Жанр: Фантастика
Песнь льда и пламени 1-7.
...Они обогнули озеро Кагума, пересекли дорогу на Солванг и миновали
пригороды Санта-Инес. Не доезжая до ЛосОливоса,
зеленый "Форд" свернул на восток и некоторое время спустя въехал в НьюСвенборг
- ближайший населенный
пункт от фермы Айренхартов.
В начале девятнадцатого века датчане со Среднего Запада переселились в
долину Санта-Инес с намерением создать
оазис датской национальной культуры. Наиболее успешным воплощением их замысла
стал городок Солванг, который
благодаря своеобразной архитектуре, магазинам и ресторанчикам превратился в
оживленный туристический центр.
Однажды Хочли даже довелось писать статью об этом датском городе в Калифорнии.
В отличие от Солванга Нью-Свенборг, население которого не превышает
двух тысяч жителей, лишен подчеркнуто
датского облика. Холли с любопытством рассматривала оштукатуренные стены унылых
бунгало с белыми каменными
крышами, обшитые досками техасские дома с некрашеными ступеньками и белые
викторианские строения с позолоченным
парадным крыльцом, стоящие неподалеку от датских бревенчатых домиков с
оловянными оконными рамами.
Она насчитала с полдесятка ветряных мельниц, крылья которых четко
вырисовывались на фоне августовского неба.
Город мог служить примером калифорнийского смешения стилей, которое иногда
рождает непредсказуемо прекрасную
гармонию, но в Нью-Свенборге обернулось мрачным диссонансом.
- Здесь я провел остаток детства и вырос, - сказал Джим, когда они
проезжали по тихой тенистой улице.
Холли подумала, что угрюмость Джима вызвана не только семейной
трагедией, но и жизнью в таком городе.
Впрочем, она была права лишь отчасти. Вдоль улиц росли деревья с
раскидистыми кронами, очаровательные
уличные фонари напоминали о добром старом времени, а тротуары походили на
изящные ленты из стертого кирпича.
Казалось, двадцать процентов Нью-Свенборга появилось прямо со страниц романов
Брэдбери о Среднем Западе, а
остальная часть пришла из фильмов Дэвида Линча.
- Давай я немного покажу тебе город, - предложил Джим.
- Нам лучше поспешить на ферму.
- Она всего в двух милях отсюда, мы доберемся до нее за несколько
минут.
Для Холли это был еще один аргумент в пользу предложения сразу ехать на
ферму. Они провели в пути несколько
часов, и она устала.
Однако, почувствовав в его тоне не стремление отсрочить поездку на
ферму, а подлинное желание показать ей
город, Холли удержалась от новых возражений. Кроме того, ее заинтересовал
рассказ Джима. Она уже привыкла, что он не
любит говорить о себе, но иногда случайно оброненные фразы могут приоткрыть
неизвестные грани его личности.
Они проехали мимо аптеки Хандала на восточном конце Главной улицы, куда
местные жители приходят за
лекарствами, если только они не пожелают прокатиться двадцать миль до Солванга.
В одном здании с аптекой находились один из двух ресторанов города,
который, по словам Джима, был известен
своей содовой, а также почта и единственный в Нью-Свенборге газетный киоск.
Высокая многоярусная крыша цвета меди и
косые окна придавали зданию весьма привлекательный вид.
Джим припарковал машину напротив городской библиотеки, занимавшей
маленький викторианский домик за
зеленой изгородью. На свежевыкрашенных стенах было меньше позолоты, чем на
соседних зданиях. У входа на высоком
медном столбе развевались флаги Соединенных Штатов и Калифорнии. В целом
библиотека произвела на Холли весьма
скромное впечатление.
- Удивительно, что в таком городишке вообще есть хоть какая-то
библиотека, - сказал Джим. - И я благодарю Бога
за это. Сколько раз я приезжал сюда на велосипеде... Возможно, если сложить все
мили, которые я проехал, получится чуть
ли не кругосветное путешествие. После того как умерли родители, книги заменяли
мне друзей, советчиков, врачей. Только
благодаря им я не сошел с ума. Миссис Глинн, которая работала здесь
библиотекарем, была замечательной женщиной. Она
умела на равных разговаривать с робким, неуклюжим подростком. Не выходя из этого
дома, она показала мне
удивительные страны и далекие эпохи.
Холли никогда не слышала, чтобы он о чем-то говорил с такой любовью и
мечтательностью. Несомненно,
библиотека и миссис Глинн оставили в душе Джима глубокие приятные воспоминания.
- Почему бы нам не войти? Ей наверняка будет приятно, - предложила
Холли. Он нахмурился:
- Я думаю, она давно здесь не работает Может быть, ее уже нет в живых.
Прошло двадцать пять лет с тех пор, как я
впервые сюда при шел, и восемнадцать лет, как я поступил в колледж и уехал из
города. С тех пор я ее не видел - Сколько ей
было лет? Он замялся, потом сказал.
- Довольно много, - и, словно стремясь положить конец разговору, завел
машину и выехал со стоянки.
Они достигли "Садов Тиволи". Маленький сквер, стиснутый двумя
центральными улицами, был пародией на
собственное пышное название. Ни фонтанов, ни музыкантов, ни танцев, ни пива.
Ничего, кроме нескольких цветочнык
клумб, травяного газона и двух скамеек на фоне хорошо сохранившейся ветряной
мельницы.
- Почему крылья не двигаются? - спросила Холли. - Ведь сейчас дует
ветер.
- Все эти мельницы не работают уже много лет, - пояснил Джим. - А раз
они только для красоты, какой смысл
слушать их постоянный скрип? Поэтому механизмы давным-давно остановлены.
Когда они миновали сквер и повернули на соседнюю улицу, Джим добавил:
- Однажды на этом месте снимали кино.
- Кто?
- Какая-то киностудия.
- Из Голливуда?
- Не помню.
- Как она называлась?
- Я забыл.
- И кто из актеров снимался в фильме?
- Известных артистов не было.
Холли про себя отметила его уклончивость и предположила, что съемки
фильма имеют большее значение, чем
пытается показать Джим. Небрежность, с которой он упомянул об этом событии, и
немногословные ответы на
последующие вопросы заставили ее насторожиться.
Они въехали в юго-восточную часть Нью-Свенборга. Холли увидела большой
гараж из гофрированного металла,
установленный на бетонное основание, и перед ним две грязные машины. Здание
неоднократно перекрашивалось, но в
последний раз это делали много лет назад. Поэтому стены во многих местах
облупились, на железе проступили пятна
ржавчины, и окраска гаража приобрела вид военного камуфляжа. Асфальт на стоянке
перед входом потрескался,
многочисленные рытвины были заполнены гравием и щетинились клочьями жесткой
сухой травы.
- Я учился в школе вместе с Недом Заккой, - сказал Джим. - Его отец
Верной был хозяином этого гаража. Ремонт
автомобилей и тогда был не самым доходным делом, но раньше здание выглядело куда
лучше.
Большие, как у ангара, двери были раздвинуты, и в глубине темного
помещения блестел бампер старого
"Шевроле". Хотя гараж имел вполне безобидный вид, Холли, бросив взгляд в его
сумрак, поежилась.
- Нед был порядочной скотиной, - сказал Джим. - Стоило ему захотеть, и
твоя жизнь превращалась в ад. Я жил в
постоянном страхе.
- Жаль, что ты в то время не знал таэквондо, а то бы показал ему, где
раки зимуют.
Джим не улыбнулся. На его лице появилось странное выражение, и, глядя
мимо нее на двери гаража, он произнес:
- Действительно жаль.
Снова взглянув на здание, Холли заметила мужчину в майке и джинсах,
который вышел из темноты и в сером
сумеречном свете прошел мимо "Шевроле", вытирая руки тряпкой. Он находился в
недосягаемости солнечных лучей, и
Холли не разглядела его лица. Серый человек сделал несколько шагов вокруг машины
и исчез в сумраке гаража,
нереальный, точно привидение в лунном свете кладбища.
Почему-то она сразу поняла, что это Нед Закка. И, хотя он представлял
угрозу для Джима, а не для нее, Холли
почувствовала, как вспотели ладони и стало пусто в желудке.
Джим надавил на акселератор, они развернулись перед гаражом и поехали к
центру города.
- Что плохого тебе сделал Закка?
- Все, до чего мог додуматься этот маленький садист. Потом он пару раз
попадал в тюрьму, но сейчас уже вернулся.
- Откуда тебе известно? Он пожал плечами.
- Сам не знаю. Почувствовал. К тому же он из тех парней, которые всегда
выйдут сухими из воды. Нед Закка может
проколоться на какой-нибудь мелочи, но никогда не попадает по-крупному. Он туп,
но хитрости ему не занимать.
- Зачем мы туда ездили?
- Воспоминания.
- Обычно, когда у людей появляется ностальгия, их интересуют только
приятные воспоминания.
Джим ничего не ответил. Еще до приезда в Нью-Свенборг он ушел в себя,
как черепаха, которая прячется в
панцирь. Его мрачное настроение напомнило Холли вчерашний вечер.
Короткая экскурсия по городу не принесла ей облегчения, наоборот, у нее
появилось странное чувство
потерянности. Холли понимала, что все еще находится в Калифорнии, в каких-нибудь
шестидесяти милях от СантаБарбары,
что в самом Нью-Свенборге живет почти две тысячи человек - намного
больше, чем в маленьких населенных
пунктах, разбросанных вдоль автострады. И тем не менее она не могла избавиться
от гнетущего ощущения полной
психологической изоляции.
Они остановились возле заправочной станции, в здании которой размещался
магазин для рыбаков и туристов, а
также небольшой, но хороший супермаркет, где можно было купить пиво и вино.
Холли залила полный бак и
присоединилась к Джиму, который уже направился в магазин.
Небольшая комната оказалась забита товарами, которые заполняли
стеллажи, свисали с потолка и лежали на
покрытом линолеумом полу. У самой двери были развешены рыболовные снасти. Пахло
резиновыми сапогами.
Она увидела Джима возле кассы. Перед ним лежала гора покупок: пара
дорогих спальных мешков с надувными
матрасами, лампа и к ней банка масла, термос-холодильник, два больших фонаря,
упаковки батареек и что-то еще.
Бородатый продавец в очках с толстыми стеклами выбивал чек, а Джим стоял с
открытым бумажником.
- Я думала, мы едем на мельницу, - заметила Холли.
- Едем, - ответил Джим. - Но, если ты не собираешься спать на голом
полу, нам понадобится кое-что из этих вещей.
- Я не предполагала, что мы там заночуем.
- Я тоже. До тех пор пока не вошел сюда и не услышал, как прошу
продавца показать спальный мешок.
- Разве нельзя остановиться в мотеле?
- Ближайший - за Санта-Инес.
- Далековато, конечно, но доехать можно, - сказала Холли, готовая
отправиться куда угодно, лишь бы не ночевать
на мельнице.
Ее беспокоило не отсутствие комфорта, а то, что с этим местом были
связаны их ночные кошмары. Кроме того, с
тех пор как они приехали в Нью-Свенборг, Холли не покидало ощущение тревоги.
- Что-то должно случиться, - сказал Джим. - Не знаю что, но чувствую -
это должно произойти именно на
мельнице. Мы получим.., ответы на наши вопросы. Надо только запастись терпением.
Хотя идея поездки принадлежала именно ей, Холли внезапно расхотелось
получать какие-либо ответы. Ею
овладело смутное предчувствие черной кровавой трагедии. Похоже, Джим, напротив,
избавился от груза тягостных
воспоминаний и воспрянул духом.
- Хорошо, что мы туда едем. Я это чувствую, Холли. Понимаешь, о чем я
говорю? Мне сказали, что мы сделали
правильно, когда приехали сюда. Впереди нас поджидает что-то страшное, может
быть, очень серьезная опасность, но в то
же время мы найдем то, что ищем.
Глаза Джима блестели от возбуждения. Таким она его не видела даже в
ночь их любви. Высшие силы вступили с
ним в контакт, и Холли чувствовала его восторженное состояние.
- Я чувствую.., как меня охватывает странное ликование, чувствую, что
нас ждут чудесные находки, открытия...
Бородатый продавец снял очки и протянул им чек. Улыбаясь, спросил;
- Молодожены?
В супермаркете они купили лед для термоса, апельсиновый сок, содовую,
хлеб, горчицу, колбасу "болонья" и сыр.
- Последний раз, - удивленно сказала Холли, - я ела "болонью", когда
мне было четырнадцать лет.
- А как насчет этого? - Джим взял с полки и бросил в корзинку пачку
пирожных в шоколаде. - Бутерброды с
"болоньей", пирожные в шоколаде.., и, конечно, картофельные чипсы. Какой же
пикник без чипсов! Берем вот эти, с
завитушками, хорошо? И еще немного сыра. Чипсы с сыром - очень вкусно!
Она никогда не видела его таким веселым, по-мальчишески жизнерадостным.
Можно подумать, он отправляется с
друзьями в увлекательную экспедицию.
Холли спросила себя, не заблуждается ли она насчет собственных мрачных
предчувствий. В конце концов, события
прошедших дней доказали, что Джим никогда не ошибается. Возможно, им
действительно удастся раскрыть тайну его
чудесных способностей и даже встретиться с высшими силами, о которых он
рассказывал. Может быть, возможности Врага,
несмотря на умение проникать из сновидений в реальный мир, не столь безграничны,
как кажутся.
Когда продавец уже сложил их покупки в пакеты и отсчитывал сдачу, Джим
сказал:
- Подождите минутку, я кое-что забыл. Он поспешил в дальний конец
магазина и вернулся с двумя желтыми
блокнотами для письма и черным фломастером.
- Они нам сегодня понадобятся, - сказал он Холли.
Они положили вещи в машину и тронулись в путь.
- Для чего они нам? - спросила Холли, указывая на блокноты и фломастер,
уложенные в отдельный пакет.
- Не имею ни малейшего представления. Просто мне стало ясно, что их
надо купить.
- Вполне в стиле Бога, - заметила Холли. - Таинственно и непонятно.
- Я не совсем уверен, что со мной разговаривает Бог, - немного
помолчав, отозвался Джим.
- Да? Почему ты так решил?
- Твои вчерашние слова заставили меня призадуматься. Если Бог не хотел
смерти Ника О'Коннора, почему он не
сделал так, чтобы взрыва не было? Зачем понадобилось посылать меня на другой
конец страны? И как это он решил спасти
больше пассажиров только потому, что этого захотел я? Я задавал себе эти вопросы
и раньше, но ты не приняла простых
объяснений, которые устраивали меня.
Джим на секунду оторвал взгляд от дороги, улыбнулся Холли и повторил ее
вчерашний вопрос:
- Что, у Бога семь пятниц на неделе?
- Мне казалось...
- Что?
- Ну, Ты был так уверен, что за всем этим скрыта рука Божественного
провидения. Я думала, другое объяснение
будет для тебя ударом.
Он покачал головой.
- Нет. Я всегда с трудом воспринимал мысль, что моими поступками движет
Господь. Совершенно сумасшедшая
идея, но что еще мне оставалось? Лучшего объяснения не было. Его нет и сейчас.
Однако я подумал об одной странной и
чудесной возможности. Если я окажусь прав. Бог действительно ни при чем.
- Что это за возможность?
- Об этом еще рано говорить. - По его лицу скользнули солнечные блики,
пробившиеся сквозь кроны тенистых
деревьев и пыльное ветровое стекло. - Я хочу все хорошенько обдумать перед тем,
как тебе рассказать. Мне известно, каким
неумолимым судьей ты бываешь.
Он выглядел по-настоящему счастливым. Холли полюбила Джима с первого
взгляда. Ее не отпугнула его угрюмая
настороженность, потому что, почувствовав за внешней суровостью добрую и нежную
душу, она поняла: он гораздо лучше,
чем хочет казаться. А сейчас, в таком настроении, Джим нравился ей как никогда.
Она игриво ущипнула его за щеку.
- Как это понимать? - спросил он.
- Ты сводишь меня с ума.
Когда они выехали из Нью-Свенборга, Холли пришло в голову, что план
города скорее напоминает лагерь первых
поселенцев, чем современный населенный пункт. В большинстве городов здания в
центре построены плотнее, чем на
окраинах, последние дома, которых плавно переходят в окрестные холмы и поля. В
Нью-Свенборге все было иначе. Город
обрывался как-то сразу, неожиданно, и за городской чертой начиналась поросшая
кустарником пустошь, отделенная от
домов только противопожарной полосой. Увиденное зрелище напоминало Холли форты
на Диком Западе, построенные
пионерами для защиты от нападений бандитов и индейцев.
Хотя изнутри Нью-Свенборг казался зловещим хранителем темных тайн,
издали он выглядел не пугающим, а
испуганным, как будто в глубине души жители знали о страшной неотвратимой
опасности, поджидающей их за пределами
города.
Возможно, больше всего они боялись огня. Как и повсюду, неорошенная
земля вокруг города высохла и
потрескалась.
Природа долины, протянувшейся от гор Санта-Инес до предгорий СанРафаэля,
разнообразнее, чем во многих
восточных штатах, но с начала весны здесь не было ни одного дождя, и вся земля
стала бурой и безжизненной. Дорога шла
мимо золотистых холмов и коричневых лугов, из-за которых открывался вид на
невысокие горы, густо поросшие колючим
кустарником, дубовые рощи в маленьких долинах и крохотные зеленые виноградники
среди огромных высохших полей.
- Смотри, как красиво, - сказала Холли, указывая на луга, холмы и
вершины гор, скрытые золотистой дымкой. Даже
дубы, растущие в менее засушливых урочищах, утратили ярко-зеленый цвет и
казались серебристыми. - Красиво, но
чертовски опасно. Не представляю, что будет, если начнется пожар.
Едва она это произнесла, как дорога сделала поворот и они увидели
черную полосу обугленной земли, на которой
вся растительность превратилась в серый пепел и сажу. После пожара прошло не
более двух дней, и в жарком воздухе пахло
гарью.
- Не успело разгореться, - сказал Джим. - Погибло не больше десяти
акров. Здешние пожарные свое дело знают.
Чуть задымилось - они уже тут как тут. Кроме того, есть группа добровольцев в
городе, станция Департамента лесного
хозяйства и наблюдательные посты. Живя здесь, все время помнишь об опасности и
спустя какое-то время понимаешь, что
с нею можно бороться.
Уверенный голос Джима и то обстоятельство, что он прожил в этих краях
семь или восемь лет, поколебали
опасения Холли. Однако даже после того, как они миновали место пожара и
перестали чувствовать запах гари, у нее в
голове продолжал вертеться образ огромной ночной долины, полыхающей в огне. Она
представляла оранжево-красные
вихри пламени, которые, извиваясь, точно торнадо, пожирают все живое на своем
пути.
- Ферма Айренхартов, - сказал Джим, и она вздрогнула, очнувшись от
своих мыслей.
Машина замедлила ход. Холли приникла к стеклу.
Футах в ста от дороги позади сухого лужка стоял простой, но уютный дом
с красной крышей и широким крыльцом.
Можно было подумать, что его сняли с фундамента и перенесли в Калифорнию со
Среднего Запада, где в штатах
Кукурузного Пояса встречаются тысячи похожих домиков. Слева от дома виднелась
красная крыша небольшого сарая с
потемневшим от времени флюгером в форме повозки, запряженной лошадью.
За сараем был пруд, позади которого высилось самое заметное здание на
ферме - ветряная мельница.
Глава 3
Джим поставил "Форд" между домом и сараем и, словно подчиняясь
невидимой силе, вышел из машины. Он не
ожидал, что вид старой фермы так сильно на него подействует. Кровь прихлынула к
щекам, появилось ощущение пустоты
под ложечкой. После духоты машины, в которой было жарко, несмотря на включенный
кондиционер, Джим жадно вдохнул
свежий воздух. Почувствовав внезапную слабость, он приказал себе успокоиться.
Он взглянул на слепые окна дома и ощутил лишь сладкое томление в груди.
Со временем оно могло бы перерасти в
тревожную грусть или даже отчаяние, но сейчас он остался спокоен, а когда
отвернулся от дома, у него не возникло
бессознательного желания оглянуться.
Вид сарая тоже не вызвал в нем особого трепета, но, когда Джим перевел
взгляд на известняковый конус
мельницы, ему показалось, что он сам превращается в камень, подобно несчастным,
увидевшим лицо горгоны Медузы.
Джим прочел миф о Медузе много лет назад в одной из книг, которые
давала ему миссис Глинн. В те дни он всем
сердцем желал повстречать женщину со змеиными волосами и стать бесчувственным
камнем...
- Джим! - окликнула его Холли с противоположной стороны машины. - С
тобой все в порядке?
Помещения мельницы, особенно первый этаж, имели очень высокие потолки,
и ее двухэтажное здание не уступало
по высоте четырехэтажному дому. Однако Джиму показалось, что над ним навис
огромный каменный небоскреб. Некогда
светлые стены потемнели от времени, а шероховатости и выбоины в камне цепко
оплел густой плющ, корни которого питал
соседний пруд. Его зеленые ветви вились по всей стене заброшенного здания,
закрывая узкое окно первого этажа и
тяжелую деревянную дверь. Длинные широкие крылья мельницы, которые прогнили и
местами потрескались, застыли
намертво, но не в, форме распятия, а крест-накрест, как буква "икс". С тех пор
как он был здесь в последний раз, их
деревянные лопасти пришли в еще большую негодность. Даже в ярком дневном свете
мельница казалась огромным
страшным пугалом, распростершим над землей тонкие руки скелета.
- Джим! - Холли дотронулась до его плеча. Он вздрогнул и отдернул руку,
как будто впервые ее увидел. На какойто
миг ему показалось, что перед ним лицо давно умершей...
Но наваждение сразу прошло. Перед ним Холли, и она совсем не похожа на
женщину из сна.
- С тобой все в порядке? - повторила она свой вопрос.
- Да, конечно.., просто все здесь напоминает о прошлом.
Джим испытал благодарность к ней за то, что она отвлекла его внимание
от мельницы, указав на дом со словами:
- Тебе было хорошо здесь?
- Лена и Генри Айренхарты были замечательными людьми. Они взяли меня к
себе, и это принесло им много
страданий.
- Страданий? - удивилась Холли. Он понял, что употребил слишком сильное
слово, и удивился, что оно сорвалось у
него с языка.
- Я имел в виду, что они многим пожертвовали, когда взяли меня к себе.
- Взять на воспитание десятилетнего мальчика - дело нелегкое, - сказала
Холли. - Но не думаю, что это было
жертвой с их стороны, если, конечно, ты все время не требовал икру и шампанское.
- После того, что случилось с родителями, я был в очень плохом
состоянии. Ушел в себя, ни с кем не хотел
разговаривать. Они потратили много усилий, времени.., чтобы вернуть меня к..,
жизни.
- Кто здесь сейчас живет?
- Никто.
- Но ты же сказал, бабушка с дедушкой умерли пять лет назад?
- Ферму не продали. Не нашлось покупателей.
- И чья она сейчас?
- Моя. Перешла по наследству.
Холли озадаченно посмотрела на ферму.
- Странно. Дом очень милый. Если полить лужок, выполоть сорняки, здесь
будет чудесное место. Почему ферму
так трудно продать?
- Во-первых, даже самые великие любители природы, которые мечтают стать
ближе к земле, не хотят забираться в
такую глушь. Им нужна ферма, но только поблизости от кинотеатров, магазинов,
ресторанов и станций автосервиса.
- А в тебе прячется забавный маленький циник, - рассмеялась Холли.
- Кроме того, ферма слишком мала, и, чтобы себя прокормить, нужно
работать в поте лица. На сотне акров коров не
разведешь, пшеницу не посадишь. Мои старики держали куриц и продавали яйца.
Климат у нас мягкий, и они два раза в
год, в феврале и мае, собирали урожай клубники. Этим и жили. Еще выращивали
кукурузу, помидоры. Причем настоящие,
а не пластиковые, как в супермаркетах.
Он видел, что, несмотря на его слова, Холли очарована этим местом. Она
стояла, уперев руки в бока, и
оглядывалась по сторонам с видом приценивающегося покупателя.
- Но почему обязательно фермеры? Неужели не найдутся люди, которые
просто захотят поселиться в тихом
уютном уголке?
- Не забывай, что здесь не Ньюпорт-Бич или Беверли-Хиллз. Здешние
жители не станут сорить деньгами, чтобы
поспеть за модой. Единственная надежда - найти богатого продюсера или директора
студии из Лос-Анджелеса, который
купит ферму ради земли, построит что-нибудь экзотическое и будет хвастаться, что
в Санта-Инес у него есть местечко для
отдыха. Сейчас это очень престижно.
Они разговаривали, и одновременно росло его внутреннее напряжение. Было
еще очень светло - часы показывали
три часа, но он со страхом думал о приближении ночи.
Холли прошлась вдоль дороги к дому и несколько раз пнула жесткие, как
проволока, сорняки, торчащие из
многочисленных трещин в асфальте.
- Небольшая уборка не повредит, а в остальном все в очень хорошем
состоянии. Они умерли пять лет назад? Дом и
сарай выглядят так, будто их красили год назад.
- Так и есть.
- Поддерживаешь товарный вид?
- Конечно, почему бы и нет?
Высокие горы на западе поглощают день быстрее, чем океанские волны
Лагуна-Нигель. В Санта-Инес сумерки
наступают раньше, хотя и дольше длятся. Джим смотрел на пурпурные тени
заходящего солнца с ужасом героя фильма о
вампирах, который спешит спрятаться, пока не распахнулась крышка гроба.
"Что со мной?" - с тревогой спросил он себя.
- Ты никогда не думал о том, чтобы здесь поселиться?
- Никогда! - Ответ прозвучал так резко и неожиданно, что заставил
вздрогнуть не только Холли, но и его самого.
Словно повинуясь притяжению магнита, Джим снова посмотрел на мельницу.
Он почувствовал на себе взгляд Холли.
- Джим, - тихо произнесла она, - что здесь случилось? Ради Бога, скажи,
что произошло на мельнице двадцать пять
лет назад?
- Я.., не знаю... - Голос его дрогнул. Он провел ладонью по холодному
влажному лицу. - Ничего особенного. Здесь я
играл.., было тихо, хорошо... Ничего не случилось. Ничего.
- Вспомни, - настойчиво сказала Холли. - Что-то должно было случиться.
Они провели вместе совсем немного времени, и Холли не знала, как
относиться к резким переменам в настроении
Джима, которые напоминали поездку на "американских горках". По мере того как они
приближались к Санта-Инес, он все
больше мрачнел, но потом, в универсаме, куда они заехали купить продукты, снова
пришел в себя и развеселился. Однако
появление на ферме стало для Джима холодным душем, а вид мельницы совершенно его
добил.
Несмотря на удивительные способности Джима, Холли серьезно беспокоилась
о его состоянии и хотела ему
помочь. Она уже начала сомневаться, что поступила правильно, настояв на этой
поездке. Журналистская карьера при всех
ее недостатках приучила Холли кидаться в гущу событий, хватать удачу и мчаться с
ней, как с футбольным мячом, к цели.
Но, возможно, на этот раз ситуация требовала большего благоразумия, спокойствия
и осмотрительности.
Они сели в "Форд" и поехали вокруг пруда. Холли вспомнила последний сон
и широкую, посыпанную щебнем
дорожку, по которой в пре
...Закладка в соц.сетях
