Жанр: Фантастика
Все живое
...исходит?
Пусть это дико, нелепо, но в глубине души я уверен - без Таппера
тут не обошлось, каким-то образом он заварил эту кашу.
Надо бы все обдумать, разобраться, но уж очень это огромно, и
никак не укладывается в голове, и не за что зацепиться... За этими мыслями
а не услышал, как сзади, словно крадучись, подкатила машина. Очнулся,
только когда щелкнула распахнутая дверца.
Я круто обернулся - за рулем сидела Нэнси Шервуд.
- Садись, Брэд! - крикнула она сквозь вой сирены.
Я поспешно сел рядом, захлопнул дверцу. и мы понеслись. Машина
была большая, мощная, верх опущен; с непривычки как-то чудно мчаться в
открытой машине, когда над головой ничего нет.
Сирена утихла. Только что мир был до отказа полон воем ее
медной глотки - и вот все оборвалось коротким жалобным стоном и
смолкло. Настала тишина - огромная, давящая, под ее необъятным грузом
глубоко в мозгу еще таился слабый рыдающий отзвук. Словно вой не
совсем кончился, а лишь отодвинулся куда-то очень далеко.
Тишина обдала холодом, я почувствовал себя беззащитным и
беспомощным. Глупо: будто, пока выла сирена, у нас была цель, было
зачем и куда стремиться. А смолкла она - и непонятно, куда идти и что
делать.
- Хорошая у тебя машина,- сказал я первое, что пришло в голову.
Ничего другого не подвернулось, а что-то сказать было необходимо.
- Это мне отец подарил ко дню рожденья.- ответила Нэнси.
Машина шла бесшумно, мотора совсем не было слышно, только
глухо шуршали шины по асфальту.
- Слушай, Брэд, что происходит? Кто- то мне говорил, будто твоя
машина валяется разбитая, а тебя нигде нет. Это не из-за твоей аварии
запустили сирену? И еще, говорят, на шоссе пробка, застряла масса
машин...
- Вокруг Милвила поставили ограду,- сказал я.
- Кто поставил? Зачем?
- Это не простая ограда. Ее не видно.
Мы подъезжали к Главной улице, здесь народу стало больше. Шли
не только по тротуарам, но и по газонам перед домами, и прямо по
мостовой. Нэнси сбавила скорость, машина теперь еле ползла.
- Так ты говоришь, ограда?
- Ну, да. Автомобиль без шофера и без пассажиров может пройти
сквозь нее, а человека она не пропускает. Подозреваю. что она не пропустит
ничего живого. Заколдованная стена, как в волшебной сказке.
- Не хватало еще, чтобы ты верил в волшебство!
- Час назад не верил. А теперь не знаю...
Мы выехали на Главную улицу, тут перед муниципалитетом
собралась толпа, все время подходили еще и еще люди. Подбежал Джордж
Уокер, мясник из магазина №Рыжий филин¤: край белого фартука заткнут
за пояс, белый полотняный колпак съехал на ухо. Норма Шепард,
секретарша доктора Фабиана, забралась на какой-то ящик посреди
тротуара, чтоб лучше видеть, что творится вокруг; Батч Ормсби, хозяин
заправочной станции напротив муниципалитета, стоял у обочины и усердно
тер комком ветоши перепачканные смазкой ладони, словно знал, что вовеки
не ототрет их дочиста, а все-таки обязан стараться.
Нэнси подвела машину к бензоколонке и заглушила мотор.
Размашисто шагая по бетонной площадке, к нам подошел какой-то
человек. Наклонился, оперся скрещенными руками о дверцу.
- Ну, приятель, как дела? - спросил он.
Минуту я смотрел на него, не узнавая, и вдруг вспомнил. Он,
видно, понял.
- Угу,- подтвердил он.- Я самый. Это я разбил твою машину.
Он выпрямился и протянул руку.
- Звать меня Гэбриел Томас. Попросту сказать, Гейб. Мы тогда на
дороге и назваться-то не успели.
Я пожал ему руку и назвал себя, потом представил ему Нэнси.
- Говорят, на шоссе что-то случилось, мистер Томас,- сказала она.-
Но Бред мне не рассказывает.
- Видите ли, мисс, тут дело темное,- сказал Гейб.- Вроде ничего и
нет, наезжаешь на пустое место, а оно тебя не пускает - все равно как в
каменную стену уперся. Проехать нельзя, а видно все насквозь.
- Звонили вы своему начальству? - спросил я.
- А как же. Ясно, звонил. Да только никто мне не поверил. Думают,
я пьян. Думают, я до того допился, что боюсь ехать, вот и отсиживаюсь гдето.
Думают, я сочинил эту дурацкую историю себе в оправдание.
- Они вам так и сказали, мистер Томас?
- Нет, мисс, не сказали, да только я и сам знаю, что они думают. То
и обидно, что им такое в голову пришло. Я ж непьющий. И ничего за мной
худого не водится. Я же три года кряду премии получал за классную езду.
- Ума не приложу, как быть,- продолжал он, обращаясь ко мне.-
Никак не выберусь из этого городишки. Никакого просвета нет. В какую
сторону ни подамся - всюду стена. До моего дома пятьсот миль, жена одна
осталась, на руках шестеро ребятишек, меньшой еще в пеленках. Ума не
приложу, как она там управится. Она, понятно, привыкла, что я уезжаю.
Так ведь я всегда за три дня оборачиваюсь, на худой конец - за четыре. А
ну как застряну тут недели на три, а то и на все три месяца? Что ей тогда
делать? Денег взять неоткуда, а за квартиру плати да шесть ртов прокорми.
- Может, это и ненадолго,- сказал я; мне хотелось его немного
подбодрить.- Может, кто-нибудь сообразит, как этот барьер одолеть. А
может, он пропадет сам собой. И потом, мне кажется, компания пока будет
выплачивать ваше жалованье жене. Ведь вы-то не виноваты...
Он презрительно фыркнул.
- Чтоб эти выжиги да заплатили? Держи карман шире! Знаю я
ихнюю шатию.
- Да вы не волнуйтесь,- уговаривал я.- Мы еще не знаем, что
случилось, надо сперва разобраться...
- Это верно,- согласился Гейб.- Все- таки я ж не один такой. Я тут
со многими толковал, которые тоже попались. Вот только что у
парикмахерской мне один говорил - у него жена лежит в больнице... в этом,
как бишь его...
- В Элморе,- подсказала Нэнси.
- Вот-вот. Жена в Элморе в больнице, а он рвет и мечет, боится -
вдруг не сумеет ее навестить. Все твердит - хоть бы это поскорей уладилось,
хоть бы ему отсюда выбраться. Видно, жена очень плоха, он ее навещал
каждый божий день. И она его ищет и наверняка не поймет, чего он не едет.
Вроде она малость не в своем уме, и ей не втолкуешь. И еще тут один. У
него вся семья гостила в Йеллоустоуне, и как раз нынче он ждет их домой.
Приедут, говорит, усталые, дорога-то не близкая, а домой не попасть. Он их
ждет среди дня. Решил выйти на дорогу и ждать у самого барьера. Встречай
не встречай, толку-то чуть, но он говорит - больше ничего придумать не
могу. Потом тут куча народу работает на стороне, и теперь они не могут
попасть на работу. А еще, кто- то рассказывал, одна здешняя девушка
собирается замуж за парня из Кун Вэли - есть такое место поблизости,- и
они хотели завтра обвенчаться, а теперь, понятно, свадьбы не выйдет.
- Вы, я вижу, со многими успели потолковать,- заметил я.
- Тише!- сказала Нэнси.
На той стороне улицы, на высоком крыльце муниципалитета,
появился наш мэр Хигги Моррис и замахал руками, чтоб все замолчали.
- Сограждане!- заорал Хигги фальшивым голосом, будто на
предвыборном собрании; от такого голоса сразу начинает тошнить.-
Сограждане, призываю вас соблюдать тишину и спокойствие!
- А ну, скажи им, Хигги! - выкрикнул кто-то.
В толпе прокатился смех, но совсем невеселый.
- Друзья,- продолжал Хигги,- нам грозят неприятности. Вы про это,
наверно, уже слышали. Не знаю, что именно вы слышали, ходит уйма
всяких сплетен. Я и сам не знаю точно, что случилось. Прошу прощенья,
что пришлось пустить в ход сирену, но это был самки быстрый способ
созвать вас сюда.
- Да ладно, черт с ним!- крикнул кто- то.- Давай ближе к делу,
Хигги!
На этот раз никто не засмеялся.
- Ладно, попробую ближе к делу,- сказал Хигги.- Не знаю, как бы
это выразиться - в общем, мы отрезаны. Нас огородило каким-то
непонятным забором - ни к нам, ни от нас ходу нет. Не спрашивайте, что
это за забор такой и откуда он взялся. Понятия не имею. Наверно, сейчас ни
одна душа этого не знает. Может, в нем ничего страшного и нет, и нечего
нам волноваться. Может, это ненадолго, может, оно и само исчезнет. А я
вот что хочу вам сказать: сохраняйте спокойствие. Мы все вместе
очутились в этой ловушке, и надо всем вместе искать выход. Пока бояться
нечего, опасности никакой нет. Мы отрезаны только в том смысле, что сами
не можем выбраться из города. Но связь с внешним миром у нас есть.
Телефон работает, газ подается, электричество не выключилось. Запасы
продовольствия у нас есть, вполне хватит дней на десять, а то и больше. И
если даже запасы придут к концу, мы достанем еще. Можно подвести
грузовики с продуктами и со всем, что нам понадобится, впритык к этому
самому забору, потом водитель вылезет, а машину можно будет
протолкнуть или перетянуть через забор. Он не пропускает только людей и
вообще живую тварь.
- Одну минутку, мэр!- крикнул кто-то.
- Да? - Хигги огляделся, отыскивая глазами того, кто посмел его
перебить.- Это вы кричали, Лен?
- Я кричал.
Теперь и я увидал, что это Лен Стритер, учитель естествознания из
нашей школы.
- Что вы хотите сказать? - спросил Хигги.
- Насколько я понимаю, ваше последнее утверждение - будто
сквозь преграду проходят только неодушевленные предметы - основано на
случае с тем автомобилем на кунвэлийской дороге.
- Вот именно,- снисходительно подтвердил Хигги.- На том самом и
основано. А вам что об этом известно?
- Ничего,- сказал Лен Стритер.- Об автомобиле мне ровно ничего
не известно. Но, я полагаю, вы намерены расследовать это явление, строго
соблюдая законы логики.
- Совершенно верно,- с лицемерной кротостью подтвердил Хигги.-
Именно так мы и намерены поступать.
Ясно было, он понятия не имеет, о чем говорит Стритер и куда
клонит. А Стритер продолжал:
- В таком случае должен вас предостеречь: не спешите с выводами,
не то можно совершить грубую ошибку. Например, если в автомобиле не
было человека, это еще не значит, что там вообще не было ничего живого.
- Так ведь не было!- возразил Хигги.- Водитель бросил машину и
куда-то ушел.
- Кроме людей, в природе существуют и другие живые организмы,-
терпеливо объяснял Стритер.- Мы не можем утверждать, что в этом
автомобиле не было ничего живого. Напротив, с уверенностью можно
сказать, что какие-то формы жизни там были. Возможно, внутри застряла
муха. На капоте мог сидеть кузнечик. Безусловно, и в самой машине, и на
внешней ее поверхности имелись различные микроорганизмы. А это такие
же живые организмы, как и мы с вами.
Хигги слушал растерянно и с досадой. Видно, не понимал - может,
Стритер попросту над ним насмехается? Должно быть, он сроду и слов
таких не слыхивал: микроорганизмы...
- А знаете, Хигги, наш юный друг прав, - раздался новый голос,
который я тотчас узнал: это говорил доктор Фабиан.- Разумеется,
микроорганизмы там были. Кое- кому из нас следовало сразу это
сообразить.
- Ладно, пускай,- сказал Хигги.- Будь по-вашему, док. Пускай, Лен
верно говорит. Да нам-то не все равно:
- Пока, пожалуй, все равно,- согласится доктор.
- Я просто хочу подчеркнуть, что суть не только в том - живые
организмы или неодушевленные предметы,- сказал Стритер.- Если мы
хотим понять создавшееся положение, нельзя исходить из неверных
предпосылок. Иначе мы с самого начала ступим на ложный путь.
- У меня вопрос, мэр,- сказал кто-то сзади, я обернулся, но не
увидал, кто именно.
- Валяй, друг,- обрадовался Хигги, очень довольный, что кто-то
прервал непонятные рассуждения Стритера.
- Вот какое дело,- продолжал тот же голос.- Я работаю на
прокладке дороги, это к югу от Милвила. А теперь на работу не попадешь.
Может, денек-другой меня и не уволят, а уж больше подрядчик ждать не
станет, и думать нечего. У него время считанное, сами понимаете:
подрядился сделать к сроку, опоздал - за каждый лишний день плати
неустойку. Ему рабочий на месте нужен. Может, день-два обождет, а там и
другого наймет.
- Это я все знаю,- сказал Хигги.
- И я не один,- продолжал рабочий.- В Милвиле полно таких, кто
работает на стороне. Не знаю, как другим, а мне без заработка не прожить.
У меня никаких капиталов не отложено. А ежели на работу не доберешься,
жалованья не получишь, сбережений ни гроша,- так что же это с нами
будет?
- Про это я и хотел сказать,- заявил Хигги.- Я знаю, положение у
тебя трудное. И еще у многих. Милвил - невелик городок, на всех работы не
хватает, очень многим приходится зарабатывать на стороне. И я знаю,
многие из вас еле дотягивают до получки, а больше вам жить не на что.
Надеюсь, это дело скоро уладится, так что вы все вовремя вернетесь к
работе и места никто не потеряет. Но вот что я вам еще скажу. Даю вам
слово: если это и не враз уладится, никому из вас не придется голодать. И
никого не выгонят на улицу, если вы задолжаете за квартиру или не внесете
в срок арендную плату. Ничего худого с вами не случится. Из- за этой
чертовщины многие потеряют работу, но о вас позаботятся, ни одного
человека не бросят на произвол судьбы. Я назначу особую комиссию для
переговоров с торговцами и с банком, и мы установим такую систему
кредита, чтоб вы могли просуществовать. Кому потребуется кредит или
ссуда, тот ее получит, можете не сомневаться. Верно я говорю, Дэн?
И Хигги поглядел на Дэниела Виллоуби, который стоял там же на
крыльце, ступенькой ниже.
- Да, да,- сказал банкир.- Ну конечно, все правильно. Мы сделаем
все, что только в наших силах.
Но обещание Хигги пришлось ему очень не по вкусу. Это сразу
было видно. И согласился он скрепя сердце. Если уж Дэн выкладывает хоть
один доллар, так будьте любезны, дайте ему залог, гарантию, надежное
обеспечение!
- Пока мы еще не знаем, что такое стряслось,- продолжал Хигги.-
Но, может быть, уже сегодня вечером будем знать куда больше. Самое
главное - сохранять спокойствие и не терять головы. Не буду врать, я не
знаю, как обернется эта история. Если забор так и останется на месте,
некоторых затруднений не миновать. Но пока все не так уж плохо. Еще часа
два назад почти никто и не знал, что есть на свете такой городок Милвил.
По правде говоря, ничего такого примечательного в нем не было. А сейчас
мы прогремим на весь мир. О нас уже наговорили и газеты, и радио, и
телевидение. Вот пускай сюда выйдет Джо Эванс, он вам подробно
расскажет.
Хигги оглядел толпу, высматривая Эванса.
- Эй, вы там, расступитесь-ка немного, дайте ему пройти.
Наш газетчик поднялся на крыльцо и обернулся к толпе.
- Пока что рассказывать особенно нечего,- сказал он.- Меня
вызывали очень многие телеграфные агентства и несколько газет. Все
расспрашивали, что у нас тут происходит. Я рассказал все, что знаю, только
знаю-то я немного. Одна телевизионная компания посылает к нам из
Элмора съемочную группу. Когда я сейчас уходил из дому, телефон все
звонил, и в редакцию, наверно, тоже звонят без передышки. Надо думать,
газеты и радио уже не выпустят нас из виду, не сомневаюсь,что и власти
штата, и правительство не бросят нас на произвол судьбы. Как я понимаю,
нашим положением всерьез заинтересуются и научные круги.
- А, по-твоему, эта ученая братия сумеет нас выручить? - спросил
все тот же дорожный рабочий.
- Не знаю,- ответил Джо.
Сквозь толпу протолкался Хайрам Мартин и деловито зашагал
через улицу. Куда это он собрался?
Кто-то еще спрашивал о чем-то мэра, но озабоченный вид Хайрама
отвлек меня, и я прослушал, о чем речь.
- Брэд,- раздалось над ухом.
Я обернулся.
Рядом стоял Хайрам. Шофер грузовика еще раньше куда-то
скрылся.
- Что тебе? - спросил я.
- Ты свободен? Мне надо с тобой потолковать.
- Валяй, я свободен.
Он мотнул головой в сторону муниципалитете.
- Ладно,- сказал я, открыл дверцу и вылез из машины.
- Я тебя подожду,- сказала Нэнси.
Хайрам, огибая толпу, двинулся к боковому входу в здание
муниципалитете. Я за ним.
Но все это мне сильно не понравилось.
9.
Хайрам привел меня в свой закуток рядом с помещением, где
стояли машины пожарной команды. В закутке только и хватало места для
стола да двух стульев. На стене позади стола болтался огромный, кричаще
яркий календарь с изображением голой девицы.
А на столе стоял телефон без диска.
Хайрам широким жестом указал на него и спросил:
- Это что такое?
- Телефон,- сказал я.- С каких пор ты стал такой важный, что у тебя
целых два телефона?
- Погляди получше.
- Все равно телефон.
- Лучше гляди,- настаивал Хайрам.
- Какой-то дурацкий аппарат. У него нет диска.
- А еще чего?
- Вроде все. Только диска нету.
- И провода нету, присоединить нечем,- сказал Хайрам.
- А я и не заметил.
- Что-то чудно,- сказал Хайрам.
- Почему чудно? - обозлился я.- И на кой черт ты меня сюда
приволок - чтоб я любовался каким-то дурацким телефоном?
- Чудно потому, что телефон-то этот был у тебя в конторе.
- Ничего подобного. Эд Адлер вчера снял у меня телефон. За
неуплату.
- Сядь-ка, Брэд.
Я сел, и Хайрам сел напротив. Лицо у него было пока словно бы
даже добродушное, но в глазах появился особенный блеск... этот блеск был
мне хорошо знаком по прежним временам, так смотрел Хайрам в
школьные годы, когда загонял меня в угол и знал, что податься мне некуда
и не миновать драки, и он наверняка излупцует меня до полусмерти.
- Ты что, в первый раз видишь этот телефон? - спросил он.
Я кивнул:
- Когда я вчера уходил из конторы, у меня там телефона не было.
Ни этого, ни какого другого.
- Удивительно!
- И мне тоже удивительно. Не знаю, куда ты гнешь. Объясни
толком.
Я знал, что никакое вранье меня не выручит, но старался пока
выгадать время. Уж, наверно, сейчас у него нет доказательств, что я как-то
причастен к этому телефону...
- Ладно, объясню,- сказал Хайрам.- Том Престон - вот кто его у
тебя видел. Он послал Эда снять у тебя аппарат, а попозже днем шел мимо,
ненароком поглядел, а телефон стоит на столе. Ну, его разобрала досада.
Ты, верно, и сам понимаешь.
- Еще бы,- сказал я.- У Тома характер известный. Воображаю, как
его там разобрало.
- Он же велел Эду снять телефон. Сперва он подумал - может, ты
как-нибудь Эду заговорил зубы. Или, может, Эд сам не торопился. Том же
знает, что вы с Эдом друзья.
- Значит, его так разобрала досада, что он взломал дверь и сам унес
телефон.
- Нет,- сказал Хайрам,- ничего он не взламывал. Он вошел в банк и
выпросил у Дэниела Виллоуби ключ.
- А между прочим, помещение арендую я.
- Арендуешь, да не платишь. Уже за целых три месяца не уплачено.
Так что, я считаю, Дэниел в своем праве.
- А я считаю, что Том с Дэниелом вломились ко мне безо всякого
на это права и еще обокрали меня.
- Говорят тебе, никто никуда не вламывался. И Дэниел тут ни при
чем. Он просто дал Тому запасной ключ. Том вернулся один. И потом, ты ж
сказал, этот телефон не твой и ты его раньше в глаза не видал?
- Не в том дело. Мало ли что у меня есть в конторе, а Том не имеет
права ничего трогать. Все равно, мое оно или не мое. Почем я знаю, может,
он и еще что-нибудь стащил?
- Ничего он у тебя не тащил, черт подери, ты это и сам знаешь! И
сам просил, чтоб я тебе рассказал что к чему.
- Так давай рассказывай.
- Ну вот, Том взял ключ, вошел и сразу увидал, что телефон какойто
не такой. Без диска и никуда не присоединен. Он было собрался уходить,
а тут телефон возьми да и зазвони.
- Как ты сказал?
- Телефон зазвонил.
- Без провода? Невключенный?
- Ну да, а все равно он зазвонил.
- Ага,- сказал я.- Стало быть, Том снял трубку, и это звонил Санта
Клаус.
- Том снял трубку, и это звонил Таппер Тайлер.
- Таппер?! Но ведь он...
- Знаю, знаю,- сказал Хайрам.- Таппер пропал без вести. Уже лет
десять, что ли. Но Том говорит, это голос Таппера. Говорит, обознаться
невозможно.
- И что же Таппер ему сказал?
- Том снял трубку - слушаю, мол, а Таппер спросил, кто это
говорит. Том сказал. Тогда Таппер ему и говорит - убирайся подальше от
этого телефона, он не про тебя. И все заглохло.
- Слушай, Хайрам, да ведь Том тебя просто разыграл.
- Ну, нет. Он подумал, это его кто-то разыгрывает. Он подумал, это
вы с Эдом подстроили. В насмешку. Хотели с ним сквитаться.
- Что за чушь!- сказал я.- Даже если б мы с Эдом состряпали такую
штуковину - откуда нам было знать, что Том вломится в контору?
- С вас все станется.
- Да ты что? Может, ты поверил в эту ерунду?
- Ясно, поверил. Говорю тебе, дело темное, что-то тут нечисто.
Но в голосе его не было уверенности, он словно бы оборонялся. Я
его провел. Он хотел припереть меня к стенке, да не вышло, и теперь он
чувствовал, что попал малость впросак. Но еще немного - и он обозлится.
Он такой.
- Когда Том тебе все это рассказал? - спросил я.
- Нынче утром.
- А почему не вчера вечером? Если уж он вообразил, что это так
важно...
- Да нет же, говорят тебе. Он не думал, что важно. Думал, это
розыгрыш. Думал, это вы подстроили ему назло. А вот нынче утром, как
началась кутерьма, тут он и решил, что дело-то серьезное. Вчера-то он,
когда поговорил с Таппером, просто забрал аппарат. Решил, понимаешь,
что еще не известно, кто на ком отыграется. Сперва он думал, это все твои
фокусы...
- Понимаю,- сказал я.- А теперь он думает, что это и вправду
звонил Таппер, и звонил не кому-нибудь, а мне.
- Ну да, верно. Он забрал этот аппарат к себе домой и вечером
несколько раз снимал трубку, и телефон был вроде как включенный, только
никто не отзывался. Вот это его и ошарашило - что телефон вроде дышит,
как будто включенный. Он все ломал голову, в чем тут секрет. Понимаешь,
проводов-то нет, аппарат ни в какую сеть не включен, а дышит.
- И теперь вы с ним хотите меня за эту штуку притянуть к ответу?
Лицо у Хайрама стало злобное.
- Меня не проведешь,- сказал он.- Я же знаю, ты что-то крутишь.
Ездил зачем-то вчера вечером на болото к Шкалику, вот когда мы с доком
повезли его в больницу.
- Правильно, ездил,- сказал а.- Потому что нашел его ключи, они у
него выпали из кармана. Вот я и поехал посмотреть, все ли там у него в
порядке, может, он и дверь забыл запереть, мало ли.
- Не просто ездил, а воровским манером,- сказал Хайрам.- Когда
сворачивал с шоссе, погасил фары.
- Ничего не гасил, они сами погасли. Короткое замыкание. Когда я
оттуда уезжал, мне сперва пришлось исправить цепь.
Отговорка не бог весть какая. Но лучшей я наспех не придумал.
Впрочем, Хайрам придираться не стал.
- Нынче утром мы с Томом тоже побывали в логове у Шкалика,-
сказал он.
- Стало быть, вот кто за мной шпионил - Том!
- Он уж больно расстроился из-за этого телефона,- проворчал
Хайрам.- И подозревал, что это твоих рук дело.
- И вы, значит, вломились к Шкалику в дом. Ясно, вломились. Я,
когда уходил, дверь запер на замок.
- Ага, вломились,- подтвердил Хайрам.- И нашли еще такие
телефоны. Полный ящик.
- Не пяль на меня глаза,- сказал я.- Я там никаких телефонов не
видал. Я не сыщик, по чужим углам ничего не вынюхиваю.
Мне ясно представилось, как эти двое, точно гончие псы, с ходу
ворвались в хижину Шкалика, убежденные, что напали на след какого-то
преступного заговора: что именно тут кроется, в чем соль - кто его знает, но
уж мы-то со Шкаликом наверняка кругом виноваты!
А ведь какой-то заговор и вправду существует, сказал я себе, и мы
со Шкаликом вправду увязли... Надеюсь, хоть Шкалик понимает, в чем тут
соль, потому как я-то ни черта не понимаю. От того немногого, что мне
известно, все только становится еще непонятнее. И Джералд Шервуд, если
он не соврал (а он едва ли врал), знает не больше моего.
Счастье еще, что Хайрам не проведал про тот аппарат, который
стоит в кабинете у Шервуда! И про другие - их, наверно, немало в Милвиле
у людей, что служат чтецами этим... неведомо кому... которые
разговаривают по таким телефонам.
Впрочем, вряд ли Хайраму удастся пронюхать насчет остальных
телефонов: уж, наверно, владельцы запрячут их понадежнее и будут
держать язык за зубами, как только станет известно, что такие телефоны
существуют. А слух этот наверняка через час- другой разнесется по всему
Милвилу. Хайрам и Том Престон сами же и проболтаются, они у нас
первые трепачи.
Любопытно, у кого еще есть такие телефоны?.. И вдруг я понял: у
разных бедолаг, невезучих и нищих, у вдов, оставшихся без всяких
сбережений и без пенсии, у стариков, которые уже не в силах заработать
кусок хлеба, у бродяг, никчемушников и всяких горемык, кто потерпел крах
или кому и вовсе ни разу не улыбнулось счастье.
Ведь как получилось с Шервудом и со мной? С Шервудом
установили связь (если можно так это назвать), только когда он
обанкротился; и мною они (кто бы они ни были) тоже заинтересовались
лишь после того, как я окончательно сел на мель, и сам это понял. И,
очевидно, теснее всего с ними связан отъявленнейший лодырь и пропойца
во всем Милвиле.
- Ну, чего молчишь? - рявкнул полицейский.
- А чего ты хочешь - чтоб я выложил, что я обо всем этом знаю?
- Вот именно. Не то тебе же будет хуже.
- Слушай, Хайрам, ты не грозись. Даже и не пробуй. Если ты
думаешь меня запугать...
Дверь распахнулась.
- Пошел! - заорал с порога Флойд Колдуэлл.- Барьер пошел!
Мы кинулись к выходу. По улице с криком бежал народ, посреди
мостовой подскакивала на одном месте мамаша Джоунс и пронзительно
взвизгивала, капор еле держался у нее на макушке.
Я глянул через улицу - Нэнси по- прежнему сидела в своей
открытой машине, я со всех ног бросился к ней. Мотор был включен, и едва
Нэнси заметила меня, машина тихонько двинулась вдоль тротуара. Я
ухватился за верх задней дверцы и прыгнул в машину, потом перебрался на
переднее сиденье. Тем временем машина уже поравнялась с аптекой,
свернула за угол и теперь набирала скорость. Еще несколько машин
направлялись к шоссе, но Нэнси в два счета обогнала их.
- Знаешь, что случилось? - спросила она.
Я покачал головой:
- Слышал только, что барьер сдвинулся.
Впереди был дорожный знак - перед выездом на шоссе полагалось
остановиться, однако Нэнси даже не сбавила скорости. Да и зачем сбавлять,
если на шоссе - никакого движения. Оно перекрыто с обоих концов.
Нэнси свернула на ровную широкую полосу асфальта; на той
стороне шоссе, по которой шло встречное движение, сейчас все впереди
сплошь было забито машинами, они застыли неподвижно впритык одна к
другой. Перед нами на прежнем месте торчал грузовик Гейба: нос его
задрался в воздух, прицеп всей тяжестью придавил ко дну канавы мою
злосчастную тележку. Еще дальше сбились в кучу встречные маши
...Поділитися у соцмережах
