри.
Сильный человек обязан быть жестоким. Они все против нас.
- Их найдут, - сказала она наконец. В голосе Анны не было паники,
только холодный расчет. - И вычислят нас.
- Мы будем далеко. - Зорич обнял девушку за плечи, зарево полыхающих
джипов отражалось в черных очках. - А
потом, я не думаю, что найдется много желающих отправиться вслед за Калмыком.
Ярко-красные губы Анны скривились в презрительной усмешке.
Вера
"Сон? Это был сон?"
События последнего времени отучили Веру воспринимать происходящее как
ночной кошмар. Она уже успела
убедиться в реальности угрозы, но теперь опять пребывала в растерянности. Вера
прекрасно помнила атаку Анны, помнила,
как начала собираться с силами, как образок помог ей противостоять Анне. Вера
нащупала серебряный прямоугольник,
сжала в кулаке. Она помнила, как невидимая рука швыряла ее по комнате, как
беспощадно впивалась в лицо подушка,
лишая воздуха и сил, лишая мужества и воли к сопротивлению. Она помнила, что
потеряла сознание. И вот она
просыпается в постели в доме Волковых. Сквозь легкие шторы пытаются пробиться
острые солнечные лучи, а из сада
доносятся чьи-то голоса.
Вера подошла к окну. В бассейне плавал Артем.
"Это был сон?"
- Вера Сергеевна, к вам можно? - В приоткрытой двери появилась рыжая
голова Инги. - Доброе утро!
- Доброе утро. - Вера удивленно посмотрела на девушку. - Входи.
- Спасибо. - Инга впорхнула в комнату и бесцеремонно забралась с ногами
на кровать. Следом за ней горничная
внесла маленький поднос с завтраком. - Покушаем?
Аромат только что сваренного кофе защекотал ноздри. Вера почувствовала,
что ужасно проголодалась.
- Я почищу зубы! - И скрылась в примыкающей к комнате ванной. - А Марта
будет с нами завтракать?
- Родители умчались зарабатывать деньги, - сообщила Инга, наливая себе
кофе. - Но вы не волнуйтесь, я
предупредила маму, что вы останетесь до завтра, так что увидитесь с ней за
ужином.
- Предупредила о чем? - Ошарашенная Вера выглянула из ванной с зубной
щеткой во рту, из-за которой фраза была
произнесена очень шепеляво, но Инга поняла вопрос.
- Предупредила, что вы останетесь у нас еще на одну ночь, - спокойно
ответила она. - Надеюсь, вы не думаете, что
это нас как-то стеснит?
- Не думаю. - Вера быстро закончила с умыванием, вернулась в спальню,
устроилась на кровати рядом с Ингой и
жадно глотнула апельсинового сока. - Объясни мне, что происходит.
Темные глаза девушки озорно блеснули:
- Я как раз собиралась задать этот вопрос вам.
Если бы она добавила "дорогуша", то Вера бы подумала, что перед ней
сидит Марта. Внешне Инга не очень
походила на мать, но манера поведения копировалась полностью: те же уверенность,
энергия и читаемая в глазах фраза: "Я
лучше знаю, как лучше".
- И что я должна объяснить? - Веру начала забавлять ситуация. Что
вообще надо этой маленькой, похожей на
школьницу девочке?
- Ну, например, что вы делали в бассейне в четыре часа утра? - небрежно
произнесла Инга. - И почему нам с
Артемом пришлось вытаскивать вас из воды и откачивать?
Это был не сон! Вера похолодела.
"Значит, Анне почти удалось, и если бы не ребята, меня бы выловили из
бассейна уже мертвой!"
- А что там делали вы? - Она попыталась улыбнуться. Получилось неловко.
- Это как раз понятно, - Инга грациозно потянулась.
Вера только сейчас обратила внимание на темные круги у нее под глазами.
Машинально вспомнила крепкие руки
Артема.
Действительно, понятно. Но что ответить? Прикинуться лунатиком?
Признаться, что слишком много выпила на
вечеринке?
- Инга, - тихо сказала Вера. - Если то, что ты говоришь - правда, то я
признательна тебе и Артему за помощь. Очень
признательна. Но я не хотела бы, чтобы ты лезла в эту историю. Она тебя не
касается.
- Вы не справитесь одна, Вера Сергеевна, - спокойно улыбнулась Инга, и
ее темные глаза устремились на
серебряный образок на груди женщины. - Ваш медальон слишком слабое средство
против врагов. А больше у вас ничего
нет.
Вера широко распахнула глаза:
- Откуда ты знаешь?
Инга отхлебнула кофе, облокотилась на подушку и доверительно взяла
женщину за руку:
- Расскажите мне все, Вера Сергеевна.
И Вера неожиданно для самой себя начала исповедь.
- А что вы знаете об этой Анне? - Инга вылила остатки кофе в чашку и
поднесла ее к губам. - Есть какая-нибудь
информация?
- Маминов сказал, что Костя зачастил в ночной клуб "Заведение Мрака".
- Это уже кое-что. - Инга замолчала и задумчиво посмотрела в окно.
Людочка Пупырышкина говорила именно об
этом клубе. Совпадение? Во всяком случае, очень интересное. - Будем надеяться,
что ее там знают.
"Будем надеяться, что ее там знают! Боже мой, откуда это у
девятнадцатилетней девчонки?"
- Вера Сергеевна, я думаю, что смогу помочь вам.
- Ты смеешься?
Темные глаза Инги похолодели.
- Давайте обсудим мое остроумие, после того как все закончится. Хорошо?
- Но это так неожиданно...
- У меня есть два условия, - неторопливо продолжила девушка. - Первое:
вы никогда, ни при каких
обстоятельствах, ни случайно, ни намеренно, ни с кем не будете обсуждать эту
историю и мою роль в ней. Особенно с
моими родителями. Все, что произойдет, начиная с этого момента касается только
нас. Вы будете задавать минимум
вопросов, а затем вообще обо всем забудете.
Серьезность тона подействовала на Веру. Женщина кивнула:
- А второе?
- Вы будете четко соблюдать все мои инструкции.
Ну, с этим все понятно.
- В таком случае я хочу знать, что происходит, - твердо произнесла
Вера.
- Разумно, - улыбнулась Инга.
Великие Дома тщательно скрывали свое присутствие в городе, но жизнь
есть жизнь, и иногда обычным людям
приходилось сталкиваться с работой настоящих магов. Для подобных случаев были
предусмотрены целые сборники сказок,
Инге оставалось только выбрать наиболее правдоподобную.
- Видите ли, Вера Сергеевна, современная наука еще не до конца познала
возможности человека. Телепатия,
гипноз, внушение, все то, о чем вы читаете в бульварных газетенках, существует
на самом деле. Разумеется, не в тех
количествах и не в той форме, в какой это представлено в прессе, но существует.
Есть люди, возможности которых
позволяют им воздействовать на мозг других людей, внушать образы, заставлять
совершать определенные поступки. Я
думаю, что Анна именно такой человек. И она хочет вас убить.
В этом Вера не сомневалась. Она сомневалась в другом.
- А откуда ты знаешь обо всем этом?
Вполне ожидаемый вопрос и заранее приготовленный ответ.
- Я ведь учусь на психолога, помните? - Темные глаза весело блеснули,
вновь посерьезнели. - В ФСБ есть
подразделение, которое занимается этим феноменом, так получилось, что я
принимала участие в их работе. Что-то вроде
стажировки.
- И ты можешь это доказать?
Инга молча протянула женщине жетон ФСБ. Волкова Инга Александровна,
офицер-стажер. Отличить его от
настоящего не смогли бы даже лучшие эксперты службы безопасности, чего уж
говорить о простой домохозяйке?
- Невероятно! - Вера вернула жетон девушке.
- Кстати, там я познакомилась с Артемом.
- Он из ФСБ? - удивилась Вера. - Я слышала, у него туристическая фирма.
- Да, фирма, - Инга почему-то поморщилась. - Артем ушел со службы, но
он поможет нам. Ему не впервой
сталкиваться с подобными случаями.
То, что в деле будет участвовать Артем, придало Вере уверенности.
- Меня будет защищать ФСБ?
- Мы же договорились: минимум вопросов.
- И потом я все забуду.
- Совершенно верно.
- Хорошо, но... - Вера вспомнила один из своих кошмаров. Огромная
черная собака, стоящая у окна спальни. - Ты
сказала, что есть люди с необычными возможностями, а существуют оборотни?
- Какие оборотни, Вера Сергеевна? - округлила глаза девушка. - Это же
сказки!
Разговор с Ингой оставил у Веры двоякое впечатление. С одной стороны,
чувствовалась потрясающая уверенность
девушки. Инга знала, о чем говорила, и готова была с легкостью объяснить любое
происшествие. С другой стороны, это-то и
настораживало, Инга говорила правдоподобные вещи, но уж больно заезженные, и
Веру не покидали сомнения, что
девушка ловко переплетает правду и ложь, желая скрыть от нее истину.
"А нужна ли тебе истина? Ведь главное - вырваться из этого кошмара".
Это было так, но Вера все равно решила позвонить Юрию Маминову,
начальнику службы безопасности фирмы
"Куприянов".
- Юра? Доброе утро.
- Доброе утро, Вера Сергеевна, - вежливо отозвал-w Маминов. - Как у вас
дела?
- Нормально. - Вера сглотнула. - Юра, Кос... Константин Федорович уже
сообщил вам о том, что происходит между
нами?
- Да. - Маминов помолчал. - Но я, с вашего позволения, не хотел бы
вмешиваться...
- Я понимаю, - улыбнулась Вера. - Юра, я звоню по другому поводу.
Скажите, вы уже выяснили причины гибели
Леночки Прытковой?
- Честно говоря, - медленно ответил Маминов, - расследование в тупике.
Все, что может сказать полиция, это то,
что Леночка умерла.
- А как она умерла? - с замиранием сердца спросила Вера.
- Это важно для вас?
- Да.
- Ее загрызла собака, - просто сказал Маминов. - Крупная собака, судя
по следам - ротвейлер.
- Но я слышала, что это произошло не на улице.
- Это произошло на крыше дома. Я же сказал: полиция в тупике.
"Какие оборотни, Вера Сергеевна? Это сказки!"
- Понятно. - Вера перевела дух. Слова Маминова окончательно утвердили
ее в мысли, что следует положиться на
Ингу. Может, она что-то и недоговаривала, но по крайней мере девятнадцатилетняя
дочь Марты Волковой не употребляла
слова "тупик". - Юра, я хотела попросить еще об одном деле.
- Я слушаю, Вера Сергеевна.
- Я планирую завтра забрать детей из загородного дома. Вы сможете
сделать так, чтобы у меня не возникло
проблем с охраной?
Маминов снова помолчал.
- Я уже говорил, Вера Сергеевна, что не хотел бы вмешиваться в ваши
личные взаимоотношения с Константином
Федоровичем. Даю слово, что мои ребята не будут вам мешать. Но...
- Что "но"? - насторожилась Вера.
- Я не думаю, что у вас возникнут проблемы, - слегка понизил голос
Маминов. - Мне кажется, что в последнее
время Константин Федорович не уделяет много внимания детям.
- Почему вы так решили? - глухо спросила Вера.
- Он почти не ночует дома. И крайне редко появляется в офисе.
- Ныряй ко мне! - Артем подплыл к усевшейся на бортик бассейна Инге,
подтянулся и поцеловал девушку в бедро.
- Вода великолепная!
- Тема, у нас есть срочное дело, - сообщила Инга. - Надо ехать в
Москву.
- Ты решила помочь несчастной? - Артем выбрался из воды и присел рядом
с девушкой.
- Иначе ее убьют.
- И что?
- Тема, - в голосе Инги засквозил металл. - Вера - подруга моих
родителей, у нее двое маленьких детей и бабникмуж.
Я хочу вытащить ее из этой истории. И ты мне поможешь!
- А... - В последнее время Артем никому не помогал бесплатно, за чем
строго следил его напарник, но сейчас
Кортес грел пузо под ласковым южным солнцем, а в темных глазах Инги явственно
читалось, что разговора о деньгах быть
не может.
- Что "а"? - осведомилась девушка.
- Вера оплачивает все расходы по операции, - не терпящим возражений
тоном произнес Артем, он тоже умел быть
серьезным. - И если у меня появится срочный контракт, то я с чистой душой
прекращу заниматься благотворительностью.
- Договорились. - Инга поджала губы, но тут же улыбнулась и поцеловала
Артема в щеку. - Жадина! Иди одевайся,
подробности я расскажу тебе по дороге.
Сантьяга
Царящий в зале полумрак не отражал реального времени суток - был самый
разгар дня, но в Цитадели многие
помещения не имели окон и даже искусственного освещения. Впрочем, собравшиеся в
зале были привычны к отсутствию
ярких красок. Лидеры семьи Масан понимали тьму почти так же хорошо, как и Темный
Двор.
Их было немного. С одной стороны длинного стола, настолько длинного,
что его противоположный конец терялся
где-то во мраке, сидели трое. Захар, епископ клана Треми, о членах которого
говорили, что с тех пор, как пообещали
Спящему пить кровь, они не сдержали ни одного слова. Рядом с ним пристроился
лысый кардинал Носферату, чей
безобразный облик не могли скрыть даже чары Внешности, и Нил Гангрел, кардинал
клана, грузный, беловолосый, нервно
потирающий руки. Напротив них, на другой стороне стола, разместились епископ
Грегуар Малкавиан, темноволосый, с
большими, навыкате глазами, и Шарлотта, чье право на присутствие никто не
оспаривал. Отсутствовали только
представители клана Бруджа, но по очень уважительной причине: "поход очищения" в
Гонконг. Во главе стола сидел
Сантьяга.
Он изложил присутствующим хронологию событий, дал время обдумать свой
рассказ и теперь ждал вопросов.
Первым нарушил молчание Нил Гангрел, старый кардинал клана:
- Все действительно было так, как вы сказали, комиссар?
- Мне нечего скрывать от семьи Масан, - развел руками Сантьяга. Его
белый костюм ярким пятном выделялся в
полумрак
...Закладка в соц.сетях
