Жанр: Фантастика
Ночной дозор. Дневной дозор. Сумеречный дозор.
...Илья, я - мы рванулись наружу. Но Семен нас уже опередил.
Одной рукой он подхватил девочку, другой - провел в воздухе черту. Я
решил, что он воспользуется отпугивающей магией, или уйдет в сумрак, или
спалит собак в пепел. Обычно "на рефлекс" подвешивают самые простые
заклинания.
А Семен провел "фриз", темпоральную заморозку. Двух собак она настигла в
воздухе: окутанные синим сиянием тела повисли над землей, вытянув вперед
узкие оскаленные морды. Сорвавшиеся капли слюны сверкающим голубым градом
падали с клыков,
Те три пса, которых заморозило на земле, выглядели менее эффектно.
Тигренок уже подбежала к нам. Лицо у нее побелело, глаза расширились.
Секунду она смотрела на Юлю: девочка продолжала визжать, но уже затихая,
по инерции.
- Все целы? - наконец произнесла она.
- Твою налево, - пробормотал Илья, опуская магический жезл. - Ты что за
зверей разводишь?
- Они бы ничего не сделали! - виновато сказала Тигренок.
- Да? - Семен вынул из-под мышки Юлю, поставил на землю. Задумчиво
провел пальцем по оскаленному клыку зависшего в воздухе пса. Упругая плен
ка заморозки пружинила под его рукой.
- Клянусь! - Тигренок прижала руку к груди. - Ребята, Света, Юленька,
простите. Я не успела их остановить. Псы натренированы сбивать и
удерживать незнакомых.
- Даже Иных?
- Да.
- Даже Светлых? - в голосе Семена появилось непритворное восхищение.
Тигренок потупилась и кивнула.
Юля подошла к ней, прижалась и сказала, довольно спокойно:
- А я не испугалась. Растерялась только.
- Хорошо, что и я растерялся, - мрачно заметил Илья, пряча оружие. -
Жареная собачатина - слишком экзотическое блюдо. Тигра, но ведь меня-то
твои псы знают!
- Тебя они и не тронули бы.
Напряжение спадало медленно. Разумеется, ничего страшного не произошло
бы, лечить друг друга мы умеем, но пикник накрылся бы медным тазом.
- Простите, - еще раз сказала Тигренок. Обвела нас умоляющим взглядом.
- Слушай, зачем тебе это? - Света взглядом указала на псов. - Ну объясни
ты мне, зачем? Твоих способностей хватит отбиться от взвода зеленых
беретов, зачем эти ротвейлеры?
- Это не ротвейлеры, это стаффордширские терьеры.
- Какая разница!
- Они однажды грабителя поймали. Я же здесь бываю дня два в неделю,
каждый раз из города не наездишься.
Объяснение было не слишком убедительным. Простое отпугивающее заклинание
- и никто из людей сюда близко бы не подошел. Но сказать об этом никто не
успел - Тигренок обезоружила нас:
- Характер такой.
- А долго собаки провисят? - по-прежнему прильнув к ней, спросила Юля. -
Я хочу с ними подружиться. Иначе у меня останется скрытый психологический
комплекс, который неизбежно отразится на характере и сексуальных
предпочтениях.
Семен фыркнул. Своей репликой, интересно лишь, насколько
непосредственной, а насколько расчетливой, Юля погасила конфликт.
- К вечеру оживут. Хозяйка, в дом позовешь? Оставив псов висеть-стоять
вокруг машины, мы двинулись к дому.
- Тигренок, а у тебя здорово! - сказала Юля. Она уже напрочь
игнорировала нас, приклеившись к девушке. Похоже, волшебница была ее
кумиром, которой прощалось все, даже чересчур бдительные псы.
Интересно, вот почему фетишем всегда становятся недоступные способности?
Юля - великолепная волшебница-аналитик, способная раскручивать нити
реальностей, находить скрытые магические причины казалось бы обыденных со
бытий. Она умница, ее в отделе обожают, и не только как маленькую девочку,
но и как боевого товарища, ценную, порой незаменимую сотрудницу. Но кумир
ее - Тигренок, волшебница-оборотень, боевой маг. Нет бы ей подражать
доброй старушке Полине Васильевне, подрабатывающей в аналитическом на поло
вину ставки, или влюбиться в начальника отдела, импозантного пожилого
ловеласа Эдика.
Нет, кумиром стала Тигренок.
Я начал что-то насвистывать, идя в хвосте процессии. Поймал взгляд
Светланы, легонько качнул головой. Все нормально. Впереди целые сутки
ничегонеделанья. Никаких Темных и Светлых, никаких интриг, никакого
противостояния. Купаться в озере, загорать, есть шашлыки, запивая их
красным вином. Вечером - в баню В таком особняке баня должна быть неплохой
Потом с Семеном взять бутылку-другую водки, банку соленых грибов,
забраться куда-нибудь подальше от остальной точны и напиться до
умопомрачения, глядя на звезды и ведя философские разговоры на возвышенные
темы.
Здорово.
Хочу побыть человеком. Хотя бы сутки.
Семен остановился и кивнул мне.
- Возьмем две бутылки. Или три. Еще кто-нибудь подойдет.
Удивляться не стоило. Возмущаться - тем более. Мои мысли он не читал,
просто его жизненный опыт был куда больше.
- Договорились, - кивнул я Светлана вновь подозрительно покосилась на
меня, но промолчала.
Тебе проще, - добавил Семен - Мне очень редко удается стать человеком.
- А это надо? - спросила Тигренок, уже останавливаясь у двери
Семен пожал плечами.
- Нет, конечно. Но хочется. И мы вошли в особняк.
Двадцать гостей, пожалуй, было многовато даже для этого дома. Будь мы
людьми - другое дело. А так от нас слишком много шума. Попробуйте собрать
вместе два десятка детей, перед этим несколько месяцев прилежно учившихся,
дайте им в руки полный ассортимент магазина игрушек, разрешите делать все
что угодно и понаблюдайте за результатом.
Пожалуй, лишь мы со Светой оставались чуть в стороне от этих шумных
забав Прихватили с фуршетного столика по бокалу вина и уселись на кожаном
диванчике в углу гостиной.
Семен с Ильеи все-таки схлестнулись и магическом поединке Очень
культурном, мирном и для окружающих, поначалу, приятом Видимо, в машине
Семен задел самолюбие друга теперь они по очереди меняли в гостиной
климат. Мы уже ощутили и зиму в подмосковном лесу, и осенний туман, и лето
в Испании. На дожди и ливни Тигренок решительно наложила запрет, но
вызывать буйство стихии маги и не собирались. Они, видимо, ввели какие-то
внутренние ограничения на изменение климата и соревновались не столько в
редкости запечатленного природного мига, сколько в его адекватности
минуте.
Гарик, Фарид и Данила играли в карты. В самые обычные, без затеи, вот
только воздух над столом искрился от магии. Они использовали все доступные
способы магического шулерства и защиты от него. Тут уже было не важно,
какие карты выпали на руки и что в прикупе.
У открытых дверей стоял Игнат, окруженный девчонками из научного отдела,
к которым прибились и наши горе-программистки Очевидно, наш сексофил
ухитрился потерпеть поражение на любовном фронте и теперь зализывал раны в
узком кругу.
- Антон, вполголоса спросила Света, - как ты полагаешь, все это - понастоящему?
- Что именно?
- Веселье! Ты же помнишь, что сказал Семен?
Я пожал плечами
- Когда нам будет по сто лет, вернемся к этому вопросу? Мне - хорошо.
Просто хорошо. Что никуда не надо бежать, ничего не надо рассчитывать, что
Дозоры высунули языки и прилегли в тенечек.
- Мне тоже хорошо, - согласилась Светлана - Но ведь нас здесь только
четверо таких, молодых или почти молодых - Юля, Тигренок, ты, я. Что с
нами будет через сто лет? Через триста?
- Увидим.
- Антон, ты пойми, - Света легонько коснулась моей руки - Я очень
горжусь тем, что вошла в Дозор. Я счастлива, что моя мама снова здорова. Я
живу теперь лучше, тут даже спорить смешно. Я даже могу понять, почему шеф
подверг тебя тому испытанию.
- Не надо, Света. - я взял ее за руку - Даже я его понял, а мне пришлось
тяжелее. Не надо об этом.
- Да я и не собираюсь. - Света глотнула вина, отставила пустой бокал -
Антон, я вот о чем - я не вижу радости.
- Где? - наверное, иногда я бываю потрясающим тугодумом.
- Здесь. В Ночном Дозоре. В нашей дружной компании. Ведь каждый день у
нас - это какая-то битва. То большая, то маленькая. Со спятившим
оборотнем, с Темным магом, со всеми силами Тьмы разом. Напряжение сил,
выпяченные подбородки, выпученные глаза, готовность прыгнуть грудью на
амбразуру или голой жопой на ежа.
Я фыркнул от смеха.
- Света, но что же здесь плохого?! Да, мы солдаты. Все до единого, от
Юли до Гесера. На воине не очень-то весело, конечно Но если мы отступим...
- Что тогда? - вопросом ответила Света - Придет Апокалипсис? Тысячи лет
силы Добра и Зла воевали. Рвали друг другу глотки, стравливали человечес
кие армии, все - ради высших целей Но скажи, Антон, разве поди за это
время не стали лучше?
- Стали.
- А со времен, когда началась работа Дозоров? Антон, милый, ты мне
столько всего говорил, да и не ты один, что главный бой ведется за души
людей, что мы предотвращаем массовые побоища. Ну, предотвращаем. Люди сами
убивают друг друга. Куда больше, чем двести лез назад.
- Ты хочешь сказать что наша работа - во вред?
- Нет. - Света устало покачала головой - Не хочу. Нет у меня такого
самомнения. Я одно хочу сказать: может быть, мы и впрямь - Свет. Вот
только... Знаешь, в городе появились в продаже фальшивые елочные игрушки.
С виду они как настоящие, но радости от них никакой.
Короткий анекдот она произнесла совершенно серьезно и не меняя тона.
Заглянула мне в глаза. Понимаешь?
- Понимаю.
- Да, наверное, Темные стали приносить меньше Зла, - сказала Светлана. -
Эти наши взаимные уступки, доброе дело за злое дело, лицензии на убийство
и исцеление можно оправдать, верю Темные приносят меньше Зла, чем раньше,
мы не несем Зла по определению. А люди?
- При чем здесь люди?
- Да все при том же! Мы их защищаем. Самозабвенно и неустанно Вот только
почему им не становится лучше? Они ведь сами делают работу Тьмы. Почему?
Может быть, мы что-то утратили, Антон? Ту веру, с которой Светлые маги
посылали на смерть армии, но и сами шли в первых рядах? Умение не только
защищать, но и радовать? Чего стоят крепкие стены, если эго стены тюрьмы?
Люди забыли о настоящей магии, люди не верят в Тьму, но ведь они не верят
и в Свет! Антон, мы солдаты. Да! Но армию любят, лишь если идет война.
- Она идет.
- Кто об этом знает?
- Мы не совсем солдаты, наверное, - сказал я. Отступать со своей же
насиженной позиции всегда неприятно, но выхода не было. - Скорее гусары.
Трам-пам-пам.
- Гусары умели улыбаться. А мы - почти уже нет.
- Тогда скажи, что надо делать, - я вдруг понял, что обещавший стать
прекрасным день стремительно катится под откос, в темный и вонючий овраг,
заваленный старым мусором. - Скажи! Ты великая волшебница, или скоро ею
станешь. Генерал нашей войны. А я простой лейтенант. Отдай мне приказ, и
пусть он будет верен. Скажи, что делать?
Я только теперь заметил, что в гостиной наступила тишина, что слушают
лишь нас. Но было уже все равно.
- Скажешь - выйти на улицу, убивать Темных? Я пойду. Я плохо умею это
делать, но я буду очень, очень стараться! Скажешь - улыбаться и дарить
людям Добро? Я пойду. Только кто ответит за Зло, которому я открою дорогу?
Добро и Зло, Свет и Тьма, да, мы твердим эти слова, стирая их смысл,
вывешиваем, как флаги, и оставляем гнить на ветру и дожде. Тогда дай нам
новое слово! Дай нам новые флаги! Скажи - куда идти и что делать!
У нее задрожали губы. Я осекся, но было уже поздно. Светлана плакала,
закрыв лицо руками. Да что же я делаю?
Или и впрямь - мы разучились улыбаться даже друг другу?
Пусть я сто раз прав, но...
Что стоит моя правда, если я готов защищать весь мир, но не тех, кто
рядом? Смиряю ненависть, но не дозволяю любовь?
Я вскочил, обнял Светлану за плечи, поволок из гостиной. Маги стояли,
отводя глаза. Может быть, они видели такие сцены не раз. Может быть, они
все понимали.
- Антон. - Тигренок возникла рядом абсолютно беззвучно, подтолкнула,
отворила какую-то дверь. Посмотрела на меня со смесью укоризны и
неожиданного понимания. И оставила нас вдвоем.
Минуту мы стояли неподвижно, Светлана тихо плакала, зарываясь мне в
плечо, а я ждал. Поздно теперь говорить. Уже все ляпнул, что только мог.
- Я попробую.
Вот этого я не ожидал. Чего угодно: обиды, ответного выпада, жалобы,
только не этого.
Светлана отняла ладони от мокрого лица. Встряхнула головой, улыбнулась.
- Ты прав, Антошка. Совершенно прав. Я пока только жалуюсь и протестую.
Ною, как ребенок, ничего не понимаю. А меня тычут носом в манную кашу, раз
решают потрогать огонь и ждут, ждут, пока я повзрослею. Значит, это надо.
Я попробую, я дам новые флаги.
- Света...
- Ты прав, - отрезала она. - Но и я чуть-чуть права. Только не в том,
что распустилась перед ребятами, конечно. Они как умеют, так и веселятся.
Как умеют, так и сражаются. У нас сегодня выходной, и нельзя его портить
.ab +l-k,. Договорились?
И я снова почувствовал стену. Невидимую стену, которая всегда будет
стоять между мной и Гесером, между мной и чинами из высшего руководства.
Ту стену, что время возводит между нами. Сегодня я своими руками уложил
в ней несколько рядов холодных хрустальных кирпичей.
- Прости меня. Света, - прошептал я. - Прости.
- Забудем, - очень твердо сказала она. - Давай забудем. Пока еще можем
забывать. Мы наконец-то огляделись.
- Кабинет? - предположила Света.
Книжные шкафы из мореного дуба. тома под темным стеклом. Здоровенный
письменный стол, на нем компьютер.
- Да.
- Тигренок ведь живет одна?
- Не знаю. - Я покачал головой. - У нас не принято расспрашивать.
- Похоже, что одна. Во всяком случае, сейчас. - Светлана достала
платочек, стала осторожно промакивать слезы. - Хороший у нее дом. Пойдем,
всем ведь не по себе.
Я покачал головой:
- Да они наверняка почувствовали, что мы не ругаемся.
- Нет, не могли. Тут барьеры между всеми комнатами, не прощупать.
Посмотрев сквозь сумрак, и я заметил скрытое в стенах мерцание.
- Теперь вижу. Ты с каждым днем становишься сильнее.
Светлана улыбнулась, чуть напряженно, но с гордостью. Сказала:
- Странно. Зачем строить барьеры, если живешь один?
- А зачем их ставить, когда ты не один? - спросил я. Вполголоса, чтобы
не требовалось ответа. И Светлана не стала отвечать.
Мы вышли из кабинета обратно в гостиную.
Обстановка была не совсем кладбищенская, но близкая к тому.
То ли Семен, то ли Илья постарались - в комнате царила пахнущая болотом
сырость. Игнат, стоя в обнимку с Леной, тоскливо взирал на окружающих. Он
предпочитал веселье, во всех его проявлениях, любые ссоры и напряги были
ему как ножом по сердцу. Картежники молча смотрели на одну единственную
карту, лежащую на столе, под их взглядами та дергалась, извивалась, меняла
масть и достоинство. Надувшаяся Юля о чем-то тихо расспрашивала Ольгу.
- Нальете выпить? - спросила Света, держа меня за руку. - Не знаете, что
для истеричек лучшее лекарство - пятьдесят граммов коньяка?
Тигренок, с несчастным видом стоявшая у окна, торопливо пошла к бару.
Она что, нашу ссору на свой счет записала?
Мы со Светой взяли по рюмке коньяка, демонстративно чокнулись и
поцеловались. Я поймал взгляд Ольги: не обрадованный, не опечаленный, а
заинтересованный. И чуть-чуть ревнивый. Причем ревность эта никак не
связана была с поцелуем.
Мне вдруг стало нехорошо.
Как будто я вышел из лабиринта, где брел долгие дни и месяцы. Вышел,
чтобы увидеть вход в следующие катакомбы.
ГЛАВА 2
Я смог поговорить с Ольгой наедине лишь через два часа. Веселье, каким
бы натужным оно ни казалось Светлане, уже переместилось по двор. Семен
хозяйничал у мангала, выдавая желающим шашлыки,- которые готовились со
скоростью, однозначно намекающей на использование магии. Рядом, в тенечке,
стояли два ящика сухого вина.
Ольга о чем-то дружелюбно болтала с Ильей, у обоих в руках было по
шампуру шашлыка и по стакану с вином. Идиллию прерывать было жалко, но...
- Оля, надо поговорить, - сказал я, подходя к ним. Светлана была
полностью увлечена спором с Тигренком - девушки с жаром обсуждали
традиционный новогодний карнавал Дозора, перескочив на него с жаркой
погоды по какой-то прихотливой женской логике. Самый подходящий момент.
- Извини, Илья. - Волшебница развела руками. - Мы еще обсудим, хорошо?
Мне очень интересен твой взгляд на причины развала Союза. Хоть ты и не
прав.
Маг торжествующе улыбнулся и отошел.
- Спрашивай, Антон, - тем же тоном предложила Ольга.
- Знаешь, о чем спрошу?
- Догадываюсь.
Я оглянулся. Рядом никого не было. Еще длился тот недолгий миг дачного
пикника, когда хочется есть, хочется пить, и нет тяжести ни в желудке, ни
в голове.
- Что ждет Светлану?
- Будущее читать трудно. А будущее великих магов и волшебниц...
- Не виляй, партнерша, - я заглянул ей в глаза. - Не надо. Ведь мы всетаки
были вместе? Работали в паре? Еще когда ты была наказана и лишена
всего, даже этого тела. И наказана справедливо.
У Ольги от лица отхлынула кровь.
- Что ты знаешь о моей вине?
- Все.
- Откуда?
- Я же все-таки работаю с данными.
- У тебя не хватит допуска. Случившееся со мной никогда не заносилось в
электронные архивы.
- Косвенные данные, Оля. Ты видела круги на воде? Камень может давно
лежать на дне, зарасти илом, а круги еще будут идти. Подтачивать откосы,
выносить на берег мусор и пену, переворачивать лодки, если камень был
большой. А он был очень большой. Считай, что я долго стоял на откосе, Оля.
Стоял и смотрел на волны, которые точат берег.
- Ты блефуешь.
- Нет. Ольга, что дальше будет со Светой? Какой этап обучения?
Волшебница смотрела на меня, забыв об остывшем шашлыке и полупустом
стакане. И я нанес еще один удар:
- Ты ведь прошла этот этап?
- Да, - кажется, она перестала играть в молчанку - Прошла. Но меня
готовили более медленно.
- А зачем такая спешка со Светой?
- Никто не предполагал, что в этом столетии родится еще одна Великая
Волшебница. Гесеру пришлось импровизировать, перестраиваться на ходу.
- Тебе потому и вернули прежний облик? Нетолько из-за хорошей работы?
- Ты ведь сам все понимаешь! - глаза Ольги не хорошо блеснули. - Зачем
пытаешь меня?
- Ты контролируешь ее подготовку? Исходя из своего опыта?
- Да. Удовлетворен?
- Ольга, мы же по одну сторону баррикад, - прошептал я.
- Тогда не толкай соратников локтями!
- Ольга, какова цель? Что не смогла сделать ты? Что должна сделать
Света?
- Ты, - она действительно растерялась, - Антон, так ты блефовал!
Я молчал.
- Ты ничего не знаешь! Круги по воде, ты не знаешь, куда смотреть, чтобы
их увидеть!
- Допустим. Но ведь главное я угадал?
Ольга глядела на меня, покусывая губы. Потом покачала головой:
- Угадал. Прямой вопрос, прямой ответ. Но объяснять я ничего не стану.
Ты не должен знать. Это тебя не касается.
- Ошибаешься.
- Никто из нас не желает Свете зла, - резко сказала Ольга. - Ясно?
-Мы и не умеем желать зла. Вот только наше Добро порой ничуть не
отличается от Зла.
- Антон, закончим разговор. Я не имею права тебе отвечать. И не надо
портить другим этот нечаянный отдых.
- Насколько он нечаянный? - вкрадчиво спросил я. - Оля?
Она уже собралась, и ее лицо осталось непроницаемым. Слишком
непроницаемым для такого вопроса.
- Ты и так узнал слишком много, - голос ее поднялся, обретая былую
властность.
- Оля, нас никогда не отправляли в отпуск всех разом. Даже на сутки.
Зачем Гесер выгнал Светлых из города?
- Не всех.
- Полина Васильевна и Андрей не в счет. Ты прекрасно знаешь, они
кабинетные работники. Москва осталась без единого дозорного!
- Темные тоже притихли.
- Ну и что?
- Антон, хватит.
Я понял, что больше из нее не выдавить ни слова. Кивнул:
- Хорошо, Оля. Полгода назад мы оказались на равных, пусть случайно.
Сейчас, видимо, нет. Извини, Не мои проблемы, не моя компетенция,
Ольга кивнула. Это было так неожиданно, что я не поверил своим глазам.
- Ну, наконец ты понял.
Она издевается? Или и впрямь поверила, что я решил ни во что не
вмешиваться?
- Я вообще очень смышленый, - сказал я. Посмотрел на Светлану: та о чемто
весело болтала с Тол и ком.
- Не сердишься на меня? - спросила Ольга.
Коснувшись ее ладони, я улыбнулся и пошел в дом. Хотелось что-то делать.
Так сильно, будто я был джином, выпущенным из бутылки после тысячелетнего
заточения. Все что угодно: возводить дворцы, разрушать города,
программировать на Бейсике или вышивать крестиком.
Дверь я распахнул, не касаясь ее: толкнул через сумрак. Не знаю, зачем.
Со мной редко такое бывает, иногда если очень много выпью, иногда если
сильно разозлюсь.
Первая причина сейчас никак не подходила.
В гостиной никого не было. И впрямь, зачем сидеть в помещении, когда по
дворе - горячий шашлык, холодное вино и вполне достаточное количество
шезлонгов под деревьями.
Я плюхнулся в кресло. Отыскал на столике свою - или Светы - рюмку,
наполнил коньяком. Выпил залпом, будто не пятнадцатилетний "Праздничный"
был налит, а дешевая водка. Наполнил снова.
В этот момент и вошла Тигренок.
- Не возражаешь? - спросил я.
- Нет, конечно. - Волшебница присела рядом. - Антон, ты расстроился?
- Не обращай внимания.
- Вы поругались со Светой?
Я покачал головой:
- Дело не в этом.
- Антон, я что-то не так сделала? Ребятам не нравится?
Я уставился на нее с неподдельным удивлением.
- Тигренок, брось! Все прекрасно. Всем нравится,
- А тебе?
Никогда раньше я не замечал за волшебницей-оборотнем таких колебаний.
Понравилось - не понравилось, всем ведь угодить невозможно.
- Светлану продолжают готовить, - сказал я.
- К чему? - Девушка слегка нахмурилась.
- Не знаю. К чему-то, что не смогла сделать Ольга. К чему-то очень
опасному и очень важному одновременно.
- Это хорошо. - Она потянулась за бокалом. Налила себе сама, пригубила
коньяк.
- Хорошо?
- Ну, да. Что готовят, направляют, - Тигренок поискала что-то взглядом,
потом, нахмурившись, посмотрела на музыкальный центр у стены. - Вечно кудато
ленивчик пропадает.
Центр ожил, засветился. Заиграл "Queen" - "Kind of Magic". Я оценил
непринужденность жеста. Управлять электронными схемами на расстоянии - это
не дырки в стене взглядом сверлить и не комаров файерболами разгонять.
- Сколько ты готовилась к работе в Дозоре? - спросил я.
- Лет с семи. В шестнадцать уже участвовала в операциях.
- Девять лет! А тебе ведь проще, твоя магия - природная. Из Светланы
собираются слепить великую волшебницу за полгода-год!
- Тяжело, - согласилась девушка. - Ты думаешь, шеф не прав?
Я пожал плечами. Говорить, что шеф не прав, так же глупо, как отрицать
восход солнца на востоке. Он сотни, да что там сотни - тысячи лет учился
не делать ошибок. Гесер может поступать жестко или даже жестоко. Может
провоцировать Темных и подставлять Светлых. Он все может. Только не
ошибаться.
- Мне кажется, он переоценивает Свету.
- Брось! Шеф просчитывает.
- Все. Я знаю. Он очень хорошо играет в старую игру.
- И Свете он желает добра, - упрямо добавила волшебница. - Понимаешь?
Может быть, по-своему. Ты поступил бы иначе, и я, и Семен, и Ольга. Любой
из нас делал бы по-другому. Но он руководит Дозором. И имеет на это полное
право.
- Ему виднее? - ехидно спросил я.
- Да.
- А как же свобода? - Я вновь наполнил рюмку. Кажется, она уже была
лишней, в голове начинало шуметь. - Свобода?
- Ты говоришь, как Темные, - фыркнула девушка.
- Я предпочитаю думать, что это они говорят, как я.
- Да все очень просто, Антон. - Тигренок наклонилась ко мне, заглянула в
глаза. От нее пахло коньяком и чем-то легким, цветочным, вряд ли духами:
оборотни не любят парфюмерию. - Ты ее любишь.
- Люблю. Для кого это новость.
- Ты знаешь, что скоро ее уровень силы превысит твой.
- Если уже не превысил. - Я не стал об этом говорить, но вспомнил, как
легко Света почувствовала магические экраны в стенах.
- Превысит по-настоящему. Вы станете несоизмеримы по силе. Ее проблемы
станут тебе непонятными и даже чуждыми. Оставаясь с ней рядом, ты будешь
чувствовать себя неуклюжим довеском, жиголо, начнешь цепляться за прошлое.
- Да. - Я кивнул и с удивлением обнаружил, что рюмка уже пуста. Наполнил
ее под пристальным взглядом хозяйки. - Значит - не останусь. Это мне не
нужно.
- А иного не дано.
Не подозревал, что она умеет быть такой жесткой.
И того, что будет нервно переживать, всем ли по вкусу угощение и
обстановка, не ожидал, и этой злой правды - тоже.
- Знаю.
- Раз знаешь, то, Антон, ты возмущаешься, что шеф так усиленно тащит
Свету вверх по одной-единственной причине.
- Мое время уходит, - сказал я, - Песком сквозь пальцы, дождем с неба.
- Твое время? Ваше, Антон.
- Оно не было нашим, никогда.
- Почему?
А собственно говоря, почему? Я пожал плечами.
- Знаешь, некоторые звери не размножаются в неволе.
- Опять! - возмутилась девушка. - Ну какая неволя? Ты должен радоваться
за пес. Светлана станет гордостью Светлых. Ты первый ее обнаружил, именно
ты смог ее спасти.
- Для чего? Для очередной битвы с Тьмой? Ненужной битвы?
- Антон, все-таки ты сам сейчас говоришь, как Темный. Ты ведь ее любишь!
Так не требуй и не жди ничего взамен! Это путь Света!
- Там, где начинается любовь, кончаются Свет и Тьма.
От возмущения девушка замолчала. Грустно покачала головой. Неохотно
сказала:
- Ты можешь по крайней мере пообещать...
- Смотря что.
- Быть благоразумным. Довериться старшим товарищам.
- Обещаю наполовину.
Тигренок вздохнула. Неохотно произнесла:
- Слушай, Антон, ты, наверное, думаешь, что я тебя совсем-совсем не
понимаю. Это не так. Я ведь тоже не хотела быть магом-оборотнем. У меня
были способности к целительству, довольно серьезные.
- Правда
...Поділитися у соцмережах
