Жанр: Фантастика
Гор 13. Исследователи гора
...Ведь
мы можем и ослушаться.
Потрясенная собственным прозрением, она широко открытыми глазами смотрела в
зеркало.
- Кажется, ты начинаешь понимать, что значит женская привлекательность, -
усмехнулся я.
- Они в буквальном смысле хотят нас, - произнесла блондинка.
- Да.
- Они хотят нами владеть.
- Естественно.
- Я даже не подозревала, что существуют подобные эмоции, - сказала она.
- Существуют, - кивнул я.
- И что когда-нибудь я достанусь такому человеку... - Она посмотрела в зеркало,
опустила голову и добавила: - Уже досталась.
- Что ты при этом чувствуешь?
- В моем мире не существует даже близких ощущений, господин.
- Твои бедра испачканы кровью, - заметил я.
- Господин взял мою невинность.
- Теперь ты девочка из красного шелка.
- Да, господин. Я девочка из красного шелка.
Я отошел на середину комнаты и повернулся. Она по-прежнему стояла перед зеркалом на
коленях.
- Встань, - приказал я. Она поднялась.
- Подойди ко мне.
- Но я же голая, господин.
- Ты хочешь, чтобы я повторил команду?
- Нет, господин, - испуганно воскликнула блондинка и подбежала ко мне.
Я отметил, что рабыня остановилась на правильной дистанции. Никто ее этому не учил,
более того, в ее культуре принято стоять и разговаривать на большем расстоянии. Между тем
она интуитивно почувствовала, где именно ей следует замереть. Там, где бы я мог без труда до
нее дотянуться, возникни у меня такое желание.
- Господин? - преданно посмотрела мне в глаза рабыня.
Расстояние, на котором находится невольница, зависит, разумеется, от характера общения.
Если девушка хочет себя продемонстрировать, ей есть смысл отойти чуть подальше. Если она
пытается соблазнить мужчину, она может подойти как угодно близко. Молить о ласке лучше
всего лежа на животе, при этом невольницы любят целовать ноги господина. Распоряжения
рабыни выслушивают с расстояния в несколько футов. В таких случаях им лучше стоять на
коленях.
Я взял девушку за голову, и она тут же опустила взгляд. Как все-таки замечательно
владеть женщиной! С этим состоянием не сравнится ничто!
Я повертел ее голову из стороны в сторону. До чего все-таки возбуждающе смотрятся
сережки в ушах женщины! Я любовался проколотыми мочками ушей, из которых торчали витые
проволочки с массивными золотыми кольцами. Весьма грубое украшение, если задуматься, но
как оно подчеркивает красоту женщины! Я невольно улыбнулся. На Земле я никогда не
придавал значения сережкам. И только сейчас до меня дошел истинно горианский смысл
данного действа. Проколотая мочка уха символизирует тело женщины в целом, готовое к тому,
чтобы его пронзил мужчина. Кольцо напоминает ошейник или кандалы - непременные
атрибуты рабства. Неудивительно, что свободные женщины Гора никогда не прокалывают
ушей. Было время, когда и среди рабынь не часто попадались девушки с проколотыми ушами.
Зато сейчас прокалывать уши стало модным. Я поднял ее голову, чтобы она могла на меня
посмотреть.
- Господин? - благоговейно прошептала девушка.
- Ты стала настоящей рабыней.
- Да, господин.
- Но ты не знаешь, что ты рабыня по природе.
- Я пришла из мира, где женщин не обращают в рабство.
- Этот мир называется Земля? - спросил я.
- Да, - ответила она.
- А я слышал, что женщины там - самые жалкие рабыни. И страдают они из-за того, что
у них нет настоящих хозяев.
- Похоже, мне здесь из-за этого страдать не придется.
- Не придется, - успокоил ее я.
- Я буду во всем тебя слушаться. Я сделаю все, что ты захочешь.
- Знаю, - кивнул я.
Мне показалось, что девушка откинула прядь волос слегка раздраженно.
- Не хочешь ли ты стать еще красивее? - спросил я.
- Конечно, - ответила рабыня. - Если так угодно моему господину.
Я отошел в угол комнаты, где лежала моя морская сумка. Я швырнул ее на пол и приказал:
- Подойди к сумке и ляг на нее спиной. Голову прижми к полу.
Сумка была сделана из грубой брезентовой ткани голубого цвета. Горловина стягивалась
белыми шнурами.
- Нет, пожалуйста, нет, - застонала девушка.
Между прочим, это самая распространенная позиция для дисциплинарного изнасилования
рабыни. В ней женщина чувствует себя наиболее униженной.
Я овладел невольницей.
- Нет! - выкрикивала она сквозь слезы по-английски. - Неужели ты меня совсем не
уважаешь? Неужели мои чувства ничего для тебя не значат?
Я встал. Не давая ей времени опомниться после унижения, я резко приказал:
- Ползи к зеркалу! Встань на четвереньки и посмотри на себя!
Несчастная девушка выполнила приказ и посмотрела на свое отражение. Волосы ее
растрепались, красивые груди слегка провисли.
- Видишь? - спросил я.
- Да, - прошептала она и опустила голову.
- Подними голову и смотри еще, - приказал я. Она повиновалась.
- Видишь?
- Да, - сказала она. - Рабыня стала еще красивее.
- Теперь ползи в свой угол на солому, - разрешил я.
- Да, господин, - прошептала она. Я швырнул на нее одеяло, оставив открытой голову.
Рабыня выглядела беззащитной и измученной.
- Я стала еще красивее, - произнесла девушка. - Почему?
- Это отражение произошедших в тебе внутренних перемен, - объяснил я.
- Каких?
- Расскажи, что ты чувствуешь.
- Никогда раньше, - произнесла девушка, - мной не овладевали так бесцеремонно.
- Это сыграло свою роль, - кивнул я.
- Ты взял меня, не считаясь с моим состоянием.
- Это тоже сыграло свою роль, - согласился я.
- Ты мой господин, правда?
- Да.
- Значит, ты можешь делать со мной все, что захочешь?
- Естественно.
- И будешь делать?
- А ты как думала?
- Мной овладели, - неожиданно произнесла она.
- Естественно, - сказал я. - Ты же женщина.
- Если женщине нравится, что ею овладевают, значит, она прирожденная рабыня?
- На этот вопрос ответь сама.
- Я не решаюсь, - прошептала девушка.
- Отвечай! - прикрикнул на нее я.
- Да, - едва слышно произнесла блондинка. - Значит, она прирожденная рабыня.
- Ты - женщина, - сказал я.
- Да, господин.
- Теперь сделай вывод.
- Значит, я - прирожденная рабыня.
- Правильно.
Она растерянно посмотрела на меня.
- Знаешь, я бы никогда не подумала, что приду к такому выводу.
- Для этого требуется определенное мужество, - согласился я.
В глазах девушки стояли слезы.
- С другой стороны, - сказал я, - это всего лишь интеллектуальное упражнение,
первый шаг к трансформации твоего сознания и высвобождению глубинной сути. Время от
времени полезно разминать мозги.
- В глубине души я - женщина, - сказала она.
- Правильно. До нее мы и пытаемся добраться.
- Я боюсь своей женственности.
- Женственность и мужественность дополняют друг друга, - объяснил я. - Если
мужчина хочет, чтобы женщина была более женственной, он сам должен стать мужественней.
Если женщина хочет, чтобы мужчина стал мужественней, она должна стать еще женственнее.
- Знаешь, - сказала рабыня, - я все время думаю о своем прежнем мире. Там все
наоборот. Мужчины боятся женщин и хотят, чтобы они больше походили на мужчин.
- Полагаю, - промолвил я, - это зависит еще и от конкретных людей.
- Я стала еще красивее, - сказала рабыня. - Я видела это в зеркале.
- Правильно.
- Все-таки я не до конца поняла, как это стало возможно.
- Тебе продемонстрировали, что ты есть собственность и что ты полностью зависишь от
воли и прихоти мужчины.
- Да, господин, - прошептала она.
- Тебе дали понять, что ты, хорошенькая женщина, безраздельно принадлежишь и
подчиняешься мужчине.
- И от этого я стала красивее?
- Конечно.
- Но почему?
- Ты стала женственнее.
Она испуганно посмотрела на меня.
- Все естественно, - сказал я. - Чем больше в женщине женственности, тем она
красивее.
- Я всегда боялась быть красивой и женственной.
- На Горе ты уже поняла, что значит возбудить желание в мужчинах.
- Нет, ты не понял, - покачала головой рабыня. - Я боялась сама себя. Что это
окажется моей сутью.
- Представляла ли ты себя танцующей обнаженной в окружении могучих воинов с
кнутами?
- Да, - ответила она, - мне всегда приходили в голову подобные картины.
- Вот видишь. Это и была твоя настоящая суть.
- Дай мне возможность сделать выбор, - попросила она.
- Нет, - отрезал я. - Выбора у тебя нет. С каждым днем ты будешь становиться еще
женственнее. Если процесс замедлится, его ускорят при помощи кнута.
- Да, - прошептала рабыня.
- Что - да?
- Да, господин.
Я потянулся к морской сумке.
- Господин! - позвала меня девушка.
Она уже успела мне порядком надоесть, и я набросил одеяло ей на голову. Теперь она не
могла ни говорить, ни видеть.
Я вытащил из сумки банковские расписки на имя Шабы и фальшивое кольцо, которое он
должен был передать в Сардар вместо настоящего. За расписки я, мнимый агент кюров, должен
был получить у Шабы настоящее кольцо из Тахари. Я отвезу его в Порт-Кар, Самосу, а уже он
позаботится, как переправить кольцо в Сардар. На данном этапе я не собирался убивать Шабу.
Если же Шаба действительно рискнет забросить в Сардар фальшивое кольцо, он неминуемо
попадет во власть Царствующих Жрецов, и уже они будут решать, оставить его в живых или
нет. Если он не захочет рисковать, я всегда могу убить его позже. Главное для меня - как
можно быстрее передать Самосу кольцо из Тахари.
Близился восемнадцатый ан.
- Господин, - испуганно прошептала Саси. - Я боюсь твоих глаз.
- Мне пора уходить, - сказал я.
- Мне страшно, когда ты так на меня смотришь. Ты вернешься?
- Попытаюсь.
- Я вижу по твоим глазам, что ты боишься не вернуться.
- Я собираюсь заняться непростым делом, - сказал я. - В этой сумке лежат важные
вещи. В частности - ключ от твоего ошейника. Монеты. И многое другое. Если я не вернусь
или вернусь не скоро, здесь хватит, чтобы ты и дикарка какое-то время продержались.
- Да, господин. - Девушка посмотрела на меня с нескрываемым удивлением. - Ты
даешь мне в руки ключ от моего ошейника?
- В Шенди выжить непросто, - сказал я. - Бывают моменты, когда ошейник лучше
снять.
- Ты меня освобождаешь? - недоверчиво спросила Саси. - На мне же клеймо. Я боюсь
выдавать себя за свободную женщину.
- Я бы тебе не советовал это делать, иначе тебя скормят тарларионам. Однако может
сложиться так, что тебе лучше не представляться девушкой Тэрла из Телетуса.
- Кто ты на самом деле, господин? - спросила рабыня.
- Посмотри назад. Что ты там видишь? Прямо за спиной девушки висел кнут.
- Я вижу невольничий кнут.
- Ты все еще хочешь узнать, кто я такой?
- Нет, господин, - поспешно ответила она.
- Ты хитрая и изворотливая рабыня, - сказал я. - Ты жила как самка урта на верфях
Порт-Кара. А вот за нее мне немного страшно... - Я посмотрел на застывшую под одеялом
блондинку.
- За нее не бойся, господин, - ответила Саси. - Я научу ее прятаться, вылавливать
мусор и ублажать прислугу в паговых тавернах.
- Мне пора, - сказал я.
- Да, господин.
- Если я не вернусь, вас рано или поздно поймают и выставят на публичный аукцион.
- Да, господин.
Я повернулся к двери.
- Можно я задержу тебя еще на один момент? - спросила рабыня.
- Да?
- Я могу тебя больше не увидеть. Я пожал плечами.
- Я не хочу быть свободной, - сказала она.
- Тебе это не грозит.
- Пожалуйста, господин, - взмолилась она, - полюби меня нежно.
Я подошел к Саси, присел на корточки и заключил ее в объятия.
15
ШАБА ОБМАНЫВАЕТ МЕНЯ И МСАЛИТИ.
О ТОМ, ЧТО ПРОИЗОШЛО ВОЗЛЕ ШТАБ-КВАРТИРЫ МСАЛИТИ И ШАБЫ
- Ты опоздал, - заметил Мсалити.
- Я принес бумаги.
- Девятнадцатый ан уже наступил, - не унимался он.
- Меня задержали, - сказал я.
Мсалити жестом пригласил меня войти в маленькую грязную прихожую, из которой мы
попали в большую комнату, где были накануне вечером.
- Шаба здесь? - спросил я.
- Нет.
- Тогда какая разница, опоздал я или нет? - раздраженно спросил я.
- Дай мне бумаги. И кольцо.
- Нет, - ответил я. - Где аскари?
- Не знаю.
- Вчера здесь было приятнее, - заметил я. - Все-таки рабыни украшают нашу жизнь.
Скрестив ноги, мы сели за низенький столик.
- Вчера вечером, - сказал я, - после того как мы расстались, я заглянул в таверну
Пембе и проведал девушку, которая подавала нам пагу. Она мне понравилась.
- Она фригидная, - сказал Мсалити.
- Вовсе нет! - воскликнул я. - Она просто бешеная.
- Странно.
- Она готова была меня разорвать.
- Жалкая тварь, - сплюнул он.
- Пришлось, конечно, немного с ней повозиться. Как говорят, заставить ее поцеловать
кнут.
- Молодец, - похвалил Мсалити.
- Ты сегодня какой-то растерянный, - заметил я.
- Нет, ничего, - ответил он.
Мои мысли вернулись к Саси и белокурой варварке.
- Пусть лежит под одеялом целый ан после моего ухода, - сказал я Саси.
- Да, господин, - ответила она.
- Это невежественная девчонка и прирожденная рабыня, - добавил я. - Обращайся с
ней строго.
- Хорошо, господин.
- Если потребуется применить кнут, не стесняйся.
- Разумеется, господин.
- Не забывай, она - прирожденная рабыня.
- Мы все прирожденные рабыни, - улыбнулась Саси. - Не волнуйся, я ей спуску не
дам.
- Дисциплина полезна для всех рабынь, - заметил я.
- Да, господин.
После этого я ее поцеловал и ушел.
- Почему ты не хочешь отдать мне бумаги и кольцо? - спросил Мсалити.
- У меня приказ отдать их Шабе в обмен на настоящее защитное кольцо.
- Кому ты его потом передашь?
- Белизару из Коса.
- Ты знаешь его дом? - спросил Мсалити.
- Конечно нет, - ответил я. - Меня туда проведут.
- Где у тебя встреча? - спросил Мсалити, пристально глядя мне в глаза.
- В "Шатке и Курле", - - ответил я. - В Косе.
- Кто хозяин "Шатки и Курлы"?
- Орелион из Коса.
- Понятно, - кивнул Мсалити.
- Не бойся, - успокоил его я. - Я приложу все силы, чтобы кольцо попало по
назначению. Мсалити кивнул, а я улыбнулся.
- А тебе оно зачем?
- Чтобы передать зверям. Они не поймут, если кольцо опять потеряется.
- Это хорошо, что ты так переживаешь за их дело, - похвалил я.
- Никому не хочется, чтобы его разорвали на куски, - заметил Мсалити.
- Понятно, - кивнул я. - Я бы тоже не обрадовался такому концу.
- А у тебя, похоже, хорошее настроение?
- Разве ты не радуешься, когда все удачно кончается? - вопросом на вопрос ответил я.
- Сдается мне, что завершение наших дел откладывается, - произнес Мсалити. -
Боюсь, что звери сами придут за кольцом.
- Кольцо должен забрать я, - напомнил я.
- Я ведь совсем тебя не знаю, - задумчиво проговорил он.
- И я тебя плохо знаю.
- Мы искали белокурую девушку, - сказал Мсалити.
- Ее обратили в рабство, - улыбнувшись от приятных воспоминаний, сказал я.
- Жаль, - произнес он.
- Почему? Каждой женщине полезно рабство.
- Я не верю Шабе.
- Думаю, он нам тоже не доверяет, - сказал я. - По крайней мере, мы с тобой доверяем
друг другу.
Мсалити постучал пальцами по низкому столику.
- Ты уверен, что мы здесь одни? - спросил я.
- Конечно, - ответил он. - Сюда никто не заходил. До моего прихода вход охраняли
аскари.
- Похоже, они не посчитали нужным заменить груши, которые я сбил с ниток, когда
забирался на крышу, - заметил я.
- Не может такого быть, - покачал головой Мсалити. - Они бы обязательно их
заменили.
- В таком случае, - сказал я, - мы с тобой здесь не одни. Мсалити посмотрел вверх.
Тоненькие нити с грушами на концах слегка покачивались.
- И решетка сдвинута, - произнес я.
Мсалити вскочил на ноги и попятился. У противоположного конца стола, на своем
обычном месте, сидел Шаба. За мгновение перед его появлением комната замерцала, словно
лучи света попали в стремительный вихрь.
- Не думал, что ты опоздаешь, - сказал я. - Ты производишь впечатление очень
точного человека.
- Ты сам пришел позже, - ответил он.
- Да. Меня задержали.
- Она была хорошенькая? - спросил Шаба.
- Очень, - улыбнулся я.
- Если я правильно понял, - промолвил Шаба, - ты принес с собой фальшивое кольцо
и бумаги?
- Да. - Я положил бумаги на стол.
- Где кольцо? - спросил Мсалити.
- У меня.
Шаба внимательно просмотрел бумаги. Он явно не спешил.
- Похоже, документы в порядке.
- Можно я взгляну? - не выдержал Мсалити.
- Взгляни, - усмехнулся Шаба и пододвинул ему бумаги. - Похоже, ты не очень
доверяешь нашему широкоплечему курьеру.
- Я стараюсь вообще никому не верить, - огрызнулся Мсалити.
Просмотрев документы, он вернул их Шабе.
- Я знаю подписи и печати. Бумаги можно передать в банки.
- По ним вам выдадут двадцать тысяч золотых тарсков, - сказал я.
- Получите деньги, прежде чем переправите фальшивое кольцо в Сардар, - проворчал
Мсалити. - В наших интересах вести дела честно.
- Что, если я не передам фальшивое кольцо в Сардар? - спросил Шаба.
- На твоем месте я бы это сделал, - заметил Мсалити.
- Понятно, - кивнул Шаба.
- Звери весьма суровы с теми, кто их предает.
- Знаю, - поморщился Шаба.
- Завтра утром, когда откроются банки, - сказал я, - вы сможете получить наличные и
обменять эти бумаги на другие векселя.
- Нищий Кунгуни не вхож в здания на Монетной улице Шенди, - заметил Мсалити.
- Тогда войди в них как Мсалити, - посоветовал я.
- Не говори глупостей, - рассмеялся Мсалити.
Я не понял, что он нашел смешного в моих словах.
- Я бы хотел покончить с делами сегодня, - сказал Шаба. - Если окажется, что бумаги
ненастоящие, я не стану отвозить кольцо в Сардар.
- Не забывай, - сказал Мсалити, - что кнопку на фальшивом кольце можно нажать
только в Сардаре.
Волосы на моей голове зашевелились. До меня вдруг дошло, что то, чего я так боялся,
может оказаться правдой. Фальшивое кольцо таит в себе огромную опасность.
Шаба положил бумаги в карман тоги, затем снял с шеи тоненькую золотую цепочку. До
этого момента она была спрятана в складках одежды. На цепочке висело кольцо.
Сердце мое заколотилось.
Шаба протянул руку:
- Могу я взять фальшивое кольцо?
- Не думаю, что есть необходимость везти его в Сардар, - сказал я. - Задержка вызвала
подозрение.
Последнее было правдой. По сугубо личным причинам я не хотел, чтобы кольцо доставлял
Шаба. Я знал, какой он сделал вклад в освоение Гора. Я знал, что это мужественный, волевой и
очень умный человек. Он был предателем, но обладал неповторимым, особым обаянием. Я бы
не хотел, чтобы Царствующие Жрецы или состоящие у них на службе люди расправились с
географом. Допускаю, что при этом они проявили бы не меньшую изобретательность, чем
кюры. Может, действительно будет лучше, если я сам убью его? По крайней мере, я сделаю это
быстро и милосердно.
- Пожалуйста, дай кольцо, - произнес Шаба.
- Дай ему кольцо, - сказал Мсалити. Я протянул Шабе фальшивое кольцо, и он надел
его на цепь.
- Разве с потолка не свисали одиннадцать нитей? - спросил он.
Мсалити мгновенно оглянулся.
- Не знаю. Их что, стало больше?
- Их двенадцать, - сказал я, не сводя глаз с Шабы.
- Значит, их число не изменилось, - сказал Шаба.
- Конечно, - сказал я, пристально глядя ему в глаза.
- Должен сказать, - прищурился Шаба, - у тебя наблюдательность писца... или воина.
Он снял с другого конца цепочки кольцо и протянул его мне.
Географы и картографы, разумеется, относятся к касте писцов.
Я видел, как он развернул цепь. В моей руке лежало кольцо, которое висело на ней с
самого начала.
Шаба повесил цепь на шею. Теперь на ней висело фальшивое кольцо. Он поднялся.
Мсалити и я тоже встали
- Я уезжаю из Шенди сегодня, - сказал Шаба.
- Я тоже, - проворчал Мсалити. - Я и так слишком долго здесь задержался.
- Не в твоих интересах, чтобы тебя долго искали, - усмехнулся Шаба.
- Знаю, - кивнул Мсалити.
- Желаю вам удачи, коллеги по предательству, - сказал Шаба.
- Прощай, - ответил ему я. Он поклонился и вышел.
- Теперь отдай мне кольцо, - сказал Мсалити.
- Кольцо останется у меня, - ответил я.
- Отдай его мне, - повторил он довольно резко.
- Нет. - Я повернул кольцо в поисках крошечной царапинки, по которой можно узнать
кольцо из Тахари из тысячи других колец. - Останови Шабу! Это не то кольцо!
- Он ушел, - произнес Мсалити. - Это кольцо, которое висело у него на цепи.
- Это не то кольцо, - убитым голосом проговорил я.
Шаба перехитрил меня. Вчера вечером он убедил нас, что кольцо на его цепочке -
защитное кольцо-невидимка. Сегодня он подсунул нам другое кольцо. И вся эта история с
нитками и грушами была придумана им с единственной целью - отвести наше внимание от
кольца. Мое внимание ему отвлечь не удалось. Я видел, что кольцо, которое он мне передал,
висело на его цепи. Кольца он подменил раньше. И этого я не предусмотрел. Все предусмотрел,
а это - нет. Я так боялся, что он попытается всучить мне мое же кольцо, что не подумал о том,
что он может повесить на цепь еще одно поддельное кольцо.
На Мсалити было больно смотреть. Я передал ему кольцо.
Теперь у Шабы было настоящее кольцо из Тахари и фальшивое кольцо, которое кюры
хотели переслать в Сардар под видом настоящего кольца.
- Откуда ты знаешь, что это ненастоящее кольцо? - спросил Мсалити.
- Наверняка тебе объяснили, как отличить настоящее кольцо?
- Нет.
Подделка была исполнена на высочайшем уровне. У самого края серебряной пластинки
была крошечная царапина. Очень похожая на ту, которую я видел в Тахари, но не та. Другая
глубина и чуть-чуть иной угол.
- Очень похоже на настоящее кольцо, - сказал я Мсалити. - Большое, золотое, с
серебряной пластиной. Когда ее сдвинешь, виден крошечный переключатель.
- Да, - нетерпеливо сказал Мсалити. - Все это я знаю.
- Теперь посмотри сюда. Видишь эту царапину?
- Вижу.
- По моим данным, настоящее кольцо не имеет никаких царапин. Если бы они на нем
были, меня бы обязательно проинформировали.
- Ну ты и дурень, - покачал головой Мсалити. - Не сомневаюсь, что это Шаба
поцарапал кольцо.
- Стал бы ты на его месте так грубо обращаться с ценной вещью? - спросил я.
Мсалити повертел кольцо в руках. Потом внимательно посмотрел на меня, сдвинул
пластинку и нажал на рычажок. Ничего не произошло. Он зарычал от ярости и сдавил кольцо в
кулаке.
- Тебя обдурили! - выкрикнул он.
- Нас обдурили, - поправил его я.
- Настоящее кольцо у Шабы.
- Верно.
У Шабы действительно было настоящее фальшивое кольцо И настоящее кольцо из Тахари.
- Выставь людей на Монетной улице, - сказал я. - Мы не должны допустить, чтобы он
обналичил ценные бумаги.
- Не сомневаюсь, что он предвидел этот шаг с нашей стороны, - заметил Мсалити. -
Он умен. Как он должен получить свое золото?
- Он действительно очень умен, - согласился я. - Но это не значит, что мы не должны
предпринимать мер предосторожности.
- Ладно, сделаю, - проворчал Мсалити.
- Теперь давай подумаем, как он попытается получить деньги?
Мсалити смерил меня негодующим взглядом:
- Наверняка у него есть план.
- Я ухожу, - сказал Мсалити.
- Предварительно переодевшись?
- В этом больше нет необходимости.
- Что ты собираешься делать?
- Надо действовать быстро, - ответил он. - Я должен проинструктировать своих
людей. Необходимо любой ценой задержать Шабу.
- Чем я могу тебе помочь? - спросил я.
- С этого мгновения я все беру на себя. Не беспокойся. - Он набросил на плечи
изодранную абу и направился к двери.
- Подожди!
Мсалити вышел на улицу.
Я разозлился и последовал за ним. Едва я переступил порог, на моих руках повисли
несколько человек. Как оказалось, меня поджидала целая толпа, в том числе и аскари. Среди
них были уже знакомые мне чернокожие громилы. Руководил операцией офицер из торгового
совета Шенди.
- Это он? - спросил офицер, указывая на меня.
- Он, - ответил Мсалити. - Называет себя Тэрлом из Телетуса, хотя, конечно, не
сможет этого доказать.
- Что здесь происходит? - закричал я, пытаясь вырваться. Потом я почувствовал, что в
тело мое уперлись острия двух кинжалов.
Я перестал сопротивляться, и мои руки тут же связали.
- Эти люди ожидали меня, - сказал я Мсалити.
- Естественно.
- Вижу, что ты решил сам отдать кольцо нашим начальникам, - сказал я.
- Естественно, - согласился Мсалити - Это очень повысит мой авторитет в их глазах.
- А как же я?
- Кто знает, что с тобой может произойти? - усмехнулся он.
- Ты официальное лицо Шенди, - обратился я к офицеру, командующему операцией. -
Я требую, чтобы меня немедленно освободили.
- Вот бумаги, - сказал офицеру Мсалити. Офицер долго изучал бумаги, потом строго
посмотрел на меня и спросил:
- Так это ты называешь себя Тэрлом из Телетуса?
- Да.
- Ты арестован по обвинению в бродяжничестве.
- Открой мой бумажник, - сказал я. - Ты увидишь, что я не бродяга.
Кто-то тут же срезал бумажник с моего пояса. Офицер вытряхнул на ладонь несколько
золотых и медных монет.
- Видишь? Я не бродяга.
- Он прибыл в Шенди в одежде кузнеца, - сказал Мсалити. - Сейчас на нем одежда
кожевника. Вы когда-нибудь видели, чтобы кузнецы или кожевники носили при себе столько
денег?
- Не сомневаюсь, что деньги украдены, - произнес офицер.
- Утром отправляется отрад отобранных для работ людей, - сказал Мсалити. - Может
быть, этот тип заменит собой одного честного гражданина?
- Вас это устроит? - спросил офицер. Мсалити посмотрел на меня и сказал: {-
Устроит.
- Отлично, - обрадовался офицер. - Накиньте этому слину веревку на шею.
- По-вашему, это справедливо? - спросил я.
- Мы переживаем трудное время, - сказал офицер. - Шенди приходится бороться за
выживание.
Он махнул на прощанье рукой Мсалити и ушел, забрав с собой своих солдат.
- Куда меня пошлют? - спросил я Мсалити.
- На континент, - ответил он.
- Ты знаешь людей из торгового совета. Не сомневаюсь, что это задумано на самом
верху.
- Правильно, - сказал Мсалити.
- Кто за всем этим стоит?
- Я, - ответил Мсалити.
Я недоуменно уставился на него.
- Надеюсь, ты знаешь, кто я такой?
- Нет, - ответил я.
- Я - Мсалити.
- Кто такой Мсалити?
- Я думал, ты знаешь, - улыбнулся он. - Я - визирь Билы Хурумы.
КИСУ
- Убирайся! - крикнул я и ударил его лопатой. Острие резануло по самой морде,
чудовище зашипело.
Я видел острый язык и широко, не менее чем на ярд, разинутую пасть с несколькими
рядами загнутых назад зубов. Мне удалось наступить на нижнюю челюсть и лопатой, как
рычагом, выковырять окровавленную ногу Айари из зубов монстра. Айари кинулся назад,
сковывающая наши ошейники цепь на
...Закладка в соц.сетях
