Жанр: Фантастика
Далекие королевства 4. Возвращение воина
...ого вида латка на
глазу, то мой вид, похоже, был способен шокировать самого Воровского Короля.
- Ты выглядишь как ангел-мститель, которого послала сама богиня, - восхищенно произнес он.
- Думаю, что так и есть на самом деле, Пип.
Затем я по-дружески хлопнула его по спине, чтобы коротышка расслабился и перестал таращить
на меня глаза.
- Давай с тобой договоримся, Пип, - предложила я, - что если я начну сплевывать на дорогу и
скрести нос, как рыночная ведьма, то ты тут же меня ущипнешь. Понимаешь, ангелы-мстители обязаны
постоянно следить за своими манерами.
Для того чтобы дать сигнал о нашем прибытии в Галану, Пип воспользовался маленьким ручным
зеркалом - известный прием контрабандистов. За этим последовал быстрый обмен солнечными
зайчиками. В крепости были сильно удивлены, что к ним пожаловал сам Воровской Король. Без
промедления был послан отряд, чтобы провести нас в крепость. Для нас с Пипом привели двух
замечательных коней - Пип тут же сказал, что его сопровождает более значительная фигура, чем он.
Но мне почему-то стало жаль старую кобылу, которая длительное время терпеливо сносила
унизительную обязанность тащить за собой телегу.
У нее за плечами была долгая и весьма достойная служба в кавалерии, поэтому я распрягла ее,
приладила ей на спину добротное седло, потом надела уздечку из сыромятной кожи - все это я
припрятала на всякий случай в телеге - и оседлала.
Кобыла сразу подняла голову и принялась гордо вышагивать, пока мы спускались с холма. Время
от времени она радостно пофыркивала, явно гордилась собой и с пренебрежением посматривала на
отвергнутую мной лошадь, которая понуро трусила рядом.
Мы последовали по довольно сложному маршруту, часто петляя, пересекая небольшие горные
ручьи и мелкие, но очень бурные реки. Цель состояла в том, чтобы приблизиться к крепости незаметно
от вражеских наблюдателей. В конце концов мы оказались перед воротами Галаны, которые
гостеприимно распахнулись.
Во главе довольно большой толпы защитников крепости, собравшихся для встречи с нами, мы
увидели четверых людей. Один из них был высоким, мускулистым воином, заросшим темной бородой,
которую кое-где уже тронула седина. Его лицо покрылось загаром и было изборождено морщинами.
Воинские знаки отличия на его форме говорили о том, что он - генерал.
Я безошибочно определила, что это Квотерволс.
Второй человек был примерно одного роста с генералом, но так тонок, что казался еще выше. У
него было удлиненное лицо, черная борода, которую давно не подстригали, и желтые глаза. Он был
одет в одежды заклинателя, а корона на его голове свидетельствовала о том, что он был Главным
Заклинателем.
Это был, конечно же, Пальмирас.
Третьей была женщина в униформе со знаками отличия капитана Стражи Маранонии, и она
возвышалась над двумя весьма высокими мужчинами. Ее рост явно превышал два метра. Фигура
напоминала огромные песочные часы. Капитан носила форму и доспехи легко и изящно. У нее была
прекрасная кожа и светло-коричневые волосы. Она так напоминала Полилло, что я испытала шок. Она
была чуть-чуть пониже, волосы - немного светлее, но все равно - впечатление такое, что они могли
бы быть сестрами.
Я неотрывно смотрела на нее, недоумевая, кто же она на самом деле.
Затем мой взгляд скользнул вниз.
В руку этой богатырши крепко вцепилась маленькая девочка, в первый момент показавшаяся мне
красивой куклой, которая внезапно попала в страну великанов.
В тот самый момент, когда я увидела девочку, я забыла обо всех остальных и не могла отвести от
нее глаз. Девочка была настолько изящна, что только великий скульптор мог бы создать нечто
подобное.
У нее была нежная, точно фарфоровая, кожа, лицо обрамляли густые темно-рыжие волосы, а цвет
глаз напоминал море, которое долго целовалось с солнцем.
Глаза Амальрика. Волосы Амальрика.
Я ощутила легкое прикосновение магического биополя, как будто бы рядом пронеслась большая
бабочка. Я почувствовала запах цветов, детской невинности и щенячьего любопытства. Мою ауру
исследовали маленькие нежные пальчики.
Я спустилась с лошади, девочка высвободилась из руки могучего капитана и приблизилась ко мне.
Мы взглянули друг на друга, не скрывая взаимного восхищения.
Вслед за этим я преклонила колено и произнесла:
- Здравствуй, Эмили. Мне пришлось преодолеть немало препятствий, пока я до тебя добралась.
Глаза девочки расширились, как будто бы она только что меня узнала. Она улыбнулась.
Впечатление было такое, как будто бы она осветила весь мир этой своей улыбкой. И она повернулась к
остальным и спросила:
- Разве вы не знаете, кто это? Люди, ведь это тетя Рали! Моя тетя Рали!
Глава 6
ЭМИЛИ
Я не собираюсь изливать чувства, возникшие у меня во время встречи. Тем более я не намерена
проливать слезы умиления на страницы бортового журнала, что недостойно капитана Стражи
Маранонии.
Еще труднее мне признаться в том, что, как только Эмили оказалась в моих объятиях, я
почувствовала, что она - дочь, о которой я втайне мечтала всю жизнь.
Я солдат. Солдат чрезвычайно чувствителен ко всему, что касается личных взаимоотношений. Но
кроме этого я - колдунья. А колдуны гораздо сильнее, чем принято считать, подвержены воздействию
эмоций.
Эмили была дочерью человека, с которым я никогда не встречалась, - моего племянника
Гермиаса. Ее лицо ничем не отличалось от лица единственного ребенка в мире, которого я любила, -
моего брата Амальрика.
Я обняла ее. Я не переставая шептала ей на ухо ласковые слова. Тем не менее я постаралась не
выходить слишком далеко за незримо очерченные границы, потому что в том случае, если поток чувств
прорвется сквозь них, мне будет чрезвычайно трудно вернуться к выполнению задачи, поставленной
передо мной Маранонией.
Клянусь богами, в Эмили уже чувствовалась магическая сила! В ее хрупком теле, без всякого
сомнения, были скрыты те самые таинственные возможности, которые боги крайне редко дарят людям.
Я безошибочно почувствовала под волшебной рукой пульсацию магического биополя и увидела
волшебным глазом яркие искры, непрерывно слетающие с ауры, окружающей Эмили. Мы обнялись в
реальном мире и с изумлением изучали друг друга волшебными щупальцами в Других Мирах. Там я
смогла уловить, что в душе Эмили прячется страх. Кроме того, я уловила неистово пульсирующее
любопытство, которое вскоре сломало барьер страха. Однако я не сомневалась в том, что мой
нынешний облик, который только одна Эмили была способна увидеть без прикрас, глубоко ее
разочарует. Думаю, что причина предстоящего разочарования состоит в том, что я должна была стать ее
союзником в войне против Новари.
Другого выбора у меня не было.
События, которые последовали за встречей в Галане, очень трудно изложить в их строгой
очередности. У меня осталось воспоминание о растерянности, усиленной тем, что очень много людей
почти одновременно говорили разом. Поток информации был огромен и беспорядочен, поэтому у меня
в голове стоял легкий туман, в ушах звенело.
Иногда мне казалось, что все присутствующие заранее договорились о распределении ролей и
были склонны одобрять суждения друг друга. Восторженные замечания Эмили, как правило,
подтверждал Пип, а затем и Пальмирас. Со всех сторон непрерывно доносились возгласы восхищения
по поводу чудесного возвращения Рали Антеро.
Я догадалась, что после долгой и очень изнурительной осады обитатели Галаны были рады
воспользоваться представившейся возможностью немного порадоваться жизни. Они высыпали из своих
укрытий на склонах холма. Думаю, что почти все скудные запасы еды и питья были израсходованы в
течение праздника, продолжавшегося почти всю ночь. Защитники крепости разожгли костры, заиграл
импровизированный оркестр, начались пляски - и все это происходило под открытым небом, с
полнейшим пренебрежением к врагу, огни в лагере которого светились в отдалении на холмах и были
так многочисленны, что поначалу показались мне загадочным, расположенным у самого горизонта
созвездием.
Я почувствовала себя немного лучше, когда Квотерволс сказал мне, что, по его мнению, наш
праздник обеспечит противнику бессонную ночь и заставит его непрерывно думать о том, как все-таки
оказался высок боевой дух защитников крепости - той горстки негодяев, которая, как уверяли лидеры
врага, была близка к полному разгрому.
Эмили вцепилась в мою руку и на протяжении моего пребывания в Галане старалась ее не
выпускать. Я должна была даже сопровождать Эмили до "одиночного окопа" и терпеливо дожидаться
рядом.
Когда Эмили сморил сон, я отнесла ее в надежно укрытую келью, в которой жила девочка. Келья
располагалась в самом конце длинного туннеля, пробитого глубоко под холмом. В туннеле, не затихая,
свистел ветер и было довольно прохладно. Я пронесла Эмили мимо седовласых женщин с холодными
глазами. В их массивных дланях профессиональных воинов были крепко зажаты мечи. Это были
стражницы, которые присягнули на верность Маранонии. В дополнение к этому каждая из них дала
клятвенное обещание, что Эмили будет жить и этой зимой обязательно отпразднует свой седьмой день
рождения.
К тому времени, когда я донесла Эмили до ее подземного жилища, девочка вновь проснулась.
- Я знала, что ты приближаешься к Галане, тетя Рали, - сказала она. Поежившись, Эмили
постаралась поплотнее завернуться в стеганое одеяло. - До этого ты была в холодном месте, -
продолжала она, - одна госпожа мне показала. Она была очень красива. Но она меня очень сильно
напугала. Однажды она разбудила меня и объяснила, что я должна помочь ей разбудить тебя. А затем
все мне показала.
- Так что же она тебе показала, Эмили? - спросила я.
- Сначала ты была там, где очень тепло, - ответила Эмили, - и была счастлива. Я видела, что
ты не одна. Ты была вдвоем с человеком, имеющим, как мне показалось, для тебя особое значение. -
Маленькая девочка . растерянно провела ладошкой по одеялу. - Ты поцеловала ее, - произнесла она
нерешительно, - сперва в губы, а потом - в платье.. И я почувствовала, что ты счастлива. Настолько
счастлива, что мне захотелось стать тобой.
Но потом красивая женщина пояснила мне, что сейчас ты находишься совсем в другом месте. На
самом деле ты спишь. Очень долго спишь.
И тогда она показала мне. Холодное место. Кругом лед. И могила. И ты - внутри могилы. Рядом
с той женщиной, с которой, как я видела, ты была счастлива.
- Ее зовут Салимар, - сказала я, - она королева.
В глазах Эмили заблестели слезы.
- Если бы она была королевой, то приказала бы красивой госпоже остановиться. - Девочка
опустила голову. Затем продолжала: - Я сказала, что было бы несправедливо будить тебя. Ты была так
счастлива.
Я слегка похлопала здоровой рукой по тоненькой руке Эмили, постаравшись соразмерить усилие
и не причинить ей боли.
- Ты зря переживаешь, Эмили, - утешала я свою внучатую племянницу, - твоей вины тут нет.
Дело в том, что из тех, кто мог бы помочь Ориссе, осталась я одна.
- Так ты меня видела? - спросила она, и глаза ее стали такими огромными, как будто бы она
увидела необыкновенный мираж в пустыне. - Сразу после того, как она меня разбудила, эта... тетка...
эта дрянная тетка... она попыталась захватить меня. И украсть. Завязалась схватка. Было много раненых
и убитых. А другие... Ну, я точно не знаю... не могу точно выразить... Превратились в материал. В очень
плохой материал. Это было похоже на страшный сон, который стал вдруг реальностью и причинял
боль. - Внезапно ее озабоченное личико просветлело, и девочка сказала: - Но я вскоре перестала
бояться.
Эмили взмахнула рукой, и я тут же ощутила, как на меня накатилась энергетическая волна.
- Иногда мне удается заставить исчезнуть то, что мне не нравится. Оно исчезает и больше не
возвращается. Дрянной тетке это пришлось не по нраву. А я этому обрадовалась.
Вслед за этим Эмили нахмурилась и сказала:
- Но так или иначе, я все равно должна была разбудить тебя. И заставить тебя покинуть место,
где ты была счастлива.
- Смогу ли я когда-нибудь побывать там, тетя Рали? - спросила она, взглянув на меня.
На такой вопрос нужно было отвечать честно и без промедления.
- Я не знаю, Эмили. Но думаю, что все-таки это невозможно. По крайней мере, в течение
длительного времени.
- Я потеряла маму, - тихо произнесла Эмили. Я обратила внимание, что она просто
констатирует факт, в ее голосе не чувствовалось жалобы на судьбу. - Она тоже была там? - спросила
малютка.
- Нет, моя дорогая Эмили, - ответила я, - по всей вероятности, твоя мама находится сейчас
вместе с моей. Ты же знаешь, что для матерей имеется специальное место.
Эмили тряхнула головой и возразила:
- Только для некоторых матерей. Я знаю, где находится твоя мама. Однажды она приходила.
Пальмирас объяснил мне, что это было привидение. Но я так не думаю. Привидения обычно так
несчастны. В свое время я немало их повидала. А твоя мать не выглядела несчастной. Она была чем-то
встревожена.
Она появилась после того, как эта красивая, но очень злая женщина заставила меня разбудить
тебя. Она рассказала мне, что моя тетя Рали скоро придет. И еще она сказала мне, что твое имя - Рали
- означает надежду. Надежду для всех тех, кто в ней нуждается. Но в первую очередь - для меня,
потому что я была названа Эмили в ее честь, твоей мамы. Ведь твою маму звали Эмили, не правда ли,
тетя Рали?
- Да, дорогая моя, ее звали Эмили, - ответила я, - а знаешь ли ты, кем она была в жизни? Я
имею в виду - кроме того, что она была моей матерью?
- Нет, не знаю. Расскажи мне, пожалуйста.
И я рассказала Эмили старую легенду. Одну из тех, которые я когда-то поведала Амальрику и
которая обросла со временем всевозможными подробностями, не всегда правдивыми.
Мать умерла, когда Амальрик был совсем крошечным - почти таким же маленьким, как и Эмили
в тот год, когда она лишилась своей матери. Поэтому прошло много лет, в течение которых легенда
повторялась немыслимое количество раз, пока слегка подросший мальчик однажды ее не услышал.
Я рассказала Эмили о деревне, в которой родилась моя мама. О том самом месте, которое она
пощадила, несмотря на то что люди, которым она в течение своей жизни долго помогала, предали и
отвернулись от нее. Я рассказала об этой мудрой и красивой женщине, которая с бесконечным
терпением относилась ко мне в пору моей неистовой юности и постаралась направить мою страсть в
разумное русло. Именно она помогла мне стать знаменитой фигурой среди людей, которые отводят
женскому полу только второстепенные роли.
Однако, делясь с Эмили воспоминаниями о матери, я не упоминала о тех страстях и желаниях,
которые приходят обычно в более зрелом возрасте. Эти страсти и желания моя мать также помогла мне
воспринять как нормальные - и дай бог, чтобы каждая мать смогла бы когда-нибудь достичь такого
уровня взаимопонимания с подрастающей дочерью. Эмили пока была слишком юной, чтобы познавать
все, что касается любви и отношений полов.
Но малышка сказала:
- Ты сейчас думаешь о... всех этих глупостях, которыми занимаются взрослые. Ну, как тогда,
когда я видела, как ты целуешь Салимар. У тебя нет необходимости говорить мне об этом. С этим все в
порядке. Хотя я думаю, что на самом деле вы обе ненормальные. - Лицо Эмили стало серьезным. - Я
догадываюсь, что поцелуй - норма для взрослых.. И все остальное - тоже. Как мне кажется, Дерлина
однажды сказала мне, что я сама все об этом узнаю, когда немного подрасту. Может быть, я полюблю
больше всего мальчика. Но может быть - и девочку. Но Дерлина говорит, что в любом случае это
сопряжено с большими тратами времени. И еще она говорит, что каждый раз, когда мне в голову
приходят подобные мысли, я должна усиленно тренироваться с мечом. Потому что меч -
единственный мой надежный друг. И я догадываюсь, что она говорит правду, потому что Дерлина -
лучший воин в Галане. Капитан Стражи Маранонии.
Так я выяснила, что капитан Дерлина - это была женщина-великан, которую я видела в день
встречи и которая так напоминала мне Полилло.
Эмили презрительно скривила губы и сообщила мне:
- Я не очень часто думаю обо всех этих взрослых глупостях. Вот почему я не очень хорошо
владею мечом.
Затем девочка дотронулась до моей волшебной руки, и я почувствовала удар мощного
энергетического импульса ее магического биополя.
- Но иногда, - продолжала Эмили, - мне удается кое-что другое. Время от времени я
заставляю невкусное стать вкусным. Например, в тех случаях, когда продукты становятся гнилыми. Все
так радуются, когда мне удается сделать их свежими. В других случаях я могу хорошее превратить в
плохое. Например, в тех случаях, когда Дерлина очень много выпивает и становится ненормальной. Я
заставляю ее остановиться. Я заставляю ее выпивку пахнуть, как, - Эмили непроизвольно дернула
носом, - протухшая рыба. Я могу делать еще многое другое. Но только иногда. Я могу сделать так, что
солнце будет греть немного слабее. - Эмили вздохнула. - Это довольно трудно. Но у меня иногда
получается. Я делаю облако. И становится холодно. Затем я заставляю облако растаять. И снова
возвращается тепло. - Эмили пожала плечами и посетовала: - Это довольно скучно. Но это делает
Пальмираса счастливым. Он мой учитель. Поэтому мне доставляет удовольствие делать его
счастливым.
Малышка зевнула. Похоже, события насыщенного дня окончательно ее утомили.
- Ты действительно победила Архонта? - спросила неожиданно она.
Я ответила, что да.
- И ты победила эту... ну, дрянную тетку? Раньше? Ведь победила?
- Да, - ответила я, - победила. Ее зовут Новари. Тебе, пожалуй, это следует знать.
Эмили еще шире зевнула и сказала:
- О, я знаю ее имя. Мне просто ненавистно его произносить. Я подозреваю, что когда я
произносила ее имя... это придавало ей дополнительную силу. Поэтому я старалась этого избегать.
Иногда она выглядит как женщина. Иногда как большая птица. И она играет на лире. Очень странная
музыка. Все говорят, что это чудесная музыка. А я думаю, она отвратительна. И однажды, когда эта
дрянь снова начнет играть на лире, я обязательно доберусь до нее и оборву все струны. После этого
люди уже не будут внушать себе, будто она их богиня.
Вслед за этим глаза Эмили закрылись, вскоре ее милое бормотание превратилось в легкое дыхание
спящего ребенка. Во сне она немного шевелила губами, напоминающими бутон розы.
Ее дыхание пахло парным молоком.
Прежде чем я успела покинуть келью Эмили, она прошептала мне, как будто бы очнувшись на
секунду от безмятежного сна:
- Мне так жаль, тетя Рали, что мне пришлось разбудить тебя. За дверью меня ждала Дерлина.
Она всхлипнула и смахнула слезу.
- Не смогла удержаться, чтобы не заглянуть, капитан, - произнесла она хрипло.
- Называй меня Рали.
Она вскинула голову и сказала:
- Хорошо, пусть будет Рали. Так или иначе, я заглянула и увидела тебя и малышку. В этот
момент наша сиротка выглядела такой счастливой оттого, что встретилась наконец с любимой тетей
Рали, что я чуть было не лишилась чувств.
Большим кулаком Дерлина размазала по щеке еще одну невольно навернувшуюся слезу.
Внезапно в коридоре послышался какой-то неясный шум, и Дерлина мгновенно повернула голову
и начала внимательно прислушиваться. Оказалось, что мимо проходит очередная смена караула,
поэтому Дерлина снова переключила внимание на меня. Я с удивлением заметила, что ее лицо
приобрело смущенное выражение. Заметно стесняясь, она попросила меня:
- Я бы посчитала за великое одолжение, сделанное одной сестрой для другой, если бы ты
предпочла не распространяться о том, как я тут раскисла и пустила слезу.
Вслед за этими словами лицо Дерлины внезапно осветилось улыбкой.
- Новобранцы называют меня за глаза Каменное Сердце. И мне не хотелось бы испортить эту
репутацию.
- Пока ты со мной, - уверила я Дерлину, - тебе нечего бояться за свою репутацию. Я имею
весьма длительный опыт общения с женщиной, которую ты мне напоминаешь.
Мы двинулись по подземному коридору. Дерлина сопровождала меня на встречу с лидерами
Галаны. На сей раз встреча была назначена на необычно поздний час.
- Мне кажется, что я уже кое-что слышала об этом, - сказала Дерлина, - припоминаю, что ты
спросила что-то сразу после нашей встречи. - Выражение ее лица стало серьезным. - Ты спросила
тогда: "Полилло?", а я ответила: "Нет, я Дерлина". Ты, по всей вероятности, думаешь о той, которую
навечно запечатлели в мраморе. О моей двоюродной бабушке Полилло. Некоторые уверяют, что мы с
ней удивительно похожи. - Серьезное лицо Дерлины стало почти нахмуренным. - Обычно,
подозреваю, новобранцы пытаются подобрать ключи к доброй стороне моей души.
- Ты не только почти ничем внешне не отличаешься от Полилло, - сказала я. - Но у вас
одинаковая манера разговаривать, а главное - одинаково грозная внешность и наидобрейшее сердце.
Дерлина вновь улыбнулась.
- Почем я знаю? - с грубовато-шутливой интонацией в голосе пророкотала она и широко
размахнулась, чтобы "по-дружески" шлепнуть меня по спине. По-видимому, она вовремя спохватилась,
потому что вспомнила, что такой шлепок может свалить с ног сразу нескольких быков. Я устояла.
- Извини, - виновато произнесла она. - Так я и вправду похожа на бабушку Полилло?
- Как две капли воды, - ответила я, - поверь, что лучше меня ее не знал никто. Понимаешь, мы
с Полилло вместе выросли. И в один день поступили на службу в Стражу Маранонии.
- Вместе с Корайс, - подтвердила Дерлина, при этом кивнув. - Рали, Полилло и Корайс.
Величайшая троица воинов за всю историю Стражи Маранонии.
Дерлина весело рассмеялась. Тем самым жизнерадостным смехом, который отличал Полилло. Я
поежилась. В этом было что-то сверхъестественное.
- Ты была достойна гораздо лучшей участи, Рали, - сказала богатырша, - судьба тебя явно не
баловала. Уж и не знаю, сколько молодых женщин без конца сносили оскорбления и обвинения в
тупости и неповоротливости со стороны въедливых сержантов, которые день за днем твердили одно и
то же - как посмели они оскорбить своим презренным присутствием Стражу Маранонии?! Как у них
не горит земля под ногами? Та самая земля, по которой некогда ходили три наиболее великих в истории
воина: Рали, Полилло и Корайс?!
Я тихо рассмеялась.
- В свое время нас называли тремя самыми плохими стражницами, которые, как никто, чернят
репутацию Стражи. Должна со всей откровенностью признаться, что в годы юности мы проломили
гораздо больше черепов во время попоек и кутежей в трущобах, нежели на полях сражений.
- Об этом я тоже слышала, - сказала со смехом Дерлина, - слышала, судя по всему, в
некоторых из тех кабаков, в которых вы бывали. Они носят теперь ваши имена. На стенах висят
картины с изображением наиболее нашумевших драк. Владелец любой из этих таверн поклянется, что
винные пятна на полу - свидетельства многочисленных набегов, которые именно вы совершали на его
заведение.
- Что было, то было, но клянусь, что тот бочонок вина разбила не я. Это была Полилло. Если я
правильно помню - о голову какого-то охранника. Он совершил непоправимую ошибку - позволил
себе злую иронию по поводу интеллекта Полилло. Ты ведь знаешь, она очень чутко реагировала на
такие "шуточки".
- Я слышала, что она придушила того типа, - сказала Дерлина.
Она обняла воздух своими длинными, красиво очерченными руками, чтобы показать, как именно
Полилло придушила обидчика, и прижала их к своей пышной груди.
- Вот так. Удавила между грудями.
- Не исключено, что кого-нибудь другого она трахнула бочонком по голове, - предположила я,
- в этих кабаках всегда было много задиристых парней, которые то и дело напрашивались на
неприятности.
На этот раз Дерлина слабо улыбнулась. Она уже думала о предстоящих событиях. Я могла
прочитать это по ее открытому лицу, как будто бы передо мной вновь стояла сама Полилло, мой старый
друг.
И на сей раз лицо Дерлины было озабоченным
- Я не отношу себя к нытикам, Рали, но должна признать, что нас крепко блокировали в Галане.
Здесь уже не осталось почти ничего, кроме равнины, усыпанной валунами и скальными обломками. -
Дерлина с силой сжала свои внушительные кулаки, всем видом показывая решимость уничтожить
невидимого врага. - Ты, черт побери, собираешься схватить нас за шею? - Дерлина изобразила, как
хватает врага и теряет его, как крысу. - Собираешься крепко потрясти нас? Привести нас в чувство?
- Я понимаю тебя так, Дерлина, - произнесла я, - что, по твоему разумению, твои соратники
по оружию утратили боевой дух?
- Ни в коем случае, - ответила Дерлина, совершенно не обращая внимания на мой сухой тон, -
и думать об этом не моги!
Она с такой силой шлепнула себя по лбу, что в первый момент я испугалась за ее здоровье. Потом
шлепнула по лбу еще раз, так же крепко, и я поняла, что все в порядке.
- Возьми, к примеру, прошлую ночь, - заметила Дерлина.
- Я все видела.
Богатырша остановилась и положила руки на свои внушительные бедра.
- Отлично! - воскликнула она. - Я очень рада, что все видела! Тогда ты хорошо понимаешь,
что я имею в виду.
Еще одна тень набежала на ясное чело Дерлины.
- Клянусь всеми обитателями небес, которые, как никогда, равнодушны к нашим нуждам, ты
никогда не видела ничего подобного! Не сомневаюсь в том, что эта стерва Новари ударила в нас чем-то
магическим. И что же вышло? Она убила немало и своих солдат. Черт побери, на этот раз мы могли их
победить! Все, что от нас требовалось, - подняться и идти в бой! Мы смогли бы заставить завыть
немало сифилитичных шлюшек, если бы немного усилили нажим. Поднялся бы вой до небес по их
бессердечным отродьям, которых мы послали бы в ад, - именно туда, где им настоящее место.
Дерлина снова двинулась вперед. Шаг ее ускорился, стал более энергичным, твердым и злым. Мне
пришлось напрячься, чтобы не отстать.
- Будь я там, - рокотала Дерлина, - исход сражения был бы иным. Но Пальмирас и Квотерволс
вдвоем насели на меня и заставили отказаться от моей затеи. Они сказали, что было бы
непростительной глупостью рисковать командиром Стражи в открытом неравном бою с Новари. Со
стороны Новари это был очередной отвлекающий маневр, зондаж быстроты нашей реакц
...Поділитися у соцмережах
