Жанр: Фантастика
Глаз дракона
...по дороге угодишь под Нити. Клиссера
просто засыпали жалобами на то, что Вейры ограничили полеты, к которым все так привыкли.
Многие учителя не умели ездить верхом или справляться с упрямыми лошадьми, которых
выращивали специально для долгих путешествий и горных дорог. Ему предстояла еще одна
головная боль - перераспределение старых учителей.
Но в эти три дня, по крайней мере, основной упор придется на музыку и новый учебный
план. Конечно, реакция коллег не была для него неожиданностью. Он уже подумывал, что
Бетани была права: они, как и Первые Поселенцы, слишком полагаются на легкий доступ к
информации. Как ни странно, некоторые из старых учителей громко одобряли новый учебный
план.
- Самое время упорядочить дела согласно тому образу жизни, который мы ведем здесь, а
не подстраиваться под тех, что остались там, - сказал Лайренс из Тиллека. - У нас никогда не
будет того, что было у них, так чего же нам впустую мозги напрягать?
- Но у нас есть традиции, которые мы должны поддерживать, - нахмурившись,
возразила Саллиша. Не зря ее называли "правой пристяжной". - Традиции, которые мы
должны хранить, чтобы суметь оценить то, что имеем...
- Ой, Саллиша, - ласково улыбнулась Бетани, - все эти традиции ввели в баллады,
подчеркнув то, что надо нам знать для понимания жизни здесь. - Но наше славное прошлое...
- начала было Саллиша.
- Осталось в прошлом, - веско сказал Шеледон, ответив ей таким же хмурым
взглядом. - Все в прошлом, все ушло. И зачем нам продолжать держаться за ниточки, которые
наши предки по каким-то своим собственным причинам оборвали давным-давно?
- Но... но... надо же знать!
- Захотят узнать побольше - прочтут, - сказал Шеледон. - А прямо сейчас им надо
заняться проблемой Падения.
- А это куда важнее, чем знать, какие планеты пережили бомбардировки Нахи и кто был
мировым лидером в 2089 году, - сказал Шульс. - Или как начертить параболическую
траекторию относительно главной.
Саллиша ожгла математика ненавидящим взглядом.
- Конечно, - продолжал Шульс, - я за то, чтобы та часть истории, которая, к примеру,
рассказывает про губернатора Эмили Болл и адмирала Пола Бендена, осталась в общем курсе
обучения, поскольку это неотъемлемая часть истории Перна.
- Но ведь надо показать студентам общую картину, - настаивала Саллиша.
- Я уверен, что многие студенты будут ею интересоваться, - сказал Шульс, - но я
согласен с Клиссером в главном: мы должны модернизировать учебный материал так, чтобы он
в первую очередь рассказывал об этом мире и о нашей цивилизации.
- Цивилизации? - презрительно бросила Саллиша.
- Как? Ты не считаешь все, что мы сделали, цивилизацией? - Шеледон любил
поддразнивать педантичную Саллишу.
- Только не в том смысле, как понимали наши предки.
- А все последствия высокотехнологичной цивилизации - вроде подростковой
наркомании, городской преступности, эпидемий, компьютерного воровства из-за которого
люди прятали сбережения под подушкой...
- Уволь меня от перечисления, - презрительно ответила Саллиша, - и сосредоточься
на том хорошем что было ими сделано.
Шеледон хихикнул.
- А ты знаешь, как опасно было служить учителем на старой Земле?
- Чушь. Наша цивилизация, - она подчеркнула слово "наша", - уважала профессоров
и наставников любого ранга.
- Только после того, как им разрешили поддерживать дисциплину в классах... - начал
Шеледон.
- И использовать парализаторы, - добавил Шульс.
- На Перне таких проблем нет, - высокомерно ответила Саллиша.
- Вот этого и будем держаться, - твердо сказал Клиссер. - Будем преподавать то, что
интересно нашим слушателям, избавляясь от ненужного.
Саллиша резко обернулась к Клиссеру:
- И что же ты называешь нужным?
Клиссер показал на папки, тянувшиеся по полкам вдоль стены библиотеки, в которой они
и собрались.
- Я разослал вопросники всем учителям, числящимся в наших списках, а также холдерам
больших и малых холдов. Я получил ответы и предложения, и этот учебный план, - поднял он
толстый том, - появился в результате этого опроса. Всем вам розданы копии. Существенной
частью программы будут Обучающие Баллады, и вы получите их в ходе нашей конференции.
Саллиша удалилась с вызывающим видом, надутая, как любой несговорчивый человек.
Тем не менее Саллиша была великолепным преподавателем, способным добротно вбить знания
в головы учеников, и потому была инспектором Южного Перна. Но у нее были свои пунктики
- как и у всех в этом мире.
Заучивание Обучающих Баллад улучшит человеческую память - насколько понимал
Клиссер, способность запоминать слабела одновременно с усилением зависимости человека от
техники. Но ведь одной из целей прибытия поселенцев на Перн с его ограниченными ресурсами
как раз и была попытка вернуться к не столь зависящему от технологий обществу. Он читал
сообщения о людях, которые никогда не покидали дома, контактируя с другими только
посредством электроники. Они жили как отшельники, не столько от страха перед окружающим
миром, сколько из-за лени. А на Перне лениться не приходится никому, улыбнулся про себя
Клиссер. Как же можно тратить жизнь впустую, оставаясь все время на одном и том же месте!
Ну, да, на Перне бывает всякое - вроде Нитей, - что не дает им достигнуть столь высокого
технического уровня, как предполагали Поселенцы, но они приспособились к Перну и
приспособили его к своим надобностям. И они встретят беду с прекрасно развитыми,
возобновляемыми воздушными силами.
Он на это надеялся. Клиссер коротко, с присвистом втянул воздух. Все на планете - с
одним существенным исключением - затягивали пояса и готовились защищать свои владения
от грядущей напасти. Одно дело - готовиться, другое дело - выдержать пятьдесят лет
нападений с воздуха. Он вкратце просмотрел отчеты осажденных колонистов Сириуса-три и
Веги-четыре о начале бомбардировок Нахи. День за днем, согласно историческим записям, на
эти миры сыпались снаряды, которые делали поверхность непригодной для жизни. Целые
поколения выросли в подземных убежищах Клиссер улыбнулся про себя. Не слишком большое
отличие от пещерных холдов, в которых ныне жили периниты. И эта попытка приспособиться
ведь на самом деле принесла выгоду сириусским и веганским колонистам - выходы к магме
обеспечивали их теплом солнечные панели снабжали электроэнергией. Люди выжили в куда
худших условиях, чем на Перне. В конце концов на Перне знаешь, когда на голову начнут
сыпаться Нити, и успеваешь организовать эффективную защиту. И все же грандиозность
Прохождения ужасала а если люди потерпят неудачу, последствия будут чудовищными.
Обычно так всегда бывает при неудачах.
Потому Клиссер надеялся, что музыка, которая была написана специально для того, чтобы
улучшить настроение слушателей, окажет желаемый эффект - поднимет боевой дух и
подвигнет к действиям. На мгновение он задумался: что бы случилось на Земле во время
периода разъединенных наций, если бы вдруг появился некий инопланетный враг?
Объединились бы нации или нет?
Джемми и Шеледон написали мелодию, которая, вне всякого сомнения, затрагивала
сердца, будучи одновременно и воинственной, и обнадеживающей. Простые мелодии
привязывались настолько, что можно было проснуться, насвистывая их, потому что они все
время крутились в голове. По мнению Клиссера, это был верный знак того, что песня хороша.
Кроме того, они так аранжировали мелодии, что солировать могли разные инструменты, в
самых разных сочетаниях, так что даже неопытные музыканты в самых удаленных холдах
смогут аккомпанировать певцам.
А загадочная мелодия Джемми доставляла истинное наслаждение. Клиссер еще не
получил всех ответов, но уже был уверен, что она станет незаменимой в дни Прохождения,
когда людей надо будет отвлечь от того, что творится снаружи. Плач Бетани - первая песня,
которую она написала в своей жизни, - была следующей в программе, и он устроился
поудобнее.
Но в душе он все продолжал тревожиться об успехе новой программы и потому никак не
мог сосредоточиться на музыке. Кроме прочего, что делать с Битра-холдом? Последний
преподаватель, которого он туда направил, уехал прочь, разорвав контракт с Чокином, и
Клиссер не мог винить Иссони, узнав, как его там унижали отпрыски лорда-холдера. Но ведь
детям просто необходимо получать хоть какое-то образование. Нельзя, чтобы целая провинция
впала в полную неграмотность.
Конечно, дети учатся по-разному, он это понимал, и учебу надо постараться сделать как
можно более интересной, чтобы заложить основы для дальнейшего обучения, да и для самой
жизни. Такова цель образования - развивать способности, которые нужны для решения
проблем. И еще - найти приложение потенциалу, который есть у каждого, даже у битранцев,
мрачно добавил он.
Может, ему следует направить в этот район Саллишу? Он хихикнул. Нет, вряд ли. У нее
достаточно большой стаж, она заработала право решительно отказаться.
Прислушиваясь к утешительным словам песни Бетани, он решил, что на следующей
Встрече он поставит вопрос о Чокине, лорде-холдере Битры. С ним что-то надо было делать.
За последним ужином, когда все три группы собрались в зале Форта, где им были
приготовлены три бычка, зажаренные целиком, Клиссер снова услышал имя Чокина. Он встал и
присоединился к группе людей, обсуждaвшиx лорда-холдера Битры.
- Это еще не все, - говорил М'шалл. Его обычно дружелюбное лицо было сейчас
хмурым и злым. - Он поставил на границах стражу, и выпускают людей из холда лишь в том,
что на них надето. Больше ничего взять собой не позволяют, даже скот, который они сами
вырастили.
Клиссер не знал, что приехал предводитель Бенден-Вейра, но его присутствие было
большой удачей.
- Вы о Чокине говорите? - спросил он, когда остальные увидели его и расступились.
М'шалл презрительно рассмеялся:
- Кто же еще может выгонять людей из своих холдов прямо сейчас?
- Я просто слышал об этом от одного из моих странствующих преподавателей, Иссони,
он удрал из Битры, и ничто теперь не заставит его вернуться. Но ведь даже их обучать надо.
- Ха! - фыркнул М'шалл, и остальные поддержали его.
- Уроки отрывают битранцев от других дел, лишая их лорда дополнительных марок. А
что он сделал с Иссони?
- Он расскажет вам в подробностях, если спросите. Даже обрадуется. Как понимаю, его
выручил один из ваших всадников?
- Нам много кого приходится спасать из Битры, - ответил М'шалл. Эта необходимость
его явно не радовала. - Но только не битранцев, - добавил он.
- Знаешь ли, - вскипел Бриджли, - я не буду спасать всех беженцев оттуда. И пальцем
не пошевелю, когда его холд заполонят Нити!
- А! - сардонически поднял палец М'шалл. - Но ведь он не верит в приход Нитей.
- Ну и дураки же мы будем, если он вдруг окажется прав! - сказал Фарли, один из
младших холдеров Форта. - Ой, не надо мне было этого говорить, - добавил он, когда его
острота встретила лишь холодные злые взгляды.
- Чокин всегда по натуре был упрямцем, - сказал Клиссер. - Но никогда не был таким
откровенным дураком.
- Сейчас он даже больше, чем откровенный дурак, - сказал Бриджли. - Ваш учитель,
этот самый Иссони, он нынче здесь? Ну, тогда привезите его в Форт. Надо сделать с Чокином
что-то серьезное, а не вести пустые разговоры.
- Прямо сейчас? - Клиссер не мог отвести взгляда от жареных туш, вдыхая
соблазнительный аромат.
- Я тоже хочу есть, - смягчился Бриджли.
- Я только что пообедал в Бендене, - ответил М'шалл, но ноздри его подрагивали,
вбирая аромат мяса. - Ладно, подождем немного, чтобы вы успели насладиться трапезой.
- Очень вовремя, не так ли? - сказал Фарли, с усмешкой глядя на проголодавшихся
гостей. - Так можно ли что-нибудь сделать с этим безответственным лордом-холдером?
- Перечитайте ваш экземпляр Хартии, Фарли, - посоветовал Клиссер.
- И как давно эта пограничная стража, - Поулин замолчал, возмущенный действиями
Чокина, - как давно она находится там?
После ужина он собрал у себя в кабинете всех заинтересованных лиц. Вызвали и Иссони,
поскольку требовались его показания.
- Насколько мы знаем, уже дней семь, - сказал М'шалл. - Как вы знаете, мы
опрашиваем все холды, чобы выяснить, оповещен ли кто-нибудь из людей Чокина об опасности
Нитей.
- Ну, они слышали на Встрече, - начал было Поулин.
- Ха! - ответил Бриджли. - Очень мало кто из его людей слышал о Встречах, и еще
меньше посещали их.
- Это же просто невообразимо! - покачал голововой Поулин.
- Откровенно говоря, Поулин, я бы сказал, что десятина, которой он обложил своих
подданных, - просто репрессивная мера, и ничего больше. Никто из них похоже, и марки-то в
глаза не видел, хотя некоторые и привозили свои товары на Встречу в Бендене. Похоже что
Чокин вообще не поощряет поездок.
- Даже на Встречи? - продолжал недоумевать Поулин. - Даже этого он не поощряет?
- Нет. Боится, что они смогут сравнить свои условия жизни с тем, что увидят в других
холдах. И он не любит, когда битранские марки покидают границы его холда.
- И накладывает лапу на каждую монету, которую азартные игроки оставляют за его
игорными столами, - сказал М'шалл.
- Вынужден признаться, я не знал, насколько он прижимист, - сказал Поулин очень
задумчивым тоном.
- А откуда бы вам знать? - ответил Бриджли. - Вы живете на Западном побережье. А
мы знаем - потому что иногда видим битранцев на Встречах Восточного побережья. Его
игроки на каждом собрании торчат...
- Хм, прямо-таки вездесущ, - прошептал Поулин. - Итак, если ему все-таки пришлось
закрыть границы, так, может, некоторые из его холдеров узнали о Нитях и запаниковали?
- Похоже, - мрачно скривился Бриджли. - И когда им хватило духу пойти к нему, он
вышвырнул их и холда. Я видел рубцы от плетей, так что могу сказать, что они не лгут. Они
сказали, что никогда не видели его в таком гневе. Он заявил, что всадники хотят выбить и него
дополнительный налог, распуская слухи о том, что якобы начнут падать Нити. Он также
ругался насчет новой шахты, заложенной в Руате, в то время как добрым битранцам разрешено
работать только в долине Стенг.
- Значит, бедных битранцев весь мир не любит? - насмешливым тоном спросил
Поулин.
- Сами видите, - ответил М'шалл.
- Чокин также отказался принять контейнеры с ашенотри, - сказал Кальви.
- То есть не захотел за них платить, хотите вы сказать, - заметил М'шалл. - Так мне
сказали телгарские всадники.
- Как бы то ни было, наземных команд у него нет. Думаю, он зашел слишком далеко, и
всего, что он натворил, вполне хватит для процедуры низложения, - медленно проговорил
Поулин. - Как лорд-холдер, он обязан был проинформировать и подготовить своих людей к
Прохождению. Потому и была принята система холдерства - дать людям сильных лидеров,
чтобы руководить ими во время Падений и помогать в случае чрезвычайного положения.
Закрыв границы, он нарушил один из основных принципов Хартии: свободу передвижения. Я
разошлю всем лордам-холдерам и мастерам подробнейшие отчеты... О, - он в ужасе
посмотрел на Клиссера, - мы ведь больше не можем делать копии быстро, ведь так?
- Один всадник может оповестить всех лордов-холдеров, - сказал М'шалл. - Или
пошлем одного вестника на наше побережье, а другого - на то. Для этого потребуются всего
две копии.
- Я попрошу всадников у С'нана, - сказал Поулин, потянувшись к папке.
- Вот уж кто обрадуется, - сказал М'шалл. - Свары Чокином его уже заели. Строго
говоря, так не поступают, - усмехнулся М'шалл, подражая напыщенным интонациям С'нана.
- Мы должны предпринять действия против Чокина прямо сейчас, - сказал Поулин, -
не дожидаясь формального Конклава в конце Оборота. Время истекает. - Поулин повернулся к
Клиссеру. - Я кое-что вспомнил. - Клиссер, вы выработали какой-нибудь определенный
метод безошибочного определения возвращения Нитей?
Клиссер словно очнулся.
- У нас есть несколько возможностей, - сказал он стараясь говорить увереннее, чем на
самом деле чувствовал себя. - С потерей компьютера приходится куда дольше возиться.
- Ладно, продолжайте... - Поулин коснулся плеча Клиссера и улыбнулся, - как и все
остальное. Кстати, обучающая песня действительно очень хороша. - Он сунул палец в ухо,
словно прочищая его, и широко улыбнулся. - Дети распевают ее все время, не только в классе.
- Этого мы и добивались, - сказал Клиссер с шутливым довольством. - Так мне ждать
вашего письма?
- Незачем, друг мой, но спасибо за предложение. Мне доставит удовольствие его
сочинить. - Лорд-холдер Форта усмехнулся. - И я напомню, чтобы сделали копию для
архива. Кстати, а разве нет какого-нибудь старинного способа делать копии... чего-нибудь, что
переводит написанное на нижнюю страницу?
Клиссер на мгновение задумался и опустил голову.
- Копирка. Думаю, вы это имели в виду. У нас ее нет, но леди Сальда наверняка
что-нибудь придумает. Нам придется изобрести что-нибудь такое, что сэкономит нам часы
копирования. - Он тяжело, с сожалением вздохнул.
- Ну, так я вас оставляю, Клиссер, - сказал Поулин. - Спасибо вам всем. А теперь
идите-ка отсюда, усмехнулся он предводителю Бенден-Вейра и Кальви, - и наслаждайтесь
остатком вечера, пока я не решу эту проблему. Не буду отрицать, меня она в чем-то даже
радует, - сказал он, берясь за перо и рассматривая его кончик.
Вежливо попрощавшись, они цепочкой вышли из кабинета Поулина. Клиссер подумал,
что Иссони разочарован тем, что ему не дали зачитать длинный список жалоб на лорда Чокина.
Посему он постарался вдосталь напоить Иссони добрым вином.
Глава 8
Телгар-Вейр
Иантайн попросил, чтобы в следующий солнечный денек ему позволили еще раз посидеть
на воздухе. Потому он оказался в чаше кратера, когда прибыли странствующие торговцы. Все
жители пещер высыпали им навстречу. Иантайн лихорадочно зарисовывал большие пыльные
телеги, запряженные огромными быками, специально выведенными для такой работы. Они
были одним из последних биоинженерных достижений Цветка Ветра, чья гениальная прабабка
вывела драконов Перна.
Иантайн с детства любил бродячих торговцев и помнил те звездные часы, когда
бенденские караваны заходили в их отдаленный овцеводческий холд. Особенно запомнился ему
вкус леденцов с ароматом фруктов, которые в изобилии росли в Нерате, - торговцы раздавали
их горстями. Однажды у них был вкус свежего лимона, и леденцы эти доставили несказанное
удовольствие ему и его братьям и сестрам.
В далеком холде приход торговцев был почти таким же событием, как Встреча. К
удивлению Иантайна, жители Вейра тоже очень обрадовались. Несмотря на то что дракон мог
доставить всадников куда угодно, приезд торговцев был даже интереснее, чем приход
караванов с десятиной. (Десятинные караваны - совсем другoе дело, поскольку все должны
были внести свою лепту в подготовку запасов для Вейра.) А торговцы приносили новости из
всех холдов и цехов, которые попадались им по пути. Иантайн заметил, что людей, которые
просто стояли и разговаривали, примерно столько же сколько тех, кто рассматривал товары в
палатках, разбитых торговцами Лилиенкампа. Из кухонных пещер притащили столы и стулья,
на столы выставили кла и свежевыпеченный хлеб и булочки.
Леополь, все время крутившийся рядом с Иантайном, принес ему поесть и присел на
корточки, чтобы пересказать ему новости, принесенные торговцами.
- Они построили по всей дороге крытые стоянки, - говорил он, жуя сладкую
булочку, - поскольку не хотят прекращать торговлю даже во время Прохождения. Но они
готовятся. Половина из того, что они сейчас возят с собой в фургонах, - материалы для
безопасных убежищ. Конечно, они могут по дороге укрываться в пещерах, но под открытым
небом уже ночевать нельзя. Это, конечно, ограничит их передвижение, - широко улыбнулся
мальчик. - Но что есть, то есть. Видишь, - он ткнул перемазанным в меду пальцем в группу
мужчин и женщин, собравшихся вокруг предводителей Вейров. Все они склонились над картой,
разложенной на столе. - Они отмечают места, где их можно будет найти, если их вдруг
застигнут Нити.
- А кто торгует с Битрой? - с иронией спросил Иантайн.
Леополь фыркнул.
- Никто в здравом рассудке туда не сунется. Особе но теперь. Ты разве не слышал, что
Чокин закрыл границы, чтобы у него народ не разбежался? Ты разве не знаешь, что Чокин не
верит в Нити? - У мальчика аж зрачки расширились от ужаса. - И что он так и не
предупредил своих холдеров?
- Ну меня сложилось такое впечатление, когда я там был, - сказал Иантайн, - скорее
по тому, о чем не говорилось и чего не делалось. То есть если цех Домэза запасал еду и всякие
материалы на случай Падения, то в Битре много говорили о ставках и выигрышах, но ни словао
Нитях.
- Они что, заманили тебя в игру? - Судя по лицу Леополя, он ждал положительного
ответа.
Иантайн покачал головой и усмехнулся своему жадному слушателю.
- Во-первых, меня предупредили. Ведь всех предупреждали насчет битранцев на
Встречах. Кроме того, я не мог себе позволить проиграть хотя бы одну марку.
- Иначе ты потерял бы свое вознаграждение честным путем, - пробормотал Леополь,
все еще глядя на него круглыми глазами и размышляя об опасности, которой сумел избежать
Иантайн.
- Я бы сказал, что Чокин не в те игры играет, если он думает, что Нити не будут падать.
Если он считает, будто их нет, - сказал Иантайн. - Наверное, укрытия у них здоровенные, -
добавил он, показывая на массивных животных, которых вели на водопой к озеру.
Или эти крупные животные привыкли к дракончикам, или просто были настолько
флегматичны, что им было все равно. Однако дракончики за свою краткую жизнь их никогда
прежде не видели, а потому встревожились при виде здоровенных тягловых животных и
запищали от страха. Взрослые драконы, дремавшие на бледном зимнем солнце на своих
лежбищах, проснулись, чтобы посмотреть, что стряслось. Иантайн улыбнулся. Он быстро
сделал набросок в углу листа. При той скорости, с которой он работал, он практически извел
даже этот щедрый запас бумаги.
- Ну, им приходится использовать листовые укрытия, насколько я знаю, - сказал
Леополь. - Сам знаешь, Вейры им помогают, поскольку Лилиенкампа приходится идти до нас
окольным путем.
Иантайн даже и не думал о системе снабжения, которая требуется для обслуживания
Вейров и их драконов Он всегда считал, что драконам и всадникам хватает десятины, но теперь
он проникся глубоким уважением к тому, как было организовано управление таким сложным
объектом, как Вейр. В отличие от Битры все в Вейре радостно брались за любую задачу,
которую перед ними ставили, и гордились участием в работе. Все помогали всем, и все казались
счастливыми.
Честно говоря, Иантайн лишь недавно осознал, насколько радостным и беззаботным было
его детство. Годы учения в Колледже были приятны и плодотворны, его ученичество в цеху
Домэза протекало ровно, лишь порой случались взлеты и падения, когда он старался довести до
совершенства новую технику и понять секреты Искусства.
Битра-холд открыл ему глаза. Вейр тоже, но - на светлую сторону жизни. Иантайн
мрачно заметил, что для того, чтобы понять, что такое хорошо, надо познать, что такое плохо.
Он криво усмехнулся про себя, заканчивая набросок предводителей Вейра, увлеченных
разговором с главами каравана Лилиенкампов.
Лилиенкампы были первым родом странствующих торговцев, перевозивших товары и
доставлявших не очень срочные сообщения от одного изолированного холда к другому.
Лилиенкамп был одним из самых выдающихся Первых Поселенцев. Иантайн вспомнил, что его
портрет находится на фресках в Форт-холде, среди портретов первых Составителей Хартии.
Невысокий человек с черными волосами и острым взглядом, с портфелем на поясе. В его
нагрудном кармане - Иантайн то конечно, заметил - виднелись какие-то письменные
принадлежности, а за ухом торчал карандаш. Это показалось Иантайну логичным и удобным,
поэтому он и сам завел такую привычку.
Он повнимательнее присмотрелся к лидерам каравана. Да, У одного из них вроде бы
торчал за ухом карандаш, а на поясе висел пустой планшет. Наверное, как раз в нем хранился
тот блокнот, что сейчас лежал на столе.
Но даже при таких предосторожностях смогут ли торговцы продолжать свое дело в
течение пятидесяти опасных лет Прохождения? Одно дело - планировать, другое дело, как
только сейчас осознал Иантайн, - эти планы осуществлять. Переправлять товары из цехов в
холды будет довольно трудно, особенно когда драконы будут полностью заняты борьбой с
Нитями.Их нельзя будет отвлекать на обычные дела. В конце концов драконы - не
транспортное средство. Они были выведены для защиты, а перевозкой людей и грузов они
занимались лишь во время Интервала.
"Интересно, а нет ли у них в фургонах бумаги?" - подумал Иантайн. Хотя у него в
кармане нет и четверти марки, но, может, они возьмут в уплату пару набросков?
Быстро, как только мог, он набросал на последнем чистом листе коллаж: вот караван
въезжает в чашу Вейра, вот люди бегут ему навстречу, вот выставляются напоказ товары,
заключаются сделки, а в центре руководители каравана обсуждают проблемы укрытий с
предводителями Вейра. Он критически посмотрел на рисунок с расстояния вытянутой руки.
- Замечательно, - послышался сзади голос захваченный врасплох, обернулся. - Ты в
мгновение ока нарисовал все это!
Ему застенчиво улыбалась зеленая всадница, глядя на него почти с восхищением. Ее
дракон сидел рядом с ней Леополь показал ему эту молоденькую всадницу и рассказал об
обстоятельствах ее появления на Рождении.
- Дебра? - спросил он, вспомнив имя. Она разинула рот, в страхе попятилась от него.
Ее дракончик сразу же подобрался, глаза его в тревоге завращались быстрее. - Ой, извини, я
не хотел...
- Спокойно, Морат'а, он не хочет ничего плохого, - сказала она и успокаивающе
улыбнулась ему. - Я просто удивилась, что вы помните мое имя...
- Леополь, - Иантайн указал карандашом на мальчика, который яростно торговался с
продавцом примерно своего возраста, - рассказывал мне обо всем, что происходило в Вейре,
пока я болел.
- Тогда понятно, - облегченно вздохнула Дебра и даже улыбнулась. - Я его знаю. Он
всякой бочке затычка. Но парень добрый, - торопливо добавила она, глянув на Иантайна. -
Леополь
...Закладка в соц.сетях
