Жанр: Фантастика
Древнее китайское проклятие
...ть, первым делом в магазин пойду, гардероб обновлять буду. В
соответствии с моими вкусами и пристрастиями. Только вот до магазина тоже дойти в чем-то
надо.
Придется обходиться тем, что есть.
Первая проблема случилась уже с лифчиком. Странные там застежки какие-то. Нет,
раньше-то я с лифчиками дело тоже имел, но я их преимущественно снимал, а не надевал, и,
как правило, не с себя. Натянул я его с горем пополам. Как же женщины в них ходят, бедные?
Тут режет, там давит...
Фигня какая-то.
С колготками тоже пришлось повозиться, но справился я и с этой проблемой. Елки-палки,
рассказать ведь кому, засмеют. Вот и вы все улыбаетесь.
Свитер натянул. Свитер - явление внеполовое, его и мужчины, и женщины носить могут.
А штанов-то нету...
Выбрал юбку под цвет свитера. Черная. Кожаная. Надел.
Блин, как в ней ходить-то? В бедрах давит, шагнуть не дает. Чертова мода. Нет чтоб
что-нибудь длинное и просторное, чтоб хоть движений не стесняло.
Потом туфли. Как назло, все на каблуках. Я на каблуки эти посмотрел и понял, стоит
только надеть, и переломанные ноги мне обеспечены.
К счастью, нашлись ботинки на платформе. Платформа невысокая, сантиметров пять.
Тоже не слишком удобно, но все же лучше, чем на каблуках.
Судя по документам и ключам, машина у меня обнаружилась. "Рено" почти новый.
Только где она стоит-то, машина эта?
Под окном нет ее, а стоянок вокруг немерено, да и гаражей тоже. Долго искать придется.
Надел я куртку, деньги в карманы рассовал, прошелся по комнате для практики, и тут дошло до
меня, какой осел.
За всеми этими переживаниями, с обменом телами Связанными, совсем вылетело у меня
из головы, что я маг. И что в квартиру к себе могу попасть, не выходя на улицу, и что штаны
себе без магазина раздобыть могу. В общем, ругался я еще минут пять. Исключительно в свой
адрес.
А потом попытался трансгрессировать к себе домой.
Не тут-то было. Словно блокирует кто-то. Вроде все правильно делаю, а результата
никакого.
Может, квартира в неблагоприятном районе? Есть такие, для трансгрессии закрытые.
Попробовал брюки наколдовать. Ноль. Бутерброд с колбасой. Ноль! Свечку
ароматическую поджечь и то не удалось.
В общем, нет у меня никаких способностей к магии почему-то. Хотя женщин-магов тоже
много, как и мужчин. Может, в результате астрального переноса что-то сбилось. Это выяснять
надо.
А вдруг и после обратного обмена телами способности ко мне не вернутся? Это ж как я
дальше жить-то буду?
Гм, мрачно. Но не стоит раньше времени страдать. Как у нас Гера говорит? Надо решать
проблемы по мере их поступления.
Не удалось от похода в магазин отвертеться, значит, придется идти.
На улице, как только ветер мне под юбку задул, сердце мое исполнилось жалости и
сострадания к женщинам и шотландцам.
Зато что в Москве хорошо: никто никого не знает, никто ни на кого внимания не обращает
и не в свои дела не лезет. Вот и ко мне никто с расспросами не приставал, ни на лестничной
площадке, ни в лифте, ни на улице.
Не обмануло Древо, в Москву отправило. Я как выхлопных газов, с промышленными
отходами перемешанных, которые в столице воздухом считают, вдохнул, сразу понял, что я
дома.
Да, в Тридесятом царстве дышалось легче. В конце концов, один Змей Горыныч не
способен загрязнить атмосферу так, как это может сделать один промышленный город.
В метро я давно не ездил и правильно делал, как выяснилось. Шумно, грязно, тесно.
Мужчины толкаются, женщины толкаются, дети на ноги наступают.
В общем, не понравилось мне в метро.
К тому же оказалось, что хоть название станции, находящейся рядом с нашим офисом, я
помнил правильно, дорогу от станции до этого самого офиса благополучно успел позабыть.
В итоге бродил по улицам сорок минут, а оказалось, что идти меньше пятисот метров.
И тут я подумал: "Эге!"
Геры в офисе нет, значит, офис закрыт. Ключей мы не держим, потому как один из нас, не
будем уточнять кто, имеет обыкновение их терять, и замок на нашей двери просто для
камуфляжа висит. Дверь открывается заклинанием. А в новом теле я на заклинания оказался
неспособен.
Значит, в офис мне не попасть?
Я понадеялся, что Гера уже успел прийти на работу, а может, он все время был там и не
брал трубку, потому что слишком увлекся своими изысканиями, с ним это бывает, - и
направил свои стопы к двери.
Дверь оказалась закрытой.
Заклинание - это вам не замок. Ногой не вышибешь. Да и нога у меня сейчас не того
размера, чтобы двери выносить.
Как плохо быть женщиной!
Как плохо не быть магом!
Я присел на верхней ступеньке, вытащил из сумочки сигареты и закурил. Что теперь
делать?
Нет, пойти к себе домой или в магазин, купить какой-нибудь нормальной одежды - это
понятно. Это вне обсуждений. А что делать дальше?
Мне был нужен Гера. Потому что Гера - друг, а своему другу я могу показаться в любом
виде, даже в женском. Конечно, он тоже между мирами путешествовать не способен, но с ним
вдвоем мы бы что-нибудь придумали.
Ни к кому другому я в таком виде не пойду. Засмеют. Или не поверят.
Да и к кому идти? К конкурентам, так сказать? Настоящих магов в городе мало, одни
шарлатаны промышляют. Да и калибр тут побольше нужен. Все маги, работающие в городе,
находятся на том же уровне примерно, что и мы с Герой. Ну, это я не к тому, что у нас с Герой
уровень один, просто... Заклинания наводить не так уж сложно. Заклинание - это набор
формул, как в алгебре. А вот между мирами путешествовать - тут особое мастерство нужно.
Другие формулы. Совсем другие.
Мне бы в Шамбалу, к учителю нашему, или с Советом Мудрецов посоветоваться. Только
как мне без магии в Шамбалу попасть? Туда трамваи не ходят, к сожалению моему великому.
Сигарета дотлела до фильтра, я еще одну прикурил. Время тяну. На улицу выходить не
хочется, да и надежда еще теплится, что Гера вот-вот на работу придет.
На лестнице послышались шаги, и вскоре я лицезрел престарелого длинноволосого
субъекта со здоровенной тростью в руке. При первом же взгляде на этого субъекта у меня
зародились очень нездоровые ассоциации.
- День добрый, барышня, - сказал он.
- Предположим, - ответил я.
- А что, маг по-прежнему не принимает?
- По-видимому, нет.
- А вы его ждете?
- Нет, меня просто прикалывает курить на лестнице.
- Хм, - сказал субъект. - А вы не знаете, когда он появится? Раз вы его ждете, то ведь
можете и знать, правильно?
- Правильно, - согласился я. - А вам чего от мага надо?
- У меня дело, - сообщил субъект. - Мы с ним его уже обсуждали, и я хотел бы узнать,
как оно продвигается.
- Касательно чего ваше дело?
- Боюсь, что это конфиденциальный вопрос, барышня.
- У Германа от меня секретов нет.
- Вот как? - удивился субъект. - Вы его жена?
- Я его компаньон.
- Но позвольте, его компаньон - мужчина.
- И зовут его Сергеем, - сказал я. - Я за него.
- Хм, - не понял он.
- А вас как зовут?
- Меня зовут Гэндальф, - ответил старик.
Так я и знал! Еще один Гэндальф на мою голову. Расплодилось Гэндальфов в последнее
время, аки собак нерезаных.
- Пыльный? - спросил я.
- Кто пыльный?
- Вы. Гэндальф Пыльный?
- Почему же пыльный? - удивился он. - Гэндальф Серый к вашим услугам.
- Видал я одного Гэндальфа, - сказал я. - Только что-то он на вас был не слишком
похож.
- А, так вы тоже встречали этого самозванца? - вскричал он. - Ну доберусь я до него!
Ишь удумал чего - позорить мое честное имя!
- Не знаю, как насчет самозванца, - сказал я. - Но подставил он меня крепко. И с тех
пор лица, носящие имя Гэндальф, особого доверия у меня не вызывают.
- Могу вас уверить, сударыня, что это был не настоящий Гэндальф, - сообщил
старик. - Потому что настоящий Гэндальф только один, и Гэндальф этот - я.
- А тот кто?
- Есть мнение, что тип, выдающий себя за меня, - не кто иной, как Саруман.
- Вот как? Его же прирезали в Шире.
- Нет этому никаких свидетельств, кроме книжки вашего Толкина, - заявил
Гэндальф. - Я покинул Арду почти сразу же после окончания Войны Кольца и могу быть не в
курсе всех событий. Последнее, что я слышал о Сарумане, так это то, что он сидел в своей
башне.
- Понятно...
- Я вижу, что вы ничуть не удивлены моим заявлением.
- Я маг, - заявил я. - И удивить меня достаточно трудно.
- Позвольте, - сказал он. - Но я не могу не заметить, что, судя по исходящим от вас
эманациям, вы довольно слабый маг. Кроме того, меня удивляет ваша манера говорить о себе в
мужском роде.
- Это звенья одной цепи. История довольно долгая и не слишком интересная.
- Постойте!
Он уставился на меня в упор и посохом своим над головой махать начал. Причем над моей
головой, что меня несколько беспокоило. А ну как выпустит свою штуковину из рук? Там вес
немалый, не хотелось бы мне таким набалдашником по черепу получить.
Манипуляции свои он продолжал достаточно долго, я еще одну сигарету выкурить успел,
подумав при этом, что Герман уличил бы меня в неэтичном отношении к настоящей владелице
тела.
Я и в своем теле курю много, но я маг, и никотин из тела мне вывести - все равно как
пыль со стола смахнуть. Не знал еще ни одного волшебника, кто бы от рака легких загнулся.
- Ага, - сказал Гэндальф, закончив свои ритуальные танцы. - Вижу, что ты говоришь
правду, камрад. Так ты и есть Сергей?
- К вашим услугам.
- Герман тебе о Кольце рассказывал?
- В общих чертах, - ушел я от прямого ответа. Признаваться в том, что слышу о
каком-то Кольце впервые и что действительно удивлен, не хотелось. - У нас не было много
времени для общения. У меня была... командировка в другой мир. Рептилию одну завалить и
деспота одного уничтожить.
- Что ж, - сказал он. - Раз камрада Германа сейчас нет... Конечно, не вижу, чем ты
сможешь помочь в нынешнем своем состоянии, но и вреда тоже никакого не вижу. Так слушай.
Ну и Герман, ай да чей-то сын!
Вот теперь я точно понял, зачем он меня в леса отправил и почему Горлума попросил
поискать. А по сути дела и не сказал ничего!
По его замыслу Кольцо должно было меня приманить. Потому что я маг, а маги до
артефактов падки. А Кольцо падко на магов, падких на артефакты.
Интересно, а что бы он делал, если бы я Кольцо на самом деле нашел и властелином мира
себя объявил? Или он так сильно в меня верит?
Или думает, что, как только Кольцо будет локализовано, справиться с его носителем труда
не составит. Тоже логично. Вон в Арде даже Саурона завалили.
Теперь история с Пыльным, липовым Горлумом и заказом на ликвидацию древнерусских
злодеев представала передо мной в совершенно другом свете. Непонятно пока, в каком именно,
но что в другом, это точно.
Есть о чем подумать.
Другой вопрос есть. Один раз тип, называющий себя Гэндальфом, меня уже нагрел. Так
где гарантия, что этот не нагреет?
- Расскажи мне о самозванце, - попросил он, закончив свой рассказ.
Почему бы и нет? Опустив подробности своей деятельности в Тридесятом царстве, я
нарисовал образ Пыльного, снабдив его своими комментариями.
- Нет, - Гэндальф покачал головой. - Это не Саруман. Это кто-то еще.
- То есть ты хочешь сказать, - я тоже перешел с ним на "ты", - что существует уже
целых три субъекта, называющих себя Гэндальфами?
- Нет. Есть два субъекта, называющих себя Гэндальфами, камрад. И еще есть я, Таркан,
Аллорин, истинный Гэндальф.
- Допустим, - сказал я. - Буду считать тебя Гэндальфом, пока никто не доказал
обратного. Раз уж ты маг, то сними заклинание с двери, посидим в офисе, кофейку попьем,
ситуацию обмозгуем.
И, памятуя о случае с воротами Мории, объяснил, как именно открывается дверь в наш
офис.
Глава тридцать пятая. ЗАТМЕНИЕ. Продолжение
Герман
- Ты знаешь, Герман, я думаю, нам надо узаконить наши отношения, - сказала она.
Узаконить отношения? Конечно же. Все будет так, как этого пожелает моя богиня.
- Ты хочешь этого? - спросила она. - Хочешь этого так же, как я?
- Конечно. Я буду счастлив.
В ее руках появился ошейник. На нем было написано мое имя: "Герман".
Самые желанные руки в мире водрузили его на мою шею и защелкнули замок.
Гермес
Интересные мы типы, боги.
Пять минут назад друг другу глотки грызли, а теперь чуть ли не братаемся и об уважении
взаимном разговариваем.
Это я подумал после того, как Красный к старине Фиделю отчалил.
Посох мне сломал, мордой об асфальт приложил, чуть по стене кремлевской не размазал,
а теперь приветы дяде передает и говорит, что делить нечего.
А ведь и правда, нечего.
Гермес, древнегреческий бог на побегушках. Я всегда умел устраиваться. Гермес -
Трисмегистус, покровитель алхимиков Средневековья. Сейчас консультирую современных
магов по всему миру. Они делают вид, что верят, жертвы приносят. Былым могуществом тут,
конечно, и не пахнет, но на жизнь хватает. Дромосы открывать могу. На жизнь не жалуюсь, в
детство не впал, как многие наши после отставки.
Плохой я бог. Непринципиальный.
Вон Красный. По нашим меркам сопляк, без году неделя, у власти и века не продержался,
а какая непримиримость, какая высокая идейность, пафос какой.
Может, поэтому и не продержался. Времена меняются, и темпус, как говорится, фугит.
Кто не спрятался, я не виноват.
Кстати, с тех пор как папа деда сверг и в Тартар заточил, никто больше на должность
повелителя времени не замахивался. Силы не те, временем повелевать...
Время - это не просто стихия. Это половина Вселенной. Вторая половина -
пространство, оно вообще никому не подвластно. Контроль над временем - это не молниями с
горы шарашить.
И почему со времен дедушки Крона смертные ни разу о богах времени не задумывались?
Нет, может, и задумывались, но уже не в тех масштабах.
Время не обмануть? Деда обманули, камень вместо младенца подсунули. Время не
победить? Тогда почему дед в Тартаре сидит?
А вместо него никого нет.
Странно.
Непонятно.
Я дико не люблю, когда мне что-то непонятно.
Под вечер снова заявилась Афродита.
- Пойдем, - говорит, - Гермес, еще одного Гермафродита слепим.
Послал я ее, дуру, куда подальше. И раньше особой нравственностью не отличалась, а
теперь уж совсем, как кошка дикая. Ничего, кроме секса, на уме не осталось, да и был он
когда-нибудь у нее, ум-то? У Членорожденной нашей.
Старая хохма. Считается, что папа деда не только сверг, но еще и достоинство мужское
ему отрезал. Злые языки говорят, что дед сам себе его отрезал, дабы таких.... богов, как папа
мой, больше не плодить.
В общем, есть мнение, сугубо неверное на самом деле, что папа мужское достоинство
своего отца в океан бросил, и в этом месте из пены Афродита появилась. И в раковине на берег
Кипра приплыла. Потому и называют ее Пенорожденной. Но если всю эту историю всерьез на
веру принимать, тогда при чем здесь пена?
Потом Аполлон с Дионисом приперлись, уже поддатые. Третьим звали. Аполлон гитару с
собой приволок, пытался песни Элтона Джона исполнять. Да, в старые времена с него самого
бы шкуру за такое пение содрали.
Еле отвертелся.
Мачеха приходила. Говорила, что плохой я сын, свинья неблагодарная, совсем отца
забросил, не навещаю даже. А чего его навещать, если он ни о чем, кроме молний своих
утраченных, и говорить не способен? Сидеть, поддакивать? Не в том я настроении, уж тысячу
лет как не в том.
В общем, к вечеру скучно мне стало, тоскливо, хоть волком вой. Времена идут, а боги не
меняются. Как были своими мелочными проблемами озабочены, так и остались. Только
проблемы утрировали, на пьедестал возвели. Все слабости, что когда-то были, во главу угла
встали, а достоинства словно испарились куда-то. Не знаю, как у других пантеонов с этим дела
обстоят, не наблюдал, но у нас все так.
Дионис - бог вина бывший. Раньше поддавал, но и делами занимался. А теперь бухает,
как последний алкаш. Афродита, богиня любви в отставке, ни о чем, кроме секса, думать не
может. Феб, Кифаред, Мусагет, когда-то покровитель инженеров и строителей, оракулов и
поэтов, только и делает, что на гитаре бренчит, и с каждым веком все хуже и хуже. Арес в
детство совсем впадает, с оловянными солдатиками возиться начал. Афина, богиня мудрости,
так сказать, от кроссвордов ее не оторвешь. Нет, оторвать можно, но только для того, чтобы
пасьянс разложить.
Пенсионеры.
А ведь когда-то с гигантами бились, чудовищ уничтожали, героям покровительствовали.
Мельчаем. Еще пару дней на Олимпе, и я тупеть начну.
Склеил кадуцей скотчем, чтобы срастался быстрее, сандалии надел, плащ накинул. Только
меня и видели в санатории вашем.
На Землю хочу. Туда, где жизнь, а не существование тупое.
Только сначала одну остановку под землей сделать надо.
- Дай шлем, дядя.
- На кой он тебе, племяш?
- Надо.
- Опять подсматривать за кем-то собрался?
- Дай шлем. А то украду, как в прошлый раз. Время только терять неохота.
На обратном пути остановился рядом с Кербером, пару змей у него из гривы вырвал и
себе на кадуцей подсадил, вместо утраченных. За время пребывания в подземном мире посох
снова стал целым, что меня сильно порадовало. Целым кадуцеем гораздо проще Дромосы
открывать.
Серега
- И кто тут работал над декором? - Это был первый вопрос, который невольно вырвался
у вашего покорного слуги, едва ему привелось переступить порог своего офиса.
Вообще-то это был риторический вопрос, и я совсем не думал, что очередной Гэндальф
способен на него ответить. Но он меня удивил.
- Это мы тут порезвились, камрад, - сказал он. - У нас тут с Саруманом небольшой
спор вышел.
- По поводу?
- Кто из нас кто.
- И кто же победил в этом споре?
- Герман, - сказал он. - Вмешался и вышвырнул нас обоих на улицу.
Узнаю своего друга.
Кофе, сигареты и родная обстановка помогли мне почувствовать себя гораздо увереннее.
Я пристроился за столом Германа, поскольку воинственные маги несколько привели в
негодность мой собственный, и включил его компьютер.
Герман - парень дотошный, в отличие от меня любит вести записи, организовывать, так
сказать, свои мысли в письменном порядке. Возможно, в памяти компьютера хранятся какие-то
нужные сведения.
Я открыл текстовой процессор, любимую программу своего друга. Вызвал на экран
список последних открываемых файлов.
Так и есть. "Гэндальфы". Как раз то, что мне нужно в этой ситуации.
Любопытно. Судя по записям Германа, я сейчас имею дело с типом, проходящим в его
документах под кодовым именем Гэндальф Бета.
Прыгнул в Ородруин вслед за Горлумом. Смелый поступок.
Вообще получается довольно интересно. Два Гэндальфа, находящиеся в этом мире,
озабочены проблемой Горлума и Кольца. А Гэндальф Пыльный из Тридесятого царства
считает, что Война Кольца закончилась падением Сарумана. Что из этого следует?
А ничего из этого не следует. Пока я не узнаю, кто тут настоящий Гэндальф и кем
являются остальные самозванцы, яснее мне не станет.
Как показал опыт Германа, очная ставка Гэндальфа Альфа с Гэндальфом Бета ничего,
кроме убытков, принести не может. Жаль, это был ход как раз в моем духе.
- Расскажи мне о Горлуме, - сказал я.
Гэндальф развалился на гостевом диване, прислонив свой посох к стене. Он курил трубку,
и вид у него был вполне благодушный.
- Что рассказывать? - пожал он плечами. - Ты же читал книгу.
- Книга - это одно, а свидетельства очевидца - совсем другое. Какой он?
- Маленького роста, почти лысый, худой, на вид не слишком приятный.
- А если отвлечься от внешности? Каков его внутренний мир? Чего он хочет? К чему
стремится?
- А кто его знает. - Гэндальф снова пожал плечами. - Мне не до его внутреннего мира
было. Я войну выигрывал.
- Странно это, - сказал я. - Очень странно. Кольцо превращает своего носителя чуть
ли не в Дарта Вейдера, а Горлум хранил его пятьсот лет, и никаких поползновений в отношении
захвата власти с его стороны не замечено.
- У него никогда не было никаких амбиций.
- За пятьсот лет обладания Прелестью амбиции могут развиться даже у таракана, -
сказал я.
- У него они не развились. Прими это как факт, камрад.
- Меня всегда удивлял один момент. У вас в Арде было полно могущественного народа.
И все же сильные мира того самоустранились от решения проблемы, свалив ее на каких-то
совершенно левых, случайно вмешавшихся в ход истории парней.
- В том и проблема, - сказал Гэндальф. - Чем сильнее человек, ну, или эльф, или маг,
тем сильнее искушение, в которое способно ввести его Кольцо. Бильбо полвека продержался,
Фродо с Сэмом не подкачали, а, скажем, я, Элронд или Галадриэль не устояли бы против такого
искушения и минуты.
- Поясни.
- Необуздан я в желаниях своих, - сказал Гэндальф. - А ну как надел бы я Кольцо и
стал бы добро причинять налево-направо? Еще и с отягчающими обстоятельствами? Чуешь,
камрад, что бы тогда со Средиземьем приключиться могло?
- Чую, - вздохнул я. - И отсюда возникает еще один вопрос. Допустим, мы находим
Горлума и изымаем у него не принадлежащую ему Прелесть. Что мы с Кольцом потом будем
делать? У нас действующих вулканов не так-то много, и, как вы установили
экспериментальным путем, оно в огне не очень-то горит, и в лаве совсем не тонет. Что с
Колечком делать будем? Как изничтожать?
- Я уже об этом думал. Пока у меня нет ответа на этот вопрос.
- Вы, Гэндальфы, насколько я успел заметить, тактическим складом ума не отличаетесь,
на пару ходов вперед не думаете.
- Не хами, камрад.
- Извини. Ну хорошо, а где мы будем хранить Кольцо пока будет решаться вопрос об его
уничтожении?
- Э...
- Может быть, оставим его у Горлума? Горлум ведь не слишком опасен, а Саурона у нас
нет.
- Есть мнение, что Кольцо попытается покинуть Горлума. И следующий его носитель
будет не столь безобиден Понимаешь, камрад, не люди носят Кольцо. Это оно их носит. И оно
способно притягивать зло.
- Значит, оно не притянуло меня, потому что не углядело во мне зла?
- Или потому, что ты был слишком далеко от него, камрад. - Эту часть истории я
Гэндальфу рассказал, потому как ничего опасного в ней не усмотрел. - Вообще, должен
признать, что в идее камрада Германа был смысл, но, чтобы задумка сработала, тебе должно
было просто феноменально повезти.
- Похоже, что мне феноменально не повезло, - сказал я.
- Для того чтобы оставаться в живых, магу нужно постоянное везение.
Наши рассуждения об удаче были прерваны телефонным звонком. Я схватил трубку, в
надежде, что это звонит Герман.
- Алло?
- Будьте добры, позовите Германа к телефону, - разрушил мои надежды голос в трубке.
Голос был смутно знакомым, точнее, он был очень даже знакомым, но я не мог вспомнить его
обладателя.
- Его нет.
- Тогда Сергея.
- Я слушаю.
- Не надо так шутить, девушка, - строго сказал голос, и тут я его узнал. Просто никогда
раньше не доводилось разговаривать со своим учителем по телефону. - Я звоню по серьезному
делу.
- Я и не шучу, Роман.
После этого заявления последовало продолжительное молчание. Потом голос в трубке
неуверенно позвал меня по имени:
- Сергей?
- Да, учитель.
- Если ты Сергей, то какой твой любимый цвет?
- Зеленый.
- Сколько очков ты набрал на выпускном экзамене?
- Двести пятьдесят пять. А проходной балл был двести пятьдесят три.
- В каком году было восстание Спартака?
- Не помню, не присутствовал.
- Это ты соблазнил внучку Мерлина?
- Не понимаю, о чем вы говорите, учитель.
- Значит, это все-таки ты. Что у тебя с голосом?
- Это долгая история, учитель, и мне нужна ваша помощь.
- Когда ты вернулся?
- Этим утром.
А откуда он узнал, что я отсутствовал?
- Где Герман?
- Не имею ни малейшего понятия.
- Ситуация выходит из-под контроля, - задумчиво произнес Роман.
За последнее время учитель всего несколько раз покидал Шамбалу. Сейчас ему пришлось
сделать это для совершения телефонного звонка, потому как телефоны на территории тайного
города не работают. И если он решился на такое, значит, ситуация достаточно серьезна.
Во что успел вляпаться Герка, пока я совершал былинные подвиги?
- Ты там один? - спросил Роман.
- Нет.
- Кто этот человек?
- Э, он не совсем человек....
- Понятно, - сказал Роман.
Послышался хлопок, и он, в линялых джинсах, кожаной куртке и кроссовках на босу ногу,
с телефоном, прижатым к уху, появился посреди нашей конторы. Аккуратно сложил антенну,
убрал телефон в карман, после чего обвел присутствующих внимательным взглядом. На губах
его играла слабая, едва заметная усмешка.
- Рад приветствовать вас. Сергей, вынужден заметить, что выглядишь ты превосходно.
Я прорычал нечто невразумительное.
- Роман, - представился учитель, отвешивая Гэндальфу поклон.
- Гэндальф, - сделал легкий поклон Гэндальф.
- Это мы еще посмотрим, - пробормотал Роман. - Ну что, Серега, угостишь своего
учителя чашечкой кофе?
- Итак, - начал Роман, отставляя пустую чашку в сторону. - Скажите, Гэндальф, какие
меры к поискам Горлума были предприняты вами лично? Кроме вашего визита сюда,
разумеется.
- А что я могу здесь? Прочесал лес, конечно, но я не эльф и не следопыт, а по местным
лесам шатается слишком много народу.
- Неужели в Средиземье не существовало способов отследить владельца Кольца?
- Существовал один, - мрачно сказал Гэндальф. - Можно было обнаружить владельца,
когда он Кольцо надевал. Только я не Саурон, чтобы этим способом пользоваться.
- Кстати, о Сауроне, - продолжал Роман. - Скажите, в книге его фигура описана
достаточно достоверно?
- Вполне, камрад.
- Тогда я кое-чего не понимаю. Судя по книге, Саурон был весьма посредственным
магом. Даже в день битвы, когда он был сражен Исилдуром, он вышел на поле брани, как
обычный воин, не пытаясь использовать заклинания. Восстал из мертвых, согласен, но ничего
существенного, кроме глаза, материализовать не смог. И, судя по той же книге, все его
могущество заключалось именно в Кольце, что для мага весьма странно. Маги обычно без
всяких побрякушек самодостаточны. Так вот, в связи с вышеизложенным у меня возникают
сомнения относительно того, как такой посредственный маг смог выковать столь
могущественный артефакт.
- Есть мнение, что не ковал он Кольца, - ответил Гэндальф. - Само оно в наш мир
пришло, свалилось, как Балрог с моста, неизвестно откуда. И сразу же
...Поділитися у соцмережах
