Жанр: Фантастика
Мир цирка 1-3.
...рвый день отпуска, и Диввер полностью погрузился в чтение объявлений, когда
его внимание привлекли следующие строчки: "Призыв! Где ты, Билли Пратт? Бородавка
Макги, оставайся на месте. Минимальный государственный оклад. Требуется! Одна
вакансия! Работа с маршрутным журналом. Читать, писать по-английски, пригодится
опыт в истории. Обращаться лично в "Большое шоу О'Хары", Вестховен".
Диввер нахмурился. Космический корабль с цирковой труппой опустился на планету
несколько месяцев назад, но сам он в цирк не ходил ни разу. Будучи знакомым с земным
языком, называвшимся английским, зная - пусть и поверхностно - историю, а также
движимый неутолимым любопытством, он решил отправиться в муниципалитет
Вестховена и посмотреть, что к чему.
Взяв напрокат скутер, Диввер быстро добрался до расположенного на окраине
Вестховена шапито, но, едва увидев на площадке группу людей, почувствовал себя не в
своей тарелке. В ходе революции Земля поддерживала бывшую монархию, лишь
вмешательство сил Девятого Квадранта позволило пендианцам самим урегулировать
политические разногласия.
В центре площадки стояло огромное сооружение, держащееся на трех шестах и
обтянутое брезентом. Художники разрисовывали многочисленные фургоны, украшая их
красными и золотистыми листьями и яркими разноцветными зубчатыми колесами.
Между брезентовыми сооружениями поменьше разминались артисты - фокусник,
женщина, завязывавшая себя узлами, несколько акробатов... Диввер с удивлением
наблюдал за ними, когда какой-то человек, распутывавший канаты, выпрямился и
повернулся к гостю. Это был громадный мужчина в грубом комбинезоне и шляпе с
опущенными полями.
- Помочь?
- О, да. - Диввер взглянул на листок с выписанным объявлением. - Куда мне обратиться
по поводу работы?
Человек-гора вскинул брови и перебросил окурок сигареты из одного уголка рта в
другой. Опустив брови, он указал большим пальцем куда-то за спину:
- Туда. В казначейский фургон.
Диввер посмотрел в указанном направлении и увидел целый лес ярко раскрашенных
фургонов.
- Который из них?
Великан потер подбородок, прищурился и ткнул пендианца в бок пальцем, больше
похожим на громадного червяка.
- А вы, случайно, не тот парень, падкий на сладости?
Диввер отступил, потирая бок.
- Понятия не имею, о чем вы говорите!
Гигант еще раз потер подбородок и кивнул:
- Хорошо вы изъясняетесь. - Он протянул руку, на ладони которой могло запросто
уместиться столовое блюдо. - Меня зовут Раскоряка. Я бригадир.
Дивверу уже приходилось видеть этот забавный ритуал рукопожатия. В следующий
момент пальцы пендианца оказались стиснутыми с невероятной силой.
- А меня зовут... ох!.. Диввер-Сехин Тхо.
Раскоряка кивнул и ослабил тиски. Пендианец помахал рукой.
- Диввер-Сайхин... ладно, это ненадолго. Будете работать с маршрутным журналом?
- Я ищу место.
Раскоряка повернулся к фургонам:
- Пойдемте, я отведу вас к Хозяину.
Они пересекли площадку и остановились у белого с золотым фургона с покосившимся
зарешеченным окошком. Раскоряка поднялся по ступенькам и толкнул дверь.
- Мистер Джон, к вам пришли.
Дверь открылась: за ней стоял немного полноватый, но очень высокий мужчина в
пестром клетчатом пиджаке и брюках, лысый и белобородый. Человек посмотрел на
Диввера и сделал жест, приглашая его войти.
- Заходите и присаживайтесь куда-нибудь. Я вас оставлю на минуту. - Он прошел в
глубь фургона.
Диввер кивнул великану, уже спускавшемуся по ступенькам:
- Спасибо.
Раскоряка помахал рукой и направился к своей груде канатов. Диввер сглотнул,
поднялся по ступенькам и вошел в фургон. Внутри почти все пространство занимали
четыре письменных стола, стеллажи и ящики. Там, где стены были свободны от мебели,
бюллетеней и окон, висели яркие рисунки диких зверей, каких-то странных людей и
золотисто-белого космического корабля, украшенного необычными узорами. В дальнем
углу фургона в комфортабельном кресле сидел белобородый человек. Рядом с ним стоял
высокий, худой мужчина в черном костюме. Отыскав взглядом свободный стул, Диввер
опустился на него и выжидающе посмотрел на людей.
Бородатый кивнул худому:
- Валяй, Ловкач.
- Так вот, мистер Джон, я ценю ваше предложение, но дорога уже утомляет старика. На
"Барабу" я чувствую себя неплохо, однако путешествовать по планетам - это уж слишком.
Мистер Джон покачал головой:
- Не хочу терять тебя. Ты лучший в своем деле.
- Был, мистер Джон. Был. - Худой покачал головой. - Мне тоже неохота уходить и
оставлять вас в состоянии войны с "Арнхайм и Бун", но ничего другого не остается. Мне
нужно отдохнуть.
- Ты уверен, что все решено?
Ловкач кивнул:
- Дело не представляло никакого труда. - Он пожал плечами. - Эти ребята настоящие
простофили.
Мистер Джон сложил руки на животе и улыбнулся:
- Не будешь скучать без цирка?
- Уверен, что буду. Надеюсь только, что работа окажется интересной. Она не связана с
цирком, но такому, как я, разводиле есть чем заняться.
О'Хара поднялся и протянул руку:
- Удачи тебе и не забывай о нас.
Худой пожал руку мистеру Джону, повернулся и вышел из фургона. Диввер поднялся и
приблизился к столу, за которым сидел белобородый.
- Меня зовут Диввер-Сехин Тхо. Я пришел по объявлению.
Некоторое время Хозяин смотрел куда-то вдаль, затем перевел взгляд на посетителя.
Диввер увидел, что под густыми белыми бровями у него голубые глаза.
- Диввер-Сехин Тхо. Что ж, это ненадолго... Знаете английский?
- Да. - Пендианец посмотрел на дверь и опять на Хозяина. - Вы не возражаете, если я
задам вопрос? Кто такой разводила?
- Советник по юридическим вопросам. Занимается тем, чтобы нас не запретили,
работает с полицейскими, политиками. Не знаю, удастся ли когда-нибудь найти ему
замену. - Он подался вперед, поглаживая бороду. - Разбираетесь в законах? Знаете, как
положить сахар, чтобы было послаще?
Пендианец пожал плечами:
- Нет. Я пришел по объявлению. Вам нужен умеющий читать, писать и говорить поанглийски.
Я занимаюсь этим в Бюро жалоб.
- Хм. - Хозяин откинулся на спинку стула. - Так как, вы говорите, вас зовут?
- Диввер-Сехин Тхо.
- Хм. - Хозяин погладил бороду. - Послушайте, Диввер, я думал о человеке...
землянине.
- Мне представляется, что у вас не правильная точка зрения. Те существа, которых я
видел на площадке... многие из них едва ли похожи на людей!
О'Хара рассмеялся и кивнул:
- Да, у нас тут разнообразие размеров и форм.
- Особенно это касается той, с двумя головами.
- О, На-На выступает в детском шоу. Тем не менее она человек. - Хозяин подался
вперед. - Мне нужен кто-то, кто занимался бы маршрутным журналом. Наш цирк первым
ступил на звездную дорогу. Прошло всего два года, а уже более тридцати компаний,
называющих себя шапито, занимаются тем же самым. Большинство из них не с Земли, но
и те, которые оттуда, представляют собой не более чем летающие выставки технических
трюков. - Хозяин ткнул пальцем в сторону Диввера. - Я не желаю, чтобы труппа забыла о
том, что такое настоящий цирк.
- Но какое это имеет отношение к маршрутному журналу? - спросил Диввер.
О'Хара снова откинулся на спинку стула, расстегнул пуговицы пиджака и оттянул
желтые широкие подтяжки.
- Так вот, Скивви, маршрутный журнал - это регистрационный журнал цирка. Что-то
вроде судового журнала. В него ежедневно вносятся записи, которые показывают, где мы
находимся, что происходит, в какой мы форме. - О'Хара щелкнул подтяжкой и снова
ткнул пальцем в сторону Диввера. - Но от своего вахтенного я хочу большего, будь он
человек или... не человек. Я хочу, чтобы журнал стал летописью. Мне нужен тот, кто
напишет историю нашего цирка. Ну, как?
Диввер почесал подбородок.
- Интересно, что случилось с тем, кто занимался этим раньше.
- Убит на Масстоуне. В конце прошлого сезона. - О'Хара нахмурился. - Потом журнал
вел я, но у меня получается не так, как хотелось бы. - Он изучающе посмотрел на
пендианца и, подумав, кивнул:
- У вас, пендианцев, как я слышал, хорошее зрение.
Диввер подался вперед и, понизив голос, произнес:
- Должен сказать, у меня есть серьезные сомнения насчет этой должности.
- Какие сомнения?
- Помимо прочего, я воевал против людей во время революции. Не окажусь ли я
объектом враждебности?
Хозяин громко рассмеялся и покачал головой:
- Нет. Успокойтесь, Скиввер. Наша цель - развлекать, а не сводить счеты. Видите ли,
мы должны обращаться ко всем, а значит, быть вне политики. - О'Хара щелкнул второй
подтяжкой. - Это нерушимый принцип. - Он ухватился за лацканы пиджака и уставился
через кустистые брови на потолок. - Чужак будет работать с маршрутным журналом... Что
ж, возможно, это как раз то, что нам требуется. - Хозяин взглянул на Диввера. - Вы
станете обращать внимание на те мелочи, которые нами принимаются как само собой
разумеющееся, а мне не хотелось бы их терять...
Дверь открылась, и в нее просунулась голова бригадира.
- Мистер Джон, мои ребята пришли с участков. До конца дня я поставлю их на
фургоны.
- Старый брезент залатали? Нельзя, чтобы завтрашнее представление задержалось.
- Все сделано. Дорога еще чиста?
О'Хара покачал головой:
- Ты видел на площадке того сластену?
- Да. Он тут болтается уже минут десять. - Раскоряка посмотрел через плечо. - Вон,
пришел. - Бригадир остался у двери, словно охраняя вход.
- Мне нужно увидеть владельца цирка, - раздался голос с сильным пендианским
акцентом.
Раскоряка отступил в сторону и протянул руку в направлении О'Хары.
- Вот он сам. - Бригадир рассмеялся и вышел, а пендианец поднялся по ступенькам и
остановился у входа.
Посетитель посмотрел на Диввера, нахмурился и поклонился, как принято на Пендии,
когда старший приветствует младшего. Диввер едва заметно кивнул в ответ. Посетитель
задержал взгляд на Диввере и сказал:
- Я Мизан-Нье Крав, служащий отдела по надзору при муниципалитете Вестховена.
- Диввер-Сехин Тхо.
Крав повернулся к О'Харе, потом снова взглянул на Диввера:
- Могу я спросить, почему вы здесь?
- Можете. - Диввер начал закипать. Вот в чем дело! Вот что имели в виду люди, когда
говорили о сладкоежке. Крав не давал разрешения на выступление, дожидаясь взятки.
Наверное, принял его за следователя.
- Итак, почему вы здесь?
- Это не ваше дело.
О'Хара усмехнулся:
- Ну-ну, Скивви, не надо так разговаривать с высокопоставленным чиновником
муниципалитета. - Хозяин повернулся и посмотрел на Крава. - Скивви пришел сюда
получить работу. А вы что подумали, Краб?
- Крав, мистер О'Хара. - Чиновник сложил руки на груди и высокомерно взглянул на
Хозяина. - Судя по афишам и плакатам, развешанным и расклеенным по всему городу, вы
намерены провести парад и премьерное выступление по расписанию.
О'Хара кивнул:
- Верно. Вы очень наблюдательны. - Хозяин повернулся к Дивверу. - Я же говорил, что
у пендианцев острое зрение.
- Мистер О'Хара, - заговорил Крав, - мне казалось, что мы достигли взаимопонимания.
О'Хара развел руками:
- Что я могу поделать, Краг? Они же просто тупицы. Я им повторяю раз за разом, но до
них никак не доходит.
Крав прищурился.
- Я уже говорил, О'Хара, - ни парада, ни шоу... если только не будут выполнены
определенные условия.
Он повернулся, промаршировал к двери и оттуда посмотрел на Хозяина.
- Только появитесь на улицах Вестховена или впустите в палатку хоть одного зрителя,
и я вас всех арестую!
Когда Крав вышел, О'Хара усмехнулся и повернулся к Дивверу:
- Итак, что у нас?
Диввер, проводивший взглядом соотечественника, нахмурился:
- Негодяй! Он требует от вас денег! О нем нужно сообщить в Бюро жалоб...
Хозяин поднял руку:
- Придержите-ка коней. Кравом занимаются. Мы говорили...
Диввер пожал плечами:
- Вы объясняли мне, что цирк вне политики, когда нам помешал этот... Раскоряка,
сообщивший, что его люди вернулись с участков. Разве люди голосуют на муниципальных
выборах?
О'Хара поднял брови и поджал губы.
- Они находятся здесь достаточно долго, чтобы получить такое право. А что, не
должны?
- Вы ведь говорили, что цирк вне политики.
- Я же не могу запретить им голосовать, так? - Он пожал плечами. - Кроме того, все
три вестховенских кандидата приходили сюда и предлагали приличные деньги за голоса
труппы.
Диввер поднялся.
- Покупка голосов! Это... позор! Пережить лишения революции, чтобы...
О'Хара поднял руку:
- Успокойтесь, Скивви. Вам не из-за чего расстраиваться.
Диввер опустился на место.
- Если вы отправитесь с нами, то увидите кое-что похуже.
Диввер сложил руки на груди и фыркнул:
- Вы знаете, чьи кредиты купят эти выборы?
- Давайте посмотрим. Каждый кандидат обещал по пять кредитов за участие в
голосовании. Это пятнадцать. Ну как пройти мимо таких легких денег! Люди берут
кредиты, а потом используют возможности тайного голосования.
Диввер снова поднялся, заложил руки за спину и начал расхаживать перед столом
Хозяина.
- Это возмутительно! Да, возмутительно. Революции всего три года, а коррупция уже
процветает! Взятки, подкуп избирателей... - Он остановился и посмотрел на О'Хару. - Я
должен сообщить об этом! Все эти...
Хозяин покачал головой:
- Нет. Мы решаем подобные вопросы по-своему. Мы никогда не зовем полицию. -
О'Хара пожал плечами. - Кроме того, от полицейских потом не так легко отвязаться.
Гораздо лучше, если делом занимается Ловкач.
Диввер сел.
- Что же он может предпринять? Я не понимаю...
- Это вроде того, как мы выходили на орбиту вокруг Масстоуна в прошлом сезоне.
Сейчас орешки щелкать трудно, и...
- Орешки?
О'Хара покачал головой и поднял брови.
- Господи, да откуда вы свалились? Орешки - это то, во что нам обходится каждый день
работы. Нам ведь приходится много платить - за топливо для шаттлов, за продукты,
рабочим, за обслуживание. А еще всякие налоги, сборы, пошлины... В общем выходит до
сорока девяти тысяч кредитов в день. Это и есть наши орешки.
- Понятно.
- Так вот, как только мы выйдем на орбиту и развернем шапито, вы увидите, почему
нам приходится платить по полной программе.
- По полной программе?
- Ну да, я же сказал. В общем, едва мы прибыли на Масстоун, как на нас сразу
набросились эти специалисты по вымогательству. - О'Хара подался вперед и ткнул в
сторону собеседника толстым пальцем. - Я понимаю, что чиновникам платят мало и наша
помощь им весьма кстати, но вымогатели - совсем другое дело. Мы не идем на уступки.
Это принцип.
Диввер решил, что перед ним принципиальный человек.
- И что вы сделали?
- Ловкач отправился на планету на нашем рекламном шаттле и заказал новые афиши,
постеры и все такое. - О'Хара потянул себя за бороду, покачал головой и усмехнулся. -
Понимаете, мы уже несколько недель вели на Масстоуне рекламную кампанию, и
любители половить рыбку горели желанием поскорее встретиться с нами. Ловкач
разослал рекламных агентов по всем большим городам, везде висели афиши, все средства
массовой информации только и трубили о скором представлении. И тут нам говорят, что
ничего не получится из-за трудностей с получением разрешения. - Хозяин хлопнул себя
по колену. - Через неделю Масстоун оказался на грани революции, и власти умоляли нас
поскорее начать выступление. Ни о каких разрешениях уже и речи не было. Ну, мы сели,
подумали и кое-что придумали. Понимаете?
- Не уверен. Вы отказались выступать?
О'Хара расплылся в довольной улыбке:
- Нет, мы согласились, но только после того, как нам заплатили двести тысяч кредитов.
- Вы хотите сказать...
- Да, мы их нагрели.
Хозяин посмотрел на пендианца, ожидая его реакции.
Диввер только кивнул:
- Теперь я понимаю, почему вам так не хватает мистера Ловкача.
О'Хара усмехнулся:
- О, я мог бы рассказать о нем тысячи таких историй. Сейчас мы ищем другого
разводилу, Билли Пратта, но не знаю, смогу ли заманить его к нам.
Дверь фургона открылась, и на пороге возник бойкий парень в красном пиджаке с
черными лацканами и в черных брюках, заправленных в до блеска начищенные черные
сапоги.
- Хозяин, я привел ребят с участков. Вы уже определили порядок парада?
О'Хара покопался в разложенных на столе бумагах, вытащил какой-то листок и передал
вошедшему, после чего повернулся к Дивверу.
- Сэм Сарасота, наш режиссер конных номеров. Сэм, познакомься со Скивви-Сеин Toy.
Диввер поднялся и протянул руку, тут же пожалев об этом - Сэм чуть не раздавил ему
пальцы.
- Меня зовут Диввер-Сехин Тхо.
Сэм улыбнулся:
- Ну, это ненадолго.
- Скивви будет заниматься маршрутным журналом.
- Пока только думаю...
Сэм взял листок и повернулся к О'Харе.
- Я этим займусь.
О'Хара кивнул, и Сэм вышел из фургона. Диввер посмотрел на Хозяина.
- Если я соглашусь, сколько вы будете мне платить?
- Восемьдесят в неделю и полный пансион.
К тому времени, когда пендианец, вернувшись домой, выспался и подумал над
сделанным ему предложением, перспектива скитания по Квадранту подобно какомунибудь
кочевнику, да и еще в компании весьма необычных существ, показалась ему
глупой. Это чувство усиливала обещанная оплата, которая была вдвое ниже, чем его
заработок в бюро. Диввер представил себя на месте Ловкача - старый, уставший,
заброшенный на чужую планету в самом конце жизни... Помимо всего прочего,
английский Хозяина не вполне соответствовал уровню полученного Диввером
образования.
Несмотря на бессмысленность своего пребывания в бюро и тускнеющий блеск идеалов
революции, Диввер решил, что нельзя ожидать от жизни многого и следует вернуться
после окончания отпуска в бюро. Случайно ему пришла в голову мысль познакомиться с
последними новостями...
Отсмеявшись и поднявшись с пола, пендианец уже знал, что возьмется за новую
работу. Диввер-Сехин Тхо последует за красными фургонами в их пути по странным,
непредсказуемым мирам.
Новость, сыгравшая столь значительную роль в его жизни, представляла всего лишь
отчет о муниципальных выборах в Вестховене. Три кандидата, боровшихся за власть с
самого начала, потерпели поражение от выдвинутого и зарегистрированного в последний
момент новичка. На фотографии, размещенной рядом с текстом, был изображен
немолодой уже победитель, одетый в черный костюм. Его большие водянистые глаза
смотрели на читателя. Цирк получит разрешение на выступление, Вестховен увидит
парад, а Ловкач найдет, чем заняться на склоне лет... в роли мэра Вестховена. Как сказал
он сам, это не цирк, но дел у разводилы найдется немало.
16
На исходе третьего вечера работы с "Большим шоу О'Хары" Диввер-Сехин Тхо забрался
в административный фургон, который как раз загружали в шаттл для переброски к
очередной стоянке. Он сел за отведенный ему стол, расположенный неподалеку от стола
казначея, подавил зевок усталости, поднял ручку и начал писать.
МАРШРУТНЫЙ ЖУРНАЛ
"БОЛЬШОГО ШОУ О'ХАРЫ"
1 мая 2144 г.
Хозяин настаивает на употреблении в маршрутном журнале земного летоисчисления, и
мне приходится постоянно спрашивать, какое сегодня число, потому что таблицей
соответствия дат меня никто не обеспечил. Я спросил, почему так важно земное время,
ведь все учреждения в Квадранте пользуются Галактическим Стандартом. Он ответил, что
если мы не будем пользоваться земным временем, то не будем знать, когда заканчивать
сезон. Я предложил перейти на Стандарт, но Хозяин считает, что если обозначить первое
мая - день начала циркового сезона - цифрами 12.04, то получится бессмысленно и сухо.
Прискорбно, что я так быстро привыкаю к цирковому жаргону. Канаты - "ленты",
главный вход - "8-я авеню", исполнители - "чудаки"... Многие выражения, похоже,
предназначены лишь для того, чтобы смутить зрителей, но в то же время они странным
образом объединяют работающих в цирке в некое сообщество. Так, представление Зельды
называется: "Мадам Зельда, предсказательница, хиромантка и медиум, исследует прошлое
и будущее, используя обширный арсенал Темных Сил". В цирке оно именуется "кулачный
сустав". "Рай Розового Лимонада" - "сочная забегаловка"; и, увидев производство напитка,
я поклялся себе, что лучше умру от жажды и получу солнечный удар, чем выпью хоть один
глоток. Тем не менее зрители поглощают его в огромных количествах. Ласка, парень,
ответственный за разлив напитка, объяснил, что кусочки лимона, плавающие на
поверхности этой ужасной смеси, называются "приманкой", и похвастал, что запасов
лимонов ему хватит до конца сезона.
Пока что мы придерживаемся графика, у нас была лишь одна отмена представления
(из-за урагана) и две стычки с горожанами. Лошадиное фортепьяно (англоязычные
называют его "каллиопа") наконец-то починено, и его жуткие звуки снова терзают наши
бедные уши. Хозяин хочет, чтобы к Вистунье все было в порядке.
Как сказал Джон О'Хара:
- Ты должен понять, Бородавка (так меня теперь зовут), цирк обращается ко всем,
независимо от пола, возраста, расы, религии, морали и прочего. На Вистунье жителей
раздражает грязь. Мы можем пройти всей труппой голыми вокруг арены, и никто не
обидится, если мы будем чистые. Но грязь? Никогда. Все это надо помнить, выбирая
маршрут.
- Маршрут выбираете вы?
- Нет, это делает Джек Сэвидж, Крыса. Он опережает нас почти на год. Джек держит
связь через главного агента и подсказывает, чего стоит опасаться на той или иной
планете, какие там табу. Поэтому запомни: если в дело вмешивается политика, расизм,
религия, мы в нем не участвуем. Это наш принцип. Так мы поддерживаем традиции
старого цирка, Бородавка, - принципами.
- Хозяин, но мне представляется, что пендианцы воспримут участие Ловкача в выборах
в Вестховене именно как политику. Как быть с этим вопросом?
О'Хара вскинул бровь, поджал губы, посмотрел на меня и пожал плечами:
- Ну, Бородавка... надо же быть гибким.
Клички в цирке, даже ужасно нелестные, не являются причиной для обид. Они
происходят от каких-либо физических особенностей, прежних занятий или даются
случайно. Меня прозвали Бородавкой из-за наростов, имеющихся у любого пендианца.
Раскоряка Тарзак имеет особую походку, у Квак-Квака, пресс-агента, специфический
голос. Дурень Джо получил кличку по каким-то неясным причинам, потому что, на мой
взгляд, этот парень ничуть не глупее других рабочих. Как бы там ни было, именно Дурень
Джо рассказал мне о том, как возникла кличка Растяжка.
РАССКАЗ ДУРНЯ ДЖО
Я бы ничего не рассказал, если бы мы работали с главным куполом; Раскоряка не
любит, когда это рассказывают при нем. Но сначала тебе надо узнать кое-что о нашем
бригадире. Его родители родом из Польши, поэтому шесты главного шатра и называются
так странно: Паддевски, Вассакуски и в таком же духе. Чтобы натянуть брезент на эти
шестидесятифутовые шесты, мы используем слонов. Когда Раскоряка командует, он все
время кричит: "Тяни на Паддевского... придержи Пэдди, тяни на Вассакуски..." Слоны
тянут канат, брезент поднимается. Но, понимаешь, чтобы выучить все эти слова, надо
немало поработать, а Растяжка их совсем не знал.
По-моему, это было на нашей третьей или четвертой стоянке на Оккаме. Рабочих не
хватало, а тут еще ураган расколол два центральных шеста главного шатра. Раскоряка
нанял несколько новичков, и одним из них оказался Растяжка. Ты посмотри на Растяжку
и сразу поймешь, почему он приглянулся бригадиру. Приятный на вид парень, большой,
сильный и простак, каких поискать.
Растяжка - его тогда звали Ансель - определился к Жирному Баггу, и все шло отлично,
хотя Жирный был малость "под мухой". Поставили шесты, растянули и подвязали брезент.
Жирный вместе с Анселем, слоном и погонщиком взялись за Чо-пан, это третий шест.
Раскоряка расставил всех по местам и кричит: "Тяни на Паддевского!" Первый слон
подтягивает тент на пятнадцать футов. "Стой! Тяни на Вассакуски!" В общем, дело
понемногу движется. Но тут Жирный Багг хлопает Анселя по плечу и говорит, чтобы тот
справлялся без него. Сам отходит в сторонку и укладывается на травку.
"Тяни на Чо-пан!" - кричит Раскоряка. Никто не тянет. "Тяни на Чо-пан!" - опять
командует Раскоряка, и опять ничего. Тогда он просовывает голову под брезент и видит,
что слон стоит на месте. Бригадир показывает на него пальцем и орет: "Эй, проснитесь и
тяните!" Ансель делает знак погонщику, слон начинает тянуть. "Придержи Чо-пан!" -
командует Раскоряка, но брезент все ползет вверх.
Ну вот, тент затянули футов на тридцать. Раскоряка бежит к третьему шесту,
приказывает погонщику остановиться и поворачивается к Анселю. "Ты что, оглох? Я же
сказал придержать! Где Жирный?"
"Там", - показывает Ансель.
Раскоряка подходит и дает Жирному хорошего пинка.
"Двигай к казначею, Жирный, и получи расчет". Потом он зовет Синего Пита и ставит
на место Анселя.
"А мне что делать?" - спрашивает парень. Раскоряка смотрит на него, чешет
подбородок и говорит: "Сейчас мы будем ставить боковые шесты, а они у нас не того
размера. Иди найди Косоглазого Майка и возьми у него растяжку для шеста". Ансель
убегает, а Раскоряка качает головой и снова принимается за дело.
Ну, вот... Косоглазый Майк посылает Анселя к Зверю, тот - в грузовой фургон, оттуда
его отправляют к завхозу. По-моему, Ансель все-таки понял, что если он что и растянет,
то только собственные ноги.
Да, мы уже поставили примерно половину шестов, как вдруг появляется Ансель. На
тракторе. И тянет за собой платформу.
На платформе здоровенный ящик с надписью "Растяжка для шеста". Раскоряка
подходит к трактору, Ансель вылезает из кабины и говорит: "Ну вот, Раскоряка, то, что
надо. Едва нашел".
Бригадир хмурится, потом подходит к ящику. Оттуда вдруг доносятся вой, визг, и ящик
начинает раскачиваться. Из ящика появляется громадная волосатая рука. На каждом
пальце коготь размером с нож. Она шарит вокруг, потом исчезает внутри. Раскоряка
поворачивается к Анселю и говорит: "Что это?"
"Это и есть ваша растяжка для шеста. Открывайте и увидите, что шест растянут как
надо".
Ну, Раскоряка постукивает ногой по земле, складывает руки на груди, сердито смотрит
на парня и говорит: "Что ж, хорошая работа, только... похоже, у нас все шесты нужной
длины. Верни ее на место".
Ансель прыгает в трактор и уезжает. С тех пор его и зовут "Растяжка". Сходи какнибудь
в зверинец, и тебе покажут то четырехтонное чудище с когтями, которое мы
пр
...Закладка в соц.сетях
