Жанр: Фантастика
Темная башня 1-4.
... да?
- Да,- подтвердил Роланд.- Коли мы не сбились с тропы Луча, мы
выйдем наружу в Колыбели.
Джейк кивнул.
- Роланд.
- Что?
- Спасибо, что пришел за мной.
Роланд кивнул и обнял Джейка за плечи.
Далеко впереди, оживая, грохотали огромные моторы.
Мгновением позже послышался тяжкий скрежет, и на дорожку хлынуло
резкое сияние оранжевых натриевых ламп. Теперь Джейк увидел, где
останавливалась движущаяся лента. Чуть дальше начинался узкий
крутой эскалатор; он вел наверх, в этот оранжевый свет.
39
Эдди с Сюзанной услышали, как почти прямо под ними
заработали тяжелые моторы. В следующий миг широкая полоса
мраморного пола медленно поползла назад, открывая длинную
освещенную прорезь. Пол по направлению к ним исчезал. Вцепившись в
ручки кресла Сюзанны, Эдди стал резво пятиться вдоль стальной
ограды, отделявшей перрон от остальной Колыбели. На пути растущего
прямоугольника света было несколько колонн, и молодой человек
приготовился к тому, что, когда пол под их основаниями исчезнет, они
рухнут в отверстие. Но вопреки его ожиданиям колонны продолжали
безмятежно стоять - казалось, они парят в пустоте.
- Я вижу эскалатор! - перекричала нескончаемую икоту сирены
Сюзанна. Она подалась вперед, заглядывая в отверстие.
- Угу,- крикнул в ответ Эдди.- Тут у нас вокзал - значит, внизу
должна продаваться разная галантерея, духи и дамское белье.
- ~Что?!~
- Ничего!!
- ~Эдди!~ - пронзительно вскрикнула Сюзанна. На ее лице, как
фейерверк Четвертого июля, вспыхнуло и расцвело восторженное
удивление. Она еще сильнее подалась вперед, куда-то показывая, и Эдди
пришлось схватить ее, чтобы не дать ей вывалиться из кресла.- ~Там
Роланд! Они оба там!~
Колыбель содрогнулась от глухого удара: щель в полу достигла
предельной длины и перестала расти. Моторы, которые вели ее по
скрытым рельсам, протяжно взвыли и заглохли. Эдди подбежал к краю
провала и увидел на поднимающемся эскалаторе Роланда. Рядом со
стрелком, привалившись к его плечу, стоял Джейк - белый как мел, в
синяках, окровавленный, но самый настоящий живой Джейк.
Ступенькой ниже, прямо позади них, глядя вверх блестящими глазами,
сидел Чик.
- ~Роланд! Джейк!~ - завопил Эдди. Он подпрыгнул, размахивая
руками над головой, и затанцевал на самом краю щели. Будь он в шляпе,
он подбросил бы ее в воздух.
Они подняли головы и замахали. Эдди увидел: Джейк улыбался, и
даже у долговязого урода был такой вид, словно в очень скором времени
он не выдержит и выдаст на-гора улыбку. Чудесам, подумал Эдди, нет
конца. Ему внезапно показалось, что сердце не умещается в груди, и
молодой человек, размахивая руками и гикая, заплясал еще быстрее - из
опасения, что если хоть на секунду остановится, то самым натуральным
образом лопнет от радости и облегчения. До этой минуты он не
сознавал, насколько твердо его сердце уверилось в том, что им никогда
уже не видать ни Джейка, ни Роланда.
- ~Эгей, братва! Пор-рядок в танковых частях! Полный, матьперемать,
порядочек! Валяйте сюда, жопы!~
- Эдди, помоги!
Он обернулся. Сюзанна отчаянно пыталась выбраться из кресла,
но складку ее самодельных кожаных брюк защемило в тормозном
механизме. Молодая женщина смеялась и плакала одновременно,
темные глаза сияли счастьем. Эдди так резко выхватил ее из кресла, что
оно с лязгом повалилось на бок, и пустился в пляс по кругу. Сюзанна
одной рукой цеплялась за его шею и энергично махала другой.
- Роланд! Джейк! Живей, ножками, ножками! Слышите?
Едва те очутились наверху, Эдди облапил Роланда, хлопая по
спине. Сюзанна тем временем обцеловывала запрокинутое смеющееся
лицо Джейка. Чик бегал вокруг тесными восьмерками, радостно тявкая.
- Родненький мой! - сказала Сюзанна.- Ты в порядке?
- Да,- успокоил ее Джейк. Он по-прежнему улыбался, но в глазах
стояли слезы.- И рад, что наконец здесь. Вы себе не представляете, до
чего же я рад!
- Догадываюсь, золотко. Насчет ~этого~ можешь не сомневаться.-
Она повернулась к Роланду.- Что с ним сделали? У него такое лицо,
будто его перепахал бульдозер.
- Пуще всех постарался Режь-Глотку,- сказал Роланд.- Но он
больше не будет досаждать Джейку. Ни он, ни кто другой.
- А ты как, рулевой? В порядке?
Роланд кивнул, оглядываясь по сторонам.
- Так вот она какая, Колыбель.
- Да,- сказал Эдди. Он заглядывал в щель.- А что внизу?
- Машины и безумие.
- Понятно - говорлив, как всегда.- Эдди с улыбкой посмотрел на
Роланда.- Да ты знаешь, до чего я рад тебя видеть? Знаешь?
- Смею думать, да.- Тут Роланд улыбнулся, думая о том, как
меняются люди. Давно ли Эдди готов был перерезать ему горло его же
собственным ножом!
Моторы под полом снова заработали. Эскалатор остановился.
Щель в полу начала медленно закрываться. Джейк подошел к
перевернутому креслу Сюзанны и, поднимая его, заметил за железными
прутьями ограды что-то гладкое, розовое. У мальчика перехватило
дыхание; сон, приснившийся ему после ухода из Речной Переправы,
вернулся - яркий, живой: на них с Чиком, рассекая пустынные просторы
западного Миссури, мчится исполинская розовая пуля. Высоко на
лишенной выражения морде приближающегося чудовища поблескивают
два больших треугольных окна, похожие на глаза... Давнишние
предчувствия мальчика сбывались: время пришло, и его сон становился
явью.
~Чудовище с колесами зовут Мучитель Блейн~.
Эдди подошел к Джейку и обхватил его за плечи:
- Ну, друган,- вот он, точно как в рекламе. Нравится?
- Честно говоря, не очень.- Это было колоссальное преуменьшение,
но Джейк был слишком измучен и обессилен, чтобы выразиться удачнее.
- Мне тоже,- согласился Эдди.- Между прочим, он разговаривает.
И любит загадки.
Джейк кивнул.
Роланд тем временем усадил Сюзанну себе на бедро, и теперь они
вместе рассматривали коробку управления с рельефным ромбом
помеченных цифрами кнопок. Джейк и Эдди присоединились к друзьям.
Эдди обнаружил, что ему приходится поминутно коситься на Джейка,
чтобы удостовериться: это не просто игра воображения, он не принимает
желаемое за действительное и мальчик действительно здесь.
- Что теперь? - спросил он у Роланда.
Тот легонько провел пальцем по пронумерованным кнопкам, из
которых состоял ромб, и покачал головой. Он не знал.
- Понимаешь, мне кажется, Блейновы двигатели затарахтели
быстрее,- пояснил Эдди.- Конечно, когда орет эта тревога, ручаться
трудно, но по-моему... и потом, он же робот. Что если он... того...
отвалит без нас?
- Блейн! - громко крикнула Сюзанна.- Блейн, ты...
- СЛУШАЙТЕ ВНИМАТЕЛЬНО, ДРУЗЬЯ МОИ,- загремел голос
Блейна.- ПОД ГОРОДОМ СКЛАДИРОВАНЫ БОЛЬШИЕ ЗАПАСЫ
ХИМИЧЕСКОГО И БИОЛОГИЧЕСКОГО ОРУЖИЯ. МНОЮ
ЗАПУЩЕНА ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ОПЕРАЦИЙ,
ЗАВЕРШЕНИЕМ КОТОРОЙ ЯВЛЯЕТСЯ ВЫСВОБОЖДЕНИЕ ЭТИХ
ГАЗООБРАЗНЫХ ОТРАВЛЯЮЩИХ ВЕЩЕСТВ ПОСРЕДСТВОМ
ВЗРЫВА. ВЗРЫВ ПРОИЗОЙДЕТ ЧЕРЕЗ ДВЕНАДЦАТЬ МИНУТ.
На миг зычный голос умолк, и тогда до них донесся едва
различимый сквозь неумолчное мерное уханье сирены голосок Блейнамаленького:
~"...этого-то я и боялся... вам нужно торопиться..."~
Эдди оставил без внимания реплику Блейна-маленького: тот не
сказал ни черта такого, чего бы он не знал сам. ~Конечно~, нужно было
торопиться, но сейчас в сознании Эдди этот факт оттеснило далеко на
второй план нечто гораздо более важное.
- Но ~зачем?~ - спросил он.- Скажи на милость, ~зачем~ тебе это
понадобилось?
- ПО-МОЕМУ, ЭТО ОЧЕВИДНО. Я НЕ МОГУ ВЗОРВАТЬ
ГОРОД, НЕ УНИЧТОЖИВ ПРИ ЭТОМ И СЕБЯ. А РАЗВЕ Я СМОГУ
ОТВЕЗТИ ВАС ТУДА, КУДА ВЫ ХОТИТЕ ПОПАСТЬ, ЕСЛИ
ПОГИБНУ?
- Но в городе еще тьма народу,- возмутился Эдди,- ты же
~убьешь~ их!
- ДА,- хладнокровно отвечал Блейн.- ДО СВИДАНЬЯ,
КРОКОДИЛ, СКАТЕРТЬЮ ДОРОЖКА! САМ С ТОБОЮ НЕ ПОЙДУ,
НЕ ПОСЕТУЙ, КРОШКА!
- Но ~зачем~? - крикнула Сюзанна.- ~Зачем~, черт тебя побери?
- МНЕ СКУЧНО С НИМИ. ЗАТО ВАС ЧЕТВЕРЫХ Я НАХОЖУ
ДОВОЛЬНО ИНТЕРЕСНЫМИ. РАЗУМЕЕТСЯ, ~ДОЛГО~ ЛИ ЕЩЕ
ВЫ БУДЕТЕ МНЕ ИНТЕРЕСНЫ, ЗАВИСИТ ОТ ТОГО, СКОЛЬ
ХОРОШИ ОКАЖУТСЯ ВАШИ ЗАГАДКИ. КСТАТИ О ЗАГАДКАХ:
НЕ ЛУЧШЕ ЛИ ВАМ ПРИСТУПИТЬ К ДЕЛУ И ОТГАДАТЬ МОЮ?
У ВАС ЕСТЬ РОВНО ОДИННАДЦАТЬ МИНУТ ДВАДЦАТЬ
СЕКУНД. ЗАТЕМ ПРОИЗОЙДЕТ ВСКРЫТИЕ КАНИСТР.
- Не смей! - завопил Джейк, перекрывая пронзительные вопли
сирены.- Дело же не только в городе, такая отрава может расплыться
~везде~, где угодно! Старики в Речной Переправе - и те могут погибнуть!
- ГАЗ НАД ДОМИШКАМИ ТИХО ПЛЫВЕТ - БОЛЬШЕ В
ДЕРЕВНЕ НИКТО НЕ ЖИВЕТ,- равнодушно отозвался Блейн.- ХОТЯ
Я УБЕЖДЕН, ЧТО ОНИ МОГУТ РАССЧИТЫВАТЬ ЕЩЕ
НЕСКОЛЬКО ЛЕТ ПО ЧАЙНОЙ ЛОЖКЕ МЕРИТЬ ЖИЗНЬ СВОЮ:
ПРИШЛА ПОРА ОСЕННИХ БУРЬ, И ГОСПОДСТВУЮЩИЕ ВЕТРЫ
УНЕСУТ ГАЗ В ДРУГУЮ СТОРОНУ. ПОЛОЖЕНИЕ ВАШЕЙ
ЧЕТВЕРКИ, ОДНАКО, СОВЕРШЕННО ИНОЕ. СОВЕТУЮ
НАТЯНУТЬ СООБРАЖАЛЬНЫЕ ШАПОЧКИ, НЕ ТО - ДО
СВИДАНЬЯ, КРОКОДИЛ, СКАТЕРТЬЮ ДОРОЖКА! - Голос на
мгновение умолк.- ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ:
ДЕЙСТВИЕ ГАЗА ~НЕ~ БЕЗБОЛЕЗНЕННО.
- Отмени это! - взмолился Джейк.- Мы все равно будем загадывать
тебе загадки, правда же, Роланд? Столько, сколько пожелаешь! ~Только
отмени это!~
Блейн расхохотался. Он смеялся долго, оглашая пустынный
простор Колыбели визгливыми раскатами электронного веселья,
сливавшимися с однообразным, сверлящим, прерывистым воем тревоги.
- Перестань! - закричала Сюзанна.- Перестань! Перестань!
~Перестань!~
И Блейн перестал. Вопль сирены оборвался на середине.
Воцарившаяся тишина, нарушаемая лишь стуком дождя, оглушала.
Из динамика послышался тихий, задумчивый и абсолютно
безжалостный голос.
- У ВАС ОСТАЛОСЬ ДЕСЯТЬ МИНУТ,- сообщил Блейн.- НУ-С,
ПОГЛЯДИМ, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛИ ВЫ ТАК ИНТЕРЕСНЫ.
- Эндрю.
~"Здесь нет никакого Эндрю, незнакомец,- подумал он.- Эндрю
давно умер, Эндрю больше нет, а вскоре не станет и меня".
- ~Эндрю!~ - упорствовал голос.
Он шел издалека, извне яблочного пресса, который когда-то был
его головой.
Когда-то и впрямь жил-был на белом свете мальчик по имени
Эндрю, и отец повел его в парк на западной окраине Лада - в парк, где
росли яблони и стояла ржавая хибара из жести, адски уродливая и
райски благоуханная. "Что это?" - спросил Эндрю, и отец ответил: здесь
делают сидр. Он потрепал Эндрю по голове, велел: смелее! - и провел
мальчика в занавешенную одеялом дверь.
Внутри тоже были яблоки - бесчисленные корзины, выставленные
штабелями вдоль стен, а еще там был поджарый старик по прозвищу
Зобатый, мышцы играли у него под кожей, извивались, как черви. Работа
его заключалась в том, чтобы корзину за корзиной скармливать яблоки
разболтанной лязгающей машине, которая стояла посреди комнаты. Из
трубы на боку машины лился сладкий сидр. У трубы стоял второй
работник (чье имя изгладилось из его памяти) и наполнял сидром
кувшин за кувшином. У него за спиной стоял третий, ~его~ делом было
давать подзатыльник тому, кто наполнял кувшины, если тот уж очень
много проливал.
Отец Эндрю вручил сыну стакан пенного сидра, и хотя за годы
городской жизни мальчик перепробовал великое множество забытых
диковинных лакомств, ничего прекраснее того сладкого холодного питья
он не пробовал. Он будто глотнул порывистого октябрьского ветра. И
все-таки глубже, чем вкус сидра, крепче, чем то, как перекатывались
мышцы Зобатого, когда он опорожнял корзины, в память мальчику
врезалась безжалостность, с какой машина перерабатывала в сладкую
жидкость большие, румяные золотистые яблоки. Две дюжины
крутящихся цилиндров загоняли плоды под вращающийся стальной
барабан с пробитыми в нем отверстиями. Яблоки сперва сдавливало, а
затем они лопались, выплескивая сок в конус воронки, где фильтр
задерживал мякоть и семечки.
Теперь прессом-давилкой была его голова, а яблоком - мозг. Скоро
он лопнет, как лопались под барабаном яблоки, и тогда его поглотит
благословенная тьма.
- Эндрю! Подними голову и посмотри на меня.
Он не мог... и не стал бы, даже если бы мог. Лучше лежать здесь,
покорно ожидая пришествия тьмы. Все равно он должен быть мертв,
разве чертов шкет не всадил пулю ему в мозг?
- В мозг? Да пуля и близко к нему не подлетала, остолоп. Ты ~не~
умираешь. У тебя болит голова, вот и все. Однако ты ~и впрямь~
отправишься в мир иной, коль скоро и дальше будешь лежать здесь в
собственной крови и скулить... а я уж позабочусь о том, чтобы, умирая,
ты, Эндрю, вспоминал свои теперешние страдания как блаженство.
Не угрозы заставили того, кто лежал на полу, поднять голову -
скорее то, что обладатель всепроникающего шепчущего голоса словно
читал его мысли. Он медленно сел, и его захлестнула нестерпимая
мучительная боль: внутри костного футляра, вмещавшего жалкие
остатки его сознания, заскользили, забегали неведомые тяжелые
предметы, пробивая в мозговой ткани кровавые ходы. С его губ сорвался
долгий тягучий стон. Правую щеку что-то щекотало легкими касаниями,
словно там в крови ползала дюжина мух. Ему захотелось согнать их, но
он знал: чтобы не упасть, ему для опоры нужны обе руки.
Неподвижная фигура в глубине комнаты, у двери в кухню,
казалась страшным призраком. Отчасти потому, что верхний свет еще
мигал, отчасти потому, что он видел вновь прибывшего лишь одним
глазом (что случилось со вторым, он не помнил и не хотел вспоминать),
однако главная причина, чудилось ему, в том, что это существо ~и есть~
страшный призрак. Внешне оно походило на человека... но тот, кто
когда-то звался Эндрю Квиком, думал, что на самом деле это вовсе не
человек.
Незнакомец, стоявший перед дверью-люком, одет был в короткую
темную куртку, перехваченную в талии ремнем, линялые штаны из синей
хлопчатой материи в рубчик и старые запыленные сапоги - сапоги
селянина, объездчика или...
- Или стрелка, Эндрю? - спросил незнакомец и хихикнул.
Тик-Так в отчаянии уставился на фигуру в дверном проеме, силясь
разглядеть лицо, но у короткой куртки был капюшон - капюшон,
надвинутый на голову. Черты незнакомца тонули в густой тени.
Сирена умолкла на полувопле. Аварийное освещение перестало
мигать.
- Вот так,- прежним пронзительным шепотом сказал незнакомец.-
Наконец мы можем слышать, что думаем.
- Кто ты? - спросил Тик-Так. Он пошевелился, и грузики у него в
голове, вновь придя в движение, принялись пропахивать в мозгу свежие
борозды и буравить новые канальцы. Ощущение было ужасное, но,
непонятно почему, еще хуже была отвратительная мушиная возня на его
правой щеке.
- Я - человек с тысячью прозваний, напарник,- сказал из тьмы
своего капюшона незнакомец, и хотя голос его звучал серьезно, Тик-Так
расслышал таящийся у самой поверхности смех.- Я Джимми, я Тимми,
иным я Ловкач, Искусник и Щеголь - другим; меня Победителем кличут
порой, порой - Проигравшимся-в-Дым. Зови хоть Повешенным, хоть
Палачом - ей-ей, не обижусь ничуть. Ты только, дружок, меня вовремя в
дом к обеду позвать не забудь.
Человек в дверном проеме запрокинул голову, и его смех, больше
похожий на волчий вой, прихватил морозцем кожу на руках и спине
раненого, собрав ее пупырышками гусиной кожи.
- Когда-то меня величали Вечным Пришельцем,- продолжал этот
человек. Он двинулся к Тик-Таку. Тот застонал и попытался отползти
назад.- Еще меня звали Мерлин или Мэйрлин - впрочем, разницы нет,
все равно ~им~ я никогда не был, хоть ничего и не отрицал. Порой меня
называют Чародеем... или Колдуном... Чернокнижником... но я надеюсь,
Эндрю, мы можем обойтись без этих пышных словес и беседовать более
~человеческим~ языком.
Он откинул капюшон, открыв светлое широколобое лицо, в
котором, невзирая на всю приятность черт, не было ничего
человеческого. На скулах Чернокнижника рдели пышные розы
лихорадочного румянца, голубовато-зеленые глаза искрились бурным
весельем, чересчур диким и необузданным, чтобы быть порождением
здравого рассудка; иссиня-черные волосы торчали дурацкими
слипшимися вихрами, как перья ворона, пунцовые губы открывали в
усмешке зубы каннибала.
- Зови меня Фэннин,- объявило ухмыляющееся видение.- Ричард
Фэннин. Быть может, это ~не вполне~ верно, но, полагаю, для
руководящей должности сойдет.- Он протянул руку с девственно гладкой
ладонью.- Что скажешь, напарник? Пожми-ка руку, которая потрясла
мир.
Существо, когда-то бывшее Эндрю Квиком и известное в чертогах
Седых под именем Тик-Така, взвизгнуло и вновь попыталось отползти
назад. Лоскут кожи, содранный с его головы пулей мелкого калибра,
которая не продырявила, а лишь оцарапала череп, болтался из стороны в
сторону; длинные пряди светлых с проседью волос продолжали
щекотать щеку. Квик, однако, больше не чувствовал этого. Он позабыл
даже про ноющую боль под черепом и острую, дергающую - в ямке на
месте левого глаза. Все его мысли слились в одну: ~"Надо во что бы то
ни стало удрать от этого чудовища в человеческом обличье"~.
Но когда незнакомец схватил правую руку Эндрю Квика и пожал
ее, эта мысль испарилась, как сон в минуту пробуждения. Крик, запертый
в груди Квика, сорвался с губ любовным вздохом. Он тупо уставился
вверх, на ухмыляющегося пришельца. Отслоившийся лоскут кожи
покачивался.
- Что тебя беспокоит? Должно быть, ~это~. Оп-ля! - Фэннин
резким движением оторвал свисающий клочок кожи. Смутно забелел
пятачок черепной кости. Звук был такой, точно рвалась толстая ткань.
Квик истошно взвизгнул.
- Ну-ну, секундное дело.- Присев на корточки перед Квиком, этот
человек говорил с ним, как мог бы говорить снисходительный отец с
занозившим палец ребенком.- Капельку поболит и перестанет. Ведь так?
- Д-да,- пробормотал Квик. Верно, боль уже утихала. И когда
Фэннин снова протянул к Эндрю руку и стал ласково поглаживать левую
сторону его лица, тот инстинктивно дернулся назад, но тотчас совладал с
собой. Он чувствовал, как с каждым прикосновением этой руки, не
имеющей линий судьбы, к нему возвращаются силы. Квик с немой
признательностью поглядел на нового знакомца. Губы его дрожали.
- Тебе лучше, Эндрю? Лучше, правда?
- Да! Да!
- Если хочешь поблагодарить меня - а я уверен, ты хочешь,- нужно
сказать то, что обыкновенно говорил один мой старый знакомец. В
конце концов он предал меня, но все же довольно долго он был мне
хорошим другом, и в моем сердце по сей день есть для него уголок.
Скажи "жизнь за тебя", Эндрю. Можешь ты это сказать?
Эндрю мог - и сказал; собственно, он повторял эти слова и,
казалось, не мог остановиться. "Жизнь за тебя! Жизнь за тебя! Жизнь..."
Фэннин вновь притронулся к его щеке, и голову Эндрю Квика
пронзила страшная, невыносимо острая боль. Он испустил
пронзительный крик.
- Прошу прощения, но времени мало, а тебя, что называется, заело.
Эндрю, позволь задать тебе прямой вопрос: ты был бы рад прикончить
стрелявшего в тебя позорника? А его дружков и удальца, что притащил
мальчишку сюда,- особенно его? А шавку, лишившую тебя глаза, Эндрю?
Хотелось бы тебе этого?
- Да! - выдохнул бывший Тик-Так. Его окровавленные руки
сжались в кулаки.- ~Да!~
- Вот и славно.- Незнакомец помог Квику подняться.- Им
~придется~ умереть, ибо они встревают в дела, которые их вовсе не
касаются. Я рассчитывал, что с ними расправится Блейн, однако дело
зашло слишком далеко, чтобы полагаться на что бы то ни было... в
конце-то концов, кто мог подумать, что им удастся забраться ~так~
далеко?
- Не знаю,- отозвался Квик. Сказать правду, он совершенно не
понимал, о чем говорит незнакомец, да и не хотел понимать.
Восторженное волнение восхитительным наркотиком туманило его
сознание, и после пережитой боли, когда голова казалась ему яблочным
прессом, ему было этого довольно. Более чем.
Ричард Фэннин презрительно скривил губы:
- Медведь и кость... ключ и роза... закат и восход... время не ждет!
~Довольно!~ Довольно, говорю я! Они не должны подобраться к
Темной Башне ближе, чем сейчас!
Квик, шатаясь, попятился - Фэннин с быстротой молнии выбросил
вперед руки. Одна разорвала цепочку, на которой висели заключенные в
стекло крошечные часы с маятником, другая содрала с его предплечья
"Сейко" Джейка Чэмберса.
- Я возьму это, ладно? - Фэннин-Чернокнижник пленительно
улыбнулся, укрыв жуткие зубы за скромно сжатыми губами.- Или ты
против?
- Нет,- отозвался Квик, уступая последние символы своей долгой
власти без колебаний - и, по сути, не сознавая, что делает.- Изволь.
- Спасибо, Эндрю,- тихо промолвил зловещий гость.- А теперь
живей: приблизительно через пять минут я ожидаю резких изменений в
окружающей атмосфере. Мы должны добраться до ближайшего чулана с
противогазами раньше, чем это произойдет,- а ждать, вероятно, осталось
очень недолго. Сам я прекрасно мог бы пережить упомянутые перемены,
но боюсь, как бы у тебя не возникли некоторые трудности.
- Не понимаю, о чем ты,- сказал Эндрю Квик. В голове у него
вновь запульсировала боль, мысли путались.
- И не нужно,- спокойно ответил незнакомец.- Идем, Эндрю,-
думаю, нам следует поторопиться. На редкость хлопотливый выдался
денек, верно? Если повезет, Блейн зажарит их прямо на перроне, где они,
вне всяких сомнений, стоят до сих пор,- с годами у бедняги появились
большие странности. Тем не менее я считаю, что нам следует
поторопиться.
Он обнял Квика за плечи и, посмеиваясь, увел его в дверь, которой
всего несколькими минутами раньше воспользовались Роланд с
Джейком.
Часть шестая
ЗАГАДКА И БЕСПЛОДНЫЕ ЗЕМЛИ
- Ну хорошо,- сказал Роланд.- Скажите мне его загадку.
- А как же те люди? - спросил Эдди, ткнув пальцем в сторону
города за огромной колонной залой Колыбели.- Чем мы можем им
помочь?
- Ничем,- ответил Роланд,- но помочь ~себе~ мы еще в силах. Так
что это была за загадка?
Эдди посмотрел на обтекаемый силуэт монорельса.
- Он сказал, чтоб раскочегарить его, нам надо залить насос.
Только он заливается задом наперед. Тебе это о чем-нибудь говорит?
Роланд тщательно обдумал вопрос, покачал головой и посмотрел
на Джейка.
- Есть какие-нибудь соображения, Джейк?
Тот помотал головой.
- Даже не ~представляю~, что такое насос.
- Вероятно, загадка - это не самое трудное,- сказал Роланд.- Блейн
кажется нам живым, поскольку разговаривает, как живое существо,
однако он все равно остается машиной - хитроумной, но машиной. Свои
двигатели он запустил сам, а вот чтобы открыть ворота и его двери,
должно быть, нужен шифр или код.
- Нам лучше поторопиться,- нервно заметил Джейк.- С тех пор, как
он говорил с нами в последний раз, прошло наверняка никак не меньше
двух-трех минут. А то и больше.
- Ладно тебе высчитывать,- хмуро сказал Эдди.- Здесь время
чокнутое.
- И все-таки...
- Да, да.- Эдди покосился на Сюзанну, восседавшую верхом на
бедре стрелка, но та отрешенно смотрела на числовой ромб. Молодой
человек снова перевел взгляд на Роланда.- Насчет шифра ты наверняка
попал в точку - небось, потому тут и натыкана такая прорва кнопок с
цифирью.- Он повысил голос: - Так, Блейн? Хоть это мы угадали
правильно?
Молчание. Только убыстряющийся рокот двигателей моно.
- Роланд,- вдруг окликнула Сюзанна,- тебе придется мне помочь.
Выражение мечтательной отрешенности сменилось иным, в
котором соединились ужас, смятение и решимость. Никогда еще
молодая женщина не казалась Роланду столь прекрасной... или столь
одинокой. Когда они, стоя у края поляны, смотрели, как Медведь
силится стащить Эдди с дерева, Сюзанна сидела у Роланда на плечах и
стрелок не видел, какое у нее сделалось лицо, когда он сказал, что
стрелять должна она. Теперь, глядя на молодую женщину, он понял, что
это было за выражение. ~Ка~ - колесо, его единственное назначение -
вращаться, и в итоге оно неизменно приходит туда, откуда начинало.
Так бывало всегда и так было сейчас; Сюзанна вновь повстречалась на
узкой дорожке с медведем, и ее лицо говорило, что это для нее не секрет.
- Что? - спросил он.- В чем дело, Сюзанна?
- Я знаю ответ, но не могу его ухватить. Застрял в памяти, как
рыбья кость в горле. Мне нужно, чтобы ты помог мне вспомнить отца -
не лицо, а голос. Его ~слова~.
Джейк украдкой поглядел на свое запястье, и в памяти мальчика
неожиданно вновь всплыли зеленые, как у кота, глаза Тик-Така: вместо
часов там было белое пятно, резко выделявшееся на темном загаре.
Сколько еще времени у них остается? В лучшем случае минут семь, никак
не больше. Джейк поднял взгляд и увидел, что Роланд перекатывает по
костяшкам левой руки патрон. Мальчик почувствовал, как сразу
потяжелели его веки, и быстро отвел глаза.
- Чей голос ты хотела бы вспомнить, Сюзанна Дийн? - негромко и
задумчиво спросил Роланд. Его взгляд был прикован не к лицу молодой
женщины, а к патрону, который резво плясал по его руке - туда... и
обратно... туда... и обратно...- без остановки.
Стрелку не понадобилось отвлекаться от своего занятия, чтобы
понять, что мальчик смотрит в сторону и только Сюзанна следит теперь
за танцем патрона. Патрон стал перекатываться все быстрее и наконец
словно бы заплавал по тыльной стороне руки Роланда.
- Помоги мне вспомнить голос отца,- попросила Сюзанна Дийн.
На мгновение стало тихо. Где-то в городе тяжело ухнул взрыв. По
крыше Колыбели барабанил дождь, слышался густой мерный рокот
турбинных двигателей моно. Потом тишину прорезал низкий
гидравлический гул. Эдди оторвался от плясавшего по руке стрелка
патрона (для этого потребовалось некоторое усилие; молодой человек
понял: еще несколько секунд - и он сам был бы загипнотизирован) и
заглянул за железные прутья ограды. Из покатого розового лба Блейна
между окон выдвигался тонкий серебристый прут, похожий на антенну.
- Сюзанна,- негромко окликнул Роланд.
- Что? - Глаза молодой женщины были открыты, но голос звучал
еле слышно, с придыханием, как у говорящего во сне.
- Ты помнишь голос своего отца?
- Да... но я его не слышу.
- ШЕСТЬ МИНУТ, ДРУЗЬЯ МОИ.
Эдди и Джейк испуганно вздрогнули и посмотрели в сторону
динамика, но Сюзанна точно оглохла и продолжала невидящим
взглядом следить за блуждающим по руке стрелка патроном. Костяшки
пальцев Роланда под ним сновали вверх-вниз, как ремизки ткацкого
станка.
- Постарайся, Сюзанна,- настойчиво упрашивал Роланд и вдруг
почувствовал, что Сюзанна в кольце его правой руки меняется. Она как
будто погрузнела... а еще ему смутно почудилась в молодой женщине
некая живость, которой прежде не было. Словно изменилась сама ее суть.
Она и впрямь изменилась.
- На кой ляд тебе сдалась эта сука? - хрипло осве
...Поділитися у соцмережах
