Жанр: Фантастика
Рабин гут 7. Рабин гут. и будда - не беда
... попал
бы кинолог из пистолета, но, на всеобщее счастье, он сначала забыл снять оружие с
предохранителя, а затем переполошенные грохотом в комнате гостей элементали ворвались
внутрь с факелами. Лишь после этого недоразумение было улажено, истинные причины
всеобщего переполоха установлены, а виновный в лице элементаля был доставлен в
реанимационное отделение местной клиники для духов. Где и скончался... бы, если бы там
оказался хоть один российский врач.
Примерно полчаса менты потратили на легкий завтрак и проверку амуниции, а затем
вышли во двор, где в кромешной темноте их поджидали Брахма, Кали, Вирупакша, Ушинасу с
Дакшей и десятка два стражников бога-творца. Брахма пояснил, что они нужны лишь в
качестве пушечного мяса, на что духи ничего не возразили и даже не расстроились. А чего им
расстраиваться? Ведь "хорошую религию придумали индусы, что ты, отдав концы, не
умираешь насовсем!". Дакша вон на себе это уже проверил. Хотя даже Брахма удивлялся тому,
что слон что-то помнил из своей прошлой жизни.
- Красавчик, я знаю, что сегодня ты станешь самым великим героем всех времен и
народов, - проворковала или, скорее, пророкотала Кали, подходя к Попову. - Я тебе уже
даже эскиз надгробного памятника набросала и слова придумала: "Здесь лежит тот, кто и
должен тут лежать. Остановись, путник, и посмей только не воздать хвалы герою". Подпись -
Кали. Ну и как?
Попов поперхнулся, а Лориэль тихо захихикал.
- Я, вообще-то, помирать пока не собирался, - с трудом выдавил из себя криминалист.
- Да ты с ума сошел! - изумилась четырехрукая садистка. - А как ты собираешься
стать великим героем? Все они обязательно умирают, совершив самый большой подвиг в своей
жизни, а потом возрождаются богами или буддами. За помощь в спасении мира тебе по крайней
мере на первые пару миллионов лет должность младшего инспектора в ведомстве Вишну
гарантирована. Это, конечно, не слишком почетно для меня, но сначала мы будем просто
любовниками, а когда через пару миллиардов веков тебе доверят какую-нибудь оперативную
группу, не ниже моей рангом, мы с тобой поженимся. А после свадьбы дети твою фамилию
возьмут. Согласись, звучит - Кашьяпа Попов или там Шатарупа Андреевна?
Это уже всех убило окончательно. То есть, конечно, трупов во дворе не прибавилось, но
Жомов, Рабинович и Лориэль просто попадали со смеху. При этом маленький эльф минут пять
не мог встать на крыло, как сильно он ни старался. Только и успевал увертываться от ладоней
омоновца, стучавшего по мостовой в припадке буйного веселья. Попов, естественно, общего
настроения не поддерживал, да и аборигены выглядели удивленными.
- И что это вас так сильно рассмешило? - наконец гневно поинтересовалась Кали, глядя
на гогочущих идиотов сверху вниз.
- Да, Андрюша! Шатарупа Андреевна почище Даздрапермы Коминтерновны будет, - с
трудом переводя дыхание, проговорил Рабинович. - Ты, когда домой вернешься, так
какую-нибудь рыбку в своем аквариуме назови. На память о непознанной славе величайшего
героя всех времен и народов. Я ей даже сам корм покупать буду.
- Дурак ты, Рабинович, - сердито констатировал криминалист. - Нельзя над чужой
мечтой смеяться, - а затем повернулся к Кали. - Слушай, что я тебе скажу, и запомни. Мы с
тобой из разных миров и вместе никогда не будем. Поймаем преступника, и я уеду отсюда
навсегда. Так что поищи себе другого мужа.
Кали застыла.
- Свиньи вы все, мужики! - заявила она и, круто развернувшись, скрылась во дворце
Брахмы.
- Ну вот, девушку обидел. Разбил ее сердце и бросил, - хихикнул Лориэль.
- Заткнись, клоп перелетный! - резко повернулся в его сторону Попов.
- В натуре, Лориэль, ты не лучшее время для шуток нашел, - поддержал друга Жомов.
Эльф собрался было огрызнуться, используя свой многочисленный арсенал издевательств
и оскорблений, да так и не сказал ничего, посмотрев в лица ментов. Конечно, хорошего от Кали
они видели мало, да и Попов ничем не обнадеживал богиню, но крушение чьих-либо надежд
всегда навевает грусть. Вот путешественники и загрустили, видя, как рухнул воздушный замок
Кали, придуманный ею одной. Брахма глубоко вздохнул.
- Ну, может быть, уже пора отправляться? - робко поинтересовался он.
- Подождите! - прежде чем кто-либо успел ответить, раздался крик из дома.
Менты обернулись на голос и застыли. На крыльце дворца Брахмы стояла Кали в полном
боевом снаряжении. В одной руке у нее была сабля, в другой - небольшой круглый щит. Еще
две конечности держали лук, а тело укрывали причудливого вида доспехи. На голове богини
красовался не менее странной конструкции шлем, и выглядела она чрезвычайно воинственно.
- Ладно, мачо, я тебе докажу, что достойна любви, - прорычала Кали, спускаясь
вниз. - Ты еще не видел, что такое горячие индусские бабы!
- Ого! Похоже, она завелась всерьез, - пробормотал Брахма и тронул Попова за
рукав. - Ты присмотри за ней, а то она еще сгоряча Ганешу прибьет. Мне, конечно, все равно,
но вот вы в этом случае тут навсегда останетесь. А я, если честно, от таких гостей уже устал.
Гости с ним были абсолютно согласны, так как от хозяев устали не меньше и домой
хотели так сильно, что сейчас, пожалуй, променяли бы все сокровища Индии на трамвайный
билет... За исключением Рабиновича, конечно. Он, ясное дело, скучал не меньше остальных, но
за такие цены никогда в жизни на трамваях ездить бы не стал.
Кали подбежала к собравшимся и посмотрела на них с таким вызовом, словно собиралась
устроить бои без правил и выбирала себе соперника. Драться с ней почему-то никто не
согласился. Путешественники полезли на Дакшу, Брахма зачем-то прошелся вдоль строя
стражников, а Вирупакша сделал вид, что крайне заинтересовался положением звезд. А едва
менты заняли свои места, как этот бог мгновенно прыгнул с ними в мир, где правил Ганеша, а
следом за ним отправились и остальные.
То, что зрение вернулось к ним, доблестные российские милиционеры поняли лишь тогда,
когда у них перед глазами перестали прыгать разноцветные шарики. Было темно так, что
темнее не могло показаться даже человеку с завязанными глазами или совсем без таковых.
Дакша было двинулся вперед, но кто-то на него заорал, и слон остановился, меланхолично
ощупывая хоботом почву перед собой в поисках трупов, которых рядом не оказалось. Зато
были живые, и им не понравилось, когда Дакша пошлепал их по головам. Они снова заорали.
- Свет кто-нибудь включит? - наивно поинтересовался Попов, и над равниной
вспыхнули десятки огней.
Рабинович поморщился, глядя на иллюминацию, устроенную богами. Без магии тут,
конечно, не обошлось, над головами зажглись разноцветные шары, небольшие фонтанчики
бенгальских огней, нимбы и надписи с именами и названиями фирм-спонсоров. В этот раз
народу собралось куда больше, чем на вчерашнем собрании, и Рабинович сначала удивился
этому факту, но затем рассмотрел знакомые и незнакомые силуэты чудовищ и понял, что
каждый из богов тоже, как и Брахма, решил прихватить с собой "пушечного мяса".
- Где дом Ганеши? - поинтересовался кинолог. Ему указали на север, где скопление
огоньков на горизонте трудно было отличить от звезд. - Отлично. Теперь потушите огни и
оставайтесь на местах. Ко мне пусть подойдут только Брахма, Шива и Вишну. Лориэль, зажги
лампадку.
Эльф затеплил над головой Рабиновича небольшой фосфоресцирующий шарик, отчего тот
стал похож на шахтера, готовящегося спуститься в забой. Сеня поморщился, но просить
Лориэля изменить внешний вид и степень интенсивности освещения не стал. Он слез со слона и
подождал, пока рядом из темноты материализовались силуэты вышеназванных богов.
- У кого-нибудь есть план жилья Ганеши? - спросил у них кинолог.
- Какой там план, - презрительно фыркнул Шива. - У этого придурка все без плана. И
жилье тоже. Настроил что попало, обнес высоким забором, чтобы ни один раб не сбежал, вот и
вся архитектура.
- Ну и хрен с ним, с планом, - буркнул Сеня. - Значит, просто выстроим вдоль забора
такую цепь, чтобы и мышь не проскользнула, а затем начнем атаку. Кстати, а вы сможете
помешать Ганеше ускользнуть в другой мир?
- Я могу попробовать, - ответил Вишну. - А если и не задержу его, так смогу засечь,
куда именно он прыгнул. В общем, его мы не потеряем.
- Вот и хорошо, - кивнул головой Рабинович. - Тогда ты останешься со мной.
Остальные пусть разделятся на три части. Брахма с одним отрядом обойдет крепость с тыла,
Шива со своими подчиненными займет правый фланг, а на левом... - Сеня растерянно
осмотрелся.
- Можно я? Можно я?! - выскочил вперед Вирупакша.
- Можно Машку за ляжку, - буркнул Рабинович и махнул рукой. - Хрен с тобой.
Будешь командовать левым флангом.
Член клана Чатурмахараджи едва не сошел с ума от счастья. Сеня отправил командиров
отрядов разделять остальных богов на группы, а рядом с ментами остались лишь Вишну, Кали
да отряд дэвов, приведенных с собой богом-хранителем. Около получаса над равниной висел
несмолкаемый ропот, прерываемый лишь короткими вскриками - вполне возможно, после
зуботычин, - а затем все пришло в движение. А когда занялся рассвет, путешественники
смогли увидеть лишь хвосты трех колонн, уходящих в сторону резиденции Ганеши. Дав им
немного времени, Сеня приказал тоже выдвигаться вперед.
Утро выдалось туманным, сырым и промозглым. Находиться в мутной пелене было
неприятно, но такой рассвет устраивал атакующих куда больше, чем ясное небо, яркое
солнышко и свежий ветерок. Впрочем, упомянутые компоненты хорошего дня долго себя ждать
не заставили. Налетевший ветер разогнал туман, жаркое индусское солнце мгновенно
высушило росу, а голубое небо сверкающим куполом накрыло наступающие армии и
осаждаемый ими дворец. Рабинович поморщился, видя, что еще не все отряды вышли на
позиции, но в резиденции Ганеши было тихо, и кинолог немного успокоился.
А потом заорали петухи. То есть менты поняли, что это петухи, только потому, что в
такую рань больше орать было некому, хотя вопли этих доисторических будильников совсем не
походили на привычное российское "ку-ка-ре-ку!". Попов невольно вздрогнул, да и
осаждающие замедлили ход. Впрочем, лишь на секунду, чтобы затем и вовсе встать. Да и было
с чего. Прямо перед ними возникла армия, состоящая из одних женщин в полупрозрачных
одеждах. Даже демоны и те раззявили рты!
Дамское воинство, вооруженное лишь собственной, истинно индусской красотой, оцепило
кольцом весь дворец Ганеши, выстроившись в несколько рядов. Несколько долгих секунд две
противоборствующие армии молча смотрели друг на друга, а затем над равниной разлилась
аборигенская музыка, и женщины стали танцевать.
Сеня просто ошалел. Он, конечно, догадывался, что бог нетрадиционной ориентации
может применить и какие-нибудь нестандартные методы ведения войны, но такого не ждал.
Выставить против вооруженного до зубов и чрезвычайно злого из-за ранней побудки воинства
полуобнаженных танцовщиц мог только сумасшедший. Ведь не рассчитывал же Ганеша, что
шедшие на штурм враги зача-руются красотой дам и грацией их движений и позабудут о
войне?! Как глупо было надеяться и на то, что танцующие женщины остановят атакующих
солдат...
- Или остановят? Хрен ведь этих индусов поймешь, - сам того не заметив, проговорил
вслух кинолог.
- И вообще, откуда они взялись? - растерянно спросил Попов.
Этот вопрос остался без ответа. Откуда за стенами появились танцовщицы, понять сейчас
было нельзя. Зато становилось ясно, что Ганеша гостей ждал. Видимо, оказался куда умнее, чем
о нем думали коллеги по пантеону. Получалось, что этот извращенец предвидел раннюю атаку
на свой дом и успел к ней приготовиться. А это означало, что впереди атакующих могут ждать
сюрпризы и посерьезнее. Сеня закрутил головой в поисках эльфа.
- Лориэль, предупреди командиров групп, чтобы были осторожнее, - приказал он.
Маленький самовлюбленный хам хотел огрызнуться, что не нанимался посыльным и
подчиняться каким-то сержантам российской милиции не собирается, но не успел.
- В атаку!!! - раздался истошный крик над равниной, и армия осаждающих в едином
порыве рванулась вперед.
- Твою мать! - выругался Рабинович. - Убью того, кто этот приказ отдал.
- Сеня, мне как-то с безоружными девками несподручно драться, - тронув Рабиновича
за плечо, растерянно проговорил омоновец. - Что делать-то будем?
- Этих уродов догонять, пока они бед не натворили, - рявкнул кинолог, указывая на
Кали и отряд дэвов, помчавшихся с истошными криками к стене.
- Вишну, следи, чтобы Ганеша не смылся. Дакша, поддай жару! - И слон с места
включил третью скорость.
Глава 5
Ломать - не строить. Строят пусть другие...
Михаил Горбачев
Услышав приказ к атаке, я поначалу ошалел. Конечно, и до этого момента я был не
слишком высокого мнения о моральных устоях, культурных традициях и уровне интеллекта
всего населения данного конгломерата параллельных миров, а теперь и вовсе перестал их за
людей считать. Даже согласился бы с тем, чтобы этот мир сгинул к кошачьей матери, раз тут
солдаты могут с оружием на танцующих женщин кидаться.
А тем все нипочем! На них орда уродов несется с истошными воплями, а они знай себе
танцуют так, будто выступают в театре и ничего, кроме цветов и аплодисментов, от публики не
ждут. Я, конечно, понимаю, что у них религия обещает обязательное возрождение после смерти
и обретение новой сущности, но в какой форме?! Я бы лучше совсем помереть предпочел, чем
стать каким-нибудь котом после смерти. Или блохой, что еще хуже! А этим индускам все
нипочем. Вот уж задурили им головы...
Дакша, конечно, спринтер неплохой, но до меня ему далеко. Не успел он и с места
двинуться, как я стрелой пролетел половину расстояния до умчавшихся вперед дэвов. А когда
наш одушевленный танк наконец набрал ход, я уже настиг задние ряды солдат Вишну.
Первого дэва я поймал зубами за шаровары и уронил на землю. Второго сбил с ног
мощным толчком в спину, а потом понял, что таким способом сумасшедших уродцев я не
остановлю. Пришлось применить последнее средство. Обогнав бегущий к стене отряд, я
остановился, принял боевую стойку и угрожающе зарычал. На дэвов это подействовало, а вот
на Кали - нет. Солдаты Вишну остановились, а паукообразная богиня продолжила нестись
дальше. Я растерянно замер, не зная, что и делать. Дэвов оставишь, они снова вперед помчатся,
а раздвоиться, чтобы удержать еще и Кали, я просто не мог.
- Молодчина, Мурзик! - похвалил меня Рабинович, пролетая мимо нас на слоне. -
Поп, да останови ты эту взбесившуюся бабу.
- Ка-а-али-и-и!!! - заорал Попов так, что дэвы попадали на колени, а у стены
обрушились верхние зубцы. - Не трогай их!
- Ах, не трогать? - на мгновение застыла четырехрукая богиня. - Значит, тебе эти
замарашки милее, чем я? Или, может быть, тут твоя любовница? Ну так смотри, что я с ними
сделаю!..
Бросив лук и вытащив непонятно откуда еще две сабли, Кали рванулась вперед. Я зло
зарычал, буквально наяву видя, как летят во все стороны отрубленные конечности, рекой льется
кровь и несутся над равниной вопли умирающих. В одну секунду я чуть не поседел от ужаса и
едва не сошел с ума от бессильного отчаяния и невозможности предотвратить жуткую бойню.
Честное слово, эта страшная картина будет преследовать меня до конца жизни. Хотя наяву ее я
так и не увидел!
Кали врубилась в строй танцовщиц, не перестававших выделывать свои "па" на траве.
Сабли в ее руках засверкали с невероятной скоростью, и каждый удар достигал своей цели. Вот
только жертвы, вместо того чтобы кричать от боли и истекать кровью, стали растворяться в
воздухе едва заметными облачками дыма. Я так и застыл с открытой пастью, совершенно
ничего не понимая.
Впрочем, не я один. Мои менты тоже просто ошалели, глядя на это невероятное зрелище.
Несколько секунд вокруг всей крепости шла скоротечная битва, превратившая в пар почти
девять десятых танцовщиц, а затем войска остановились. Причем те "индуски", что остались
целы, так и не перестали танцевать, а музыка по-прежнему звучала над равниной.
- Это что такое? - растерянно повернулся мой хозяин к Шиве.
- Фантомы, - довольно спокойно ответил тот. - Я так и знал, что столько баб даже
Ганеша к себе заманить не сможет. Он нас просто заманивал. По-моему, теперь лучше
отступить. Как бы сейчас что-нибудь серьезное не началось.
- Назад! - тут же завопил Рабинович, но его не слышали.
Пришлось Попову озвучить во всю глотку этот приказ, из-за чего часть стены впереди нас
уменьшилась в высоте наполовину.
Услышав Андрюшин вопль, союзные нам войска принялись нехотя пятиться, но не
сделали они и десяти шагов, как из-под земли вырвались языки пламени с двухэтажный дом
высотой! Они почти надвое рассекли наши ряды, и часть солдат с дикими криками исчезла в
стене огня. Мы невольно подались вперед. Я почувствовал, что что-то тут не так, но никак не
мог сообразить, что именно. А пока попытался ощупать окружающий мир всеми органами
чувств, Жомов разозлился.
- Ну, все! Сейчас я этому фокуснику устрою гастроли в цирке на Цветном бульваре, -
зарычал он, спрыгивая со спины слона, и бросился к пролому в стене.
Попов, схвативший Горыныча, изготовившегося к бою, и мой Рабинович мгновенно
последовали за ним. Лориэль с Ушинасу и я немного задержались, но, пока демон с эльфом
набирали скорость, я уже успел своих коллег догнать. До Кали, стоявшей около самой стены,
оставалось не больше десятка метров, как через ограду крепости стали перелезать жуткие
многорукие монстры почти трехметровой высоты.
- Кали, берегись! - завопил Андрей.
- Не волнуйся, мачо. Это тоже фантомы, - усмехнулась богиня. - Вот, смотри...
Спокойно повернувшись к чудовищам, Кали сделала шаг вперед и лениво ткнула саблей
одного из монстров. Я почувствовал их непередаваемую вонь и понял, что фантомами они
просто не могут быть. Я заорал, пытаясь предупредить богиню, но было поздно. Монстр легко
отбил направленный на него удар, затем опутал Кали своими руками и, подняв над собой, с
силой швырнул вперед. Четырехрукая богиня, даже не успев вскрикнуть от удивления, исчезла
в пламени позади нас.
- Не-ет!!! - заорал Попов и рванулся вперед так, что в одно мгновение обогнал Жомова.
От Андрюшиного крика первый же урод упал, да так и остался лежать. Двое, не попавшие
под прямой удар поповской звуковой волны, только зашатались. А наш герой криминалист, не
обращая внимания на превосходящие силы противника, принялся колотить монстров дубинкой
по всем частям тела, которые попадались ему на глаза. Ошалевшие от такого напора чудовища
попятились. А через секунду на помощь Андрею подоспели и мы.
Если честно, смотреть, чем занимаются мои сослуживцы, у меня просто не было времени.
Прямо передо мной возвышался сухопутный осьминог, в полтора раза превышавший рост и
объем Жомова. И эта махина пыталась обойти с фланга моего хозяина! Не колеблясь ни
секунды, я прыгнул вперед и мертвой хваткой сжал челюсти на одной из рук чудовища...
Фу-у! Ну и вонь! Да и вкус конечности этой твари запаху под стать. Словно вцепился
зубами в протухшее год назад мясо. Я едва не разжал челюсти от отвращения, но пересилил
себя. Мало ли что мне неприятно. Сене может быть еще неприятнее, если я не отвлеку
внимания этого монстра на себя. Сжимая зубы крепче, я уже ждал, что мне на спину
обрушиться град ударов, как это обычно бывает в подобных ситуациях во время задержания
преступников, но вместо этого чудовище заверещало удивительно тонким голоском:
- Ай-ай-ай! Больно же! Мы так не договаривались.
Ах ты, гад, думал, что мы от страха сознание потеряем при виде твоей туши? Хрен угадал!
Ты еще российских ментов плохо знаешь. Нас и не такими ужасами стращали, да никто еще не
смог заставить о долге своем позабыть... И в подтверждение этих моих слов я рванул голову
вбок, надеясь если и не оторвать у монстра кисть, то хоть травму нанести ощутимую.
- У-у-у! - заверещал уродец. - Да уберите вы от меня этого бешеного пса.
- Кали! Вишну! Да прекратите вы это безобразие, - потребовал новый голос, и я от
абсурдности этой просьбы даже челюсти разжал, чтобы увидеть на стене женскую фигуру,
говорившую мужским голосом. - Эти ваши вояки мне лучших массажистов изуродуют. Я
больше в ваши игрушки играть не собираюсь. Это уже не смешно.
Мы застыли, словно громом пораженные. Стена огня позади нас пропала, не оставив даже
выжженной полосы на траве, и я только теперь понял, что мне показалось неправильным - от
этого огня не было жара! Там, откуда еще недавно раздавались истошные вопли сгоравших
заживо солдат, теперь слышались смешки, и эти воины выглядели совершенно целыми и
невредимыми. Как и Кали, с улыбкой направлявшаяся к нам. Чего не скажешь о квартете
многоруких монстров. Эти громадные чудовища испуганно жались к стене, потирая
ушибленные места. А тот, которого я укусил, и вовсе плакал! Тьфу! Смотреть противно. Я
повернулся к нему спиной, презрительно забросал его землей и, оскалив зубы, чуть слышно
зарычал на Кали.
- Так, я не понял, блин! Это кто? - Омоновец ткнул дубинкой в сторону женщины с
мужским голосом, возвышавшейся на стене.
- А это и есть Ганеша, - ответил Вишну. - Только он еще не решил, кем сегодня будет.
Отсюда и такая странная двойственность образа.
- Не скажу, что мне приятно с вами познакомиться, - тут же заявил
бог-трансформер. - Кто вас просил мой лучший персо...
Договорить Ганеша не успел. Ваня Жомов с невероятной для такой массы ловкостью, не
раз поражавшей его противников, крутанулся вокруг своей оси, на ходу успев нагнуться и
подхватить с земли увесистый обломок стены. Так же; не останавливаясь, как заправский
дискобол, омоновец запустил кирпич в сторону Ганеши, и он с глухим звуком впечатался богу в
лоб, не дав досказать фразу. Ганеша только взмахнул руками и свалился со стены.
Не медля ни секунды, под взорами оторопевшего воинства Жомов метнулся в пролом.
Следом за ним рванулись я, Рабинович и Попов. Многорукие монстры шарахнулись от нас в
разные стороны, а мы даже внимания на них не обратили. Перемахнув через остатки стены, мы
бросились к неподвижному Ганеше. Жомов тут же начал выкручивать ему руки, а мой Сеня
достал из кармана флакон со слезой Рудры. Она не светилась!
- Твою мать! - рявкнул мой хозяин, оборачиваясь в сторону подходивших к нам
богов. - Или вы сейчас объясните, что все это значит, или кто-то пожалеет, что вообще
родился на свет.
Брахма выступил вперед и поспешил рассказать Сене, что вокруг происходит. Дело в том,
что никто из богов пантеона не верил в виновность Ганеши. Этот бог хоть и был ненормальным
с точки зрения большинства разумных существ, никогда ни в какие дела не вмешивался и
ничем, кроме удовлетворения своих плотских желаний, заниматься не желал. Даже небольшим
мирком своим управлять отказывался, и, чтобы в нем не началась анархия, подавая плохой
пример остальным, все боги по очереди следили за порядком во владениях Ганеши.
Брахма сказал, что пытался объяснить это Рабиновичу, но мой хозяин бездоказательных
утверждений слушать не желал. Когда после общего собрания Сеня немного успокоился и
вроде бы думать о Ганеше забыл, у Брахмы отлегло от сердца. И он жутко заволновался, когда
позже вечером мой хозяин приказал приготовить все для завтрашней атаки на жилище
экстравагантного бога. Творец понял, что Сеня от этой мысли не откажется. И если другие боги
не станут нам помогать, мы и сами разнесем жилище Ганеши по кирпичику и надаем тумаков
ему самому. И в этом Брахма не ошибся! Так бы мы и поступили.
Вот тогда, прямо посреди ночи, бог-творец собрал экстренное совещание самых
влиятельных членов пантеона и изложил им причину своего беспокойства. Зла Ганеше никто из
них не желал, и был придуман этот план. Для создания видимости серьезных намерений все
боги прихватили с собой небольшие отряды и инсценировали войну.
Танцовщиц у стен захотел видеть извращенец Ганеша, жаждущий массовых
садомазохистских сцен. Это ему дружными усилиями и обеспечили Шива, Вишну и
Вирупакша. Высоченную иллюзию стены огня создал Брахма, а остальные пытались изобразить
видимость боевых действий и страшных потерь. Ну а эпизод со своей гибелью придумала сама
Кали. С момента их ссоры во дворце Брахмы и до самого финала, когда Кали должна была
воскреснуть из-за самопожертвования Попова, а затем воскресить и его! Видите ли, эта
бракованная корова с перебором конечностей очень хотела увидеть, бросится ли Попов
рисковать собой ради того, чтобы отомстить за нее. Мнимую же смерть нашего эксперта
должны были обеспечить массажисты Ганеши, прекрасно знавшие, на какую точку нажать,
чтобы человек минут пять выглядел абсолютным трупом.
Ну а в целом индусские боги, отвлекая нас инсценированным сражением с многорукими
массажистами Ганеши, под шумок хотели пробраться за стену и сделать вид, будто
бог-извращенец арестован и готов к суду. Флакон Рудры, конечно, ничего бы не показал,
Ганешу отпустили бы, и мы стали бы заниматься поисками истинного виновника
приближающейся гибели мира. Да все испортил сам хозяин этого дворца.
Ганеша, не удовлетворенный инсценировкой массового побоища, решил получить на
десерт сцену битвы чужеземцев с огромными чудовищами. Он не стал ждать в том месте, где
его должны были захватить и тем самым остановить битву, а пошел к пролому в стене, Затем,
по словам Брахмы, то ли его массажисты оказались слишком изнеженными, то ли у нас было
больше сил, чем боги могли предположить, но многоруким уродам здорово досталось, и они
отказались продолжать игру. Да и сам Ганеша не мог за них не заступиться, чем окончательно
испортил все представление.
- Как видите, мы вас обидеть не хотели, - закончил свой рассказ Брахма. - Просто
старались избежать возможных жертв и разрушений, которые бы могли только ускорить гибель
нашей вселенной. Но мы должны отдать вам должное. Вы своей храбростью превзошли все
наши представления о людях. Вы - действительно герои!
Тут же над дворцом Ганеши раздались истошные вопли "ура", "слава" и тому подобное.
Ни меня, ни моих коллег эти крики не впечатлили. С начала рассказа Брахмы мои менты
выглядели раздраженно-удивленными, зат
...Закладка в соц.сетях
