Жанр: Фантастика
Мир цирка 1-3.
...у привыкнуть.
Бостонский Франт улыбнулся, показав два золотых зуба, явно выделявшихся в его
безупречном наборе.
- Человек моей профессии не может позволить себе обижаться, мистер О'Хара. - Он
вынул из рукава небольшой кружевной платочек, чихнул в него и спрятал обратно. -
Давайте еще раз уточним условия соглашения. Итак, я плачу вам двадцать два миллиона
кредитов. В обмен на это мои ребята становятся к кассам, заправляют играми, и мы
оставляем себе все, что получим. Кроме того, я сам определяю города для представлений
и держу моих ребят отдельно от вашего шоу.
- Это то, что касается первой планеты. Если мы оба удовлетворены итогами первой
трети сезона, ты имеешь право повторить свое предложение. - Хозяин кивнул мне. - И я
хочу обсудить с тобой одну вещь.
Бостонский Франт посмотрел на меня и улыбнулся.
- Ну, это не условие. Я буду польщен.
Хозяин кивнул:
- Хорошо.
Бостонский Франт повернулся к Крысе, потом снова взглянул на О'Хару.
- Я знаю, что, где бы вы ни развернулись, сборы будут хорошие, но все же любопытно
узнать, куда мы направляемся.
О'Хара посмотрел на Крысу:
- Прочти ему данные по Чайтью.
Крыса достал из кармана блокнот, открыл его и улыбнулся.
- Да, мистер Джон. Население сосредоточено в городах, где развиты производство и
торговля. На планете не выступал еще ни один цирк, хотя есть кое-какие развлечения.
Валовой продукт Чайтью за 2143 год составил девяносто один квадриллион кредитов. В
первом квартале этого года отмечен прирост на шестнадцать процентов...
Бостонский Франт поднял руку:
- Достаточно. - Он встал, наклонился над столом и пожал О'Харе руку. - Мои люди и
деньги будут здесь через десять часов. - Он повернулся ко мне. - Пойдемте, Бородавка.
Держитесь за меня покрепче. Станьте моей второй кожей.
Я оглянулся на О'Хару.
- Мистер Джон?
Хозяин кивнул:
- Бостонский Франт и его люди - это отвратительная, но исторически ценная часть
цирка. Я договорился, что ты будешь сопровождать его, пока он с нами, а он пообещал до
смерти заговорить тебя рассказами о своих делишках.
Дверь открылась. Бостонский Франт поклонился и сделал жест рукой:
- После вас, Бородавка.
Я поднялся, пожал плечами и вышел за дверь.
22
7 июня 2144 г.
То, что цирк превратился в какое-то прикрытие шулеров, огорчило меня не меньше,
чем всю остальную труппу. Тем не менее странный мир "счастливчиков" скоро захватил
меня. Мы с Бостонским Франтом спустились на планету и облетели несколько городов, в
каждом из которых Франт набирал одного-двух сотрудников.
- Умелец всегда может заработать себе на жизнь, Бородавка, но чтобы сделать понастоящему
большие деньги, надо подвязаться к какому-нибудь шоу. Цирк - естественная
среда обитания простофиль; следовательно, именно там их должен наблюдать и изучать
подлинный ученый.
- Ученый?
Бостонский Франт усмехнулся, блеснув двумя золотыми зубами:
- Мы не игроки, мой бугорчатый друг. Игроки рискуют.
Он показал на одного из пассажиров шаттла, чересчур толстого парня в коричневом
костюме. Тот сидел в кресле, ссутулясь и надвинув на глаза соломенную шляпу.
- Это Джек-Джек, один из наших наиболее выдающихся ученых. У него есть игра "Три
Карты Монте"...
- Он шулер!
Бостонский Франт пожал плечами:
- Ну, это одно из самых косных утверждений, какие я когда-либо слышал. Джек-Джек
не только ученый, но и артист.
Я потер подбородок и кивнул. Мне уже рассказывали об игре под названием "Три
Карты Монте", ничего сложного в ней вроде бы не было. Карты кладутся на плоскую
поверхность. "Простак" поднимает одну карту, смотрит ее, потом кладет рядом с двумя
другими. Шулер передвигает карты, останавливается и приглашает клиента перевернуть
свою. Я улыбнулся, потому что у пендианцев очень цепкий глаз, а я к тому же еще и
гордился своей способностью фиксировать малейшее движение руки. Повернувшись к
Бостонскому Франту, я сказал:
- Хотелось бы увидеть вашу так называемую науку.
Франт согласно кивнул, мы оба поднялись и подошли к мирно дремавшему в кресле
Джек-Джеку. Сели. Франт расположился у окна, а я непосредственно напротив этого
жирного карточного виртуоза. Мой спутник наклонился и произнес:
- Джек-Джек, я привел к тебе искателя мудрости.
Правая рука шулера ожила, поднялась и одним пальцем сдвинула шляпу на затылок.
Маленькие, невыразительные глаза посмотрели на меня.
- Так ты, приятель, пришел учиться, а?
Я фыркнул и поднял брови:
- Хочу посмотреть твою игру. Ничего трудного в "Трех Картах Монте", по-моему, нет.
Сохраняя бесстрастное выражение лица, Джек-Джек опустил руку в карман.
- А-а... Драгоценнейший урок витает над твоей кочковатой головой, и когда этот урок
опустится тебе на плечи, ты поймешь науку.
Бостонский Франт опустил откидной столик.
- Джек-Джек, я условился с Хозяином, что мы не "стрижем" членов труппы.
Джек-Джек пожал плечами.
- Под научные исследования надо выделять фонды, Бостонский Франт. Если этот
приятель... как его зовут?
- Бородавка Тхо, он с Пендии. Ведет маршрутный журнал, и мистер Джон хочет, чтобы
он написал немного и о нас.
Шулер кивнул и извлек из кармана запечатанную колоду карт.
- Пендианец?
- Верно.
- У пендианцев острые глаза, так ведь?
Я улыбнулся, заметив, что за фасадом уверенности что-то дрогнуло.
- Очень острые.
Джек-Джек распечатал колоду и достал карты. Потом разложил их на столе, лицом
вверх и вытащил двух валетов. Посмотрел на меня:
- У тебя есть любимая карта?
Я пожал плечами, подался вперед и ткнул пальцем в червового туза:
- Эта.
Джек-Джек собрал остальные карты и убрал их в коробку, которую затем опустил в
карман. Положив три выбранные карты лицом вверх, он повернулся к Бостонскому
Франту.
- Как я уже говорил, на научные исследования нужно выделять фонды. У меня есть
определенные расходы на оборудование. Да ты видел, сколько стоят теперь карты? Этот
парень научится кое-чему, что ему всегда пригодится, а образованию, разумеется,
требуются инвестиции.
Бостонский Франт посмотрел на меня, а я в свою очередь на Джек-Джека.
- О какого рода инвестициях вы говорите?
Уголки рта шулера печально опустились.
- О, приятель, ровно столько, сколько требует обычай. Один кредит - вполне
приемлемая сумма, а?
Франт ткнул меня в бок:
- Не забудь напомнить мистеру Джону, что я сопротивлялся этой сделке.
Договорились?
- Договорились. - Я достал из кармана один кредит и положил бумажку на стол. Рядом
тут же легла другая, извлеченная Джек-Джеком из внушительной пачки. Шулер сунул
деньги в карман и разложил карты так, что туз оказался посередине.
- Ну, приятель, сейчас я переверну карты, поменяю их местами, а тебе надо будет
вытащить свою.
- Понятно.
На моих глазах Джек-Джек щелкнул каждой картой, перевернул их и разложил в ряд. Я
заметил, что уголок средней слегка загнут. Увидеть это мог только пендианец. ДжекДжек
начал двигать карты по столу, перемещая их по кругу, и следить за тузом не
составляло труда. Шулер остановился, посмотрел на меня и улыбнулся:
- Ну а теперь, искатель истины, ты можешь найти туза?
Я взял правую карту и перевернул лицом вверх. Это был туз.
- Вот.
Джек-Джек удивленно вскинул брови.
- Ну, приятель, у тебя действительно острое зрение. Попробуем еще разок? - Он
вытащил пачку кредитов. Я показал на две бумажки, уже лежавшие на столе:
- Хорошо. Ставлю два.
Джек-Джек добавил кредиты, снова разложил карты, оставив туз в середине, и
повернулся ко мне:
- Следи.
Его руки пришли в движение, перемещая карты по кругу, но на этот раз все
происходило так быстро и запутанно, что я сбился. Он остановился, разложил карты в ряд
и усмехнулся:
- А теперь, приятель, тяни.
Я смотрел на карты, чувствуя себя немного глуповато, но потом заметил слегка
загнутый уголок на одной и указал на нее:
- Эта?
Джек-Джек протянул руку:
- Давай посмотрим... а! Туз! Ну и ну, вот это глаза!
Он нахмурился:
- Не против дать мне еще один шанс?
Пространство между моими ушами уже было заполнено видением толстой пачки
кредитов. Я сунул руку в карман, достал сорок три кредита - все, что осталось от
недельной зарплаты, и добавил их к четырем на столе. Джек-Джек поджал губы, покачал
головой и извлек свое богатство.
- Бородавка, малыш, ты, похоже, очень уверен в себе.
Я кивнул, он отсчитал сорок семь кредитов и положил поверх моих сорока семи.
Процедура повторилась.
- А теперь, приятель, урок.
Карты словно летали по столу, и уследить за ними было невозможно, но я и не
пытался. Я ждал, когда он остановится и положит их в ряд. И вот руки замерли - все три
карты имели одинаково загнутый уголок!
- Вытяни туза, мой быстроглазый друг.
Я протянул руку к левой карте, подумал и взял среднюю. Это был валет. Собрав
кредиты, Джек-Джек издал отвратительный хлюпающий звук.
Бостонский Франт убрал столик, поднялся и помог мне встать на ноги.
- Спасибо, Джек-Джек. Уверен, что сия демонстрация пойдет Бородавке на пользу.
Поучительный урок. Мне вдруг стало жарко.
- Но...
Бостонский Франт потянул меня за собой, подтолкнул к креслу и сам опустился рядом.
- Как я и говорил, это наука. - Он снова ослепительно улыбнулся. - Заметил, как ДжекДжек
подловил тебя на загнутом уголке карты?
Я нахмурился:
- Вы его тоже видели?
Франт покачал головой:
- Нет, но я знал, что он должен быть. Ты пендианец, а значит, Джек-Джек подогнул
уголок так, чтобы было заметно только тебе. Полагаясь на этот уголок, ты выиграл
дважды и решил, что выиграешь в третий раз. Ты играл нечестно, а потому не можешь
жаловаться, когда с тобой поступили соответственно.
Я раздраженно посмотрел на опять дремлющего Джек-Джека, лицо которого снова
прикрывала соломенная шляпа.
- А что это был за звук?
Бостонский Франт нахмурился, потом улыбнулся:
- А, этот... Ты никогда не задумывался о происхождении термина "сосунок"? - Он
потер подбородок. - Подумай. Учти, куда ушли деньги и кто из вас двоих "сосунок".
Он улыбнулся.
Я еще раз взглянул на Джек-Джека - шулер спал, сложив руки на необъятном животе,
но губы его расплылись в улыбке.
12 июня 2144 г.
Проведя несколько дней с хитроумными джентльменами, я пришел к выводу, что к
тому времени, когда цирк двинется дальше, на Вистунью, население Чайтью будет
обобрано дочиста. "Наука" - слишком слабое слово для характеристики тех методов,
которыми пользуются эти проворные ребята. Бостонский Франт начинал карьеру на
Земле в качестве вора-карманника. Когда я выразил недоверие к тому, что кто-то может
незаметно залезть в мой карман, Франт, предъявив мои кошелек, карманный нож, мелочь,
объяснил, в чем состоит разница между уличной сценой и сценой, разыгрываемой в
цирке.
- Бородавка, уличный карманник работает с одним, иногда двумя сообщниками.
Идеальный вариант в таких обстоятельствах, когда номер один отвлекает внимание
жертвы, а номер два, карманник, вытаскивает бумажник и передает номеру три,
избавляясь таким образом от улики. Ужасная растрата человеческих сил. В цирке мы
работаем иначе - массовая продукция. Карманники рассеиваются в толпе, я выхожу на
площадку и привлекаю внимание к себе. Заинтересовав зрителей, я объявляю им, что
среди них орудуют воришки, и призываю присматривать за личными вещами.
- Вы их предупреждаете?
Бостонский Франт кивнул:
- Первым делом они хватаются за те места, где у них лежат деньги. Мои ребята в толпе
замечают это, а потом уж бери, сколько хочешь, только много не унесешь. На общую
кассу работают и те, кто, разгуливая по
улицам больших городов, выискивают и заманивают на площадку богатых простаков
якобы для того, чтобы посмотреть игру. Там они видят, как какой-нибудь счастливчик
уходит с кучей монет, выиграв в одной из многочисленных предлагаемых игр, и
проникаются убеждением, что победить не так уж и трудно. Разумеется, счастливчики
тоже сообщники Бостонского Франта.
"Наука" действительно слабое слово для описания тех приемов, с помощью которых
хитроумные джентльмены заставляют публику расставаться с ее денежками. Моя вера в
несокрушимую силу глаз пендианцев заметно пошатнулась, а уважение к мошенникам
столь же заметно возросло. Требуется немалая смелость - пусть и смелость плута, - чтобы
изъять деньги у какого-нибудь крепыша-шахтера, когда поблизости нет никого, кроме
дружков и родственников этого верзилы. Полагаю, мое уважение к ловким господам
могло бы превратиться в восхищение, если бы их уроки не опустошали мои карманы.
В связи с тем, что мой исследовательский фонд истощился, я стал задавать вопросы и
делать записи.
- Есть одна вещь, которой я не понимаю. Почему ты заплатил мистеру Джону двадцать
два миллиона за эти привилегии? Ведь получается, ты платишь ему, чтобы продавать его
билеты?
Бостонский Франт поскреб подбородок, посмотрел на потолок и зашевелил губами,
производя какие-то мысленные подсчеты. Закончив, он взглянул на меня.
- Сколько заработал цирк за прошлый сезон? Миллионов двадцать - двадцать пять?
- Около того.
Он кивнул:
- Предположим, что ты зритель. Ты подходишь к окошечку кассы и покупаешь себе
билет за два с четвертью кредита. Ты подаешь мне бумажку в десять кредитов. Я,
продавец, возвращаю тебе сдачу, четыре с половиной кредита...
- Нет, ты должен мне семь и три четверти кредита.
Он вскинул брови:
- Не буду спорить, Бородавка. Я должен тебе семь и три четверти кредита, однако ты
получаешь четыре и три четверти.
- Но как...
Бостонский Франт усмехнулся:
- Если после всех твоих изысканий у тебя еще осталась десятка, я с удовольствием
отведу тебя к Тиму Десять Скальпов, и он покажет, как это делается.
Я бросил на него сердитый взгляд:
- Нет. Я не пойду.
Франт кивнул и улыбнулся:
- Видишь? Ты уже многому научился. - Он сложил руки на груди. - Когда кто-то хочет
сходить в цирк, он откладывает на билет, почти всегда крупные бумажки. Может быть,
один из десяти дает точную сумму. Таким образом, отдав мистеру Джону два с четвертью
кредита - то, что ему полагается, - я останусь с прибылью в три кредита. А если деньги
крупные, бывает и больше. Стандарт - это восемь кредитов с двадцатки и двадцать два с
полусотни.
- Но что, если покупатель пересчитает сдачу и обнаружит недочет?
- К тому времени его оттеснит от окошка либо очередь, либо пара парней, работающих
с кассиром. Когда простофиля подымет шум, кассир скажет, что сдачу надо считать, не
отходя от окошка. - Он развел руками. - Ну не разумно же ждать, что кассир станет
удовлетворять столь необоснованные претензии. Итак, парень подходит и жалуется, что
ему не правильно дали сдачу. Толпа кричит на него, он чувствует себя неловко и обычно
просто уходит. Если же он упорствует и начинает чересчур широко раскрывать рот или
угрожает привести полицию, то я отвожу его в сторонку и расплачиваюсь, чтобы
избежать проблем.
- Но все же ты заплатил Хозяину такую сумму...
- Я имею от продажи билетов столько же, сколько и сам цирк, но не несу таких
расходов. При этом мы не берем в расчет карманников и шулеров. Короче, на такой
планете, как Ангар, мы с ребятами снимаем от тридцати до сорока миллионов за треть
сезона. На богатой, вроде Чайтью, сумма, я надеюсь, будет вдвое больше. - Он снова
улыбнулся, блеснув парой золотых зубов. - Ты только подумай, они ни разу не видели
цирка!
Франт закрыл глаза, откинулся на спинку кресла и мечтательно произнес:
- Урожай созрел. Какой урожай!..
14 июня 2144 г.
Накануне мы вышли на орбиту вокруг Чайтью. Я ворвался в офис Хозяина:
- Как... как вы можете пользоваться услугами этих... этих... обманщиков? После нас ни
один цирк никогда не сможет выступать на Чайтью!
О'Хара потер подбородок и кивнул:
- Как продвигается твое образование, Бородавка?
- Мистер Джон... - Я никак не мог успокоиться. - Не понимаю, ради чего вы это
делаете? Мы могли бы по крайней мере завершить сезон досрочно. Эркев IV не стал бы
требовать свои деньги. Вы же знаете.
Он покачал головой:
- Одна буря, один пожар, пара сорванных выступлений - этого вполне достаточно,
чтобы нас не стало. Я не могу пойти на риск и потерять шоу. Поэтому я взял их с собой.
Есть и другая причина. - Он нахмурился и сложил руки. - Но это личное. - Он пожал
плечами. - Могу ли я рисковать цирком, Бородавка? Выбросить на ветер все только из-за
каких-то сомнений, которые не принесут и клочка сена нашим слонам?
- Я... я не знаю!
Я вышел из его каюты и зашагал к середине корабля, где жили семьи, надеясь
поговорить с Раскорякой. На мой стук дверь открылась, на пороге стояла Диана, Королева
Трапеции.
- Здравствуй, Бородавка.
- Где Раскоряка?
- Он внизу, на шаттле. - Она отступила в сторону. - Входи. Ты, похоже, чем-то
обеспокоен. Я вошел, дверь за мной закрылась.
- Да, обеспокоен.
- Что-то с куполами? - Она показала на диван, и я сел. Рядом болталась, уцепившись
зубами за канат, Булочка. Диана кивнула. - Работает над номером "Железные Челюсти".
Если справится, то сможет выступать уже в этом сезоне.
Я рассеянно улыбнулся девочке и повернулся к ее приемной матери:
- Насчет мошенников, которых взял мистер Джон.
- А что с ними такое?
- У нас что, самое время для шуток? - взорвался я. - Они же все испортят. Все!
Булочка опустилась на пол, а Диана, улыбаясь, уселась напротив меня.
- Уверена, Хозяин не допустит того, чтобы цирк пострадал. Понимаешь, Бородавка, это
жизнь.
- Однако именно это он и делает, может быть, сам того не замечая.
Булочка подошла ко мне и остановилась подбоченясь:
- Раскоряка говорит, Хозяин всегда знает, что делает, а если Раскоряка так говорит, то
мы все с ним согласны.
Я поднялся и подошел к двери:
- Слепая вера, подобно вашей, стоила пендианской монархии немало отрубленных
голов!
Булочка вздернула нос:
- Бородавка, ты собираешься отрубить Раскоряке голову?
- Ба! - Я выскочил за дверь, промчался по коридорам к главному спальному отсеку,
упал на койку и задумался.
Шоу для Хозяина это все. Хозяин оставался с шоу на Земле, когда цирк являл собой
плачевное зрелище; Хозяин первым вывел его на звездную дорогу. Ради спасения шоу, как
я полагаю, Хозяин способен даже убить. Но сотрудничество с плутами - это удар по
репутации цирка, означающий уменьшение зрителей, недовольство горожан и, в конце
концов, запрет выступлений на планете. Мы все слышали о том, как люди Бостонского
Франта спровоцировали скандал на Ангаре, а ведь все могло закончиться куда хуже, если
бы цирк вовремя не убрался оттуда. Тем не менее представитель Эркева IV имел
малоприятный разговор с О'Харой. Ладно, проблема монарха была решена, но теперь у
нас появилась болезнь, которая в скором времени коснется и населения Чайтью.
Пока я выпускал пары, разговаривая сам с собой, в спальный отсек вошел режиссер
детского шоу Фрэнк Джиллис. Увидев меня, он огляделся, словно хотел убедиться, что
поблизости никого нет. Подслушивать было некому, Фрэнк подошел ко мне и уселся на
койку напротив.
- Ты чем-то расстроен, Бородавка?
Я повернулся и внимательно посмотрел на Рыбью Морду. Его большие полузакрытые
глаза, толстые губы и лицо, словно лишенное подбородка, были спокойны.
- А ты нет, и это странно, учитывая, почему ты уходишь.
Рыбья Морда кивнул:
- Я решил кое-что сделать. Не терплю шулеров, никогда их не переносил. Когда мы
окажемся на Чайтью, я собираюсь разделаться с этими скользкими типами.
Я сел и удивленно уставился на него:
- Что ты собираешься сделать?
Рыбья Морда огляделся и снова повернулся ко мне:
- Мне понадобится помощь. Ты как?
Я нахмурился:
- Не знаю. А что... ты... ты хочешь привлечь полицию?
Он поднял палец и поднес его к своим губам:
- Ш-ш! Тебе давно не массировали голову штырями?
- Но... полиция...
Рыбья Морда подался вперед:
- Я не могу придумать другого способа, чтобы спасти шоу. Если мы обратимся в
полицию и они схватят ловкачей с поличным на первой стоянке, то, может быть,
большого шума и не будет.
Я опустил голову:
- Если об этом пронюхают, нас изгонят из цирка навсегда.
Он положил руку мне на плечо:
- Ты же знаешь, Бородавка, что так надо. Так ты поможешь?
Я подумал, подтянул ноги и улегся на койку:
- Что я должен делать?
Рыбья Морда кивнул и поднялся:
- "Боевой орел" опустится на планету первым. Мы полетим с ним. Потом пойдем в
город и там решим, что делать.
15 июня 2144 г.
Случилось так, что Бостонский Франт решил отправиться на планету с первым
шаттлом, чтобы, как он выразился, "оценить местный рынок простофиль". Никто на
"Барабу", за исключением "Авангарда" и Джека Крысы, еще не бывал на Чайтью, и
Франту самому хотелось посмотреть, что к чему. Мы с Рыбьей Мордой не возражали, не
желая вызвать подозрений, и держались с ним дружелюбно. Это было нелегко.
На площадке возле Мартаана мы расстались с Тик-Тиком и направились пешком к
видневшимся вдали высоким зданиям. Асту, народ, населяющий Чайтью, в общем, похожи
на страусиное яйцо, хотя значительно выше. У них толстые, с тупыми пальцами ноги и
тонкие руки с четырьмя пальцами на каждой. Бостонский Франт, прохаживаясь по
улицам, несколько раз умышленно вставал на пути этих яйцеобразных существ. Асту
наталкивался на него, быстро бормотал маловразумительное извинение и ковылял
дальше.
Бостонский Франт ухмылялся и приговаривал:
- Хороший урожай, урожай созрел...
После того, как он столкнулся с четвертым пешеходом, я хмуро посмотрел на него и
спросил:
- Зачем вы это делаете?
Франт кивком показал на толпу, стремящуюся к бирже:
- Посмотри на их глаза, Бородавка, - маленькие, расположенные практически по бокам
круглой головы. Они не видят прямо перед собой. Ты представляешь, что с ними сможет
делать такой человек, как Джек-Джек? - Он удовлетворенно хмыкнул, помахал рукой и
влился в толпу асту. - Надо посмотреть, как они распоряжаются своими кредитами.
Мы попрощались с ним, и я придержал Рыбью Морду за руку:
- Ты понимаешь, что его банда натворит здесь?
Рыбья Морда кивнул и указал на существо, которое стояло на небольшом перекрестке
и, похоже, управляло пешеходным движением. Мне стало немного не по себе, когда я
понял, что без уличного полицейского асту постоянно натыкались бы друг на друга.
- Давай подойдем к нему. Попробуем выяснить, где находится участок.
Мы приблизились к яйцу, перепоясанному белым ремнем, и я спросил:
- Вы не могли бы сказать нам, где найти полицейский участок?
Я стоял перед полицейским, и ему пришлось повернуться, чтобы посмотреть на меня
одним глазом. Глаз широко раскрылся, и асту отшатнулся от меня.
- Миг баллума!
- Полицейский участок? - повторил я. Придя в себя, наш собеседник сделал шаг вперед,
посмотрел на меня сначала одним глазом, потом другим.
- Эггер блей сиркис.
- Что?
Полицейский показал на меня, затем на Рыбью Морду.
- Сиркис, сиркис. Детер эт?
Рыбья Морда потянул меня за рукав:
- Послушай, он говорит "цирк".
Крохотный рот яйца тут же стал намного больше, тело качнулось взад-вперед.
- Сиркис! Сиркис!
Тем временем на перекрестке началось столпотворение, и полицейский достал из-за
пояса белую с красным карточку.
- Сиркис!
Я взглянул на карточку и повернулся к Рыбьей Морде:
- Это билет на шоу. - И снова обратился к полицейскому. - Да, цирк. Полицейский
участок?
Он засунул карточку за пояс и развел руками:
- Нети блё эт "полисай састок" дума? - Пешеходы неверно истолковали жест
регулировщика и устремились на переход. - Гаавуук! - Полицейский огляделся и ринулся в
толпу, крича, размахивая руками, расталкивая яйцеобразных. Через несколько минут
порядок был восстановлен, движение возобновилось, и регулировщик возвратился. Он
указал на какую-то дверь в нескольких шагах от угла. - Аг вуг, тихап, тубба.
Я протянул руку в направлении двери:
- Полицейский участок?
Он снова сделал какой-то жест руками, и на переходе вновь началось столпотворение.
- А, гаавуук! Нее гаавуук!
Регулировщику снова пришлось заняться наведением порядка.
Рыбья Морда дернул меня за руку и указал на дверь:
- Пойдем туда, пока этот тип не возвратился. Думаешь, это участок?
Я пожал плечами:
- Стоит попробовать.
Мы направились к двери. На ней были какие-то непонятные линии, точки, зигзаги и
пятна. Ниже шла надпись: "Здесь говорят по-английски". Я повернулся к Рыбьей Морде:
- Это переводчик. - Я толкнул дверь, и мы вошли в узкое, без окон помещение. В
дальнем углу за невысокой стойкой дремало яйцеобразное существо.
Рыбья Морда постучал меня по плечу:
- Он спит?
Я подошел к стойке:
- Извините? - Никакого ответа. Я ударил по стойке кулаком. - Извините, вы говорите
по-английски?
Яйцо открыло глаз, посмотрело на меня и вздрогнуло. Глаз моргнул. Рот увеличился.
- Сиркис! - Существо отлепилось от стены, сунуло руку за широкий коричневый пояс и
извлекло оттуда билет. - Сиркис!
Я кивнул:
- Да, мы из цирка. - Я повернулся к Рыбьей Морде. - Растяжка Дирак и "Авангард"
неплохо поработали. - Я снова посмотрел на переводчика. - Вы говорите по-английски?
Рот раскрылся, глаза прищурились.
- Здесь говорят по-английски.
- Как вас зовут?
- Имя есть Доккор-тут, да, сэры. - Доккор-тут качнулся вперед, вероятно, у асту это
означало поклон.
Я улыбнулся:
- Нам нужен переводчик.
- Здесь говорят по-английски.
- Вы можете пойти с нами? Нам надо в полицейский участок.
Доккор-тут немного повертелся, исчез под стойкой и вынырнул с какой-то книгой.
Поднеся ее к одному глазу, он начал листать страницы.
- Полиция... полиция... хм. Управление общественных дел... дел... дел... хм... участок...
хм. - Доккор-тут опустил книгу и уставился на меня одним глазом. - Вы хотите работать
радио?
Рыбья Морда положил мне руку на плечо:
- Дай-ка я попробую. - Он поманил переводчика пальцем. - Пойдем со мной.
Доккор-тут нажал какую-то кнопку, часть стойки отъехала в сторону, он вышел и
двинулся за Рыбьей Мордой к двери. Я последовал за ними. Выйдя из здания, Рыбья
Морда указал на регулировщика:
- Полиция.
Доккор-тут посмотрел на моего спутника:
- Вам нужно полицейское радио?
Рыбья Морда покачал головой:
- Отведите нас к шефу полиции.
Доккор-тут возвратился за книгой.
- Шеф... круглая выпуклость... шишкообразное вздутие...
...Закладка в соц.сетях
